Текст книги "Чернокнижник. Первый класс (СИ)"

Автор книги: Андроид

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

Глава 5

– Твою ж… – выругался Гриша, глядя на ссадину над бровью в зеркало. Зеркало, повешенное в комнате, честно и храбро отвоеванной Яшкой у других учеников.

Прежде чем какой-то лопух засадил Грише кулаком в лоб, тот видел, как оборотень скрывается в ближайшем к входу в поселок доме. Яшка яростно сторожил новое жилище друзей, пока Гриша не очухался и не пришел на новоселье в теперь принадлежащую им комнату.

Само помещение, в котором юному чернокнижнику предстояло прожить год, находилось на втором этаже дома, как и то, которое заняли какие-то парни. На первом этаже, как уже узнал Гриша после небольшой разведки, прямо после входа была гостиная, при повороте налево находилась кухня, дальше по коридору две душевые, объединенные с санузлом, а справа была дубовая лестница, ведущая на второй этаж.

На втором этаже только и был, что коридор, который оканчивался находящимися по бокам дверьми. Левая дверь вела в комнату Гриши и Яшки, правая – соседей.

В самих комнатах находились шкаф с зеркалом, да кровать, тумбочка, стул и стол с компьютером. Все это в количестве двух штук, а так же четыре розетки и окно, выходящее на главную улицу. Внутри дома почти все было из дерева: начиная от полов и дверей, заканчивая лестницей и мебелью. В общем, жилье вполне себе пригодное.

Минут через двадцать пришел Сергей Петрович в количестве пяти штук (четверо несли вещи), попросил подписать пару бумажек, мол, дом номер два (а именно такой номер был у нового жилища чернокнижника) принадлежит тем и тем, и проживают здесь эти и эти. За багажом так же вышли соседи друзей. Именами парни обменялись еще при первой встрече в коридоре второго этажа, поэтому Гриша без труда мог отличить маленького блондина Семена от молчаливого громилы Димы. Они взяли свой багаж и удалились обратно на второй этаж. Гриша глянул на Яшку, однако тот лишь плечами пожал, мол, что тут скажешь. Получив свои пожитки, парни стали облагораживать свою берлогу.

На половине комнаты, принадлежащей Яшке, появились пара мячей, на стене свое место нашли мишень для дартса и календарь с какими-то пометками, сделанными красным маркером. На тумбочке, впрочем, как и у Гриши, была куча проводов от зарядок и наушников. Но когда Яшка, что-то нежно нашептывая, достал из огромной сумки полутораметровые ножны, в которых покоился такой же длины клинок, Гриша впал в ступор.

– Батя на 15-тилетие подарил, – засовывая двуручный меч с черным лезвием обратно в изрисованные рунами ножны и кладя его у спинки кровати, произнес оборотень, – говорил, мол, фамильная ценность, передается от отца к сыну. У него даже имя есть – «Топка».

Гриша ничего говорить не стал, особенно про странное название фамильной ценности Фенрировых, а просто продолжил раскладывать свою одежду по полкам шкафа. На столе, подле компьютера небезызвестной яблокомпании последней модели, нашли свое место пара учебников по чернокнижию. Как сказал дед, он сам начинал с них, так что можно утверждать, что это тоже фамильная ценность. Поэтому «Призыв демонов для чайников» и «Как не стать жертвой собственного беса» были повернуты своими потрепанными переплетами к стенке, чтоб не светить драгоценностью.

– Ну, вот вроде и все, – произнес Гриша, запихивая опустевшую дорожную сумку поглубже в шкаф.

– Ага, я тоже, – откликнулся оборотень из-под кровати, прежде чем вылезти оттуда. Яшка, положивший под кровать какой-то сверток, вылез, отряхивая руки, а затем, ритмично похлопав себя по коленям, сказал:

– Пошли, посмотрим поселок!

– Ну, пошли, – пожал плечами Гриша, выходя из комнаты вслед за оборотнем. Тот заглянул в комнату к соседям, что-то им сказал, а затем потопал в направлении лестницы.

– Наш душ слева, – пояснил свои действия Фенриров, на что чернокнижник кивнул.

Мысли Гришины, пока тот спускался по лестнице, были совсем не там, где сейчас находился сам парень. Как только тот закончил со своим будущим жилищем, он позвонил, как обещал, деду, однако тот оказался не в сети, что знатно огорчило Гришу. Он хотел так много рассказать ему, но, увы, у вселенной были другие планы.

Поэтому, пока друзья шагали под ярким августовским, почти сентябрьским, солнцем, Гриша все больше думал о том, что с ним произошло за, казалось бы, один-единственный, да еще и не успевший закончиться день. Он уже обрел друга и подругу (которую, кстати, не мешало бы навестить до начала учебы или хотя бы в ВКонтакте в друзья добавить), школу, даже дом. Сейчас, когда его сильно здесь никто не знает, он может стать кем угодно. Показать себя с наилучшей стороны. Грише осталось только выбрать одно из своих внутренних «Я», которое он покажет остальным.

«Надо быть клоуном. Такие затесываются без труда в любой коллектив. Да и самому весело будет» – думал парень, пока оборотень водил его по поселку, со всеми знакомясь и здороваясь, шутя и подкалывая.

Выйдя из своих рассуждений, Гриша заулыбался и присоединился к веселью друга. За полчаса ходьбы они нажили себе четверть поселка друзей и ровно столько же недругов, которым их шуточки, видимо, не понравились. Ну, вероятно, Гриша переборщил тогда, спросив у выпендривающегося своими способностями перед девочками мага земли про то, такой же ли он в постели каменный… в общем да, шутки ниже пояса, все дела. Но Грише же всего пятнадцать лет, ему можно. Тем более, убегая под хихиканье девочек и хохот Яшки от разъярившегося Тимура (так звали этого горе-каменщика), шрапнелью гальки он в спину в итоге получил так, что на лопатке точно синяк останется.

Еще час бродили по поселку друзья, знакомясь с соседями и глядя на местные красоты и достопримечательности. За домом номер два, в котором проживали парни, находилась спортплощадка. Там были и турники, и футбольное поле, и беговая дорожка, опоясывающая всю спортплощадку, и теннисный корт. Яшка, как заядлый спортсмен, все эти причиндалы оценил на хорошую четверочку по пятибалльной шкале и призрачно намекнул, что заставит Гришу всеми этими турниками и тренажерами пользоваться, на что парень только фыркнул.

За домами, находившимися по ту сторону улицы от жилища парней, друзья нашли живописный прудик, в котором, сидя на пирсе, уже мочили ножки некоторые девчонки. Друзья не отказали себе в удовольствии помочить ноги в теплой водичке, попутно «пикапя» сидящих рядом девчонок шутками-прибаутками.

Взглянув на время, Гриша обнаружил там без пятнадцати пять и, кликнув Яшку, который в этот момент шуточно угрожал скинуть симпатичную брюнетку с каре в воду, вытянул из воды ноги и стал обуваться. Послышался громкий девичий крик и тихий на его фоне плюх, после чего Гришу с хохотом и криками «Тикай, тикай!» унесло торнадо по имени Яшка.

Около дома номер два парни отдышались от быстрого бега и смеха. Пятнадцать минут ушло на душ и остальной туалет, десять на переодевание во что-то более приемлемое, чем джинсы и мастерка. Под приемлемым Гриша считал черные джинсы и черную же мастерку. Он обул новые белые кроссовки (все-таки посвящение в школу, надо выглядеть достойно!) и ждал Яшку, который в этот момент пытался прилизать свою шевелюру. Сам оборотень выбрал из своего гардероба темные джинсы и толстовку с капюшоном и с изображением волка, воющего на луну.

«Можем себе позволить, у нас потом дискотека» – думал Гриша, выходя из дома и слушая какую-то смешную историю Яшки о том, как он в детстве решил пойти на болото поохотиться на единорогов. К выходу из поселка уже стекалась разношерстная толпа, одетая, впрочем, к облегчению парней, так же по-дискотечному.

Оборотень, широко улыбаясь, помахал рукой двум девушкам, одну из которых он скинул в воду, а когда она бросила на него испепеляющий взгляд, громко заразительно засмеялся.

У Гриши же было приподнятое настроение, так что он без зазрения совести подшучивал над Таней (парень из шуточной перепалки узнал, как звали девушку), мол, уверен, что его друг подумал, что у нее солнечный удар и просто, чисто из благородства, решил спасти милую леди. Конечно, та могла бы и повестись на комплимент про леди, но уж слишком подозрительно ржал Гриша, аки конь, так что юная особа лишь обозлено кинулась на друзей, заставив тех побегать от нее и скрыться в толпе.

Позже подошел сам Феофан Ибрагимович, в своем стандартном образе темного властелина и все так же гаденько ухмыляясь, а затем стал строить учеников по парам, дабы пойти на посвящение в школу. Шли в направлении остальных поселков, сейчас не подававших никаких признаков жизни.

Вокруг были сосны, которые сверкали смолой в лучах катившегося к закату солнца. Гриша уже понял, что природа на острове устроена так, что чем выше вы поднимаетесь, тем севернее климат. Об этом говорила стайка ланей, мирно пасущаяся на поляне в маленьком лесочке, мимо которого шли ученики. Прошло минут пятнадцать, прежде чем шествие вышло к амфитеатру. Рядов десять сидений, уходящих вверх, штук по пятьдесят в каждом ряду. Амфитеатр был устроен так, что светлый и темный факультеты разделяли ступеньки, проходящие прямо посередине. Широкая, освященная прожекторами и волшебными огнями, летающими туда-сюда, сцена, на которой сейчас был поставлен один-единственный микрофон.

С другой стороны уже занимали места светлые, так что Гриша поспешил сесть поближе к краю на первом ряду, дабы потом не попасть в толкучку. На забитом им месте удобно расположился Яшка, и они стали тихо переговариваться насчет того, кто победит в битве один на один – африканский или южноамериканский демон.

В самый разгар спора, когда Гриша привел сильный аргумент того, что сам, своими глазами видел, хоть и на видео от деда, и тех и тех демонов и на сто процентов уверен, что африканский вышел бы из схватки победителем, на сцене, у самого микрофона, появился сам директор. Все в той же одежде, что и днем, только улыбался еще шире.

Феофан Ибрагимович, сидевший где-то совсем рядом с друзьями, зашипел, принуждая к порядку и тишине, так что на стороне темных было абсолютное молчание. Зато на стороне светлых все громко смеялись над какой-то шуткой их декана, на что директор лишь ухмыльнулся.

Гриша повертел головой, наблюдая за тем, что весь первый класс не занимал и пятой части всего амфитеатра, а расположился только на первом ряду, да и то не заняв его полностью. Яшка толкнул друга локтем под ребро, а потом, когда тот обернулся, кивком головы указал на сцену.

Федор Александрович постучал по микрофону, привлекая внимание учеников, и начал свою речь:

– Дорогие ученики, теперь уже ученики…

Около тридцати минут директор говорил и говорил, начиная историей создателя школы, мага Чухры-Мухры, и заканчивая тем, что все здесь сидящие могут стать такими же смелыми, могущественными, честными и бла-бла-бла. Весь этот текст Гриша представлял себе в виде кипы пожелтевшей бумаги, которую каждый новый директор школы получает от предыдущего. Когда Федор Александрович закончил свою речь словами «Так давайте же творить магию», он вежливо подождал, пока аплодисменты утихнут, а затем опять заговорил в микрофон:

– Ну вот с торжественной частью и покончено. Теперь вы являетесь учениками школы магии имени Чухры-Мухры! – директор снова подождал окончания аплодисментов. – Завтра, на первом занятии, вам дадут ваши карточки ученика. Завтра же вам и расскажут, что это и как это, сейчас не об этом, – лицо директора стало серьезным. – Наша школа выпустила очень много хороших магов, сейчас служащим на благо не только страны, но и человечества в целом. Мы занимаем второе место по уровню магического образования среди других школ мира. Поэтому, я вам расскажу о правилах, без которых мы бы не обошлись и не стали лучшими среди лучших.

Ровно до шести часов этого дня, то есть полчаса назад, вы стали учениками этой школы, то есть те правила, которые не действовали на вас до того момента, действуют сейчас. Коротко о них. Первое – на острове действуют такие же законы, как и на суше. Никакого воровства, грабежей, да и тем более, пыток и убийств. Это моральные законы, переступив которые вы не сможете считаться магами. Ладно воровство мы сможем, возможно, простить, всякое случается в жизни, но умышленные пытки или убийства караются Ветом.

Зал молчал. Гриша тоже был в шоке. Там, на материке, если маг кого-то убивал, его сажали в тюрьму на срок, превышающий срок заключения обычного человека в пять раз. Если же убийство было массовым или с особой жестокостью, то накладывается Вето. Вето – высшая форма наказания во всем мире, которую исполняет Совет Инквизиторов и только он. Мага лишают Источника. Навсегда. А маг, который уже сжился со своим Источником, без него станет безмозглой куклой, способной лишь дышать, ощущая при этом адскую боль, ибо лишаясь Источника, маг лишается возможности защититься от магического фона.

Вообще, все люди являются магами, ведь все человечество было подвержено влиянию кометы Зевса в трех тысячном году до нашей эры. Комета была неизвестного происхождения, но благодаря ей Земля подверглась сильному магическому облучению, из-за которого с людьми и вообще жизнью на Земле произошли колоссальные изменения. Во всех людях осталась эта частичка излучения. У кого меньше, те живут себе, как раньше, у кого больше – становится магом. Но всех их защищает от излучения самой Земли их Источники. Да, слабые или сильные, но они одинаково защищают. Так вот, если удалить Источник, человек умрет в страшных муках, не способный дышать воздухом, пропитанным магической радиацией.

Все это пронеслось в голове у Гриши голосом учительницы истории из минской средней школы, но он дальше стал слушать его нового директора.

Сам Федор Александрович оказался, по-видимому, доволен реакцией, поэтому, чуть улыбнувшись, продолжил:

– Конечно, я просто уверен, никто никого пытать или убить не собирается. Тем более есть чуть более гуманные методы. Спортивные или интеллектуальные соревнования. Ну а тем, у кого совсем кулаки чешутся, сообщаю. Драки и магические дуэли не приветствуются, – по залу прошелся вздох разочарования, особенно среди темных, однако знакомое шипение угомонило нарастающий шум. – По крайней мере, делайте это так, чтоб мы не видели или на специально оборудованных под это местах. Драчунов, которых поймаем или на которых поступит жалоба, найдем и накажем. Дуэли устраивать только под присмотром своего декана. Так, с драками разобрались.

Директор задумчиво почесал свою рыжую бороду.

– Самое главное, потом чуть менее главное, а потом отпускаю вас. Учеба проходит с десяти до четырех дня. Шесть часов обязательного обучения, все остальное – ваше время. Хотите – кутите. Хотите – отдыхайте. Хотите – можете попросить дополнительные занятия, в конце концов. Но шесть часов – это обязательно. Дальше. Я уважаю такое чувство, как любовь. Это прекрасное чувство, и, поверьте мне, – он лукаво посмотрел на учеников, – любовь придает Источнику толику сил, а его хозяину – вдохновения, чего иногда не хватает сильным магам. Но не переходите грани. Вы пока несовершеннолетние, так что имейте в виду, узнаем – накажем. Ну и на уроках давайте не миловаться, пожалуйста. На алкоголь, наркотики и табачное – запрет всем, даже совершеннолетним. Вредно для Источника. Ну вот вроде и все, не смею вас больше задерживать, приятного вечера!

Глава 6

– Гриша, Яша, погодите! – к встающим с сидений парням сквозь толпу, размахивая руками, пробиралась Алина в белом свитере и черных штанах. Она улыбалась чуть накрашенными губами, когда подошла к парням.

– Погодим, погодим, – протянул Яшка, явно любуясь Линой.

– Пошлите сразу на дискотеку, ну его, этот ужин, – надув губки, княжна умоляюще смотрела то на Гришу, то на Яшку, но желудки обоих одновременно запротестовали.

– Не-не-не, – замахал головой оборотень, – я за сегодня только и питался тем, что энергией солнца да росой с травинок.

– Поддерживаю, – кивнул Гриша. – Та же фигня. Да и негоже это – люди старались, готовили, а мы это так оставим.

– А кто это тебе лоб разукрасил? – спросила княжна у Гриши.

– Да так, борьба за выживание, – и коротко поведал о том, как происходило заселение.

– Мда уж, у нас все было распределено заранее. Нам Елена Ипполитовна дала указание, кому куда идти, мы и расселились.

Гриша и Яшка переглянулись, но промолчали. Затем Алина стала опять просить пойти сразу на дискотеку, мол, это лучше, чем идти есть.

– Да вы нажретесь так, что двигаться не сможете! С кем я танцевать буду? Одна? Я вам что, шизофреничка, что ли? – Лина перешла в наступление, нахмурив брови и уперев кулачки в бока.

– Ну, это не наши проблемы, – улыбаясь, сказал Яшка, и потопал в направлении школы, где, как сказал директор, будет пир в честь поступления в школу.

– Извини, – Гриша пожал плечами и направился за другом, оставив Алину в недоумении.

– Козлы, – громко сказала она, но все-таки пошла за парнями.

– От козы слышу, – ответил ей идущий впереди Яшка, мгновенно об этом пожалев, ведь в него с приличной скоростью полетел фиолетовый сгусток энергии, напоминающий по виду кулак. Только прирожденная быстрота реакции спасла того от магической атаки, которая пролетела еще метра два и испарилась фиолетовой пылью.

Гриша, обалдевший от такого, смотрел на Лину, которая, сложив пальцы «пистолетом», сдувала с них несуществующий дымок.

– Убью, – ласково сказала она, и от этой интонации у юного чернокнижника мурашки пошли по коже.

– Сумасшедшая! Тебе лечиться надо! – крикнул ей в ответ Яшка, как ни странно, при этом улыбаясь. А потом нырнул в придорожные кусты от еще одного снаряда, который, попав в дорогу, поднял фонтанчик гальки.

– Так, эй, стоп! – Гриша стал между этими двумя, загораживая их друг от друга. Тут у него заурчал живот, Гриша посмотрел на лыбящегося оборотня, на пыхтящую от злости княжну и закатил глаза. – Хотя, хер бы с вами, я пошел есть.

И пошел. Пока Гриша шел он то и дело выдел периферией зрения фиолетовые всполохи, однако желудок кричал о том, что пора забить на других и уже подумать о нем. Гриша был с ним солидарен.

«Все-равно Лина это так, для виду беситься. А если и вправду хочет Яшку грохнуть, то пусть попробует. Оборотни живучие и ловкие до безобразия, так что даже если она и попадет разок, что маловероятно, то Фенрирову от этого будет ни жарко, ни холодно, разве что почешется. Кстати, а у оборотней есть блохи?»

Вот с такими мыслями и шел парень прямо к школе, навевая под нос навязчивый мотив какой-то древней английской песни. По пути он встретил Таню и, как узнал из разговора, ее подругу Юлю, дико извинялся за тот инцидент на пруду, но шутить на тему не перестал. К тому же, оказалось, что у Тани талант к магии воды, так что кличка Кикимора ей была официально выдана. После этого Грише пришлось повторить подвиг Яшки с уклонением, только уже от наколдованного Таней снежка.

Но вот они втроем уже подходят к школе, во внутреннем дворе которой у дорожек выставлены столы с белыми скатертями. Сколько там всякой еды было, Гриша так и не узнал, потому что просто подошел к ближайшему столу и стал наполнять желудок под гневные взгляды девочек.

– Рядом с тобой две очаровательные дамы, – Юля взлохматила свои русые волосы, а Таня, одетая в свитер с открытыми плечами, потянула за рукав, оголяя плечо еще больше, – а ты жрешь!

– Нифифо не мофу ф фобой поделаф, – сказал Гриша с набитым ртом.

– Что? – переспросила Таня, уклоняясь от ошметков куриных отбивных, вылетающих изо рта чернокнижника.

Тот положил обратно на стол тарелку с этим безумно вкусным мясным деликатесом, показал девочкам пальцем, мол, минуту, прожевал еду, проглотил и только потом ответил:

– Ничего не могу с собой поделать, – пожал тот плечами, вновь пытаясь взять тарелку со стола, однако тоненькие, но сильные девичьи ручки Тани оторвали его от намеченной цели, и повели в сторону, откуда доносилась музыка.

– Ну эй! – Гриша, правда, без особого энтузиазма, попытался вырваться. Все-таки, когда тебя тянет девушка, сопротивляться не хочется. Однако чувство голода было сильнее остальных, поэтому парень просто принял свою судьбу, надеясь, что если Яшка еще жив, то он его найдет.

– Что «эй»? – спросила Кикимора, приподняв бровку, и смотря прямо в глаза Грише.

– Красивая ты, – мечтательно сказал тот, на самом деле любуясь Таней. Так, чисто для приличия. Она была красивая, но не в его вкусе. Хотя вот румянец, проступающий у той на щеках, был довольно мил.

Юля лишь громко фыркнула, а Таня снова повела Гришу за собой, не сбавляя темпа.

Гриша просто шел, почти ни о чем не думая, лишь подставляя лицо теплому ветру и вслушиваясь в отдаленное звучание музыки. Где-то на горизонте виднелись разноцветные лучи прожекторов, которые ясно давали знак остальным, где же находится дискотека. Хоть было еще светло, лучи были хорошо видны, что говорило об их магическом происхождении.

Как сказал директор, дискотека пройдет на специально обустроенной под это поляне. На ней, как Гриша услышал из разговоров подруг, ведущих его, проходят все праздники и гулянья. Находилась она на обрыве над самым морем и являлась самой высокой точкой острова, что будоражило парня. Он любил высоту, поэтому постоять над пропастью под рев колонок сейчас считал первостепенной задачей.

«Ладно, ведите меня» – подумал Гриша, и закрыл глаза.

***

– И эх, – гаркнул Андрей, опуская горящий фиолетовым пламенем меч на голову очередного беса. Эти низшие демоны были похожи на бритых обезьян с красными глазами, рожками и огромными ушами. Орудовали они острыми когтями и клыками, что для такого могучего чернокнижника, как Хвостов Андрей, не было проблемой.

Он расслаблялся, уничтожая такую мелочь, как эти бесы, что помогало быстро и верно принимать решения. Вот уже как семь часов он и еще группа охотников были в пустыни, расчищая еще одну зону прорыва. Час назад вторая группа, зачищающая территорию севернее этой, доложили, что смогли завалить демона ранга Сотник. А Сотники по силе стоят трех, а то и четырех хорошо обученных боевых магов. Так что Андрей был доволен тем, что хоть кто-то кроме него уничтожает их.

Низшие демоны, как эти бесы, проблем не доставляли совсем, разве что толпой могли напасть, но тогда Хвостов-старший просто выжигал их Проклятым Пламенем.

Сейчас, окропляя демонической кровью песок Сахары, он думал только о своем внуке, который, вероятно, сейчас не может дозвониться до деда. Ну, что ж поделать, демоническая энергия сбивает даже магические спутники с толку. На вооружении стран мира давно стоят телефоны, способные звонить хоть Сатане на домашний, но никто пятнадцатилетнему подростку такого не даст (пусть он и является внуком одного из лучших охотников на демонов), поэтому старому чернокнижнику приходится монотонно разрубать пополам рогатые морды бесят, надеясь, что у Гришки все отлично.

– Андрей Константинович! К вам Сорокин! – крикнул молодой ученый, Алексей Лебедев, навязавшийся в группу Хвостова, дабы зарегистрировать новые виды созданий Ада и при этом не погибнуть. – Говорит, что достал то, что вы просили!

– Не может быть… – прошептал Андрей. Один из толпы бесов осмелел и, оттолкнувшись от трупа своего сородича, прыгнул на чернокнижника. И исчез. Без следа. Даже костей не осталось, только пепел и зеленое очертание сферы Адского Щита, испепеляющего любого низшего демона, попавшего в поле действия заклинания. Одним пассом руки Хвостов призвал живой поток Темного пламени, который, приняв форму огромной змеи, ворвался в толпу бесов, обращая тех в пепел. Не осталось ни одного трупа, лишь песок, превратившись в стекло от столь колоссальной температуры, показывал, что здесь было применено темное заклинание уровня Грандмастер – предпоследнего уровня всех заклинаний.

Андрей создал зеленый портал, в который вошел, оставляя остальных охотников на демонов задаваться вопросом, почему он не использовал это заклинание раньше и преодолев тем самым двести метров, отделяющие его от того места, где они разбили лагерь. Да, портал жрет много энергии, но сейчас можно и нужно было забить на экономию сил в угоду экономии времени.

– Я вас слушаю, – сразу, еще даже не материализовавшись в своей палатке, сказал старый чернокнижник человеку, сидящему на раскладном стуле у раскладного же стола.

Человек, рассматривающий карты передвижения демонов, которые разложил и забыл собрать перед уходом Хвостов, был одет в длинное бежевое пальто, что никак не могло говорить о том, что гость готовился к долгому пребыванию в пустыни. Сорокин, как было понятно по фамилии, прибыл из Российской Империи. Вероятно, порталом, на который угробил половину сил, а остальную половину угробит на то, чтобы вернуться.

– Ну, чего это ты, «вас» да «вас», свои, не сикай, Андрюха! – вскочил Владимир Сорокин со стула и стал пожимать ладонь старого друга.

– Привычка, – отмахнулся Андрей, улыбаясь, но потом лицо его стало серьезным, и он сказал: – Ближе к делу, это очень важно.

– О чем разговор! – весело сказал Сорокин, улыбаясь, из-за чего морщин на его лице стало чуть больше. Но он выглядел так же свежо и бодро, как два года назад, когда Хвостов-старший попросил его раздобыть кое-какие записи. Разве что в черных волосах виднелась седина. – Но помни: ты мне должен. Хоть мы с тобой и друзья, но это, – он достал из наплечной сумки маленький ноутбук, – государственная измена.

– С меня желание, – буркнул Хвостов, – давай быстрее.

– Ишь, какой шустрый, а волшебное слово?

– Perpeta Bestia, – потусторонним голосом произнес чернокнижник и за ним стала сгущаться настоящая Тьма.

– Ладно, не кипятись, – все так же весело произнес Сорокин, вводя в строку для пароля шестьдесят четыре знака, пока Хвостов загонял Тень (Тьму вызывать ради шутки друга накладно, да и укрощай ее потом) обратно в Бездну.

– Если узнают, что я скачал это видео, то мне отрубят руки и ноги и пустят плыть по Волге. Все-таки это пятый уровень секретности КМБ (Комитет Магической Безопасности).

– Хватит себе цену набивать, – Андрей сжал от нетерпения руку так, что раскладной стол жалобно проскрежетал, а на его алюминиевом основании остались следы пальцев.

– Хех, как скажешь, – Сорокин нашел нужную папку, открыл ее, щелкнул на какое-то видео и запустил его.

На фоне какой-то лаборатории с кучей пробирок и горящих экранов с цифрами и диаграммами стояла стеклянная коробка, внутри которой что-то темное постоянно меняло форму, ползая из одного угла в другой. Пока не было видно, что это, однако тут заговорил голос за кадром, холодный и бесстрастный:

– Секретный корпус КМБ номер семнадцать, пятнадцатое мая 2021 года, шесть часов утра по московскому времени. Цель проведения эксперимента: выявление у объекта CHGRSE -01 разумного Источника.

Камера подъехала ближе, послышался шум какого-то механизма, и около камеры с чем-то темным появилась колба с шариком света внутри.

– Справа вы видите слепок Источника светлого мага уровня Колдун, слева же – слепок Источника объекта CHGRSE -01.

Камера приблизилась к слепку Источника объекта, и можно было четко определить, что он живой. Комок темно-фиолетовых щупалец, пульсирующих пурпурной энергией.

– Видно не вооруженным глазом, что слепки отличаются. Отличаются от любого ранее видимого Источника. Да, можно вспомнить Источники-мутанты NGX -1 и NGX -13, обладающие зачатками интеллекта и позволяющие хозяину управлять колоссальными количествами энергии. Однако, перед нами только слепок, но уже имеющий конечности и, можно сказать, животный разум. Он агрессивно реагирует на любое негативное воздействие и внешние раздражители.

Камера отъехала, колба со слепком света убралась за кадр.

– Цель сегодняшнего эксперимента: понять, что из себя представляет слепок Источника объекта CHGRSE -01.

Двадцать минут видео были о том, как слепок «раздражали» различными стихиями, светом, тьмой. Однако слепок только дергался и… шипел? Но вот голос за кадром объявил:

– И последний вид энергии является демонической…

В поле зрения камеры появилась клетка, в которой был заперт маленький чертенок.

– Подопытный – Младший демон или же демон второго ранг…

Диктор не успел договорить. Только чертенок появился в поле зрения слепка, тот оттолкнулся всеми щупальцами от стенки своей темницы и, как ракета, влетел в крышку. Та чуть треснула, но слепок это не остановило. Он, зацепившись непонятно каким образом за гладкую поверхность стекла, пробивал себе путь наружу ударами щупалец. Спустя три секунды стекло, жалобно звеня, посыпалось на пол, а слепок кинулся на чертенка, разрывая стальную клетку, как листы бумаги. В клетке завязалась драка, полетели ошметки плоти чертенка, но потом послышался влажный хруст, и клетка перестала покачиваться. По прутьям стекла пара капель черной крови демоненка, затем превращаясь в тоненькую струйку.

– Эксперимент предлагаю считать оконченным, – в холодном голосе диктора послышалась капля удивления и одобрения, но лишь на секунду.

Видео остановилось.

– Андрюх, это что было? – спросил шокированный Сорокин у своего застывшего друга.

Андрей стоял, вглядываясь в экран ноутбука, пытаясь разглядеть в очертаниях клетки хоть что-нибудь, но безуспешно.

– Это было дерьмо, – констатировал тот.