Текст книги "Живые и мертвые. Часть V (СИ)"

Автор книги: allig_eri

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 23 страниц)

– Рассказывай, что за дерьмо у вас случилось? Все хоть живы? – невольно сбавил скорость. Дорога и так говно, но останавливаться на поболтать тоже не было никакого желания.

– Хм… для начала, у нас засорилась канализация. Надо будет прочистить трубы, иначе придётся устроить туалет на улице. А это, сам понимаешь, не очень хорошая перспектива.

– Звучит как ерунда, с которой ты точно должен знать, как справиться, – возразил на это.

– Знаю, просто… – замялся, – начал с подготовки.

– Я же не барышня перед первой брачной ночью! – гаркнул на него. – Давай к делу!

– Синди, девочка новеньких, и Кайла, ну, её ты знаешь… В общем, подрались они, – произнёс Пелен.

– Мне из тебя клещами слова вытаскивать? – раздражение всё больше прорывалось в тон. – Ты в курсе, что связь и так барахлит? Говори коротко, чётко и конкретно. И вообще, не находишь, что такая ерунда, как засор сортира и драка детей, может подождать до станции?..

– Кайла выбила Синди глаз, Эйден, – дополнил он.

– Блядь! – эмоционально воскликнул я.

– Ещё как, – мрачно подтвердил Жерар. – Собственно, моя реакция была такой же.

– Как это, сука, вообще возможно? – аж рукой махнул, правда быстро вернул её на руль. – То есть… она же мелкая, слабая и больная!

– Карандашом, – коротко ответил мой собеседник, закрыв сразу все вопросы.

– Дерьмо, – на секунду прикрыл глаза. Успел заметить пристальный взгляд Лэнса, прислушивающегося к беседе.

– Благо, что как тренера, меня учили работать с такими травмами, – продолжил Пелен. – Ну, не именно прям точь в точь, но… медицине в целом, – немного неуклюже выдал мужчина. – Я дал ей антибиотики, от возможного заражения крови. Ещё метадон…

– Наркотики? – усмехнулся на это. – Жерар…

– Седативное, – заспорил он. – Обезболило и усыпило. Потом… почистил глаз, выскребая всё, что там осталось. Я, так-то, в курсе, как это сделать, но… ранее не делал. В интернете смотрел и…

– Угу, как со взломом. Жерар, признавайся, ты агент ФБР в отставке? Или из ЦРУ? – вот ни капли не удивился бы.

– Аха-ха, нет, всё проще, – конечно же он всё отрицал. – Я просто старик, любящий женщин и свою работу. А благодаря ней мне пришлось узнать многое. Ну и богатый жизненный опыт, конечно же.

– Тебе сорок один. Я помню, ты говорил, – срезал его.

– Не мешай мне прикрываться возрастом в такие моменты! – возмутился Пелен. – И вообще, для современных реалий это достаточно много. Иногда, знаешь ли, каждая косточка чувствуется. Хех… отец говорил мне: «Не старей». Надо было его послушать.

– Ладно, про твой возраст ещё успеем поговорить. Что с девочками?

– Синди лежит в палате, с повязкой на глазу, словно пират, – невесело усмехнулся мой собеседник. – Вместе с ней и Эми, не отходит ни на шаг. Кайла под моим присмотром, запер у себя в кабинете. Пока Вирджинии нет, за неё некому заступиться. Как бы… не произошло чего.

– Что, вообще некому присмотреть и прикрыть? – вздохнул в ответ.

– Хм, все заняты, Эйд, – спокойно пояснил он. – Ты хорошо нагнал страху в прошлый раз. Это работает, да и я без дела не сидел, направляя на задачи всех и каждого. – Исключение сделал лишь для Эми. Сам понимаешь почему.

– Ты всё правильно сделал, Жерар, – признал я.

– Рад, что ты так считаешь.

– Тогда скажи мне, в чём причина драки? Что-то серьёзное или какая-то детская фигня? – впереди свободный участок дороги, можно прибавить скорости, но… не буду.

– Кайла говорит, что Синди оскорбила её брата, Криса. А так как он уже мёртв… – француз оставил фразу незаконченной.

– Как оскорбила? – хм, несколько зомби бегут на встречу. Это таран?

Лэнс схватился за поручень над дверью, вжимаясь в кресло. Миг спустя грузовик тряхнуло. Благо, что скорость я сбавил, но тем не менее… Словно на кочку наехал!

– Не знаю, она замкнулась, – ответил Пелен, оставаясь не в курсе, что тут у нас происходит.

– Шикарно, – проворчал на это.

– Думаю, Вирджиния сможет добиться большего, – хмыкнул мой собеседник. – И Синди, когда очнётся, наверное расскажет свою версию событий.

– Что говорит Эми? – вздохнул, заранее предчувствуя кучу проблем.

– Касательно ситуации? – бессмысленно уточнил он. – Пока ничего, но… думаю, ещё выскажется.

– О, я в этом уверен! – не сдержал возмущения, но тут же вдохнул и выдохнул, расслабляясь.

Телефон начал пищать. Чёрт, батарея стала быстро разряжаться.

– Так, Жерар, у меня зарядка сдыхает, – говорю ему. – Остальное обсудим на базе. И… а, ладно, сам сделаю.

– Что хотел? – напрягся Пелен.

– Как-то успокоить Эми, – признался ему.

– Хах, я бы с радостью её успокоил, но думаю, что Дункан с меня шкуру спустит! – рассмеялся он.

– Аха-ха-ха, старый развратник! Хорошо, сегодня к вечеру приеду, – прикинул по времени. – Ах да, мы везём живых кур, так что подготовь тёплое помещение, где их можно будет держать. Но готовься к тому, что всё будет загажено.

– На улице… – начал было мужчина, но я перебил его.

– Значит готовь улицу, но чтобы не замёрзли, – последнее было важно. Очень и очень важно!

– Думаешь, это дело десяти минут⁈ – возмутился француз.

– Потому и говорю тебе это за несколько часов до приезда! Всё, давай, у меня зарядка кончается, – не слушая отговорки, отключаюсь и кладу телефон обратно.

– Она правда кончается? – улыбнулся Чапман.

– Ещё как, тринадцать процентов, – нахмурился я.

– Что случилось? – уже серьёзнее спросил мой сосед.

– У нас засорился сортир, – начал я. – И Кайла выбила Синди глаз, – закончил с пояснением ситуации.

– Ух ты же! Как⁈ – эмоционально отреагировал он.

– Жопой об косяк, Лэнс, не тупи, а⁈ – коротко взглянул на него. – Какая, на хрен, разница, как? Что теперь делать, вот какой у меня вопрос!

– Что тут можно сделать? – Чапман пожимает плечами. – Разобраться в причине и… – завис.

– И? – переспросил я.

– Э-э… – развёл руками.

– Ага, «э-э», – закатил глаза. – В тюрьму сажать? Смешно. Балл засчитать? Глупо. Лишать еды? Ещё глупее.

– И чего тогда будешь делать? – подался он вперёд. – Ещё ведь и Дункан с Эми наверняка будут возмущаться.

– Ну ещё бы не возмущаться, – поморщился в ответ. – Какое решение я бы не принял, оно им не понравится. Потому что здесь не может быть такого, чтобы понравилось. Всё, их дочь получила травму на всю жизнь. И в нашей ситуации уже ничего не поделать. НИ-ЧЕ-ГО.

– В конце концов, если она останется в тылу, второй глаз не так уж и сильно будет ей нужен, – странно высказался Лэнс.

– Ты такое только при них не ляпни, гений, – ухмыльнулся на это.

– А в чём я не прав? Если по факту? – почему-то решил он продолжить упорствовать.

– А в чём ты видишь её пользу в будущем, если по факту? – коротко глянул на него, тут же возвращая взгляд на дорогу. – Кем ей стать? Дыркой для траха? Кухонной работницей? Фермершей?

– Какая разница? – беспечно выдал Чапман. – Я просто высказал своё мнение! И вообще, вспомни Тима. Он потерял ногу и что? Работает себе.

Работает… только еду и прожирает. Бесполезный кусок говна. Именно поэтому я и планирую его убрать с концами. Если, конечно, не найдёт какое-то занятие.

– Хех, я бы даже сказал, что ситуация с Тимом куда хуже, чем с Синди, – почесал висок. – Но… это всё равно будет хреновым оправданием.

Представил, как говорю её родителям нечто вроде: «Бывает. И вообще, посмотрите на Левиса! Живёт себе помаленьку».

Великолепно!

– Тут реально ничего не поделать, – повторился Лэнс. – Что, Вирджинию за это наказать? Типа: недостаточно хорошо воспитывала дочь? Сколько ей вообще лет?

– Одиннадцать. Может уже двенадцать, я не узнавал по дням рождения коллектива, – фыркнул на это. – Ладно, на месте посмотрю, что со всем этим сделать.

– Что-то придумал? – прищурился он.

– М-м, услугу, разве что, – нахмурился я. – Ресурсы ведь у нас общие… Плевать, по ходу разговора разберусь.

– Походу так походу, – кивнул Чапман. – Скажешь Дункану и Вирджинии?

– Перед станцией, – размял плечи. – Сейчас – рано. Лишь впустую будут себя накручивать.

– Правильно, – согласился мой спутник. – Кстати, ты ещё про канализацию упомянул?..

* * *

Зайдя в кабинет, обнаруживаю, что он уже полон. М-да… неплохо народу набралось! Не все, конечно, ведь многие выполняли свои непосредственные задачи, но… Прилично. В этот раз я не стал выяснять всё по отдельности, а организовал нечто вроде «суда». И да, именно «в этот раз». Я уже узнал все подробности дела, откатившись на час назад. Потому и решил провести суд. Правда не ожидал, что так много народу заинтересуется процессом. А впрочем, логично… чем им ещё интересоваться?

– Явились! – ядовито бросила Эми, прижимая к себе Синди, через голову которой тянулась белая, марлевая повязка. Рядом стоял насупившийся Дункан, грустными глазами посматривая на дочь.

– Уважение к суду, – буркнул ей, добираясь до своего стола.

– Тц, – отвернулась женщина.

– Что? – остановился на половине пути и вперился в неё тяжёлым взглядом.

– Эми, твою мать, возьми себя в руки! – выкрикнул Дункан. Грусть в его глазах сменилась злобой.

– Х-хорошо, – тут же послушно произнесла она.

– Я, как лидер, – решил произнести небольшую речь, – должен решать всё, в том числе и подобные вопросы. Хотя скажу честно, детские драки – это последнее, что должно до меня доходить, – упёр руки в бока. – Сегодня и сейчас – первое и последнее исключение, но только из-за того, что один нанёс другому весьма серьёзную травму.

Эми открыла было рот, но… закрыла его.

– Правильно. Молчи, – прищурившись, покосился в её сторону. – Пока не время для болтовни. Кайла, расскажи как всё прошло.

У противоположной стены стояла Вирджиния и её дочь. Кроме них, в кабинете был Жерар, Сара, Лэнс, Майкл, Билл, Конни и Лори. Остальные оказались заняты теми или иными делами.

– Не бойся, – шепнула Флеминг своей дочери, мягко толкая ту в спину.

– Я… – неуверенно начала та, – мы гуляли. С Синди. Она сказала, что… что надо выяснить, кто из нас будет главным… – девочка запнулась. Я терпеливо ждал продолжения. – Ну, – наконец, спустя полминуты, выдала она, – потому что больше никого нет. В смысле, такого же возраста. Так что…

– Мне просто нужна была собака, – безэмоционально произнесла Синди.

– Тихо, – шикнул на неё. – Эми, Дункан, – махнул рукой.

– Тихо, доченька, – прошептала ей мать.

– Она ещё не отошла от лекарств, – пояснил афроамериканец. – Это всё из-за них.

– Кайла, продолжай, – кивнул девочке.

Та оглянулась на Вирджинию, получая кивок, отчего продолжает с чуть большей уверенностью.

– Она сказала, что если не решить, кто из нас будет главной, то потом уже ничего не получится, мы станем взрослыми и… всё, – пожимает плечами. – Я ответила, что у нас так не принято, а она, что так есть везде. Вот, м-мистер Сандерс, главный. И… – снова ступор. И вновь я жду. – Я-я… – замямлила девочка, – ну… Я сказала, что когда б-был жив Крис…

Подавил вздох. Кайла всхлипнула. Вирджиния делает шаг вперёд и обнимает её, что-то тихо говоря прямо на ухо. Очевидно, это сработало, так как вскоре девочка продолжила.

– Я… говорю ей, у нас с Крисом было равенство, а она… что так не бывает. Что либо я слабачка, либо он. Я… толкнула её. И Синди меня ударила. Потом я… И… вот.

Вновь воцарилось молчание. Но теперь Кайла явно демонстрировала, что закончила с речью. Что же…

Тишину нарушили хлопки. Все дружно оглянулись на Лэнса, который, с довольной миной, аплодировал.

– Что? – усмехнулся он. – Отличная была речь и…

– Заткнись, чёртов клоун, – зашипела Сара, – мать твою, тебе ошейник и кляп нужно надевать, как собаке, конченый дегенерат, совсем башка думать перестала?

– Боже, не превращайте процесс в грёбаный цирк. Все заткнулись! Кайла, я тебя понял. Теперь Синди… Хотя погоди. Жерар, она отошла от твоих… лекарств? – взглянул на француза.

– Не до конца, – качнул он головой. – У неё очень сильное… м-м, спокойствие, назовём это так. Непробиваемое, я бы даже сказал.

– Отлично! – поморщился я. – Зачем мы вообще проводим это сегодня? Ладно, это был риторический вопрос. Синди, поведай свою версию.

Частично я даже не отыгрывал роль. Мне правда казалось фарсом всё происходящее вокруг.

– Она врёт, – решительно, но по-прежнему безэмоционально произнесла Синди. – Я…

– Бездоказательно! – выкрикнула Вирджиния.

– Да вашу же мать, тихо! – ткнул в неё пальцем. – Продолжай, Синди.

– Мы гуляли по комплексу, – рвано и как-то скомкано говорила девочка. – Я заметила, что с ней всё время собака. Барни. Спрашиваю: почему? «Хозяйка», ответила она, – ну точно как робот себя ведёт! Грёбаная наркота… Но без неё никак. Даже не представляю, какая боль была бы при операции на глазу, без хорошей порции мощного средства. – Я говорю: «Врёшь». Мне уже сказали, хозяйка – слепая миссис Батлер…

– Она не слепая, – пояснил я.

Синди замолчала.

– Понятно, – выдала спустя почти полминуты.

– Продолжай, – махнул рукой, но… девочка затупила, а её глаз уставился в одну точку. Шикарно! – Только не говорите, что теперь она «сломалась»! Жерар, какие побочки у твоих лекарств? – посмотрел на Пелена, пока её родители обеспокоенно начали пытаться добиться от дочери хоть какой-то реакции.

– Нет-нет, от одного раза ничего не… – замахал руками француз, но был прерван криком Эми:

– Она устала! Нужен покой, а не… – женщина, в свою очередь, была прервана уже мной.

– Ты сама требовала суда! – заткнул ей рот. – А теперь уже передумала? – не сдержал вздох. Да, с проблемой нужно было разобраться, однако… – Чёрт, это же просто глупо. Вы хоть понимаете, что одиннадцать лет…

– Синди двенадцать, – поправил Дункан.

– Друг мой, с какого года начинается уголовная ответственность? – перевёл на него фокус внимания.

– С одиннадцати, – слегка замявшись, ответил мужчина.

– Хо, молодец, – не ожидал, что он знает. Выглядит не самым начитанным представителем общества. – Но это лишь для преступлений федерального уровня. Здесь же – драка по…

– Это не просто драка, – насупился Хикс.

– Согласен, – вынужденно признал я. – Потому и торчу здесь.

– Ты лидер, кому ещё? – хмыкнул Жерар.

– Не действуй на нервы, – отмахнулся я. – Скажи ещё, что я манкирую своими обязанностями, – эта мысль придала нотку гнева, заставив пальцы сжаться в кулаки. – Нет, правда. Кто-нибудь из вас, из всех собравшихся, – обвёл взглядом кабинет, – скажите мне это. Подойдите поближе и, глядя в лицо, скажите, что я не выполняю задачи лидера!

Молчание было мне ответом. Кажется, даже самый тупой из здесь присутствующих понял, что так шутить не стоит. Вспышка ярости прошла.

Твою же мать… настроение скачет. Всё-таки я слишком уж сильно выложился на… допросе. Эмоционально выложился. Не люблю… делать это с детьми. Даже если откатываюсь в прошлое. Но жёсткий допрос подразумевает весьма… неприятные процедуры. Получить правду не всегда просто. Ой не всегда…

– То-то же, – прошипел, оглядываясь вокруг. – Потому что… это не так. Я всегда выполняю задачи лидера, даже когда не хочу этого, как сейчас. Просто когда я сталкиваюсь с такой вот хернёй, то невольно испытываю желание послать всех в жопу, – люди продолжали безмолвствовать.

Выпрямился, поправляя футболку и лёгкий жилет.

– Синди, ты можешь продолжить? – перевёл внимание на девочку.

– Да, – односложно согласилась она.

– Действуй, – махнул рукой.

– Я сказала Кайле, что Барни – не её собака, – голос робота странно гармонировал с её детским лицом. – Та начала отрицать это и толкнула меня. Я толкнула в ответ…

– Она врёт! Врёт! – взвизгнула Кайла.

– Тихо, доченька… – постаралась успокоить её Вирджиния.

– Дайте мне сил… – прикрыл глаза. – Кто выкрикнет следующий раз, останется без ужина. Понятно? – слегка улыбнулся. – Без грёбаного ужина, а ведь у нас сегодня мясо. Настоящее, фермерское, свежее и не консервированное. Все уяснили? Ещё один выкрик и конец прекрасному жареному куску сочного мяса!

Лэнс отчётливо сглотнул. Вот проглот! Остальные тоже будто бы подобрались. Хех, «М» – Мотивация!

– Вижу, вы прониклись, – улыбнулся на это. – Синди, продолжай.

– Она толкнула в ответ, – будто бы и не было паузы, продолжила младшая Хикс. – Я сказала, что она слабачка. Мы много кричали. Не очень хорошо помню, что именно. Может и про её брата говорила. Может нет. А потом она загнала мне в глаз карандаш, – ладонь девочки дёрнулась, чтобы ощупать бинт, но Эми мягко перехватила руку, прижав к себе. Замечаю, как глаза женщины наполнились слезами.

– Что же, звучит вполне реалистично, – облокотился я о край стола. – Кайла, ты виновна.

– Смеёшься⁈ – вскинулась Вирджиния.

– Это что, был выкрик? – наклонил голову. – А ведь я предупреждал.

– Не издевайся, Сандерс! – возмущённо продолжила она.

– Но это ведь ты науськала Кайлу рассказать сказку про выяснение отношений в коллективе? – хмыкнул в ответ.

– Нет конечно! – уверенно соврала она.

Угу, именно соврала. Я ведь говорил, что уже знаю истинную картину событий? Да-да, мне пришлось применить достаточно жёсткие меры, чтобы выбить правду. Гордиться тут нечем, но всё было проведено быстро. А потому, я знаю, как дело обстояло на самом деле. «Суд» был нужен скорее для общественности, а также чтобы создать прецедент, по которому в будущем будут проходить подобные слушания.

– Ты на самом деле хочешь сказать, что только-только приехавшая сюда девочка попыталась поджать под себя твою дочь, потом начала оскорблять твоего погибшего сына и в целом, именно она сама и виновата во всём случившемся? – приподнял бровь.

– Я верю Кайле! – категорично выдала Флеминг.

– Даже если так, – развожу руки в стороны. – Давай на секунду предположим, что ты права. Во всём виновата Синди. Она обзывалась и толкалась. Но почему-то Кайла, вместо того, чтобы пойти и сообщить об этом взрослым, едва не убила её. Мне стоит поведать, что загони она карандаш чуть-чуть поглубже, то зацепила бы мозг? Кровоизлияние туда убило бы девочку, а потом она поднялась бы, как зомби. Что произошло бы следом? Сколько человек погибло бы в результате случившегося⁈

– Игра фактами! – выпалила та.

Люди, стоящие вокруг, с интересом смотрели то на меня, то на неё, словно мы перекидывались теннисной ракеткой.

– Фактами, это да, – киваю ей. – Игра? Почему? В чём я ошибаюсь?

– Никто не погиб, это была самооборона! – афроамериканка уверенно ткнула пальцем в мою сторону. – Как можно было уйти к взрослым во время драки? Кайла защищалась от более сильной и старшей хулиганки!

– Ах ты сука! – заорала Эми.

– Тихо! – стукнул кулаком по столу. – Второй человек без ужина!

– Серьёзно⁈ – изумлённо уставилась та на меня.

– Похоже, что я шучу⁈ – прищурился в ответ.

В наступившей тишине явственно услышал, как снова сглотнул Чапман.

Дункан взял Эми за руку и прижал женщину к себе.

– Вирджиния, – обернулся на неё, – сейчас ты пытаешься прицепить факты, которые не произошли. Ты утверждаешь, что если бы Кайла не ударила Синди карандашом в глаз, то та забила бы её до смерти. Однако, травмы не говорят о подобном. Жерар, – перевёл взгляд на мужчину, – что было у девочки?

– Несколько синяков, не более, – пожал тот плечами. – Как, впрочем и у Синди. Особых травм нет, лишь глаз.

– Спасибо, – киваю ему. – Я, как верховный суд, решаю, что вина на тебе, Кайла, но так как ты не до конца отвечаешь за свои поступки, то она переносится на твою мать, Вирджинию Флеминг.

– И что мне делать? – голос у женщины всё ещё отдавал высокомерием, но… в нём ощущалось и смирение с задумчивостью. Вопрос был поставлен достаточно интересно.

– Радоваться, что у нас нет смертной казни? – ухмыльнулся я. – Назначаю тебе балл, за не подлежащее воспитание дочери и долг в одну услугу семье Хикс. Последнее означает, что если они пожелают, ты выполнишь одно любое поручение, которое им потребуется. Естественно, оно не должно ставить твою или чью-то иную жизнь под риск. Чтобы проконтролировать выполнение поручения, обе семьи: твоя и Хикс, собираются у меня в кабинете, – палец указывает на пол. – Здесь я выслушиваю поручение, подтверждаю, что риска для жизни нет и контролирую, чтобы оно было выполнено от и до.

– Что это значит⁈ – о, как она задёргалась!

– Ты слышала, – жёстко подтвердил я. – У нас нет возможности взыскать с тебя деньги или ресурсы, потому что они все общие. Значит, отдашь услугой. Если по какой-то причине ты погибнешь, то долг переходит к Кайле. Я сказал, – и ещё раз стукнул по столу, изображая удар молотка.

Глава 4

Радиопередача была слегка искажённой, то есть, не она сама, а голос, который оттуда раздавался. И тем не менее, даже я был вынужден признать, что звучал он на редкость убедительно.

– Сегодня пришла новая группа, – воодушевление прямо-таки чувствовалось, несмотря на всё расстояние, которое нас отделяло! – Они сообщили, что прибыли аж из самого Детройта! Настоящий подвиг, пройти столь обширные области и не погибнуть по тысячам разных причин, среди которых зомби – далеко не самая опасная угроза. Хоть и по прежнему наиболее вероятная…

Собравшиеся здесь люди с интересом прислушивались к каждому слову. Никто не болтал, заглушая звуки радио.

– … двенадцать человек, четверо женщин, семь мужчин и ребёнок. Каждый получил вакцину, каждый получил кров. Мы продолжаем оповещать население: спасение есть! Монреаль обязуется обеспечить жильём и работой каждого человека! И конечно же – безопасностью. Я даже расскажу каким образом: старые ресурсы. Да-да, давайте скажем это, посмотрев правде в глаза: мир погиб! Всё, что осталось от него, теперь должно послужить нам, для того, чтобы восстановить человечество и весь наш великий род. Зомби-эпидемия – кошмар и ужас, но точно также чума в четырнадцатом веке уничтожила почти половину населения мира. Разве это стало поводом для людей того времени, чтобы опустить руки? Нет, они стремились бороться и победили эту гадость, как мы боремся и сейчас!

Хороший оратор. Очень умело управляет голосом и смещает акценты, взывая к эмоциям слушателей.

– Добровольцы, за которыми мы следим уже целый месяц, отлично себя чувствуют, хотя в их кровь была введена подкожная, трупная инфекция, полученная от заражённых. Наши солдаты, бравые защитники, также не раз получали укусы, но никто не заболел и не обратился. Мы призываем население…

– Чушь, – не выдержал я, прерывая радио, ведь уже стало понятно, что более ничего полезного там не скажут. – И я уже объяснял почему.

Мои слова произвели эффект разорвавшегося снаряда. Народ будто бы очнулся, начиная разговаривать друг с другом, обсуждая и речь диктора, и мои слова. Кто-то, как Лэнс с Тайроном и вовсе явно заговорили о чём-то своём.

Мы находились в обширном помещении зоны отдыха. Одном из немногих, которые решили полноценно утеплить и обогревать. Вообще, таких было немного: вышеупомянутая «зона отдыха», кухня, общая спальня, моя комната, мой кабинет – как место для совещаний, склад (он же временный лазарет), обзорная вышка и курятник, под который приспособили один из маленьких гаражей, расположенных на первом этаже, внутри комплекса. Хех, Жерар постарался: вместе с группой сумел достаточно поработать над помещением. Доделывать ещё, конечно, надо, но… даже так получилось вполне себе нормально и более-менее тепло. Хотя птичек всё равно регулярно навещали, проверяя обстановку.

Кхм, что по итогу? Восемь помещений. Вроде и немного, но перечислил их и кажется, что не так уж и мало. Учитывая, что в общине всего двадцать четыре человека, среди которых двое детей, а ещё шестеро почти постоянно пропадают на вылазках… Остаётся уже шестнадцать. Из них кому-то регулярно нужно готовить на всю свору, кому-то столь же регулярно стирать (причём вручную!) и прибираться. А ведь кроме утепления помещений, в процессе всё ещё находится доработка комплекса: ремонт сломанных дверей, заколачивание выбитых окон, баррикадирование неиспользованных коридоров по методу Альваро…

Даже с учётом того, что теперь каждый из людей занимается каким-то делом и не просиживает штаны, мы не успеваем сделать всё. Благо, что хоть уже названные комнаты были более-менее утеплены. Во всяком случае, сейчас мне было не холодно, хоть и одет достаточно легко: спортивные штаны и футболка. Правда и на улице температура стояла на уровне нуля… Сужу по тому, что ранним утром уже можно обнаружить воду, покрывшуюся тоненькой коркой льда. Он почти моментально тает, как только восходит солнце, но… показатель. Скоро температура опустится до минуса.

Хех, слишком уж низкой, конечно, не будет. До России с её минус сорок однозначно не доберётся, но под минус двадцать – вполне. А дома и стены здесь традиционно тонкие, едва ли не бумажные, как в той же Японии. И хоть есть шанс на «тёплую» зиму, температура которой будет гулять от минус пяти до минус пятнадцати (разбег хороший, не спорю), но чтобы всерьёз надеяться на такое, нужно быть тем ещё мечтателем. Таких у меня, благо, нет.

Да и вообще, минус двадцать – это, что называется, «средняя» минимальная температура. Всегда есть шанс, что ударит посильнее, доходя до минус тридцатки – любимой температуры моей прежней родины…

Пока что станция радует возможностью не думать о холоде на улице, но что будет позже? Если бы комплекс был целым, я бы не особо за это переживал, но ведь было выбито множество окон и дверей! Местами порушена обшивка и иные, подобные проблемы… Всё это играет не лучшую роль. Учитывая же отсутствие отопления…

Мотнул головой, прогоняя несвоевременные мысли. Поздно уже переживать. Всё, что было можно, мы сделали. Остальное станем доводить до ума на ходу.

Помещение освещало несколько свечей, ведь на улице давно стояла темнота, а электричество мы экономили, то есть топливо для генераторов. Свечи, по хорошему, тоже следует экономить, но… мы пока не дошли до уровня нехватки вообще всего. Всё-таки прав был тот неизвестный мужик на радио – ресурсов «старого мира» всё ещё достаточно много. Вот только это не означает, что можно безответственно их тратить. Уж кто, как не я, это понимает…

В принципе, мы и так понемногу переходим к «рабочему дню» средневековых крестьян: вставать с восходом солнца, когда становится светло, а ложиться с заходом – когда темно. Хотя сейчас времени-то всего – девятый час, но осень, почти перешедшая в зиму, диктует свои правила, оттого формально уже наступила ночь, а всё ещё непривычным к такому людям не хотелось спать. Что же, составил народу компанию в их развлечениях.

Настолки, которые мы с таким трудом сумели найти (не только «Подземелья и драконы», ещё была «Монополия» и десятки менее популярных, но занимательных вещиц), сегодня были отложены в сторону. Народ собрался вокруг радио, которое и было торжественно включено.

Чтобы изрыгнуть из себя сказки для умственно-отсталых!

Хех… И ведь уши развесили почти все! Хотя нет, брат ушёл спать, отсутствовал Тим, который, сука, даже не старался сюда прийти!.. Придурок, он будто бы специально проигнорировал все мои указания. Ничего, получил ещё своё… как-нибудь. Линды тоже не было. Ну, оно и понятно, женщина была уже не молода, а за день сильно уставала, занимаясь готовкой. Кайла, вроде как наказанная Вирджинией, тоже наверняка уже сладко спала. Надеюсь лишь, что она, как вчера, не затащила Барни себе в постель? От собаки лезет шерсть, а её когти вполне себе хорошо рвут наволочку и остальное постельное бельё… Да и опасался я блох, которых пёс вполне себе мог подцепить на улице, даже несмотря на то, что Батлер давала ему кое-какие лекарства из зоомагазинов и лечебниц, парочку из которых мы как-то навестили по пути, забрав всё, что могло пригодиться.

Хм, кто ещё отсутствовал? Ах да, наша больная – Синди, которая сейчас, под присмотром моей матери, лежала на складе. Хех, не на полке, само собой, а в кровати, которую туда притащили. Как уже говорил, склад временно играл роль госпиталя, так как все лекарства лежали именно там. Хм… может, стоит использовать настоящую медицинскую комнату? Она здесь есть… Но не утеплённая. М-да… дилемма. Нет уж, пусть пока на складе полежит, ничего ей не будет, там тоже вполне себе удобно.

Девочка идёт на поправку, осваиваясь с новым способом взаимодействия с окружением. Да, потеря глаза – крайне неприятно, но как я знаю, привыкают к этому быстро, пара недель – и ты уже действуешь по инерции.

Останется только завести пару не очень приятных привычек, как например – регулярный уход за пустой глазницей: чистка, смачивание, использование крема, повязка… Это лишь в кино пираты гордо ходили без глаза, руки и ноги. На самом деле – подобное весьма негативно сказывается на организме. Благо, что у Синди он ещё молодой, адаптируется…

Нет, ну до сих пор не могу понять, каким образом тупая детская ссора довела до подобного! Умудриться выбить глаз, мать вашу! Да даже в средние века, в моей прошлой жизни, до таких крайностей дело редко доходило!

Подавил желание сплюнуть и лишь тихонько вздохнул, успокаивая внезапно появившиеся мысли. Всё хорошо, Эйд…

Как уже говорил, мои негативные слова, касающиеся диктора, произвели впечатление. Большинство слушало радио затаив дыхание и невооружённым взглядом становилось ясно: если бы не расстояние, они рванули бы туда чуть ли не сегодня, прямо ночью.

Подобное нужно искоренять…

– Говорит он складно, – Жерар с усмешкой почесал подбородок. Невольно вспомнил его старую привычку дёргать себя за бороду. Однако, сейчас он её сбривал. Как мужчина мне признался, всё сделано для того, чтобы выглядеть моложе.

– Не спорю, – вынужденно начал объяснять собственную позицию. Потому что без неё мои слова сочтут чем угодно, но не истиной! Может, посчитают, что я завидую такой крутой общине и не желаю, дабы хоть кто-то попытался туда отправиться? – Но давайте ещё раз: шансов добраться до Монреаля у нас критически мало. Это другой конец страны! – взмахнул руками. – Там человек восхищался, что прибыла группа из Детройта, а от Атенса до них как пять раз до Детройта!

– Раза четыре, не больше, – насмешливо прокомментировала Сара. Она, как и моя «боевая группа» была в курсе, почему я не желаю, чтобы община «проникалась» идеей Монреаля.

– Попридирайся ещё к словам, – снисходительно посмотрел на неё.

– Хм! – демонстративно отвернулась Маджо.

– Расскажи то, как ты тогда сравнивал это с… ну, средневековье и замками, – вытянулась Конни, словно примерная отличница. Ага, она тоже слышала те мои слова. И потом ещё новые, когда мы обсуждали ситуацию лишь наедине.

– Аха-ха, любимая тема Эйда! – тут же выдал Лэнс.

– А что тут такого? – удивилась Мэнди. – Я тоже люблю средневековье! Галантные рыцари, блистательные дамы…

Ох, если бы! Впрочем, это тема для отдельного вечера. И, пожалуй, не одного…

– Не виноват, что мне так проще! – развёл руками.

– В то время всё было проще, – проворчал Пелен.

– Ой, не скажи, – всё-таки не сдержался я. – Проще там было, ну-ну, – по инерции начинаю шагать вокруг сгрудившихся возле радио людей. – Непрекращающиеся войны, скучающие аристократы, обладавшие безграничной властью в своих наделах, которые могли сделать что угодно, как раз таки от скуки. Короли, играющие роль «самой большой лягушки в болоте» и единственные, кто имел возможность хоть как-то контролировать прочую знать. То есть, некоторые на полном серьёзе съезжали с катушек от вседозволенности, называя себя богами, – память больно резанула по мозгам. – Представляете, сколь сильно такое в голову било? То есть, имелись случаи, когда такие вот короли объявляли войну морю и солдаты часами били воду мечами. Как вам такое?