Текст книги "Живые и мертвые. Часть III (СИ)"

Автор книги: allig_eri

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 22 страниц)

Ага, можно сказать, поменялись местами. Теперь не трупы охотятся на живых, чтобы заполучить их внутренности, а наоборот! Ха-ха!

– Звучит, как тот ещё сюрреализм, – тихонько бурчал себе под нос, привычным движением распарывая бледный живот и набирая целые ладони наполовину протухшей крови.

Вдобавок, пришлось тащить с собой сумку лекарств, ибо Данн не мог сказать чего-то конкретного без осмотра больных. Жаль, конечно, но ожидаемо.

Очень опасался повторения тех же проблем, которые навалились на нас вчера: частые и вынужденные остановки, повышенный интерес заражённых, даже при наличии на одежде их крови, но нет, иногда должно везти и нам, верно?

В общем, до комплекса добрались без приключений, наш «новичок», к счастью, вёл себя адекватно, заражённым притворялся успешно, от их вида не кричал и не впадал в панику. В общем, образцовый «охотник»!

В подвале станции, куда мы попали тем же самым путём, находилось всего десяток разрозненных трупов, что послушно умирали, стоило лишь аккуратно подойти и ударить по затылку. Нас они воспринимали как своих сородичей, совершенно не ожидая «предательства».

Ни одной более-менее серьёзной схватки, ни одного нежелательного привлечения внимания!

Так вообще бывает?

Ох, либо госпожа Удача послала мне белую полосу, либо готовит настоящее ассорти из дерьма. И я искренне опасаюсь второго!

Двери, к сожалению, пришлось выбить. Ну, то есть аккуратно подцепить их ломиком, так как Жерара при себе уже не было. Тащиться за ним пришлось бы отдельно.

– Арлин! Живая! – очередное везение? К девушке тут же бросилась Конни, да и я недалеко отстал, аккуратно обняв плачущую шатенку, которая успела прийти в себя. Аккуратно, потому что был немного… кхм, испачкан, как и сама Корсон. Даже пришлось указать ей на это, отчего блондинка испуганно ойкнула.

Выглядела Арлин, конечно, так себе, к тому же, по прежнему была с весьма сильной температурой, но… даже то, что девушка вообще оказалась в сознании, было замечательно.

Шатенку тут же стали отпаивать водой, а сердобольная Конни всунула шоколадный батончик, который её подруга проглотила почти не жуя.

Мы же, в это время, занялись освобождением парней. С ними, благо, всё оказалось без изменений, правда Коди ворчал, что пришлось целый день нюхать чужое дерьмо.

Угу, напоминаю, что Тим, ежели что, теперь мог ходить лишь под себя.

Радость от того, что девушка не погибла, немного портил отвратительный запах, который стоял в тюремных «камерах». Впрочем, от нас воняло почти также мерзко, да и вообще, я начинаю к такому привыкать.

Хех, приятного мало, не поспоришь, но что ещё остаётся? Все вылазки проходят в дикой вонище от гнилых потрохов зомби, которые продолжают разлагаться прямо на тебе. В лагере сидят потные, грязные люди, которые моются, в лучшем случае, вечером: в реке или ближайшем водоёме. В худшем – не моются вовсе. Так как нечем, а обычную воду приходиться экономить.

Стирка также явление достаточно трудное и полностью ручное. Мыло и порошки приходится экономить, внимательно следя за расходом, отчего ситуация не располагает к чистоте и порядку.

Вот дерьмо… не ценили комфорт цивилизации! Даже я, который, конечно, по началу был ему крайне рад, но потом, ещё в детстве, всё вошло в привычку. Сейчас вот, отвыкаю. Ура?

Хех, а ведь скоро начнут заводиться клопы, вши и прочая нательная живность. Если уже, у кого-то, не завелась. В средние века, между прочим, подобное было абсолютной нормой почти у всех и каждого, что королей, что крестьян.

Да-да, не нужно удивляться! За всеми вельможами ухаживали слуги и даже если «высокие лорды» заботились о собственной чистоте, то разве могли остальные соответствовать их стандартам?

Ну да плевать, не хочу забивать голову разной ерундой. В общем, немного пришедшую в себя Стюарт тут же осмотрел Данн, сразу выдав ей парочку профилактических таблеток, а потом признал случившуюся ситуацию обычной простудой, хоть и с обострениями и температурой.

Интересно, стоит ли ему доверять?.. Выглядит уверенным, но…

– Такое бывает, – важно высказал Артур. – Скорее всего, тут сыграло сразу несколько факторов, – у меня сложилось ощущение, что мужчина подключил все свои медицинские навыки. Особенно красноречие. – Сильный стресс; холодная вода, пол и стены; ощущение безнадёжности; страх… Такое только в фильмах не имеет последствий! Однако, – выставил палец, – организм молодой, так что справился. И это очень здорово, потому что в ином случае, девушка действительно могла умереть.

– Здоровское описание всего происходящего, – фыркнул Фриман. – Очнулась – значит выжила, не очнулась – то умерла бы.

– И всё-таки, – Артур не обратил никакого внимания на слова Майкла. Вместо этого, профессионально продолжал осматривать Стюарт, причём таким, типично врачебным взглядом, не обращая внимание на наготу. Надо же, хоть где-то ещё проявляется его врачебный опыт! Может, всё действительно не так уж и плохо?.. – Даже сейчас заметны характерные признаки именно простуды: насморк, красные глаза, лёгкое недомогание. Мелочи! Пройдёт. Пусть примет стандартный курс витаминов, а также несколько профилактических таблеток. Последние я уже дал, но нужно будет продолжить и в лагере.

– Витамины, пожалуй, стоит пить вообще всем, – произнёс я, а далее высказал свою старую мысль про то, что из-за скудности разнообразия рациона, у большинства могут начаться какие-либо проблемы со здоровьем.

– Ты прав, – с некоторым удивлением, будто сам об этом ранее не думал – хотя, скорее всего, так оно и есть, – выдал Данн. – Нужно будет заняться этим, по возвращению обратно. Предоставить всем обязательный набор витаминов. Быть может, это даже поможет с той заразой, что у нас ходит.

– Что же, – обернулся к шатенке и довольно улыбнулся. – Радует, что у тебя всё не так плохо, как мы опасались. Более ведь… – демонстративно оглядел её, – кроме «ледяного душа» больше… ничего не было?

– Как ты вежлив, – закатила Стюарт глаза, но всё равно улыбнулась. Было хорошо заметно, что наш приход сильно поднял ей настроение, а пища и вода добавила сил. Однако… общий вид всё равно оставался достаточно плачевным. Ну да плевать, главное – выжила. А там ещё вернёт себе форму! – Нет, меня никто не насиловал. И даже не бил. Грёбаный «ледяной душ», как ты выразился, и десяток-другой вопросов. Ответы, впрочем, они уже знали. По сути, от меня требовали лишь подтверждение. Ну и угрозы были, само собой. Потом просто оставили здесь, так и не отдав одежду, не предоставив никакой еды, тупо бросив в луже ледяной воды и стоящим в углу ведром, под «естественные нужды», – чем дольше она говорила, тем тише становился голос. В конце и вовсе отвела заблестевшие от слёз глаза.

– Ублюдки! – яростно вспыхнула Корсон. – Впрочем, – почти сразу немного остыла, – теперь у этих тварей проблемы поважнее, – блондинка хихикнула, кратко поведав случившееся после её пленения: «переговоры» Таубера, их срыв, а также прорыв зомби.

– Радует, что ситуация завершилась хорошо, – слабо улыбнулась Арлин. – Повезло, что вы, ребята, – посмотрела на меня, – смогли со всем разобраться, – шатенка вздрогнула, чем заставила меня вспомнить кое о чём важном.

– Мы принесли тебе одежды, – снял со спины сумку. – Надо было сразу отдать, но… кхм… В общем, вот, – передаю пакеты. – И тебе, Коди, тоже, – отдаю форму Кромтону. – Она тут на всех, но… – смотрю на Тима.

Парень индифферентно пожал плечами.

– Оставим эти разговоры до лагеря, – вклинился Майкл. – В нём можно будет спокойно поболтать и тщательно всё обсудить. Там, – махнул рукой, – не здесь.

– Дело говоришь, – кивнула Корсон.

Тим, в это время, остался единственным, кто не мог передвигаться и даже принять одежду. Угу, Арлин, хоть и была очень слаба, но с помощью Конни оказалась вполне себе в состоянии одеться и даже передвигаться. Правда я видел, как Стюарт морщилась. Но… хотя бы могла. В крайнем случае я или тот же Майкл вполне могли были взять её на руки. Но вот Тим…

– Что же, не страшно, – гулко засмеялся Левис. – Меня проще убить и обратить в зомби. Тогда сразу сам за вами побегу!

– Придурок, не шути так, – вскинулась наша блогерша.

– Ну вот, а могла бы и поддержать больного, – кивает он на свою ногу. – Небось над юмором Лэнса смеёшься только в путь?

– Ага, – фыркает Констанция. – Закатываюсь до истерик. Почему думаешь, его с собой не взяли? Чтобы анекдоты не травил, а то ведь не выдержим, начнём по полу от смеха кататься и сразу привлечём чужое внимание.

– Чего-то такого я и ожидал, – улыбнулся Тим.

Пока остальные одевались, Артур изучил состояние парня.

– Открытый перелом, со смещением кости, – выдал он. – Нужна операция и… – вздохнул. – Возможно, пошла инфекция.

– Возможно? – приподнял бровь. – Это как?

– Может «да», а может и «нет», – пожал Данн плечами. – Я не знаю. Никто не скажет точно, без соответствующих анализов. Но пойди их сделай в такой ситуации! Разве что ждать, пока будут какие-то видимые глазу последствия, но… когда они пойдут – будет очень и очень поздно. До этого лучше не доводить.

– Ладно-ладно, что предлагаешь? – не позволил я разговору уйти в какие-то дали. Слишком часто такое происходит в последнее время.

– Перетаскивать его я… – задумался. – Не рекомендую.

– Мнение эксперта, – усмехнулся Майкл. – Я сказал это ещё вчера, даже не увидев Тима, а просто узнав о его ситуации.

– Может и полечишь его тоже ты? – огрызнулся Артур.

– Может и полечу, – насупился Фриман. – Дам таблетки, как и ты, а потом буду смотреть.

– Ты сможешь провести операцию? – спросил врача, игнорируя сокомандника.

– У меня почти нет инструментов, – отрицательно покачал тот головой. – А что самое страшное – опыта. Я – врач-кардиолог. Не хирург. А здесь нужен именно он.

– Какие шансы, что в группе Альваро были такие и они до сих пор живы? – обернулся ко своим, на что получил лишь вздохи.

Скрещиваю руки на груди и осматриваю Левиса.

– Что же, – озвучиваю единственное, что пришло мне в голову. – Сейчас мы накачаем тебя мощным снотворным, под контролем врача, – киваю на Данна. – А в лагере… придётся отрезать ногу, друг.

– Блядь, – прикрыл он глаза. – А знаешь, – почти сразу ответил, хоть и с болезненной улыбкой. – Я думал об этом. Коди! Я ведь говорил это, помнишь?

– Ты только об этом и говорил, придурок, – «поддержал» его Кромтон.

– Ха-ха, верно, – моментально согласился Тим. – Но так и случилось! Потерял ногу из-за перелома. Полностью! Как же смешно!

– Ты останешься жив, – спокойно отвечаю ему. – Будешь заниматься тихой и мирной работой на станции, – тыкаю пальцем в потолок. – Сидеть в кабинете. Есть в столовой. Спать в кровати. Передвигаться будешь с помощью костылей или протеза, если найдём нечто подобное. Ты – молодой парень, так что справишься.

А если нет, то придётся от него избавиться. Потому что мы не в том положении, чтобы кормить кого-то просто так. Нет у нас для этого ресурсов. Сейчас ты либо приносишь пользу, либо идёшь в жопу. И если Левис не сможет показать хоть какой-то результат…

– Ты такой же, Эйд, – голос Тима дрогнул. – Тоже молод, но… у тебя нет этой проблемы. И у Майкла нет. И у Лэнса… Только у меня.

– И из-за этого мы будем постоянно носиться по городу, выискивая припасы и прячась от трупов, – слегка улыбаюсь и кладу руку ему на плечо. – Рисковать своей шкурой, чтобы накормить тебя и остальных ребят.

– Никто тебя не бросит, Тим! – воскликнула Констанция. – Сука, главное – что в голове происходит, а остальное – тьфу и растереть! – девушка аж подскочила. – Я как-то снимала ролик в больнице, где общалась с полностью парализованным парнем, так даже он не сдавался! Просто старался делать хоть что-то! Он, вообще-то, охрененно научился рисовать! Ему подключили прибор, который отслеживал движения глаз и языка, так тот такое им стал вытворять!

– Заставляешь меня ревновать, – вполголоса произнёс на это, вызвав смех.

Вот только сейчас уже не прошлый, сытый мир. На одной лишь умственной деятельности себя не обеспечить. Приходиться работать руками. И много. А тот, кто не работает, тот не ест.

– Иди ты, – улыбнулась блондинка, поправляя волосы, что выбились из-под аккуратной, плотной причёски, спрятанной под кепку, дабы не мешались в вылазке. – Так что, – вновь обернулась к Левису, – по сравнению с ним, ты в шикарной ситуации!

– Всегда есть тот, кому ещё хуже, – вставил свои пять копеек Коди.

– Надеюсь ты не себя имеешь в виду? – нахмурился Фриман.

– Тебе какое дело? – моментально огрызнулся Кромтон.

– Ладно вам, – махнул рукой. – Так что, Тимми, ты готов?

– У меня есть выбор? – парень нашёл в себе силы улыбнуться. – Сделайте это быстро и… Не знаю. Просто не знаю, что будет дальше…

– От операции будешь отходить долго, – откровенно поведал ему, опередив Артура. Ибо рубка конечностей была хорошо знакома мне по прошлой жизни. Целители в средневековье обожали это дело. Сломал, обжёг, повредил? Надо рубить!

После битвы всегда был полный лазарет, откуда вёдрами выносили рубленные конечности, что ноги, что руки. Армия получала толпу калек, дорога которым, после случившегося, была лишь одна – на паперть.

Не даром всегда говорили, что в средневековье было множество нищих. Но никто не задавался вопросом: «Откуда?» Ведь существовали же крестьяне, обычные рабочие, слуги и так далее. То есть люди, которые не имели никаких денег. Но почему-то они не просили милостыню возле храмов.

Ответ очень прост: они работали. А калеки так уже не могли. Потому и была у них лишь одна дорога – надеяться на других. И ладно ещё умелый мужик, потеряв, например, ногу, мог заняться каким-то ремеслом: плести что-то, ткань выделывать, горшки обжигать и так далее. Но в основном подобные травмы приходились на наиболее многочисленную прослойку армий: обычных деревенских жителей, не обученных ничему, кроме вспахивания земель. А в деревне, после потери конечности, такой «работник» уже был не нужен. Что ему делать? Сесть на чью-то шею?

Подобного человека банально выгоняли. Ага, вот так вот. «Мирные», сука, жители! Конечно, их можно было понять, ибо еды и для себя, обычно, не хватало. А тут лишний рот свалился.

В общем, к чему это я? Познаний по вопросу отрубания конечностей у меня было много. Даже сам, как-то, проводил. Да не в бою, а уже после, в качестве мер «врачевания».

– С месяц проваляешься, – продолжил я. – Будет страшно болеть, но… пройдёт. Зарубцуется. Через этот самый месяц начнёшь понемногу вставать. Примерно через два-три уже будешь «бегать» на костылях. А там привыкнешь и освоишься. Если сумеем – найдём подходящий протез, станешь носиться почти как раньше.

– На три месяца, считай, потерял форму, – улыбается Тим. – Что же… Сейчас я в таком состоянии, что на всё готов…

– Дотерпи до базы, – тихо произносит Конни. – Там поешь только хорошо, а потом…

Левис кивнул. Глаза парня наполнились слезами. Мне самому, честно сказать, было его жалко. Чёрт, до чего же мерзкая ситуация! Ненавижу, когда близкий человек превращается в калеку! Смерть – это одно, а видеть вместо здорового и полного сил приятеля его бледную тень – совсем другое.

Наоми… в моей памяти ты всегда будешь самой лучшей и красивой. Сколько бы времени ни прошло. И плевать, что когда-то черты твоего лица окончательно исчезнут, забудутся, но чувства… Они будут вечными.

Далее я сходил за Жераром. Один. С собой была лишь сумка вещей, которые заранее облили кровью мертвецов. Немного внутренностей, по старой-доброй традиции, завернул с собой. Сука… словно какой-то маньяк-каннибал. Но какой мир, такие и традиции!

Пелен воспринял предложение и свою новую форму одежды более чем стоически. Хотя для начала я ещё поискал его. Дерьмо, забыл точное место, где мужик сидел! Думал даже спускаться вниз, брать у Майкла телефон, да попросить француза набросать правильный путь, но заметил ориентир: парочку дохлых зомби, которых мы убили вчера, неподалёку от кабинета, где прятался Жерар. Отсюда уже получилось сориентироваться и обнаружить убежище мужчины.

– Думал, забыли про меня, – хмыкнул он.

– Я ведь обещал, что вытащу, – спокойно ответил ему.

Когда вернулись обратно – по дороге пришлось обходить группу зомби, которую привлекли странные постукивания за одной стеной: либо кто-то выживший, либо что-то заметивший мертвец, ставший ломиться прямо через стену, – Левис уже давно спал: вырублен препаратами Данна. Вся группа была наготове уже с полчаса и на меня воззрились не самым добродушным взглядом. Но что я мог на это ответить?

– Пришлось задержаться, – улыбнулся я. – Ну что, идём?

Про Винса я не напоминал, а остальные и вовсе, судя по виду, о нём забыли. Вот и ладно, сейчас не до него. А даже если сдохнет… что же, невелика беда.

Далее пригодился мой план. Для начала, Тима пришлось замотать в тряпки, на которые вылили остатки мёртвой крови, предварительно забинтовав ногу, чтобы даже капли не попало. А потом его взвалил на себя Том, направившись на выход. Тут группа и замерла, дожидаясь, пока я взорву фейерверк на дальнем конце территории.

Эх, оттяну часть трупов из комплекса, вот сто процентов оттяну. Но да ладно, какое-то количество там в любом случае останется. Да и фейерверки прогорят быстро.

Передвигаться в одиночку было гораздо проще, чем с толпой. Не нужно было следить за каждым, не требовалось постоянно мониторить, что и у кого случилось. Нет, сейчас я отвечал лишь за себя самого. Боже, как же это было просто!

И вновь, уже второй раз за короткое время, меня посетила мысль всё бросить. Снять с себя ярмо, которое самовольно взвалил на собственную шею. Эта группа… эти бесполезные, слабые люди, что действительно не могут сделать, казалось, элементарные действия… Зачем они мне?

– Просто дожить до момента, когда хоть где-нибудь начнут появляться поселения, – едва слышно говорил сам себе под нос, пока устанавливал фейерверки на пустыре, без трупов поблизости. – И присоединиться. Вряд ли прогонят. А если и прогонят, пойду в другое. Смерти не боюсь, просто откачусь во времени. Удобно…

Но я знал, что не поступлю так. Мало того, что не желаю бросать людей, в которых вложил столь много усилий, так ещё и… успел подружиться… даже «найти свою любовь». Хах, да и… это же моя команда, которая и так готова идти за мной хоть в огонь, хоть в воду.

Вон, Майкл по одному моему слову совершил убийство пятерых человек, двое из которых были нашими товарищами. Причём никто ему не угрожал, не пытал и даже не мешал. Это было хладнокровное убийство.

– Не нужно выпендриваться, Сандерс, – хмыкнул сам себе, чиркая зажигалкой и поджигая фитили. – Тебе досталась охрененная группа и не их вина, что судьба ставит нам палки в колёса. Они ещё умудряются отлично справляться со всеми бедами.

Резко вскочив на ноги, осторожно оглядываясь, походкой заражённого начал покидать закуток. Вот-вот здесь будет не протолкнуться…

– Пусть и с моей помощью, – дополнил сказанное ранее и ухмыльнулся.

Далеко убежать не сумел, на взрывы, шум и яркий свет примчалась огромная толпа, едва не снёсшая меня по пути. Сука! Вот бы, не знаю, организовать нечто подобное, но чтобы костёр продолжал гореть, а все трупаки, как светлячки на огонь, помчались внутрь, сгорая в пламени.

Вот только что-то не спешат они забираться в пламя. Может, взрыв «не тот»? Слишком слабенький? А какой тогда нужен? Ядерную бомбу, что ли, взорвать?

Хех, интересно, а их вообще взрывали? Наверняка да. Вот дерьмо, это же есть риск вызова ядерной зимы, ежели таких было много. Правда в Америке, судя по всему, такое не происходило, но мало ли? И вообще, сколько ракеты простоят без обслуживания? Я имею в виду, нет ли риска, не знаю, случайной детонации?

Я, так-то, не эксперт в области военной техники! Скорее средневековой, да и там, считаю, найдутся те, кто меня за пояс заткнут, а потому могу лишь предполагать.

Эх, надеюсь, всё-таки, ошибаюсь. Ибо если, рано или поздно, но запасы ядерного оружия самопроизвольно взорвутся, то миру точно настанет конец. Тут же тысячи этих бомб!

Слишком резко дёрнулся влево, обходя очередную толпу зомби, несущуюся прямо на меня. То есть, неслись они к фейерверку за моей спиной, но ощущение, в первые моменты, было незабываемым! Словно все заражённые решили наброситься именно на меня! Благо, что я уже научился определять, куда последует атака мертвеца, просто по тому, как он двигается. И в данный момент все зомби двигались хаотично. Это меня успокоило.

Кхм, так вот, когда я резко бросился налево, то видимо сделал это, по меркам некоторых трупов, слишком необычно, отчего ко мне тут же проявила интерес какая-то часть толпы. И вот, вынужден аккуратно отводить их подальше, ибо ублюдки, несмотря на шум и взрывы за спиной, наметили себе цель в моём лице, и теперь демонстративно приближались всё ближе и ближе.

К своим с таким «хвостом» соваться было противопоказано. А отвести уже тупо нечем. Остаётся лишь один вариант – добить ублюдков.

– Мать вашу… – едва слышно произношу я, пользуясь тем, что было слишком громко, дабы меня вообще мог кто-то услышать. Угу, я не поскупился, притащив сюда весьма приличное количество фейерверков…

Заметив контейнер, возле которого было сравнительно пусто, тут же, наплевав на маскировку, запрыгиваю на него, отчего шаги позади моментально изменили свою скорость. Вместо сравнительно неспешных став судорожными и стремительными.

Но я уже вытащил топор, готовясь принять оборону. Отличное место! Когда защищал лагерь, при нападении на него, то стоял на трейлере, умудрившись перебить больше десятка тварей. Тут их будет поменьше, если, конечно, своим копошением не привлекут новых…

В общем, в себе я был уверен, а потому смело достал топор, моментально обрушивая на руки первого подтягивающегося трупака.

Сильный удар и острое лезвие позволили сходу перерубить ему запястье, отчего об этом зомби можно забыть. Теперь, с одной рукой, он точно не сумеет подтянуться. Однако, так как контейнер был достаточно широк, то новые «гости» начали лезть сразу с нескольких сторон.

Тут уже не стремился точечно попасть каждому по голове, о нет! Я носился, как в жопу ужаленный, стремясь хотя бы пройтись по рукам, дабы уже потом, имея возможность действовать более спокойно, аккуратно всех добить.

И получалось это так себе…

Замечаю, как один из трупов умудрился подтянуться на крышу прямо за моей спиной и уже встаёт на четвереньки. Едва успеваю подбежать и всадить лезвие ему в затылок. По инерции выцеливаю «точку смерти», сразу же обрывая его нежизнь.

Даже не успеваю столкнуть мертвеца ногой вниз, ведь подобных ему уже трое!

– Собаки, – топор опускается на ещё один затылок, убивая очередного зомби. – Позорные, – этого ударить не успеваю, так что лихой пинок опрокидывает заражённого обратно – к своим товарищам.

Бросившегося сбоку трупа отовариваю топором по колену, заставляя его упасть. Едва успел подпрыгнуть, ибо скотина даже упасть умудрилась так, чтобы дотянуться руками до моих ног. Но не тут то было!

Добить подранка – ибо перебитое колено уже не позволит ему также ловко бегать, – не позволяют его товарищи.

Уворачиваюсь от броска – излюбленного приёма заражённых, – а второму просто и безвкусно бью обухом топора по лицу. Почему обухом? Так лезвие имеет шанс застрять в прочной кости лба, как не раз уже бывало ранее. И даже идеальная заточка от этого не панацея! А потому ударил обратным хватом, просто отталкивая ублюдка, который неуклюже завалился вниз, но в последний момент успел ухватиться пальцами на край крыши контейнера. Послышался хруст, пальцы вывернулись наизнанку и зомби-таки упал.

Хах, это лишь в кино герой может, падая, например, с крыши, в последнюю секунду зацепиться рукой за её край, провисая всем телом. На самом деле, от скорости падения и собственной массы, он скорее порвёт связки на руках или сломает кости. А уж какие – это как повезёт. Или в пальцах, или в запястье.

Вот и тут, падая, мертвец зацепился одной рукой, попросту её повредив. Впрочем, для меня это скорее плюс.

Выставляю топор горизонтально, удерживая одной рукой под самым лезвием, а второй у края рукоятки. Это позволяет отбить оскаленную пасть очередного зомби, с крепкими, жёлтыми зубами, который сразу же, следом за ударом, получил мощный пинок в грудь. Правда ублюдок едва не забрал с собой моё оружие. Еле-еле удержал, аж покачнувшись. Но справился.

Благо, что новые мертвецы лишь забирались вверх, так что я мог позволить себе мгновение, дабы поймать равновесие.

И снова пошёл рубить руки.

– Фух, – спустя пару минут, показавшихся мне целым часом – не меньше! – оглядел покалеченный отряд зомбаков, который изо всех сил пытался подтянуться и достать меня. Не получалось.

Теперь осталось порубить им головы… Работа более безопасная, но и более долгая. Что же, раньше начнём, раньше закончим. И ведь даже сбежать не мог! Ноги то у них остались целыми!

Во время рубки приходилось внимательно осматриваться вокруг, ибо не исключал, что на место эдакой, своеобразной битвы, подбегут новые трупы, уже вполне себе «здоровые», которые просто и незамысловато подтянутся на контейнер за моей спиной (пользуясь моей отвлечённостью), легко и непринуждённо впиваясь зубами в какую-то открытую часть тела.

Правда на мне было защитное снаряжение, но… Сука, да им будет достаточно спихнуть меня вниз, а там, пусть и всего десяток, но бесконечно выносливых и почти неуязвимых уродов! И чего мне делать, лёжа под ними⁈ Ладно ещё на ногах, можно попробовать раскрутиться, как я делал тогда, при первом сюда проникновении.

В общем, вертел головой, как юный уголовник, планирующий украсть телефон из заднего кармана беспечного отдыхающего. Вот только большинство зомби, стянулись на фейерверки, так что мне везло. Говорю же, белая полоса!

– Подольше бы она, мать вашу, длилась, – глухо бурчал я, добивая последних заражённых. Времени, конечно, на это ушло прилично. Благо, что группа должна была не ждать меня, а сразу начать прорыв, как только трупаки отвлекутся на устроенный им салют.

В честь, хе-хе, прощания Тима со своей конечностью!

Ладно, главное при нём так не сказать, обидится же парень.

Закончив «рубку дров», спрыгиваю с контейнера, ощущая, как подрагивают руки. Да-да, процесс этот, так-то, даже более напряжённый, чем та самая «заготовка леса»! Здесь нужно прилагать куда большую силу, ибо кость – это не дерево. Рубить её гораздо сложнее. А более мягкий затылок мне подставляли нечасто. Так что бил туда, куда мог.

Теперь нужно нагнать группу. Они должны были уйти в сторону фургона, а дальше уже ожидать меня.

Спрыгнув вниз, оглянулся по сторонам и просто побежал. Если тут где-то и были ожившие трупы, то уже толкутся возле фейерверков. Если же нет… то тем более. Перед кем я тут скрываюсь?

Бегать я умел быстро, не зря занимался футболом. Да и последние месяцы здорово окреп. Даже немного странно, ибо… раньше были регулярные тренировки, сбалансированное питание, чередование активного и обычного отдыха, и так далее. Грубо говоря – всё по учебнику. Сейчас режим сбился в такое говно, которое даже представить себе страшно. Единственное, что сохраняется без изменений – ночью я сплю, а не тусуюсь, как ранее поступала почти вся американская молодёжь. Так-то я тоже к ней отношусь! Ага, мне всего двадцать и я до сих пор не имею право покупать алкоголь!

Едва сдерживаю хохот, ловко перепрыгивая какие-то разломанные куски бетона, лежащие прямо на асфальте. Вот, уже вижу пролом в стене, осталось чуть-чуть…

В общем, к чему это я? Несмотря на то, что теперь мой режим сильно изменился, я не ощущаю, что стал слабее. Наоборот. Тело стало куда суше, более тощим, но вместе с тем жилистым. Мышцы не пропали, а будто бы немного усохли, как бы вытопили лишнюю воду. Мне нравится. Констанции тоже. Так чего возмущаться?

Наверное образ жизни: постоянная беготня, когда иной раз нет времени даже кусок в рот закинуть, имеет какой-то смысл.

Хех, пока молодой, как говорится, можно и так. Но вот далее… С годами начинаешь куда как серьёзнее относится к здоровью. Не мне этого не знать. Старость я переживал уже несколько раз. Такая себе перспектива. Благо, что с помощью собственной сверхсилы, я избегаю травм, таких как переломы и им подобные. Ибо все они, с возрастом, как бы хорошо не зажили в юности, начинают, сука, болеть.

«Реагируют на погоду», как говорят старики.

Мне такого добра и даром не надо.

Выскочив из пролома в заборе, невольно сбавляю скорость. Тут уже могут встретиться трупаки, которые «не успели» на основной огонёк. Нужно быть аккуратнее. Без меня в любом случае не уедут. Не уедут же?

– Даже если уедут, дойду до лагеря пешком, – фыркаю на это, но делаю подобное весьма так задумчиво. Ибо… тащиться придётся, километров двадцать. Мы всё-таки не за соседним холмом расположились! Без тачки придётся переть до самого вечера. И не забываем про заражённых, которых периодически придётся высматривать вдоль дорог.

Однако, машина была на месте. Так что уселся в неё и Конни вдавила газ. Нужно было ускоряться, пока Левис не пришёл в себя и не огласил окрестности своими воплями. Вилер был не слишком церемонным, пока перетаскивал парня. Я явственно видел, как его кость стала выглядывать из раны куда как сильнее.

– Может наложить жгут? – спрашиваю слегка нервного и бледного Артура, руки которого жили, будто бы собственной жизнью: то лазали по карманам, то поправляли форму, то что-то почёсывали или приглаживали; периодически постукивали по коленям или по элементам салона.

Это что, типа ломки? Не долго же док продержался.

– Зачем? – доктор тут же ко мне развернулся. – В этом нет никакого толку. До ампутации ещё долго, нужно доехать, поесть, подготовить операционную, инструменты и всё прочее.

Разумно.

– У тебя они найдутся? – приоткрываю окно, ибо в машине было душно и воняло бойней. Всё как обычно. – Хоть какие-то инструменты, – пояснил я.

– Не все, – задумчиво дёргается он, хватая одной рукой вторую, в районе запястья. – Но часть можно будет легко заменить. А пила… будет среди инструментов. Точно помню.

– Она ведь по дереву, – возражаю ему. – Подойдёт такая?

– У нас есть выбор? – пожимает Данн плечами. – Либо так, либо рубить топором.

– Лучше уж пилой, – проворчал Жерар, которого успели посвятить в ситуацию с Тимом. – Топором только трупов уже рубить.

– Это точно, – киваю я, вспоминая, как занимался этим совсем недавно.

Добравшись до лагеря, узнали свежие новости: заболела Кайла, дочь Вирджинии. Пока новых заразных нет, но улучшение, само по себе, тоже отсутствует.

– Группа, – привлекаю внимание остальных, сразу, как узнаю новости. – Это Жерар Пелен, – указываю на новичка, – человек проверенный и надёжный. Очень помог нам во время первого посещения станции, когда мы планировали спасти Брюса с остальными, – на этих словах Сара скептично на меня покосилась. – Не стесняйтесь обсудить с ним, чем он может помочь, но только когда немного придёт в себя, – слегка ухмыльнулся. – Однако, обращаю ваше внимание: мужчина был в плену, как и остальные, а потому ему нужно время на адаптацию.