Текст книги "Обреченно жизни радуюсь (СИ)"

Автор книги: Alaxastel

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 19 страниц)

Как глупо было надеяться и думать, что я тут по воле богов. Откуда у меня взялся такой нарциссизм. Плевать эти боги на меня хотели, им вообще фиолетово. Еще планы какие-то разрабатывала, цели ставила. Тьфу. Дура. А Гэндальф просто мудак. Зачем было так сердиться?

В конце концов я свалилась. Без сил упала на землю, и заскребла ногтями по земле. Сердце заходилось в бешеном ритме, в глазах потемнело.

Ну и ну. Это уже слишком послышался над головой голос Лера– Тебе никакие гномы не нужны, чтобы переселиться в вечные чертоги, ты с успехом прикончишь себя сама. Да, старик разозлился, но не на тебя же. Он нам ничего не сделал, да и и не сделает.

Я ничего не ответила, пытаясь как-нибудь половчее вдохнуть воздух, чтобы не было так мучительно больно.

Пришло время поделиться с Лером моей затеей.

–У-умереть– сбивчиво прохрипела я.

Чего? Лер настороженно наклонился и вслушался в мои хрипы.

Я поманила эльфа пальцем, чтобы тот опустился еще ближе. Мало ли, птицы вряд ли будут подслушивать, но рисковать не стоит.

–Мне надо умереть. Понарошку, Лер. Только понарошку. Я уже думала об этом. Если я умру, добрая половина неприятностей отправится топиться на пруд. Старик наверняка хочет запереть меня где-нибудь, чтобы не мозолила глаза и не меняла реальность. Но если я “загнусь”, Гэндальф не будет искать меня, Торин не будет искать меня…

Линдир не будет искать тебя подхватил Лер

Я вопросительно изогнула бровь. На большее сил не хватило.

–Думал не говорить тебе, но раз уж ты собралась умирать, раскрою тебе секрет. Когда мы были в садах Ривенделла, Линдир хотел остановить тебя. Не догнать и поймать, чтобы мы не сбежали, а остановить. Не знаю чего именно он добивался, но я не дал ему последовать за тобой.

И правильно сделал, угрюмо отозвалась я, закрыв глаза.

Воцарилось молчание. Вероятно, мне сейчас полагалось подумать над тем, что Линдир испытывает ко мне, и может даже построить какие-нибудь нелепые надежды. Но в голове у меня был салат оливье, и сфокусироваться на чем-то одном никак не представлялось возможным.

Лер с тяжёлым вздохом поднял меня и усадил спиной к дереву.

–Я уже говорил, что ты никчёмный дохляк? Кто же при такой подготовке столько бегает. Дыши давай.

Я послушно качнула головой. Единственная загвоздка– причина смерти. От болезни в компании эльфа умереть сложно– нет лекарей лучше. От старости– рано. Остается только скоропостижно. В свалившейся на голову кирпич поверить трудно. А вот пробеги я еще немного, и сердце не выдержало бы. А что? Испуг, стресс, большая физическая нагрузка и привет, дядюшка Аид. Или кто тут у них заместо него?

–Братец, проверь нет ли вокруг наших пернатых друзей, и поди сюда.

Спустя десять минут Лер был посвящён в детали моего наспех придуманного плана.

– То есть ты планируешь ворваться в ближайшую человеческую деревню, там картинно упасть замертво, желательно перед курятником, и возложить на меня бремя ответственности за твои фиктивные похороны? И чтобы с завываниями и причитаниями по поводу твоей скоропостижной кончины? Форменное безумие и полнейшая импровизация. Мы даже не знаем, следуют ли за нами вороны Торина. Мы не знаем будет ли искать нас Гэндальф. Возможно, всё это будет напрасно, понимаешь? И ладно напрасно. Это пол– беды. А если они все дружно явятся на погребение? Мне одному отдуваться?

–Безумие против безумия. Я же не прошу помпезных похорон с оркестром и банкетом! Закопай по-быстрому, но чтобы как можно больше людей знало и видело, что произошло– с лихорадочным волнением я схватила Лера за руку и заглянула ему в глаза.

–Легко тебе говорить. А местным я что скажу?

–Да правду. Вернее, полуправду. Ну сестра, ну сбежала от властного и ненавистного жениха. Ну и померла на нервах от переутомления.

Эльф покачал головой.

– Я не умею петь– вдруг заметил он.

А это тут вообще причём? я удивленно уставилась на Лера.

–Как это при чем. Я должен буду оплакивать тебя. А наш “плач” это песня.

–Лер, мне будет глубоко плевать насколько сильно ты будешь фальшивить и где не дотянешь ноту. Полагаю, сельчане за дурное исполнение плача тоже на тебя не обидятся. Сам подумай, разве есть другой выход? Разве ты видишь хоть единственный шанс того, что Торин вдруг простит меня в силу природного милосердия, а Гэндальф попросту забудет в силу старческого склероза? Если я не инсценирую смерть, меня убьют по-настоящему.

Лер досадливо поморщился.

–Думаешь, если Гэндальф усомнится в реальности твоей смерти, он не станет разрывать могилу? Уверен, он способен на любое кощунство.

–В любом случае это поможет выиграть время. И избавит от гномов на хвосте. В прошлый раз мы чудом сбежали от них.

Эльф нервно закусил губы и недовольно сощурил глаза. Ну всё, сейчас откажется…

–Вставай. По дороге ищи кусты с белыми крупными цветами.

Ты что, согласен? А цветы зачем? Для гроба? я вдруг представила себя, лежащую в окружении пышных белых цветов, всю такую трагично– прекрасную.

Дурында отрезал братец– Для настоя. Или ты думаешь, что сможешь весь обряд погребения провести почти не дыша и не меняясь в лице?

А может не надо настоя? усомнилась я в зельеварческих талантах эльфа– может есть какое заклинание?

–Ага, анестезия!– очаровательно улыбнулся Лер– покосившись на каменюку, лежавшую на земле.

–Какие, говоришь, цветы должны быть…

Оказалось, что Лер дьявольски хорош в приготовлении всякого рода дурманящих отваров. Если честно, мне очень не хотелось думать о том, откуда у него такие обширные познания в этой области. Вино, цветы и немного эльфийской магии. Звучит волшебно, правда? Да только вот первый глоток я тут же выплюнула обратно, а остатки настоя эльф заливал в меня силой.

Действие настоя тебе может не понравится, сказал он, участливо хлопая меня по спине– постарайся сейчас думать о чем-нибудь хорошем. А то сон превратится в самый страшный кошмар.

Я тяжело сглотнула и постаралась отогнать подло всплывшие в памяти воспоминания о гигантских пауках и трупах.

И вот сейчас я с минуты на минуту ждала обещанного приступа слабости. По словам эльфа, упасть я должна чуть ли не замертво, и пролежать в таком состоянии почти полдня.

Мелькнула мысль о том, что можно остановиться и попробовать решить всё цивильно, диалогом. В конце концов, я человек 21 века, мне подобает решать конфликты именно так. Поговорить с Торином, найти компромисс. Сказать, что не договорила, извиниться за то, что могла наговорить. Проявить уважение. Ведь в его руках сосредоточена огромная власть, он уже не тот Торин Дубощит, с которым я шла к горе, он король. Поэтому он так беспокоится о своем авторитете. Слабость ему не простят, но ведь милосердие– не слабость. Пощадил же он тогда в лесу пойманного мной кролика… Может и со мной всё было бы в порядке. С Гендальфом побеседовать, пусть он даже злиться. Поговорить, а не бежать, наплевав на достоинство и совесть. Но “достоинство” и “совесть”– это всего лишь слова. А страх– вот он, родимый, гонит меня вперед. Да и поздно уже на ходу план перестраивать. Авось хоть с Торином да и прокатит.

В просвете между деревьями уже виднелись покосившиеся деревянные домики. На голубом небе светило ласковое солнышко, пели птички. Точнее птичка, да и не пела она, а просто громко каркала из соседнего куста. Подлый шпион. Я хмуро зыркнула в сторону густой зелёной растительности. Карканье стихло.

Плохо… я патетично закатила глаза.

Держись, сестра. Мы вот вот дойдём до деревни. Ты сможешь отдохнуть и восстановить силы. Хочешь я понесу тебя?

В ответ я лишь качнула головой, гордо отказываясь от помощи.

В деревне мы появились феерически. Приступ слабости предательски настиг меня около частокола, окружавшего домишки. Ноги подкосились, в глазах начало темнеть.

Рано, рано барлог тебя дери прошипел Лер, и уверенным пинком отправил меня вперед.

Сволочь.

Где колодец, нужна вода! привлекая внимание местных жителей возопил эльф.

По здравому рассуждению, Лер решил, что кричать “еды” будет неуместно, “лекаря” попросту глупо, а “на помощь” вообще бессмысленно.

Пару раз я едва не падала, но сил хватило чтобы проковылять еще метров десять. Потом я уткнулась взглядом в чьи-то ноги. Подняв тяжелеющую с каждой секундой голову, я обнаружила пару цепких водянистых глаз напротив своих.

Невысокий бородатый мужик подозрительно оглядел мою грязную, едва живую персону. В руках у мужика была кружка, а за спиной он прятал впечатляющих размеров вилы. Ой, это всё мне? Ну спасибо за радушный прием. Я обворожительно улыбнулась мужчине, и повалилась на землю.

Последней мыслью было: “а вдруг Торин будет винить в моей смерти себя?”

Для Амвросия это утро началось беспокойно. Жена его, Любонька, которую он втайне побаивался, грозовой тучей носилась по дому, сетуя на мошкару, нещадно покусавшую ее ночью. Мошкара не обошла своим вниманием и Амвросия, но тот предпочитал скромно помалкивать. Злиться на непрестанно ворчащую жену было чревато последствиями, так что Амвросий решил злиться на весь мир сразу.

“Как утро начнёшь, так и день проведешь”– мрачно подумал Амвросий, сев за стол в дурном расположении духа. Супруга, недовольно поджав губы, принесла ему рыбу, посыпанную тонко нарезанным зелёным луком, шлепнула рядом корзинку со свежими ароматными хлебными лепешками, и отошла к печи, где загремела котелком.

Настроение мужчины медленно поползло вверх. Амвросий жадно покосился в сторону погреба, где хранился самогон. Это бы точно улучшило утро. И день бы прошел хорошо. Проглотив слюну, он заставил себя смотреть в стол. Если полезть за бутылкой сейчас, жена наверняка раскричится и будет брюзжать весь день. Эх, боги-боги, вот бы она ушла куда…

Где колодец, нужна вода! раздался отчаянный крик снаружи.

Амвросий, не веря своему счастью, покосился на супругу. Та была женщиной любопытной, не пропускающей мимо себя ни одной сплетни. Так что в душе Амвросия зажглась надежда, что сейчас Любонька наверняка выйдет из дома, посмотреть что стряслось. А уж там он своего шанса не упустит! Но жена, открыв дверь, замерла на пороге.

Фрося, там эльф. Эльф настоящий, говорю тебе женщина вытянула шею, приглядываясь к происходящему снаружи– Правда грязный он какой-то. И с ним девка. Не то пьяная, не то при смерти, ишь как шатает бедную. А ну иди узнай, что там с ними приключилось. И воды захвати, на столе стоит. И вилы. А то мало ли…

Амвросий гневно запыхтел. Затея с погребом не удалась. Он твёрдо решил пустить вилы в ход, если окажется, что его отвлекли от завтрака напрасно.

Снаружи и правда оказались двое. На проверку, оба эльфы, с этими их заострёнными ушами. Амвросий хмуро поглядел на девушку. Больная она, что ли? На лице выражение великомученицы, взгляд бессмысленно блуждает по земле. Наконец, девка тяжело подняла голову, посмотрела ему прямо в глаза, криво улыбнулась… И вдруг свалилась на землю, чуть дрыгнув ногой на прощание.

На несколько секунд Амвросий замер.

Потом, спохватившись, вылил воду из кружки прямо на голову девушке, не зная чем еще помочь в такой ситуации. Девушка не шевелилась. Следом пригодились и вилы. Амвросий потыкал ими тело около своих ног, и увидев что эффекта это не возымело никакого, отступил на шаг назад.

Помёрла дивчина… констатировал он.

Эльф упал на колени рядом с телом, потряс его, похлопал по щекам, но оно оставалось недвижимым и бездыханным. По щекам его скатилась пара скупых слез.

Не зная куда себя деть, Амвросий помялся возле эльфа, глянул на труп, а затем бросил отчаянный взгляд на жену. Та степенно вышла из дома, подошла к эльфу и похлопала его по плечу.

Скапустилась девка твоя, хоронить надо веско сказала жена Амвросия и глубокомысленно покачала головой– пару монет, и плотник гроб сготовит. Это там, в конце села.

Сестра… скорбно прошептал эльф– нет, сестра, не уходи.

–Ох ты ж бедненькая. Что ж с твоей сестрой жизнь сделала. Как же потрепала она её. Я ж в ней сразу то эльфийку и не признала.

Эльф уронил лицо в ладони и что-то прошептал на незнакомом ни Амвросию ни Любоньке языке.

Ты иди, а мы за телом присмотрим, чай не звери сочувственно сказала женщина.

Мы с ней одни на всем свете были, только я, да моя названная полукровная сестричка эльф печально погладил девушку по растрепанным грязным волосам,– и засватался к ней один ужасный, жестокий и лютый тип. И ненавистен он был и мне, и сестре моей. Бежали мы от этого злодея, и вот что вышло. Не сберег я сестру. Венди моя Венди. Горе-то, а? Ведь это что же такое делается, а? Нет, не могу– не могу. Вот оно, полное истощение физических сил. Бедняжка…

Амвросий досадливо поцокал языком. А говорят еще мол эльфы на людей не похожи! Как же, ишь как мается сердечный.

Эльф, устало качая головой, выудил откуда-то золотой и сунул его Амвросию.

–Не могу я её оставить. Рядом с ней посижу. Будьте так добры, сходите, оплатите гроб и носильщиков. А остаток оставьте себе за старания. Вас не затруднит?

Мужик просиял, как золотая монетка в его руке, но тут же спохватился, и нацепил на лицо выражение неутешной скорби и сострадания.

–Фросенька, ты иди. Я пока в погреб схожу, принесу самогона. Выпьем потом за упокой несчастной.

В этот момент Амвросий подумал, что боги всё таки слышат наши молитвы.

Когда время подошло к полудню, о мертвой эльфийке знала вся деревня. Подойти близко никто не решался, покой Лера ревностно охраняла склочная Любонька. Этому немало способствовали монеты, которые эльф не преминул заплатить за поминки.

И вот, когда солнце перевалило зенит, на дворе показались носильщики с гробом. Лицо девушки было заботливо оттерто от пыли и грязи. Волосы, казавшиеся безнадёжно запутанными и всклокоченными, причесаны и убраны в косы. Лер старался лишний раз не смотреть в её сторону. Слишком правдоподобно смотрелось бездыханное тело.

Затем люди помогли переложить Венди в гроб, от чего эльфа явственно передернуло. Зажгли невесть откуда взявшуюся в доме Амвросия свечу. Закрыли гроб крышкой. Собрались заколачивать, но Лер вовремя спохватился, и сказал, что это не по традиции. Хоронить решили неподалёку от местного кладбища, около кромки леса, на отшибе.

С запада наползали тучи. Эльф уныло плелся в конце процессии, напевая под нос погребальную песню. Люди оглядывались, шушукались, но петь не мешали. То и дело поглядывая в небо, Лер старался прикинуть, пойдет ли дождь. А если пойдет, не затруднит ли это процесс откапывания сестры.

Кладбище встретило посетителей поскрипыванием створок ржавых ворот и пронизывающим ветром. Погода переменилась слишком быстро. Гроб положили в вырытую заранее яму, и шустро закидали ее землёй. Лер встрепенулся. Теперь отсчёт пошел. Желательно откопать её до захода солнца. Сердобольный Амвросий притащил откуда то крупный камень, и положил его в изголовье могилы. Раздался плещущийся звук– Любонька разливала самогон по приготовленным заранее кружкам. Одна из них перекочевала в руки эльфу. Лер поднес кружку ближе к носу, чтобы принюхаться к мутноватой жидкости внутри, и у него защипало в глазах.

“Нет смысла удивляться поворотам судьбы, надо просто научиться извлекать из них пользу”– подумал Лер, и бодро опрокинул в себя кружку– “Кто бы мог подумать, что я буду стоять в окружении деревенщины, и заживо хоронить сестру, в надежде инсценировать её смерть перед волшебником, королём гномов и одним не самым последним эльфом”.

Пусть твоя сестра наконец обретёт покой и счастье жена Амвросия смахнула слезу с щеки, и следом за эльфом залпом опустошила содержимое кружки. Остальные последовали её примеру.

Лер сел на землю, стратегически приземлившись на отброшенную носильщиками лопату, и кивнул людям. Те тактично покивали в ответ.

Заставлять вставать убитого горем эльфа никто не стал, вероятно, решив вернуться за лопатой завтра.

Люди вереницей потянулись с кладбища. Последним ушел Амвросий, нежно погладив эльфа по светловолосой голове, и сказав душевное “держись, парень, все там будем”.

Сверху капнуло. Лер запахнул поплотнее плащ, решив подождать ещё немного, пока люди не разойдутся по домам. Стук капель немного усилился, а следом за этим, издали, с горизонта, донесся какой-то иной шум. Лер встревоженно оглянулся, и совсем не по эльфийски удивленно икнул. То был шум крыльев. На кладбище слетались вороны. Черные летящие точки пробились сквозь завесу наползавшего тумана, и с карканьем расселись по могилам.

Вороны перекликались между собой, неотрывно следя чёрными глазами– бусинами за эльфом. Хотелось уйти, но оставить живую сестру, пусть и крепко спящую, в одиночестве, под слоем земли, было бы сравни предательсту. Тем более с такими соглядатаями. Тяжело вздохнув, Лер прикрыл глаза. Надо же, Венди была права. На камне, венчавшем ее могилу, тяжело умостился ворон. Старый, можно сказать, древний, с лысой головой и седыми перьями, он казалось пристальнее всех наблюдал за эльфом.

А эльф сквозь полуприкрытые веки следил за птицами. Вот наконец старый ворон взлетел, и это словно послужило сигналом для остальных. Взвилась в небо черная стая и полетела на восток. Когда они скрылись из виду, Лер выдохнул, поднялся и начал пристально осматривать окрестности. Не дай Валар тут остались птицы. Тогда весь план пойдет прахом. Но птиц не было. А через несколько секунд кладбище накрыла пелена дождя. Эльф поднял лопату.

====== Глава 37. ======

Глаза. То синие, то голубые. Они что, меняют цвет в зависимости от настроения? Как же хочется скрыться от глаз, которые смотрят будто в самую душу.

Нет, не подходи ко мне, не смотри на меня так. Мне нравилось считать нас равными. Как будто моя иномирная уникальность и выдуманное предназначение, уравнивало нас в статусе.

За тобой стоит семья, за тобой стоят друзья, за тобой стоит твой народ. Я узнаю знакомые лица. Ты научился ценить дружбу с маленьким хоббитом, научился ценить совет волшебника. Они все стоят за тобой. А кто стоит за мной?

Нет, лучше бы в твоих глазах были гнев, злость или желание обладать. Но только не жалость. Смотришь на меня как на униженное существо, беспомощное, порой даже никчемное. Как будто бы я от природы конченный неудачник. И ты глядишь свысока.

Я внезапно прихожу в ярость, порываюсь вперед, и вдруг с размаху налетаю головой на что-то твёрдое.

Окончательно меня будит стук. Стук моей головушки о крышку моего же гроба.

Я открыла глаза и уставилась в темноту. Вопросов “где я?”, “что я тут делаю?” не возникло. Я это я, лежу в могиле, в гробу, потому что мой метод решения конфликтов– это избегание. Правда до таких крайностей раньше не доходило…

Появилась навязчивая мысль– а вдруг с Лером что-то случится, и он меня не откопает? Нет, надо гнать подальше размышления подобного рода.

Существует мнение, что такое “закапывание” практиковали язычники. Пока лежишь в земле, стирается грань между жизнью и смертью, и можно приобрести бесценный духовный опыт! Но духовный опыт по необъяснимой причине приобретаться отказывался, а ощущение дискомфорта всё нарастало. Был ли тому причиной мой низкий уровень осознанности, или земля была не та, но вскоре я начала нетерпеливо шкрябать ногтями деревянную крышку.

Ничего, вот откопает меня Лер, и выйдет из могилы совсем другой человек. Новый, чистый, не успевший наделать ошибок. Другое дело, что сколько бы человек не начинал с чистого листа, он берет с собой главный источник проблем– самого себя.

И всё же, дурацкий был сон. Как будто и не сон вовсе. Это всё эльфийские наркоманские штучки! Цветы и магия, ага, как же. И почему мне не Линдир приснился? Уж лучше он, чем Торин с его маскулинностью. Мачизм в чистом виде. Ха.

Как же чертовски холодно! Ну я и дура. Лежу в гробу. А могла бы сейчас сидеть в Эреборе, в тепле, в уюте, кушать вдоволь, спать сколько влезет. Под защитой, окружённая заботой и вниманием. Или еще лучше! Плюнуть на них на всех, и смыться домой! Надо было сразу, к дьяволу послав сантименты, валить обратно. И когда я теперь вернусь…

Додумать мысль я не успела. Сверху вдруг послышался стук лопаты, а спустя пару минут в гроб начала просачиваться вода. Стало еще холоднее. Следом за водой, в гроб полезли комья земли, не заколоченная крышка поехала в сторону, и я честно принялась бороться за свою новую жизнь.

Через несколько минут около ямы, предстала я, во всей своей красе. Злая, недовольная, с шишкой на лбу и ну оо-оочень грязная. Передо мной стоял Лер, залихватски закинувший лопату на плечо.

А смерть тебе к лицу! рассмеялся он.

Оглянувшись вокруг, я глубоко вдохнула воздух. Дождь превращался в ливень. Он скрыл окрестности водной пеленой, прибил к земле длинную некошенную траву, смыл с моего лица землю.

На меня вдруг нахлынула беспричинная радость, я принялась скакать вокруг ямы, в которой еще несколько минут назад лежало мое тело. И сердце бьётся, и я могу ходить. Рано, рано мне пока в сырую холодную темноту! Что такое Торин и Линдир– тю, чушь.

– “Так что будем жить, покуда живется,

и стаpаться жить еще как.

А ныть, скулить и гонять чеpнуху

может любой дуpак.

И все у нас будет навеpно о’кей

и, кажется, веpи гуд.

А чеpвям-то мы не достанемся всяко —

в кpематоpии нас сожгут.”*

Братец с философским спокойствием наблюдал за моей дикой пляской и пением. Вестимо, ощущение эйфории не только духовным ростом после “закапывания” объяснялось.

Хороша была моя старая жизнь! В ней были короли, драконы, сражения. А теперь я просто жива. Жива, и какая разница где, в Арде или дома. А любовь к миру и к другим людям начинается с любви к себе. А себя я теперь ох как люблю. Ох как люблю!

Я решила управиться со всеми делами, не отходя далеко от могилы. Позаимствовав у Лера кинжал, обкорнала волосы, скинула в гроб все вещи, наличие которых могло выдать во мне меня и наконец повернулась к братцу.

Знаешь, ты всё еще похожа на саму себя скептически протянул он,– с маскировкой у тебя не очень.

–Да знаю я! Поэтому закапываем могилу и расходимся в разные стороны.

–Как это в разные?

–Думаю, нам лучше не пересекаться первое время.

Мечтай больше. Я от тебя не отвяжусь. Ишь как с тобой весело эльф ободряюще улыбнулся и принялся закидывать яму землей,– Вот поживёшь с моё и поймёшь, что жизнь без ярких событий это и не жизнь вовсе. Так куда пойдем? Ключ искать?

Я посмотрела на Лера и предложила компромисс.

–Пойдем в одну сторону, но по отдельности! Думаю, чтобы найти Ключ нам нужен лояльный темный.

И что, неужели есть лояльные тёмные на примете? Лер озадаченно почесал затылок, испачкав светлые волосы землей.

Ну, есть один варг… протянула я,– Не помню точно, чего именно и в каком количестве я ему наобещала, но за мои посулы он мне в битве помог. Правда я сомневаюсь, что гномы отдали за меня долг… Да и где теперь этого варга искать?

–Не хочу тебя огорчать, но из варгов такие себе собеседники.

–А есть идеи получше?

Лер неопределённо хмыкнул.

_____________

У безымянной могилы стояли четверо. Маг, эльф, гном и человек.

Нам потребовалось целых три дня, чтобы найти это место, а тебе, Фили, всего три дня чтобы добраться сюда. Воистину, возможности королевской семьи Эребора безмерны седой волшебник обратил взгляд на стоящего около могильного камня русоволосого мужчину.

Много ли толку сейчас от этих возможностей хмуро ответил он, не отрывая взгляда от земли.

Следующим тишину нарушил эльф.

Я… Если бы я не был уверен, что они направятся в Хоббитанию, всё могло бы быть иначе. Это всё моя вина он опустился рядом с могилой и тронул пальцами землю, будто через неё мог коснуться покойницы.

Ну ну, Линдир, ты не мог знать куда именно они направятся– Гэндальф обошёл вокруг холма земли и встал рядом с четвёртым действующим лицом– человеком.

Человек этот был никто иной, как уже известный нам Амвросий. И пока эльф гном и волшебник передавались чувствам горя и утраты, Амвросий гадал, кто же из тех, кто сейчас стоит перед могилой, являлся женихом усопшей.

Первым в деревню явился эльф, да не один, с ним было несколько не то слуг, не то стражников. Едва они прибыли, тут же отправились спрашивать местных про девушку, точь в точь походившую на свежеприставившуюся. Амвросий был человеком не то чтобы честным, но эльфу, и судя по всему не самому последнему, лгать не рискнул. Узнав, что такая девушка тут действительно была, и даже есть до сих пор, эльф буквально засветился от счастья. Правда следующая новость, заключавшаяся в том что девушка будет пребывать тут вечно, эльфа буквально поразила. Он сначала замер, потом побелел, сравнявшись цветом с молоком, а когда понял, что та, о ком он спрашивает, скончалась, рухнул бы вниз, на землю, не подхвати его спутники. Один из эльфов, пришедших с “главным” тут же отправился обратно, обещая привести с собой мага. Амвросий на это лишь покачал головой. “Вот же не было печали,”– подумал он – “И почему все беды сыпятся на нашу деревню? Неужели на всем свете мало деревень? Только мага нам и не хватает! И всё таки, ужель именно этот эльф и был тем самым ужасным, жестоким и лютым типом, от которого бежали тот паренек и девка? Нет, не похож. Лицо больно мягкое, глаза скорби полные. Какой же из него жестокий да лютый”.

Следующими явились гномы. Четверо, на взмыленных конях, с настолько устрашающими лицами, что Амвросий сразу понял, мороки от этих гномов будет много. Особенно его поразил тот, что ехал впереди всех. “Очередная большая шишка”– тут же подумал он, глядя на дорогой мех, в который был закутан золотоволосый гном во главе компании. Тот спешился и подошел к Амвросию, замершему на пороге. Проходя мимо эльфа, скорбно примостившегося около крыльца, мужчина даже не взглянул в его сторону.

–Рассказывай, как она умерла.

Услышав этот даже не вопрос, а приказ, Амвросий мысленно вздохнул. Но делать нечего, пришлось рассказывать в подробностях.

Дослушав рассказ не меняясь в лице, гном вытащил пару золотых монет из кармана, сжал их в кулак, а затем протянул Амвросию. Амвросий подозрительно уставился на то, что еще пару секунд назад было монетами.

“Смял как бумажки”– с испугом подумал он, но золото забрал и даже поклонился.

Какая же она всё таки… дура. И умерла как дура сказал вдруг гном, закрыв глаза рукой.

Амвросий согласно покивал. Так, на всякий случай.

Мужчина резко отвернулся, и зашагал к своим. Вскоре гномы начали что-то бурно обсуждать. Амвросий изредка кидал взгляды на златоволосого, пытаясь понять, не этот ли гном был тем самым “жестоким и лютым”. “Да нет,”– думал Амвросий-” не похож. Жаль ему девку, но и только”.

Следующим прибыл седой волшебник. Он то и попросил проводить всю компанию к могиле. Амвросий с любопытством глянул в его сторону, но волшебник никак не тянул на жениха, ибо года не позволяли.

И вот сейчас, стоя в такой компании возле могилы, Амвросий, чувствовал себя абсолютно лишним. Невообразимо мешающим всем этим несомненно высокородным господам предаваться искренней скорби. Попросив позволения откланяться, он быстро зашагал в сторону дома, решив, что может позволить загадке с женихом остаться неразгаднной. В конце концов, ему какое дело до сумасбродных девок и их воздыхателей! Спасибо Всевышним, все трое его детей– сыновья, и сыновья взрослые, остепенившиеся.

Когда человек ушел достаточно далеко, чтобы не услышать о чем говорят оставшиеся, маг вдруг прокашлялся.

–Возможно, нам не за что корить себя– вкрадчиво начал он– Возможно, это чья-то злая шутка. Нам нужно убедиться…

Не позволю прервал того Фили– Ты не сделаешь этого, Гэндальф серый. Дядя велел проследить, чтобы она была упокоена с миром. И я сделаю это не только для него. Марфа спасла мне жизнь. Пусть после смерти она обретёт долгожданный покой. Если тебе нужно доказательство ее гибели– это моё слово, и слово короля Эребора. Этого тебе будет достаточно.

Волшебник едва заметно скривился. Меньше всего ему сейчас хотелось сталкиваться с гномьим упрямством. Тем более теперь, когда Торин стал королём. А между тем, убедиться в смерти Марфы надо было. В то что она умерла, маг не верил ни капли. Гендальф хитро посмотрел с сторону Линдира.

–Линдир, друг мой. Наш спутник больше всех нас обязан покойной. Давай оставим его наедине с его скорбью, тем более у меня есть что тебе сказать.

Линдир хотел возмутиться и отказать, но приглядевшись, заметил хитринку, блещущую в глазах волшебника.

Ладно эльф тяжело поднялся и пошел вслед за магом.

Гном проводил их подозревающим взглядом. Когда стоящий около могилы Фили пропал из виду, Линдир наконец решился спросить.

–Ты сказал, что это злая шутка… Полагаешь, она жива?

–Почти уверен. Я почти уверен в том, что она жива, друг мой. Тот лихолесский эльф, Лер, ни за что не позволил бы ей умереть. Они побратались, и я уверен, для своей сестры он бы сделал абсолютно всё. Если бы ей было действительно плохо, Лер без разговоров бы вернул её в Ривенделл. Даже против её воли. В конце концов, он знал, что вреда им там не причинят. Да и Саквенд слишком живучая, чтобы скончаться от истощения сил и нервов. Девочка просто загнана в угол. Она устала, она наделала ошибок. Неудивительно, что она попыталась скрыться, а брат решил ей подыграть.

–Но как это проверить? Разрыть могилу?

–Полагаю, это пока невозможно. Вряд ли Ривенделлу нужен конфликт с Эребором. Но если ты доверишься совету старика… Не бросай её поиски. Я вынужден отправиться искать Ключ. Но ты… Ты отправляйся на поиски Саквенд. Отправляйся прямо сейчас. И если найдешь её, не спеши обнаруживать себя. Лучше сообщи об этом мне.

Линдир на секунду замер, а потом кивнул.

–И пусть Валар помогут тебе, – Гэндальф улыбнулся вслед удаляющемуся эльфу. У него намечался план.

_________________

Каменные своды терялись в темноте. Жаркий огонь в камине отбрасывал свет на золотые скульптуры, от чего те будто плавились, стекали вниз расплавленным металлом. Торин поморщился. Это напоминало о Смауге. Не он убил дракона. Это сделал человек по имени Бард. Но Эребор сполна заплатил ему за победу. За то золото, что было отдано Барду, можно было восстановить с десяток таких городов как Дейл. Хорошо что хоббит оказался верным другом, и не дал ему скатиться в бездну безумия. Хорошо иметь верных друзей.

Узбад сидел на полу, откинув голову на низкую кровать. От каменного холода его надёжно отделяла тёплая шкура, мех приятно щекотал ладони. Он прищурил глаза и завороженно вгляделся в пляшущие языки пламени.

“Насколько глупой надо быть, чтобы надеяться обмануть короля Эребора? Что ж, значит такова цена за жизни потомков Дурина? Твоя свобода? Я бы мог дать гораздо больше…”

Торин протянул руку к столу и взял с него бутылку эльфийского вина. Это был его страшный секрет, о котором знали лишь приближенные. Король Эребора обожал синее эльфийское вино. И пусть ненависть к остроухим в его душе была крепка, он четко размежевал для себя вино и эльфов.