Текст книги "Парадоксы Миллениума (СИ)"

Автор книги: Aire-Revelin

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

– Вас всё равно повяжут! Вам не уйти!

– Уйдём и очень скоро. Остался ещё один вопрос: кто такой Бенджамин Рэддок?

В помещении повисла мертвая тишина. Поиск по имени не дал результатов. Глаза агента ехидно улыбались.

– Вы оба – дворовая шпана, и сами ещё не знаете, во что влипли! Вам никогда не взять его и не вычислить!

Блондин глянул на часы. Потом проверил параметры выделенной линии.

– Чтож, похоже, эта игрушка работает и в дороге. Вливай в него вторую бутылку, Тони. И поедем. Поедем очень далеко, придётся тебе рулить всю ночь. А за ночь разберёмся и со своими вопросами, и с этим Рэддоком.

Как они и опасались, в их руках оказался агент федеральной разведки, причем с очень высоким уровнем доступа. Шторм-Спринг «гнал лошадей», потому что на этом человеке, либо на его вещах однозначно были жучки. А значит, уже сейчас в их сторону могли выдвигаться группы захвата. Еще бутылка виски сделала мужчину мягкотелым овощем, мычащим и едва передвигающим ноги. Очень быстро собрав все свои вещи, парни покинули квартиру, запихнули пленника в большой багажник внедорожника, связав его и пристегнув ремнями. А после рванули прочь. Они выехали из Нью-Йорка в северном направлении. Всё ненужное барахло, принадлежащее Осведомителю, выбросили в большой мусорный контейнер еще в городе. Фары дальнего света озаряли незнакомые места, километры пролетали за окном десятками. А глаза Транди напряженно изучали полученные материалы.

Он начал с Блэка. Вдумчиво и внимательно прочел всё его досье, часть которого уже знал из своих источников, представляющих просто много более раннюю версию, слитую продажными работниками или двойными агентами в места, доступные и самому Шторм-Спрингу. В конце значилась существенная приписка: «Глава подпольной картели, занятой производством и распространением контрабандного оружия. Имеет большое влияние на всех главарей этой организации. Оказывает сопротивление действиям, направленным на обеспечение „Аль-Каида“, с большой вероятностью владеет информацией о целях и планах этого секретного правительственного проекта. По данной причине подлежит уничтожению».

«Аль-Каида» – в переводе с арабского языка просто «список». Насколько было известно Транди, так назывался перечень особых, подконтрольных Америке лиц, принимавших участие в войне, развернутой США на территории Афганистана. Потом, позднее, в это понятие вложили имя международной террористической организации. Выходит, это секретный правительственный проект? Правительство само создает, снабжает и финансирует преступников, которые чинят терракты и в Европе, и в самих США? Ну, а чтобы быть «чище», пытается обеспечивать их оружием через таких, как Тони? А Тони с его рыцарскими идеалами, не имея понятия ни о чем подобном, просто завернул эту сделку исходя из своих моральных принципов, и поэтому попал под прицел?

Догадка не укладывалась в голове. Шторм-Спринг перескочил на свое собственное досье. Все его двадцать шесть дел были описаны лаконично, но содержательно. В отношении двух его последних жертв значилось упоминание противодействия «Аль-Кайде». А также личная характеристика: «Въедлив, умён, всегда проявляет интерес к цели и причинам заказа. Независимо от результатов выполнения третьего задания в отношении лица, мешающего реализации важного правительственного проекта, подлежит уничтожению, потому как с большой долей вероятности уже владеет сверхсекретными сведениями о планах департамента обороны на востоке».

«Твою мать! Убить двух зайцев одним выстрелом… Вот и награда в пол лимона!»

Шторм-Спринг сам не знал, стоит ли сейчас рассказывать обо всём этом Тони. Парень весь день провел за рулём, гнал машину с максимально возможной скоростью по темноте, и впереди их ждало явно немало опасных приключений. Были и неразрешённые вопросы. Вскрыв информацию клавиатурного шпиона, он опять вошел в базу. К счастью, никаких блоков там пока не выставили, а, значит, некоторое время в запасе у них ещё имелось. Теперь уже поиск шел по «Аль-Кайде». Не сразу, с применением хитростей Транди удалось узнать, что руководителем этого проекта является Максимилиан Айзеншпиц – помощник главы департамента обороны сэра Уильяма Коэна по вопросам организации и обеспечения «Аль-Каида». К счастью, к досье прилагалось несколько фотографий этого человека, и, увеличив одну из них, Шторм-Спринг различил уже известную примету. Он помнил врезавшиеся в сознание слова Блэка: «На руке у него было большое заметное родимое пятно». Бенджамин Рэддок – просто разово придуманный псевдоним. Истинный их враг – фактически зам. секретаря военного департамента… Тони отшил его, и этим подписал себе смертный приговор. А его, Транди, наняли для исполнения этого приговора и потом убили бы независимо от успеха дела. А теперь будут искать их обоих. Благо, он потёр всё в их базах. Для надежности Шторм-Спринг ещё раз проверил, не сохраняются ли данные где-то после подтверждения зачистки реестров изменений. Все его знания о конфигурации и управлении БД свидетельствовали, что он всё сделал правильно. Уже утром ни в ЦРУ, ни в Интерполе никто не найдет их имён в своих перечнях досье. Остается уйти от возможной слежки сейчас. И в этом вся надежда была на Тони.

К рассвету они были уже миль за триста от города. Оставалось уже немного до границы с Канадой. Когда Тони остановился на заправке, сердце Шторм-Спринга бешено колотилось. Он словно чувствовал подвох, вытащил из ноутбука драгоценный диск со всеми досье, вложил его в футляр и спрятал во внутреннем кармане куртки. Блэк усталой походкой, разминая мышцы, подошел к терминалу, а его попутчик крикнул ему:

– Залей еще пару канистр!

– На хрена?

– Говорю, залей!

Не вникая в подробности, парень сделал, как сказано. Они тронулись дальше. И именно тогда, почти сразу начались неурядицы. Рассветное шоссе было пустынным, но Шторм-Спринг чувствовал погоню.

– Тони, уходи с этой трассы. Уходи в объезд. Нам не пройти границу с этим телом в багажнике, пусть и живым.

Блэк согласился и свернул на шоссе, ведущее к Потсдаму. Потом вновь севернее, на дорогу второстепенного значения, но главное – ведущую в Канаду. Им удалось миновать полусонный пост на границе, но уже через несколько минут оба услышали завывание сирен. Сзади шли две машины, на очень хорошей скорости. Блэк вдавил до отказа, но судя по знакам, совсем рядом впереди был населённый пункт. Туда, конечно же, уже дали информацию. С одной стороны дороги простиралась равнина. Справа рос довольно густой лес. Из багажника донесся смех и ругань – пленник проснулся и уже понял, что происходит. Преследователей было уже очень хорошо видно, до поселка оставалось не более трех миль, когда Энтони свернул на ухабистую лесную дорогу, пропаханную тут неизвестно кем. Скрыться в густом лесу на машине у них не было возможности. Mitsubishi исправно держал очень хорошую скорость даже на этих колдобинах. В головах обоих мелькнула надежда на то, что нежные легковые тут не пройдут. Но судьба не благоволила им: впереди стал виден обрыв. Возможно, карьер, и дорога эта была ничем иным, как выездом из этого карьера.

– Все кончено. Нам не уйти. – Наверное, в ту минуту лицо Транди было белее только что выпавшего снега.

– Прыгай на землю! Быстро прыгай и спрячься в лесу! Другого выхода нет.

– А ты?

– Мать твою, прыгай сейчас же!

Вниз к обрыву дорога шла на уклон. Оставалось не более ста метров, когда Шторм-Спринг открыл дверцу и, сжавшись, выскочил из машины. Удар был не особо сильным, чуть откатившись, парень скрылся за большим деревом и словно во сне наблюдал, как их машина, прибавив скорость, упала вниз. Из нее доносились крики Осведомителя. Но даже зоркие глаза киллера не различили, что стало с Блэком. После раздался звук от падения, взрыв, а за ним еще два взрыва – тех самых недавно наполненных горючим канистр. Сердце словно остановилось. А за деревьями уже видны были машины полиции. Транди забился в углубление под корнями и затих.

Расследование произошедшего продлилось не долго: четверо полицейских несколько минут постояли у края, что-то передали по рации и покинули карьер. Их автомобили развернулись и ушли в обратную сторону. С замиранием сердца Шторм-Спринг выглянул из своего земляного убежища, неровной походкой прошел вперед, за следы колес. Глаза исследовали каждую мелочь, каждую травинку. Но ничего не различали.

– Блэк? – Голос звучал как сдавленный хрип. – Тони!

Последующие несколько секунд чуть не лишили его рассудка. А потом чуть поодаль в кустарнике послышался тихий хруст веток. Тони был жив. Он сумел выпрыгнуть из машины уже в самые последние секунды, пустив ее под откос. На щеке были заметны свежие ссадины, куртка была сплошь исцарапана ветками и камнями, штаны порваны на коленях. Но он был здесь, рядом – спасшийся и живой. Транди буквально бросился ему на шею. Потрепанный, едва держащийся на ногах бородач, в волосах которого засела трава, песок и ветки, сжал товарища обоими руками, похлопал по плечу и произнес:

– Всё, успокойся. Ты, конечно же, потерял все сведения, что мы нашли?

Блэк и вправду говорил о самом ценном. Рука нырнула в карман. Пластиковый контейнер треснул от удара. Но когда Шторм-Спринг раскрыл его, у обоих парней из груди вырвался вздох облегчения. Диск был цел. В остальном же у них не осталось почти ничего: у каждого по стволу, два кинжала и нож у Блэка, один из которых чуть ранил своего хозяина, пропоров кожаные ножны. По карманам нашлось чуть более двухсот долларов, измятая пачка сигарет, фотография Эйрин и записка с её новым адресом. Глаза Энтони с невыразимой грустью смотрели на затихающий уже пожар внизу.

– Я любил эту машину.

– Понимаю. Но ведь она спасла нас от преследования. Осведомитель мертв, мы живы. И не просто живы, а не существуем теперь ни для каких федеральных служб. Нас теперь нет, Тони. Никто не будет нас искать. Мы свободны как ветер и вольны делать, что захотим. Может быть, только так мы сможем одолеть этого зам. главы департамента.

Блэк смахнул платком кровь со щеки, поморщившись, выпрямил разбитые колени, скинул на землю куртку, что вновь была вся изодрана. А после присел на корточки и очень выразительно: с грустью, но и с улыбкой посмотрел на парня, теперь связанного с ним больше, чем одной целью.

– Да, мы можем делать что захотим. В пределах возможностей этих двухсот долларов, двух рожков патронов и трех ножей. Мы с голой задницей, Транди. В другой стране и с голой задницей.

Комментарий к Часть 10 “Господин Осведомитель”

Иллюстрация окончания главы. Поэтому комментарий в конце. Тони, глядящий на Шторм-Спринга:

https://imgur.com/a/ofHNK

========== Часть 11 «Скованные одной цепью» ==========

Место, куда их занесло, оказалось глухим во всех смыслах. Впрочем, и время было ещё раннее, и в целом, Канада – это страна, населенная очень не густо. Все три мили до посёлка Блэк и Шторм-Спринг прошагали, встретив лишь пару машин, ни одна из которых не остановилась. Сам поселок на всякий случай обошли по окраинам, посетив один единственный магазинчик, где купили воды и сигарет. Еды там не продавалось. По пути Транди рассказывал другу обо всём, что узнал в базе ФБР. Настроение без того хмурого и уставшего Тони стало в разы хуже.

– Что же теперь? Только выходить на этого Айзеншпица? Тьфу, фамилия-то как у нациста! Теперь припоминаю, что он был похож на немца.

– Хрен с ним, с фамилией. Этот мужик – правая рука секретаря департамента обороны. Не знаю, как мы справимся с такой «шишкой» и справимся ли вообще. Но есть ведь и хорошие новости: для федералов нас больше нет. Отсидимся в канадской глубинке пару месяцев, а там наши имена и лица уже позабудут.

Энтони такой расклад был явно не по душе. Он понимал, что они чудом остались живы, что, по сути, им крупно повезло. Но только Блэк слабо представлял себе своё будущее: хоть ближайшее, хоть в перспективе. Он думал, что станет с Эйрин, если она узнает об этом утреннем происшествии. Она ведь помимо горя просто не будет знать, что ей делать и как поступить! Он думал о Дэне Айроне и остальных партнёрах. Покуда память о них жива, на бизнес, и на самих ребят могут начать гон. А ещё Тони было до слёз жаль свой Mitsubishi. Он не собирался унывать и опускать руки: в голове теперь сложилась чёткая картина всего, что творилось с ним этой безумной весной. И как никогда Энтони понял, что благодаря Шторм-Спрингу с ним произошло чудо. Иначе он давно бы уже лежал в могиле. Чудо произошло с ними обоими: что-то парадоксально странное и необъяснимое, но подарившее шанс выжить. Однако, за свою жизнь и Транди, и ему самому ещё предстояло отчаянно побороться.

Они тащились по дороге уже второй час кряду. Прошедший день, бессонная ночь, падение из несущейся под откос машины – всё это уже очень утомило его. Силы были на исходе, да ещё в левом боку что-то омерзительно саднило и беспокоило. Заметив это, Шторм-Спринг усадил Тони на траву у обочины и осмотрел повреждение. Пропоровший ножны клинок глубоко порезал кожу. Ничего страшного, но кровь шла довольно сильно, пропитав футболку и перепачкав тело.

– Сейчас, потерпи чуть. Почему сразу не сказал?

Ответом было лишь тихое утробное рычание. Промыв рану водой из купленной бутылки и придавив ее чистым платком, Транди напряжённо думал, что может подойти для перевязки, когда рядом остановилась машина. Это был небольшой фургончик, какие часто используют фермеры. Пожилой человек, появившийся оттуда, подошел к ним и спросил, что случилось.

– Ничего, ерунда. – Буркнул Тони, ибо терпеть не мог все эти «сопли» вокруг себя.

– Неудачное падение. Быть может, у вас в машине найдётся бинт?

Мужчина кивнул и достал аптечку.

– Промыли хорошо? Возьми лучше перекись. – Он помолчал с минуту, пока Шторм-Спринг помогал своему другу, а затем проворчал под нос: «Эх, черти молодые! Опять-поди подрались из-за девчонки!» В его облике, особенно в лице, было что-то такое, что очень располагало к себе. Плотно сбитый и коренастый, он ничуть не испугался двух потрепанных парней, каждый из которых был на голову его выше, и без церемоний спросил:

– Куда вам? Я подвезу.

В ответ оба недоуменно переглянулись. Именно этот вопрос загнал их в глубокий ступор, но ещё даже не ответив, парни уже забрались на заднее сидение фургончика.

– Куда-нибудь, где можно снять комнату и получить какую-нибудь работу. – произнёс Тони. Тело его полностью расслабилось, откинувшись на спинку сидения. Едва мотор завелся, Блэк моментально уснул под такую колыбельную. Транди смотрел на дорогу еще несколько минут, а после его голова сама собой упала на грудь приятелю. Напряжение прошло, картина окружающего исказилась, поплыла. Оба глубоко и беспечно уснули, исчерпав все силы и, наконец, ощутив себя в безопасности.

Блондин проснулся первым. Его мгновенно насторожила темнота вокруг, но почти сразу Транди понял, что фургончик просто стоит в гараже, а там, за его стенами, ещё день, и слышатся голоса. Вздохнув всей грудью, он вновь прижался к Тони. Сильная надёжная рука бородача держала его за плечо, парень боялся сам себе сказать слово «обнимала». Он слышал удары сердца Энтони, впервые в жизни сам вот так обнимал его, полностью воспринимая каждый звук, каждое крохотное движение, ласку исходящего от Тони тепла. Хотелось продлить это счастье на вечность, но Блэк тоже зашевелился, раскрыл глаза и приподнялся на автомобильном сидении.

– Где это мы?

– Сам не знаю. В гараже, кажется. А вот где этот гараж?..

Шторм-Спрингу пришлось подняться, отпустить любимого и вылезти из фургона. Гараж оказался очень большим, как обычно делают в деревнях, и, очевидно, выполнял сразу несколько функций. Рядом было место для еще одной машины, чуть поодаль стоял старый мотоцикл. По стенам были развешены заваленные разными вещами полки, а дальше устроено что-то вроде сенного чулана. В воздухе хоть и чувствовался запах бензина, но ему было не перебить свежесть и ароматы природы. Однако этот воздух оказался весьма прохладен. На многие мили к северу весна была не столь тёплая, как в Нью-Йорке, поэтому Транди подумал про себя, насколько же далеко они забрались? Тони тоже вышел из машины, потянулся и оглядел помещение. Взгляд и движения парня были ещё полусонными, очень медленными и плавными. Он первым подошёл к воротам, приоткрыл их и вышел на улицу. Шторм-Спринг последовал за ним. Солнце уже садилось, кругом была трава, хозяйственные постройки. А за изгородью – большое поле, ограничивал которое виднеющийся на горизонте лес. Блэк закурил сигарету и немного поёжился от прохлады.

– Похоже, мы на какой-то ферме.

– Не мудрено, приятель! Мы ведь не сказали, куда направляемся. Очевидно, хозяин фургона привёз нас к себе. Что ещё ему оставалось?

– Надо бы найти его, отблагодарить, а заодно выяснить, что это за место.

Сделать это оказалось не сложно: хозяин сам заметил их и подошёл.

– Выспались? Идём в дом, приготовлю вам чаю и что-нибудь поесть.

Остановившись на секунду, он спросил Блэка:

– Как твоя рана? Надо бы ещё раз промыть и перевязать.

Тони махнул рукой, давая понять, что не хочет даже говорить об этом. Порез почти не чувствовался, разве что при резких движениях. Впрочем, избежать участи вновь подвергнуться перевязке ему не удалось. Умывшись и расположившись за столом в скромной гостиной, они, наконец, познакомились. Хозяин ранчо представился как Мэтью Уилсон. Местечко, где они оказались, называлось Aldor Valley: от границы с США его отделяло почти триста миль. Выходит, путешествие заняло несколько часов, которые оба приятеля крепко проспали. Ближайшая ферма отдалена была от этой на три мили, а в десяти находилось небольшое поселение, именуемое Баррот. Транди и Энтони оказались в провинции Квебек, реально много севернее мест, где были ещё вчера. В том, что оба всерьёз ощутили холод, не было ничего удивительного. Майская температура здесь не превышала 15 градусов, а уже к вечеру стало не более десяти. По описанию это поселение рядом представляло из себя сущую деревню. Но, по словам Мэтью, там они могли найти то, что ищут: съемное жильё и работу.

– Ну и, как я полагаю, вам как раз нужно отсидеться где-нибудь подальше от многих глаз? – спросил хозяин ранчо, многозначительно улыбнувшись. Старик, конечно же, понял, что они куда-то влипли. Вид у обоих не давал повода помыслить иное. Но мистер Уилсон однозначно отнёсся к парням с пониманием. Уминая, что есть на столе, никто не мыслил ни о каком подвохе. Даже Транди был спокоен и, казалось, отдыхал от своих вечных умственных упражнений в поиске опасностей. На улице начинало темнеть, и можно было бы, конечно, напроситься на ночлег на этой ферме, но Блэк был категорически против. Едва оба вышли на воздух после ужина, Тони твёрдо заявил, что надо отблагодарить этого человека и убираться в город. То есть, поселок – как его там? А для этого попытаться взять в аренду мотоцикл, что стоит в гараже. Десять миль пешком – это не развлекательная прогулка. А ведь нужно ещё найти жильё в посёлке, и хоть немного там оглядеться.

– Ты же больше не ездишь на мотоциклах. – Напомнил Транди. Энтони усмехнулся и парировал:

– А ты видишь здесь что-то ещё, на чем можно хотя бы ехать, а не идти пешком?

С двумя сотнями в кармане им нечего было предложить в качестве выкупа. Непонятно, что в большей степени повлияло на старика: может быть, обаятельность Тони, может быть, осознание факта, что этим ребятам просто некуда деваться, да и из такой беспросветной глуши они все равно сейчас не денутся никуда. А возможно, старый железный конь был ему просто не нужен: возраст ведь уже вряд ли позволял гонять по ухабам на двух колёсах, когда в наличии имеется целых четыре. Так или иначе, товарищам по несчастью повезло: всего за сотню Мэтью согласился отдать им байк, причём больше не взял ни цента ни за совместное путешествие длиной более трехсот миль, ни за ужин.

– Бери, отдашь потом, если цел будет. Только опробуй сперва. Я уже и не помню, когда заводил его!

Едва руки Блэка коснулись рукоятей руля, а внизу под ним заиграла подвеска, сознание словно преобразилось. Давно забытые ощущения, вернувшись, подогрели кровь, глаза зажглись светом, какой бывает лишь в улыбке Юности. Несколько раз провернув ключ, он таки завёл двигатель и рванул из гаража прочь на просторы дороги. Ледяной ветер лишь освежал лицо, от учащенного сердцебиения Тони было не холодно, а скорее жарко. Шторм-Спринг наблюдал за этой сценой с улыбкой и чуть не со смехом. Его догадки о том, что Тони Блэк – это вечный большой ребёнок, хобби которого никогда не проходят бесследно – на глазах обрастали доказательствами. Мэтью Уилсон стоял рядом и тоже искренне улыбался, глядя как новый знакомый лихачит за пределами фермы.

– Ну, вот и славно! – Произнес хозяин. – Давно думал, кому бы его отдать, чтобы в хорошие руки и на радость. Похоже, этот байк сам призвал вас сюда! А ты-то не ездишь?

– Нет. Только не на мотоциклах! – Транди ответил полностью честно, задумавшись при этом, что через четверть часа сам будет сидеть на этом «коне» позади Энтони. – Это будет его игрушка.

На прощание Мэтью посоветовал, в который дом обратиться, чтобы снять комнату, и сказал, что через пару дней заскочит посмотреть, как они устроились. Положительно, этого человека им послало провидение. Страшно подумать, где бы они сейчас оказались, если бы не Мэтью: где нашли бы отдых и помощь, смогли бы избежать неприятностей в приграничной зоне? Находиться там было очень опасно, и эта глушь, куда мало кто заезжает, лично Транди казалась сейчас сущим раем на земле. Рай, конечно, слегка подпортился двадцатиминутной качкой на байке под ударами ледяного ветра. Вцепившись в Энтони, он не различал ни дороги, ни мест поодаль. Когда мотоцикл достиг Баррота, Шторм-Спринг чувствовал себя замёрзшим и словно побитым. Тони, напротив, был так увлечён своим приобретением, что даже смотреть не стал, что там за комнаты, и по какой цене. Остановившись под уличным фонарём, он что-то регулировал и настраивал, доверив съём ночлега товарищу. Между тем, дело оказалось не таким уж простым…

По рекомендованному адресу ему сразу же отказали, сославшись на нагрянувшую из деревни родню. Парень подумал: что, интересно, местные жители называют деревней?.. Впрочем, указали рукой, в каком направлении идти и к кому обратиться с подобной просьбой. Угрюмо прошагав по темной холодной улочке еще несколько минут, он нашел нужное место. Трёхобхватная мэм посмотрела на него, как на негодяя, позвала мужа. Оба долго расспрашивали, кто он и откуда здесь взялся. Потом, вымотав все нервы, сообщили, что у них есть комната…

– Не очень хорошо отапливается от общей печи. Но сейчас уже не зима. Ночевать сгодится, и там теплое одеяло.

– Я не один. Мы вдвоем с другом.

Оба вновь косо переглянулись, женщина не растерялась и выпалила:

– Так кровать там большая, широкая! За неделю пятьдесят долларов, вас устроит? Или придется спать на улице, сейчас никто тут больше ничего не сдаёт!

Выругавшись про себя всеми словами и даже не представляя, что потом скажет Блэк, Транди попросил посмотреть «хоромы». От его глаз не укрылось, что по сути это была летняя пристройка, и она ни при каких обстоятельствах не могла отапливаться. Посередине, занимая половину площади, стояла старая двухспальная кровать. Хозяйка наспех прибирала какое-то барахло, показывая местные «достопримечательности».

– Есть комод, есть стол. Стул этот сломан, но я принесу другой. Рядом за дверью все удобства. Водопровод работает. Когда нужно горячую воду, говорите, я включу бойлер. Если немного подождёте, я наведу тут порядок и принесу бельё. Только оплата, пожалуйста, вперед. Иначе я и прибирать не стану.

Плюнув на всё на свете, Шторм-Спринг согласился, отдал шебутной корове полтинник, забрал ключи от черного входа в дом и пошёл искать Энтони. Рёв мотоцикла разносился на всю округу и хорошо слышался издали, уже через несколько минут они встретились.

– Я нашел нам ночлег. Правда, там… В общем кровать старая и одна. Но других вариантов нет. Пятьдесят баксов на неделю. Столько же осталось, и это всё, что у нас теперь есть. Через час можем идти туда. Хозяева просили подождать.

Тони слушал его в пол уха. Или просто не вникал в смысл сказанных слов за исключением последних. Ночлег мало интересовал его: поездка по городу выявила куда более интересную достопримечательность города Баррота.

– Подождать – так подождать! Садись, отвезу тебя в местное весёлое заведение. Сколько, говоришь, у нас есть? Пятьдесят баксов? Хватит. Пора уже отдохнуть и отметить, что мы вновь на колёсах!

Транди посмотрел искоса и буркнул:

– Ты что, собрался пить?

– Я хочу отдохнуть! Плюс, нужно же заводить знакомства. Ты забыл? Нам нужна работа! Давай, садись. Ты весь дрожишь от холода, а там не просто тепло, а, кажется, жарко! И музыка хорошая.

Нехотя Шторм-Спринг уселся вновь сзади Блэка, мимо них пронеслось несколько улочек, и мотоцикл остановился возле здания, в котором, возможно, когда-нибудь снимали старые вестерны. Окна светились, изнутри доносились громкие звуки заезженных уже рок-хитов. Рядом, поставленные как попало, красовались еще несколько байков и старенький грузовик. Название кабака было не прочитать из-за темени. Там действительно было почти что жарко, хотя ужасно накурено. Продрогший до костей блондин не успел и оглянуться, как Тони уже стоял у стойки бара, откуда вернулся с целой бутылкой виски. Золотистый напиток наполнил два бокала.

– Ну, давай! За наше спасение и за байк!

Этот засранец, казалось, помолодел лет на двадцать и от души веселился. Развалившись на лавке, он даже подмигнул продавщице и сделал рукой какой-то знак в сторону сидящего неподалёку посетителя заведения.

– Пей же, сейчас-то чего бояться? Заодно сразу согреешься.

Глоток крепкого пойла мгновенно возымел свое действие. К радости, стало тепло, и по телу разлилась нега. Вот только Энтони тревожил Шторм-Спринга с каждой минутой всё больше.

– Придурок, сколько ты спустил на выпивку?

– Всего-то двадцатку! Это не фирменное. Виски местного производства. Но, скажу тебе, это очень недурная вещь! Кажется, даже чуть крепче того, что когда-то наполняло эту бутылку.

Три четверти бокала исчезли в глотке Блэка, после чего он стал еще более напоминать защитившегося дипломника на выпускном. Налил себе ещё столько же, сбросил куртку и зачарованно любовался дымом своей сигареты. Девица в баре уже форменно не сводила с Тони влюблённых глаз. Но он не обращал на это внимания, его привлекла совершенно другая сцена. У стены напротив двое молодчиков забавлялись рукоборством. Причём, не просто так, а на деньги. Судя по возгласам, «ставкой» в игре служила как раз двадцатка – цена бутылки виски. Большие глаза Энтони сфокусировались на противостоянии, он явно уже болел за одного из них и обсуждал приёмы. Не сложно было догадаться, что этой «забавой» и сам он когда-то тешился. Возможно, что профессионально. Шторм-Спринг, конечно, мог понять настроение друга: после таких потрясений, что выпали на их долю, мало кто удержал бы ясность мыслей и хранил хладнокровие. Да, ему нужно было расслабиться и отдохнуть. Но сам Транди предпочёл бы пропустить по одной уже дома и далее обсудить планы на дальнейшую жизнь в этом канадском городке. Вот только он теперь был не один. И Блэк был вовсе не тот, кто станет исправно слушаться. Раззадорившись игрой, он что-то выкрикнул борцам. Его любимчика победили, а в ответ на ругательную тираду самого Тони заприметили. Надо отдать должное: посетители кабака почти не обращали на них внимания, не задирались и не задавали вопросов. Но тут уж колоритному парню с рельефной мускулатурой предложили даже не сделать ставку на следующий бой, а самому – участвовать.

Транди был против. Он очень боялся, что Энтони просто забудет о том, что теперь он никакой не миллионер, никакой не воротила оружейного бизнеса, и у них обоих просто ничего нет. Ему искренне хотелось забрать выпившего Блэка за шиворот и увести в снятую конуру. Но сделать это не представлялось возможным. Оставшиеся деньги были у Энтони, Шторм-Спринг почти не сомневался, что сейчас он спустит их почти все… Но теперь он не мог ни командовать, ни уйти прочь. Теперь с этим парнем они были скованны железной цепью. И он, как здравомыслящий, не имел никакого права оставить товарища.

Двадцать баксов из тридцати оставшихся у них в распоряжении легли на игровой стол. Тони завязал хвост, сел напротив здорового мужика, только что победившего борца, который казался даже сильнее. Локти упёрлись в деревянную столешницу, ладони сомкнулись в стальном рукопожатии. Противник нещадно атаковал новичка, но Энтони не сдавался. Его глаза пронзали насквозь рослого деревенщину, мышцы под кожей играли во всем теле. Сперва преимущество перешло на сторону Энтони, а потом он выбрал момент, рванул рукой и стал победителем в этой схватке. За ними следили все собравшиеся. Как-никак, раньше никто тут их не видел. Забрав свою двадцатку и разделив остаток бутылки с кем-то из мужиков, Блэк принял и второй вызов. Шторм-Спрингу очень хотелось умыкнуть из этой «царской казны» хотя бы первоначальное вложение. Но ребята уже договорились вести поединок по двойной ставке. Второе противостояние рук длилось подольше и встало Тони сложнее. Но он вновь одержал верх. Теперь уже все завсегдатаи кабака лезли к нему знакомиться. Транди с трудом удалось отвести Блэка в сторону и, пока тот курил на улице, не подумав накинуть куртку, умыкнуть у него первоначальные полста баксов.

Шторм-Спринг был разочарован и зол. Радость побед дурманила Тони голову похуже виски, с которым тоже был уже перебор. Теперь Блэк решил, что с деньгами уже не будет проблем, уселся за стол с еще одним парнем. К счастью, тот был пьян не меньше самого Энтони… Они поставили по двадцатке, бой похож был скорее на шуточную пародию. Выигранные деньги длинноволосый красавчик без сожаления спустил на выпивку, еще с час болтал с канадскими кабанами о мотоциклах. Транди всерьёз уже думал, что делать с байком и даже пробовал договориться в заведении, чтобы железный конь постоял до завтра здесь. Только никто не слушал его, и в итоге вчерашний самодостаточный умница оказался опять на том же сидении, выдержал несколько минут чудовищной езды по ухабам. Когда они вошли в свою комнату, Блэк не заметил форменно ничего: ни адского рассветного холода, ни даже того, что кровать одна на двоих. Их активы выросли на двадцатку. По крайней мере, завтра можно было не беспокоиться о том, на что жрать. Герой вечера забавно уткнулся носом в подушку и тут же уснул. Второго на таком холоде ждала долгая и бессонная ночь… Но в конце концов, парню надоело мёрзнуть, он прижался к Блэку, обхватив его рукой, и тоже забыл обо всём. Ему ведь тоже требовался сто крат уже заслуженный отдых. Вот только до последнего голову не покидала мысль о том, во что теперь выльется этот «деревенский Лас-Вегас».