Текст книги "Гордость Злодеев (СИ)"
Автор книги: Зозо Кат
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]
Я не знаю, что произошло, но он испускал явно агрессивную энергию. Это нехорошо… Что ему нужно? Он собирается меня бить? Или вообще убить?
– Господин Свейн?.. – спросила я, после чего почувствовала, как меня схватили за пояс обеими руками и подняли в воздух.
– Я передумал! – приказным тоном бросил он, чуть ли не оглушив.
– Ч… Что?.. – задрожал голос, но, до того, как я сформулировала вопрос, слегка опухшие губы юноши коснулись моего лба, даруя крохотный поцелуй. – А?..
– Вот и всё! – злобно выкрикнул Свейн, поставив меня обратно на пол, при этом брезгливо вытер губы рукавом светлой мантии. – Мерзость…
– Господин Свейн, – строго произнесла я, прикасаясь к своему лбу, а после глянула на юношу. – Что вы себе позволяете? Я замужняя женщина. Вы хоть понимаете, что творите?
– А?! – раздраженно протянул. – И это я слышу в благодарность за то, что снял проклятие? Ха! Хотя, чего ещё можно ожидать от ледяной ведьмы?..
– Снял проклятие?.. – удивилась я.
– Именно! – крикнул в ответ. – Так что всё: через неделю или две твоя естественная форма вернётся. Возрадуйся! – отмахнулся, словно от мухи, после чего продолжил свой путь, но в какой-то момент обернулся и произнёс: – Ты только… Эрику скажи, что я всё сделал. Хорошо? И пускай не трогает меня.
– Что? О чём вы? – спросила у Свейна, но тот нахмурился и лишь бросил:
– Забудь.
Меня оставили одну. И, кажется, проклятие было снято. Причём благодарить за это следует того, кто его и наложил.
Эрик… вот уж кто любит действовать в тени.
Похоже, он всё-таки не изменился. Всё тот же идеальный братец…
Глава 12. Травля
– Значит, вы просите меня проверить барона? Моя драгоценная супруга, с чего вы взяли, что у меня есть подобные связи? Хотя, возможно, вы и правы, но всё же…
Первое, что я сделала на совместном ужине, – поведала герцогу о своих подозрениях касаемо барона Айдж. Эджил отнёсся к моей версии скептически, так как не видел в мужчине серьёзного врага. Более того, отчасти считал, что я необъективна, так как переношу слою злость на Мэрит на других людей. В основном на тех, кто приближён к девушке.
– Я вас не осуждаю, – тут же добавил Эджил, приподнимая бокал вина, словно говорил тост. – Порой в такие моменты меня самого гложут сомнения, и я могу совершить ошибку.
– Эджил, не стоит всех судить по себе, – отстранённо начала я, надменно вздёрнув подбородок. – Начнём с того, что я – не вы, и подобные ошибки уж точно совершать не буду. Более того, даже если это ошибка, я прошу вас собрать как можно больше информации и проверить мою версию. Пару лет назад, перед тем как познакомиться с юными представителями знатных домов, моя матушка заставила меня буквально вызубрить финансовое, политическое и военное положение каждой семьи. И я пришла к выводу, что всё основывается на прибыли. Как королева я должна была знать, кто и сколько зарабатывает, каков источник дохода и главное – как я могу использовать это в своих интересах. Матушка требовала изучить только те семьи, которые поколениями являлись приближёнными к королю. Но я не остановилась на достигнутом и пошла дальше. Значительно дальше. И знаете, чем зарабатывал в ту пору барон Айдж? Ничем. Азартные игры и огромные долги, у него не было ни земли, ни сбережений, ни какого-либо бизнеса. Перед поступлением в академию я слышала о том, что он планирует открытие торговой линии с королевством Астрал, но теперь, когда всё так переменилось…
Эджил прекратил усмехаться. Если ещё мгновение назад мужчина предпочитал относиться к моим словам с некой шуткой и расслабленностью, которую даровал ему алкоголь, то теперь в его чёрных глазах бушевал интерес. Да. Я узнаю этот взгляд. Обычно так смотрят мужчины, которые неожиданно открыли в юной привлекательной девушке нечто большее, чем красоту.
Но Эджил и раньше знал, что мой интеллект значительно выше сверстниц. Либо он ранее меня недооценивал, либо я всё ещё могу его удивить.
Как ни странно, это весьма приятное чувство. Словно я имею некую незримую власть. И особенно приятно, что это власть над таким большим и сильным мужчиной, как Эджил.
– Миледи, позвольте уточнить: вы изучали финансовое положение всех аристократов королевства Эйдос?
– И не только, Эджил, – с усмешкой ответила я. – Соседние королевства я так же учла. Ну… по мере доступности информации.
– Вы уж простите мою неучтивость, но, миледи, – удивлённо улыбнулся Эджил, – разве это не засекреченная военная информация? Как такие сведения могли попасть к юной девушке, которая ещё не вышла в свет?
– Вы забываете, Эджил, что я не простая девушка, – гордо ответила я. – Более того, я не из простой семьи. Да, сейчас положение рода Хэлстейн плачевно, и я это признаю. Причём вина целиком и полностью лежит именно на нынешнем поколении. Но всё же наш род происходит от правящей линии королевской семьи. По идее, если бы у моих родителей родился мальчик, я имела бы право претендовать на престол королевства Эйдос. Однако я родилась девочкой, так что меня готовили на роль королевы. Этот политический брак был бы идеален. Никто не смел оспорить данный союз, сколько себя помню. Как у представительницы герцогской семьи у меня был доступ к любой информации, которую я хотела. Даже королевская теневая стража предоставляла мне всё, что я требовала. Если, конечно, такая информация существовала…
– Удивительно, – не скрывал своего восхищения Эджил, после чего заметил, что мой бокал пуст. Недолго думая, он подлил в него сока, так как спиртные напитки мне пить пока не дозволено. – Миледи, чем больше я вас узнаю, тем больше понимаю, что наша встреча подобна чуду. При этом я тот ещё счастливчик, раз такая женщина теперь на моей стороне. И ничего не остаётся, кроме как посочувствовать вашим врагам.
– Эх, Эджил… – вздохнула я, расстроившись. – Даже если учесть мои способности и знания, нынешнее положение оставляет желать лучшего. После вступления в брак семья Хэлстейн разорвала все связи со мной, а значит, и ограничила в действиях. По этой причине я обращаюсь к вам с вопросом о бароне Айдж. Нет необходимости узнавать всё об этом человеке – хватит и сведений об основном источнике доходов. Сомневаюсь, что тот, кто вечно жил в долгах, смог в одно мгновение сколотить такое состояние. Скорее, ему посчастливилось, и он отыскал золотую жилу.
– Но вы ведь сказали, что у барона нет земель, – нахмурился Эджил.
– Вот именно, – отметила я. – Тогда откуда средства на такую роскошь? Карета, украшения, платье из лучшего ателье…
– Спонсор? – предположил Эджил, всплеснув руками.
– Допустим, – кивнула. – Тогда кто?
На это молодой мужчина замолчал, задумавшись над моими словами. Эджил осознавал, что деньги с неба не падают. Во всяком случае не в таком количестве. Значит, высока вероятность, что источник дохода не совсем законен.
Сейчас многие аристократы промышляют незаконной торговлей магических животных. Многие виды зверей на грани вымирания, и их отлов строго запрещён, но для высшего общества всё «запретное» подобно красному флагу, призывающему внимание. Острая потребность выделиться, пускай и таким жестким способом, всегда формирует спрос.
Да. Я знаю, для простых людей это дико. Полнейшая чушь из детских сказок, в которых принцы и принцессы доблестно сражаются с чудовищами, чтобы помочь обычному народу, искажает действительность. На самом деле всё не так. Аристократам плевать на людей. Им плевать на всех, кроме себя. И главное – чтобы другие аристократы, такие же, как и они, смотрели на них и завидовали.
Именно. Они хотят, чтобы на них смотрели, чтобы восхищались ими и завидовали им… прекрасно. Это чувство напоминает сладко-горький мёд – много не выпьешь, но хочется ещё, ещё и ещё.
Именно ради этого чувства многие леди устраивают светские чаепития. Конечно, первоначальная цель – обмен информацией. Но ведь рано или поздно интересная информация заканчивается, а чайные вечеринки происходят практически ежедневно. Леди стремятся выделиться всем, чем только можно: нарядами, украшениями, манерами, навыками, изысканными блюдами, животными…
Барон Айдж относится к тому типу людей, которые хотят отличаться роскошью и богатством. Они ничего из себя не представляют, и это подстёгивает их кричать о своей значимости как можно громче. Стремление восполнить нехватку внимания.
И это весьма глупо с их стороны.
Сомневаюсь, что такой человек способен создать какой-либо процветающий бизнес. Если бы в одно мгновение у него появилась алмазная шахта или ещё более ценный ресурс – шахта с скоплением природной маны, уверена, что он бы всё растратил за считанные дни, а то и часы.
Его кто-то спонсирует. Кто-то, кому это выгодно. И, если мы найдёт источник, решим множество проблем. Даже разберёмся с приворотной магией.
Кстати говоря…
– Эджил, – обратилась к молодому мужчине. – Я хочу, чтобы впредь вы были осторожны. Понимаю, что Мэрит вам сейчас нравится не так… как раньше.
– Скорее, не нравится, в принципе, – поправил меня герцог.
– Да, – согласно кивнула, решаясь не спорить. – Но лучше оставить всё, как было раньше. Ваше поведение привлекает много лишнего внимания.
– Миледи, – тихо произнёс Эджил, переходя на голос, полный ненависти и злобы. – Вы простите о невозможном. Моё терпение не безгранично. Хотя нет… точнее будет сказать, что его не осталось вовсе. Она должна благодарить меня за то, что я позволяю ей жить.
– Я понимаю, но… – настаивала на своём, игнорируя злость мужчины.
Эджил понял, что я буду настаивать на своём, и протяжно выдохнул, прикрывая глаза. После нескольких секунд внутренней борьбы он наконец-то ответил:
– Хорошо… Я постараюсь, – заверил Эджил. – Но, миледи, боюсь, я также должен попросить вас быть осторожной.
– Хм? О чём вы?
– Я не желал вам говорить, но… когда мы только прибыли в академию, практически за пару дней на Вашу Светлость было совершено два покушения. Я вовремя обезвредил наёмников, хотя они успели убежать, а о подробностях решил не упоминать. Но после проклятия покушения прекратились. Что говорит об одном – готовится нечто серьёзное.
– У вас есть предположение что именно? – тут же спросила я, решая перейти к сути проблемы.
– Нет, – отрицательно покачал головой. – Если бы знал, то этого разговора не было бы. Однако из-за вашей просьбы, боюсь, меня некоторое время не будет на территории академии. И за этот период может произойти всё, что угодно. Поэтому прошу вас, – добавил он, приподнявшись с кресла, и, взяв мою ладошку, галантно поцеловал её, – будьте осторожны. Я не желаю становиться вдовцом в столь юном возрасте.
– Аналогично, – ответила я, сохраняя спокойную улыбку на лице, хотя сама в тот момент думала лишь о том, как вовремя пришёл в себя брат. Необходимо держаться к нему как можно ближе.
***
Как ни прискорбно это говорить, Эджил был прав.
Странно это или нет, но проклятие, которое наложил на меня брат, действовало, словно оберег, так как многие предпочитали меня не трогать. Но, после того как Свейн снял его, изменения не заставили себя долго ждать.
Буквально на следующий день рано утром я проснулась и поняла, что моё тело выросло. Я больше не выглядела, как пятилетний ребёнок. Скорее, как восьмилетний. Хотя трудно судить по внешности. Разницу я заметила, когда надевала новое платье – все наряды оказались малы.
Заказать новое и получить его через каких-то полчаса не составило труда. Но, когда я пришла в академию, стоило студентам взглянуть на меня, как все сразу поняли, что я подросла и проклятие снято. Неожиданно это стало поводом, чтобы напомнить мне, «где моё место». И думаете, что это делали влюблённые в Мэрит юноши? Отнюдь! Это были девушки.
Точно такие же девушки, как я, – аристократки. Они решили принять сторону принца Андреса и Мэрит, а злобу предпочли скинуть на ту, кого и так все ненавидят.
Казалось бы, что за варварство?! Это возмутительно! Юные леди, подобно стае гиен, атаковали замужнюю девушку… и ради чего? Чтобы высказать ей своё недовольство? И это при том, что я до сих пор была в детском теле…
Но тут всё просто – раньше они не могли этого себе позволить, так как я считалась «проклятой», то есть уже мучилась от наказания Судьбы. Более того, этот облик беспомощного ребёнка – моя суть. Мне неприятно это признавать, но это правда. Заклинание есть заклинание. И уверена, что Эрик никак не мог ошибиться. Это многих сбивало с толку. Напади они на меня тогда, выглядели бы жалкими. Более того, их могли бы осудить за то, что они напали на безоружного человека, который даже с оружием защитить себя не сможет.
Аристократы ценят свой образ. Они тратят много времени, сил и денег на создание и сохранение имиджа, и портить его из-за одной девушки совершенно не хотелось. Но при этом злость никуда не исчезла.
Да… она росла, накапливалась, кипела и требовала свободы. Её было необходимо выплеснуть, чтобы почувствовать себя хотя бы немного лучше. Я понимаю их. Каждая девушка испытывала ненависть к Мэрит и к тому, с какой лёгкостью она подбирала ключики к мужским сердцам. Зависть, ненависть, беспомощность… Это те эмоции, на которые нельзя просто махнуть рукой.
А вон она я – Диана фон Хэлстейн. Та, которая не побоялась высказать своё мнение, хотя, в итоге, поплатилась за это. Я – злодейка этой лживой пьесы. А значит, если они начнут вымещать зло на такой, как я, то в глазах общественности будут правильными, благородными, этакими доблестными героями, которые не побоялись выступить дружной толпой против зла и заступиться за настоящую любовь.
А именно: в какой-то момент они схватили меня за руки и силой вытащили на задний двор – в тот самый проём, где меньше всего людей и лишних ушей.
Я видела, кто руководит группой девушек. И как это забавно: видеть знакомые лица. Многие из них ранее были в моей свите. Те, кто всегда смеялся, когда я смеялась, нахваливали все мои действия, мой ум, мои слова… Каждая из них смотрела на меня с восхищением, но теперь что? Кем они стали?
– Диана фон Хэлстейн, – произнесла одна из девушек, нависая сверху.
Оу… да это же Аса, дочь Преподобного – главеного служителя церкви при королевском дворце. Ох… я многое знаю об её отце. Занимая высокий пост в церкви и имея сильную поддержку со стороны короны, Преподобный имеет доступ к огромным суммам денег. Ко всему, что оставляют верующие церкви.
Знает ли об этом корона? Естественно, но тактично закрывает на подобные действия глаза. Ведь и сама королевская семья получает сильную поддержку со стороны церкви. Простой народ верит словам Преподобного. Он становится той самой нитью, которая связывает народ с Богом. Его слова – это слова Бога. А если Преподобный поддерживает все начинания короля, который выдвигает тот или иной закон, то и население принимает его с большей охотой.
И я даже больше скажу: Аса, хоть и недолго, являлась второй претенденткой в королевы Эйдос. Высокая, красивая, с длинными ярко-солнечными волосами, белоснежной кожей и светло-карими глазами, напоминающими по цвету золото. Многие – не без поддержки отца – даровали ей имя «Святая Аса». И она всячески стремилась поддерживать этот образ. Какое-то время даже пыталась завоевать Андреса, используя влияние церкви. И, думаю, если бы совет аристократов поддержал эту идею, у неё были бы все шансы занять престол.
Но вы только гляньте, как всё интересно закрутилось. Она мечтала избавиться от меня как от соперницы, и вот я более не претендую на титул королевы, но и ей это место больше не светит.
– Леди Аса, – спокойно произнесла я, приподняв края юбки и слегка присев в реверансе. – Вы что-то хотели от меня? Выглядите весьма обеспокоенно. С вашим здоровьем всё в порядке? Советую вам не тратить времени зря и заглянуть в лазарет.
– Герцогиня, вы как всегда грубы и беспардонны, – высокомерно отозвалась девушка, надменно скрестив руки перед собой. – Если вы рассчитываете, что ваша детская внешность вам поможет, то зря.
– Что вы! – ахнула я, улыбаясь. – Я искренне переживаю о состоянии вашего здоровья. Ведь, как вы заметили, из-за моего детского роста мне прекрасно видна ваша потемневшая кожа вокруг глаз. Милая, неужели вы не высыпаетесь? Ах, я так понимаю… быть неполноценной фрейлиной леди Мэрит весьма трудное занятие.
– Что?..
Среди девушек зазвучали вздохи и выкрики, наполненные возмущением. Да, об этом также мало кому известно, но Аса, которая метилась в королевы, стала лишь фрейлиной той, кого многие уже считают невестой наследного принца. Иными словами, придворная дама, у которой прямая обязанность – прислуживать королеве. А именно: Мэрит.
Пусть это весьма почётная должность, гордость Асы была задета. Как и все аристократы, девушка желала, чтобы ей завидовали. Даже если она ненавидит своё положение и смотрит на Мэрит со стиснутыми от злости зубами, это ничего не значит. Она хочет, чтобы ей все завидовали и восхищались.
Но я могу выразить лишь усмешку и небольшой намёк на сочувствие. Бегать за никому дочерью барона, которая ещё недавно числилась простолюдинкой, – унижение, после которого подумываешь о самоубийстве. Ох, а сколько же она испытывает ярости!
Прелестно.
Мне нравится этот блеск в золотых глазах.
– Диана, – тихо начала девушка, буквально нависая надо мной и пронзая слегка безумным взглядом. – По-твоему, это повод для смеха? Смейся-смейся, вот только и я, пожалуй, посмеюсь. Мой отец также успел мне немного рассказать. Думаешь, что твой супруг тебе верен? Он уже завёл несколько любовниц на стороне, от которых ждёт наследников. А ты скоро покинешь этот мир. И убьёт тебя твой «любящий» супруг. Так у кого позиция хуже? У меня – прислужницы будущей королевы? Или у тебя… будущего мертвеца?
– Леди Аса, какие ужасные вещи вы говорите, – холодно произнесла я, даже не дрогнув. Это была битва. Битва эмоций. И правила просты: та, кто дрогнет первой и сорвётся, проиграет. Вот только с такими, как она, я жила с самого рождения.– Неужели ваша самооценка опустилась настолько низко, что вы готовы убирать за незаконнорождённой дочерью барона? Ну-ну, не нужно так! Уверяю, вы заслуживаете большего. Если так нужны деньги или работа, я могу предложить вам вакантное место горничной. Всё же «Святой» прислуживать в доме герцога лучше, чем у барона. Или вы решили пойти по стопам праведных и стать великомученицей? Ох! – обхватила ладошками щеки, делая вид, что всё поняла, а после закрыла глаза и прижала ладони к груди. – Я буду молиться за вас.
Светловолосую девушку уже трясло. Да, её воспитывали, как принцессу. Она всегда соперничала со мной во всём: в учёбе, в манерах, в этикете, в магии, в связях, в деньгах, в моде… Перечислять можно бесконечно долго, но нигде она не могла одержать победу. Вижу в её глазах, как она хочет ударить меня, но не может. Нельзя – отец ведь так и сказал. Их идея состояла в том, чтобы напугать меня, но они ошиблись. Я и так знаю, чего хотят вышестоящие – избавиться от меня, но при особых условиях. И всё же Аса не выдерживает и говорит то, что думает на самом деле.
– Говори, что хочешь, но знай, Диана: скоро ты умрёшь, – гневно выпалила девушка, переходя не на шепот, а, скорее, на скрипучее щебетание. – Мой папенька уже сказал мне, что тебя ждёт – забвение. И с твоим безумным супругом будет то же самое. Варвар последует за тобой. И я буду первая, кто станцует вальс на вашей безымянной могиле.
Я смотрела на девушку спокойно, холодно, без лишних эмоций и задала лишь один вопрос:
– Полегчало?
– А?.. – озадачилась Аса, но я уже игнорировала её и проходила мимо, гордо задрав подбородок.
И пусть хотя бы одна попытается тронуть.
Это будет конец.
Причём для них.
***
Должна признаться, я почувствовала лёгкость, уверенность и бесстрашие. Многие мне угрожали, портили моё имущество, ставили кучу магических ловушек, особенно около парты, за которой я сидела, в открытую никто не шёл.
Мои парты во всех кабинетах были исписаны проклятиями и пожеланиями скорейшей смерти. При этом преподаватели вели себя так, словно ничего не видят. Я видела, как много раз Эрик собирался вмешаться. Его злило, как со мной поступали мои недавние соратницы. Но я на них зла не держала: для меня они были стаей гиен, которые никогда не нападают поодиночке, только кучкой, и то только тогда, когда их противник устал, выдохся и больше не может сопротивляться.
Да. Именно это поведение им больше всего подходит.
Как-то раз брат всё же не выдержал и прибег к магии – создал небольшую шумиху среди юных леди. Ничего серьёзного: просто лил чернила на светлые формы учениц, из-за чего им приходилось убегать с уроков, чтобы переодеться. А порой в классе внезапно возникал ураган и уносил все школьные принадлежности на улицу. А у самых наглых представительниц женского пола ломались ножки стульев.
Часто прибегать к магии Эрик не мог. У него мана имела редкий насыщенно-голубой цвет, чем-то напоминающий природную горную энергию. Конечно, вначале такие вспышки ничем не отличались от баловства, но его всё же могли разоблачить по цвету магии, так что я попросила прекратить это.
Что касается Мэрит, она вообще не участвовала в издевательствах надо мной и порче моего имущества. Нет-нет, она всё видела, всё слышала, всё знала, но!.. игнорировала. Словно ничего и нет. Андрес также предпочёл отмалчиваться. Единственное, что он порой говорил, чтобы как-то отреагировать на одноклассниц это: «Слишком шумно».
Истинный принц, не так ли? Если ранее я думала, что он также пришёл в себя, то теперь всё вернулось на круги своя. Прежде Андрес всегда оборачивался в мою сторону, словно испытывал любопытство. Сейчас же… полное игнорирование и только Мэрит перед его глазами.
Уверена, девушка успела вернуть его расположение, прибегнув к магии, но к какой? Не ясно. За всё это время она абсолютно не использовала магию. Даже природную энергию не употребляла, что весьма странно. За один учебный день использовать два или три пузырька с маной считалось нормой. Во время обучения я использовала значительно больше.
Свейн вновь пропал. Никто не знал, где он и что с ним случилось. Он снял с меня проклятие – и всё: я его более не видела. У меня есть версия, что юноше стыдно появляться в академии с синяками на лице. Братец имеет удивительные творческие способности – так украшать людей может не каждый.
Но, несмотря на всё вышеперечисленное, время шло. Я ждала вестей от Эджила, которого не было уже несколько дней. Думала, что он исчезнет всего на сутки или двое, но молодого мужчины не было уже четыре дня. Это нервировало, так как я даже не знала, как с ним связаться. Я переживала ровно до тех пор, пока сам герцог не связался со мной. В своей комнате на кровати я нашла конверт с письмом.
На концерте, на месте скрепления воском, имелась печать семьи Воланд, а с лицевой стороны лишь одно слово: «Диана».
Эджил всегда казался мне интересным собеседником, любящим поговорить, но то, что было в письме, слегка удивило:
«Сегодня. Девять вечера. Приходи одна к восточному озеру.
Э.»
Мне показалось, что письмо слишком короткое. Почерк ровный и читаемый, но несколько обрывистый. При этом несколько смущал герб семьи Воланд. Такую восковую печать очень трудной найти. Да и вряд ли какой-либо мастер решится на её создание, ведь аристократ в таком случае вправе подать на мастера в суд и отобрать всё его имущество.
Это оригинал, но… слова…
С каких это пор он ко мне на «ты» стал обращаться?
Как странно…
С другой стороны, у меня не оставалось выбора. Мне нужна помощь, мне нужна информация и мне нужна защита. Всё-таки я пошла, хотя предупредила Сюзи, чтобы она бежала к Эрику, если меня долго не будет.
Я была вынуждена пойти одна, как того и требовали в письме.
К тому же меня подгоняли обстоятельства.
И, даже невзирая на предусмотрительность… невзирая на уверенность, что у меня есть некая защита и подстраховка в виде Сюзи… невзирая на то, что я проверила и герб, и письмо… я ошиблась и получила удар тогда, когда меньше всего ожидала.
Я намеревалась отправиться на озеро, как и планировала, но стоило покинуть здание, как почувствовала резкий удушающий замах, и мир перед глазами погас.
И, возможно, Эджил действительно ждёт меня около озера, но… я этого не узнаю.
Кажется, меня усыпили и похитили.
Глава 13. Похищение герцогини
Я проснулась оттого, что что-то капало мне на лицо. Крупные ледяные капли воды с затхлым заплесневевшим запахом стекали по виску к щекам и шее. В какой-то момент мне даже казалось, что я нахожусь на болоте. Запах тины и сырости смущал и нервировал. Но, помимо этого, капли воды, которые падали рядом, отзывались эхом, словно в пещере.
С трудом и небольшой головной болью я всё же открыла глаза, чтобы понять, где я и что вообще происходит. Тело затекло, одежда намокала и становилась тяжёлой, юбка прилипла к ногам, мешая нормально двигаться. Но больше всего беспокоило то, что в рукавах, в плечах и в груди вновь стало тесно. Моё детское тело стремительно растёт. Проклятие спадает. Особенно быстро это происходит, когда я сплю.
Видно, не зря существует поверье, что во сне дети растут. Я тому явный пример.
Но не это меня должно сейчас беспокоить. Мне нужен ответ. Ответ на один-единственный вопрос. А именно: где я?
Ещё бы хотелось знать, кто посмел меня похитить. Хотя меня это не особо интересует. У такой личности, как я, скопилось слишком много врагов. Что же поделать? Оказывается, быть настолько замечательной – преступление.
Что ж… должна признать, что я недооценила противника. Эджила нет в академии, а избавляться от меня без его участия – глупость. Но, с другой стороны, если бы им нужна была просто моя смерть, то заполучить желаемое не составило бы труда. Что может сделать ребёнок без сознания против тех же наёмников? Да ничего.
Но я жива. Жива, и мои конечности абсолютно свободны: нет ни кандалов, ни верёвок. Это означает одно – им необходимо, чтобы я была свободна и двигалась.
Если судить по обстановке, то я даже могу предположить, где нахожусь. Серые огромные булыжники разных размеров вдоль стен. Стекающая с чёрного потолка зловонная вода. Лужи под ногами. Темнота. И – самое главное – бесконечный лабиринт, который не имеет ни входа, ни выхода. Я словно посередине лабиринта, но освещения от зачарованных факелов, которые загораются только тогда, когда кто-то из людей находится рядом, достаточно, чтобы передвигаться.
Вполне возможно, что если выберу не тот путь, то заблужусь ещё сильнее, а возможно, и выберусь из лабиринта.
Я знаю, где нахожусь. В старых закрытых подвалах академии.
В былые времена, когда академия планировала расширяться, было принято строить здание не вверх, а вниз, охватывая всё больше подземных территорий. Как ни странно, но именно под землёй девушкам было проще практиковаться магии. Она чувствовалась сильнее и поддавалась контролю значительно лучше. Первокурсники часто совершали ошибки. Одни были незначительными, а другие могли привести к катастрофе. Именно для этого была необходима территория, которая мало того, что пригодна для тренировок, так ещё и удобна для предотвращения чрезвычайных происшествий.
На первом курсе я общалась с девушкой, которая в шутку попыталась при помощи магии завить себе волосы. От природы у неё были прямые длинные пряди, но ей хотелось иметь изящные локоны. Что-то в её магической формуле было не так, после чего волосы буквально на глазах у остальных первокурсников начали гореть. Это было поистине ужасно, ведь из-за незнания никто не мог ей помочь. Кроме преподавателей.
После её увели в лазарет, чтобы вылечить сильные ожоги, а потом девушка перевелась в другую академию или на заочную форму – это уже неважно. Всё равно таких случаев много. И на каждом первом курсе свои истории.
Как бы то ни было, строительство пришлось закрыть, так как во время работ были обнаружены подземные воды, которые ни в коем случае нельзя было трогать. И подземные этажи закрыли до лучших времён.
И я была уверена, что их никто не использует. Какой аристократ захочет пребывать в столь чудовищном и зловонном месте? Не знаю, сколько я здесь пробыла, но у меня такое чувство, словно вся грязь толстым слоем скопилась на моей коже. Горячая ванна мне жизненно необходима.
Но до неё ещё нужно дойти.
Повторяю: я в лабиринте, но жива. Конечно, у любого человека может возникнуть вопрос, зачем меня вообще здесь оставили. Первая мысль (и довольно мрачная!) заключалась в том, что похититель пожелал мне жуткой смерти от голода. Хотел, чтобы я потерялась в лабиринте и умерла в одиночестве, в сырости, в страхе…
Живописная картинка, не правда ли?
Но нет. Естественно, я изучала планировку академии. И выбраться из лабиринта для меня не составит труда. Достаточно лишь определить своё точное местоположение, а после воспоминания выведут меня к выходу из подземелья.
Да и не только я владею такими знаниями. Все студенты на последнем курсе знают о подвале. Во-первых, это местная легенда, в которой говорится о призраках. Студенты любят страшилки, чего уж там? Во-вторых, под академией была не простая река, а река с источником водной маны. Периодически девушки хотели узнать её точное расположение, чтобы пополнить свои скромные запасы. И я в том числе.
А если расположение лабиринта знает практически каждый второй студент, то это не становится чем-то опасным и невероятным. Соответственно, у похитителей другие планы.
И ответ я нашла быстро.
В паре метров от меня, в луже, валялся открытый стеклянный флакон, из которого медленно выходили остатки сонного зелья, которым меня и усыпили. И на флаконе красовалась маленькая гравировка владельца сосуда. Даже при таком мутном освещении я заметила герб семьи Воланд.
– Хм…
Также рядом с флаконом в луже как бы случайно лежали монеты, из королевства Астрал. В Эйдос такие не используют.
Забавно… И немного раздражает.
Естественно, противник убить меня не может. Я слишком лёгкая мишень. А Эджила нет поблизости. Именно поэтому я в каком-то смысле уверена в том, что останусь невредима. Герцог не скрывал, что уехал, ссылаясь на рабочие дела. Всё же под его правлением целое королевство. Вернее… герцогство. Для многих это проблема, но при этом они всё же решили использовать ситуацию в свою пользу.
