Текст книги "Урок первый: зверский шум!"

Автор книги: Зильке Шельхаммер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)

Глава 26. Без напряжения!

Едва передвигая ноги, Альва нехотя плелась по дорожке в сторону фермы. Только что закончился урок немецкого языка, на удивление очень весёлый, но дальше в расписании стоял тренинг талантов. Ура. Это занятие и раньше казалось ей довольно бессмысленным, а теперь, когда школе грозило закрытие, и подавно.

Шарк! Шарк! Шарк!

Альва удивлённо остановилась и огляделась по сторонам. Никого.

Она пошла дальше.

Шарк! Шарк! Шарк!

Она снова остановилась. Звук прекратился.

Альва медленно шагнула.

Ша-а-а-а-арк!

Что бы это ни был за звук, он совершенно точно доносился с луга.

– Родриго, не беси меня! – выругалась Альва.

– Кто такой Родриго? – раздался голос снизу.

Наклонившись, Альва стала искать в высокой траве ворону. Но вместо этого нашла уменьшенного Тилля.

– О, привет! Кто это у нас тут, говорящая ромашка? – пошутила она.

– А вот и нет! Это я! – ответил Тилль и увеличился до нормальных размеров. – Куда направляешься?

– На ферму, – закатила глаза Альва. – Тренинг талантов. У тебя, наверное, тоже?

Тилль кивнул, и они какое-то время шли рядом.

– Ну и как, «фо-о-о-окус» действует? – с усмешкой спросил Тилль, очертив круг руками. Альва как-то показывала ему танец фрау Молины.

– Ни капельки, – простонала Альва, печально глядя в дальний конец луга, где стояла ферма. Голоса животных слышались даже с такого расстояния.

– Кстати, кто такой Родриго? – вспомнил вдруг Тилль.

– Ворона, – ответила Альва.

– Так значит, ты всё-таки умеешь разговаривать с животными?

– Неа. Но эта ворона понимает человеческий язык, – объяснила Альва.

Тилль замер на месте.

– Что-о-о-о-о? Это же круть! Почему ты о таком не рассказываешь? – возмутился он.

– Значит, это кажется тебе чем-то необыкновенным? Да? – удостоверилась Альва, обернувшись к нему.

Тилль хмыкнул.

– Ладно, основное правило такое: что там умеют люди – это неважно, с ними всё понятно. Но вот когда животные делают что-то особенное… Это… – он на секунду умолк, подыскивая подходящее слово.

– …круть? – закончила за него Альва.

– Ну да, вроде того, – согласился он, кивая. – А где сейчас эта говорящая чудо-птица?

– Он появляется, лишь когда ему угодно.

Они молча пошли дальше.

– Тилль?

– Мм?

– А как у тебя получается увеличиваться и уменьшаться?

Тилль взглянул на Альву, но промолчал.

– У меня ничего не выходит, – тихонько пожаловалась Альва.

Ни танцы фрау Молины, ни задания на концентрацию доктора Рёсснера не дали никакого результата. Она отчаялась и готова была сдаться.

– Всё у тебя получится. По-другому и быть не может. Просто на это нужно время.

– Да? – в голосе Альвы звучало сомнение. – Вот только времени-то у нас почти не осталось.

Альва заметила, как погрустнел Тилль, и сразу пожалела о своих словах. Но он тут же ей улыбнулся.

– Не думаю, что могу давать тебе советы. Ведь я держу в комнате кукольный дом, потому что иногда никак не могу увеличиться.

– Серьёзно?

– Да, серьёзно. А ещё в этой школе, пожалуй, не найдётся ни одного помещения, в котором Мала хотя бы раз случайно не устроила дождь. Ленни как-то полдня проторчала в стене сарая. А Йонас? Ой, про него я вообще молчу. Никто из нас не идеален.

Отчаяние Альвы сдувалось, как лопнувший воздушный шарик. Приятно было знать, что не ей одной приходится сталкиваться с неудачами. И всё-таки самый большой её страх от этого никуда не делся. Она ужасно боялась остаться единственной, кто так никогда и не научится управлять своим талантом.

– Но понимаешь, у меня-то совсем ничего не выходит! Сколько бы я ни старалась, – пожаловалась она.

– Может быть, ты стараешься слишком сильно? – подумал вслух Тилль.

– Ты считаешь, я чересчур много тренируюсь?

– Нет, но… слишком пыжишься, что ли. Когда я уменьшаюсь от злости, то меня как будто блокирует. И чтобы увеличиться, мне нужно прийти в состояние «всё по барабану».

Тут над лугом прогремел грозный мужской голос:

– Тилльбур Мартенс!

– Ой-ой, кажется, у меня неприятности. Это мой учитель, мне пора, – пробормотал Тилль, развернулся и собрался уходить.

– Серьёзно? Тилльбур? – хихикнула Альва.

– Эй, спокойно, Пыжик Альва, – смеясь, подколол её в ответ Тилль.

Уже отбежав на приличное расстояние, он ещё раз обернулся и прокричал:

– Попробуй убрать напряжение! А ещё я хочу как-нибудь познакомиться с чудо-птицей. Увидимся у озера!

Сунув руки в карманы, Альва пошла дальше. С лица у неё не сходила улыбка. Тилльбур! Всё-таки было в нём что-то особенное. Тут она кончиками пальцев нащупала резиновый мячик, который всегда носила с собой. Она вытащила его из кармана и покатала в ладони. Внутри мячика мерцали блёстки. Медленно поворачивая мячик, Альва следила за крошечными солнечными зайчиками на земле.

Она заметила это не сразу, но… Вокруг всё стихло. Неужели? Или она заблуждается?

Не сводя глаз с мячика, она прислушалась к голосам животных. Они снова стали громче.

Альва в растерянности подняла голову. Звериные голоса у неё в голове превратились в громкий рёв. Синицы, кузнечики, и, да, оказывается, на лугу водились ещё и мыши-полёвки.

Альва удивлённо посмотрела на резиновый мячик. Она снова погрузилась в мерцающую синеву. Нырнула глубоко-глубоко. Теперь голоса звучали как будто под водой. Альва подняла мячик и повертела его в лучах солнца. Стоило ей лишь перевести взгляд на пляшущие искорки на земле, как голоса зверей сразу стали громкими и отчётливыми.

Она снова сосредоточилась на мячике.

Голоса остались такими же громкими.

Так, о чём она думала в прошлый раз? Или дело было в том, как она вертела мячик в лучах солнечного света? Следующий час Альва провела, пробуя самые разные комбинации действий и мыслей. К сожалению, за это время ей не удалось ещё раз заглушить звериные голоса.

Но в первый-то раз получилось! Начало положено. Теперь всё пойдёт по-другому!

Альва радостно сжала мячик в ладони.

Глава 27. Умеет ли вода летать?

Перед ужином друзья собрались на берегу озера.

– Что-что? Мала поднимет всю воду, чтобы мы заглянули на дно? – не верила своим ушам Альва.

Тилль кивнул, а Мала пожала плечами – мол, подумаешь, пара пустяков.

– Озеро не такое уж большое, – усмехнулся Йонас.

– Озеро, возможно, и небольшое, но вот воды там ой как много, – возразила Альва.

– Да что может пойти не так? – отмахнулась Мала. – Или всё получится и мы увидим, что лежит под водой, или нет – и тогда придётся придумывать новый план.

Что ж, это звучало убедительно.

Мала сосредоточенно уставилась на воду. Над гладью озера заклубился туман. Сгущаясь, он превращался в маленькие облачка, которые постепенно росли.

Альва нетерпеливо закусила нижнюю губу. Такими темпами на это уйдёт не один час, подумала она. Но тут маленькие облачка соединились в одно большое.

– Получилось! – обрадовался Йонас.

Большое облако темнело, увеличивалось в размерах и вскоре превратилось в огромную чёрную грозовую тучу.

Мала по-прежнему не сводила глаз с поверхности озера. Уровень воды уже заметно упал. Альва сжала кулаки. Мала вдруг задрожала. Задержала дыхание. На мгновение всё вокруг словно замерло. Даже лягушки умолкли.

И тут на озеро обрушился проливной дождь.

– Вот засада! – выругалась Мала. – Удерживать тучу ужасно тяжело.

Потом она провела по лбу тыльной стороной руки и сказала:

– Попробую по-другому.

На этот раз из озера стали подниматься крупные капли, образуя что-то вроде гигантского водяного столба. Он стремился ввысь, раскачиваясь из стороны в сторону. Альва вздрагивала каждый раз, когда столб угрожал рухнуть, но Мале неизменно удавалось привести его в равновесие.

На этот раз процесс шёл куда быстрее, чем с облаком. Половина всей воды из озера уже поднялась в воздух. Водяной столб снова покосился. Не сводя с него глаз, Мала стала водить руками перед собой, словно рисуя направляющие линии. Столб сплющился и растянулся вширь так, что накрыл собой не только озеро с берегами, но и все окрестности.

Альва услышала над головой плеск и подняла голову. Перевёрнутый мир! Над ними колыхался огромный водный купол, в котором преломлялись яркие солнечные лучи. Рыбки взволнованно метались туда-сюда, отбрасывая тени на ребят.

Озеро стремительно опустошалось, обнажая ил.

– Внимательно смотрите на дно, вдруг что-то найдём! – крикнула Альва.

Утки оказались правы. Под слоем ила дно и правда покрывал мусор. Кроссовки, велосипеды, шины, вешалки для одежды, какие-то трубки, много ржавых штуковин, назначение которых уже невозможно было определить, а ещё – что это такое?

Там, куда показывала Альва, лежала серебристая капсула длиной примерно с её предплечье. Но не успела Альва открыть рот, чтобы сообщить остальным о своей находке, как раздался пронзительный вопль Малы:

– Нет! В укрытие!

Вжух! И озеро рухнуло на землю.

Глава 28. Рыбный переполох

Друзей, словно из огромного ведра, окатило ледяной водой.

– У-у-у-уа-а-а-ао-о-о-о, – завопила Альва, как только сумела вдохнуть. Мокрая одежда облепила всё тело. Альва утёрла лицо рукой. Тщетно. Вода была повсюду. Внутри кроссовок хлюпали лужицы, снаружи их покрыла жидкая грязь.

У остальных дела обстояли не лучше. Тилль пытался убрать с лица мокрые пряди. Вода стекала у него по шее. Совершенно сбитая с толку, Мала стояла, широко разинув рот. С волос у неё капало.

– Дай-ка угадаю, это было озеро? – прыснул Йонас, пытаясь освободиться из тяжёлого мокрого свитшота.

Альва огляделась и увидела в одной из луж свою сумку.

– О нет! – воскликнула она. – Там же мой планшет!

– А плавать-то он и не умеет, – раздался позади неё голос Тилля.

Выудив сумку из лужи, Альва хотела было проверить, работает ли он, но тут из школьного сада донёсся чей-то крик:

– Рыбы! Рыбы!

Ребята переглянулись и, увязая в грязи, поспешили на зов.

Ещё издалека они увидели в саду какую-то женщину и кучку промокших до нитки детей.

Подбежав чуть ближе, Мала прокричала:

– О, фрау Хармс, мне так жаль!

Фрау Хармс стояла между грядками, уперев руки в бока, и растерянно разглядывала грязевое месиво, в которое превратился сад.

– Мала! Это что такое было? – спросила она.

Альве женщина показалась очень милой. Вся её фигура словно состояла из округлых линий. Она как будто даже не сердилась, а скорее недоумевала из-за происходящего.

– Кто это? – тихонько спросила она Тилля.

– Фрау Хармс, жена нашего завхоза. Она ухаживает за школьным садом, – объяснил Тилль.

Тут Альва заметила посреди всего этого хаоса свою соседку по комнате Фридерику. Та, покрикивая, направо и налево раздавала распоряжения:

– Наполняйте бак! Берите вёдра! Собирайте рыб!

Альва сначала не поняла, что она имеет в виду. Но, подойдя, действительно увидела рыб: они лежали между грядками и отчаянно хватали ртом воздух.

Тилль бросился к колодцу и начал качать воду, чтобы наполнить ближайший бак. Альва, Йонас и Мала похватали вёдра и, словно стайка перепуганных кур, заметались по саду, подбирая рыб из грязи.

Едва заметив Альву, Фридерика рявкнула:

– Ты рыб слышишь?

Через секунду Альва догадалась, чего от неё хочет Фридерика. Она кивнула и, опустив глаза, попыталась сосредоточиться.

– Поторопись! – скомандовала Фридерика.

– Придержи-ка язык, – огрызнулась в ответ Альва.

Она и так отчаянно старалась помочь. Для этого нужно было выделить из гула в голове рыбьи голоса, отбросив все остальные.

Что это? Очень тихо:

– Помоги-и-и-ите!

– Вон там, под кустом, – сказала Альва. Какой-то мальчик побежал и вытащил из-под веток смородины крупного карпа. Он положил его в ведро и отнёс в наполовину наполненный бак. Тилль, красный от напряжения, всё ещё качал воду из колодца.

Альва снова сосредоточилась на голосах, крепко сжимая резиновый мячик в кармане. Как только Альва показывала, где искать, Фридерика срывалась с места. Всё это время она бегала в носках. Видимо, её кроссовки увязли где-то в грязи.

– Давай быстрее, – сердито потребовала Фридерика.

Альва стояла посреди сада с опущенной головой и пыталась расслышать рыбьи крики о помощи.

– Прекрати на меня орать, – рявкнула она в ответ и принялась медленно ходить по саду. Некоторых рыб ребята находили и без её помощи. Но вот форель в переломанных кустах малины они наверняка бы проглядели. Да и гольцов на грядке с помидорами удалось спасти только благодаря Альве.

– Я больше никого не слышу, – сообщила Альва несколько минут спустя.

Спасённых рыб дети перенесли обратно в озеро в вёдрах.

Фридерика молча развернулась и ушла.

Альва вздохнула и побрела к остальным ребятам, окружившим фрау Хармс.

– Что ж, Мала, сад ты полила в последний раз, – услышала Альва, подойдя поближе. Фрау Хармс осматривала разорённые грядки.

Картина и правда была безрадостная. Вырванные с корнем ростки салата тонули в заполненных водой рытвинах. Сломанные кусты малины и смородины распластались в грязи. В лужах плавали неспелые ягоды. Всюду лежали растения, будто нападавшие с неба.

Вдруг Альву охватил озноб. Со стороны школы словно бы подул ледяной ветер. Альва удивлённо обернулась. И тут на них обрушилась гроза – в переносном смысле. Гроза в лице фрау Тинериус.

– Что тут произошло? – нахмурившись, гневно спросила учительница. Лоб её прорезала глубокая морщина. Она тяжело дышала – во-первых, потому что сердилась, а во-вторых, потому что бежала в сад из главного корпуса. Вообще-то, вид у неё в строгом костюме и резиновых сапогах был просто уморительный. Но никто и не подумал смеяться.

– Это… это… была… вода, – пролепетала Мала, к которой дар речи вернулся раньше, чем к остальным.

– Вижу! – резко одёрнула её фрау Тинериус. Она обвела взглядом промокших до костей и заляпанных грязью школьников.

– Отправляйтесь в общежитие, примите душ и переоденьтесь в сухое. И потом я хочу видеть тех, кто всё это устроил, в своём кабинете, – распорядилась заместительница директора и гордо удалилась, хлюпая по грязи резиновыми сапогами.

– Ух ты, мне на секунду показалось, что она заморозит нас взглядом.

– Это была вода? – повторил Йонас, глядя на Малу и качая головой. А потом фрау Хармс выпроводила их из сада, велев идти мыться.

Глава 29. Никаких осьминогов

У себя в кабинете фрау Тинериус устроила разнос Мале, Йонасу, Тиллю и Альве с тем же ледяным холодом, каким сопровождалось её появление в саду. Они вышли от заместительницы директора понурые и притихшие.

– Так, наверное, чувствуешь себя посреди снежной бури на Северном полюсе… без одежды, – заявил Йонас.

– Я думала, она мне сейчас голову откусит, – робко сказала Мала.

Альва поёжилась, но потом улыбнулась.

– Зато как ловко мы умолчали про клад, – напомнила она остальным.

Йонас кивнул, подтолкнув Тилля в бок.

– Да уж, сказать, будто мы хотели вытащить из озера мусор, было отличной идеей, – похвалил он друга. Именно Тилль вовремя нашёлся что ответить на вопрос, зачем вы подняли озеро.

Альва расплылась в довольной улыбке. Ведь теперь им официально поручили убрать весь металлолом со дна. А значит, у них всё ещё есть шанс отыскать и ту самую металлическую капсулу, которую она заметила среди ила.

– А что, если никакого клада не существует? – тихо спросила Мала.

– Выяснить это можно лишь одним способом, – решительно сказал Тилль. – Но сначала давайте вспомним, что Мала сегодня подняла целое озеро. Респект!

Тилль захлопал в ладоши, и остальные присоединились к аплодисментам.

– Всем душ и рыбу за счёт заведения, – рассмеялась Мала. И тут же вернулась к расспросам.

– А там и правда было много мусора?

Йонас кивнул.

– Да, прилично. Уборка точно не помешает. Но главное-то, конечно, выловить ту самую металлическую штуковину!

Тилль задумался.

– А как мы её найдём? А если найдём… То как достанем со дна?

– Можно попросить Нору! Она же умеет дышать под водой, верно? Или пусть Элвин превратится в осьминога. Нет уж, ну его! А если Жюли… – рассуждал Йонас, постоянно перескакивая с одного на другое.

– Жюли? Она может разве что пропустить через озеро электрический ток. Нора хоть и умеет дышать под водой, но ничего там не увидит. А если ты притащишь в лодку этого болвана Элвина, то дальше разбирайтесь без меня! – ворчливо возразил Тилль.

Но Йонас уже разошёлся не на шутку.

– Лодка! Точно! Нужно раздобыть лодку!

– Придержи-ка коней, – попыталась угомонить его Мала.

Но Тилль согласился с другом.

– Да, надо начать с лодки. На лодочной станции есть две гребных шлюпки. Я могу их взять.

– А что ещё понадобится? Крючки? Сети? – спросила Мала, обращаясь к Альве, – ведь никто, кроме неё, капсулу не видел.

Альва отрицательно покачала головой. А потом вдруг загадочно улыбнулась и сказала:

– Но я знаю, кто нам поможет.

Глава 30. Не кипятить!

На следующее утро друзья снова встретились у озера. На берегу их уже ждали две деревянные лодки с вёслами.

Альва радовалась поводу улизнуть из общежития, где в последнее время повисла гнетущая атмосфера. В комнатах стояли наполовину собранные чемоданы и дорожные сумки. Девчонки постоянно были не в духе, цепляли друг друга по мелочам и ссорились. Вот и сейчас на первом этаже Лола и Пиа громко ругались из-за какого-то постера. «Хорошо хоть до озера не долетают их крики», – подумала Альва.

– Вы готовы?

Тилль уже забрался в лодку. Альва кивнула и присоединилась к нему. Потом помогла Паулю.

Когда Альва спросила Пауля, не поможет ли он им выловить из озера металлолом, тот сразу согласился. Ей даже не пришлось рассказывать ему о настоящей цели этой операции – хватило и официальной легенды об уборке. Правда, Пауль чуть не зарубил весь план на корню.

– Я могу примагничивать металл только в тепле. А озеро холодное.

Мала умела нагревать воду: она регулярно тренировалась в школьном саду, где стоял бак с водой. Вот только её опыты нельзя было назвать удачными: в результате неизменно получался кипяток. Да ещё Тилль всякий раз, когда появлялись пузырьки и пар, кричал «пока, рыбки», подливая масла в огонь. Оставалось лишь надеяться, что большой объём воды немного сдержит способности Малы. Времени на тренировку, к сожалению, уже не было.

Мала и Йонас сели во вторую лодку и заработали вёслами. Вскоре обе шлюпки отошли на середину озера, стараясь держаться недалеко друг от друга. Альва время от времени нервно поглядывала на берег. Несколько минут назад, когда они сталкивали лодки в воду, за ними с подозрением наблюдала фрау Тинериус. Но теперь она куда-то пропала.

– Можно начинать, – кивнул Тилль Мале.

Она слегка высунулась из лодки и пристально уставилась на воду.

– Что там с температурой? – спросил Тилль спустя какое-то время. В другой лодке Йонас вытащил из воды термометр на верёвочке.

– О, супер, уже 20 градусов, – сообщил он.

– Только осторожно, смотри не перегрей, – предостерёг Тилль Малу. – А то превратишь озеро в самую большую кастрюлю мира, и придётся неделю хлебать одну уху.

Сосредоточенно глядя на воду, Мала проворчала:

– Если сейчас же не замолчишь, начинай резать морковку.

– Пауль, может, пора попробовать? – спросил Йонас.

Едва Пауль протянул руки, как из воды выскочил металлический прут и прилип к его ладоням.

– Получилось, – тихо сказал Тилль, чтобы не мешать Альве. Та, закрыв глаза, как раз прислушивалась к голосам рыб. Всем хотелось убедиться, что с ними всё в порядке. Но услышать их разговоры под водой было очень сложно.

– О-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о, к-к-к-к-к-к-к-ка-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-ак-к-к-к-к-к-к т-т-т-ту-у-у-у-ут-т-т-т-т с-с-с-с-с-се-е-е-е-е-е-е-его-о-о-о-о-о-о-одня-я-я-я-я-я-я-я-я жа-а-а-а-а-а-а-а-а-арко-о-о-о-о-о-о!

– И-и-и-и-и-и на-а-а-а-а-а глу-у-у-у-у-у-у-у-уби-и-и-и-и-и-и-ине-е-е-е-е-е то-о-о-о-о-о-о-оже-е-е-е-е-е-е!

– Рыбам жарковато! – сообщила Альва. Мала прекратила нагревать воду.

Лодки плавали кругами, и Пауль вылавливал из озера одну ржавую штуковину за другой.

– Кажется, вода чересчур остыла, – сказал он парой минут позже, когда из озера перестали выпрыгивать железки.

Мала снова принялась греть воду. Так они провели всю первую половину дня: нагревали воду, вытаскивали металлические предметы, потом гребли к берегу, выгружали ржавый хлам, возвращались, нагревали озеро.

Надежда Альвы найти ту самую капсулу таяла с каждым часом. Что ж, по крайней мере, груда металлолома на берегу росла, а значит, фрау Тинериус будет довольна.

– А зачем вам, кстати, понадобилось чистить озеро, если завтра мы все разъезжаемся по домам? – спросил Пауль, когда Альва и Тилль, выгрузив на берег очередную партию металлолома, вернулись в лодку.

– Наказание от фрау Тинериус. Мы затопили школьный сад, – объяснил Тилль.

– А, так это были вы!

– Да, и мне жаль, что чистка дна так затянулась, – извинилась Альва.

– Всё лучше, чем собирать вещи. Не хочу уезжать, – сказал Пауль с несчастным видом.

– И я не хочу, – согласился с ним Тилль.

Альва с удивлением поняла, что и она тоже не хочет возвращаться домой уже завтра. Кажется, она всё-таки искала клад не только для того, чтобы помочь друзьям.

Первоначальное воодушевление давно испарилось. С каждой минутой друзья мрачнели. Мусора в озере почти не осталось. Клад так и не нашёлся. Даже рыбы притихли.

И всё же никто не хотел сдаваться. Ведь тогда пропала бы надежда на спасение.

Но спустя какое-то время Пауль сказал:

– Я думаю, на дне ничего больше нет.

Альву охватило отчаяние.

– Может быть, сделаем ещё один круг? – предложила она, обведя взглядом остальных.

– Согласен грести хоть в Америку, лишь бы не паковать чемодан! – буркнул Тилль и взялся за вёсла.

– Ту-у-у-у-ут та-а-а-а-а-ак про-о-о-о-о-о-охла-а-а-а-а-а-а-адно-о-о-о-о-о!

Альва удивлённо прислушалась. Рыбьи голоса звучали очень тихо, как будто издалека. Но разве не вся вода в озере прогрелась? Альва спустила руку из лодки. Тепло, почти как в ванне.

– Ну-у-у-у-у-у-уж-жно-о-о-о-о ле-е-е-е-е-е-е-ечь пря-я-я-я-я-я-я-я-ямо-о-о-о-о-о на н-е-е-е-е-е-е-е-ё.

– О-о-о-о-о-о-о-о, как здо-о-о-о-оро-о-о-о-ово-о-о-о-о! По-о-о-о-о-о-ос-сле-е-е-е-е-едня-я-я-я-я про-о-о-о-о-о-о-охла-а-а-а-а-ада-а-а-а-а!

Альва наморщила лоб. Чем это рыбы там занимаются? И о какой последней прохладе идёт речь?

Альва попыталась понять, откуда именно доносятся голоса. Судя по всему, рыбы собрались в дальней части озера.

– А мы можем подплыть вон туда? – спросила Альва, указывая на прибрежные заросли тростника. Тилль кивнул и развернул лодку.

– О-о-о-о-о-осто-о-о-о-о-о-оро-о-о-о-ожно-о-о-о! При-и-и-и-ибли-и-и-и-ижаю-ю-ются-я-я-я-я бе-е-е-е-е-еспла-а-а-а-авнико-о-о-о-овы-ы-ы-ые-е-е-е-е на-а-а-а-а сво-о-о-о-ое-е-е-е-е-ей пла-а-а-аву-у-у-уче-е-е-е-ей де-е-е-е-е-ере-е-е-е-евя-я-я-я-яшке-е-е-е-е.

– О-о-о-о-о не-е-е-е-е-ет, о-о-о-они-и-и-и за-а-а-а-абе-е-е-еру-у-у-у-ут на-а-а-а-ашу-у-у-у-у по-о-о-о-осле-е-е-еднюю-ю-ю про-о-о-о-охла-а-а-аду-у-у-у-у!

Видимо, они были на верном пути, потому что голоса рыб слышались всё отчётливее. Надо же, они называют людей бесплавниковыми. Альва невольно хихикнула. Но что это за последняя прохлада? Вряд ли они там лежат на кубиках льда.

– А можешь ещё немного подогреть? – попросил Пауль, повернувшись к другой лодке. – Что-то ничего не выходит!

Альва вскочила на ноги. Лодка опасно зашаталась.

– Эй, ты что, решила нас утопить? – возмутился Пауль, испуганно вцепившись в бортик.

Альва пропустила его слова мимо ушей. Рыбы нашли клад!

– Подогрей воду как следует! У них внизу есть что-то металлическое, что ещё не нагрелось! – взволнованно крикнула она Мале.

Мала не подвела. Альва опустила руку в озеро – вода стала теплее… теплее… ещё теплее…

– Слушай, Альва, вода уже горячая, – забеспокоился Тилль. Он поднял весло и осторожно встал на ноги.

– Ого! 23 градуса! – испуганно объявил из другой лодки Йонас.

– Альва? – тихо сказал Тилль.

– Там внизу что-то есть! – с упорством прошептала Альва, хотя в глубине души уже понимала, что Тилль прав. Надо было остановиться. Она кивнула Мале. Та остановилась.

Всё было кончено.

И тут вдруг Паулю в руки прилетел металлический цилиндр.

– Так вот что вы искали? – озадаченно спросил Пауль.

Альва и Тилль взволнованно переглянулись.

– Нет-нет, но зато в озере теперь не осталось мусора, – Тилль пытался сдержать восторг. – Когда дело касается уборки, Альва – настоящий перфекционист!

Он хотел было забрать капсулу у Пауля, но тот принялся крутить её в руках.

– Что это такое? – спросил он.

– Старый термос, – ответила Альва и тоже потянулась за капсулой.

Пауль покачал головой.

– Нет. Термосы делают из нержавеющей стали, которая не магнитится, – сказал он, увлечённо разглядывая капсулу.

На выручку пришёл Тилль:

– А что насчёт телефона? Он не ломается из-за твоей способности всё примагничивать?

– Нет, у него тоже корпус из нержавеющей стали, – ответил Пауль, повернувшись к Тиллю, и мгновенно забыл о той штуке, что держал в руках.

Альва осторожно забрала у него капсулу и быстро сунула её в сумку.

Впрочем, ей не о чем было беспокоиться. Разговор с Тиллем о преимуществах нержавеющей стали поглотил всё внимание Пауля без остатка.