Текст книги "Урок первый: зверский шум!"

Автор книги: Зильке Шельхаммер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)

Глава 15. Кролики в НЛО

Внутри неопознанный летающий объект устилали ковры, а высота потолка в центре позволяла стоять, выпрямившись во весь рост. Вдоль стен тянулась скамейка, но все ученики уселись кружком на полу. Альва не видела, кто располагался в центре этого кружка. Не видела, но зато слышала.

– А мне дадут морковку?

– Когда мы уже начнём?

– Новенькая?

– Я сегодня ничего делать не буду!

– В следующий раз я спрячусь!

В серединке кружка между детьми прыгали шесть кроликов. Кроме того, Альва слышала ещё голоса насекомых. Те возились в соломенной подстилке внутри ящика-переноски, шумно перетаскивая что-то с места на место.

– Альва? Альва!

Фрау Молина помахала руками перед лицом у Альвы, пытаясь привлечь к себе её внимание. Альва повернула правое ухо в её сторону, стараясь вычленить певучую речь учительницы из писклявых кроличьих голосков.

– Позволь представить тебе твоих одноклассников… – заговорила фрау Молина, но её голос тут же снова заглушило кроличье нытьё.

– Эй, а ну убери свои грязные пальцы от моей шкурки!

– А почему Попрыгунчик вечно прогуливает?

– Эй, народ, туда лучше не ходите, я там только что… Пу-у-у-у!

– Чем это пахнет? Базиликом?

Альва поспешила вновь сосредоточиться на голосе фрау Молины. К сожалению, ей удалось ухватить лишь самый конец фразы:

– …а это Марен и Ной. Присоединяйся к нам, Альва.

Фрау Молина плавно и легко, словно танцуя, перемещалась по комнате. Всё, что она сказала раньше, утонуло в брюзжании кроликов. Альва даже не знала, нужно ли ей сесть или остаться стоять. Немного поколебавшись, она выбрала второй вариант. Кажется, фрау Молина раздавала задания, потому что одна девочка воскликнула:

– Что?.. Услышать кроликов?.. Это очень сложно!

– Да они же болтают без умолку, – растерянно проговорила Альва.

Какой-то мальчик повернулся и уставился на неё с ошеломлённым видом.

– Что? Ты их слышишь?

Это был тот самый, что почёсывал за ухом недовольного кролика. Он говорил достаточно громко, так что Альва сумела сконцентрироваться на его голосе. Она едва заметно кивнула. Дети тут же принялись о чём-то шушукаться. За громкой кроличьей болтовнёй Альва не разобрала ни слова и даже обрадовалась этому – наверняка над ней просто потешались. Больше всего ей хотелось сбежать. Но она, понурившись, стояла на месте и лишь мечтала оказаться где-нибудь далеко-далеко отсюда.

– Тсс-с! Тсс-с! – приложив палец к губам, призвала всех к тишине фрау Молина.

Перешёптывания в НЛО прекратились.

– Ты слышишь всех кроликов? – в свою очередь изумлённо переспросила учительница. На этот раз она говорила очень громко. Альва нехотя подняла голову: наверняка она уже пунцовая от смущения. Она заставила себя взглянуть учительнице прямо в лицо и открыла рот, собираясь ответить на вопрос.

Но вместо да у неё из горла вырвалось лишь сипение. Откашлявшись, она сделала ещё одну попытку.

– Да…

Ей необходимо доказать свою правоту, чтобы над ней перестали насмехаться.

– …вот этот кролик, например… – заговорила она, показывая на зверька, которого всё ещё чесали за ухом, – …терпеть не может, когда его гладят! Эти двое не хотят приходить на следующий урок, тот впереди думает только о еде… – продолжила перечислять и показывать она и, наконец, уже немного запыхавшись, закончила: –…а вот этот только что пукнул!

Мальчик рядом с кроликом-вонючкой сморщился и замахал рукой у себя перед носом.

– Я думал, это Эмма!

– Ты чего! Совсем дурак, что ли? – громко возмутилась его соседка.

– Эмма! Следи за языком! – сделала ей замечание фрау Молина.

Затем она внимательно посмотрела на Альву.

– Ты и правда слышишь всех кроликов, – сказала она. На этот раз в её голосе уже не звучал вопрос.

– Да, конечно, и насекомых в соломе тоже, – ответила Альва и глубоко вздохнула. Нервно сцепив пальцы за спиной, она объяснила:

– Я слышу и понимаю почти всех животных… всегда… непрерывно.

– Это, должно быть, очень утомительно, – заметила фрау Молина.

Ещё как! Альва взволнованно кивнула. Она наконец увидела, что никто вокруг над ней не насмехается. Дети таращились на неё, потому что она умеет делать что-то необыкновенное. Альва чуть не поперхнулась от изумления. Все ей поверили!

– Тогда первым делом тебе нужно научиться на время отключать свой талант! – кивнув, обратилась к ней учительница.

Именно за этим она сюда и приехала! Альва с облегчением выдохнула, расцепила пальцы за спиной и стала свободно болтать руками.

Фрау Молина повернулась к классу и объяснила:

– Продолжайте работать в группе. А ты, Ной, прекрати, наконец, гладить бедолагу кролика. Я сейчас отведу Альву к доктору Рёсснеру и сразу вернусь.

Глава 16. Только не к поющим овцам!

Спустя десять минут от испытанного Альвой облегчения не осталось и следа. Фрау Молина привела её на ферму.

– Это доктор Рёсснер, он ветеринар, – указала учительница на высокого широкоплечего мужчину чуть поодаль.

Он стоял, свесившись через деревянное ограждение, и внимательно наблюдал за детёнышем косули, который неуклюже ковылял по траве.

Альва расслышала тихое хныканье:

– Нет бутылочки? А зачем тогда я тут? Хочу бутылочку. Тёплое молоко вкусное. Тут холодно. Я хочу обратно внутрь! Можно мне бутылочку?

Когда Альва и фрау Молина приблизились, доктор Рёсснер выпрямился и приветливо кивнул им:

– Здравствуйте!

Альва заметила, что от улыбки его загорелое лицо покрылось лучиками морщин.

– Здравствуйте, доктор Рёсснер. Это… – заговорила фрау Молина.

Но её заглушили фанфароподобные голоса двух крупных животных. Они нараспев трубили:

– Я чувствую солнце! Прямо на шкуре!

– И я! И-и-и-и-и-и-йа-а-а-а-а-а-а, такое тёплое солнце!

– Я видел пчелу, и у меня солнце на шкуре!

Испуганно обернувшись, Альва обнаружила пару ослов чуть дальше на лугу. Она автоматически полезла в карман за берушами. Но тут кончики её пальцев нащупали гладкую поверхность резинового мячика, который ей подарил Тилль. Она вынула руку из кармана и попыталась сосредоточиться на разговоре.

– …и она не умеет их отключать! – закончила фрау Молина.

Доктор Рёсснер на мгновение перевёл взгляд на Альву, а потом спросил:

– И каков же план?

Альва затаила дыхание и вся обратилась в слух. Этот ответ сейчас интересовал её больше всего на свете.

– Я считаю… – начала учительница.

– Кури-и-и-и-и-иная слепота-а-а-а, кури-и-и-и-и-иная слепота-а-а-а!

– Клевер, клевер, клевер, ой, жук, клевер, клевер, клевер!

– Сте-е-е-е-ебель, сте-е-е-е-ебель, сте-е-е-е-ебель, одуванчик, сте-е-е-е-ебель, сте-е-е-е-ебель!

С ума можно было сойти! Именно в тот момент, когда Альва отчаянно пыталась разобрать хоть что-то из сказанного взрослыми, на лугу, как назло, объявилось стадо болтливых овец.

– Альва, а что ты думаешь на этот счёт? – вдруг обратилась к ней фрау Молина.

Ветеринарный врач и учительница смотрели на неё, ожидая ответа.

– Мне очень жаль… Но я… Ничего не поняла, – пробормотала Альва. – Я вас почти не слышу из-за звериных голосов, – объяснила она извиняющимся тоном. Сейчас её наверняка отругают.

Однако фрау Молина лишь шагнула к ней и нарисовала рукой круг в воздухе.

– Сотри их, – убедительно сказала она.

– Но как? – спросила Альва. В её голосе звучало отчаяние.

– Так… постарайся сфокусироваться, – объяснила фрау Молина.

Мимо прожужжали две мухи.

– Торопись! Вон там куча свежего лошадиного навоза!

– Тсс-с! А то сейчас вся родня налетит!

– Сфокусироваться на чём?

Ей едва удавалось сдерживаться, чтобы не закричать.

– Хм-м-м-м, – склонив голову набок, задумчиво протянула фрау Молина. – Это надо почувствовать самой.

Она собрала пальцы в щепоть и потёрла их друг о друга, словно пытаясь нащупать что-то маленькое и тонкое между кончиками.

– У каждого свой собственный способ, – объяснила учительница и добавила: – Может быть, тебе стоит попробовать вот это…

Фрау Молина, не закончив фразу, вдруг вскинула руки высоко вверх и с криком «фо-о-о-о-оку-у-у-у-ус!» разом опустила их, описав в воздухе размашистый круг.

Альва не верила своим глазам. Это что ещё за дрыганья? Впрочем, представление фрау Молины и впрямь заставило овец на мгновение замолчать. Они перестали жевать траву и изумлённо задрали головы.

– Ну и попугай! Очень крупный!

– И так красиво танцует!

– Да, но кричит слишком громко.

Впрочем, потом они вновь затянули свою обычную песню.

– Клевер, клевер, клевер!

– Мать-и-ма-а-а-а-ачеха, мать-и-ма-а-а-а-а-ачеха!

Фрау Молину всё это, казалось, ничуточки не смутило.

– Попробуй так. Или придумай свой собственный танец, – предложила она Альве, а затем развернулась и отправилась обратно в школу, на ходу кивнув доктору Рёсснеру.

Альва растерянно смотрела ей вслед. И как же ей должен помочь этот попугайский танец? Ей очень хотелось остановить все эти песни про клевер, клевер, клевер. Но обезьянничать, танцуя «фо-о-о-о-оку-у-у-ус!», ей не хотелось совсем!

Альва раздражённо покачала головой. Попробовать, конечно, придётся. В конце концов, она ведь поклялась испытать все средства до единого. Но в глубине души всё же надеялась найти какой-то менее позорный способ заставить голоса замолчать.

Глава 17. Разрешите представиться: Родриго!

– Я покажу место, где ты сможешь позаниматься, – мрачные мысли Альвы прервал доктор Рёсснер и, подмигнув ей, пригласил следовать за ним.

– В звуконепроницаемой камере глубоко под землёй? – буркнула Альва.

– Не совсем, – засмеялся он.

Обойдя вокруг фермы, они подошли к большой обнесённой забором лужайке. Там резвилось бесчисленное множество кроликов. Посреди загона располагался небольшой крольчатник высотой примерно с Альву.

– Кроликов ты тоже слышишь? – удостоверился доктор Рёсснер.

Альва кивнула.

Доктор Рёсснер задержался на ней взглядом, о чём-то размышляя.

– А скажи-ка, голоса всех зверей звучат для тебя одинаково громко?

Альва уже собиралась помотать головой, но потом поняла, что никогда об этом по-настоящему не задумывалась. Засомневавшись, она на секунду прислушалась к разноголосице вокруг.

С ума сойти! Она и впрямь слышала крошечных муравьёв ничуть не хуже, чем ослиную парочку.

– Да… – немного неуверенно ответила она. – Все голоса звучат так, как будто и ослы, и муравьи, и кролики стоят прямо рядом со мной.

– Но сейчас никто из зверей не издаёт ни звука, – удивился ветеринар.

– И всё-таки я их всех слышу, – настойчиво повторила Альва.

– Я тебе верю, – поспешил успокоить её доктор Рёсснер. – Вот только у меня такое чувство, что ты, возможно, скорее слышишь их мысли, чем понимаешь их речь.

Альва задумалась. Что ж, это действительно походило на правду. В конце концов, в их семье уже есть человек, который умеет читать мысли. Но как тогда объяснить, что ей помогают беруши? Впрочем, неважно! На самом деле Альву интересовало лишь одно.

– А как в таком случае заставить голоса замолчать? Нужен другой метод? – спросила она у доктора Рёсснера.

Некоторое время тот раздумывал, почёсывая за ухом, и наконец решительно произнёс:

– Вообще-то, определённого метода или рецепта тут не существует – что в первом случае, что во втором.

Альва смотрела на него во все глаза.

– Вы это серьёзно?

– Это не то, что тебе хотелось бы услышать, правда? – продолжал доктор Рёсснер.

– Нет, совсем не то, – вздохнула Альва, сразу сникнув. Она-то надеялась на чёткие инструкции.

– Управлять талантом – это как ездить на велосипеде. Конечно, кто-то может объяснить тебе, как рулить, тормозить и прибавлять скорость. Но учиться держать равновесие придётся самой.

Альва начала понимать, что имеет в виду доктор Рёсснер.

– С талантом дело обстоит примерно так же, как с равновесием, – продолжил ветеринар. – Никто не сможет объяснить тебе, как это устроено.

– Но когда я с этим разберусь, меня научат тормозить, рулить и ускоряться? – подытожила Альва.

Доктор Рёсснер улыбнулся.

– Всё верно. А ещё в школе ты научишься не вредить себе и окружающим. И поверь: лучше места, чем наш остров, для этого просто не найти.

Он обвёл взглядом пастбище, повернулся к Альве и ободряюще кивнул.

– Что ж, я, пожалуй, пойду. Если понадоблюсь, ищи меня в хлеву, – сказал он и стремительно зашагал по траве.

Оставшись одна, Альва внимательно осмотрелась. Пастбище лежало далеко в стороне от всех дорог и тропинок, так что никто не мог её увидеть. Кроме разве что кроликов, но те не обращали на неё ни малейшего внимания.

– Ну и кто же из вас сегодня отлынивал от урока? – тихо спросила она. Но кролики, конечно, ничего не ответили.

Больше всего ей и самой хотелось бы сейчас увильнуть. Но ради шанса избавиться от звериной болтовни в голове стоит испытать любые способы. Даже самые нелепые.

На всякий случай она ещё раз огляделась. По-прежнему никого. Немного помедлив, Альва вытянула руки перед собой и сразу почувствовала себя ужасно глупо. Тем не менее она всё же прошептала «фо-о-о-о-оку-у-у-у-ус» и подняла руки вверх.

Альва ненадолго застыла в этой позе и прислушалась. Никаких изменений. Разве что к звериным голосам в голове теперь присоединился ещё и её собственный, громко вопрошавший, не свихнулась ли она.

И всё же она продолжила. Вспомнив, что фрау Молина ещё и приседала, Альва согнула ноги в коленях и описала руками большой круг, а чтобы лучше сфокусироваться, закрыла глаза.

– Фо-о-о-о-оку-у-у-у-у-ус!

Ничего не изменилось. Голоса звучали всё так же громко.

Когда Альва разомкнула веки, на неё в упор смотрели два тёмных глаза-бусинки.

Она испуганно отшатнулась.

На крыше крольчатника, совсем близко, едва ли не на расстоянии вытянутой руки, сидела весьма крупная ворона. Птица резко крутила головой, одним глазом всё время удерживая Альву в поле зрения. Казалось, птица за ней наблюдает. Интересно, откуда вдруг взялось это чудо в перьях? И… Почему не издавало ни звука?

Сердце бешено забилось. Неужели ей с первой же попытки удалось отключить голоса?

Альва снова сосредоточилась на вороне. В голове слышалось кроличье бормотание, но оттуда, где сидела ворона, не исходило ни звука.

Ни единого!

– Кажется, получилось, – изумлённо прошептала Альва.

– Если ты хотела выглядеть по-дурацки, даю сто очков: это у тебя и правда получилось, – прокаркала вдруг ворона.

Альва разочарованно вздохнула. Слова прозвучали громко и отчётливо. Впрочем, в следующий момент её разочарование сменилось удивлением.

– Ты меня понимаешь? – озадаченно спросила она птицу.

– И что? Ты ведь меня тоже понимаешь, – ответила ворона.

Что ж, Альве оставалось лишь согласиться, отметив про себя, что беседа с птицей – это даже не самое странное из того, что произошло с ней за сегодня.

– И как тебя зовут? – задала она следующий вопрос, ожидая услышать что-то вроде птица или ворона.

И совершенно напрасно.

– Родриго Рамирез Гонсалез, – ответила ворона.

– О, так ты из Испании? – удивлённо предположила Альва.

– Si y no. Soy de Barcelona, – ответила птица, горделиво расхаживая по крыше крольчатника, словно маленький матадор.

– Ой, мне жаль, я не говорю… по-испански? – извинилась Альва.

– Pequeño tonto! Я родом из Барселоны, это в Испании. Так что ты почти угадала, – ответила ворона, великодушно кивнув.

Альва решила не выяснять, что значит pequeño tonto, подозревая, что ответ ей не понравится. Вместо этого она спросила:

– Рамирез? Или нет, Родриго Рамирез? Гонсалез? Скажи, пожалуйста, что из этого – твоё имя?

– Можешь называть меня Родриго, – разрешила птица.

– О, спасибо. Меня зовут Альва.

Родриго в несколько прыжков взобрался на конёк крыши и теперь взирал оттуда на Альву, склонив голову набок.

– И что же, предлагаешь мне это запомнить?

– Э-э-э-э, кхм, да необязательно, если не хочешь, – ответила Альва.

– Вот и отлично! Тебе, наверное, ещё нужно поделать «фо-о-о-о-оку-у-у-у-ус»? – спросил Родриго и принялся скакать по крыше туда-сюда с растопыренными крыльями.

Альве показалось, что он её передразнивает.

– Нет. Не нужно!

Неужели над ней насмехается ворона?

– А к чему вообще были эти пляски? – поинтересовался Родриго, закончив своё маленькое выступление.

– Я хочу разучиться слышать зверей, – сказала Альва, не вдаваясь в подробности.

– О, правда? А почему? – спросил Родриго, внимательно разглядывая её одним глазом-бусинкой, и добавил: – А мне вот нравится слушать людей. Они обычно несут такую чушь.

Громко каркнув на прощание, он улетел.

Глядя ему вслед, Альва подумала: похоже, странные таланты бывают и у животных.

Глава 18. Кто переезжает?

После встречи с дерзкой вороной Альва оставалась на кроличьей лужайке недолго. Вскоре за ней зашла фрау Молина, чтобы проводить на вводный урок по кинопроекту. По пути в школу учительница рассказала, что ученики каждый год снимают короткометражные фильмы. Они делятся на команды, и каждой выдаётся настоящая кинокамера. Через пару недель состоится показ под открытым небом, где все увидят уже готовые фильмы, а детям разрешат не спать до полуночи.

Альва восхищённо слушала рассказ учительницы. Звучало по-настоящему круто! Правда, потом она поняла, что не застанет вечер кино, ведь к тому времени её уже не будет в Школе талантов.

Вторую половину дня Альва провела, пытаясь спасти восемнадцать человек, застрявших в кабинке фуникулёра.

По крайней мере, теоретически.

Учитель – господин Хагенбуш – натянул канат между самой высокой платформой в школьном здании и НЛО. Примерно посередине висела модель кабинки с человеческими фигурками внутри.

– Подумайте, как можно их спасти, – дал задание ученикам господин Хагенбуш. Его урок назывался «прикладное естествознание». Альва ещё никогда о таком не слышала.

Поначалу ребята записывали свои идеи в планшеты. Вскоре их предложения одно за другим стали появляться на большой интерактивной доске, закреплённой прямо на каркасе платформы.

Кажется, ответы тут не делились на правильные и неправильные.

Каждую идею обдумывали, обсуждали и, проведя необходимые расчёты, воплощали или отбрасывали. Альва впервые в жизни увидела схему электрических соединений. Получила примерное представление о том, как работает ток. Узнала, как рассчитать длину спасательной лестницы, и выяснила, что у двух ребят в школе есть талант вырабатывать электричество. Мальчик чуть постарше метал молнии. И хотя ему удалось лишь ударить током по кабинке, что не решило проблему, на Альву его талант произвёл огромное впечатление. Девочка примерно одного с Альвой возраста потёрла ладони, и между ними заискрились разряды электричества. Однако и это не помогло запустить мотор. Видимо, дело всё же было не в электрике, а в механике. Один мальчик утверждал, что может привести кабинку в движение силой мысли. Это сработало, по крайней мере на модели.

Многие ребята предлагали добраться до кабинки, превратившись в какое-нибудь летающее существо или вертолёт, что лишь повлекло за собой ещё больше вопросов и проблем.

К концу урока удалось найти несколько способов привести кабинку в движение. Альва обратила внимание, что идеи, для реализации которых можно было обойтись без особых талантов, учитывались наравне с теми, где требовалось превращение в стаю альбатросов.

Когда уроки закончились, Альва пришла в секретариат за планшетом. Ну и денёк! После всех сегодняшних событий и впечатлений она, стоя в приёмной, мечтала лишь об одном: поскорее устроиться с книгой где-нибудь в тишине и спокойно почитать. Может быть, взобраться на холм? Там наверняка ещё светит солнце.

– Альва Шрёдер, Альва Шрёдер, – бормотал господин Петрулла, пытаясь отыскать её имя в списке. Альва мысленно перенеслась с зелёной лужайки обратно в секретариат.

– А, вот ты где! – радостно воскликнул господин Петрулла. – Я сейчас схожу на склад за планшетом. Можешь подождать здесь.

Оставшись одна в приёмной, Альва обвела взглядом комнату. На стене висела интерактивная доска с разноцветными текстовыми полями. На полках в открытых шкафах выстроились ряды папок.

В соседней комнате пронзительно зазвонил телефон. Альва вздрогнула. Оказывается, дверь туда была приоткрыта.

– Францен, – представился в трубку директор. Он был на месте! Ну и ну, кто бы мог подумать. Ведь всё это время в кабинете царила полная тишина.

– Нет, это никакая не альтернатива! – рявкнул на кого-то директор Францен. По голосу чувствовалось, что он крайне раздражён.

Альва знала, что подслушивать нехорошо. Но что ей оставалось? Заткнуть уши?

– К первому числу? Да это же всего через десять дней! Так, а теперь послушайте-ка… – прогремело из соседней комнаты.

Что ж, это Альва услышала бы и с заткнутыми ушами.

– У нас тут интернат! Вы всерьёз полагаете, что мы за такой короткий срок можем найти новое здание? И просто так взять и перевезти туда две сотни учеников?

Альва остолбенела от изумления. Что? Школе нужно переезжать?

Вот это да!

Директор Францен продолжил говорить, чуть понизив голос:

– Это был дар графа Донатуса фон Доннерсберга. Нет, дарственную я предъявить не могу, она же у вас.

Альва вспомнила экскурсию Малы по острову. Мала была права: дух этого графа фон Доннерсберга и правда витал здесь повсюду.

– Как это нас нет в земельно-кадастровой книге? Что вы хотите этим сказать?

Голос директора Францена теперь звучал одновременно смущённо и сердито.

– Разве я стал бы устраивать школу на чужой земле? Граф заверил меня, что дарственная хранится в надёжном месте. Да, конечно, у вас! Где же ещё?

Альва немного наклонилась, чтобы лучше слышать.

– Нет, о покупке не может быть и речи! Где мы возьмём столько денег? Мы же школа, а не шайка пиратов. Или вы думаете, мы тут сидим на сундуках с сокровищами?

Тихонько хихикнув, Альва представила, как директор с повязкой на глазу и изогнутой саблей одной ногой попирает сундук с сокровищами. Нет, на роль главаря пиратов он всё-таки не годился.

Между тем телефонный разговор продолжался.

– Да, понимаю, значит, нам нужна дарственная или совершенно невообразимая сумма…

Дверь в коридор распахнулась, и Альва вздрогнула от неожиданности. Господин Петрулла вернулся, неся в руках планшет и зарядное устройство. Пройдя мимо Альвы, он закрыл дверь в директорский кабинет. Разговор за стеной превратился в приглушённый гул. Затем господин Петрулла положил планшет на стойку.

– Теперь он твой, – объяснил он. – Береги его как зеницу ока и защищай даже ценой собственной жизни!

Альва в недоумении взглянула на секретаря, пытаясь понять – он что, шутит?

Но господин Петрулла даже и не думал шутить.

– Этот планшет нельзя брать с собой в душ, и плавать он тоже не умеет. Попкорн из него не получится, так что нет ни единой причины совать его в микроволновку. И никогда… ни за что… ни при каких обстоятельствах… не вздумай использовать его как фрисби или бейсбольную биту, – настойчиво объяснил он, глядя с угрозой. Альва кивнула, а про себя подумала: он правда считает, что она никогда прежде не держала в руках планшет?

Церемонию вручения планшета прервал громкий стук в дверь. Господин Петрулла нервно закатил глаза и крикнул «войдите».

На пороге секретариата появился высокий нескладный мальчик с копной тёмно-русых кудрей.

– Ах, ну надо же, какой редкий гость! Господин Аппельт почтил нас своим присутствием… в который раз, – кисло улыбнулся господин Петрулла.

– Здравствуйте, – робко ответил мальчик.

– Ну, Элвин, опять что-то натворил? – преувеличенно дружелюбно поинтересовался господин Петрулла, вскинув бровь.

Элвин! Это же тот самый мальчик, который умеет превращаться в тяжелющего дракона!

– Мне велели зайти к директору Францену, – пробормотал Элвин, не вдаваясь в подробности о причине своего визита.

– Ах, ну да. Хорошо, когда всё так предсказуемо, – заметил школьный секретарь.

– Извини, я на секундочку! – сказал он Альве и зашёл в кабинет директора.

Альва изо всех сил старалась не пялиться на Элвина, но безуспешно. Потом она заметила, что он тоже её разглядывает, и залилась краской.

– Ты новенькая? – вдруг спросил Элвин.

В ответ Альва сумела лишь кивнуть.

– Тоже обещала защищать планшет ценой собственной жизни? – спросил Элвин, подражая господину Петрулле. Вышло довольно похоже. Альва с трудом подавила смешок, потому что секретарь как раз вернулся в приёмную.

– Элвин, директор сейчас занят. Раз ты всё равно тут, расскажи Альве, как обращаться с планшетом. Можете пока спуститься в фойе. Чуть позже я тебя позову.

– Да, хорошо, – согласился Элвин.

Альва радостно закивала. Элвин наверняка объяснит ей всё куда лучше, чем господин «твой планшет – это не фрисби» Петрулла.