Текст книги "Удар под водой"

Автор книги: Зигмунд Перля

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 18 страниц)

Так впервые было применено судно-ловушка, приманка для германских подводных лодок, чтобы подводить их под удары пушек надводных кораблей.

Суда-ловушки применялись почти на всем протяжении первой мировой войны. Как только немцы узнали об их появлении, командиры немецких подводных лодок стали очень, очень осторожными. Подводная лодка долго «обнюхивала» свою жертву, прежде чем решалась всплыть. Но командиры судов-ловушек превосходно разыгрывали сцены паники на корабле. Пожары от попавших снарядов, пробоины в корпусе ловушки, смерть и разрушения на ее палубе не прекращали «игры». Когда на глазах у немцев команда в панике покидала корабль, когда дым пожара заволакивал все судно, когда оно уже почти шло ко дну, – тогда даже опытные командиры подводных лодок попадались на удочку, приказывали всплыть, приблизиться к погибающему судну, чтобы поскорее, одним, двумя выстрелами, добить его. И тогда вдруг действительно едва державшееся на воде судно оживало, его орудия открывали огонь наверняка и… победитель оказывался побежденным своим почти добитым противником.

^{Один из зарубежных проектов новейшего «охотника» за подводными лодками, вооруженного дальнобойными бомбометами в башенных установках}

^{1 – кормовой бомбосбрасыватель; 2 – новые дальнобойные бомбометы; 3 – управление огнем; 4 – мощные прожекторы; 5 – трехдюймовые орудия; 6 – якорь; 7 – башенный дальномер; 8 – бомбомет; 9 – механизмы вращения и обслуживания башни; 10 – механизмы кормового бомбосбрасывателя; 11 – башни бомбометов; 12 – трехдюймовые орудия}

Суда-ловушки не часто добивались успеха, тем более, что немецкие подводные лодки действовали все осторожнее.

В связи с этим представляет интерес один из проектов усовершенствования кораблей-ловушек, предложенный в США и опубликованный в одном из американских журналов уже в годы второй мировой войны (см. рис. на стр. 191).

В кормовой части палубы такого корабля предусматривается место для своего рода пловучей орудийной платформы, выполненной в виде изолированной и легко отделяющейся секции судна и сооруженной крупнокалиберной пушкой, установленной на палубе. Если подводная лодка атаковала торпедой такой корабль, то в момент его потопления, когда у нападавших не остается никаких сомнений в полной и окончательной победе и когда подводная лодка уверенно всплывает на поверхность, – от тонущей ловушки отделяется и остается на плаву орудийная платформа, пушка открывает огонь по неосторожному противнику и топит его. Пловучая платформа снабжена радиоустановкой и запасами провизии, служит затем пристанью для ушедших с потопленного суда спасательных шлюпок и может быть подобрана через некоторое время каким-либо своим или дружественным кораблем.

^{Продольный разрез современного эскортного корабля-корвета}

^{1 – кормовые бомбосбрасыватели; 2, 3 – склады; 4 – каюты старшин; 5 – бомбометы; 6 – спасательные плоты; 7 – машинное отделение; 8 – глубинные бомбы; 9 – зенитное орудие; 10 – котельные; 11 – бортовые топливные цистерны; 12 – кладовая электротехников; 13 – офицерская каюта (двойная); 14 – шлюпка; 15 – наблюдательный пост; 16 – левобортовая 20-мм зенитная пушка; 17 – мостик; 18 – смотровое окно штурмана; 19 – антенна радиопеленгатора; 20 – рулевая рубка и радиорубка; 21 – прожектор; 22 – сигнальный фонарь; 23 – правобортовая 20-мм зенитная пушка; 24 – фонарная (кладовая); 25 – аптека; 26 – офицерские каюты (одиночные); 27 – цистерны с горючим; 28 – запасы пресной воды; 29 – помещения для команды (кубрик); 30 – жилая палуба (команды); 31 – скорострельное орудие калибра 90 мм в башенной установке; 32 – брашпиль; 33 – хранение противогазов}

* * *

С самого начала первой мировой войны военные изобретатели искали такое оружие, с помощью которого можно было бы наносить невидимому врагу удары под водой в том месте моря, где будет заподозрено или точно установлено его присутствие.

Такое оружие – глубинная бомба – было создано, и оно очень помогло союзникам. Оно уничтожило за все время войны 36 подводных лодок, или почти одну пятую часть всего количества потопленных подводных лодок. И в наши дни глубинная бомба – самое острое оружие тех надводных и воздушных кораблей, которые охотятся за подводными лодками. Пока мы рассказывали об этих кораблях, пришлось много раз упомянуть о глубинной бомбе. А теперь пришло время рассказать, что она собой представляет, как устроена, как ее направляют против невидимого врага.

Глубинная бомба (см. рис. на стр. 193) – снаряд цилиндрической формы. Вес заряда бомбы бывает разный и доходит до 270 килограммов. Бомба называется глубинной, потому что она взрывается не при соприкосновении с водой или при всяком ударе, а на определенной, заранее заданной глубине. Боек ударника бомбы связан с таким же гидростатом, который работает в различных устройствах мины и в торпеде. Гидростат так «настраивается», что спускает боек на определенной глубине под водой, при этом бомба взрывается. Но невозможно заранее знать, на какой глубине скрывается подводная лодка. Вот почему глубинные бомбы на корабле заблаговременно устанавливаются для действия на разной глубине. Определенное количество таких бомб с разной глубиной взрывания составляет целую серию. Бомбы и сбрасываются такими сериями, их удары поэтому настигают погрузившуюся подводную лодку одновременно на разных глубинах.

Но после погружения подводная лодка может уйти с того места, на котором заметили ее перископ. Правда, она еще не успела уйти далеко, но все же удары глубинных бомб, сброшенных в одном только месте, могут и не причинить ей вреда. Поэтому корабль сбрасывает свои бомбы на определенной площади с таким расчетом, чтобы незначительное перемещение подводной лодки не помогло ей избежать удара.

^{Глубинные бомбы вылетели из бомбомета}

Вовсе не обязательно, чтобы глубинная бомба попала в подводную лодку или взорвалась тут же, около нее. Сила удара настолько велика, что заряд уничтожает подводную лодку на расстоянии 10 метров, а на расстоянии до 20 метров взрыв причиняет ей серьезные повреждения, которые часто выводят из строя важнейшие механизмы – подводной лодке приходится всплывать.

Как же «стреляют» глубинными бомбами?

На корме корабля устраиваются своего рода направляющие лотки-сбрасыватели. Бомбы уложены в эти лотки и сбрасываются за корму. Они падают тут же, в «след» корабля. Но существуют еще и бомбометы-пушки, из которых стреляют глубинными бомбами (см. рис. на стр. 195 и 196).

Теперь представим себе, что надводный корабль вооруженный и кормовым сбрасывателем и бортовыми бомбометами, заметил погружающуюся подводную лодку. Он мчится к месту погружения, вот он достиг его; тогда начинается сбрасывание бомб по ходу корабля и с обоих бортов. Корабль проносится, оставляя за собой большую площадь, покрытую бомбами (см. рис. на стр. 197). Их удары распространены по поверхности и по толще скрытой под ней воды и, образуют смертельно-опасную гибельную зону, из которой подводной лодке очень трудно выбраться невредимой. Успехи глубинного бомбометания привели к тому, что в проектах новых судов-«охотников» пытаются все шире, эффективнее использовать это оружие. В зарубежной печати появляются сведения о якобы проектируемых новейших кораблях-охотниках, вооруженных дальнобойными бомбометами в башенных установках (см. рис. на стр. 199). Это своего рода пушки, их стрельбой управляют из центрального поста управления огнем. Такие бомбометы якобы смогут поражать глубинными бомбами издалека замеченную погрузившуюся подводную лодку. Кроме того, такие бомбометы могут создать взрывную завесу на пути торпед, выпущенных каким-либо кораблем, и заставить их преждевременно взорваться или отвернуть.

Изобретатели не прекращают поисков еще более совершенного оружия для поражения погрузившихся подводных лодок. Так, в США предложен проект «торпедной глубинной бомбы». Это – обыкновенная торпеда, но ее зарядное отделение одновременно может служить и глубинной бомбой. Заметив подводную лодку на поверхности или ее перископ, корабль-охотник выпускает такую торпеду. Прибор расстояния в ней установлен на определенную дистанцию – до места подлодки. Если подводная лодка останется в надводном положении или под перископом, торпеда ударится об ее корпус, взорвется и отправит ее на дно. Если же подводная лодка успеет погрузиться, то в конце дистанции хода торпеды, как раз над «нырнувшим» противником, автоматически сработает механизм, отделяющий зарядное отделение торпеды. Оно превращается в обыкновенную глубинную бомбу и на заданной глубине взрывается.

Глава шестая
Отважные «труженики моря»

«Тихая» война

В первые месяцы второй мировой войны один английский журналист решил совершить плавание на тральщике с тем, чтобы дать в свою газету хороший очерк о боевой работе корабля.

Когда он прибыл на тральщик, первое, что его удивило и несколько встревожило, было большое число спасательных поясов, развешанных по бортам.

Младший офицер, сопровождавший журналиста, заметил легкую растерянность гостя и ободряюще подмигнул ему, затем произнес: «Когда мы наскочим на что-либо этакое, неприятное, не раздумывайте. Хватайте первый попавшийся под руку пояс и не выпускайте его. Достоинство этого корабля в том, что вам не придется терять времени на прыжок за борт. Палуба уйдет из-под ваших ног, и вы очутитесь в воде меньше, чем за минуту».

Вряд ли такое «утешение» действительно подбодрило журналиста, но… устами офицера гласила истина.

* * *

Когда на море грохочут залпы артиллерийских орудий и разрывы снарядов, когда падающие в воду снаряды и авиабомбы вздымают огромные фонтаны воды, когда дым пожаров на кораблях застилает небо и то на одном, то на другом из них вырываются кверху снопы темнобагрового пламени, когда всему этому в горит рокот моторов бешено кружащихся над морем самолетов и вой несущихся вниз бомб, – тогда картина морского сражения полна и понятна. Но когда в воздухе не слышно даже одиночных выстрелов, когда почти мирные на вид корабли как будто спокойно и уверенно идут по выбранному курсу, когда и противника не видно, а вся обстановка выглядит мирно и безмятежно, трудно поверить, что идет смертельно опасная, до предела напряженная борьба с могучим противником, прячущимся под водой, – с миной. Скрытность врага, иногда обнаруживаемого в последний момент перед ударом, – в этом его дополнительная грозная сила. Нужно много беззаветного мужества, скромного, незаметного героизма и тонкого мастерства, умения воевать с невидимым врагом, чтобы одерживать победы в этой борьбе.

Для моряков, которые борются с минами, борьба с врагом – это повседневные будни, непрерывная кропотливая и точная работа, и так же непрерывна грозящая им на каждом пройденном кабельтове смертельная опасность. Их работа – борьба, а борьба – работа, и в каждый ее миг мужество и решительность, хладнокровие и расчет, преданность долгу и высокое мастерство и, наконец, беспредельная любовь к отчизне – все эти качества, особенно отличающие советских моряков, объединены в одну великую силу, уверенно одолевающую даже невидимого врага.

На корабли флота – тральщики, ведущие борьбу с минами противника, и их личный состав возложена повседневная боевая задача – заблаговременно очищать от мин пут наших боевых кораблей, в походе, а иногда и в бою – итти впереди и убирать с дороги расставленные врагом смертельные ловушки.

Так эти корабли – советские тральщики – выполняли свои боевые задачи, когда левый фланг великого фронта отечественной войны еще упирался в Черное море, когда наши армии и флот изгоняли гитлеровских захватчиков с его берегов, так же героически действовали они на Балтике, в Баренцовом море, у берегов освобождаемой Норвегии, оберегая вместе с другими кораблями флота фланги наступающей Красной Армии, очищая от мин и помогая отвоевывать у врага новые и новые морские пространства, новые и новые участки побережья.

Но и после победоносного окончания войны для тральщиков боевая страда будет еще некоторое время продолжаться. Ведь во время войны воды морей, океанов, многих рек и озер «были густо засорены минами. Мирная жизнь на морях, океанах, реках и озерах, безопасное грузовое и пассажирское судоходство, будет невозможно, пока все прибрежные воды, фарватеры и подозрительные районы не будут тщательно, надежно очищены от мин. Вот почему и в мирное, послевоенное время тральщикам останется еще много ответственной, опасной, но очень почетной боевой работы, вот почему они заслуживают почетное название отважных тружеников моря. Так назвал моряков с советских тральщиков, адмирал флота И. С. Исаков в своей книге «Советский Военно-Морской Флот в отечественной войне».

У тральщиков свое основное оружие – тралы. Как зародилось и развилось это оружие?

Охотники за минами

Это было в разгаре войны между северными и южными штатами Америки. Южане уже часто и с успехом применяли против кораблей северян мины, станционные (донные), якорные и плавающие. Все больше и больше страху нагоняло новое оружие на противников, а защиты от него еще не было. Еще ни одна из сторон не сумела решить задачу – как защитить корабли от смертельных подводных ударов.

В начале 1863 г. эскадра северян стала на якорь в устье реки Джемс. Большие корабли, сгрудившиеся на небольшом, водном пространстве, представляли собой хорошую мишень для плавающих мин. Это учли южане. Они пустили вниз по течению реки восемьдесят плавающих мин и заранее предвкушали радость победы, уничтожение крупных боевых кораблей противника.

Но не знали южане о том, что как только корабли северян выбрали место стоянки, с одного из них были спущены на воду два баркаса с людьми и грузом и с небольшими лодками на буксире. Баркасы поднялись на несколько кабельтовых вверх по реке и стали на якорь. Люди на баркасах стали спускать за борт свой груз. Это были на вид обыкновенные, только очень большие сети, похожие на рыболовные, но с огромными ячейками и изготовленные из толстого пенькового каната. Сети были установлены на поплавках и на якорях в несколько рядов наперерез течению реки. Затем баркасы поднялись еще немного дальше вверх по реке и причалили к берегу. Матросы пересели в лодки, вооружились «кошками» – небольшими четырехлапыми якорями – и баграми, затем выгребли на середину реки. Удерживая лодки на среднем течении, они зорко вглядывались в воду, точно подстерегая, высматривая, не плывут ли вниз по реке «сюрпризы» южан.

День прошел без тревог. Охотники за минами аккуратно сменялись через каждые несколько часов, но никаким уловом похвастать не могли. Но на другой день, когда уже смеркалось, зоркие часовые заметили приближение темных почти полностью погруженных в воду предметов. Один, два, вот уже несколько таких предметов. Люди на лодках напрягли зрение и мышцы рук, вооруженных «кошками и баграми. Раздалась команда.

Пламя зажженных факелов осветило слегка рябившую поверхность реки. Весла гребцов дружно опустились в воду, и лодки двинулись вверх по реке навстречу приближающимся предметам.

Матросы, вооруженные кошками, приготовились. Высунув вперед кошки, они стерегут удобный для ловли момент. И когда этот момент наступает, зубцы кошек осторожно захватывают пловучие предметы и лодки отводят их к берегу. Энергично и быстро работают «охотники». И все же нет-нет, а отдельные плавучие «гостинцы» проскальзывают мимо и плывут дальше вниз по реке. Но там их задерживает сеть. От столкновения с сетью не срабатывают ударники мин, они рассчитаны на удар о массивный корпус корабля. И все восемьдесят плавучих мин были выловлены.

Так впервые были применены сети для вылавливания мин. Это был первый опыт борьбы с подводным ударом.

«Торпедо» Эриксона

Корабли северян не только блокировали берега океана, прилегающие к территориям южан.

Еще большая опасность грозила южанам от кораблей, проникающих в реки и подымавшихся по ним в глубину их расположения.

Мощная артиллерия этих судов усиливала наступающие армии северян. Чтобы помешать проникновению неприятельских кораблей в устья рек, южане перегораживали проходы под водой заграждениями – затапливали старые суда или скрепленные цепями брусья – и устанавливали минные заграждения, состоящие из якорных или донных станционных мин, взрываемых с берега.

Как преодолеть эти препятствия?

На этот вопрос ответил талантливый судостроитель и изобретатель тех времен инженер Джон Эриксон. К сконструированному и построенному им первому кораблю-броненосцу с вращающейся орудийной башней («Монитор») он приделал особое приспособление и назвал его «торпедо Эриксона». Это был крепкий деревянный плот. Его задний край был оформлен так, чтобы можно было точно пригнать плот к форштевню оберегаемого корабля. К переднему краю плота под водой на выдвинутом вперед устройстве крепился пороховой заряд весом в 700 фунтов. Торпедо было так устроено, что при взрыве вся сила пороховых газов устремлялась вперед, а плот оставался невредимым.

Мы уже знаем, что в те времена слово «Торпедо» служило общим названием подводных взрывчатых снарядов, предназначенных для удара в подводную часть неприятельского корабля. Перед Торпедо Эриксона была поставлена другая задача. Новый подводный снаряд направлял свои удары не против кораблей противника, а в защиту своего же корабля, к форштевню которого он был прикреплен. Торпедо Эриксона служило своему кораблю как боевой разведчик, который шел впереди, зарядом нащупывал препятствие или мину и при этом взрывался. Взрыв разрушал препятствие и освобождал путь кораблю. Но, кроме этого, тот же взрыв заставлял взорваться и все мины, если они находились тут же недалеко на якорях или на дне в радиусе нескольких десятков метров. Получалось, что торпедо Эриксона было направлено против мин и поэтому его следовало бы назвать не торпедо, а контрторпедо или контрминой.

И эта контрмина служила кораблю охраной, была его «охранителем». Недостаток этой охраны заключался в том, что она очень замедляла ход корабля, уменьшала его скорость до трех с половиной узлов. И, кроме того, торпедо Эриксона не предохраняло от пловучих мин; эти мины могли проплыть мимо форштевня корабля и удариться о его борт.

Поэтому примерно в те же годы была сделана попытка защитить корабль от пловучих мин: на выдвинутые вперед и в стороны шесты, «шпироны», надевалась противоминная сеть. Мина, запутавшаяся в этой сети, или вовсе не взрывалась или взрывалась все же в некотором удалении от борта корабля, а это намного уменьшало причиненные повреждения. Оставались еще донные станционные мины. Их нельзя было нащупать контрминой или поймать в сеть – они прятались на самом дне речного русла или прибрежных морских вод. В этих случаях выручали минеры – искатели мин. Впереди кораблей высылались шлюпки с матросами, вооруженными кошками. Каждая шлюпка волочила за собой по дну два «дрека». Кошки и дреки захватывали своими лапами проводники (которыми мины соединялись с береговой станцией управления), рвали их и обезвреживали мины.

Так началась еще в прошлом столетии всесторонняя борьба с подводным ударом, с минами.

* * *

Кое-какие успехи были достигнуты в этой борьбе только на реках. Здесь годились и сети, и кошки, и Торпедо Эриксона. Но на море все это приносило мало пользы. Море (даже узкие проходы) нельзя было перегородить минными сетями.

Сети, опоясывавшие корабль, опускались под воду только в опасных водах, но они значительно уменьшали скорость хода и маневрирования. Их можно было применять только на стоянках. Поэтому от плавающих мин, разбросанных на морских путях, не было другой защиты, кроме собственной бдительности моряков.

Не было сколько-нибудь надежного средства защиты и против якорных и донных мин. По идее Эриксона против таких мин стали применять контрмины. Это значит, что там, где загражденный минами участок моря был невелик, если речь шла об определенном фарватере, на этом участке перед проходом судов взрывались под водой мины с зарядом в 200–250 килограммов пироксилина.

Взрыв такой контрмины заставлял взрываться все мины противника, прячущиеся под водой на расстоянии около 40 метров. Это средство действовало наверняка, но… у него оказались свои, очень большие недостатки. Прежде всего было необходимо, чтобы противник не мешал работе минеров-подрывников, а это случалось не часто. Затем расходовалось огромное количество взрывчатых веществ. Так, например, чтобы очистить проход длиной всего в одну милю и шириной только в 65 метров, понадобилось бы около семи тонн взрывчатого вещества, а ведь фарватеры приходилось очищать почти непрерывно. Полностью снаряженная контрмина с зарядом в 250 килограммов весила немного меньше тонны и была довольно громоздкой. Чтобы орудовать такой громоздкой тяжестью, приходилось затрачивать много времени и усилий. И очень часто вся эта масса взрывчатого вещества и ценных материалов, из которых изготовляли контрмины, расходовалась напрасно. Ведь нельзя было заранее точно и наверняка знать, весь ли проход загражден минами или только часть его. Все равно приходилось проверять все подозрительное пространство. И поэтому перед изобретателями была поставлена новая задача – найти более совершенные средства борьбы с минами, такие средства, которые бы сначала нащупывали, обнаруживали мину и затем уничтожали бы ее или помогали бы ее уничтожить. Много всяких интересных устройств предлагали изобретатели. Особенно отличались на этом поприще русские минеры. Так, лейтенант Емельянов в 1883 г. предложил применить против мин гигантские подводные ножницы, которые захватывали и перерезали минрепы якорных или кабели донных мин. Это противоминное средство было принято на вооружение флота. Но и оно оказалось мало действенным. Очень скоро другой офицер русского флота предложил новое средство борьбы с минами – трал, который захватывает и либо вытаскивает на поверхность, либо вовсе «срезает» мины. И до этого изобретатели комбинировали в одно целое почти все уже испытанные до того времени зацепляющие, подрезающие и подрывные устройства, но все же не получали хороших результатов. Трал оказался наиболее практически пригодным средством борьбы с якорными минами.

Постепенно, один за другим устранялись его недостатки. Пока не было особенно крупных столкновений на море, улучшение тралов и всего дела борьбы с минами – траления – шло медленно. Но русско-японская война 1904–1905 гг. и особенно первая мировая война подвинули вперед дело траления. В наши дни применяются различные виды тралов для борьбы с якорными минами.

Против донных, станционных, якорных мин, поставленных противником у своих берегов, нельзя было применить никаких средств предварительной очистки водного района. Противник бдительно охранял эти заграждения. Кроме того, обычно якорные мины оставались в некоторых случаях и после траления участка. А иногда противник успевал незаметно снова заградить минами протраленную площадь. В пути следования кораблям всегда приходилось ожидать опасных «сюрпризов», быть настороже. Поэтому трал приспособили для непосредственной защиты корабля, сделали трал принадлежностью его собственной противоминной защиты, его охранителем. Это – активная защита корабля. А большие боевые корабли (линейные корабли, тяжелые крейсера) стали строить с так называемыми противоминной защитой и утолщениями (их еще называют «булями» или «блистерами»). Это – пассивная защита корабля, которая только отдаляет центр взрыва от жизненно важных частей судна. Кроме того, попрежнему эти корабли защищаются на стоянках сетями, спущенными под воду. И, наконец, против появившихся в конце первой мировой войны и особенно показавших себя во второй мировой войне магнитных и акустических мин изобрели особые тралы. Это – специальные устройства, которые или вовсе предотвращают взрыв магнитной мины, или заставляют ее (или акустическую мину) взорваться преждевременно далеко от корабля.

Обо всех этих противоминных средствах, об их устройстве и применении рассказано ниже.