Текст книги "Попаданка под прицелом (СИ)"

Автор книги: Женя Сталберг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)

Глава 79.

***

Четыре дня спустя

Проснулась я в пустой лачуге. Не то чтобы это неожиданно, но всё же разочаровывающе. Словно тому прекрасному сну не судьба сбыться. Николас служит, он приходит по ночам лишь проверить меня, ему нужно возвращаться днём, чтобы ещё больше не встрять в неприятности. Пора бы привыкнуть просыпаться в одиночестве.

– У вас с Артуром пунктик насчёт колки поленьев? – прислонилась плечом о дверной косяк, приятно удивлённая его присутствием. – Или это чисто военная привычка?

Ник оглянулся:

– Что-то вроде того!

Кажется, мужчины просто-напросто нуждаются в какой-то работе, лишь бы не бездельничать.

– Что ты здесь делаешь? Ты говорил, что не собираешься дезертировать.

Николас расплылся в улыбке довольного кота:

– А я не дезертировал. За год у меня накопились увольнительные, на некоторое время я свободен.

Теперь уже я просияла:

– Правда? Ты это сделал ради меня?!

– Не только ради тебя. – он приблизился и взял меня за руку. – Ради себя тоже. Я должен защищать тебя. Только так я сохраню свой рассудок.

Его слова достигли сердца, и оно затрепетало. Взгляд смотрел прямо в душу. У меня перехватило дыхание. Возможно ли любить настолько сильно, чтобы ощущать это каждой клеточкой своего тела? Я готова всю жизнь смотреть в омут его глаз. Готова держать его за руку так же, как и он меня сейчас, всегда.

Не могу понять, когда мы успели так сблизиться?! Когда стали родными друг другу настолько, что теперь не можем представить будущее без пары своей души?

– Когда ты должен вернуться? – в ответ на его трогательные слова я спрашиваю самый глупый вопрос.

Разве правильно сразу думать об окончании этого счастливого времени, когда мы принадлежим друг другу?

Впервые нас не разделяют: ни военные чины, ни товарищи по службе, ни помолвка, ни болезни и ранения, ни даже враги.

– Пять дней. – сказанное словно гром среди ясного неба обрушилось на мои хрупкие плечи.

– Пять дней… – повторила шёпотом, словно марионетка.

Пять дней рая, а затем ад. Снова эта неизвестность. Снова это бездействие. Больше я не хирург в дивизионе. Я не могу одна из первых встретить его на пороге лазарета, не могу подслушать, что происходит. Не могу быть рядом, если что-то случится. Это знание уже причиняет боль.

– Откуда это?! – кинула взгляд на мешок с продуктами у крыльца, чтобы перевести тему разговора и скрыть своё разочарование.

– Сходил на рынок, – пожал плечами Ник. – Нам это понадобится.

– Это точно. Заноси внутрь, в доме шаром покати, я что-нибудь приготовлю.

Старший унтер-офицер поставил мешок на стол, а сам уселся на единственный табурет.

– Ты исцелила Артура?! – внезапно посерьёзнел он.

Непривычно смотреть на него снизу вверх.

– Это не совсем так, исцеление подразумевает полное восстановление тканей. Но да, – поспешно добавила я, замечая его убийственно-скучающий взор. – Ты не рад?

– Почему же… Нет… Я рад, что Артур выздоровел. Просто тебе нужно быть осторожнее и не показывать свой дар. Тебя и так ищут за шпионаж, не хватало ещё, чтобы устроили охоту на ведьм. Мы оба прекрасно знаем историю, это ещё никогда хорошо не заканчивалось.

Я положила ладонь ему на плечо в невинном успокоительном жесте:

– Я оставила ему шрам, никто ничего не заподозрит, Ник. Я была осторожна.

Его рука накрыла мою. Тёплая, поддерживающая, крепкая. Прикосновение утешило меня. Нежность мужчины как бальзам на душу.

– Хорошо, я согласен. Никто не догадывался, что с ногой Артура всё так просто. Он не признавался ни мне, ни даже жене.

Я приступила к изучению продуктовой сумки.

– А теперь можешь накормить меня своим вкуснейшим пирогом.

Глава 80. Начало ничего

Лили

Вот чёрт!

Проспала! А если старший врач узнает?

Я мигом пролетела несколько лестничных пролётов, тропинку от мужского общежития к хирургическому лазарету.

С тех пор как Артур в последний раз отправился на линию огня, наши отношения были заморожены. Я всё понимала: его близкие товарищи погибли, он чуть тоже не умер, был тяжело ранен. Я пыталась быть терпеливой, помогала, чем необходимо, но он отвергал мою помощь. Гордость ему не позволяла.

Я слышала разговоры других женщин. Видите ли, таким сильным, крепким мужчинам трудно признаться миру, что они потеряли часть этой силы. Для них это как потерять достоинство. Однако меня это обижало. Ведь я его жена. Какая гордость, какое достоинство?!

Всё изменилось несколько дней назад, когда доктор Баерт каким-то чудом помогла ему. Постепенно боли исчезли, и он перестал хромать. В тот день он впервые за долгое время завалился ко мне в комнату и не дал слова сказать!

Мне понравились его пыл, страсть и желание. От одного воспоминания мурашки по коже.

После того как его ранили, он стал холодным, отстранённым и даже нервным. Мои нежные и чуткие знаки внимания стали восприниматься как жалость. Любовь, что заполняла сердце, заменила боль и обида.

Я боялась, что близость между нами ещё не скоро случится… Боялась, что эти ощущения для нас навсегда потеряны. Но нет. Мы как будто снова стали новобрачными, искры летят от одних взглядов. Прикосновения разжигают внутри пламя. Давно я не ощущала таких ярких чувств. Однако вместе с этим пламенем, пришёл и страх, сжигающий душу.

Как бы это ни было ужасно, в глубине души я надеялась, что травма Артура убережёт его от войны. Надеялась, что он уйдёт с почестями. Не посмертно, а при жизни. А теперь я должна вновь ощущать этот ужас каждый божий день! Должна вновь научиться жить с этим едким чувством.

Я не могу перестать чувствовать внутри ненависть. Злость к ней. К доктору Баерт.

Я ужасный человек. Она спасает жизни, она спасла моего любимого, она талантливый хирург, добрый человек, самоотверженный. Это заставило меня ощущать стыд и отвращение к самой себе.

Я затянула на лице повязку, пытаясь разглядеть происходящее в хирургическом лазарете. Всё как всегда, за исключением раненых: в последнее время их гораздо меньше. Точнее, их нет вовсе. Из-за карантина наш дивизион избегали, позволяя сосредоточиться на болезни. И это позволило нам всем выжить.

– Лили!

– Утро доброе… – пробормотала себе под нос, ещё загруженная палитрой чувств.

– Тебя вызвали наверх.

– Наверх?! – сдвинула брови. – Приехали лекарственные травы, которые заказывала доктор Баерт?

Рядовой пожал плечами.

Конечно, он ничего не знает…

Я направилась на второй этаж. В какой-то момент я ощутила что-то странное, необъяснимое. Наверняка так ощущается плохое предчувствие, однако я не могла точно предположить, чего точно оно касалось: меня, мужа или дивизиона.

В конце коридора подозрительно шептались два военных. Я засмотрелась на них, словно хотела прочитать по губам, узнать, что их так волновало, но моего плеча коснулись, и я шарахнулась в сторону.

– Лили Веллингтон?! – переспросил мужчина офицер, возвышающийся надо мной.

– Д-да, – не знаю, что заставило мой голос дрожать.

Незнакомец не очень сильно похож на местного, в его глазах не видно доброты, в них будто что-то тёмное.

– Я фельдфебель Матиас Верховен. Веду расследование по поиску беглянки Элины Баерт. Уделите мне время.

– Но я уже сообщила, что знала… Мы с ней только работали, я ничего о ней не знаю…

– Вы знали, что старший унтер-офицер Николас Эльсен взял отгулы с сегодняшнего дня? Вам не кажется странным, что через несколько дней, как начали искать его любовницу, он решил взять выходной.

– Насколько я знаю, месяц назад он брал отгул ради своей невесты, дочки генерала. Кажется, её зовут… Инесса Ванхуф. Потому, если бы старшему унтер-офицеру и понадобились отгулы, так это только ради неё… – попыталась отвлечь и отстраниться.

Я специально не назвала друга мужа по имени. Намеренно держу себя так, что нас ничего не связывает.

Я надеялась, что фамилия генерала остудит пыл фельдфебеля, но очевидно, у меня это не получилось. На его лице ни единый мускул не шевельнулся.

– Уверяю вас, это устаревшая информация. Их помолвка расторгнута, и вы это… – его речь прервала дверь, которую открыла Хелен.

Девушка покинула кабинет дивизионного врача, последняя последовала за своим помощником.

– Прошу прощения, мне нужно поговорить с подполковником. Меня вызвали…

– Здравия желаю, подполковник! – гучно проскандировал мужчина.

Женщина резко обернулась с Хелен. Последняя расширила глаза, первая не подала вида, что она удивлена или знакома с ним.

– Вольно, офицер.

– Прошу отлучить у вас сестру милосердия на допрос.

У меня заледенела кровь в жилах.

– По какой причине? – вздёрнула она чёрную бровь.

– Поиск доктора Элины Баерт. Генерал приказал.

Я думала, за меня будут бороться, за меня заступятся, но нет…

Дивизионный врач безучастно кивнула и направилась мимо нас. Чувство предательства, как ведро ледяной воды, опрокинулось мне на голову. Я задрожала. Я не понимала, что мне делать. Убежать невозможно. Попросить позвать мужа? Кричать о своих правах? А разве это не вызовет ещё больше подозрений?

Мне только оставалось наблюдать пустым взором, как подполковник и Хелен покидают коридор, и стоять не шелохнувшись. Мне отчего-то казалось, что любое моё движение оценивается с подозрением, будто может выдать меня и мои мысли.

Пальцы мужчины сжались на предплечье, словно кандалы, и меня, как марионетку, повели ко второй лестнице. Я пыталась внушить себе, что меня ждёт неизвестность, но это лишь ширма. Понятно лишь одно: мы зря с Артуром ей помогли.

.

.

________________ *Фельдфебель – воинское звание и должность унтер-офицерского состава в армиях России и некоторых других европейских государств. Примерно соответствует званию старшина в советских и российских Вооружённых Силах.

Глава 81. Оковы прошлого

Элина

– Я готов проводить так каждый вечер всю свою оставшуюся жизнь. – тихо высказал свои мысли Ник, отчего лицо и шея налились румянцем.

Мы устроились с Николасом на полу около очага, где мы расстелили все матрасы и одеяла. Огонь с очага согревал и не позволял холодному воздуху нас кусать. Кровати слишком малы и неудобны для нас обоих, а мы желали быть ближе друг к другу.

Я приготовила мясо по-фламандски с секретным соусом. Это моё любимое блюдо с двенадцати лет, когда я перестала есть много сладкого по предостережению отца. Густой вкус достигается путём добавления в мясо за пятнадцать минут до готовности помазанной горчицей хлебной мякоти.

– Я тоже… – тяжело вздохнула.

– Тебе здесь опасно оставаться. Я нашёл другой дом, подальше от дивизиона, – он запил пищу молоком, мои глаза проследили за движением его кадыка.

– Как далеко? Мы не сможем видеться?

– Это ради твоей безопасности, Элина. Я говорил тебе, что скоро всё закончится.

– Но как скоро, Ник… – у меня перехватило дыхание.

При мысли, что мне придётся жить где-то вдали от него, и ждать встречи, которая неизвестно когда случится, – невыносимо. Николас надеется, что войне скоро придёт конец, но это всего лишь неизвестность, которая нас отдалит друг от друга.

– Мы должны быть терпимы. Это ради твоего блага.

– Я знаю, но…

– Элина, – его мозолистые пальцы коснулись моей руки, заставляя замолкнуть. – Давай не будем омрачать этот вечер разговорами о нашем расставании?!

Ник наклонился, его рука нежно прижалась и обвилась вокруг челюсти и затылка.

Наши губы соединились в затяжном поцелуе.

– Мы справимся. Обещаю, – прошептал он в губы, целуя меня вновь. Однако тёплая волна внутри резко сменяется жгучей, леденящей жилы, когда громкий треск пугает настолько, что мы оба дёргаемся и подпрыгиваем, отстраняясь друг от друга.

Лачугу за секунду наполняет холодный, влажный воздух. Мурашки пронзают кожу, как иголки.

Двери выломаны, щепки валяются у порога, пять мужчин впиваются в нас с широко раскрытыми глазами. Может, незваных гостей даже больше.

– Доктор Элина Баерт?! – орёт грубый мужской голос.

Николас подскакивает и закрывает меня всем своим телом.

– Что вам нужно?

Я не успела моргнуть, как военные проникли в хижину.

– Отступите, старший унтер-офицер – это приказ! Ваше начальство обратилось к нам за помощью в восстановлении данных. Нам требуются ваши документы, если вы не в силах их предоставить, нам придётся вас задержать.

Мы переглянулись с Ником, когда он оглянулся через плечо. В его взгляде лишь ужас.

– Вы не понимаете! В стране война! Доктор Баерт получила сотрясение, у неё была амнезия! – пытается защитить меня любимый.

– Если бы Элина Баерт, по нашим данным, была рождена в королевстве Бельгия, мы бы нашли какие-то данные. Старший унтер-офицер, прекратите сопротивление! Этой женщины не существует!

Неизвестные мужчины в военной форме без разрешения проникли в дом, отпихнули Николаса в сторону и заломили руки настолько, что он с шумом упал на колено, отчего он зарычал.

– Нет! Не трогайте его! – лающе взвизгнула я.

– Не сопротивляйтесь аресту! – передо мной возник офицер и взял меня под руку. Крепко, чуть ли не до боли, чтобы и шагу без него не ступила.

– Элина! Ничего не бойся! Ты ни в чём не виновата! Помни об этом!

Ник из кожи вон лез, чтобы отделаться от солдат, что скрутили его, но от каждой его попытки становилось лишь хуже. Товарищи по службе ему не дадут. Его руки скручивают до боли, из-за чего он опустился на колени, бросая проклятия.

– Мы вынуждены вас задержать до точного выяснения вашей личности. Следуйте за нами и не сопротивляйтесь.

– Нет! Это какая-то ошибка! Отпустите её! – подался к нам навстречу Николас. На его лице неподдельный страх, в глазах – пламя ярости. Даже представить не могу, каково ему сейчас. Он сделал всё, чтобы защитить меня, а теперь не может ничего сделать. Его ладони сжались в кулаки, что аж костяшки побелели. Однако его руки держали по бокам, другой захватил его шею сзади, отчего он упал на пол.

– Она спасает жизни, да как вы можете?! – шипел он, пока его стискивали со всех сторон.

– Она угроза нашему королевству! Мы делаем свою работу! А вы старший унтер-офицер, – чуть ли не выплёвывает фразу солдат по мою левую руку. – Будьте благодарны, что за вас замолвила словечко дивизионный врач, не то и вас арестовали бы за сокрытие врага королевства! – отрезал мужчина и направил меня к выходу, прочь от убежища.

Я всхлипнула и прокричала, пока есть возможность:

– Николас, пожалуйста! Не сопротивляйся! Ты только навредишь себе!

– Нет! Элина! Ничего не бойся! Я найду твою семью! – голос Николаса надломился. Его глаза горят, и зрачки дико метаются.

Какую ещё семью он собирается найти?

У меня здесь нет никакой семьи. Если бы род Баертов был, военные бы нашли хоть кого-то. Меня запрут в какой-нибудь тюрьме, и так закончится наша история.

– Послушай свою подружку, офицер, – послышалось, когда меня толкают наружу.

Мне больно видеть его поверженным, на полу с заломленными руками. Больно видеть его отчаяние. Это разбивает сердце на миллионы осколков.

Всё по моей вине. Вместо того чтобы стать его гордостью, я стала пятном на его репутации. Вместо того чтобы продолжать спасать его товарищей, я сбежала как трусиха.

Я едва сдержала, рвущийся изнутри, всхлип. Он всегда помогает мне, всегда на моей стороне, мне требовалось больше ценить его и проведённое вместе время.

– Ничего не делай! – кричу я, когда меня выволакивают из хижины.

Если он продолжит сопротивляться, ему навредят. Хоть кто-то из нас должен продолжить выполнение своих обязанностей.

Глава 82.

Николас

Последнее, что я видел, – как маленькую, хрупкую женскую фигуру выталкивают из здания силой.

Последнее, что я чувствовал, – это неописуемый гнев, глядя на ужас в глазах возлюбленной.

Мне заломили руки настолько, что они до сих пор ноют. Жар ярости не перестаёт гореть в груди, но это даже к лучшему. Кажется, я готов взорваться и забрать за собой весь мир, чтобы уничтожить любую опасность, лишь бы Элине никто не посмел навредить. Жаль, что это невозможно.

Меня вырубили сразу. Кто-то ударил меня по затылку, отчего голова до сих пор раскалывается.

Впервые в жизни я ощущал себя таким бесполезным и сломленным. Не смог защитить возлюбленную – такое даже в страшном сне не мог себе представить.

Ужас сковал всё в груди, что дышать невозможно.

Я не желал терять время, моё присутствие в дивизионе ничем не поможет Элине, потому рванул сразу же в ближайший королевский архив. От меня там будет куда больше толку.

Я надеялся и только. Хотя, если мои товарищи не нашли данных об Элине, моя попытка окажется тщетной, а время пропадёт зря. Тем не менее, я не могу бездействовать. Не могу просто так сидеть на одном месте.

Что-то мне подсказывает, что что-то неладно. Меня одолевали всякие предчувствия. Я мог бы предположить, что она могла быть за врагов, однако, перед тем, как она потеряла сознание в день нашей первой встречи, на ней была форма наших медиков, а не противоположной стороны.

Меня удивляет, что никаких следов её существования не нашли. А семья?! Неужели у неё и семьи нет?! Есть, а как же! Элина сама рассказывала мне о своих родителях.

Вдруг, у неё имя другое, или она назвалась вторым именем? Фамилией второго родителя…

Я мигом взлетел по ступенькам и распахнул дверь, которая под натиском задребезжала, поскольку на уровне лица там находилось стекло, занавешенное маленькими почерневшими шторками.

– Молодой человек! – взвизгнула зрелая женщина с ярким макияжем у стойки справа.

– Прошу прощения! – я оглядел коридор, обитый деревянными досками одинакового оттенка с паркетом.

Незнакомка негодующе встряхнула головой с пышной чёрной гривой. Короткие волосы не шелохнулись, в отличие от огненного взора, что мне так напомнил мой собственный. Она одета в скромное женственное платье, которое прикрывало каждую частичку её тела. Я на секунду задумался, что только раз видел Элину в платье, и то потому, что ей приказали пойти на свидание к генералу.

Она настолько была сосредоточена на помощи другим, что даже не успевала пожить сама.

Знаю, во время войны об этом не стоит волноваться, но меня это отчего-то беспокоит.

– Мне нужно найти данные об одной девушке. Срочно. Это вопрос жизни и смерти.

– Что за девушка?

– Наверное, недавно с вами уже о ней говорили: Баерт. Элина Баерт. Нужно доказательство, что она была рождена в королевстве Бельгия.

– Не помню, чтобы кто-то обращался к нам о такой… – она погладила ладонью огромный раскрытый журнал с пожелтевшими страницами и исписанными строчками.

– Может, вас заменял кто-то другой…

– Вообще-то нет. Архив, знаете ли не такое востребованное место как библиотека, молодой человек.

Женщина встала из-за стойки.

– Идёмте, найдём вашу… Эм… Как вы сказали?

– Элина Баерт. Или просто семью Баерт. Есть ли такая, из какого города…

– Хорошо.

Мы прошли дальше по коридору и завернули в помещение с высокими комодами. В правом верхнем углу каждого находится год и буква.

– А вы знаете, какого она года рождения?

– Она… – я запнулся.

Как я могу этого не знать?! Почему не спросил, когда была возможность? А если бы спросил, ответила бы она? Может, она сама не помнит.

– Ей от двадцати четырёх до тридцати лет.

– Тогда начнём отсюда… – махнула рукой женщина, когда мы приблизились к надписи: “1895 – Б”.

Я со всем энтузиазмом приступил к поискам.

1895 – Б – пусто.

1894 – Б – пусто.

1893 – Б – ВОТ ОНО!

– Нашёл! Баерт! Элина Грейс Баерт!

Женщина облегчённо вздохнула:

– Ну и славно! Я запишу вас в список посетителей.

– Только быстро!

Я пробежал глазами по архивной карточке.

Вот. Живёт неподалёку от Намюра. Отец – Сенн Баерт, слишком стар для службы, а возможно, уже и вовсе мёртв, мать – Моуд Баерт. Ни сестёр, ни братьев. Как так получилось, что военные арестовали Элину, если род Баертов живёт на земле королевства Бельгия? Да ещё и неподалёку от штаба. Вероятно, кое-кто из наших общих знакомых и не хотел, чтобы её нашли?

“Генерал” – всплыла догадка в голове, словно гром среди ясного неба.

По спине прошёл холодок.

Т еперь понятно, что происходит…

Элина говорила, что видела его, значит, так оно и было? Не важно. Я должен привести хоть одного из родственников, чтобы доказать правдивость найденных документов. Я не должен оставлять ни единой лазейки!

– Запишите меня как Николас Эльсен. Я верну бумаги, как только всё разрешится!

Работница архива кричала мне ещё вслед, что она должна сама предоставить документы, переписать и поставить печать. Однако меня уже было не остановить.

Глава 83. Пыточная

Элина

Меня привезли не к десятому дивизиону, а куда-то в другое место. Всё внутри сжалось в тиски, когда в окно показалось незнакомое здание. Отчаяние заставило меня потерять всякую надежду.

Никто меня не спасёт. Да и как, когда не знаешь, где человек находится?

Да, я попросила Николаса ничего не делать, но, как бы мне ни было стыдно это признавать, в глубине души я желала, чтобы он нашёл меня, вызволил, защитил мою честь. Не знаю, как бы он это сделал, нашёл бы Баертов с этого времени или мира. Но что бы это дало? Неизвестная Барт, которую семья не узнаёт? Это бы ещё больше всё усложнило.

Все мысли выбило из головы, когда меня завели в помещение без окон, и взгляд наткнулся на один единственный металлический стул, прикрученный к полу, и стол поблизости. На поверхности последнего лежали три вещи: верёвка, плотная ткань и ведро с водой.

Грудь затянуло льдом, да так, что перехватило дыхание. Я смотрела фильмы и знаю, как с помощью этих предметов пытают людей. Человека привязывают к стулу, опрокидывают голову, накидывают ткань на лицо и заливают водой, пока не расскажет всё, что знает. А иногда больше. Чтобы прекратить мучения, пойдёшь на всё, и даже признаешь вину.

– В-вот так, значит, вы выясняете мою личность? – мой голос предательски задрожал. Впрочем, как и всё моё тело.

В горле пересохло. Ужас ощущался на языке металлом. Адреналин зашкалил.

Что сейчас со мной станет? Я буду вновь и вновь захлёбываться водой, пока не потеряю сознание или умру?

Почему всё так обернулось?

– Кто здесь у нас? – прогромыхал знакомый мужской голос с издёвкой и наигранной вкрадчивостью.

– Здравия желаем, генерал! – пара военных резко обернулись и отдали честь Ванхуфу.

Я тоже повернулась на ватных ногах, уже понимая, кого увижу.

Думала, он будет усмехаться, но нет, он серьёзен.

– Беглянка, генерал! Элина Баерт.

– Я сам ею займусь. Все бумаги по этому делу уничтожить!

– Есть, генерал! – офицеры отдали честь и поспешили удалиться.

Вскоре остались лишь мы. Я, Герман Даур Ванхуф и пыточный стул со столом.

Я сглотнула, зыркая на верёвки и тканевой мешок.

– Ступай за мной, Элина. – тихо проговорил он, круто поворачиваясь на сто восемьдесят градусов.

Я нахмурилась, но всё же поспешила побыстрее покинуть пыточную. Сейчас я, правда, готова на всё, лишь бы не оставаться здесь и лишней секунды. От этого места мороз по коже. Я словно могу слышать в здешних стенах былые стенания.

Когда мы покинули здание, Ванхуф повернулся и внимательно посмотрел на меня. Будто прошлых обид и не было. Словно мы всего лишь бизнес-партнёры:

– Мы поедем ко мне. Я тебе покажу то, что планировал показать в тот вечер. Ты станешь врачом моей семьи, и никто тебя не тронет. Со мной ты неприкасаема.

Шестерёнки в моей голове медленно перемещались, пока я не выдохнула:

– Вы намеренно это сделали?! Заставили думать, что меня запытают до смерти?!

– Я предпочитаю пряник, нежели кнут.

– Это по-вашему пряник?! Да я чуть инфаркт не получила! И после этого вы хотите, чтобы я лечила вас и вашу семью?! Вы самое настоящее чудовище! Это психологическое насилие, я буду жаловаться!

– Ты никому не пожалуешься. И хватит устраивать сцену! – прошипел он, наклоняясь к моему уху. – Я сказал, что предпочитаю пряник, но если понадобится, сменю тактику, и даже ручки не придётся пачкать, у меня достаточно людей.

Я гневно вдыхала и выдыхала, пока грудь резко вздымалась, чтобы успокоиться. К сожалению, это не очень помогло.

По какой-то причине, другим военным я всегда боялась дерзить, а ему нет. Не знаю, кто меня за язык всё время тянет рядом с ним. Мне так и хочется его чем-то уколоть, пусть и знаю, что сама себе хуже сделаю.

Рядом послышался двигатель, и прямо перед нами остановилась высокая военная машина.

– Садись. – без лишних обиняков велел генерал и занял место на переднем сидении, даже не удосужившись проверить, последую я за ним или нет.