Текст книги "Роза на прощание или Отец предатель (СИ)"
Автор книги: Женя Сталберг
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)
Глава 21. Ощущение
Прошло несколько месяцев, как моя нога в последний раз ступала за порог запасной тётиной квартиры, где она проводила сеансы для своих клиентов. Естественно, в этот раз всё было иначе. Входная металлическая дверь коричневого цвета оказалась опечатана яркой жёлтой полицейской лентой, при виде которой я сразу сжалась. Даже тело предвещало что-то ужасающее для моего сознания. Так оно и будет, если замечу хотя бы одну капельку крови… Просто-напросто не выдержу такого зрелища… Поэтому сразу же схватилась за рукав рядом стоящего мужчины.
– Фред, я… Не смогу… – Голос вдруг осип.
Во рту пересохло, словно в организм несколько дней не поступало жидкости. Дыхание спёрло, будто не в силах совершить и единого глотка воздуха.
Теперь, когда близок момент увидеть место постоянного пристанища Малии без неё самой, я сдрейфила. Всё становится более реальным, чем ранее, когда я могла всё-таки в глубине души понадеяться, что это всё глупая ошибка. Она жива, и где-то в неведении попивает свой любимый ромашковый чай. У тёти часто бывала бессонница, поэтому она привыкла ежедневно пить этот горячий напиток. Мало кто знает, что ромашка хорошо успокаивает разум, а не только полезна для желудочно-кишечного тракта. Впрочем, у такого чая множество целебных свойств, включая противовоспалительный эффект.
– Не бойся, Роза, ничего страшного ты здесь не увидишь.
Слова Фреда меня чуть успокоили, из-за чего плечи расслабились и руки плетью упали. Пока патрульный небрежно стаскивал ограждающую ленту с двери, я набиралась храбрости войти, совершая глубокие медленные вдохи и выдохи, считая про себя до десяти. Тётя говорила, что психологи советуют такую дыхательную технику часто, чтобы быстрее прийти в себя. Это помогло. Но не так чтобы полностью забыть о тревоге, лишь восстановить дыхание.
Открыв двери, нас встретила тьма, через которую ничего не увидишь. Поэтому я поспешила клацнуть выключатель, что озарил широкий коридор мягким ненавязчивым фиолетовым светом. Другого на работе у Малии нет. Окна все зашторены плотной чёрной тканью, не пропускающую свет. Декоративные бусины, навитые на нити и расположенные по всей квартире, блестели от ненавязчивого света. Раньше, когда я в них всматривалась, думала, что чёрные бусины олицетворяют тьму, а отблеск внутри них – свет. Поэтому вспоминала популярное в наше время выражение: «без тьмы не может быть света». Теперь же мне не хотелось их разглядывать. Впрочем, все окружающие меня предметы напоминали о Малии, от чего становилось больно.
Осознавать свою бесполезность было ещё мучительней. Тётя несколько лет помогала полиции в расследованиях, с помощью своего магического дара. Мне же достались какие-то крохи… Я ничего не чувствую, находясь на месте преступление, кроме, конечно, тоски и грусти по усопшей… Из-за чего разболелась голова.
Мы с Фредом дошли до рабочей комнаты Малии, где гадальных атрибутов было гораздо больше чем в коридоре, в котором находилось всего парочка. Например, веточка можжевельника на пороге квартиры от злых умыслов. Но, судя по всему, в данном случае она никак не помогла.
Помещение словно застыло, в ожидании своей хозяйки, обладающей магическим даром. Но мы с патрульным знали, она больше не придёт, и не вознесёт свои руки над хрустальным шаром, в попытке что-то разузнать у душ усопших людей.
Вот только магия рабочее место медиума не оставила, в отличие от самой хозяйки помещения. Из-за чего волосы на руках встали дыбом, а зыбкие мурашки пронесли мороз по коже.
– Что-то чувствуешь!? – Полюбопытствовал парень, взглянув на меня.
– Печаль!?
А чего он ещё ожидал, когда предложил привести меня сюда!? В место, где погибла моя тётя, кровиночка, которая оберегала меня, и заменила мать. С самого детства, Малия хотела, чтобы я знала о своей матери, чтобы память о ней не угасла. Поэтому настояла, чтобы я её кликала тётей, как оно есть на самом деле. Внутри мне не чувствовалось обиды на неё, лишь благодарность и понимание окутывало нутро в такие моменты. Лишь потом, когда повзрослела, осознала, что не я одна кого-то лишилась, а Малия тоже. Для неё моя мать была старшей сестрой. Мудрой, совестной, умной, совершенной и очень доброй.
Тётя часто рассказывала истории: о маме, о их совместном детстве, как они по-сестрински спорили по пустякам и дразнили друг друга. Как они обижались, а затем смиренно со слезами на глазах мирились, сцепив свои мизинцы. Как учили друг друга своими премудростями или же обменивались заклинаниями, найденными в старых потрёпанных книгах. Последние искали в библиотеках, и радовались как дети, когда находили что-то эдакое. Конечно, в библиотеках хранятся множество экземпляров, но поистине винтажные книги редко сохраняются или же общественно доступны, поэтому их нахождение воспринималось как чудо.
Рассказы Малии заменяли сказки, которые обычно ведают детям перед сном. Они были прекрасны, и являются лучшими моментами моего детства. А может даже лучшими мгновениями всей моей жизни. Я по сей день вспоминаю эти тёплые домашние вечера, когда мы лежали на одной кровати, с выключенным светом, и тётя тихонько шептала свои воспоминания прошедших лет.
Мне нравилось, как Малия говорила о маме. Каждый раз, когда она упоминала о ней, на её устах играла ласковая и порой слегка уловимая улыбка. В такие минуты глаза рассказчицы наполнялись призраками прошлого, и она словно погружалась в приятную ностальгию.
Хотелось бы, чтобы у меня имелись хоть какие-то воспоминания о матери, кроме истории о ней. Но теперь даже тёти нет, чтобы рассказать…
– Прости, я думал, что ты что-то почувствуешь или увидишь…
Я промолчала, и прошла дальше, вглубь комнаты, в сторону книжного стеллажа.
Всё было как обычно, все предметы на своих местах. Ничего необычного, что могло привлечь внимание. По крайне мере моё. Я не сыщик уж точно. Это работа моего отца, а не моя… Сейчас же он лежит в больнице, потому что в него стреляли. Во что до сих пор, кстати говоря, поверить не могу. Мне хотелось помочь ему и Фреду, но никак не могла это сделать. Ведь я лишь девчонка, которая ни в расследованиях, ни в магии, ничего не смыслит.
Рядом стоящему парню требуется поумерить свой пыл. Но, думаю, он и так понял, что достаточно сильно переоценил мои способности, которых на деле вовсе нет. С чего он вообще взял, что у меня получится? Странный парень.
Голова всё больше начинала болеть, из-за чего захотелось покинуть душное помещение, и выйти на свежий весенний воздух, чтобы проветриться и вздохнуть полной грудью.
– Посмотри сюда, помниться ты говорила, что мисс Гвинелли приснились четыре карты таро, вот она Смерть, какие ещё три!? – Уточнил парень, надевая перчатки, чтобы взять в руку улику.
Я не была шокирована от увиденного. На столе покоились те же карты таро, что и увидела в своём сновидении тётя. Луна, Башня, Девятка мечей и Смерть. Они все здесь.
– Да это они. Именно эти карты таро видела Малия. – Ответила на так сильно волнующий вопрос Фреда. Тот расширил глаза в изумлении.
– Значит, она предвидела свою смерть!? Феноменально! – Взволнованно вспыхнул патрульный.
Что с того!? Тётю не вернуть… Этот расклад таро ничего не даёт.
– Раскрытие тайны приведёт к моменту, что словно гром среди ясного неба принесёт сомнение и бессонницу. Но при этом, насколько бы ни были все эти события шокирующими или нежеланными, жизнь изменится в лучшую сторону…
– О чём ты говоришь!? – Недоумевающе посмотрел на меня Фред.
– Значение разложенных карт поочерёдно. Я, конечно, не специалист, но приблизительно так оно и есть.
– Да!? Интересно… Нужно подумать…
Брови парня сложились, поэтому образовалась меж ними глубокая морщинка. Когда патрульный хмурился вот так, обычно что-то усиленно обдумывал, из-за чего начинал выглядеть гораздо старше своих лет. Мудрее, умнее и даже мужественнее на вид.
– Голова болит…
– Да, у меня тоже…
Боль всё усиливалась, из-за чего думать уже не могла. В затылке словно образовалось множество маленьких иголок, которые беспрерывно пульсировали. Карта Смерти упала из моих рук, которые тоже были облачены в одноразовые резиновые перчатки. Я не помнила, когда их надевала, и когда взяла в руку карту, но и сейчас это вовсе не имело значения. Потому что перед глазами поплыло.
– Роза, что такое!? Тебе плохо!? – Запаниковал парень, когда подхватил меня под руки.
– Голова…
– Боже… Боже… Что же я наделал!? Я не должен был тебя сюда приводить! – Не переставал причитать Фред, пока выводил меня из квартиры.
Глава 22. Ошибка
Не знаю сколько времени я просидела на ступеньках, под вывеской с яркими фиолетовыми буквами, гласящими: «Загляни в гости к Гвинелли».
Что на меня нашло!?Обычно, я не склонна к внезапным приступам мигрени. Лишь изредка мучила лёгкая головная боль, за исключением последних недель, когда я беспрерывно горевала за Малией.
После кончины родной тёти, я стала более ранимой, подверженной печали, угнетению и злости… Грусть и тоска стали теперь частичкой меня. Случившееся изменило меня, глаза часто останавливались на одной точке, не отрываясь от неё, будто в ней есть что-то притягательное. В такие моменты в голове становится пусто, словно тебя ничего не волнует. А быть может мир вовсе, исчезает. Но это лишь дымка. Поскольку это признак пустоты, развивающейся в глубине израненной смертью Малии души…
Я была так сосредоточена своими мыслями, что совсем не заметила, как патрульный сел около меня, и нежно коснулся спины. Такое невинное действие утешало, казалось, даже, забирало остатки до сих пор ноющей от боли головы. Тёплая ладонь кружила по кругу. Тело будто наполнилось энергией, что помогло оторвать свой взгляд от серого и блестящего от яркого света асфальта, и устремить его к Фреду. Подняв голову вверх, глаза тут же ослепило полуденным солнцем, пробивающемся сквозь цветущие ветви вишневого дерева, с бледно-розовыми крохотными лепестками, которые плавно витали в воздухе. Ветер был слабым, не навязчивым, поэтому весенние хлопья медленно, вращаясь и извиваясь направлялись к земле.
Прекрасный вид…
– Как ты!? – Обеспокоенно спросил Фред, поглаживая мою спину. – Ещё плохо!?
– Уже легче…
– Прости меня, я не подумал, что так может случиться… – Взмолился парень.
– Да и как ты мог!?
Я недоумевала. Почему Фред так отчаянно внушает себе, что вина моей головной боли в нём!? И заодно хочет это внушить и мне тоже.
– Твоя головная боль… Ты всё-таки почувствовала её…
– Да, почувствовала, и твоей вины в этом нет, Фред! – Рассердилась на патрульного.
– Ты не понимаешь… Именно так она погибла!
На глаза навернулись горестный поток слёз. Я знала этот факт, так почему так больно это осознавать?
За что убили Малию!? Почему с ней так поступили!? Она же этого не заслужила. Она была замечательным, добрым и сострадательным человеком.
Черепно-мозговая травма, она не могла выжить после такого сильного удара в затылок… Наверняка это был мужчина… Разве женщина может приложить такую силу!?
– Ты не мог знать наверняка, всё в порядке. – Попыталась успокоить своего собеседника.
– Но должен был предположить… Малия часто ощущала причину смерти, но ей никогда не становилось настолько плохо… – Рассуждал патрульный, и в его голосе звучали нотки отчаяния, однако ход его мыслей сбился едва слышным щелчком.
Мы обернулись, и увидели за деревом копну белых волос.
– Эй! Я помню тебя! Ты заноза в заднице! А ну иди сюда! – Вспылил Фред, поднимаясь на ноги. Он уже было ринулся вперёд, но я его остановила:
– Фред, перестань! Она безобидна. Дай мне руку!
– Конечно-конечно.
Парень встал, и подал мне свою большую шероховатую ладонь. Рука оказалась тёплой, а сама хватка крепкой. Он легко потянул меня вверх, словно я и вправду была для него как пушинка. От слабости и дрожи в ногах и во всём теле упала прямо в объятия Фреда, хватка которого лишь усилилась.
– Я отвезу тебя домой! – Поспешил уведомить патрульный.
– Угу. – Лишь и смогла промычать в ответ, пока парень вёл меня к своей патрульной машине.
Фред возился со мной как с ребёнком. Аккуратно посадил в автомобиль, поддерживая голову, чтобы я не ударилась, пристегнул ремень безопасности. Перед тем как закрыть дверь с обратной стороны, он едва уловимо коснулся моего подбородка. С лаской и нежностью. После чего на губах заиграла ласковая улыбка. Снова утешающая разум. При взгляде на патрульного, мне казалось, что всё скоро наладится. Все невзгоды и переживания временны, и требуется всего-навсего подождать того самого момента.
Глава 23. Энергетический вампир
Мне не сразу вспомнился миг, когда моё сознание поглотило сладкой дремотой, а после сновидением. Но взглянув на свою одежду, в которой я спала, всё вспомнилось, из-за чего ленивая улыбка расцвела на лице.
Фред уложил меня в постель, снял обувь и укрыл тонким махровым пледом. Мне была приятна его забота. Парень хоть внешне не выглядел заботливым и ласковым, оказался именно таким… Ещё ни один парень не относился ко мне так…
Улыбаясь как дурочка, довольно уткнулась в подушку, но случайно боковым зрением заприметила что-то странное. Тело внезапно застыло, как у зверька, который опасается хищника. Веки резко распахнулись. Голова медленно бесшумно повернулась, благодаря чему глаза наткнулись на парня, развалившегося на раскладном кресле. Хотя я даже сама не была в курсе, что его оказывается можно разложить…
Я недоумевающе моргала, вглядываясь в сонное лицо парня, одна половина которого находилась в тени, а другая освещалась светом из настольной лампы. Как день и ночь. Только сейчас я поняла, что патрульный выглядит довольно миловидно, когда не хмурится от волнующих его дум. Спокойный и безмятежный лик навевает умиротворение на мою душу. Словно его ощущения передавались и мне тоже. Казалось обыденным, лежать здесь, в собственной квартире, и любоваться Фредом, будто он произведение искусства, размещённое в галерее, в которое я так тщательно вглядывалась, пытаясь найти хоть один его изъян. Последний так и не был найден. Не считая внешних характеристик, которые находились на высшем уровне, парень выбрал благородную профессию. Защищать слабых и ловить преступников. Однако мог выбрать другой путь. Полегче. Менее опасный, и более финансово прибыльный.
Стоп. Что-то мысли ушли совсем в другое русло, а не в то, что требуется. За окном ночь, почему он здесь!? Наверно переживал за меня, и хотел удостовериться, что всё в порядке. Я тихо выпуталась с пледа и прошмыгнула мимо патрульного в ванную. Чтобы хоть как-то проснуться и в конце концов прийти в себя. Стало бы весьма неловко если он пробудиться ото сна и заметит, что я наблюдаю как он спит. Из-за чего тут же решила избежать такого исхода. Однако мои действия в ванной комнате не укрылись от бдительного патрульного, поэтому, когда я покинула тесное помещение, в гостиной уже ожидал он.
Парень сонно взлохматил себе волосы и обернулся.
– Как себя чувствуешь? – Охрипшим голосом поинтересовался Фред, тембр которого показался таким приятным и притягательным.
– Хорошо.
– Точно?
– Клянусь! – С улыбкой ответила я. – Ты голоден?
– Безумно! – Воодушевлённо ответил собеседник, и тем самым вызвал у меня повторную улыбку.
– Надеюсь ты не против вчерашней пиццы? Меня сутки не было дома… – Сконфуженно уточнила я.
– Роза… Я патрульный, вчерашняя пицца меня меньше всего пугает! – Весело проговорил парень, и в конце раскатисто засмеялся.
На душе стало легче от такой неформальной обстановки, которую привнёс Фред своим приятным, словно звон колокольчиков смехом. Патрульный вне своей работы виделся мне ещё моложе, чем раньше. Быть может из-за того, что он расслабился и забыл о своих обязанностях? Однако самой мне не узнать точно…
– Ладно.
Двадцать первый век тоже умеет удивить своей современной магией. Микроволновка сотворила абсолютное чудо с зачерствевшей пиццей, которая стояла на столешнице. Теперь она была сочной, мягкой, от неё исходил вкусный аромат и сноп пара.
– Выглядит вкусно и пахнет также! – Окрылённо заявил Фред.
Так оно и было. Парень быстро уминал кусок за куском, а я только и успевала моргать. Неужели все мужчины настолько много кушают!? Или же патрульный так сильно проголодался, потому что целый день проходил голодным…
– Спасибо, очень вкусно! Ты сама готовила!?
– Не за что! Да, пришлось научиться готовить, потому что у тёти времени на готовку не было.
– Ясно-ясно.
Настенные часы в кухне сообщали пол двенадцатого ночи. Чувствовалось, что патрульный не особо рвался к себе домой, да и самой не хотелось его выгонять на ночь глядя. Тем более он так хорошо ко мне относился, заботился, и как же я могла после всего этого прогнать его прочь!? Поэтому решила на этот раз разрешить ему переночевать.
– Я знаю у тебя много работы… Можешь остаться у меня, чтобы не тратить время на поездку домой.
– Эм… Спасибо! – Обрадовался Фред. – Ты очень понимающая!
Наверно так и есть…
– Правда, у меня нет ничего из одежды, чтобы я могла тебе предложить…
– Зачем? – Недоумевающе спросил парень.
– Пижама.
– Ааа… – Парня словно осенило, и он засмеялся. – Ничего страшного! Обычно я сплю без пижамы… – Двусмысленно уведомил тот, когда плутовато улыбнулся.
– Эм…
Я почувствовала, как к лицу приливает кровь и жар, поэтому в очередной раз порадовалась, что не включила основной свет. Лишь приглушённое освещение от двух настольных ламп, одна из которых размещалась на кухне.
– Шучу, Роза… – Уверил Фред, когда заметил моё смущение, и снова захохотал, но так и не удержался пошутить вновь: – Если одолжишь мне одеяло, то я всё прикрою.
Я закатила глаза с такого уж слишком мальчишеского поведения, однако губы непроизвольно расплылись в ответной улыбке.
– Ладно-ладно! Ты же помнишь, что у меня есть магические силы!?
– К чему это ты клонишь? – Лукаво уточнил патрульный.
– Да так… Хотела удостовериться! На… Всякий… Пожарный…
Громкий озорной смех мужчины разнёсся эхом по маленькой квартирке с плохой звукоизоляцией.
– Ты забавная!
– Я слышу в твоём тоне удивление и сомнение.
– Думал, вы все такие, ну знаешь: «ууууу». – Под конец фразы тон парня стал таинственным, как в детстве детишки друг друга пугают.
– Ты пытался меня напугать!? – Тут уже я звонко хохотала. – Кто я? Экстрасенс!? Ведьма!? Баба-яга!? Если ты забыл, то я тебе напомню, две недели назад этими магическими силами от меня и не пахло.
Фред резко подошел и сделал глубокий вдох над моей головой. Не знаю, что он почувствовал, но сама ощутила приятный аромат парфюма, который по прошествии дня так и не испарился, к этому запаху ещё был примешен едва уловимый мужской. Поэтому не смогла сдержать порыв удовольствия, и невольно закрыла глаза, бесшумно вдохнув большой глоток воздуха так же как и он.
– Не знаю, как пахнут другие экстрасенсы, ведьмы и другие магички, но твой аромат… Приятный… – Задумчиво заметил Фред.
– Сочту это за комплимент! – Ответила патрульному, вздёрнув подбородок вверх, чтобы мы смогли встретиться взглядами.
– Это он и был. – Сказал патрульный, сглотнув, из-за чего его кадык шевельнулся, но быстро вернулся на своё место.
– Ладно.
Я возвратилась к нашим спальным местам, и уставила руки в боки.
– Надеюсь, ты мне объяснишь, как собрать это кресло, потому что я не имею ни малейшего представления как тебе удалось его разложить.
– Хочешь, чтобы я спал с тобой на диване!? – Вскинув брови спросил Фред.
– Что!? – Шокировано протянула я, взглянув на шутника. – Нет, конечно, нет! Скажешь потом. Когда поспишь. Утром.
Парню, видимо, нравилось поддевать меня каждый раз. Из-за чего стоял сейчас довольный как кот и наблюдал за мной, что металась по гостиной то в поисках постельного белья, то застилая спальные места. Его сильные жилистые руки расслабленно покоились скрещенными на груди, расставленные ноги же были более напряжены. В какой-то мере поза навевала на мысль, что он здесь командир, который наблюдает за своей подчинённой.
Не повёл бы Фред со мной так хорошо, после моего внезапного приступа мигрени, сейчас же бы кинула стопку постельного для его спального места, и пусть застилал сам. Но так, спустила его язвительный характер на нет. По крайней мере сейчас.
– Ну и что ты умеешь? – Поинтересовался парень со стороны гостиной, пока я занималась уборкой на кухне.
– Что ты имеешь в виду!? – Недоумевающе спросила Фреда, и обернулась в его сторону, чтобы увидеть лицо собеседника.
– Роза… Что я ещё могу подразумевать, кроме как не твои магические силы в экстрасенсорике!?
– Мало ли тебя заинтересовали мои кулинарные способности!? – В ответ съязвила патрульному, от которого и научилась этому.
– Ро-за! – Призвал к ответу мужчина, в тоне которого звучали строгие нотки.
– Ничего.
– Сегодня было не ничего!
– Уметь и случайно сделать не одно и то же!
– Ну ладно, задам вопрос по-другому, Роза. Что же у тебя выходило с помощью магических способностей слу-чай-но?
Мои глаза снова закатились. Необязательно так паясничать, в самом деле!
– Ну… Случайно прочитала мысли отца… – И пока вспоминала, что ещё такого получалось, патрульный взволнованно завопил:
– Что!? И что же в голове у бесстрашного детектива?
– Я.
– Скучно… И предсказуемо. Что ещё?
– Ну второе ты знаешь. Я просто в одно мгновение поняла, как погибла Малия.
– Угу… Думается, третий случай был тоже со мной!? На работе мисс Гвинелли?
– Да… Ещё стала чувствовать намерения людей…
– Как это!?
– Просто чувствую. Не знаю, как объяснить…
– Ты что же, видишь ауру!?
– Нет, не вижу, Фред! – Вспылила я, но, когда обернулась – замерла.
Парень уже устроился на разложенном кресле, и вот так сюрприз, верхняя часть тела оказалась обнажена. Взгляд сразу наткнулся на рельефный торс, который освещался приглушенным светом, рядом стоящей лампы. Вид парня завораживал. Каждый изгиб плавно переходил в другой и подчёркивал мужественность. Даже на расстоянии казалось, что его мышцы сделаны из стали, и словно находились в постоянном напряжении, пусть даже не видела в этом логического смысла.
Крепкие мужские руки уже не прикрывались рукавами чёрной патрульной рубашки, и уже открывали вид на взбухшие вены, которые испещряли их почти по всей длине. Плечи широкие, и даже показались шире, чем раньше. Вероятно, это из-за одежды чёрного цвета, который, говорят, стройнит.
Наверняка нижняя часть тела также без одежды, но слава Богу она прикрыта одеялом… И проверять я точно не собиралась.
– Эм… А-а-а тебе не нужно в душ сходить!?
– Тебя интересует моя чистоплотность!? – Забавлялся патрульный и хитро улыбнулся.
– Да. Нет. Конечно, нет!
Фред заливисто захохотал, после снисходительно улыбнулся.
– Уже.
– Что уже!?
– Я принял душ, когда ты крепко спала. Но не волнуйся, я использовал не твоё полотенце, а запасное, которое нашел в тумбе.
Разум словно выпал в осадок. Я настолько крепко сплю, что в моей квартире будет происходить всё что угодно и я не проснусь!? И вообще. Кто этот патрульный такой!? Фред так бесцеремонно ведёт себя, из-за чего начинаю думать, что он сейчас чувствует себя комфортнее, чем я сама в собственной квартире.
