Текст книги "Кодекс Охотника. Книга XXXXL (СИ)"

Автор книги: Юрий Винокуров

Соавторы: Олег Сапфир
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

Глава 11

Что ж… Зачем мне вообще понадобилась пространственная тюрьма? Да тут всё просто.

Я опытный Душелов и за свою жизнь повидал достаточно всякого дерьма. Сражался со многими сильными, сука, личностями, забирал души многих, но боги…

Боги – это отдельная история. У них душа может сопротивляться. Причём буквально. Может вырваться, может рассыпаться на части, может потом где-нибудь заново собраться. В общем, существует огромное количество неприятных сюрпризов, которые способна устроить божественная сущность Охотнику, решившему её прихлопнуть.

А одна конкретная костяная тварь успела сделать мне столько говна, что я уже заранее понимал: рано или поздно мы со Скульптором встретимся снова. И, конечно же, я его затащу. Куда ж без этого?

Вот только дальше начинались вопросы.

Потому что победить бога – это одно. А вот удержать его душу – совсем другое. И именно тут мне может пригодиться пространственная тюрьма, созданная Гретой. Тем более, я в какой-то мере уже опытный испытатель тюрем.

Как это случилось? О-о-о… Это была отдельная история.

Мы с этой сумасшедшей были знакомы давно, и надо признать, что при всей своей безумности Грета оставалась гениальным Архитектором. Причём гениальным настолько, что порой даже страшно становилось. Она обожала нестандартные решения и однажды Грета построила… тюрьму.

Самую настоящую пространственную тюрьму. Причём тогда она была ещё чуть больше в себе, чем сейчас. Да и денег у неё водилось столько, что она даже награду назначила тому, кто рискнёт протестировать её изобретение.

У меня же в те времена денег не было вообще. Я был молодым Охотником, выживал как мог, жрал, что придётся, спал, где получится, и за хорошие деньги готов был вписаться практически в любую авантюру.

Ну вот и вписался.

Не могу сказать, что два года, проведённые внутри той тюрьмы, были лучшими в моей жизни. Но кое-чему они меня научили. Например – понимать и отслеживать пространственные ловушки, а ещё выживать там, где большинство давно бы сдохло. Что, кстати, потом очень пригодилось мне, потому что долбанутые боги подобные штуки просто обожали.

В общем, где-то я тогда разбогател, где-то даже повеселился. Хотя, насколько знаю, больше всех был недоволен один Тёмный Бог, которого потом туда тоже затолкали. Но это уже совсем другая история. Если захочет – пусть Теодор об этом рассказывает.

И вот сейчас Грета каким-то своим безумным чутьём поняла, что мне снова понадобится её игрушка.

Ну а раз тест-драйв – значит тест-драйв. Она провела нужные манипуляции, открыла проход, и я шагнул внутрь.

Первое, что понял… Что, эта сумасшедшая меня конкретно подставила!

Она сказала:

– Найди выход.

Вот только забыла уточнить, что выхода здесь вообще не существовало. Может, конечно, случайно забыла его сделать. Но, зная Грету… нет. Такое она точно специально устроила.

Надо признать – ход действительно гениальный. Как выбраться из тюрьмы, у которой в принципе нет выхода?

Красиво. Вот только одного она не учла. За последнее время я слишком сильно изменился. Силушки у меня стало гораздо больше, и она стала… разнообразнее. Та самая энергия Скверны внутри меня обладала очень интересными свойствами. А связка Скверны с Кодексом вообще оказалась уникальной штукой.

Насколько я знал – я такой был один.

Да, старый капеллан Август Солярис умел соединять Скверну со Светом. Раньше мне казалось, что это какое-то досадное недоразумение. Ну как вообще можно соединить такую мерзость со Светом?

Но теперь… Теперь я понял, что у Скверны действительно было два лица. И высшие энергетические сущности, похоже, понимали это задолго до нас. Возможно, они изначально взаимодействовали именно с её хорошей стороной.

Хотя практика показывала, что и тёмной частью силы я пользоваться тоже прекрасно умею, но сейчас дело было не в этом.

Когда я оказался внутри тюрьмы, я даже злости не почувствовал. Лишь лёгкую досаду, потому что пространственная клетка, рассчитанная на удержание Верховного Бога… для меня оказалась слишком простой. Я просто соединил Кодекс и Скверну и жахнул!

Поэтому выбрался я наружу раньше, чем Грета успела допить свой травяной чай, который притащила с собой в термосе, и её лицо в этот момент доставило мне отдельное удовольствие.

– Как⁈ – взвизгнула она, вскакивая и расплёскивая чай. – Как ты это сделал⁈ Как так быстро⁈ Моя тюрьма! Моя прекрасная тюрьма!

Она начала буквально вырывать волосы из головы.

– Эй-эй, стопэ! – я быстро перехватил её руки. – Волос и так немного осталось.

– Как⁈ – продолжала она смотреть на меня совершенно безумными глазами.

– Да нормально всё, – попытался успокоить её я. – Хорошая штука. Правда.

Потом честно добавил:

– Ну… я её немножко поломал.

Грета замерла.

– Поломал?..

– Но зато теперь ты точно знаешь, что там нужно ещё исправить.

Я хлопнул ладонью по стенке башни.

– Идея шикарная. Просто чуть-чуть недоработана. Переделай так, чтобы Костяной Скульптор точно не смог выбраться. Ты сможешь, я верю. В общем, как говорят у нас на Земле: всё херня, переделывай!

И всё, этого оказалось достаточно. Грета мгновенно успокоилась. Я осторожно отпустил её руки, а она уже вообще меня не замечала, только стояла и смотрела внутрь конструкции.

Я буквально почувствовал, как её энергетические потоки рванули внутрь башни. Глаза гениальной архитекторши остекленели, а на лице появилась счастливая улыбка.

Бинго! Безумная снова погрузилась в работу.

Поэтому я тихонько, бочком-бочком, начал сваливать в сторону, пока она окончательно не ушла в себя. И почти сразу наткнулся на Машу.

– Привет, – улыбнулась она. – А что это она тебе подсунула? Теодор молчит и смеётся, а сама я вообще не понимаю, что это такое.

– Ну, дорогая… – усмехнулся я. – Это уже немного выходит за пределы твоего обучения. Тут связка пространственной магии и энергии Земли.

Я хмыкнул.

– Сомневаюсь, что даже Теодор способен повторить такую штуку.

Последнюю фразу я специально произнёс погромче, и с удовлетворением услышал за спиной сдавленное хрюканье.

Из Тени появился Теодор.

– Можно подумать, – недовольно буркнул он.

– А что, я ошибся? – невинно улыбнулся я. – Можешь повторить то, что создала Грета?

– Могу, – с огромной долей самодовольства ответил старый Архитектор. – Но зачем?

– Всё с тобой ясно, – махнул я рукой.

Я повернулся к Маше.

– Дорогая, вообще-то я очень хотел провести с тобой время, но там Охотники объявили Инферно крестовый поход. А Анечка сейчас шоркается где-то с одним знакомым демонологом.

Я поморщился.

– И я очень не хочу, чтобы что-нибудь плохое случилось.

Маша громко рассмеялась.

– Ты имеешь в виду – чтобы ничего плохого не случилось с этим демонологом?

– Ха-ха, – покивал я. – Приятно, что ты так веришь в подругу.

– А ты в неё не веришь? – нахмурилась Маша. – Вообще-то Аня прекрасно может за себя постоять.

Потом она усмехнулась.

– Да и мы все можем.

Маша шагнула ближе и ткнулась мне в грудь лбом.

– У нас только одна проблема.

– Какая же? – улыбнулся я.

– У тебя вечно нет на нас времени.

Я обнял её крепче.

– Скоро всё закончится, милая. И всё мое время будет ваше и только ваше!

Рядом деликатно кашлянул Теодор.

– Ну-у-у… Некоторое время, конечно. А потом снова спасать миры!

– Ты всё обещаешь и обещаешь… – пробурчала Маша, делая вид, что обижена.

Но я прекрасно чувствовал, как она расслабилась в моих объятиях. Через пару секунд она всё же вздохнула:

– Но вообще да. Связь с Аней нужно наладить.

– Всё-таки переживаешь за подругу? – рассмеялся я.

– Переживаю, – кивнула Маша, – но не за подругу.

Она подняла на меня серьезный взгляд.

– Я переживаю за экономику Многомерной Вселенной, потому что наша талантливая Аня способна случайно её уничтожить.

Где-то в Многомерной Вселенной

Академия Ведьм

Верховная Ведьма Моргана сидела в своём кабинете и пила чай.

Этот чай был уникальный, собранный из трав, которые росли только на одной маленькой полянке в одном маленьком мире, давно отгороженном от остальной Многомерной Вселенной её собственными заклятиями. Полянку никто, кроме Морганы, найти не мог. Полянку, по правде сказать, и сама Моргана-то находила с трудом, потому что от старости и недостатка внимания та временами капризничала и убегала. Но чай того стоил!

От одного глотка тысячелетняя усталость отступала на шаг, а тысячелетняя злопамятность наоборот, обострялась, проявляясь во всех мелких нюансах.

Сейчас Моргана как раз перебирала эти нюансы. Один за другим.

Перед ней на столе лежало несколько свитков – отчёты от наставниц Академии, прошения от младших ковенов, парочка вежливых угроз от каких-то наглых дурачков, возомнивших, что Верховной Ведьме можно угрожать. Дурачки пока ещё не знали, что уже мертвы, но узнают на днях, когда умрут.

Но вся эта работа была простой текучкой. Сейчас она думала о другом.

Не отрываясь от чашки, она аккуратно потянула одну из тысяч нитей, что незримо тянулись от её пальцев в разные уголки Многомерной. Сейчас её интересовала одна-единственная нить. Та самая. Не самая длинная, но одна из самых интересных. Проклятие на Костяном Скульпторе.

О, как этот Скульптор старался от него избавится!.

Моргана позволила себе торжествующую улыбку, пока никто не видит. Негоже проявлять гордыню при подчиненных, но пока она одна, то можно.

Скульптор действительно вложил много сил. Призвал лучших специалистов, провёл ритуалы очищения в каждом из своих доменов, собрал консилиум из трёх Хранителей Запретного Знания. Кстати, кто бы знал, что у Костяного есть знакомые Хранители, и в итоге он уверовал, что заклятие снято. Что он чист, и что Верховная Ведьма, конечно, могущественна, но и Скульптор не лыком шит, и кое-что в искусстве снятия проклятий понимает.

Прелесть ситуации заключалась в том, что снять проклятие Морганы нельзя в принципе. Его можно было только пережить, исполнив условия. Или, если повезёт, отсрочить. Костяной, бедняжка, не понимал ни первого, ни второго, зато был чрезвычайно доволен своими успехами в магии.

Моргана сделала ещё глоток чая.

Она была злопамятна. Это качество было не её чертой характера, а скорее профессиональным качеством, отточенным за бесчисленные века. Ведьма должна иметь хорошую память, которая у неё была отменной: каждая обида, каждое предательство, каждое грубое слово, сказанное в её сторону, лежали в её памяти «аккуратно подшитые в нужной папке», в нужном «архиве», под нужным номером. И каждой обиде соответствовало проклятие. Каждое проклятие ждало своего часа, очень терпеливо, иногда сотни лет, а иногда и больше.

Странно, что в Многомерной Вселенной до сих пор находились идиоты, готовые её злить. Но, с другой стороны, как бы иначе она развлекалась?

Размышления о Скульпторе плавно перетекли в размышления обо всём остальном.

Жизнь Морганы за последний цикл изменилась так сильно, что иногда, особенно по утрам, она скучала по своёму затворничеству, в той маленькой башне на краю мира, где провела последние несколько столетий. Где никто её не беспокоил, где она читала, спала, иногда гадала, но большую часть времени просто смотрела в окно на бесконечный снег. Хорошее было время. Тихое.

А потом случилась эта небольшая катастрофа с Академией и ей пришлось вернуться.

Нельзя сказать, что она об этом жалела. Возиться с малышками, превращать их из слабых, испуганных девочек в сильных, независимых ведьм, способных постоять не только за себя, но и за весь женский пол Многомерной, все эти занятия приносили ей странное, почти материнское удовольствие. Тем более, что собственная её дочка, Каринтия, давно уже выросла и теперь занималась чем-то совершенно невероятным.

Готовила!

Моргана хмыкнула. Каждый раз, когда она вспоминала, чем сейчас занята её дочь, лицо её против воли расплывалось в довольной улыбке. Каринтия… её дикая, своенравная Каринтия, находилась сейчас в Запретном Мире, в замке Ликвидатора Многомерной Вселенной на пенсии, в фартуке, с поварёшкой в руке, и под руководством богини Исиды училась делать пюрешку. Пюрешку! Великая Исида, одна из древнейших богинь, светлейшая из светлых, наставница королей и советница давно погибших богов, учила её дочь готовить пюре из картошки.

Сандр, конечно, виноват… Без его участия такого бы не случилось. И ведь не скажешь, что это плохо.

Каринтия впервые за долгое время выглядела по-настоящему живой. У неё даже был теперь парень – один из рода Галактионовых, Михаил. Правда, он сейчас в другом месте, но зная Каринтию, Моргана была уверена, что расстояние для неё не имеет значения, если она действительно чего-то захочет. А ещё у неё были подруги, и хобби, не связанное с проклятиями, ядами и интригами. У неё сейчас была своя жизнь.

Моргана подняла чашку, словно произнося беззвучный тост в честь невидимой Исиды и невидимого Сандра. Сделала глоток, а затем поставила чашку обратно.

Сандру она была должна.

Сандр – мальчик умный. Слишком, пожалуй, умный для своего возраста, и в этом крылась главная его странность.

Моргана достаточно повидала на своём веку, чтобы безошибочно отличать молодую, горячую, дурную силу от старой и выдержанной, основанной на знаниях и опыте. Был Старый Мак, был Первый Охотник, а был… Сандр. Внутри его нового, молодого тела сидела тревожная душа, прошедшая столько боли, столько боёв и столько потерь, что Моргана временами испытывала к нему что-то вроде сестринского сочувствия.

Да, она была старше его… очень намного, чтобы об этом говорить вслух, но Великий Охотник Сандр ей как равный.

Когда он вытащил Каринтию из паутины старого Идрона, в которой та провисела без малого триста лет, Моргана пообещала себе, что ответит ему услугой. Когда придет час расплатиться по этому счёту, то Сандр получит всё, на что её сил хватит, а сил у Верховной Ведьмы, надо признать, было довольно много.

Час расплатиться, наконец, пришёл, точнее, он уже идет некоторое время, ведь Моргана уже помогает.

Его близкие люди… Моргана прикрыла глаза, и перед её внутренним взором развернулась картина, которую, кроме неё и Первого Охотника, никто сейчас не видел в Многомерной.

Место. То самое место, от которого она передала ключ. Самое защищённое убежище в Многомерной Вселенной. Самое защищенное потому, что Моргана пожертвовала… кое-чем, чтобы это убежище стало невидимым. Полностью невидимым и несуществующим для любого, кто не имеет ключа.

Жертва была серьёзной. Первый, увидев её, сначала побледнел, а потом попытался произнести вслух, чем именно она пожертвовала. Моргана быстро, неловко, как маленькая девочка, закрыла ему рот рукой, потому что назвать жертву вслух значило ослабить её. Первый понял… У Первого вообще всегда хватало ума понимать всё с полуслова. За это, в числе прочего, она его и…

Моргана оборвала эту мысль и поставила чашку чуть резче, чем следовало. Чай из неё чуть не расплескался на стол. Жёны Сандра сейчас находились под опекой Ордена Охотников, это было решение Сандра. А вот некоторые другие близкие ему люди, отправились в тайное место. Кроме этого, у неё была Василиса. Маленькая, шестилетняя, чрезвычайно серьёзная ведьмочка-Галактионова, которую Сандр доверил ей лично. Тут расчёт Морганы был особым: кровь сильного Рода вещь редкая, кровь непонятного Рода, в котором переродился Сандр – вещь беспрецедентная. Из этой девочки она вырастит нечто, чего ещё не видели Девять Кругов и Двенадцать Небес. Время у неё было. И терпения хоть отбавляй.

Так. Теперь о Предвечной. Моргана позволила себе небольшое внутреннее ругательство. Не самое страшное, которое могло перерасти в проклятие, а такое, обычное, почти ласковое.

Хитрая сука!

Предвечная объявилась тогда так внезапно, с такой милой улыбкой, что Моргана почти растрогалась. Принесла «предупреждение» о коалиции против Запретного мира. Про Каринтию упомянула. Намекнула, мол, пора бы дочку оттуда забрать. А на самом деле, разумеется, хотела совсем не этого. Хотела, чтобы Моргана, как послушная заботливая мать, бросилась к Сандру и предупредила его о вторжении. То есть Предвечной зачем-то нужно было, чтобы информация дошла до Охотника именно через Моргану. Зачем? Об этом она и думала следующие несколько дней.

Ответ, к которому она пришла, ей не понравился. Дело было не в Сандре. Точнее не только в Сандре. Дело было в том, что Предвечная плела куда более сложную сеть, и каждый узел в этой сети должен был быть прикреплён к конкретному существу, в конкретный момент, конкретным способом. Если бы Моргана сразу же прибежала к Сандру, то это были бы одни последствия. Если бы не прибежала, то другие. И, судя по тому, что Предвечная пошла на риск визита лично, обоих вариантов в её схеме было достаточно.

Моргана выбрала третий. Пошла к Первому Охотнику. И этим, кажется, действительно сломала Предвечной часть её хитрого плана, но только кусок. Всё-таки Верховная Сущность, была хитра. Очень хитра!

И вот теперь самое любопытное. Ведь прямо сейчас, в эту самую минуту, пока Моргана сидела со своим чаем, Предвечная находилась в другом месте Многомерной. В очень специфическом другом месте.

Моргана знала, в каком именно, потому что ну, потому что она Моргана. Это всё, что нужно знать. У Верховной Ведьмы были свои глаза в самых неожиданных уголках мироздания, и большинство этих глаз не знала о её существовании Сама-Знаешь-Кто.

Предвечная была занята. Чем именно, Моргана решила пока никому не рассказывать, даже Первому. Ведь информация – это валюта, а ей всё еще предстоят большие расходы. Главным было то, что внимание Предвечной сейчас отвлечено. На какое-то время и полностью. На дни, может, на неделю по меркам этого мира. И ниточки, оставленные без присмотра, можно было аккуратно подёргать. В частности, ту ниточку, что вела к Костяному Скульптору.

Моргана наконец встала из-за стола.

Костяной в последнее время крупно облажался. Дважды. Сначала с тем самым «вторжением», которое должно было стать его триумфом, а закончилось унижением в исполнении Сандра. Потом с попыткой накрыть Запретный Мир «Мёртвым Солнцем» – где он опять же прогадал. Он потерял сильных союзников в другой Вселенной и сейчас зализывал раны, перегруппировывал силы и убеждал себя, что в следующий раз всё получится.

Да, Предвечная перед уходом, выдала ему невероятную власть над богами Смерти, но это неважно. В следующий раз у него всё равно ничего не получится. Потому что в следующий раз Моргана дёрнет за нить…. И проклятие, что спокойно лежало в нём и которое он так радостно «снимал», сработает. Скульптору будет, как говорится, очень несладко. Но просто дёрнуть нить это полдела. Дёрнуть её нужно красиво и умело, в нужный момент, чтобы максимально усложнить жизнь Скульптору, а вот это уже искусство. Этому нельзя обучить даже в Академии. Этому учатся тысячелетиями на собственном опыте и ошибках. И именно сейчас, прямо сейчас, представился тот редкий, тонкий, ускользающий момент, когда все звёзды стояли так, как нужно ей.

Моргана подошла к окну, выходящему в иллюзорный сад Академии, туда, где младшие ведьмочки тренировались поднимать в воздух перья и ронять в кашу соседки лягушек. Девочки смеялись. Где-то у фонтана наставница Рианна терпеливо объясняла что-то восьмилетней пухленькой ученице. Жизнь шла своим чередом. Маленькая, немного нежная девичья, на фоне той огромной, безжалостной игры, что разворачивалась в верхних слоях Многомерной. Но Моргана любила эти игры. Из-за них, среди прочего, она и вернулась.

Верховная Ведьма глубоко вдохнула и выдохнула. Посмотрела на собственное отражение в стекле и весело, почти по-детски, улыбнулась. Вот только почти сразу эта невинная улыбка сменилась другой. Той самой улыбкой, от которой когда-то, очень давно, разбегались целые войска и трескались стены крепостей. Улыбкой, которую видели несчастные ублюдки в последний раз пятьсот лет назад в одной большой битве в одном маленьком мире, после которой того мира на карте Многомерной больше не значилось.

Верховная Ведьма Моргана нажала на звоночек.

– Алисия, деточка, – сказала она прибежавшей помощнице. – Скажи госпоже Рианне, что она остаётся за старшую. Я снова отлучусь.

– Надолго, госпожа? – осторожно уточнила молодая ведьма, которая уже научилась распознавать оттенки настроения своей начальницы.

Моргана задумалась на секунду, потом ответила почти весело.

– Думаю, это не должно занять много времени.

Она ещё раз посмотрела в окно. Маленькая пухленькая ученица у фонтана наконец сумела поднять в воздух перо. Перо неуверенно покачивалось на уровне её носа, а девочка смотрела на него с восторгом.

Моргана подмигнула своему отражению и исчезла из кабинета. Без вспышки, без звука и без следа. Так, как умела только она, уйдя тропами Ведьм. А где-то далеко, в одном из своих многочисленных доменов, Костяной Скульптор в эту секунду неуверенно поморщился.

Что-то кольнуло в основании его костяного черепа. Совсем чуть-чуть, едва заметно, но он беспечно отмахнулся, списав на усталость, и опять вернулся к своим расчётам по созданию новой армии…