Текст книги "Кодекс Охотника. Книга XXXXL (СИ)"

Автор книги: Юрий Винокуров

Соавторы: Олег Сапфир
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

Глава 8

– Так, подожди… В смысле, у тебя ничего не получилось? – с немалой долей удивления спрашиваю я у Мораны, которая часа два назад отправилась к Михаэлю, а тут снова потянулась за ниточку, чтобы я её вернул. Нет, я, конечно, это сделал, но всё же она должна сейчас быть с Михаэлем.

– Вот так вот, – пожимает она плечами.

– А Михаэль тебе точно дал нужные ключи?

– Странно, – выдаю я и задумываюсь.

Кому на эту ситуацию было плевать, так это Тёмной. Она сейчас тут как энергетическая белка металась из стороны в сторону, что-то проверяла, делала, копировала и просто изучала.

У неё есть такая фишка: когда она чем-то очень сильно увлекается, то потом вообще не замечает всё вокруг. Так, кстати, было, как мне кажется, и со мной. Влюбилась она в Охотника Сандра – и всё. Сколько тысячелетий у неё по одному месту пошло.

Ладно, разговор сейчас не об этом.

– Хорошо, – наконец принимаю я решение. – Я уверен, что у Михаэля есть веские причины, по которым он закрывает свои проходы. И с ним ты увидишься позже. Однако силу нужно возвращать.

Морана мне несколько раз кивает, ожидая услышать, что же я такой великий и могучий придумал.

А у меня уже план готовый на самом деле был. Раз не помогут лекари, то с этим справятся Охотники. А затем уже эти самые артефакты добавят.

Я выдаю ей из своего пространственного кольца, как бы это смешно ни звучало, другое кольцо, но уже Охотников.

Вижу её удивлённый взгляд.

– Я это не надену на палец, – ошарашенно качает она головой. – Ты что? Меня же потом казнят.

Я смеюсь.

Да, правда, надеть кольцо Охотников – это достаточно страшно для многих. Даже для тех, кто с этими Охотниками не раз воевал. Всё-таки есть некоторые меры самосохранения, которые не стоит пересекать, ведь у нас за нашу символику разговор был всегда короткий.

Однако сейчас ситуация такая, что сделает она то, что я ей скажу.

– Надевай. И не спорь.

Морана, конечно же, тяжело вздыхает. Пытается еще несколько доводов привести, но я их совершенно не слушаю и вместо этого сам подхожу к ней и собственноручно надеваю ей на палец это самое кольцо.

Она на некоторое время зависает. Пытается понять, что же это такое и что в нём скрыто.

– Не стоит подглядывать, – подмигиваю ей, и она, кажется, понимает, о чём я.

– Всё. Теперь давай дуй отсюда. А то сила сама себя не вернёт.

Морана явно уже не хочет этой силы. Возможно, даже думает о том, чтобы бросить пост богини и стать обычным человеком, но верность должна вознаграждаться.

Когда она всё-таки улетает, если это так можно назвать, то я спокойно выдыхаю. Не был я до конца уверен, что все пойдет без сучка и задоринки. Как ни крути, а это кольцо Мак с Дэном выдали мне при нашей встрече. Там были немножко другие функции. Так сказать, более жёсткие и в то же самое время предназначенные для каждого Охотника.

Я думаю, она очень удивится, когда поймет, где оказалась.

А окажется она точно в зале главной нашей Первой Крепости среди большого количества этих самых Охотников. Сначала они удивятся. Потом она первой вообще охренеет, что я Морану туда пустил. Но когда она покажет кольцо, удивления у них будет еще больше, поскольку я дал чёткие указания, что с ней нужно делать.

Они, по факту, своими же руками, ну и плюс мечами, воссоздадут новую богиню. Качественную! Сильную!

На самом деле я изначально не хотел прибегать к этому пути, дабы не давать ей прям слишком много силы. Но в это же самое время Скверна в виде покровительницы – тоже ни хрена себе подарочек.

Теперь получается, поскольку у неё нет покровительницы Смерти, она, наверное, и сама не понимает, что может взять под контроль эту силу. Но только в том случае, если совпадут несколько факторов, и при этом она уже не будет зависеть от Предвечной.

– Тёмная, ты там как? – обращаюсь я к своей подруге. – Следующие переходы готовы? А то я, между прочим, скучаю уже.

– Сандр, подожди, я всё настраиваю. Мы сделаем просто интереснейший манёвр. Я уже выбрала новую цель, и это будет грандиозно.

Я не стал с ней спорить и отвлекать. Вместо этого сел и стал медитировать, думая о том, как же могу отомстить Скульптору за то, что он хотел меня своим паршивым кинжалом пырнуть, еще и Морану для этого используя. И раз вариантов у меня не так уж много, то я, пожалуй, зайду в тот переход, который нам уже известен и куда он ведёт.

Это были земли Костяного Мудака. Там что-то не особо важное. Кажется, просто обычный склад размером с целую планету, где у него не должно быть войск. Правда там был запас костей нехилый такой, ведь этот дворец спонсировался материалами именно с того места.

Первая Крепость Охотников

Главный зал

– Слушайте, братья, а может мы его из Ордена исключим? Такое вообще может быть? – предложил Дэн свой вариант решения проблем с Сандром и его… шуточками.

Ну, в смысле, вариант? Просто все желали перекрыть поток новых проблем на свою голову, а то они от Сандра в последнее время прямо дождем льются. Однако это всё были шутки. И все с них посмеялись. Да только Первому от этого легче совершенно не стало.

У него сейчас Тёмная богиня находилась в святая святых Ордена Охотников, прибывшая по ключу-переходу с личной энергией Сандра. Она сидела за столом на его месте и улыбалась. Конечно, не особо нагло, а скорее неуверенно.

– Ладно, повтори мне ещё раз, что он сказал, – сурово обратился Первый к прибывшей богине.

– Сандр пообещал, что вы должны подарить мне силу, – позволила Моргана себе лёгкую улыбку и пожала плечами, давая понять, что подробностей больше не знает.

– Не, ну если задуматься, то это и правда могут быть слова Сандра, – заржал как лошадь Дэн, а потом добавил. – Охотники должны Тёмной богине. Дожились, парни.

– Ладно, давай сюда кольцо, – вздохнул Первый и приблизился к богине.

Во время того, как она передавала кольцо, он успел провести сканирование. Поверхностное, легкое, и заодно заглянуть в ее душу.

Это, конечно, было удивительно! Поскольку он не обнаружил всей той тёмной энергии, которая там должна была быть. Она сейчас была похожа на чистый лист, который можно исписать как угодно. Это могут быть похабные шуточки или же прекрасные стихи, которые Охотники не умеют сочинять.

Это, конечно же, дало ему понять, о чём вообще думал Сандр, когда её сюда посылал. Значит, она оказала ему некую услугу и теперь он хочет за нее отплатить. Но, Кодекс сохрани, когда это Охотники напитывали Темную богиню силой⁈

Куда катится эта Многомерная⁈ И кого Сандр в следующий раз пришлет, Первый понятия не имел, но уже опасался. Честно, он не знал ответа на этот вопрос, поскольку жёны уже были, дети тоже. Теперь вот Тёмная богиня. Такими темпами он скоро скажет, что нужно помочь Скверне, а то её несправедливо унижают.

Это, кстати, по его мнению, отличная шутка! Он, пожалуй, даже на застольях Охотников её несколько раз произнесет. Уверен, что соберёт больше всех аплодисментов и тостов. Однако стоило ему прочесть сообщение в перстне, как любые шуточные настрои пропали.

– Братья! – вдруг обратился Первый Охотник к Ордену, а вернее, к тем собратьям, которые находились сейчас рядом. – А знаете что… я согласен его исключить из Ордена. Кто за?

Увы, никто его не поддержал. Да он и сам не знал, можно ли исключить Сандра, а затем через недельки две, когда остынет, обратно принять. Обычно так не делают, но раз Сандр всякие нововведения тут привносит, то и Первый не против повеселиться.

Так он уже вообще ничего не понимает, если честно.

В сообщении сказано, что Охотники должны уничтожить два мира. Полностью заселенных мира. При этом там должна находиться Морана, которая поглотит всю эту энергию, дабы она обошла законы Мироздания и снова подчинила себе Смерть в обход Предвечной.

Это звучало не просто странно, а скорее безумно. И если Первый понимал, насколько опасно с Предвечной заигрывать, но в принципе он не был против, то вот обходить законы Мироздания – это уже совсем другое.

Тут можно уже по шапке получить от… В этот момент Первый задумался. От кого, впрочем, они могут получить? Так и не нашелся, конечно, с ответом, и еще раз тяжело вздохнул.

– Ладно, братья, слушайте меня. Раз исключать не хотите, пойдём уничтожать миры.

Дэн выронил свой кубок, доверху наполненный дорогим прекрасным вином, которое, по его словам, уже нигде не найти. Но это, в принципе, не странно, потому что если Дэн добирается до каких-либо запасов, то они быстро заканчиваются. Это норма. Да и вообще плевать, сколько было произведено его. Одна бутылка или тысяча сто. И это, кстати, не шутка.

– Слушай, Первый брат, а ты сейчас решил бардом стать? И приколы нам здесь отвешиваешь? – не мог поверить он в слова старшего товарища.

– Брат Дэн, я, между прочим, удивлён не меньше твоего. Но такова просьба Сандра.

– А-а-а, – протянул тот. – Тогда всё ясно.

А затем схватил свою накидку, накинул её на плечи и взялся за меч.

– Идём тогда. Что делать? – он принял решение, и за ним последовали другие братья.

– Вы тут это… – явно подбирала слова Морана, всё никак не находя нужные. – Может, не надо? Я как бы и сама против. И знаете, не нужно никого уничтожать, особенно ради меня. Я…

– Помолчи, пожалуйста, – Первый Охотник переключил своё внимание на собрата. – Помнишь, ты лет пятьдесят назад сообщал, что нашел тройку миров, соединенных одним мостом, где обитают инсектоидные твари, пожирающие всё на своём пути?

– Помню, – кивнул Старый Мак, а затем только задумался. – Ах да, точно помню, – закивал он. – Мы ещё думали их оставить на потом.

– Ну вот, – позволил себе улыбнуться Первый. – Это «потом», сука, наступило. Собирайтесь и идите делать богиню снова великой.

Первый Охотник не совсем понимал задумку Сандра, но знал одну вещь. Если тот говорил, что произойдёт нечто крышесносное, то значит эти слова можно спокойно умножать на пять, хотя Первый совсем не был уверен, что ему понравится результат.

Да и, по правде говоря, даже Морана, кажется, уже не слишком довольна тому, что вскоре произойдет.

* * *

Как и в прошлый раз, переход прошел вообще без сучка и задоринки. Вот честно. Что означает: делали для себя и не ставили совершенно никаких защит, понимая, что по этим переходам будут двигаться только сами и использовать их лишь для своих самых надежных целей.

Блин, ну нельзя быть такими самоуверенными и тупыми.

Там, где задействован Охотник, ни в чём нельзя быть уверенным. Они ещё Феликса попытались бы закрыть в темнице и оставили бы все форточки открытыми, а потом охренели бы, сколько дронов туда налетело.

Ну да ладно.

Я сейчас находился на интересной локации. Весь, мать его, костяной небольшой мирок, заполненный складами!

Кстати, не понимаю юмора, почему у него даже здания сделаны из тех самых костей. Можно же было и камень потратить, но, видимо, у него свой стиль, и он не собирается от него отступаться.

Так, что мы имеем? Целый мир, и в нём Охотник, который собирается испоганить здесь всё.

В принципе, плана у меня нет. Но скоро он будет готов. Почему? Да потому что мелкий уже работает. Он, как маленькая юла, бегает по всем местам, куда только может дотянуться, и разведывает всё вокруг.

Блин, Шнырька только что нашёл огромный подземный комплекс, забитый костяными ящиками, в которых лежат заготовки под черепа Архимагов-личей. Очень мощная взрывная штука, от которой потом без помощи лекарей вообще не излечиться, если у тебя недостаточно сил. Но сейчас они безопасны. Так сказать, настаиваются как хорошее вино, чтобы потом из них могли получиться сильнейшие артефакты.

Дальше он мне показал и другие части тел, которые Скульптор собирался использовать под какие-то свои нужды. Был и костный порошок, из которого практически можно печатать целые здания. А сколько здесь было костей неизвестных мне созданий. Даже удивительно, где он их находил. Но Скульптор фанатик, и руки у него длинные, поэтому даже не буду удивляться.

Примерно три часа происходила вся эта разведка, и сейчас Шнырька сидел на попе и держался за голову, которая явно у него кружилась от такой скорости.

– Ну, заслужил, – обращаюсь к нему. – Можешь сожрать ведёрко мороженки.

Шнырька надулся и помахал мне кулаком. Да, точно. Тёмная помогла ему приговорить все его запасы, и теперь из-за этого он сейчас страдает. Ну да ладно, есть же ещё зефирки и прочая хрень, потому не пропадёт мелкий. Зато он хорошо поработал, и я теперь понимаю, что можно сделать.

С одной стороны, я могу подорвать здесь всё, а с другой – это банально и неинтересно. Когда ты хочешь уколоть сущность порядка Бездны или Скульптора, то действовать нужно не так эффективно, как обидно. Унижать и курощать, ага.

У меня была одна интересная мысль.

Помнится, как-то Викториан по пьяни рассказал мне о своём одном проекте, что собака – лучший друг человека, и в Многомерной ещё просто не понимают, насколько хорошо иметь в каждом доме собаку. Он готовит большое внедрение этого проекта, и для этого у него есть целая планета, заселённая разными собаковидными химерами, которые развиваются, живут, ну и плодятся, куда же без этого.

Я тогда с ним спорил, и не только я. В этой дискуссии еще Шнырька участвовал, утверждая, что лучше шнарка нет питомца. Тогда Викториан привёл нас на ту планету, дабы показать, как это всё должно быть в идеале. Ну, несколько миллионов псовых там было. Некоторые, кстати, размером с целый дом. Другие не меньше, чем кузнечики. Он, конечно, не мог мне ответить, зачем он их сделал. Кажется, сам тогда не знал. Так сказать, делай всё подряд.

Ладно, пора действовать.

– Мелкий, – обращаюсь к Шнырьке, который уже запихивает в себя зефирки. – Я сейчас что-то сделаю, а ты не пугайся, хорошо?

Конечно, Шнырька попытался сразу улизнуть в Тень, но не успел. Его просто начало трясти, люто и мощно. А я всего лишь навсего соединил его напрямую со своей душой и силой.

Он сейчас, наверное, сильнее, чем Морана в своём состоянии. В раза эдак так два. Когда его перестало колбасить и он прикинул, что с ним произошло, то подошёл к небольшому валуну и просто пнул его. Камень улетел далеко и надолго.

Тогда Шнырька раскинул в стороны руки и начал злобно смеяться, изображая злодея.

– Ши-ши-ши! ШИ-ШИ-ШИ!!!

– Так, давай без этого, – решил немного его осадить, а то у нас как бы время идёт.

Дальше я ему объяснил буквально на пальцах, что нужно делать. Ему это понравилось. Потому что его работа заключалась в том, чтобы просто грабить склады и бросать всё в портал, который я должен открыть. Ну как открыть?

Тут на самом деле есть портальная арка, в очень странных размерах, которая построена ещё до Портальщиков, как я погляжу. Вернее, технологии совсем другие. Что-то достаточно древнее, даже для таких немолодых людей, как я. Но я уже сталкивался с такими и понимал, как её запустить.

А потому просто и без напряга призываю себе Виверну с особенностями в мимикрии, сажусь на её спину и лечу к портальной арке.

Дальше дело за Шнырькой. Ему нужно не спалиться и запустить её.

Запуск происходил вообще идеально, поскольку в радиусе километра никого не было, хотя созданий Скульптора где-то здесь было больше двухсот-трехсот тысяч точно. Все они глупые болванки, которые не могли даже доложить своему господину, что произошло вторжение. Насколько я понял, он их запрограммировал лишь на одно: принеси, подай, возьми да доставь. Ведь это была огромная складская база.

Когда портал открылся, я слегка помудрил с ним и сделал так, чтобы он был не вертикальным, а горизонтальным, как лужа. Просто в земле есть яма, в которую прыгнешь и перенесёшься на нужный мир. Вот тогда я дал Шнырьке команду действовать.

С моей силой он стал хватать эти ящики, нырять в Тень и швырять их в портал. Действовал он на безумных скоростях, постоянно ещё смеялся, то там, то тут.

Я понимал, что такими темпами дня два или три мне здесь точно сидеть. Но я готов был пожертвовать этим временем. А вот чего я не мог предугадать, во что вылилось это уже достаточно быстро, так это то, что местные попытались сохранить порядок!

Этот Скульптор к порядку относится педантично и с уважением. Его костяные создания, самые разные, созданные чисто для переноски вещей, тоже побежали в сторону портала, потому что по импульсам они поняли: тут что-то покинуло склад и здесь пропало. Что означает – это нужно вернуть на своё место.

Да вот только я им желаю удачи, ведь они буквально прыгали в этот портал.

Должен признаться, я тоже в него заглянул, а то вдруг там уже пустой мир. Но он был далеко не пустой, а наполнен счастливыми, искренними пушистыми и не очень созданиями, которые сейчас просто в превосходном настроении. Ведь косточки сами падают к ним с неба, а те их радостно пожирают, и делают это, судя по всему, с кайфом!

Что ж, такими темпами они быстро сожрут весь склад Скульптора.

– Хорошие пёсики! Очень хорошие! – удовлетворенно улыбнулся я.

Глава 9

Бывший тронный зал генерала Инферно Астарота

(переоборудованный под СПА)

Это было первое, что Заебос сделал, въезжая сюда. Он не занялся кадровыми вопросами, не начал строчить указы и даже не вырезал недовольных, он просто вызвал три бригады бесов-каменщиков, четырех архитекторов из Седьмого Круга и одного эльфа-дизайнера, неизвестно как затесавшегося в Инферно. Эльф потом пропал, но успел набросать гениальный проект.

Чёрный гранит трона он не тронул, ведь он забавный и непростой, а просто пристроил рядом мраморный бассейн в форме сердечка. Над бассейном из стены прорастала каменная ладонь, державшая бронзовый кран. По стенам налепили модную мозаику: с одной стороны древние демонические сражения, с другой кадры из мультиков, которые Заебос притащил с Земли. Где-то между головой первого Архидемона и Сейлор Мун висел розовый махровый халат на крючке.

Заебос лежал в бассейне, доходящем ему до подбородка. Из воды торчали только его волосы, черные с рыжими и золотыми прядями, кончик носа и стакан с чем-то ярко-фиолетовым, в котором плавал кубик льда в форме черепа. Глаза были прикрыты розовыми очками-сердечками, а на лбу пристроен ломтик огурца. Ну, точнее, не огурца, а инфернального аналога, который вместо охлаждения слегка пощипывал кожу, улучшая кровообращение, а заодно выводил токсины. Рядышком медленно плавала резиновая уточка.

Уточка была не простая. Уточка была подарена ему Митяем, гениальным химиком с Земли на день рождения. Внутри уточки находился артефакт, заряженный «желейкой», и при нажатии на бок уточка крякала голосом покойного капеллана Иннокентия.

Заебос периодически нажимал, уточка крякала. Заебос блаженно улыбался.

– Жизнь… – лениво произнёс он вслух, ни к кому не обращаясь, – это искусство правильно выбрать паузу.

Пауза была выбрана идеально. За окном бывшего дворца Астарота, ныне дворца Заебоса, мерцало Чёрное Солнце. Внизу, где-то под фундаментом, текла Огненная Река, и её мерный шум сливался с пузырьками гидромассажа в один умиротворяющий гул. Если бы у Заебоса было сердце, оно бы сейчас радовалось. Но сердца у Заебоса не было. По крайней мере, своего. А вот чужие он коллекционировал.

Если кому-то из старых соратников рассказать, что Кровавый Герцог, Повелитель Теней, Князь Двадцати Войн, мокнет в розовом бассейне, накрытом ломтиком пощипывающего огурца, никто бы не поверил. Те, кто видел его в истинной форме, до сих пор просыпались ночами с криками. Чёрная сталь лат, седые волосы, кроваво-красный плащ, твари, выползающие из его собственной тени, чтобы пожирать память и души… Заебос гордился этой репутацией!

Но репутация была важна для работы, а он сейчас в отпуске. Точнее, ПЫТАЛСЯ быть в отпуске. Уже шестые сутки подряд. И уже шестые сутки подряд кто-нибудь обязательно срывал ему отпуск.

Сначала делегация из Третьего Круга. Пришли с дарами, с поклонами, с просьбой «возглавить и повести». Заебос принял дары, поклоны принял к сведению, делегацию отправил обратно с обещанием подумать. Думал он часа полтора. Потом нажал на уточку, она крякнула и он забил на дела.

Затем пришло посольство от старого банка Лимба. Насчет долгов. Очень древних долгов, между прочим! Заебос объяснил послу, что в текущей политической ситуации Лимб может либо подождать еще пятьсот лет, либо подписать новый контракт, по которому он, Заебос, согласится принять долг в виде душ их акционеров. Посол очень быстро побледнел и быстро согласился подождать пятьсот лет.

Потом заявился какой-то юный и борзый архидемон, возомнивший себя претендентом на трон. Этого Заебос вообще не принял. Юного архидемона отправили… Ну, короче отправили туда, где ему и место. Пусть пингвинами командует.

А потом начался настоящий цирк.

Тридцать три внука Великого Охотника Сандра.

Заебос приоткрыл один глаз под очками-сердечками и тихо застонал.

Они снова накосячили и Райнер сбросил их сюда, на перевоспитание. Снова. Тридцать три ученика-Охотника, тридцать три половозрелых, гиперактивных, наглых до невозможности существа. Дети Купера, сына самого Сандра, от эльфиек с какого-то затерянного острова. Полулюди-полуэльфы, обученные у Охотников, прошедшие тренировки у Старого Мака, благословленные Кодексом, и при этом всё ещё пацаны. Со всеми вытекающими, ага!

Они носились по Инферно как саранча. Лазили в Огненные катакомбы, чтобы «осмотреться». Дрались с патрулями Третьего Круга, чтобы «потренироваться». Один из них, кажется, его звали Твистируэльмерили… или Тви… или, чёрт его разберёт, «свои» звали его просто Твистом, умудрился за один день поссориться сразу с тремя младшими князьями, выиграть у одного из них меч в кости и продать этот меч обратно другому князю в полтора раза дороже.

Заебос, услышав об этом, на секунду испытал нечто, очень похожее на отеческую гордость. Потом, вспомнив, что это не его внук, он почувствовал раздражение. Этот сопляк действовал уж слишком в его стиле.

Но это были ещё цветочки! Настоящая проблема была в другом!

У него, у Заебоса, в этом дворце жили, точнее обитали… а если еще точнее – то украшали его существование своим благоухающим присутствием три прекрасные демоницы. Нет, не жёны. Жёны остались дома, в его старом замке, на территории Сатаны и пусть, Инферно всемилостивый, остаются там как можно дольше. Это были, скажем так, «новые знакомые». Подруги и соратницы по культурному обмену между племенами Инферно, бгг…

Лорелайн была суккуба с волосами, меняющими цвет в зависимости от её настроения. Сейчас, видимо, было утро, поэтому волосы были нежно-сиреневыми. Мира являлась берсерком-демоницей из клана Огненной Чешуи, маленькая, фигуристая и рыжая, с хвостом, движения которого выдавал её настроение даже точнее, чем волосы Лорелайн. Ну и Цигина – высшая инферналка, бывшая фаворитка одного из… гхм… страшно даже произносить это имя, утонченная интеллектуалка, которая обсуждала с Заебосом поэзию третьей эпохи Инферно и одновременно могла голыми руками вырвать сердце у быка-минотавра.

Прекрасное общество для образцового отпуска! Ровно до тех пор, пока в Инферно не свалились эти три песдюка.

Заебос ещё раз нажал на уточку, Уточка крякнула голосом капеллана Иннокентия. Заебос тяжело вздохнул.

Демоницам, особенно молодым, особенно с примесью высшей инфернальной крови, экзотика была интереснее статуса. А что может быть экзотичнее, чем настоящий, живой, дышащий человек? Не раб, не еда, не жертва, а свободный, нахальный, при оружии и при Даре? Да еще и Охотник! С этим самым невыносимым человеческим запахом, от которого у инферных дам что-то странное происходит с гормональным фоном?

Лорелайн уже два раза «случайно» сталкивалась в коридоре с пареньком по имени… в опять это дурацкое эльфийское имя сократили до «Эль». А потом они куда-то вместе пропали.

Мира трижды интересовалась у Заебоса, «правда ли, что у людей такие… ну… ты понял». Последний раз он её видел с брюнетом Твистом.

А Цигина! Цигина, утонченная интеллектуалка! Вчера вечером пригласила сразу четверых внуков на «обсуждение поэзии». Поэзию, разумеется, никто не обсуждал. Трое вернулись на рассвете, помятые, счастливые и с подозрительно одинаковыми царапинами на шеях. А четвертый, блондинчик Брют, отсутствовал дольше всех, как и Цигина. Видимо увлеклись чтением, ага…

Заебос, узнав об этом, выпил подряд три бокала кровавого мерло и провёл два часа в позе лотоса, восстанавливая внутренний баланс. Помогло слабо.

– Это не ревность, – сказал он сам себе тогда. – Это эстетическое отторжение.

Ревнивым он не был. Жадным да, был. Но дело тут не в жадности, а ревности. Но ревновать нельзя, потому что детишки эти внуки Великого Сандра. А поэтому! Вот же ж гады!!!

Хорошо, что Райнер забрал их обратно в Первую Крепость! Вот там пусть чудят!

Заебос медленно потянулся, выловил из бассейна ломтик огурца, который соскользнул со лба, и опять налепил его на прежнее место.

Так, ладно, мелких засранцев в сторону. Подведем ревизию.

Что у него есть на руках. Дворец Астарота у него есть. Войска лояльных князей есть, примерно сорок процентов от требуемого. Контракты оформлены, подписаны, заверены. Запасы энергии в виде «желеек» хранятся в подвале, в специальном холодильнике, под охраной. Запасов вина больше, чем у любого виноторговца Двенадцати Кругов. И даже резиновая уточка крякает!

Чего у него нет, так это, мать его, покоя! Покоя у него нет!

Заебос лениво подумал о Сатане. Где-то там, в глубинах Инферно, в своих покоях, прятался Тёмный Господин. Разозленный и ослабленный, без своей четвёрки генералов. Вельзевул, Велиал, Астарот – все трое были мертвы и их души сейчас кружились где-то в энергетическом плане, ожидая воскрешения. Сатана пытался их собрать обратно, потому что они были ему нужны, очень нужны! Но получалось пока плохо, ведь энергии у него не хватало.

А вот четвёртый генерал…Точнее, четвертая…

Заебос поморщился. Ламия. Второй Генерал Инферно. Единственная из четверки, кого пока ещё не грохнули Охотники и их союзники. Хитрожопая Ламия, у которой всегда был запасной план, запасной выход и запасной любовник в каждом круге. Они с Заебосом пересекались не один раз. И всегда «пересечения» оказывались не в пользу Заебоса.

Если Сатана воскресит их всех и натравит на Заебоса… Тут он вяло отмахнулся от этой мысли, как от назойливой мухи.

– Это будет проблемой Райнера. Я раб. С раба какой спрос?

Он усмехнулся самой этой формулировке. «Раб». Контракт на крови, привязавший его к этому фанатику-Охотнику, был, конечно же, унижением, с одной стороны. Но с другой стороны был несомненный плюс: всё, что касалось защиты, стратегии и общей войны теперь головная боль Великого Охотника Райнера. А его, Заебоса, задача – сидеть на месте, не дёргаться, потягивать вино, иногда подсказывать Хозяину умные мысли и наслаждаться отпуском.

Райнер справится. Райнер фанатик и идейная сволочь, у него Кодекс в крови, у него Дар, у него Легион Ратников Охотников в подчинении, и у него ненависть к Инферно, накопленная за тысячи лет предыдущего цикла. А еще у него тридцать три пес… гхм… ученика, да.

Если кто-то и сможет вынести Сатану с генералами, то это Райнер. А Заебос подождёт. Здесь, в бассейне.

Вдруг воздух в трёх шагах от бассейна вспыхнул небесно-голубым и возник портал.

Из портала шагнул Райнер. Худощавый, черноволосый, со шрамом через бровь, в чёрном плаще поверх матовой брони, и с каменным выражением на молодом лице. Глаза его сейчас пылали злобой и раздражением. За его спиной, в портале, шевелилось что-то ещё. Много чего.

Заебос прищурился и увидел… тридцать три пары странных человеческих глаз с характерным эльфийским разрезом. Тридцать три ученика, выстроенных в боевой порядок, при полном снаряжении, со смущением и опаской на молодых мордах. Твист стоял в первом ряду, Эль рядом, ну и Брют тут же. За ними, ещё глубже в портале, угадывались тени. Много теней. Кажется Райнер привел свой Легион. Легион Охотников, блин! В Инферно!!!

Райнер сделал ещё шаг вперёд, посмотрел на бассейн. Посмотрел на огурец, который Заебос быстро сорвал со лба и испуганно засунул в рот. Райнер посмотрел на резиновую уточку и покачал головой. Он был почему-то не в духе. Сильно не в духе!

– Вылезай, – сказал он тихо. – Мы выступаем.

Заебос медленно снял с лица очки-сердечки и прижал к груди резиновую уточку для моральной поддержки. Уточка жалобно крякнула.

– Куда? – спросил он, уже зная ответ.

– На Сатану, – спокойно сказал Райнер. – Пока генералы не воскресли, самое время ударить. Сейчас. Агарес уже собирает армию.

Заебос закрыл глаза и глубоко вдохнул, а потом медленно выдохнул.

«Шесть, сука, суток, – подумал он с тоской. – Я отдыхал всего лишь шесть суток».

Затем он открыл глаза и широко дружелюбно улыбнулся.

– Ну что ж, Хозяин, – сказал он почти ласково. – Война так война. Только дай переодеться.

Райнер коротко кивнул.

Заебос вылез из бассейна. На пол хлынула розовая ароматизированная вода. Халат сам прыгнул на хозяина, а очки-сердечки сменились другими – золотыми, в форме звёзд, парадными.

Он бросил последний взгляд на резиновую уточку. Уточка плавала в опустевшем бассейне, одинокая и преданная.

– Жди меня, дружок, – сказал ей Заебос почти нежно. – Я скоро вернусь.

Он вышел из тронного зала Астарота в портал переодеваться, надевать броню, собирать вассалов и, в очередной раз, делать чужую работу.

Война, блин. Опять война. И снова отпуск откладывается!

Рыжий и блондинистый паренек вытолкнули вперед темноволосого. Тот учтиво поклонился и откашлялся.

Когда Райнер раздраженно оглянулся, мелкий осторожно уточнил.

– Брат Райнер, а сколько хвостов лордов нам нужно собрать, чтобы вы нас простили?

Уголок губ Великого Охотника тронула лёгкая улыбка.

– Не сдерживайте себя, я скажу, когда будет достаточно.

Твист поклонился и вернулся к слегка оживившимся братьям. Райнер же покачал головой и тихо пробурчал себе под нос.

– Сандр, с-с-с…

Где-то в глубине Инферно, в своих покоях, Сатана внезапно почувствовал лёгкий укол беспокойства.

* * *

Что ж, мавр сделал свое дело, мавр может уходить!

Именно так я подумал, когда мы вместе со Шнырькой перекинули все костяные запасы этой убогой планетки на завтрак милым пёсикам Викториана. Ну и, собственно, при этом все охранники и грузчики местного мира также сбежали на корм собачкам.

«Сделал гадость, и на сердце радость!» – вспомнил я поговорку одного интересного персонажа.

После этого я вернулся в мир порталов, где Темная уже окончательно разобралась с тонкими настройками этого места, начисто отключив внешнее управление и полностью переведя порталы в ручное управление, задействовать которое могла либо только она, либо я. Это было хорошо, ведь этот мир мне еще пригодится, уж слишком много закладок здесь находится и слишком много интересных порталов здесь раскинуто. Однако прямо сейчас и прямо здесь делать было нечего.