Текст книги "Кодекс Охотника. Книга XXXXL (СИ)"

Автор книги: Юрий Винокуров

Соавторы: Олег Сапфир
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)

Глава 3

Где-то в Многомерной Вселенной

Говорят, что жить долго – это очень даже скучно.

Но в то же самое время такие слова исходят из уст тех сущностей, которые на самом деле даже не понимают значения собственных слов, ведь они не познали это самое «долго» и тем более даже не приблизились к бесконечности. Так, например, как это сделала Бездна, и она может смело заявить, что её всё устраивает.

Да, ее иногда донимает скука, но она нашла способы, как с этим справляться. Ведь жизнь прекрасна! И да, она умирает каждую секунду. Но в то же время, в эту же самую секунду, рождается новая.

Целые планеты где-то вымирают, а где-то появляются другие.

В каких-то Вселенных работают определённые сущности. В других этих самых сущностей все ищут и превозносят словами восхищения своих создателей, которых даже никогда не видели и не понимают, кто они такие. Но это всё слишком глупо звучит.

Лучше всего скуку развеивают люди. Бездна это поняла давно. Боги скучны, а высшие сущности зачастую неинтересны.

Взять тех же Демиургов. У них лишь одна задача в голове, которой они почему-то слепо следуют и думают, что если не они, то больше никто другой. Правда, здесь есть небольшой момент. Бездна слышала про одного молодого Демиурга, который не так давно получил свой дар, и его мышление значительно отличается от «истинных» Демиургов.

Она уже присматривается к этому человеку, и ей любопытно, куда же приведёт его дорога. Но сейчас интересности происходят куда как ближе. И это она про настоящее время.

Сандр просто невероятен. И нет, она не питает к нему каких-либо симпатий, как её дочь. Поступки, решения и то, как он с ними справляется – вот что нравится самой Бездне в этом человеке. Он сам, наверное, до конца еще не понимает, насколько глубокие трансформации его ждут. Ведь он, по факту, является тем, кто трансформирует весь Орден. Благодаря ему уже даже Кодекс на грани того, чтобы разрешить Охотникам заводить семьи.

Нет, конечно, и без Сандра это когда-либо случилось бы. Ведь Бездна общалась с Кодексом немало времени, и у них сейчас даже возник некий союз. Просто он считал иначе. Что птенцам сперва нужно набраться большей силы, чтобы избежать в пути потерь.

При этом сам Кодекс, наверное, не понимал, что настоящая сила обретается такими фанатиками, как Охотники, только путём сохранения того, что их окружает, в том числе и семей.

Бездна видела множество отважных Охотников, которые погибали лишь потому, что не боялись этой самой смерти. Считали, что раз уж они сейчас умрут, то выживет несколько братьев.

Как считает Бездна, перемены никоим образом не сделают их трусливей. Да и их поступки тоже в большинстве своём не изменятся. Они будут всё так же бросаться в любое сражение и отдаваться ему с головой. Изменится лишь подход, когда на задание пойдет не один брат, а сразу целая группа.

Бездна на самом деле помнит даже те времена, когда Орден только был создан и почему у них появилась эта непонятная любовь к одиночным походам. Это было сделано ради того, чтобы сохранить жизнь остальным. Если попадётся слишком сильный противник – погибнет один Охотник, но не десяток.

Сейчас же Бездна считает, что это уже нерационально, когда каждый Охотник стоит тысяч других воинов. Это тогда у них не было такой силы, и они, как муравьи, разбредались по Многомерной Вселенной в поисках силы, которую выжившие приносили в Орден. Изучали, исследовали, пытались понять, кто они такие и как работать с их дарами. А Кодекс оберегал, как мог… и печалился. Ведь смерть любого Охотника для него – в первую очередь потеря дорогого собрата.

Он был по натуре своей уникальным. Он не ставил себя выше тех, кто шёл под его началом. Он принимал себя точно таким же, как и они.

Сейчас Бездна понимает, что время перемен уже наступило и от этого, кажется, ужаснётся вся Многомерная.

Кто бы мог подумать, что сама Многомерная не знает, как справиться с одним-единственным Охотником и не понимает, что он может сделать дальше? Она на данный момент даже не узнала ещё о его способностях управлять Скверной, но это и понятно, ведь он сам ещё до конца не понимает этих способностей, лишь думает, что получил иммунитет благодаря Лекарю. Но на деле же это был последний фрагмент, которого ему так не хватало для обретения мощи.

Тут, само собой, вступает в дело человеческий фактор. Бездна уже просто не вспоминает бесчисленные сражения Охотника с порождениями Скверны. Сколько раз его ранили, где и когда он чуть не погиб. Вплоть до того дня, когда её дочь просила помочь спасти жизнь человека.

Ведь он был пропитан Скверной до такой степени, что его выворачивало этой зелёной жижей. Но Бездна все равно не вмешивалась, а её дочь обижалась. Впрочем, она и сейчас была обижена.

Бездна помогла бывшей императрице Елизавете отправиться на Землю, а вот дочь не пускает. Но у каждого свой путь. Кажется, она знает, где тот перекрёсток неизбежности, на котором все встретятся и, вероятно, ужаснутся, когда поймут, к чему всё идёт. Чтобы понять всю эту ситуацию и её масштабы, нужно оговориться, что сама Бездна не может просчитать, каким будет итог. А те варианты, что уже начинают вырисовываться, приводят Бездну в экстаз, заставляя всю её суть дрожать от удовольствия.

Охотник Перемен только что родился, пусть для этого и ему требовалось совладать со Скверной. Наверное, этот мальчишка Неназываемый удавится собственным ЭГО, когда об этом узнает, если, конечно, Охотник не уничтожит его раньше.

– Мама, ты ещё здесь? Я, между прочим, с тобой общаюсь, – обратилась к ней Тёмная, которая сейчас сидела напротив неё в красивом бирюзовом платье и с блестящими звёздами в волнистых волосах.

А это, между прочим, не какой-то земной новомодный блеск, который придавал изящности и великолепие волосам, а настоящие звёзды, уменьшенные до нужного размера, зафиксированные в специальных плоскостях и обезвреженные, дабы не уничтожить богиню.

Личная разработка Бездны. Лишь три особы во всей Многомерной сейчас имели подобное. Она, её дочь и её подружка Лиза.

– Прости, дорогая, – улыбнулась Бездна своей дочери. – Я уже стара и иногда предаюсь своим мыслям слишком долго.

Попыталась она оправдаться, не переставая улыбаться.

– Ну, это ещё недолго на самом деле. Однажды ты семь лет думала, – вспомнила девушка старый случай.

Бездна рассмеялась.

– Да, были времена!

– Но там и правда был тяжёлый выбор. Клубничное мороженое великанов или последняя разработка высших единорогов – рожок власти. ОЧень сложный выбор! – усмехнулась дочь.

– Но в итоге…

Правда, договорить Бездна не успела.

– В итоге ты выбрала и рожок, и мороженое, – закончила за неё предложение Тёмная.

– Да, это был исключительный вкус, – мечтательно улыбнулась Бездна.

– Мам, ты слишком безумна, – покачала головой её дочь. И добавила: – Вот скажи, ты не могла им просто спасибо сказать? А не наделять лучших их воителей своей силой и отправлять мстить обидчикам? Между прочим, у единорогов до тебя таких не было.

– Могла, – улыбается Бездна. – Но так было бы скучно, согласись. Да и у меня появилось увлечение. Если говорить по-земному, то можно назвать это сериалом, который я смотрела полторы тысячи лет.

– Ах да, – вдруг вспомнила ещё один момент Бездна. – Ты сама сотню лет наблюдала за единорогами. Особенно за тем, который выкрикивал странные фразы перед тем, как сразить человека.

Её дочь нахмурилась.

– Я была ребёнком. А заикающаяся лошадь мне казалась любопытной. И вообще, давай забудем об этом. Зря я тебе напомнила.

А затем тяжело вздохнула.

– Скажи мне лучше… Ответь на мой вопрос. Что там с Сандром? Я не могу его сейчас ощущать. Знаю только, что он не на Земле. Возможно, ему нужна моя помощь. Ты знаешь, что его дальше ждёт? Я тебе, между прочим, уже четвёртый раз за сегодня об этом спрашиваю. И каждый раз ты уходишь в себя. Там всё настолько плохо? – Темная засыпала мать вопросами.

Бездна лишь рассмеялась.

– Да нет. Я просто размышляю, не стоит ли попросить Сандра об одной услуге, – задумалась Бездна. – А насчёт твоего вопроса… Всё с ним будет нормально. У Охотников всегда всё стабильно и просто. Сражайся и не умри. Ты же сама знаешь.

Тёмная только тяжело вздохнула.

Сколько бы раз она ни спрашивала свою мать про Сандра, всегда получала одни и те же похожие ответы, а потом у него появляется новая жена, и Тёмной после этого хочется убивать.

– Хорошо. Последний вопрос, и я пойду.

– Давай, дочь, удиви меня.

Хоть Бездна и понимала, что вопрос опять будет о Сандре и ничего нового или интересного там не прозвучит, но множество разговоров с Лизой о тяжёлом материнстве, где каждой из них было что поведать, повлияло на неё.

Она теперь больше проводит времени со своей дочерью и, по совету Елизаветы, отвечает даже на самые глупые вопросы, в том числе и просто выслушивает их.

– Что это такое? И почему я нашла это? – специально выделила она зелёный огонёк на своей руке, который достала из связи с Сандром.

Вот тут уже Бездна рассмеялась еще громче.

– Удивительно. И любопытно, – ответила она своей дочери.

Но в то же самое время ей захотелось ещё раз задуматься о причинах появления огня Скверны у своей дочери.

– Так что это? Вернее, не так. Я знаю, что это, – решила она избавить себя от глупых ответов, которые мать так любит давать, словно она пятилетний ребёнок. – Я хочу узнать, почему это пришло от него и как оно вообще добралось до меня.

– Ну что ж… У меня для тебя две новости. Хорошая и плохая. С какой начать?

– С той, где ты мне расскажешь про Сандра, – уже который раз попыталась она вытянуть хоть какую-либо информацию.

Смех Бездны не прекращался. Она теперь уже скорее ржала, чем смеялась – безудержно, сильно и душевно.

– Оба моих ответа касаются Сандра, на самом деле. И давай тогда сделаем иначе. Я поменяю формулировку и скажу, что ни один из них не является плохим или хорошим. Это просто ответы.

Бездна слегка прищурилась.

– Первое. Скорее всего, у него есть к тебе чувства, – решила обрадовать она свою дочь.

– Он меня… – пыталась она безрезультатно задать уточняющий вопрос.

Но этому не суждено было свершиться.

– Второе. Не к одной тебе… – Бездна уже видела, сколько подобных ниточек разошлись от Сандра. – Третье. Тебе уже пора уходить.

– В смысле, он же…

– А потому прощай, – выдала Бездна свой вердикт в конце ответа.

– Подожди, я…

Но что именно хотела сказать её дочь, Бездна уже не услышала, ведь Тёмная пропала из её владений. По её собственному желанию.

Когда Бездна осталась одна, то лишь улыбнулась.

– Энергия Скверны ищет нового владельца… Удивительно, насколько же всё поменялось, – только и произнесла она вслух.

* * *

Да, а ведь Скульптор реально постарался. Это место, которое он создал для меня, было не просто тюрьмой, а произведением искусства. Если задуматься, то даже Архитектор мог бы позавидовать ему. По факту, это была не пустышка с одной лишь тронной залой, в которой всё продумано до мелочей.

Нет. Я специально прошёлся по каждому помещению здесь. Куда бы я ни зашёл – всё было идеально. Скульптор умело спроектировал целый огромный дворец для одного Охотника, который должен был здесь провести целую вечность, и при этом очень серьёзно обращал внимание на каждую мелочь. Плевать, были ли это настенные лампы с магическим светом или самая обычная дверная ручка. Всё было искусно и предельно точно изображено.

Вот, к примеру, одна из панелей показывала сражение, уже даже не помню какого года, в котором Охотники сражались с Пустыми и победили их. Все стены были изрезаны этими причудливыми барельефами. Я даже прикинул, что не хочу уничтожать это место, всё-таки он старался для меня. Но в то же самое время мне пора было уходить, а потому я выбрал главные ворота своей целью.

Сейчас я стою перед ними, жду, пока Шнырька доест своё мороженое. Да, это был единственный момент, который они не продумали. Вся энергия дворца питала моё тело. Так сказать – живи ты, Охотник, на одной лишь энергии, но вот для моего Шнырьки здесь ничего не было. Так что он сошёл бы с ума быстрее, чем прошла бы вся вечность.

Вот интересно… вечность вообще может пройти?

У нас в архивах Охотников есть упоминания про Вечность. Что это сущность просто грандиозного порядка, у которой вообще нет классификации и она стоит на одном уровне с Бездной.

Единственная проблемка – никто её не видел, но некоторая информация всё-таки имеется. Говорят, те, кто познает Вечность, смогут править всем и всегда или раствориться в ней. Ещё были упоминания про Вечную Погибель – наказание, которое слишком жестоко даже для самых тёмных и мрачных личностей. Как уже можно понять, я любил легенды и сказки, особенно, когда они потом оживали.

Ну да ладно… В одной руке у меня сейчас формируется энергия Скверны, которую я вытянул из этого места, в другой – энергия Кодекса, и что-то меня это начинает слегка пугать, учитывая, как быстро я привыкаю к энергии этих двух Верховных Сущностей. Но плевать. Главное – выйти, а там уже разберёмся.

Складываю руки вместе и выпускаю огромный, жирный такой импульс смешанной энергии, который врезается в эти изрезанные массивные створки и буквально выламывает их.

Я, конечно же, прикидывал, что легко не будет, но готов к любым неприятностям, а потому сразу иду вперёд, дабы глянуть, кто тут у Скульптора сейчас на охране, ведь в любой тюрьме должен быть охранник, и желательно не один. Всё-таки предусмотреть побеги из такой постройки они тоже должны были.

Прошёл я недалеко, может шагов двести, но что примечательно – не обнаружил здесь вообще никого и ничего. Никаких садов или обширной территории, принадлежащей дворцу. Как-то он этот момент не продумал, а это говорило о том, что выпускать меня сюда он не планировал. За это, конечно, можно поставить ему минус.

Куда интереснее было бы каждые тысячу или две лет открывать для меня новый уровень, так сказать, чтобы я не заскучал. Хотя, может, он и планировал так сделать, кто его знает. Точно не я. Пока что.

Охраны, кстати, тоже не было. Как и вообще… я не особо понимаю, где сейчас нахожусь.

За моей спиной дворец, а вокруг всё серое, мрачное и пустое, словно я иду по собственным снам или какому-то призрачному пространству. Это, честно говоря, меня напрягло. А потому делаю один вдох, затем выдыхаю, и уже на втором вдохе начинаю поглощать всю эту энергию, поскольку так проще всего убить заклинание.

Нет, себя тоже несложно таким образом угробить, но у меня есть преимущество. Я отправляю эту энергию туда, где сейчас бурлит сила Кодекса и Скверны.

Магия Скульптора туда попадает, пытается воздействовать на окружающую обстановку, но терпит неудачу, а я всё наращиваю и наращиваю темпы поглощения. Из минусов – мои глаза закрыты, всё-таки приходится следить за внутренними процессами, дабы всё не пошло по одному месту.

Однако всё заканчивается, и этот процесс тоже подошёл к концу. Ну, как процесс… просто энергия истощилась в пространстве.

Открываю глаза. И тут я, мать его, понимаю, насколько же попал! Вот только в кои-то веки не я, а сам Скульптор.

Я находился в каком-то пространстве, опять же, но уже вполне материальном, похожем на огромную пещеру, только размерами с целую планету. Попытался сразу же обратиться к Кодексу и понял, что всё-таки это не планета, а скорее всего один из слоёв пространства. И при этом находится он где-то очень близко от Земли, раз ни хрена никуда не проходит. Но ладно, это всё мелочи.

Что примечательно – Скульптор, кажется, сошёл с ума. Целиком и полностью.

– Нет, он идиот, – выдал я вслух.

Это же не может быть правдой, продолжал я мысленно общаться сам с собой, не веря собственным глазам.

Я находился, так сказать, в технической комнате, которая состояла буквально из целого мира. Небольшого, ладно. Может, даже размером с маленькую страну, но это реально была техническая комната, если говорить простыми словами.

Здесь находилось всё то, что должно было подпитывать тюремный дворец. Например, в стороне я вижу интересные приспособления, на которых сейчас лежали закованные Архиличи и генерировали мёртвую энергию. По специальным костяным каналам она перетекала во дворец.

А еще, похоже, Скульптор получил какое-то дополнительное влияние на богов Многомерной, подчиняющихся Смерти. И это плохо само по себе, но гораздо хуже то, что он не мог это сделать без «Благословения» самой Предвечной. Зараза.

В другой стороне – костяные сердца с воткнутыми в них жезлами, тоже из костей. Это высший уровень длительной заклинательной магии некромантов. Одно такое сердце может стоить как полцарства.

Не знаю, зачем я вообще вспомнил про полцарства, если это, конечно же, глупость. Однако когда ты молодой отец, а твои дети, несмотря на то, что могут руками согнуть танковое дуло, всё равно нуждаются в сказках, приходится читать. А мои жёны настояли на том, чтобы вся сказочная библиотека состояла исключительно из местных книг. Мол, нечего детям слушать о приключениях Охотников.

Не сказать, чтобы я был согласен, но в то же самое время сильно спорить не стал.

– Ладно, мелкий, – обращаюсь я к Шнырьке. – Давай на разведку, но осторожно. Ничего здесь не трогаем.

Я даже боялся пошевелиться, дабы не испортить этот момент.

Нет, тут реально нужно понимать, что происходит. Это то же самое, что попасть в тайную лабораторию Михаэля или, скажем, Архитектора. Да хоть кого-либо. Здесь можно почерпнуть столько всего интересного, особенно если учитывать тот момент, что серьёзной защиты здесь стоять не должно, ведь, по сути, это личное пространство. Всё вокруг этого пространства должно быть защищено, кроме самой его внутрянки.

То, что мне дальше начал показывать Шнырька, просто поражало, а удивить старого Охотника не так уж и легко, но здесь было просто дохрена всего.

Например, костяные мельницы, которые преобразовывали некротическую энергию в другие виды. Я даже не знал, что так можно. Вернее, знал, но точно не у некромантов.

Моё внимание быстро привлёк один «отдел» этого места, где в поддержании и работе всего этого безумия участвовали живые люди, а потому я сразу направился туда, дабы взглянуть на происходящее.

По дороге не успевал любоваться происходящим. Костяная река, по которой реально плыли кости, при этом непростые, а с разными руническими письменами и внесенными заклинаниями в них. Это тяжелейшие заклинания-конструкты, где каждая кость отвечала за свое направление в этом заклинании, и по мере нужды они меняли свое местоположение, тем самым формируя нужный эффект.

Ну что тут сказать? Охотника сдержать не так просто, но Скульптор – гений. Правда, он все же идиот, раз смог заманить меня в ловушку, но не удержать, и при этом допустить до этого места.

Шнырька тем временем продолжал разведку, и я всё больше убеждался, что здесь нет никакой подставы. Он явно заканчивал этот проект впопыхах и вообще не мог представить, что я сбегу.

Дойдя до человеческих пленников, я понял, что глаза Шнырьки не обманывали. Нет, реально. Тут было больше тысячи человек. Все они висели на костяных цепях, хотя, по мне, было проще использовать обычные. Эффект, в принципе, ничем бы не отличался.

Растянутые в стороны за руки и ноги, и из них выкачивалась нужная энергия для этого места.

– Так, стоп… а это кто такой?

Не понял. Ведь так не бывает, разве? Нет? Задал я сам себе вопрос, подходя к одному бородатому мужику. Его, конечно, я не узнаю, но вот энергия, исходящая от него, знакома, а потому решил проверить свои догадки. Протягиваю к нему свою руку, ставлю на его ногу и провожу некое сканирование.

Как можно понять, я не сильно хотел здесь использовать какие-либо способности Охотника, вдруг всё же есть какой-нибудь защитный механизм как раз на охотничью энергию.

– Да ладно… Он реально из Ордена Портальщиков. И судя по меткам – младший магистр.

Я вообще не понимаю, как его могли пленить, и почему его не спасли. Иду дальше и вижу не менее странный момент.

Девушка, обычная, лет двадцати, в приличном платьице, которая стоит на коленях. Она была, наверное, единственная из тех, кого не подвешивали, но руки за спиной были растянуты костяными цепями в стороны. И, само собой, как и все остальные, она была без сознания. Но что меня в ней привлекло, так это запах. Она пахла как цветочная поляна, действующий вулкан и стихийное бедствие одновременно, несмотря на то, что я прекрасно понимал, кто находится сейчас передо мной. Не в плане личности, а скорее профессии.

Однако всё равно решил убедиться и провернул с ней то же самое, что и с тем мужиком, только руку положил уже на ее плечо.

Мои догадки полностью подтвердились.

– Заклинательница… Твою мать! Настоящая заклинательница!

Их же берегут. Они же… Хотя, впрочем, ладно.

Мне очень льстит то время, которое Скульптор потратил на меня, как и свои силы. Не стоит также забывать про ресурсы. Словно он ворвался на самый чёрный рынок Многомерной и скупил там вообще всех уникальных личностей, которых продавали, разве что Охотников не нашёл.

А так, кого здесь только не было.

Некроманты. Десяток демонологов. Слабеньких, правда. Всего лишь магистры. И даже лекари. Не обошлось и без тех, кто сюда пришёл добровольно.

Люди, подверженные влиянию Скверны. Вот с ними было интересно. Сразу же выкачал всю энергию из них, дабы они не устроили никаких проблем, и прикинул, что теперь нужно понять, как отсюда выбраться.

На самом деле план у меня практически уже был в кармане, как любят говорить на Земле. Осталось только понять, что именно нужно уничтожить. А потому Шнырька ещё быстрее начал всё тут разнюхивать. В итоге спустя какое-то время обнаружил небольшой костяной дворец.

Да-да, у Скульптора, видимо, фантазия закончилась. Всё на меня потратил.

Мне отгрохал дворец и для себя один построил. Правда, маленький. Но тот уже был битком забит разными его созданиями, которые находились в стазисе. Или, если по-другому сказать, спали. Однако кого там только не было. Даже костяные драконы.

Из интересного могу добавить, что энергии там явно маловато. А потому я сейчас по-быстрому разнесу там всё вместе со скрывающимися столбами, и это творение в виде пещеры и чудес выплюнется куда-нибудь в Солнечную систему.

Прикинул, что можно и самому всё развалить, но это будет не так эффектно, а потому напитываю своё тело силой, подхожу к Заклинательнице и разрываю её цепи.

Она моментально подрывается на ноги.

– Силой, дарованной мне, я взываю к стихиям шестерых Безликих и одного мёртвого порождения из Нерождённой Великой Гробницы… – быстро начала читать она своё заклинание.

– Подожди… Присмотрись, – перебиваю её и активирую свою силу Охотника.

Конечно, активация силы произошла быстрее, чем я произнёс эти слова, ведь по-другому она бы не остановилась.

Сбить Заклинательницу с её заклинания также невозможно, как заставить Грегори перестать любить деньги… что ли.

– Охотник… тебя тоже пленили? – быстро начала она накидывать варианты, соображая. – Это хорошо.

И вдруг кивает мне.

– Нет, не сказать, что хорошо, – смеюсь я. – Но, как видишь, мы в одной лодке.

– Хорошо. Для меня, – наконец выдала она правду.

– Вот, да. Это уже ближе к истине. Кстати, если что, меня содержали вон там, – указываю пальцем на тот дворец.

Вижу, что она с пониманием опять начинает кивать. Это я так, для понимания иерархии обозначил, а то еще подумает, что мы с ней здесь наравне.

Но это не так.

– Мои сёстры отплатят тебе и твоему Ордену за моё спасение. Помоги мне выбраться.

На самом деле, она быстро соображает. Её только что вырвали из не самого лёгкого забвения, а она сумела свои мозги настолько быстро привести в порядок, насколько это вообще возможно.

Умная девушка, ничего не скажешь.

– А остальных будем спасать? – решил узнать, какая у неё вообще позиция по отношению к другим.

– Будем, – серьезно отвечает она. – Они отомстят Скульптору.

Сразу же выдала она мотив своих действий.

Ух, а какой взгляд. Как он горит ненавистью и злостью. Кажется, возникни Скульптор сейчас перед нами – и она могла бы испепелить его.

– Отлично. Тогда давай сделаем так. Видишь вон того бородатого мужика? Он из Портальщиков. Я сейчас его освобожу, и он поможет всем отсюда убраться. Но для начала нужно снести барьеры, защиты и всякие якори. Они, если что, находятся в том маленьком дворце, вместе с остальными скелетами, – показываю ей направление.

Но все-таки тут же решаю рассказать ей всю правду.

– Правда, есть один нюанс.

– Какой? – спрашивает она, серьёзно глядя на меня и ловя каждое моё слово.

– Они в стазисе. А поэтому нужно их всех разбудить.

Заклинательница кивает, давая понять, что готова.

Ну что сказать. Я ничего лучше не придумал, чем просто топнуть здесь ногой. Вся скальная порода начала расходиться трещинами, не на большом расстоянии, но на достаточном, чтобы слегка нарушить подземные коммуникации, так сказать. Ещё интересный свет Кодекса исходил – синий – из этих самых проломов, давая мне понять, что выжигание всей этой грязи происходит успешно.

Само собой, реакция была незамедлительная. Ворота дворца открылись, и оттуда появились скелеты. Кто-то из них скакал на лошади, другие летели, третьи просто пешочком шли.

А я пошёл будить остальных, всё-таки время поджимает, но при этом не забывал поглядывать на Заклинательницу.

– Двенадцать стихий Безымянных Владык. Третья и седьмая – мои сёстры. Девятый и одиннадцатый – братья. Я вызываю! Я прошу. Я та, кто повелевает, знает и мудростью своей направляет! Обратитесь ко мне, и я взгляну в ваши глаза. Если их нет – я создам и наполню силой. В Великом Ничто они не спят. Видят. Слушают. Три Проклятых Короля. Одна Герцогиня Боли. Восьмёрка Ужаса и Глаза Бездны. Да прибудет та сила, которая сможет уничтожить всё созданное и придуманное. Я, Марьяна Вильхельма Рингот! Мои слова пробудят спящих. Спящие восстанут и вознесут их во все планы, сущности, мерности. Великие прибудут! Да наполнится это заклинание тем, что не должно существовать, быть и происходить. Алука Вирда… Опомнись!

Я, конечно, осознал момент, когда она назвала своё имя. Я чуть-чуть допустил ошибку, что не взглянул на её душу, в счёт конспирации, приняв её за обычную Заклинательницу. Но, мать его… То, что она сейчас применила, это перебор даже для меня!

Мне сложно было понять, насколько много там слов силы, сигилов, запечатанных в каждой, сука, букве, и мерностей, по которым она пробежалась буквально за несколько секунд.

Чтобы осознать, что именно это юное дарование, которое на самом деле, возможно, даже старше меня, сейчас сделало, нужно понимать одну простую вещь – каждое её слово было наполнено огромным количеством энергии, которая течет из разных мест. Эти потоки не может остановить даже Закрытый Мир, находящийся поблизости.

Это просто жесть! Вначале дворец ничем не выдавал обеспокоенности, а потом ровно по центру него возникла трещина, а затем другая. И так примерно штук семь.

Верховный Архилич, стоявший на стене и имевший защиту очень недурного уровня, раскололся тоже, даже не поняв, что его убило. Потом всё пространство завихрилось.

Откуда-то возникли Пробои. Метеориты, падающие из этих самых Пробоев. Огромные ржавые мечи размером с замковые башни и веющие чем-то настолько древним, тёмным и злым, что я даже не хочу пока в этом разбираться.

Так длилось, наверное, минут пятнадцать. Я даже разбудить всех не успел, настолько любопытно было наблюдать за происходящим. Завершилось всё огромной пастью, которая возникла с двух сторон и сомкнулась по центру.

Само собой, на этой костяной пасти сиял Глаз Бездны, а затем раздался её смех, заполняющий всё это пространство.

– Наконец-то я тебя нашла! – внезапно услышал я знакомый голос за своей спиной.

Оборачиваюсь и вижу Тёмную, которая стоит и сверкает так, словно запихнула в свои густые волосы несколько звёзд. Дальше мне уже было не до разговоров.

Она тут же повисла у меня на шее и зарыдала, но не как богиня, а как обычная простая девушка…