Текст книги "Кодекс Охотника. Книга XXXXL (СИ)"

Автор книги: Юрий Винокуров

Соавторы: Олег Сапфир
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

Глава 16

Нехилый такой замес мы устроили, и едва успели из него выбраться. Это я уже понял, сидя у себя в имении и просто наслаждаясь жизнью.

А жизнь прекрасна, как ни крути, даже несмотря на всякие мелкие проблемы, с которыми я столкнулся.

Ну, например, я знаю, что такое полная зачистка у Феликса. А ещё я прекрасно осведомлён, как его дроны могут действовать в его отсутствие. Феликс – парень неоднозначный и старается избегать всех остальных. Грубо говоря, чтобы не столкнуться с кем-то нежелательным, он может перенести куда-то весь Рой, и плевать ему на расходы. Он может такое себе позволить без проблем, а вот его механические друзья, наоборот, действуют более расчетливо, стараясь ему угодить.

Правда, есть теория, что если Феликс окончательно погибнет, то в Многомерной будет очень большой капец. Поскольку теория гласит, что у него есть некие просто колоссальные центры управления, разбросанные по всей Многомерной. Они, само собой, находятся не на видном месте. И если Феликс умирает, там приказ один – отомстить, а вот кому отомстить – вопрос уже интересный, учитывая, что если контроль возьмут дроны, то мстить они будут всем.

Однако это всего лишь теория, которая меня сейчас не волновала. Для меня имело значение моё нынешнее состояние, которое начинало меня немного пугать.

Да, я, мать его, Сандр, Великий Охотник, которого хрен чем удивишь, но Земля – это просто какое-то место безумия. Сюда точно нужно Бездну поселить, вот честное слово.

Я тут не так долго нахожусь по меркам Многомерной, но успел уже просто устать удивляться, по-другому даже не скажешь. Например, мои размышления подвели меня к окну.

Сейчас я вижу, как мои гвардейцы тренируются очень странным образом. Они разделены на группы по пять человек, и вместо бревна носят на своих плечах какие-то огромные ракеты. Полагаю, это Волк решил таким образом прокачать нашу реактивную артиллерию, чтобы каждый расчет мог в кратчайшие сроки производить перезарядку.

Да, смешно, что Сандр реально полагается в защите мира на артиллерию и другие земные штуки. Ну, и плюс на Кренделя, он реально придумывает интересные артефактные решения.

Ладно, это не так удивительно. Куда более интересной вещью является то, что я стал терять понимание пути своего развития. Я просто не особо понимаю, во что превращаюсь, а Кодекс молчит, словно его всё устраивает.

Первым звоночком во мне стала Скверна. В сражении с Горгульей, которая вовсю использовала некротическую энергию, я разочек попал под её убойную атаку. Должен сказать, что она мало чем отличалась от силы Скульптора. Но вместо того, чтобы нанести мне какой-либо урон, Скверна во мне начала поглощать эту энергию, и это вполне логично. Она всепожирающая и любит буквально все виды боли, так бы я это правильно назвал.

Однако то, что произошло дальше, конечно, меня слегка напрягло. Вместо того, чтобы поглотить и расщепить её, Скверна, словно умелый прапорщик, сложила всё в сторонку. Мол, на, Сандр, пользуйся. Вот только пользоваться я этим не мог, но в то же самое время, находясь во мне, эта энергия не причиняла никакого вреда.

Охотник, мать его, превращается во что-то интересное. Проблема заключалась в том, что я не знал пути развития при таких данных, словно я становлюсь чем-то новым, и это пугало меня своей неизвестностью.

В первую очередь я очень опасался потерять статус Охотника. До сих пор не знаю, как отреагируют мои братья, когда узнают, что один из них теперь со Скверной на «ты» общается.

Ну да ладно. С этим, пожалуй, разберёмся после того, как я наведу небольшой порядок на Земле.

В моё отсутствие здесь произошли некоторые изменения. Имперские войска вступили в сражение. И да, я чертовски горд за свою Империю, Лизу, и даже за Ольгу, хотя бы по той причине, что они сделали всё как надо. Даже мои войска не успели подойти, а у них вся ситуация уже была под контролем. Да ладно, что там мои войска. Первое вторжение костяных сил Скульптора, так сказать, пробное, произошло на территории Индиры. Вот имперцы и успели быстрее, чем сами индирцы.

Увлекательный факт, правда? Складывается впечатление, что нам это нужно больше, чем им.

Однако нападение было слабеньким, как я и сказал, пробным. Всего лишь тысяч сорок низкосортной нежити было отправлено, чтобы проверить, что же здесь подлый Охотник оставил в качестве мер предосторожности. Что любопытно, кажется, Скульптор до сих пор не понимает, что я уже выбрался, как и не имеет никакой информации о своих погибших мирах и, само собой, о Горгулье. Вот он, минус огромных владений, которые зависят только от тебя. Ты просто не всегда успеваешь за всем уследить. А когда до этого наконец доходят руки, понимаешь, что уже поздно. Наверное, в этом и заключается одна из причин, почему я не хочу быть Богом.

Ладно, в кабинете вроде все дела сделал. А те, что не сделал, значит, не так уж и важно. Да и вообще, они могут годик-другой подождать, пока вернётся Анна и всё тут порешает. Как она любит говорить, в бизнесе спешка может только навредить. Правда, говорит она так, когда я хочу сделать всё по-быстрому. А вот когда за дело берётся она сама, то время – деньги. Таков её жизненный девиз.

Ну да ладно. Пора наконец проверить одного маньяка, который, кажется, чересчур сильно стал увлекаться.

Ныряю в Тень и уже через мгновение выныриваю в казарме, а точнее, под ней, на специальном полигоне, где сейчас идут учения. Тут особо одарённые гвардейцы Рода Галактионовых могли без проблем работать на полную мощность, не боясь что-нибудь сломать, поскольку весь этот полигон сделан из разломных материалов и дополнительно усилен артефактами. И вообще, я в него очень верил.

Правда, бойцы меня сейчас не интересовали. Они спокойно занимались своим делом, отрабатывали задачи и никому не мешали. Поэтому я двигаюсь дальше, в ещё более защищённую часть комплекса, которая больше напоминала небольшой спарринг-зал. Именно там нахожу своего командира гвардии.

Волчара даже не понял, что я здесь появился. Он продолжал молотить висящую грушу так, словно она лично оскорбила всю его родословную. Это, кстати, был мой подарок ему. Полностью мифриловая груша, которая весит ой как немало, а стоит ещё больше. И которая, по заявлениям гномов, вообще неуничтожима.

– Волчара, может уже хватит? – усмехнулся я, наблюдая, как он снова врезал по груше так, что по помещению пошёл гул. – Ты её скоро сломаешь. Мой сын даже не успеет вырасти и испытать её.

Момент, и он решает нанести последний удар, в который вкладывает практически всю свою силу. Как я и думал, мифриловая цепь, на которой висит эта груша, не выдерживает и рвётся, а груша улетает в стену.

– Всё, я устал… Можно пятнадцать минут отдохнуть и по новой, – наконец выдаёт он и подходит ко мне, пожимая руку. – С возвращением! Есть какие-то указания для гвардии?

С надеждой спрашивает он у меня.

– Конечно есть, дружище. Для тебя – всегда. Например, можешь отдохнуть не пятнадцать минут, а целых тридцать. Я разрешаю, как твой командир и глава Рода. Могу даже приказ написать.

– Не-не-не… – отмахивается он. – Это плохая идея. Я должен стать сильнее. Намного, мать его, сильнее.

Затем он задумчиво смотрит на искалеченную грушу.

– Кстати, у тебя нет чего-нибудь покрепче этой? А то мне кажется, в последнее время она начала скрипеть.

– Знаешь, Потапов, это не груша скрипит, – с осуждением посмотрел на него. – Это души гномов плачут, когда кто-то так обращается во Вселенной с мифрилом. Честно тебе говорю, это так оно и есть.

Волк тяжело вздыхает.

– Хренов этот ваш мифрил на самом деле, мягкий какой-то. Хотелось бы чего-то покрепче, – опять повторяется он и усаживается на лавку.

Я ему не стал мешать, ожидая, пока он вытирает полотенцем пот. Затем пока он напьётся вдоволь магически заряженной воды, и только тогда решил его обрадовать.

– Короче, суть такова. Есть одно опасное место. Мои предыдущие напарники уже выдохлись. Не хочешь их заменить?

Как говорится, дважды повторять не нужно было. Волк сразу подорвался, выпрямился и взглянул на меня каким-то ранее невиданным уважением. Вот что значит давно никаких замесов у него не было. Заскучал.

– Всегда готов! Когда выдвигаемся?

– Да хоть прямо сейчас. Но, пожалуй, лучше давай подождём до вечера. Ты сначала все свои дела доделай, а мне ещё нужно заскочить к Лизе.

– Лиза – это хорошо, – кивнул он мне. – Я и правда все быстро сделаю, а то мои бойцы в последнее время стали лениться. Не хватает им настоящей работы. Москаленко много воли им дает, гад.

Блин… Такое ощущение, что мне нужно какой-нибудь стране войну объявить, дабы сделать Волчару счастливым. Почему-то у многих людей, аристократов, на минуточку, гвардия может столетиями просиживать штаны и при этом радоваться жизни, что для них нет работы. Тяжелее, чем стоять на посту, охранять покои своего господина и предаваться размышлениям о том, что вечером выпить – красный эль или какую-нибудь бормотуху, от которой отпускные дни просто испарятся из памяти, у них ничего не происходит. И да, это я сейчас говорю как раз про Многомерную, а не про Землю.

Я помню балладу про гвардейца, который решил, что очень сильно устал и ему нужно на несколько дней забыться, то есть нажраться до беспамятства. Так, чтобы вообще ничего не помнить. Полная перезагрузка. Если я не ошибаюсь, в этой балладе гвардеец был молодец. Он так перезагрузился, что на следующий день понял: если всё так и дальше будет продолжаться, то он просто не выживет, а потому вернулся на службу. Вот его господин, я уже не помню, какой там у него ещё был титул, сильно удивился. А потом был удивлён уже сам гвардеец, когда узнал, что его не было целый год и два месяца.

Если я не ошибаюсь, баллада называлась:

'Не пей ты, гвардеец, гномий самогон.

Погубит он тебя, и тогда появится у тебя борода'.

Да, кстати, из-за последних слов про бороду я полагаю, что сами гномы эту балладу и создали. Очень тщеславный народец, который любит пихать себя вообще куда только можно, почти как Охотники. Только мы, пожалуй, это делаем по нужде, потому что нужно быть во многих местах одновременно. А гномы, так сказать, ради собственного тщеславия.

Только гномы! Только вперед! Ну ладно, это я уже сам придумал. Однако же звучит…

В общем, с Волчарой я распрощался. Он едва раздвижную дверь не снёс с собой, которая почему-то не успела достаточно быстро раскрыться, и сейчас одна створка валялась в стороне. А ведь была бы тут сейчас Анна, она бы точно не оценила такое поведение Волка. Впрочем, и Потапов чувствовал себя виноватым, но пообещал всё исправить.

Я, наверное, знаю, чем будут заниматься гвардейцы в ближайшие несколько дней. Нет, они не будут ставить дверь обратно. Они начнут бегать с ней по полигону. Таким образом Волк оправдает это происшествие и объяснит, зачем снял её с петель.

Про Лизу я тоже ему не врал. И, само собой, собирался уже направиться к ней, как услышал, что Шнырька громко и аппетитно чавкает в Тени. От любопытства заглянул туда и увидел мелкого с тарелкой дымящихся блинов. Тут, конечно, я пройти мимо не мог, и тоже заглянул на кухню, где подкрепился ароматными блинами с домашней сметаной. Шнырька научился разогревать их без Семеновны, какой же он сообразительный. Но, блин, таким макаром скоро все заготовки моей заботливой поварихи, которая сейчас ухаживает и кормит моих детей чертовски далеко отсюда, закончатся, и что мне тогда есть?

И только после приема пищи я направился в столицу.

Лиза, кажется, была рада меня видеть, а вот Ольга совсем нет. Если с Лизой всё понятно, особенно по тому взгляду, который она бросила в мою сторону, то с Ольгой у меня начали закрадываться сомнения, что нихрена ей муж не нужен. Как-то слишком уж неправильно она себя вела. Пожалуй, я повременю со знакомством её с каким-либо Охотником.

Нет, я реально задумался над её случаем и прикинул, что, возможно, это просто в ней бурлит огонь. Ведь ее сила растет не по дням, а по часам. Хорошая родословная, мотивация и полная самоотдача в любом сражении, в котором она участвует.

Так вот… Сила растёт, бурлит, и ей кажется, что чего-то не хватает. Мозг пытается придумать чего именно и подкидывает разные варианты. В итоге она, наверное, смотрит вообще не в ту сторону. А что ей действительно необходимо, так это хорошее сражение. Такое, в котором она выложится вообще под ноль и выпустит из себя всё, до последней капли. Таким образом она получит разрядку, как физическую, так и душевную.

Ну и, возможно, у меня, кстати, есть для Ольги хорошее мероприятие, которое ей может подойти, конечно, если её мать отпустит. Для этого я и явился, так сказать, к Лизе, дабы с ней переговорить.

Разговор у нас состоялся интересный. В нём она рассказала мне, как появились на нашей планете костяные гады. Они спустились в каких-то огромных воздушных пузырях, от которых любое противовоздушное оружие Индиры легко отлетало, поэтому они и среагировать не успевали. Думали, что собьют их ещё в воздухе, и там же уничтожат, но ракеты только отскакивали от этих пузырей. Таким образом, Лиза сейчас гневалась. Мол, почему она об этом не знала? Что такое вообще бывает? И как им поступать в подобных случаях?

Я, конечно же, подсказал ей, что это магия воздуха, но не совсем простая, скорее всего, там ещё была прослойка воды, просто не очень заметная. Такой пузырь можно уничтожить, как самый обычный пузырь, только нужно сделать наконечники ракет зачарованными и острыми. Я, на самом деле, не знал, сработает это или нет. Просто такие пузыри отлично уничтожали ледяные пики, каменные копья или любые другие подобные атаки, да хоть воздушные лезвия, без разницы, главное, чтобы что-то было острое и быстрое.

Лиза попсиховала и заявила, что у Империи опять появились новые расходы, ведь придётся внедрять очередное производство. Но я её немного успокоил. Сказал, что в ближайшее время она может потратить часть имперского боезапаса и тем самым освободить место на складах. Суть заключалась в том, что я изучил карту и ту местность, в которой появились приспешники Скульптора. Это напоминало обычную разведку боем, и реально так все думали, но на самом деле всё было немного не так.

Скульптор вообще любитель скрывать свои истинные намерения. Ты думаешь, что победил, а на самом деле всё идёт точно по его плану. Надеюсь, мой побег из его дворца – это не тот случай. А если окажется, что это так, то я начну носить шляпу, дабы была возможность её снимать перед ним, учитывая, сколько ресурсов он затратил на всё это. В общем, чтобы понять, зачем высадка была именно в том месте, нужно изучать историю.

Когда-то недалеко оттуда находилось одно очень популярное место в древние времена. Туда, в одно ущелье, две империи сбрасывали трупы, так сказать, экономия на погребениях. Нет, ну это, конечно, варварство. Однако всякие болезни по типу чумы, войны и прочие неприятности делали своё дело. В какой-то момент трупов становилось больше, чем времени на то, чтобы с ними разбираться.

Вот люди и придумали создать себе священное место, а вернее ущелье и сказали, что теперь будут сбрасывать туда всех. Потом, конечно, со временем его засыпало, песок и ветер сделали своё дело. Но, по моим прикидкам, там может лежать до полумиллиона человеческих тел, которые уже давно превратились в скелеты.

Опять же, есть один интересный момент. Та нежить, которую сейчас отправляет Скульптор, привыкла к немного другой энергии. И здесь она ослаблена. А вот если поднимать нежить прямо на Земле, то эти ограничения действовать не будут. Наоборот… Она окажется максимально сильной, хотя бы по той причине, что я уже сталкивался с мертвецами, ожившими на Земле. Они были не сказать чтобы слабыми, а если к этому ещё приложит руку Скульптор, то, полагаю, Индиру ждёт большой сюрприз.

В общем, оставил я эту информацию Лизе, как и право самой решать, как поступать.

Отправится она сразу на помощь? Будет сообщать им? Или всё-таки подождёт?

Политика – дело большое, и кто я такой, чтобы в неё лезть. У меня, вон, Скульптор недобитый, вернее, его различные базы, как на ладони, и с ними тоже нужно разобраться.

Вот этим мы и займёмся вместе с Волком. Думаю, он будет счастлив. Хотя, в принципе, почему думаю? Я уже знаю. Однако он не знает, что нас будет не двое, а трое. Один мой, можно сказать, старый знакомый, который тоже нуждается в прогулке, а то совсем скоро сопьется здесь.

К Бухичу я отправил Костю, а то его собутыльник тут очень переживает. Нужно спасти Бурба, иначе как я потом буду смотреть в глаза Огненного Императора?

Глава 17

Дворец Махараджи

Ведийская Индира

Махараджа Викрам Сингх Третий, повелитель Великой Индиры, наследник Солнечной Династии, носитель тридцати двух титулов, двадцать пять из которых уже даже не помнил, сидел на резном троне из чёрного дерева и улыбался.

Улыбка у Махараджи была сдержанной, чтобы министры не подумали, что повелитель радуется неподобающе. И чтобы они не подумали, что он недоволен. Махараджа научился этой улыбке у своего деда, Махараджи Раджеша Великого, и постоянно тренировался перед зеркалом. Получалось не так круто, но всё же.

Дед, помнится, часто любил повторять, что «Хороший правитель умеет ничего не делать в нужный момент». Викрам с детства запомнил эту мудрость и трепетно ей следовал. И да, сегодня прадед бы им гордился. Наверное…

Потому что Индира отбилась! Ну, если быть точнее, то отбились за неё. Имперцы, эти самоуверенные северные варвары во главе с молодой Императрицей Ольгой, прилетели на индирскую территорию быстрее, чем сами индирцы. Сорок тысяч голов низкосортной костяной нежити, спустившейся в каких-то странных воздушных пузырях, были разнесены имперской ударной группой за неполных три часа, без потерь и без эвакуации мирного населения. Но, самое главное, что без необходимости поднимать индирскую гвардию, которую Викрам берёг как драгоценный жемчуг. А Викрам ведь её действительно берёг. Ведь не зря у него на казармах гвардии золотом было вышито: «Гвардия Махараджи – слеза Богов, не для всякого дождя». Это тоже придумал его дед, кстати.

Сегодня дождь был не его. Дождь был имперский. Пусть северяне и мочат свои сапоги.

– Многоуважаемый Махараджа, – справа подал голос главный визирь, толстый, как праздничный буйвол на заклание, и такой же лоснящийся. – Позвольте от лица всего Совета выразить наше восхищение вашей мудростью и прозорливостью.

Викрам милостиво кивнул. Восхищаться его мудростью было полезно для здоровья окружающих. Те, кто восхищался плохо, обычно через месяц-другой переводились в провинции с очень плохим климатом, или же… пропадали навсегда.

– Действительно, Повелитель, – подхватил министр финансов, тощий и нервный, как… стрела. – Если бы мы выдвинули наши войска навстречу нежити, наши потери были бы… скажем мягко, существенными. А так мы сохранили и казну, и людей.

– И при этом, – мягко добавил министр иностранных дел, невзрачный, как… тут Махараджа устал придумывать аналогии и просто назвал его про себя «невзрачным», – за нас сражалась Империя. То есть мы как бы не просили помощь, и поэтому ничего им не должны.

– Изящная партия, Повелитель, – поклонился военный министр, здоровенный как… блин пусть будет, как дуб. – Просто изящная.

Викрам ещё чуть-чуть улыбнулся. Ведь министры были правы. Это была изящная партия, и сыграл её именно он, просто посидев на троне. Просто ничего не делая, лишь загадочно улыбаясь. Дед бы им гордился!

– Я, конечно, выражу нашу признательность Императрице, – небрежно сказал Викрам, рассматривая свой отполированный ноготь. – Отправим в Петербург обоз с шёлком, специями и парой слоних. И письмо, в котором ясно намекнём, что Империя наш дражайший союзник, а её действия – образец доблести и братской помощи. Ну, и тонко вставим, что в следующий раз неплохо бы согласовывать выдвижение войск на нашу территорию хотя бы за полчаса.

Министры засмеялись. Шутка повелителя удалась.

Именно в этот момент мелодично пропел гонг. Это означало срочный вызов. Викрам коротко взмахнул ладонью. Министры мгновенно замолчали, и в воздухе перед троном поднялся из пола большой видеотерминал связи.

В круге появилось лицо… матери Императрицы! Бывшая Императрица Елизавета! Молодое, спокойное и очень красивое лицо, между прочим. Викрам каждый раз, видя её, ловил себя на мысли, что эта женщина чересчур красива, чтобы управлять такой огромной империей. Но она была сильна, тут уж не отнять, и вести переговоры с ней было гораздо сложнее, чем с её дочерью. Викрам почувствовал, как он внезапно вспотел и заерзал на своем троне.

– Махараджа, – произнесла Елизавета. – Прошу прощения за беспокойство. Один уточняющий вопрос.

– Всегда рад слышать вас, Елизавета, – медовым голосом ответил Викрам… ну, как учил его дед, ага. – Чем могу служить нашему общему делу?

– У вас в восьмидесяти километрах к западу от точки высадки противника находится древнее ущелье. Кажется, оно называется Ущелье Тысяч. По данным нашей разведки, в нём за прошедшие столетия было захоронено значительное количество тел. До полумиллиона, по приблизительным расчётам.

Министры переглянулись. Викрам слегка нахмурился, но улыбка с его лица не сошла.

– Ущелье Тысяч, – мягко уточнил он, – это, по сути, песок. Дорогая Императрица, со всем уважением, это место уже семьсот лет является обычной пустыней. От тех скелетов не осталось ничего, кроме мелкой минеральной взвеси. Я бывал там лично, там даже не пахнет смертью. Там пахнет жарой и пустотой.

– То есть атака оттуда исключена?

– Полностью исключена! – торжествующее и высокомерно усмехнулся Викрам. – Поднять то, чего давно нет, не сможет даже ни один некромант Индиры… Э-э-э… – тут он немного смутился и тут же поправился, – даже если бы он у нас был! Тем более что мы только что разобрались с целой кучей нежити. Думаю, враг залижет раны и в ближайшие месяцы повторит попытку в более… подходящем месте.

Елизавета помолчала секунду. На её красивом лице не дернулся ни один мускул.

– Понятно. Благодарю за исчерпывающий ответ, Махараджа. Желаю вам спокойного дня.

Панель связи потухла, а министры одобрительно загудели.

– Какая забота, – мурлыкнул визирь. – Просто очаровательная девочка. Так трепетно относится к нашим землям.

– Это потому, что мы для них ценный рынок и стратегический коридор, – снисходительно объяснил Викрам. – Если потеряют нас, потеряют половину торгового оборота с Югом. Они вынуждены нас защищать. И в этом, господа, как раз и заключается высшее искусство дипломатии: пусть тот, кто заинтересован больше, и работает больше.

Министры зааплодировали. Аплодировали они аккуратно, без лишнего шума, как и положено в присутствии повелителя.

Гонг прозвучал во второй раз. Совсем другим тоном. Резким и нервным. Викрам вопросительно поднял голову.

В тронный зал почти вбежал начальник дворцовой стражи. Лицо его было цвета буйволиного молока. Немного скисшего молока.

– Повелитель! – он рухнул на одно колено, не доходя десяти шагов до трона. – Срочное донесение из южных провинций. И из западных. И из центральных. И из…

– По существу! – оборвал его Викрам и улыбка сошла с его лица.

Начальник дворцовой стражи был очень тучным человеком, прямо как… в общем жирным он был да. Поэтому сейчас он запыхался и тяжело дышал, отрывисто выбрасывая новости.

– По всей пустыне, Повелитель, поднимается песок. Из песка встают мёртвые. Они идут. Не из одного места. Везде. От Ущелья Тысяч до Аштарпурского оазиса. До города Хальид. До границ Нагарпура. Они уже на марше. Их… – стражник судорожно сглотнул. – Их по последним подсчётам не менее трёхсот тысяч. Возможно, больше.

В тронном зале повисла тишина. Толстый визирь медленно начал багроветь. Министр финансов наоборот побледнел до прозрачности. Военный министр зачем-то начал ощупывать собственный пояс, на котором не могло быть оружия, так как он был рядам с Махараджой.

Викрам Сингх Третий, повелитель Великой Индиры, посмотрел в окно тронного зала. Там, за окном, далеко-далеко, в мертвой пустыне поднимался жёлтый пыльный смерч. И этот смерч был неестественно высокий. И неестественно медленный. А еще он двигался он строго в сторону столицы.

– Свяжите меня с Императрицей… Точнее, с бывшей Императрицей… Точнее! А-а-а! Свяжите меня с Россией! – Викрама накрыла волна паники. – Очень срочно!

– Повелитель… она… она недоступна, – пролепетал секретарь. – Сообщение от её канцелярии: «Императрица занята. И Елизавета тоже занята».

Викрам Сингх Третий медленно закрыл глаза.

Дед бы сейчас точно прослезился, но на этот раз от тупости своего внука.

* * *

– Сандр, я тебе говорю как другу. Этот портал воняет.

Я скептически посмотрел на Бурбулиса.

Бурбулис сегодня был моим третьим напарником. Старого собутыльника Бухича, ну или Огненного Императора, я подобрал по дороге, чтобы тот не помер от тоски в отсутствие своего кореша. Спиться от тоски он не сможет точно, его печень явно была покрепче мифрила, а вот чудить он мог начать, так что пусть развеется.

Сейчас он выглядел, скажем так… бледно. Да, он всегда пренебрегал доспехам, обоснованно считая, что увернуться от удара ему легче, нежели таскать на себе все это тяжелое железо, но его нынешний костюмчик… скажем так, знал лучшие времена. Некогда белая рубаха была грязной на шее и с пятнами на широких рукавах, а от кожаного жакета неиллюзорно воняло спиртным и… блин, лучше даже не гадать чем еще. Ну и неизменная широкополая шляпа с пышным пером, которым Бурб так гордится.

В общем, правильно, что я за ним зашел, А еще у него начал портиться характер, однако я точно знал, что в бою он не подведет. Главное, чтобы был трезвый, но это я могу обеспечить.

Сейчас он был трезв, а следовательно – чрезвычайно раздражен. Осталось только направить это раздражение на врага.

– Бурб, – терпеливо сказал я. – Все порталы Скульптора воняют. Это его авторская подпись.

– Нет, Александро, ты не понимаешь, – он наклонился, понюхал портал, поморщился, отшатнулся. – Этот воняет ДВАЖДЫ. Один слой точно работа Скульптора. А вот вторая, это уже что-то другое. Я такое уже чуял, но не вспомню где.

Я молча посмотрел на Волка.

Волк пожал плечами, не скрывая раздражения.

– Может в сортире, ну или в своей нынешней спальне. Запах похожий.

– А в глаз? – прищурился Бурб.

– А давай! – оживился Волк.

– Эй, девочки! – повысил я голос. – Угомонились живо! Заходим аккуратно. Бурб первый, Волк второй, я замыкающий.

– Почему я первый⁈ – возмутился Бурб.

– Потому что тебя хрен убьёшь, если что. Не благодари.

Мир по ту сторону портала оказался размером… ну, примерно как Молдавия, может чуть побольше. Может, две Молдавии, если их сложить вместе. Почему Молдавия? Да просто новости про них читал сегодня. Рекордный урожай винограда у ребят.

Под ногами хрустел светлый песок, а сверху висело три солнца, одно большое тусклое и два мелких ярких. Воздух был влажным, тёплым и… мерзко-сладковатым. Так пахнут гнилые фрукты, забытые на солнце.

Прямо перед нами, буквально в нескольких сотнях метров, раскинулся огромный комплекс. И это не было чем-то вроде дворца или храма, скорее это был гребаный завод. Низкие, вытянутые, мутно-зелёные постройки, а между ними здоровенные ёмкости. И в этих ёмкостях что-то медленно булькало.

– Командир, – тихо сказал Волк. – Это что за херня?

– Алхимический завод, Волчара, – кивнул я, разглядывая ближайшее здание.

Рядом тут же оживился Бурб, который повел носом, как собака.

– Там не спирт гонят, расслабься.

Из ближайшего здания вышло… существо.

Шести метров ростом примерно, чешуйчатое. От пояса вверх человеческий торс. А вот от пояса вниз толстый змеиный хвост. Голова как у кобры с раздутым капюшоном. При этом, из пасти периодически высовывается раздвоенные язык и вырывался жёлто-зелёный дымок.

Нага, мать её!

Существо лениво ползло между трубами и периодически открывало пасть над одной из больших стеклянных ёмкостей. Из его пасти в ёмкость аккуратной струйкой стекало что-то жёлто-зелёное, тягучее, светящееся.

Яд Наги… Премерзкая штука, между прочим, от которого не существовало противоядия, с ним мог справиться только организм человека. Сильного человека. Я вот мог, Бурбулис тоже, думаю. А вот Волк? Хмм… молод он еще.

Когда ёмкость наполнялась, Наг закрывал крышку, делал жест рукой, и ёмкость уплывала по специальному жёлобу куда-то вглубь комплекса.

– Сцеживают яд, – констатировал я. – Затем перерабатывают и отправляют по портальной сети.

– Куда отправляют? – уточнил Волк.

Я закрыл глаза. Затем включил внутреннее зрение и увидел Путевые нити.

В центре комплекса стояли два больших портала. Один пульсировал тёмно-серым светом. Этот вёл к Скульптору. Второй пульсировал ядовито-зеленым, таким знакомым.

– Интересно… – я почесал затылок.

Когда это Наги успели спеться со Скверной? И куда, мать его, ведет этот портал? Неужели во Вселенную Скверны? Тогда почему она сама не воспользуется им, чтобы переместиться сюда. Ведь сейчас мы точно находимся в пределах Многомерной!

Кто-то из старых забытых божков нашёл способ заработать одновременно на двоих моих знакомых. Сцеживает змеиный яд, перерабатывает его в чистую тёмную энергию, и шлёт оптом туда и туда. Бизнес-схеме позавидовала бы даже баба Сара.

– А этих… Нагов… здесь много? – оглянулся Бурб, у которого по подбородку текла слюна. Я с ужасом понял, что у него кажись, начинается белочка.

– Тысяч пять, – прикинул я по чувствам. – Может, шесть.

– Тогда повеселимся, Александро!

Волк хмыкнул и потёр кулаки. Думаю, сейчас мой лысый друг был солидарен с мушкетером, ведь он тоже был готов подраться, и у вид у него сейчас был… скажем мягко, очень довольный.

– Так, – я обернулся к парням. – Тактика простая. Бурб – пройди справа по складам, расхерачь готовые контейнеры с ядом. Если повезёт, взорви там всё к чертям собачьим! Волк – на тебе центральная переработка, та, что под навесом. Мочи всех, кто движется, кроме вонючки и меня. Я же пойду к порталам. Устрою сюрприз гадам.

– То есть? – не понял Волк.

– Увидишь, тебе понравится, – недобро улыбнулся я.

– Жду с нетерпением, – оскалился Волк.

– Не накосячьте, – серьёзно кивнул я.

– Поехали! – заорал Бурб и, не дождавшись команды, рванул вперёд, превратившись сразу в торнадо. – Пошёл-пошёл-пошёл!

– Совсем мозги пропил, – добродушно прокомментировал Волк. – Никакой дисциплины.

И тоже рванул следом.

Я постоял ещё секунду. Размял шею и посмотрел на уродливое небо с тремя солнцами. Подумал о том, что было бы неплохо, сегодня вечером замутить шашлыки и принять баньку, заодно Бурба отмыть хорошенько.

А потом нырнул в Тень и оказался в самом центре завода, между двух пульсирующих порталов, рядом с неизвестным богом, как две капли воды похожем на своих хвостатых последователей, только немного покрупнее и почему-то в плаще.