Текст книги "Телохранитель для ведьмы. Лето в городе (СИ)"

Автор книги: Юлия Снежкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

– Кого расписывать? – переспросил Антон, отправляя в рот конфету из вазочки.

– У богатых, как мы уже заметили, свои причуды, – начал объяснять капитан. – Когда уже за деньгами гнаться не надо, то хочется подумать и о возвышенном. О родословной, например. И многим не хочется фамилию свою от безвестного крестьянина Симбирской губернии вести. Вот и заказывают себе доказательства дворянства.

– Помню, приходил пару лет назад ко мне один такой важный. Всё просил прошлое семейное переписать. Чтоб бабка его не кухаркой у графини значилась, а губернаторской женой, – усмехнувшись, проговорила ведьма.

Сидящая на столе Фросюшка прыснула.

– А так можно? – с удивлением взглянул на женщину студент.

– Не в его случае, – ушла от ответа Светлана.

– Возвращаясь к нашему Анатолию. Он по заданию заказчика организовывал тому красивую легенду, подкреплённую исторической фактурой, – постукивая пальцем по столу, сообщил капитан.

– Вов, а ты откуда столь подробно про нашего Блюмма знаешь? – ведьма с задумчивым видом склонилась над полицейским.

– Работа такая, – чуть подавшись вперёд, сказал Арбузов.

– И что делать будем? – покосился на них Антон.

Фросюшка карикатурно сложила на груди маленькие ручки.

– Надо идти и проверять, – бросила ведьма, пристально глядя на студента.

Антон показал на себя указательным пальцем.

– А кто ещё? – расплылась в льстивой улыбке Светлана.

– В этот раз уж точно без меня постарайтесь, – ухмыльнулся Арбузов. – Удивительно, что уже третий день, а адвокаты Лисицыной ещё отделение горой жалоб не закидали. Не иначе, готовят более крупную пакость. Скорее всего – метят в главк.

– Да всё нормально будет, говорила сто раз, – женщина положила ему ладонь на плечо.

Затем снова перевела взгляд на Антона.

– Помоги, пожалуйста. Вариантов найти книгу совсем немного осталось. Да и время играет явно против нас.

Антон нахмурился, пару секунд раздумывая. Затем нехотя кивнул.

– Ура! – кратко поприветствовала его реакцию ведьма. – Тогда завтра можно и начать. Я посмотрела по его сайту, у него офис в районе Смоленки. Принимает вроде бы сам. Вот было бы отлично тебе туда на разведку отправиться.

– Мы его, супостата, на воду-то чистую выведем! – воинственно пискнула крошка-домовушка.

Савушкин взял из вазочки ещё одну конфету.

Договорившись о том, что завтра студент отправится на разведку в офис Блюмма, Антон с полицейским двинулись к выходу.

– Добрый ты парень, Антон Савушкин. В наших каменных джунглях такое сердце, конечно, редкость, – сказал полицейский, когда они прощались у подъезда. – Но обладателю его тяжело.

– Думаете, надо было отказать Светлане в этот раз? – нахмурился студент.

Арбузов задумчиво посмотрел на паркующееся неподалёку такси.

– А кто бы знал, как оно лучше? Все мы хороши задним умом.

– Это да. Если бы я матаном больше интересовался… Наверное, и не было бы ничего, – протянул Антон.

– Ладно, пошёл я. Вам удачи в поисках злодея. – Капитан махнул на прощание и побрёл к припаркованному полицейскому авто.

Антон проследил, как машина тяжело накренилась под весом Арбузова, хлопнул себя по карманам, проверяя, всё ли на месте, и двинулся в сторону метро.

Глава 25

На следующее утро Антон открыл глаза в половину одиннадцатого. Прислушался, блаженно улыбнулся, вытянувшись на продавленном диване. Пара минут блаженства – и одеяло полетело в сторону, Савушкин взял телефон. Сообщения на экране сообщали о двух пропущенных. Один вызов от Сергея Самуиловича, парень смахнул, не глядя. Второй заставил его присесть. Звонила мама.

Антон нажал кнопку вызова.

– Привет, мам. Что-то случилось?

– Антоша, привет. Так рада тебя слышать. – Судя по доносящимся на фоне звукам, родительница куда-то ехала или шла.

– Что звонила?

– Да я так. Просто услышать тебя. Совсем не звонишь, не приезжаешь.

Антон глубоко вздохнул, пытаясь собраться с мыслями.

– Мам, мы сто раз с тобой уже обсуждали, что в этом году не получится.

– Но ты же, как планировал, не поехал же. И чего тебе там в Москве одному сидеть? Или ты всё ещё на Олега дуешься? Так он всё это на Новый год говорил не со зла…

Парень перевёл взгляд на окно. С восточной стороны по небу ползли серые тучи.

– Не начинай, а. Понял я, что он моих решений не одобряет. Что мне надо было остаться в Артемьевске, устроил бы он меня администратором в свой ТЦ.

– Тош…

– А я такой свалил на другой край страны и пытаюсь тут на его деньги выживать без особой перспективы. – Антон сжал покрепче телефон.

– Тош, мы тебя всегда ждём. Ой, у меня автобус к остановке подъезжает. Давай я тебе вечером наберу?

– Хорошо, мам. Пока.

Он положил телефон и уставился в потолок. Четыре года назад он думал, что Москва всё изменит. Что он станет кем-то. А теперь он сидит в съёмной квартире, помогает ведьме искать непонятную книгу, и мама всё ещё звонит с одним и тем же вопросом: «Ты устал уже, сынок?». И он не знал, что ответить. Потому что ответа у него не было.

Антон мотнул головой, словно пытаясь выкинуть нахлынувшие волной мысли. Резко встал. Диван не оценил быстрого подъёма, протяжно скрипнув.

Похлопал себя по щекам и вышел из комнаты. Ухмыльнулся при виде сидящего на табуретке призрака и двинулся в ванную.

Затем короткий перекус – чай и два бутерброда. Антон нашёл сайт Блюмма, бегло его пролистал. Сайт был выдержан в сдержанных синих тонах, с аккуратными золотыми акцентами. Ни одной лишней кнопки. На первой же странице посетителей встречала большая фотография Блюмма – короткостриженного седого мужчину, запечатлённого в библиотеке. Ряды книжных полок за его спиной уходили в бесконечность. Одет в дорогой синий костюм. Он касался рукой тонкой дужки очков, словно переспрашивая.

Под фото надпись замысловатым курсивом: «Мы напишем Вашу историю». Слово «Ваше» было выделено жирным шрифтом.

Антон хмыкнул, делая глоток чая.

– Пётр Ильич, может, нам с вами тоже бизнес открыть? Будете о прошлом вещать, – весело сказал студент, глянув на призрака.

Мистическое создание юмора не оценило и даже не повернуло голову.

– Ну и ладно. Чего у нас там с расценками? – пробормотал Савушкин, возвращаясь к изучению сайта.

Первая консультация предлагалась бесплатной. Кроме того, обещали, что примет его сам основатель агентства – кроме случаев, когда форс-мажор. Антон отыскал номер телефона, скопировал и нажал вызов.

Через пару долгих гудков на том конце провода ответил приятный мужской баритон.

– Добрый день. Генеалогическое агентство Анатоля Блюмма слушает.

– Здравствуйте, – чуть замешкался Савушкин, – я бы хотел… воспользоваться вашими услугами.

– Прекрасно. Вам для себя или для бизнеса? – уточнил мужчина.

Антон почесал переносицу.

– Наверное, для себя. А в чём разница?

– Цена, объём исследуемой части, – уклончиво сообщил собеседник.

– Для себя. Личные цели, – выудив из глубин памяти столь же абстрактную фразу, сказал Антон.

– Понятно. Когда сможете подъехать, обговорить детали? Понимаете, в этой сфере всегда важно взаимодействие.

– Сегодня, – глянув на затянувшееся тучами небо, нехотя проговорил студент.

– Сейчас проверю, – собеседник зашуршал бумагой, – да, отлично. К двенадцати на Смоленскую сможете подъехать? Адрес офиса указан на сайте.

Антон ещё раз глянул на тучи за окном.

– Да, в полдень буду у вас в офисе.

– Договорились. До встречи. – Собеседник нажал отбой.

Савушкин в два глотка допил чай, поставил чашку в мойку и прошёл в комнату. Надо было решить, что одеть на встречу с составителем родословных. Остановившись на универсальной серой футболке и джинсах, он быстро расчесал волосы.

Телефонная трель застала его в коридоре.

– Антон, здравствуйте.

– Сергей Самуилович, я уже ухожу. Может быть, без меня в этот раз обряд проведёте? – высматривая на этажерке в прихожей ключи, сказал Савушкин.

– Мы уже у порога.

Антон посмотрел в глазок. Перед дверью действительно маячили собственники. А позади них – неудачливая цыганская гадалка Маргарита.

Савушкин открыл дверь.

– Добрый день. Антон, извините в который раз, но сегодня обещали быстренько, – пробормотал Сергей Самуилович, заходя.

– Вот, Белану нам посоветовали. Говорят, она с духами на «ты», – Сара Абрамовна окинула Маргариту оценивающим взглядом. – Мы уже устали от этих шарлатанов, но она – из Питера, с рекомендациями от уважаемых людей.

Для визита протеже уважаемых людей Сара Абрамовна выбрала голубую блузку и серую юбку. Кокетливый синий платочек был повязан на шее.

– Знатоки магического подполья, ага, – хмыкнул мужчина, одетый в бессменные шорты и футболку.

Антон кивнул и посмотрел на ведунью.

Внешний вид Маргариты сегодня претерпел существенные изменения. Вместо густо подведённых глаз образа цыганской ворожеи она выбрала аристократическую бледность, палантин и струящееся фиолетовое платье в пол.

При виде Савушкина глаза её округлились, но после секундного замешательства ведьма взяла себя в руки и коротко кивнула ему.

Антон сделал вид, что они незнакомы.

– Чувствую сильные эманации, – собравшись с духом, выпалила ведьма. Получилось как-то слишком напористо.

– А мы нет, – отозвался из коридора Сергей Самуилович. – Где наш-то?

Мужчина открыл дверь кладовой и теперь придирчиво осматривал горы коробок. Заглянул даже за шубу, не обнаружив там привидения, вопросительно посмотрел на Антона.

– Как? Сам ушёл? – в голосе Сары Абрамовны слышалось разочарование.

Женщина поспешила к мужу.

– Светке только не говори, – прошипела Маргарита у Антонова уха.

– А вы мне что? – Савушкин хитро улыбнулся.

Ведьма бросила на него короткий оценивающий взгляд.

– Услугу.

– Белана, он тут был, всё на машинке сидел. Грустный такой, – развела руками хозяйка.

Сергей Самуилович проверил за дверью.

– Может, число сегодня не то? – задумчиво произнёс мужчина.

Маргарита поджала губы – вероятно, оставаться без заработка в её планы на сегодня совсем не входило.

– Эманации до сих пор сильны, – ведьма водила руками над этажеркой. Антон присел, поднимая упавшие за неё ключи.

Антон протянул ей связку с самой невинной улыбкой:

– Держите, Белана. Может, это вам поможет?

Маргарита метнула на него взгляд, в котором читалось обещание свести счёты.

– Может быть, ваши флюиды он заранее почувствовал? – предположила Сара Абрамовна.

– Да, моя аура могла его потревожить, – согласилась ведьма, всё ещё сжимая в руках связку ключей.

Антон кашлянул, привлекая внимание. Троица перевела взгляд на него.

– Он иногда ещё на кухне сидеть любит, – улыбнулся юноша.

Сара Абрамовна повернула голову в сторону кухонного проёма и расплылась в горделивой, победной улыбке.

– Ну точно. Тут. Не все ж по тёмным углам сидеть, маяться.

Маргарита вручила ключи Савушкину и двинулась в сторону кухни. Пётр Ильич на прибывших не обратил, как обычно, никакого внимания. Призрак полностью ушёл в созерцание медленно плывущих за окном облаков.

– Душа, я внемлю! – явно отрепетированным тоном провозгласила Маргарита. Такими интонациями обычно говорят актёры в театрах средней паршивости.

Привидение её взглядом не удостоило. Сара Абрамовна торжественно замерла в проходе, переводя взгляд то на духовидицу, то на объект на табуретку. Сергей Самуилович пытался скрыть откровенный зевок.

Антон протиснулся между Маргаритой и кухонными шкафчиками, заслоняя собой раковину с непомытой посудой.

– Твой глас столь громок! – Маргарита, прикрыв глаза, массировала пальцами виски.

В звенящей тишине квартиры даже старенький холодильник, кажется, не решался зайтись в привычном барахлении. Через пару секунд ведьма внезапно распахнула глаза и полубезумным взглядом уставилась на собственницу.

– Он передал вам сообщение!

Антон с удивлением глянул на Светину приятельницу.

– Что? Что он говорит? – Сара Абрамовна прижала руки к груди.

Савушкин изучающе уставился на ведьму. Даже Сергей Самуилович подался вперёд.

– Что явился к вам не в наказание! И без тёмных мыслей! Что родством крови повязан с кем-то из вас, – ведьма махнула рукой в сторону семейной пары, словно пытаясь определить, чьим же родственником окажется Пётр Ильич.

– Серёжа? Ты слышал? – развернувшись к мужу, пролепетала Сара Абрамовна.

– Более чем, – переводя полный скепсиса взгляд с прозрачного Петра Ильича на Маргариту, ответил мужчина. – Значит, родственники? И какого колена?

Духовидица согласно кивнула.

– И чего делать теперь? Не гожа же прапра… кем он там приходится из дома гнать, – уточнил мужчина.

Маргарита обхватила голову пальцами и прикрыла глаза. Проведя пару секунд в молчании, наконец она объявила:

– Связь прервалась. Сегодня цель его нахождения не будет явлена!

– Ну то есть цель-то имеется? – спросил собственник.

Сара Абрамовна шикнула на него.

– Конечно. Раз покой души был нарушен, тому имеются объяснения. Может быть, это незаконченные дела, возможно, он толкает вас на какие-то действия, – сказала Маргарита.

– Пока скорее отталкивает. Потенциальных покупателей от просмотров.

– Серёжа… – Сара Абрамовна явно хотела ещё что-то сказать, но передумала, ограничившись лишь суровым взглядом.

Савушкин, неловко продвигаясь вперёд, чуть задел ручку ожидающей мытья в раковине сковородки. Предательская посуда поползла вниз, неудачно приземлившись на два стакана. Кухня огласилась высоким стеклянным перезвоном.

– Простите, но мне пора бежать, – улыбнулся Антон.

Сара Абрамовна повернула голову к призраку, потом глянула на ведьму и пробормотала:

– Хорошо, тогда на сегодня давайте закончим. Белана, следующий приём когда согласовать сможете?

Маргарита, моментально оценив ситуацию, подцепила клиентку под локоток и повела в коридор. За ними последовал и Сергей Самуилович.

На выходе, когда дамы уже успели скрыться в лифте, мужчина остановился и, повернувшись к Антону, сказал:

– Ты извини, что мы вот такими налётами. Сам видишь, жене этот призрак покоя не даёт. А она, в свою очередь, мне. А теперь уж с учётом сегодняшних подробностей… – он махнул рукой в сторону уехавшего лифта.

Антон кивнул.

– Но и без тебя в квартиру заходить как-то неправильно, – подытожил собственник.

– Ничего страшного. Я без претензий, – улыбнулся студент.

– Спасибо.

Они пожали друг другу руки, и мужчина пошёл догонять ушедших вперёд. Антон глянул на время. Было уже двадцать минут двенадцатого.

К дому, где размещался офис Блюмма, Савушкин подошёл без трёх минут двенадцать. Небольшое двухэтажное здание компактно размещалось в одном из дворов, в паре шагов от метро. Высокие липы и царящая рядом с офисом сонная атмосфера заглушали оставшийся за спиной гомон толпы.

Рядом с домофоном значилось всего три адреса – агентство Анатолия соседствовало с типографией. Надпись «Туристический центр» рядом с третьей кнопкой была зачёркнута красным маркером.

Антон нажал на звонок. Через пару секунд в недрах железной двери скрипнуло, и она отворилась. Студент потянул ручку на себя. Вопреки ожиданиям, подогреваемым дорогим оформлением сайта, роскоши не было – его встретил неярко освещённый длинный офисный коридор. На прежде светло-бежевых стенах чернели отметины, ламинат во многих местах был сильно потёрт. У стены стояли несколько картонных коробок и лестница-стремянка.

Рядом бумажный лист-указатель со стрелочкой и надписью «Блюмм» сообщал, что надо двигаться вперёд. Антон прошёл в глубь коридора.

Остановившись у ещё одной серой железной дверцы, он огляделся в поисках звонка. Уже занёс руку, чтобы постучать, но она отворилась. В проёме стоял Анатоль. Мужчина выглядел старше, чем на фото. Да и серый свитер с джинсами вместо дорогого костюма говорил либо о том, что он знавал лучшие времена, либо о том, что в обычной жизни отдавал предпочтение более демократичным нарядам.

– Здравствуйте, рад познакомиться лично, – улыбнувшись, Анатоль протянул руку.

Они обменялись рукопожатиями.

– Добрый день. Я Антон.

– Анатоль. Прошу, прошу, проходите, – мужчина отступил, обводя комнату рукой.

Просторная квадратная комната. Стены увешены картинами в массивных деревянных рамах. По большей части пейзажи. Над большим письменным столом величественного размера полотно – «Переход Суворова через Альпы». Справа резной секретер на тонких ножках. На нём расположились несколько пузатых ваз с витиеватым восточным орнаментом. Всю левую стену занимал высящийся до самого потолка книжный шкаф.

– Прошу, садитесь. Чай, кофе? – Блюмм указал на два кабинетных кресла, обитых красным текстилем.

– Кофе, – пробормотал Антон.

– Секундочку, – сказал Анатоль, скрываясь за небольшой коричневой ширмой, что заслоняла дальний угол за письменным столом.

Скрипнула дверь. Савушкин стал спешно оглядываться. На первый взгляд, ничего подозрительного.

Антон опустился в кресло. Обивка оказалась жёсткой и неудобной. Он перевёл взгляд на книжный шкаф: корешки книг выглядели новыми, почти не тронутыми. Из-за двери, в которой скрылся Блюмм, послышался шум – кажется, заработала кофемашина. Студент секунду прислушивался – не донесётся ли из-за двери звук шагов, потом подскочил, оббежал письменный стол. Кроме лампы под старину с зелёным матерчатым абажуром на поверхности ничего не было.

Всё ещё прислушиваясь, Антон стал выдвигать ящики у стола. Второй ящик не поддавался; присмотревшись, студент обнаружил углубление для замка. В двух остальных – канцелярские мелочи и пара листов бумаги.

За спиной Савушкина раздались шаги. Он быстро вернулся в кресло.

– Прошу. Эфиопия, обжарка чуть выше среднего, повышенно измельчённый помол, – ставя перед Антоном крошечную чашечку с ароматным напитком, рассказывал Анатолий.

– Спасибо.

Мужчина, обойдя стол, опустился в кожаное кресло. Вытащил из ящика несколько листов, достал из кармана джинсов больше походящую на перо авторучку.

И, ещё раз улыбнувшись Антону, пробормотал:

– Слушаю.

– Что? – нахмурился Савушкин.

– Вас. Насколько сильно в глубь веков надо будет уйти? Вы же для себя генеалогическое древо заказываете?

Антон попытался поудобнее устроиться на стуле, кивнул:

– Да, себе. Мне семь лет было, когда отец умер. А мама с его родственниками не общается. Вот хотелось бы выяснить, – медленно проговорил студент, поднимая взгляд на картину.

Ручка заскользила по бумаге.

– Понимаю. А откуда вы родом будете?

– Артемьевск.

– Наслышан, знаком. Город трудовой доблести в советское время. Только его, если мне память не изменяет, построили в начале пятидесятых годов прошлого века под конкретный, если так можно выразиться для тех реалий, проект – деревообрабатывающий завод? – не отрываясь от письма, сообщил Блюмм.

Антон сделал глоток кофе из чашки.

– Да, нам в школе рассказывали, что до того сплошная тайга была. И болота.

Блюмм ещё что-то коротко записал.

– А папенька ваш родился в Артемьевске? – мужчина вопросительно посмотрел на студента.

– Нет, его после учёбы в университете вроде туда отправили. Ну вроде так. Мама рассказывала.

– Интересно, – пробормотал Блюмм.

Соседнее помещение огласила трель звонка. Хотя звук мог принадлежать и будильнику.

Мужчина коротко извинился и поспешно вышел. Антон приподнялся со стула и, убедившись, что дверь за генеалогом затворилась, ринулся за ним. Приставив ухо, он попытался расслышать происходящее.

Блюмм говорил громко, но неразборчиво. Антон, дождавшись, когда звуки разговора немного стихнут, с осторожностью приоткрыл дверь.

Мужчина разговаривал, активно жестикулируя. Только в его руках не было телефона. Он стоял перед высоким зеркалом. Со стороны это могло сойти за репетицию драматической роли. Анатоль, судя по жестам, либо в чём-то кого-то убеждал, либо оправдывался. Зеркало выше мужчины в тонкой коричневой деревянной оправе отражало его лицо. Стеклянная гладь была натёрта до блеска.

– Успокойся, – пробормотал Анатоль своему отражению, примирительно выставив руки вперёд.

Затем коротко кивнул. Савушкин отпрянул от щели и заспешил занять гостевое кресло. Через секунду из двери вышел Блюмм.

– Извините, важный звонок, – пробормотал он, усаживаясь. – Так на чём мы с вами остановились?

– На Артемьевске, – сказал Савушкин, разглядывая мужчину.

Гарнитуры или какого-то иного механизма, через который можно было разговаривать, он на Блюмме заметить не мог.

– Хорошо. Я могу поработать с городскими архивами. Но сами понимаете, что это потребует выезда на место, скорее всего в цифровой копии их нет. А это дополнительные расходы, которые я вынужден буду включить…

– Понимаю, – после недолгой паузы пробормотал Антон, коротко оглянувшись на выход.

Дверь выглядела прочной. Савушкин силился вспомнить, слышал ли он поворот ключа.

Улыбка Блюмма стала чуть шире.

– Прекрасно. Значит, уходим в прошлое на два-три поколения, так?

Антон коснулся чашки с остывшим кофе.

– Да, наверное.

Мужчина кивнул и продолжил выводить что-то на бумаге.

– Тут опять должен предупредить, что каждый, так сказать, пласт оплачивается отдельно. Чем дальше в глубь веков мы идём, тем более отрывочная информация о вашей фамилии может сохраниться. Сами понимаете, это требует больше усилий. Вас насколько глубокие сведения о фамильном древе интересуют? – оторвавшись от заметок, поинтересовался он.

– Не знаю… А обычно как?

– Ну… Средний заказ – это три-четыре поколения предков, – Блюмм отложил ручку.

– Давайте тогда три.

Анатоль постучал ручкой по столу, задумавшись.

– Что же… Пока ориентировочно три поколения предков. Поездка в Артемьевск с проживанием… Это неделя. Думаю, что мы уложимся примерно в сто – сто пятьдесят тысяч. Плюс транспортные расходы, – резюмировал мужчина.

Савушкин сглотнул. Антон знал, что сто пятьдесят тысяч – это сумма, которой у него нет. И всё равно он не хотел уходить. Потому что если Блюмм – мошенник, то ведьма права, а если он настоящий генеалог – то вдруг там, в прошлом, действительно есть ответ? Ответ на вопрос, почему он сбежал из дома и ничего не достиг.

– Согласны? Договорчик оформляем? – его улыбка стала уж слишком отдавать рекламой самого честного банка.

– Да, хорошо… Только у меня с собой паспорта нет, – привставая со стула, сказал Савушкин.

Улыбка в то же мгновение сошла с лица Блюмма.

– Печально. Люблю, знаете ли, договорённости сразу закреплять. Сегодня часов в пять подъехать на подписание сможете?

Антон сделал вид, что листает телефон.

– Нет, сегодня точно никак не получится.

– Тогда завтра с утра? Скажем, часиков в десять? – осведомился Блюмм.

Савушкин поднялся с кресла и заспешил к выходу. Анатоль столь же вежливо проводил его до двери.

– Завтра в десять, – сообщил Блюмм, когда студент оказался в коридоре.

– Ага. В десять и с паспортом! – натянуто улыбнулся студент, поспешно удаляясь.

Оказавшись на улице, он сразу набрал ведьме.

– Привет, ну как? – ответила она уже через секунду.

Савушкин посмотрел на только что покинутый дом.

– Да никак. Мне вообще показалось, что у мужика не все дома. Странный какой-то, – Антон почесал подбородок.

– Так странности-то в чём? Что-то конкретное нашёл? – не унималась Светлана.

– Конкретного ничего. Но мужик точно не всех демонов дома собрал. Сам с собой разговаривал, с зеркалом. Репетирует что ли? И цены такие, что мне легче родословную в Кунсткамере найти.

– С зеркалом? – раздалось из трубки.

– Ну да. Посреди разговора ему вроде кто-то позвонил. Он вышел в другую комнату. Мне удалось подсмотреть, как он перед зеркалом руками машет. Типа успокаивает.

– Зеркало – это не просто так. Если он с ним говорил – он либо сумасшедший, либо тот, кто нам нужен. Ты уверен, что там было только его отражение?

– Да в том и дело, что ничего. Обычное. Показывало только Блюмма, – рассказывал Антон, выворачивая из двора к метро.

– Значит, ошибка, – разочарованно произнесла Светлана.

Савушкин быстро окинул взглядом улицу, прежде чем перебежать в сторону станции.

– Наверное. Всё, что было можно, я осмотрел. Ничего магического, даже домовушки.

Велокурьер посигналил студенту, он отступил, уступая дорогу.

– Поняла. Ладно, буду думать. Если что – наберу.

– Ага, до свидания. – Антон нажал кнопку отбоя вызова.

Рассудив, что дома его никто не ждёт, кроме призрака, Савушкин поехал сначала на Чистые пруды. Потом вместе с внезапно встреченными университетскими знакомыми – в парк Горького.

День пролетел стремительно. До своей девятиэтажки в Вешняках студент добрался на последнем автобусе. В тёмный квартирный коридор он вошёл в начале первого ночи.

Махнул Петру Ильичу, созерцающему через незашторенное окно звёзды. Ответа не получил и направился в свою комнату. Разделся, попытался прихлопнуть комара, но насекомое с противным звуком отлетело, затаившись поближе к шкафу. Сил, чтобы закрывать окно, а тем более искать средство от кровососущих тварей, не было, поэтому студент предпочёл повыше подтянуть одеяло и уснул.

Этот сон Савушкин знал наизусть. Сновидение приходило к нему почти каждую ночь лет до пятнадцати. Потом, когда в их с матерью жизнь пришёл отчим, сон как-то померк. А потом и вовсе перестал сниться.

Антон шёл по родному вечернему городу. Был прохладный сентябрьский вечер. Свет фонарей пробивался через крупные прогалы жёлтой листвы. Савушкин знал, что сейчас он пройдёт мимо старенького двухэтажного здания школы, что в ней – абсолютно тёмной – ярко вспыхнет одно единственное окно. Затем он повернёт за угол, пойдёт через заросший яблоневый сад – его все считали почему-то школьным – к дальнему выходу. А там два двора. И он снова дома. Вместе с обоими родителями.

И пусть каждый раз во сне мама и папа ссорились. И отец, накинув тёмно-зелёную куртку, уходил, хлопнув дверью. Но это была единственная возможность хоть так, в стране сновидений, увидеть его.

Савушкин шёл быстро. Он свернул за угол, взгляд, как и всегда, зацепился за неумелое граффити. Кто-то признавался Маше в вечной любви. Молодой человек прошёл через железную калитку и очутился в тёмном саду. И сразу почувствовал, что что-то идёт не так. Всё видимое пространство полнилось клубами тумана.