Текст книги "Обречённые не умирают (СИ)"
Автор книги: Юлия Коростелёва
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)
Мы вышли из дома, и я села в машину.
Канзас-сити заметно лучше ночью: фары машин светят прямо в глаза, яркие вывески магазинов украшены огоньками разных цветов, уличные фонари освещают дороги. Красиво! Я совсем не заметила, как мы с папой уже подъезжаем к клубу. Дорога пронеслась одним чудесным мгновением, всегда бы так. Выйдя из машины, папа нервно закурил сигарету. Я чувствую что-то неладное, обычно он более спокойный. Наверное, случилось какое-то неприятное событие, но он не хочет расстраивать меня, сегодня же праздник.
– Спасибо, пап, – мысленно произношу я.
– Джули, во сколько всё это мероприятие закончится? – прерывая мои мысли, спрашивает папа.
– Не знаю, позвоню, – говорю я.
– Хорошо, пока, – отвечает папа, садится в машину и уезжает.
В этом, казалось бы, сухом разговоре отсутствовали намёки на чувства. Первый взгляд всегда обманчив...
Я поднимаюсь по лестнице, стараясь не поскользнуться, ведь каждая ступенька заледенела. Сильный мороз. Нечастое явление для Америки, особенно для моего города. Дышится тяжеловато, мне с моей астмой в такую погоду лучше сидеть дома. Я открываю дверь и захожу в клуб. Пройдя в раздевалку, я встретила практически всех одноклассников. Отлично. Парни в костюмах, девушки в платьях и на каблуках – идеально. Переобуваясь в раздевалке, я заметила, что присутствуют все, кроме Хилари Джонсон. Хм, может она заболела? Хилс же собиралась идти и наряд купила за две недели до мероприятия. Надо спросить у Хилари Джексон, её лучшей подруги. Она наверняка знает, в чём дело.
– Джулия Мур, Вы прекрасны, как Вы добились таких ошеломительных результатов? – улыбаясь, говорит мне Джанет.
– Ахах, смешно, – отвечаю я, скрывая неумолимую душевную боль.
Она так и не извинилась. ВСЁ-ТАКИ ХОТЬ Я И ТВАРЬ, НО ИЗВИНИТЬСЯ ЗА ШРАМ НА НОГЕ МОЖНО БЫЛО.
– Ладно, спокойно, не порть себе настроение, Джули, – люблю разговаривать сама с собой.
Буду стараться общаться с Джан, как будто ничего не было, хотя бы в этот вечер. Во имя всего святого в моей гнилой душе...
Классный руководитель миссис Паттерсон просит рассаживаться по местам в кафе. Со мной за стол сели Джанет, Хилари Джексон, Тори Коулман, Тори Картер, Макс Смит и Николас Рассел.
Тори Коулман и Тори Картер – мои одноклассницы, с которыми я неплохо общаюсь. Весёлые шатенки, с очень хорошим характером, они мне нравятся. Сегодня обе были в чёрных платьях, как и большинство в классе. Как будто других цветов нет, почему именно чёрный? Хотя это и один из моих любимых цветов, но в большом количестве он раздражает. Почему не голубой? Хороший риторический вопрос.
Николас Рассел – лучший друг Макса, хороший парень. Внешне в нём чувствуются африканские корни: чёрные кучерявые волосы, тёмные глаза, смуглая кожа. С ним всегда можно найти тему для разговора, плюс ко всему – он хорошо учится. В общем, бывают нормальные люди в этом мире, в отличие от меня.
Нам ко столу подали много еды: салаты, колу, соки, горячее, соусы, десерты, мороженое. Ммм, всё так вкусно, мне нужны таблетки, с моей язвой желудка очень опасно всё это есть. Разговаривая о школе и прочем, мы ели за столом, я же старалась вести себя как можно нормальнее и естественнее, ведь со мной сидит сам Макс. Но, как я думаю, у меня получалось не очень, хотя не всё было потеряно, периодически он смотрел в мою сторону. Возможно это был всего лишь плод моего воображения. Больного воображения.
Кимберли пришла в клуб, конечно же, позже всех. Она накануне долго колебалась: идти или не идти, наверное, и перед выходом из дома делала тоже самое. Ким села к нам за столик, рядом со мной. Дымчатое платье с длинным подолом и туфли на толстом высоком каблуке – этот образ казалось продуман до мелочей. Мне нравится. Красиво. Мои же туфли на высокой шпильке казались изящнее, но Ким подходят именно эти. Они дополняют её платье, с другой обувью нарушилась бы композиция образа.
– Пойдём танцевать, – нас всех приглашают Рики и Рокси.
На танцполе жарко, играет популярная музыка, больше половины этих песен я знаю наизусть. Почти все танцуют, весело. В перерывах мы фотографируемся на фотоаппарат, делаем селфи на смартфоны, тут же выкладывая их в Инстаграм и Фейсбук. Мы с Хилари и Ким танцуем, как в последний раз, видите, не одна я такая ненормальная.
Минимум разговоров, максимум танца. Я отдаюсь музыке до каждой молекулы, до каждого атома. Моё состояние – пьяна воздухом. Ахахах, пфф, бывает, обычное дело. Вот, я ничего не соображаю, мозг в кратковременном отпуске. Ну ладно, пока разум, после поговорим.
Первый медляк, ещё к тому же белый танец. Сильно расслабившись, я решаюсь пригласить Макса. Я подхожу к нему.
– Макс, эм... Можно? – я не знаю, что сказать, что я вообще делаю??!
– Нуу, я не знаю, давай позже, – он пытается слинять побыстрее, чтобы избавиться от столь неловкого положения, в которое больная на голову мисс Мур его поставила.
Мозг окончательно меня покинул:
– Джулия, я устал, побудь здесь одна, ты же умница, ты не успеешь опозориться без меня, – говорит мне мозг.
– Прощай, я буду ждать тебя, – отвечаю я, лишившись только что рассудка.
Всё, хватит фантазий, вот я дура. Взяв со стола нож, я начинаю резать вены. Да, прямо здесь. Да, прямо сейчас. Это же я, ненормальная тупая идиотка. Ни минуты не хочу больше находиться в этом здании, в этой жизни. Жаль, нож оказался тупым и подходит только для разрезания мясных рулетиков. У меня идея! Сейчас единственный умный выход – попросить о помощи кого-нибудь. Это будет Джанет, ей не так стыдно рассказывать всё ЭТО.
– Джан, у меня чрезвычайно ужасная ситуация, я пригласила Макса на танец, – стараясь не разрыдаться от собственной глупости, говорю я.
– Он отказал?
– Как видишь.
– Джули, ты должна молчать, никому об этом не говори, слышишь? – Джан трясёт меня за плечи, спасая от истерики.
– Хорошо. Я могила.
– Выйди на свежий воздух, дверь открыта, только берегись миссис Паттерсон, она запретила покидать клуб, но тебе нужно побыть одной.
Я, как послушная девочка, иду в раздевалку и через неё быстро выхожу из здания. Морозный воздух охлаждает мой пыл в одно мгновение. Мне не холодно. Глаза предательски мокнут, но нельзя плакать, иначе весь мой мейк растечётся к чертям, выдавая мои слёзы. Боль. БОЛЬ...! БОООЛЬ! Состояние никому ненужности и никчёмности моего жалкого существования возросло в разы. Я ждала какого-то чуда, а в итоге получаю то, что и всегда – БОЛЬ. Прерывая мою истерику,
мимо клуба проходит какой-то парень лет 20.
– Девушка, а клуб не работает сегодня? – его бархатный голос буквально завораживает меня.
Я замечаю, что он мгновенно понравился мне, очень красивый: высокий голубоглазый брюнет, его черты лица буквально идеальны.
– Рааботает... – пытаясь успокоиться, отвечаю я.
– Только сегодня он забронирован для нас, только по приглашению, – моментально добавляю я.
– Вы очень красивая, не плачьте, – тут же успокоил меня незнакомец.
– Спасибо, а у Вас закурить не найдётся? – спрашиваю я.
Блин, что я делаю, я же не курю?! Ну никогда не поздно испортить своё здоровье, в этом я уже убедилась.
– Хм, ну держи, раз ты так хочешь, – презрительно ответил незнакомец.
– Благодарю, – я беру из его массивной руки сигарету, он поджигает.
Пытаясь вдохнуть сигаретный дым, я начинаю задыхаться и кашлять.
– Не так ты делаешь, я сразу понял, что ты не курила до этого, – засмеялся парень.
– Научи меня! – жалобным голосом прошу я.
Затягиваясь сигаретой, прекрасный незнакомец показывает мне, как нужно это делать, я схватываю всё налету и тут же начинаю «правильно» курить.
– Как тебя зовут?
– Джулия, Джулия Мур.
– А я Макс Диас. Ладно встретимся как-нибудь, держи! – он протягивает мне синюю шариковую ручку.
– Напиши мне на руке свой номер, ты мне очень понравилась, – томным голосом попросил меня Макс.
Я мигом выполняю его просьбу и уже через несколько минут мой номер красуется у него на руке. Макс такой суперский, он очень красивый. И Я ЕМУ ПОНРАВИЛАСЬ. Зря я поставила на себе крест, возможно, у меня ещё будут нормальные отношения. Хотя это я, у меня всё через одно место.
Вернувшись в клуб, я чувствовала себя заметно лучше. Единственное, что мне не хватало для полного счастья – это ластик для памяти, я бы стёрла сегодняшние события в разуме Макса, ну нашего Макса, который Смит. Блин, их даже зовут одинакового, вот совпадение, наверное, Смит меня никогда не оставит в покое.
Весь класс, включая Брук Паттерсон, танцует, я присоединяюсь к ним.
– Джули, ну как ты? – спрашивает Джан, прорвавшись ко мне с другого конца клуба.
– Всё намного лучше, чем было. Рассудок освежился, протрезвел. Давай танцевать, – отвечаю я.
– Вот и хорошо, возвращается весёлая Джулия Мур, которую я знаю и люблю! – восклицает Джанет.
Я снова танцую, мне хорошо. Никотин притупил моё сознание, так что теперь я дальше могу развлекаться. Весёлая музыка заставляет нас с Джан прыгать в такт, покачивая бёдрами и поднимая руки вверх. Волосы развиваются в разные стороны, губы расплываются в нежной улыбке. За весь вечер я выпила литры колы, она булькает в моём желудке. Здесь, на танцполе все: Хилс, Дарс, две Тори, Макс, Ник, Рики, Рокси, Ким, Пенелопа в балахоне, Хейли, Кевин, Джан и остальные, не буду вдаваться в подробности. Жаль, что время скоро кончится, через 20 минут мы расходимся. Станцевав последний танец, мы всем классом, во главе с миссис Паттерсон, идём в раздевалку. Я звоню папе, чтобы он выезжал из дома и забрал меня. Со мной поедут Хилс и Джан. Надев пальто и сапоги, я и Джанет вышли из здания, дабы насладиться свежим воздухом, всё здание клуба пропиталось запахом пота.
– Джули, спасибо, что отвезёшь нас с Хилс, – благодарит Джанет.
– Не за что, не идти же вам в такой поздний час домой пешком, автобусы уже не ходят.
– А ты почему так резко повеселела после прогулки на улице? – Джан решила задать вопрос в лоб.
– Да ничего, просто немного охладилась, – я старалась лгать как можно правдоподобнее.
– Врать умеем! – шатенка раскусила меня.
Тут я рассказала ей про встречу с парнем, который мне очень понравился во всех подробностях. Упустила только одну деталь – сигареты. Уж больно не хотелось расстраивать своим аморальным поведением мою Джанет, мы и так только недавно помирились.
– Вот это да, жди теперь его звонка, и пусть он только не позвонит, я найду его и откручу голову, – рассмеялась Джан.
Прерывая наш разговор, из здания вышла Хилари.
– Не прошло и года! – восторженно произношу я, как будто на официальном приёме у Барака Обамы.
– Просто у меня разошлась молния на плаще, зато за это время я починила её, – оправдалась Хилс.
Папа подъехал к клубу, остановившись около входа, где мы его и ждали. Я, Джанет и Хилари сели в машину: я на переднее сидение к папе, Хилс и Джан сели вместе сзади.
Всю дорогу до дома я пела песни и вообще вела себя по-дурацки, несмотря на наличие папы в машине. Он всего лишь молчал, как и всегда. Мы с Джан перетирали сплетни и слухи школы, Хилс же всего лишь поддакивала в нужный момент. Выйдя из машины, мы все разошлись по домам, папа остался что-то делать, обещая вернуться в ближайшее время. Зайдя в дом, я тут же разулась и, скинув ненужную одежду в виде пальто, колготок и платья, отправилась в душ. Расслабляет, тонизирует, всё что мне сейчас и нужно. Аромат геля распространился по моему телу, новый шампунь сделал мои мокрые волосы очень приятными на ощупь. Или я устала и мне так кажется, сейчас всё возможно. Я всё ещё не могу забыть ситуацию с обоими Максами, всё настолько загадочно. Ну со вторым Максом всё ясно, буду ждать звонка, а Смит, конечно, никому не расскажет о моём минутном позоре.
Выйдя из ванной, я пришла в комнату, дабы спокойно лечь спать. Мои мечты прерывает мамин стук в дверь.
– Джулия, ты переодеваешься? – говорит мама.
– Нет, заходи.
– Ты есть будешь?
– Нас там накормили, мне до утра хватит.
– Ну ладно. Как прошёл вечер, как миссис Паттерсон?
– Давай позже, завтра, я очень устала и собираюсь спать.
– А, ну да, спокойной ночи, – мама вышла из комнаты.
Я выключила свет и легла в кровать, накрывшись тёплым одеялом. Мысли в голове одна за другой складываются в целый фильм, но я слишком вымотана, чтобы его смотреть. Завтра будет новый день, я обязательно подумаю о том, что мне делать с Максом Смитом... И Диасом.
Растерянная Джулия.
Глава 4 Who are you? – Кто ты?
Ммм...
Воскресенье.
Вот так я люблю просыпаться: сама, без родителей и будильников. Лучи не по-зимнему яркого солнца проникают в мою комнату, освещая каждый уголок. Завернувшись в одеяло, я решила немного полежать. Блаженство, умиротворение, спокойствие. Так должен начинаться идеальный день.
Провалявшись ещё около двух часов, моё царское подсознание всё же решило поднять королевскую особу Джулию Мур с постели, дабы насладиться чудесным днём за пределами этой комнаты.
Приведя себя в порядок в ванной, я отправилась на кухню. Утро начинается с кофе. Бодрящий напиток, проникая в мой организм, оставляет приятное послевкусие. Хорошо родители сегодня не дома: папа на работе, мама в гостях у подруги. Они не вернутся до завтра, папа после работы поедет к маме. Можно насладиться прелестями жизни! Помыв кружку от кофе, я включаю музыку. Любимые соседи, я буду мучить вас своим ужасным музыкальным вкусом вечность. И ничего вы мне не сделаете.
Я подпеваю, подпрыгивая в такт музыке. Весело, легко. Существовать одним днём – главный кайф жизни. Плевать, что было вчера, совсем не важно, что будет завтра. Мне хорошо здесь и сейчас. Хотя у меня нет явных причин для радости – вчера я опозорилась перед Максом, а если он кому-то расскажет, то и перед всем классом. В понедельник страшно появляться в школу, может быть всё что угодно, любой сюрприз. Мы с Джанет так и не можем нормально общаться. В глубине души сидит обида. Я не могу простить её. Родители что-то хотят мне сказать, но так и не находят удобный момент. Да, наверное, я сошла с ума, поэтому счастлива!
Звонок в дверь.
– Если вы соседи, то идите к чёрту, иначе сейчас Эминема включу, – говорю я через дверь.
– Это я, Стефани, не узнаёшь? – блин, я же даже не посмотрела в глазок.
– Стеф, проходи, – отпирая дверь, промямлила я.
Стефани Эванс – моя лучшая подруга, с которой мы дружим вот уже 17 лет, с самого рождения. Стеф, моя любимая дура, самая весёлая из всех, кого я знаю. Шатенка среднего роста с приятной внешностью, первый мой самый родной человек. Второй – Джанет. Но Стеф намного лучше, она никогда не предаст меня и не отдавит ногу. С ней всегда есть о чём поговорить, причём в нужный момент Стеф посочувствует и поддержит. Самый безбашенные поступки в моей жизни – дела рук Стефани. Иначе и быть не может.
Разувшись и сняв верхнюю одежду, Стеф оценочно посмотрела на меня.
– Я вижу что-то не так. Ты странная сегодня, весёлая! Кто же тебя так осчастливил, ммм? – кокетничая, спросила она.
– Нет причин для радости, я сошла с ума! И почему сразу «осчастливил»? С чего ты взяла, что это парень?
– Джули, я чувствую. Его зовуут, даай подуумаать, – протянула Стеф.
– Макс, – добавила она.
Стеф угадала. Только шатенка имела в виду моего одноклассника.
– Правильно. Но не Смит, – сказала я.
Рассказав всю историю моего вчерашнего вечера (не забыв упомянуть, какой Макс Диас классный), я легла на диван и начала пялиться в потолок. Стефани молчала минут 15, не обронив ни слова.
– Эмм... Ну жди звонка этого парня. Не знаю как прокомментировать, – ответила шатенка.
– Мне он понравился...
– Это я поняла, Джули, ты всегда любишь красивых и тупых. Это твой пожизненный типаж! – рассмеялась Стефани.
– Ахаха, нет. Он другой: хороший, умный. Это чувствуется, – я пыталась оправдать Макса, с которым познакомилась вчера.
Да, звучит смешно. Говорить громкие слова о характере человека, пообщавшись с ним 10 минут. Но это же я...
– Джули, будь осторожней, – Стеф серьёзно беспокоится за меня.
– А что с ним не так?
– Мало ли. Всяко может быть.
– Хорошо. Не беспокойся.
Мы пили чай, съедая очередной эклер с заварным кремом. Далее в ход пошли шоколадки, печенье – всё, что находили в моём холодильнике.
– Ха-ха, будем толстые и некрасивые, – смеётся Стеф.
– Нее, не думай об этом, – перебив звонкий смех шатенки, сказала я. Съев все мои запасы сладостей, я и Стефани помыли грязную посуду и пошли в мою комнату.
Стеф, лёжа на диване, рассказывала о парнях в своей школе, об оценках и учителях. По поводу успеваемости моя подруга может не переживать долгие годы. Ниже 4 она никогда не получала, учителя любят Стеф. Вот мне когда-нибудь бы так. Я лишь могла рассказать о тройках по физике и алгебре, о двойке по технологии.
– Джули, давай потанцуем, а то ты грустная какая-то стала, – Стеф пытается разрядить напряжённую обстановку.
Я включаю музыку. Кидая в Стеф подушку с моей кровати, я начинаю орать во весь голос:
– I'm Slim Shady, yes I'm the real Shady
All you other Slim Shadys are just imitating.
So won't the real Slim Shady please stand up,
please stand up, please stand up!
(Я Слим Шейди, да, я настоящий Слим Шейди,
А вы все, другие Слимы Шейди, только повторение меня.
Поэтому, я прошу настоящего Слима Шейди встать,
Пожалуйста, пусть он сделает это!)
Eminem – The Real Slim Shady (Настоящий Слим Шейди).
– Стеф, извини за моё безголосое исполнение. Песенка хорошая, – добавляю я.
Стефани берёт подушку и кидает обратно мне, прямо в лицо. Я начинаю смеяться и петь ещё громче. Терпение Стеф на исходе, она кидается на меня, пытаясь заткнуть мне рот, я кусаю её за ладонь. Шатенка поднимается с кровати и выходит из комнаты.
– Ну Стееф, вернись, я больше не буду петь! – я умоляю подругу не покидать меня.
– Хорошо, только обещай мне, что это больше не повторится, – сказала Стефани, зайдя в комнату.
– Знаешь, сегодня вечером займёмся одним интересным делом, – заинтриговав меня, добавила шатенка.
– Хм, каким же?
– Гаданием. Узнаем, что приготовила нам судьба в будущем.
– Очень смешно, ты хоть сама понимаешь, какая это ерунда?
– Почему же?
– Мастер гаданий и прочего развода, Вы не сошли с ума случаем?
– Посмотришь, Джулия.
– Я скорее рожу 150 детей и умру, чем увижу как твои «предсказания» сбываются.
– Что пока до вечера делать будем?
– Давай посмотрим телевизор что ли? – я фальшиво улыбнулась.
Сейчас вообще ничего не понимаю. С каких пор Стеф такая? Как будто мою подругу кто-то подменил.
Включив телевизор, я начала щёлкать по кнопкам пульта в поисках годной передачи или интересного фильма. Стеф в это время зевала, переворачиваясь с левого бока на спину. Никаких нормальных программ я не нашла, всё как всегда. Включив канал, по которому шёл старый фильм о любви машиниста и аристократки. Пытаясь вникнуть в содержание фильма, я заметила, как начала засыпать. У Стеф те же ощущения – это заметно по её отрешенному выражению лица. Сон окутывает меня, я устала сопротивляться. Глаза слипаются, разум отключается...
***
– Джулиия!! Ты долго ещё будешь спать у меня на плече?! – Стеф раздражённо кричит мне на ухо.
– Прости, я уже встаю, – говорю я, перекладывая голову с плеча шатенки на спинку дивана.
Стеф вскакивает и бежит в сторону коридора. Что же она задумала? Пытаясь окончательно проснуться и собраться с мыслями, я вижу Стефани, влетающую в комнату с графином, полным до краёв водой. Хоть бы это было не то, о чём я подумала.
– Сейчас ты быстро встанешь! – с этой фразой Стеф выливает мне на голову содержимое сосуда. Ледяная вода стекает по моему лицу, попадая на шею и грудь. Волосы полностью мокрые, майку, надетую на мне можно выжимать. Спустя 15 минут моего шокового молчания я выдаю:
– Стефани Эванс, я вся теку!
Надо было видеть смех Стеф. Это просто была истерика. Моя двусмысленная фраза сводила шатенку с ума. Немножко проржавшись, Стеф начала приходить в себя.
– Джули, ты-ты, ты, ахаха, мне плохо, что ты делаешь? – её было не остановить.
– Не надо было лить на меня воду, – пыталась парировать я.
– Я будила тебя уже полчаса, что мне ещё оставалось делать?! Необходимо было привести тебя в сознание или ты решила пропустить гадание?
– Ты ещё не передумала? Это же полный бред... А, кстати, который сейчас час?
– Время 23:25, нам бы пора готовиться.
– К этому ещё и готовятся?! – меня начало распирать от смеха.
– Конечно. Вставай, переодевайся, суши волосы... И диван... – скомандовала мастер развода для слабохарактерных.
Я начала выполнять приказания Стефани, словно послушная девочка. После того, как я переоделась, мне нужно было найти фен. Не найдя его, я решила ждать пока волосы и диван высохнут естественным путём.
– Стеф, ты не передумала выполнять эти ритуалы своего гадания? – спросила я, надеясь на то, что подруга одумается.
– Никак нет, – весело ответила шатенка.
– Джулия, нам понадобится для обряда зеркало, без сколов и царапин, не очень большое только. Ещё захвати полотенце, желательно белое. Аа, и свечи две нужны, – Стеф начала увлечённо рассказывать о гадании, которое мне придётся сегодня испытать.
Я пошла в ванную. Взяв зеркало, я стала рассматривать своё отражение в нём. Странное зеркало, мутное... В ванную зашла Стеф, она просила поторопиться с поисками нужных вещей.
– Может, давай не будем, – я пыталась отговорить шатенку, мне становилось совсем не по себе.
– Не трусь, я уже нашла свечи в шкафу на кухне, – сказала Стефани.
– А вот и полотенце. Пойдём в спальню, – добавила она, выйдя из ванны.
Мы пошли обратно в комнату. Поставив зеркало на стол, я зажгла свечи, а Стеф выключила свет в комнате.
– Джули, сейчас ты слушаешь меня очень внимательно. Ты садишься напротив зеркала, по бокам от него я поставлю свечки. После того, как психологически настроишься, перестанешь думать о чём-либо, кроме гадания, мысленно или если хочешь вслух позови его. После пламя свеч начнёт тускнеть, ты должна не упустить момент и протереть своё зеркало полотенцем. В этот момент начнёт проявляться образ твоего будущего парня, смотреть нужно через плечо, он будет сзади твоего отражения. Как только ты разглядишь в зеркале все его черты, необходимо попросить его уйти. Только нужно сделать это незамедлительно, иначе я не ручаюсь за последствия, – Стеф дала подробную инструкцию моих дальнейших действий.
– Не бойся, я буду здесь, рядом, – добавила она.
Не говоря ни слова, я села на стул, который стоял возле стола, напротив зеркала.
– А отказаться от этого дерьма ещё можно? – не сдерживая эмоций, говорю я.
– Успокойся, я тут, я не брошу тебя... – ответила шатенка.
После Стеф расставила по бокам свечи, я начала пристально смотреть то на тёмную фигуру Стефани, то на своё отражение в зеркале. В итоге, подруга смирно села на диван и кивнула, дав понять, что можно начинать.
Кровь в моих венах начала охлаждаться, пальцы рук стали совсем ледяными. Ритм сердца выстукивал чечётку, боль в висках усиливалась с каждой секундой. Я старалась не думать о страхах, но получалось это плохо. Моё подсознание сейчас убивало Стеф за всё затеянное.
Спустя минут 15 мысли в голове начали рассеиваться, я настраивалась.
– Приди ко мне... – шёпотом произнесла я, когда окончательно забылась.
Слыша частое дыхание Стеф, я не переставала смотреть в зеркало. Пламя одной свечи начало тускнеть, намереваясь и вовсе потухнуть. Тоже случилось и с другой свечкой. Я дрожащими от страха и ужаса руками взяла полотенце и протёрла им зеркало. Положив на место полотенце, я не переставала смотреть в своё отражение. Я слышу странные звуки. Это какие-то шорохи, скрипы, топоты. Теперь мои уши воспринимают всё более отчётливо. Это шаги. Я слышу каждый шаг... Всё ближе и ближе. Такое впечатление, как будто сзади меня кто-то стоит. Мои губы выдают что-то типа писка, но я тут же заглушаю его. Настолько страшно мне не было ещё никогда. Словарный запас кончился, мысли сменяют одна другую, но ничего невозможно разобрать. В голове сплошная каша. Пристально я смотрю в зеркало и жду. Жду моего парня.
В тот же момент в зеркале, немного запотевшем от свечей, начинает проявляться чей-то образ. Мутная, непонятная фигура привлекает мой взор. Это как гипноз, невозможно остановиться. Я вижу, вижу! Это молодой парень, он смотрит мне прямо в глаза. Его пухлые приоткрытые губы как будто пытаются что-то сказать мне. У него тёмные волосы, очень красивые глаза. Крепкое тело, высокий рост – всё идеально. Забывая о наставлениях Стеф, я смотрю в зеркало, хотя уже довольно хорошо разглядела этого парня. Только не могу понять, во что он одет. Но это не так важно. Вокруг незнакомца туман, какое-то непонятное пространство. Глаза парня темнеют, он начинает приближаться ко мне. Так как я смотрю через своё плечо в зеркало, то вижу ещё и моё отражение. Мои глаза начинают светиться, как два красных огонька, остальное темнеет. Я вижу только парня и свои демонические глаза. В отражении появляется рука прекрасного незнакомца, он кладёт её мне на плечо. При этом я не чувствую прикосновений, а слышу только пищания Стеф и подозрительный скрип. Я ощущаю душевную близость с парнем. Мы – одно целое...
В этот момент зеркало падает, разбиваясь вдребезги. Стеф начинает орать, как будто ей вспарывают живот. Я же просто смотрю на маленькие осколки разбившегося зеркала. Один из них вонзился мне в руку, но я не чувствую боли. Страх действует как обезболивающее. Свечи погасли в тот же момент, когда раскололось зеркальце. Воск от свечей растёкся по столу, в некоторых местах напрочь присох. Сейчас я не замечаю основного, я вижу лишь мелочи. Моё сознание не может переварить происходящее...
– Джули, прости меня, ради всего святого в этом мире, я не знала, что так может получиться, – Стеф извиняется, попутно заикаясь и тряся меня за плечо.
Именно за то плечо, где была рука загадочного парня.
– Я сама виновата... Я забыла сказать, что бы он ушёл... – хриплым, совершенно осипшим голосом говорю я.
– Джулия, я не должна была подвергать тебя такой опасности. Я скрыла от тебя тот факт, что это демон предстаёт в образе парня, показывая тебе его внешность, – произнесла напуганная Стефани.
– Давай соберём осколки. Не думай больше об этом, я виновата. Парень, а точнее демон, был настолько привлекательным, что я забыла все твои советы, – я пыталась оправдать проступок Стеф.
Голыми руками я собирала стекло с пола и стола. Изрезав руки в кровь, я всё же подобрала все осколки. Стеф в это время ходила из угла в угол, шепча какие-то слова. Увидев мои руки, она начала визжать:
– Ты что делаешь вообще! Ты-ты сошла с ума!!
Я молча вышла из комнаты и зашла на кухню. Выкинув все осколки зеркала, я зашла обратно к Стеф. Тут же я вспоминаю про руку, в ней остался маленький кусочек зеркала. Из ран продолжала течь тёплая густая кровь, забирая с собой мои жизненные силы и притупляя разум. Состояние Стеф можно было описать одним словом – истерика. Нет, даже так – ИСТЕРИКА. Она лежала на диване, перекатываясь с одного бока на другой, и тихо рыдала, захлёбываясь слезами. Потом шатенка начала жевать подушку, пытаясь, видимо, заглушить свой крик. Мне жалко её, ведь она не хотела, что бы так получилось. Каждый из нас в данный момент обвиняет самих себя. Я подхожу ко столу и беру свечи, попутно отскребая засохший воск. Выкидавая и их на кухне, я возвращаюсь в комнату.
– Стефани! Прекрати, пожалуйста, мне плохо. Ты пугаешь меня, – я пытаюсь успокоить подругу, которая явно сходит с ума.
– Иизвини... – едва слышно, сквозь горячие слёзы, стекающие по её синим от испуга губам, отвечает подруга.
– Оставь меня. Обработай порезы, – заикаясь, добавляет шатенка.
Отходя от дивана я иду в сторону шкафа. Распахнув дверь одного из его отделов, я ищу аптечку. Найдя белый чемоданчик с красным крестом, я открываю его. Неприятный запах медикаментов ударяет в мои обонятельные рецепторы носа, этот «аромат» сбивает меня с мыслей. Взяв в руки перекись водорода, я начала обрабатывать раны. Наконец, ощущая физическую боль, я чувствую, как щипят мои порезы. Убрав аптечку обратно на полку и закрыв дверь, я села на пол. Да, я не знаю, что мне делать! Поэтому просто сижу на полу. Чёрт, я была права, когда говорила, что самые безбашенные поступки в моей жизни – дела рук Стефани. Вот тебе и доказательство, аксиома превращается в теорему. А, кстати, завтра идти в школу, а моё состояние разрешает мне только сидеть на полу и рыдать.
– Стефани, детка моя, как ты? – на грани сумасшествия говорю я.
– Не бросай меня, – испуганно отвечает мне Стеф.
– Не собиралась, куда я брошу тебя?
– Ну вдруг...
– Что ты так распереживалась, парень был красивый. Ну разбилось чёртово зеркало, раньше мне надо было сказать эту фразу.
В ответ Стеф просто смотрела на меня и молчала. Приоткрыв рот, она будто бы собиралась что-то сказать, но всё же остановилась. Её пронзительный взгляд пугал и одновременно интриговал меня. Шатенка определённо хочет что-то рассказать, но, наверное, не считает нужным делиться этим именно сейчас. Хорошо, я буду ждать... Секрет теперь от меня не только у родителей, но и у Стеф.
Снова открывая шкаф и найдя аптечку, я вытащила оттуда успокоительные таблетки. Дав парочку таблеточек Стефани, я сообщила, что они подъязычные, то есть водой запивать их не нужно.
– Джули, это ты не отравить ли меня решила? – спросила Стеф.
– Пей, у тебя нет выбора, – так и не ответив прямо на её вопрос, я засунула их ей в рот.
Стеф медленно рассасывала таблетки, с каждой минутой её состояние улучшалось, она даже перестала плакать. Последняя хрупкая слеза скатилась с щеки шатенки, и она уснула. Как маленький ребёнок, Стефани спала сладко и мило. Я села на диван, а потом и вовсе легла рядом с ней.
Все события сегодняшнего дня приводят меня в ужас и истерику. А ведь утро не предвещало беды...
Я провожу длинными ногтями по моим ранам, пытаясь вызвать физическую боль и заглушить этим свои мысли. Гладя большим пальцем по левой руке, я вспоминаю про осколок, который я так и не вытащила. У меня настолько сильно разум притупляет телесные ощущения, что я не чувствую боль. Интересное явление. Вынув ногтями кусочек стекла от злополучного зеркала, я закусываю губу. Ммм, всё-таки я ошиблась, ощущаю... Чёртова мазохистка!
Закончив причинять себе боль, я просто смотрю в потолок. На ум приходит один единственный вопрос: кто ты?
Глава 5 Rain – Дождь.
Будильник сигналит, пора бы уже и вставать. Мои опухшие глаза с лопнутыми сосудами выдают бессонную ночь. Я ведь просто смотрела в потолок, вспоминая этого парня. Сейчас я понимаю, что забыла его. Знаю только, что он красивый, а черты лица стёрлись в разуме. На второй половине дивана сонная Стеф вертится с одного бока на другой. Ей тоже не нравится тот факт, что пора просыпаться.
