Текст книги "Песчинка на ветру (СИ)"
Автор книги: Юлия Гойгель
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 22 страниц)
Глава 37
В ноябре, когда на город опустился нудный моросящий дождь и цвет настроения стал серым, у Артёма вновь наметилась командировка в Рим. Точнее сказать, что ездил он туда каждый год, но в этот раз у него вновь не оказалось сопровождения. Сотрудница компании, которая сопровождала Артёма в последних поездках сломала ногу, а Лора не стала отменять ранее запланированный отдых на море.
– Возьми Эмилию, – предложила она. – Ей полезно будет развеяться, а так, как Роман умер, то разрешение отца, чтобы вывезти ребёнка из страны не требуется, и документы сделаете быстро. Кстати, Лера, наша новая стажёрка из студентов, которая отлично владеет и итальянским, и английским, не откажется посидеть с Леоном, если ты захочешь взять Эмильку на приём. Возьмёте её с собой за счёт компании, она будет на седьмом месте от счастья. Язык девчонка знает на отлично, а Италию только в интернете видела.
Артём уверил меня, что мешать с Леоном мы ему не будем, и я не стала отказываться. Моя далёкая и единственная поездка в Рим оставила во мне приятное послевкусие.
Лера действительно не отказалась от предложения. Она быстро нашла общий язык с Леоном и, пока Артём занимался делами, мы с Лерой и сыном наслаждались Римом, который, кажется, вздохнул с облегчением от значительно поредевшей толпы туристов.
– Близкий родственник одного из наших партнёров устраивает в своём доме настоящий бал – маскарад, – сообщил мне Артём. – У меня есть приглашение на две персоны. Программа там весьма интересная, но уйти мы можем в любой момент. Сходим?
– Нам нужно купить костюмы? – озадачилась я.
– Не обязательно. Главным требованием является наличие карнавальной маски, вечернего платья для дамы и костюма для кавалера, – уточнил Артём.
Пока мужчина занимался делами, мы с Лерой и Леоном посетили модный бутик недалеко от отеля. Лера восторженно порхала от одного наряда к другому засыпая девушку-консультанта шквалом вопросов. Я же присела на диванчик в углу, рассматривая с сыном купленную по дороге игрушку. Консультанты меня не беспокоили, приняв за няню. Разноцветный ворох дорогущих тряпок от самых известных модных домов Европы совсем не привлекал меня, хотя я могла позволить приобрести себе большую часть представленных здесь коллекций. Арслан ежемесячно перечислял мне на карточку сумму большую за заработную плату обоих моих родителей, поэтому на одёжку Леона я тратила гораздо больше, чем на себя, словно договариваясь с собственной совестью. Несмотря на то, что мужчина был мусульманином, и я не могла заказывать за него молебны в церкви, я ставила свечи за его здоровье во всех храмах, которые посещала. Уходя, я оставляла десяток незажжённых, вместе с денежным пожертвованием на храм, прося прислуживающих бабулек зажигать их по мере сгорания предыдущих. Мне казалось, что пока горит хотя бы одна свеча, с Арсланом не может случиться ничего плохого. Конечно, я молилась и за себя, и за родителей, и за Лору, особо выделяя сына и Артёма. Муж сестры. Я никогда не была слишком наивной. Остатки розового дыма в голове давно развеялись в горах Сирии. Артём не выставлял свои мысли и эмоции напоказ, но не замечать и не догадываться о его чувствах я не могла. Глубокие, проверенные временем, запрятанные на самое дно его широкой души. Он ни разу не позволил себе посмотреть на меня как на женщину, но я знала, что нужна ему как женщина, очень давно нужна. Возможно, гораздо раньше, чем он сам себе смог признаться в этом И кому, как не мне была понятна его боль.
– Эмилия, прости, я увлеклась, – Лера стояла виновато опустив глаза. – Ты даже ничего не посмотрела!
– Я и смотреть не буду, – улыбнулась я. – Просто объясним, что мне нужно и доверимся выбору этих милых девушек.
Мне предложили несколько моделей. В итоге я остановилась на вечернем платье с удлинённым шлейфом и скромным, хотя и несколько сложным в пошиве лифом. В противовес им значительная часть спины оставалась открытой. Само платье было пошито из тяжёлой ткани насыщенного фиолетового цвета, как всегда удачно оттеняющего мои подкрашенные в тёмную медь волосы. Здесь же к платью подобрали туфли, клатч и бельё. Наличие лифчика модель платья не предполагала, лишь кружевные трусики и чулки. Я предпочла их колготкам, несмотря на прохладную погоду. Творение французского модного дома просто невозможно надеть на колготки!
В ближайшем салоне красоты сделали вечернюю причёску, высоко заколов волосы, как я любила и нанесли макияж. Не яркий, но достаточно заметный. Вернувшись в отель, я надела платье и драгоценности: кольца и серьги, подаренные Арсланом. Образ дополнили несколько капелек тех же французских духов. Несмотря на свои двадцать четыре, я предпочитала пусть и лёгкий, но с ощутимой горчинкой аромат.
С Артёмом мы встретились у выхода из номера. Он помог мне накинуть на плечи лёгкое пальто. На мужчине был классический чёрный костюм с сиреневой рубашкой на тон светлее моего платья. Она хорошо сочеталась с его тёмными, чуть удлинёнными волосами и смуглой кожей. Несмотря на статус бизнесмена и уже не юношеские тридцать лет в образе мужчины была одна пикантная деталь так нравившаяся мне. Мочка его левого уха была проколота и украшена неброской золотой серёжкой-гвоздиком в виде большой буквы «А» с несимметричными краями. А вот тату, насколько я знала, тело Артёма не имело.
Мужчина тоже накинул пальто, и мы спустились вниз, где нас ожидала предоставленная отелем машина. Уже в ней Артём помог мне надеть простую маску, украшенную лишь кружевом и небольшим количеством страз, в тон платью. Его маска отличалась от моей отсутствием страз, и меньшим количеством кружев.
Нужный особняк находился недалеко от центра, поэтому ехали мы не больше двадцати минут. После необходимого делового общения с пригласившими нас партнёрами, мы с Артёмом увлеклись действительно потрясающей программой чем-то похожей на цирковую. Между гостями постоянно сновали официанты, разнося шампанское и лёгкие закуски. Затем начались танцы с приглашёнными живыми звёздами. После нескольких медленных композиций, которые я с удовольствием станцевала со своим спутником, мне поступили и другие приглашения.
– Совсем не обязательно отказываться, – шепнул мне на ухо Артём. – Позволь себе расслабиться. Я буду рядом, если беспокоишься, что кто-то может перейти рамки приличия.
– Я не хочу ещё кого-то касаться, – призналась я ему. – Знаешь, я бы посидела где – не будь в уголке, не привлекая внимания. Здесь действительно всё так красиво и изыскано, а ты бы смог тоже пригласить кого-нибудь на танец.
Он прижал меня к себе чуть крепче положенного и шепнул, легко задевая своими губами моё ухо:
– Мне никто не нужен кроме тебя.
– Артём, я…
– Ты права, здесь очень красиво. Пойдём, поищем, где можно просто полюбоваться видами.
Мы набрели на небольшой, но очень уютный зимний сад с красивыми цветущими растениями. Помещение освещалось мягким светом, и мы присели на небольшой комфортный диванчик в тени какого-то тропического растения. По дороге Артём взял у официанта два бокала с шампанским, которое теперь можно было неторопливо выпить, оценивая тонкий вкус напитка. Несколько долгих минут мы молчали, наслаждаясь красотой вокруг, ненавязчиво доносящейся лирической композицией и просто обществом друг друга в непривычной, но такой комфортной обстановке. Здесь мы не были пусть и некровными, но членами одной семьи, связанные между собой чётко очерченными рамками и обязательствами.
Пусть медленно, но шампанское было допито, и мы почти синхронно поставили пустые бокалы на небольшой столик перед диванчиком. Руки мужчины осторожно и легко легли поверх моих ладоней, слегка поглаживая мои тонкие прохладные пальцы. Я невольно подалась ближе к мужчине, прижалась щекой к его плечу. В моём движении не было сексуального подтекста. Мне хотелось пусть и ненадолго согреться его теплом, наполниться его уверенностью, почувствовать его заботу. Артём снял пиджак и набросил мне на плечи, обнимая.
Стало холодать, видимо минуты нашего молчания уже измерялись десятками. Этот вечер неумолимо близился к своему концу. Я шевельнулась, собираясь отстраниться, но мужчина мягко удержал меня рядом. Его губы осторожно, словно боясь спугнуть, накрыли мои. Я напряглась, застигнутая врасплох этим прикосновением, но оно не было неприятно. Пусть желание не ударило своей штормовой волной, как это было с Арсланом, но поцелуй не отталкивал. Приятное тепло медленно разливалось по телу заполняя каждую клеточку, напоминая, как давно его не любили, не ласкали, не держали в крепких мужских руках. Такой знакомый, ставший родным, запах притягивал, гася просыпающуюся во мне неуверенность, и я невольно глубоко вдохнула, углубляя поцелуй, желая большего. Руки Артёма соскользнули с плеч, сместились под пиджак, нежно касаясь обнажённой кожи спины. Он первым прервал затянувшийся поцелуй и посмотрел мне в глаза:
– Я люблю тебя, Эми. Ты даже не представляешь, что так могут любить. Я всё за тебя отдам, за одну твою улыбку. Ничего в мире нет дороже тебя и никогда не будет. Ты и сама давно знаешь об этом, моя бесценная девочка….
Я не могла оскорбить его ложью. И, как бы мне не хотелось об этом не думать, его чувства ко мне напомнили мои собственные к Роману в начале наших отношений. То, что я бы хотела навсегда забыть.
– Артём, я не знаю, что сказать. Ты очень дорог мне. Даже не представляю, как бы я жила, если бы рядом не было тебя. Но мне не забыть Арслана, понимаешь? Даже, если мы с ним больше и не увидимся – он уже часть меня. Я тоже люблю тебя, но по-другому.
– Мне достаточно даже хлебной крошки, Эмилия. Только будь рядом.
– Давай вернёмся в отель, – предложила я.
В машине я проверила свой телефон. Сообщений от Леры не было, значит Леон уснул с ней и ночью пока не просыпался. Точного времени нашего возвращения мы не оговаривали и девушка, скорее всего тоже спала, не ожидая нас.
Номер Артёма располагался по-соседству с нашим. Он приоткрыл дверь, пропуская меня вперёд. Я не стала возражать, так как требовалась его помощь в разборе сложной причёски. Наощупь находить мелкие шпильки, боясь разбудить Леона и Леру не хотелось. Я подошла к зеркалу в коридоре номера, и мужчина сразу стал разбирать пряди волос. Он не включил основное освещение, и я почти не видела выражение его лица.
– Спасибо, – поблагодарила, когда последняя прядь упала на спину.
Его ладони приподняли тяжёлую массу волос, коснувшись обнажённой кожи. Мужчина сделал шаг, крепко прижав меня к себе. Его губы стали целовать мои волосы. Не смущаясь он жадно вдыхал их аромат, и я отчётливо чувствовала его возбуждение, упирающееся мне в поясницу.
– Дай нам шанс, Эми. Один-единственный. Если ты почувствуешь, что… что не можешь, то уйдёшь в любую минуту и между нами ничего не измениться. Разреши нам попробовать, моя хорошая, я с ума схожу по тебе.
Роман никогда не говорил со мной о любви. Арслан говорить о ней не умел. Мне, как любой нормальной женщине хотелось хоть раз услышать, что меня любят. Услышать не просто слова, а слова идущие от самого сердца.
Глава 38
Мужчина повернул меня к себе, и наши губы вновь встретились в поцелуе. На этот раз язык Артёма проник мне в рот, играясь с моим языком, лаская и откровенно желая большего. Я почувствовала, как его руки расстегнули молнию платья, и оно медленно опустилось к нашим ногам. Ладони мужчины накрыли мою грудь, чуткие пальцы стали ласкать соски. Тепло от его прикосновений проникло в кровь, разогнав её по телу, заставляя его плавиться и наливаться жаром подступающего желания. Не думая ни о чём я сама стала расстёгивать рубашку Артёма, руки легли на обнажившуюся горячую кожу, почувствовали твёрдость мышц, уловив дрожь его нетерпения. Подхватив меня под ягодицы и оторвав от пола, мужчина перенёс в спальню и медленно опустил на кровать. Продолжая смотреть в глаза, он неторопливо стянул с меня трусики, последнюю часть одежды, что ещё оставались на мне и отбросил в сторону. Выпрямившись, Артём стал расстёгивать собственные брюки, снимая их вместе с бельём. Я понимала, что он не демонстрирует мне физическую привлекательность мужского тела, а даёт время разобраться в ощущениях и возможность остановиться. Он не давил на меня более сильной аурой, не бросал в сексуальное забытьё. Не смотря на мощь и напор собственных чувств, он хотел, чтобы я пришла к нему осознанно, до конца понимая кому именно хочу отдаться и принадлежать.
– Я так хочу тебя, Эми. Всю тебя, до кончиков пальчиков. Но мне мало твоего обнажённого тела. Сможешь ли ты для меня обнажить свою душу?
Я ещё не знала ответа на заданный вопрос, словно ещё чего-то не случилось, словно могло произойти ещё что-то более интимное чем то, что сейчас произойдёт между нами.
– Не торопи меня, Артём, только не торопи, – попросила я.
Он наклонился, согревая дыханием мою набухшую грудь, лаская её языком, посасывая и целуя. Медленно, очень медленно его губы спустились по животу, ещё ниже, язык отыскал чувствительную точку и стал играться с ней. Я выгнулась от стремительно нарастающего возбуждения, невольно сжимая коленями его бёдра.
– Остановиться? – неожиданно поинтересовался мужчина.
– Нет, продолжай. Пожалуйста.
Дважды его просить не пришлось. Губы вернулись к прерванному занятию. Язык становился всё смелее, лаская не только чувствительный бугорок, но и влажные губки, чтобы затем резко проникнуть внутрь. Я вскрикнула от столь интимной и сильной ласки. Мужчина ещё сильнее вжался лицом в мои бёдра, помогая себе пальцами. Два из них осторожно, хотя и глубоко проникли внутрь. Я стала насаживаться на них нетерпеливо желая продолжения, распалённая чувственной лаской.
– Артём.
– Повтори.
– Что?
– Произнеси ещё раз моё имя. Сейчас. Я так долго этого ждал.
– Артём, – я всхлипнула. – Артём…
– Тебе хорошо со мной? Скажи….
Он приподнялся, твёрдая плоть прижалась к моей нежной распалённой коже, надавила на горячее пульсирующее лоно. Он не сжигал меня в огне, но я желала его. Страсти, которая бушевала в его крови хватило на нас двоих.
– Мне хорошо с тобой, Артём. Лучше, чем я могла себе представить.
Медленно, хотя и настойчиво, его плоть толкнулась в меня, заполняя до краёв. Возможно, по объёму он слегка и уступал Арслану, но это лишь избавило меня от определённого дискомфорта. Длинны же этому мужчине хватало с избытком. Мне даже пришлось немного поёрзать, выбирая для себя более удобное положение. Артём замер, давая мне время привыкнуть к себе:
– Всё хорошо, моя маленькая?
– Д-да, у меня ведь давно не было….
– Наверное, у меня дольше. Говори, если станет слишком. Я очень сильно тебя хочу.
Мне казалось, что секс с Артёмом будет спокойным, таким же домашним и заботливым, что ли. Так сильно я давно не ошибалась. Артём в жизни и Артём в сексе, похоже, не были друг с другом знакомы.
– Не знаю, встану ли я завтра с кровати, – невольно вырвалось у меня, когда сдвинуть ноги получилось лишь при помощи рук.
– Задержимся ещё на день, – просто ответил он. – Я утром поменяю билеты. Хочешь в душ?
– Утром, всё утром, у меня глаза слипаются, – призналась я.
– Глаза? – удивился он. – Кажется так высоко я не достал.
– Артём, я имела в виду, что спать хочу! Мы и так столько раз….
– Жизни. Мне с тобой будет мало целой жизни, – прошептал он, поднимая с пола сброшенное одеяло и крепко прижимая меня к себе. – Я люблю тебя, девочка Эми. Моё маленькое бесценное чудо.
Он ещё что-то шептал, касаясь губами моих волос. Я прижалась щекой к его руке моментально погружаясь в глубокий спокойный сон без сновидений.
Меня разбудил быстрый топот маленьких ножек. Кровать оказалась достаточно высокой, поэтому Артём подсадил Леона под попу и сын с радостным визгом набросился на меня.
– Мы соскучились, – просто сказал мужчина, протягивая мне халат, чтобы я смогла завернуться. Сам он выбритый и умытый выглядел просто отлично. – Леон, давай вернёмся к Лере. Вдруг она испугается, что мы с тобой ушли. А мама умоется и придёт к нам. Вот, мы же ей одёжку несли.
Мужчина положил на кровать пакет.
– Там бельё. Извини, если не то, что тебе нравится. Взял, что лежало сверху. Не хотелось перебирать на глазах у Леры. Джинсы и маечка. Если не понравится, переоденешься ещё раз в номере. Я планировал спуститься вниз, в кафе, позавтракать. Билеты я поменял на послезавтра, Леру предупредил. Она не возражала.
– Лера, – покраснела я. – Чёрт, что она подумала.
– Мне не особо интересно её мнение, – посерьёзнел мужчина. – Но я сказал, чтобы в компании она пока не распространялась. Девушка пообещала. Мне кажется, что она не похожа на любительницу впустую потрепаться.
Леон получил свою утреннюю порцию обнимашек и поцелуев. Его деятельная натура требовала дальнейшего движения, поэтому мальчик уже стал пятиться задом, чтобы слезть с кровати. Сын не спешил начинать говорить и с его пухлых губок срывался лишь напоминающий слоги лепет. Иногда он баловал меня таким драгоценным «мама», а вот «папа» ещё ни произнёс ни разу. Стоит отметить, что с самого рождения Артём обращался к нему ласковым «сынок» и являлся его крёстным отцом. Вот и теперь, протягивая ребёнку свою крепкую ладонь, мужчина сказал:
– Ну что, идём, сынок?
– Папа, папа, – послышалось в ответ.
Я знала, что рано или поздно это произойдет, но глаза невольно наполнились слезами. У моего сына будет отец!
Лера не стала смотреть на меня как-то по-другому и это радовало. Узнав, что её услуги нам пока не нужны, девушка с удовольствием продолжила экскурсию по Вечному городу. А мы, как и собирались, спустились на завтрак в уютное кафе. Леон надолго занялся детским фруктовым пюре, и Артём, глядя мне в глаза, начал разговор:
– Как только вернёмся, я подам на развод с Лорой.
Я попробовала отшутиться:
– Артём, таким образом ты делаешь мне предложение?
– Можно и так сказать, – ещё более серьёзно произнёс он. – Эта ночь…
– Артём, подожди, ты спешишь. Эта ночь….
– Для тебя ничего не значила? – перебил меня мужчина. – Эмилия, я слишком хорошо тебя знаю, чтобы верить в подобное.
– Она значила, Артём. Мне было с тобой хорошо. Но эта ночь и ваш развод с Лорой… Между ними пока нет знака равно. Его рано ставить. Понимаешь? Более того, если ты подашь на развод, нам с Леоном придётся вернуться в квартиру Романа. Ни мои родители, ни твои меня даже на порог не пустят.
– Ты преувеличиваешь, Эмилия. За пределы семьи измены Лоры не выходят, но наши родители знают, что между мной и ей ничего нет, – возразил Артём.
– Но принять меня – это совсем другое. Подумай о Настёне – ей тоже не объяснить, – покачала я головой. – Артём, мне было хорошо, но на большее я пока не готова. Всё слишком быстро!
Он поймал мои ладони в свои руки.
– Шесть лет – для меня этого достаточно! Я не говорю про тот год, когда я не знал, что с тобой. Да он для меня растянулся не на один век! Я не отказываюсь от дочери, я найду слова, чтобы ей всё объяснить. Но ни одного грёбанного дня я больше не хочу жить без тебя! – он говорил негромко. Его тон оставался спокоен. Лишь в синих глазах застывал лёд. Этот мужчина принял решение и ничто на свете не заставит его изменить.
Глава 39
Эту ночь, как и следующую, мы провели вместе.
– У тебя были женщины, кроме Лоры? – спросила я. Спать нам не хотелось, несмотря на приятную усталость от сексуальных игр. Артём крепко обнимал меня, касаясь губами волос. Я лежала, уткнувшись лицом в его грудь, обнимая своими ногами его бёдра.
– До неё были. Даже много. Студенчество выдалось весьма бурным. После неё – нет. Сначала я пытался быть образцовым мужем. Затем мне была нужна лишь ты. Да, Эмилия, я не помню, когда последний раз занимался сексом. Наверное, ещё до твоего похищения, – признался он.
– Артём, я….
– Не надо ничего говорить, моя девочка. Я подожду. Буду ждать столько, сколько тебе потребуется. Но развод – это дело решённое. После приезда я поговорю с Лорой. Мы с тобой можем не говорить о наших отношениях, но фарс с нашим с ней браком слишком затянулся.
Через неделю Лора и Артём вернулись домой вместе, чего не случалось уже давно. Женщина, помогающая мне по дому, уже ушла, Настёна делала уроки в своей комнате.
– Вас кормить? – поинтересовалась я.
– Поздно, – ответила Лора. – Я поужинала в кафе. Артём почти ничего не ел. Думаю, что он не откажется.
Я внимательно посмотрела на сестру. Они ужинали вместе?
– Завтра идём подавать заявление на развод, – медленно добавила Лора. – Вдвоём. Возможно, так быстрее разведут.
– Лора! Я же просил! Это наши дела, – повысил голос вернувшийся Артём, который уходил мыть руки. – Эмиля, поужинаешь со мной?
– Да, конечно, – я первая прошла на кухню, заметив, что, вопреки своим словам, Лора тоже следует за Артёмом.
– Насчёт жилья, – произнесла сестра, теребя в руках стакан с соком. – Меня устроит квартира Романа. После ремонта, конечно же. Вы оставайтесь здесь. Наверное, лучше документально это всё оформить. С Настёной мы поговорим. Мне кажется, она тоже захочет остаться с вами. Что ей делать со мной в квартире, если я поздно возвращаюсь. А здесь отец и тётка не чужая. И по углам не трахайтесь, что ли. У нас давно разные спальни. Я не стану закатывать истерик, если вы станете жить в одной.
– Лора! – рявкнул Артём. – Прекрати!
– А что плохого я сказала? – удивилась та. – Не надо делать из меня дуру. Думаешь, я не поняла, почему тебе резко захотелось развода? Ты трахнул мою сестру и спешишь застолбить территорию. Я же вас не осуждаю.
Да, Лора не закатила истерику, но я слишком хорошо её знала, чтобы понимать, что ей больно. Возможно, в её сердце ещё остались отголоски юношеской любви. Так и не уснув, тихонько постучав, я вошла в комнату сестры. Она сидела на кровати, опёршись спиной об изголовье и вертела в руках бокал с крепким спиртным.
– Зря пришла, – сразу предупредила сестра. – У меня к тебе претензий нет, но разговора по душам не получится.
– Я лишь хотела сказать, что не настаивала на разводе. И мы с Артёмом ещё ничего не решили.
– Всё и так понятно. Знаешь, так странно, тебя не стало, а мне всё стало понятно.
– Ты жалеешь, что я вернулась? – невольно сорвалось с моих губ.
– Нет, не жалею, – неожиданно мягко улыбнувшись, ответила сестра. – Ты же моя кровь. А сегодня…. Не обращай внимания…. Наверное, любой женщине больно, когда её бросают. А про вашу свадьбу…. Если Артём решил, значит, так и будет. Я тоже вначале думала, что он такой милый мальчик. И ты в нём такого видишь, может потому, что не хочешь внимательно смотреть. Но он не такой. И дай тебе Бог не узнать его с другой стороны!
– Он угрожал тебе?! Скажи, Лора? Требуя развода, он угрожал тебе? Мне важно это знать?
– Нет, Эми. Он не угрожал мне. Если Артём что-то решил, ему совсем не нужно угрожать, – ответила сестра.
На следующий день они действительно подали заявление на развод. Родителям решили всё рассказать после Новогодних праздников. Лора же не стала дожидаться наступающего Нового года и занялась ремонтом квартиры.
Новогоднюю ночь встречали все вместе в доме, ещё считающимся совместной собственностью Лоры и Артёма.
– Собственно, а что изменится? – пожала плечами Лора, прикуривая сигарету перед работающей на кухне вытяжкой. Родители предпочли вернуться в свои квартиры, несмотря на праздничную ночь. Пока Артём их провожал, мы с Лорой убрали со стола. – От перестановки слагаемых сумма не меняется. Все останутся в прежних статусах.
Когда сестра ушла в свою спальню, Артём, без стука зашёл в мою комнату.
– Не прогоняй меня, Эмиля. Не в эту ночь. Если не хочешь, ничего не будет. Я посплю рядом с тобой и уйду до того, когда проснуться дети.
Я пододвинулась, освобождая для него место. Не возразила, когда мужские руки прижали меня к горячему возбуждённому телу. Мы не были близки с последних ночей в отеле Рима, и я хотела их повторения. Моё тело так нуждалось в любви этого мужчины.
– Надеюсь, что мы проведём вместе не только этот год, но и всю оставшуюся жизнь, – прошептал Артём, зацеловывая мои губы.
Лора ошиблась. Первыми о поданном заявлении на развод узнали родители Артёма. Его мама, Валентина Валерьевна, не поленилась взять такси и приехать в наш дом. Кроме меня и Леона больше никого не было. Сестра с уже почти бывшим мужем ещё находились на работе, помощницу по хозяйству я отпустила, а Настёна посещала студию танцев, откуда её должен был забрать Артём.
– Что-то произошло? – с тревогой спросила я, глядя в разгневанное лицо своей будущей свекрови. Или расстроенное? Может мне показалось? Неужели с Артёмом что-то случилось на работе?
– Случилось! – толстый палец женщины едва не попал мне в глаз. – Ты случилась! Охмурила, завлекла моего мальчика, разбила такую семью! Стыд то у тебя есть? Тебе что, хахаль твой мёртвый денег мало оставил?! Так мы с отцом Тёмочки добавим. Дадим столько, сколькою скажешь. Только отцепись от нашего сыночка. У него своя дочка есть. Родная, любимая, а ты хочешь навязать бахурёнка! Сама хоть знаешь, кто его отец?! Или они все были для тебя на одно лицо….
Она всё говорила и говорила, пыталась рвать на себе волосы, затем вцепилась в мои. Я, убитая её словами, даже не пыталась защищаться. Слова, подобно пулям, вонзались в самоё сердце, разрывая меня на части. Меня и то светлое, что было у нас с Артёмом. Светлое ли? Могло ли в моей жизни быть что-то светлое? Всё светлое случилось до того, как я оказалась в лагере Арслана, до того, как я сама осталась в его постели….
– Мама! – боль в голове уменьшилась. Вернувшийся Артём оттащил от меня брызжущую праведным гневом родительницу. – Уходи, мама! И не приходи, пока не будешь готова извиниться перед Эмилией.
– Извиниться?! – ещё громче закричала Валентина Валерьевна. – Да тебя околдовали, сын мой! Навели порчу! Я никогда не стану извиняться перед проституткой!
Потом наступила тишина. Артём принёс мне лёд, завёрнутый в полотенце. Даже через волосы было видно, что кожа головы разодрана до крови наманикюренными драконовскими ногтями Валентины Валерьевны.
– Потерпи немного, моя родная, – попросил он меня. – Я успокою Настёну, она испугалась и вернусь к тебе.
– Я сама успокою Настёну, – сказала вернувшаяся Лора. – Что здесь за война без предварительного объявления?
Они ушли, а через несколько минут я услышала, что в домашнем кабинете Артёма что-то разбилось. Зайдя туда, я поняла причину. Мужчина через компьютер просмотрел записи с камер наблюдения в коридоре. Они писали не только картинку, но и звук. Обойдя осколки огромной вазы, которую мужчина запустил в стену, я присела на краешек дивана. Артём подошёл не сразу, успокаиваясь, то сжимая, то разжимая кулаки.
– Эмиля, я хочу, чтобы ты всё забыла, как кошмарный сон. Ночь прошла и сон тоже. Никакого разговора не было. Никто с тобой не говорил.
Я подняла голову, заглянув в его глаза.
– Что забыть, Артём? Часть собственной жизни? Я даже возражать ей не стала, ведь всё, что она сказала – это правда. Разве можно забыть правду? Ты нашёл объяснение моим поступкам, а я спряталась за тебя. Все остальные будут думать, как твоя мать. Да каждый сотрудник в твоей фирме будет пальцем на тебя показывать за твоей же спиной.
– Эмиля, ты….
– Мне нужно было сделать это давно. Если не после рождения Леона, то сразу после смерти Романа. Я уеду с сыном. Пока не знаю куда. Скорее всего из страны. Подумаю, выберу и уеду. Так будет лучше для всех!
