Текст книги "Песчинка на ветру (СИ)"
Автор книги: Юлия Гойгель
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 22 страниц)
Глава 35
Мы долго не спали. Я рассказывала ему о Леоне, о каждом дне нашего сына, которого он вряд ли увидит и чьё первое день рождение я пропустила. Леон родился тридцатого марта, сегодня на улице было двенадцатого апреля.
Через несколько дней мне удалось связаться с Артёмом. Я сказала ему, что со мной всё хорошо, но мне придётся задержаться.
– Береги себя, – попросил он.
Затем ещё несколько дней заживали ноги.
– Утром выходим, – нетерпеливо закомандовал Саид. – У нас есть определённые цели, заодно разнесём и этот муравейник с твоим мужем, принцесса.
– Эми ещё тяжело ходить, – возразил Арслан.
– Это у тебя в штанах ещё всё не опустошило, – быстро нашёлся тот. – Я не заставляю её идти пешком. Можешь оставить её здесь! Кстати, я рад, что ты воспользовалась моим подарком. Мы нашли тебя только благодаря ему. Советую и дальше им тебе пользоваться.
– Что за подарок? – удивился Арслан.
– После родов мне пришло приглашение на осмотр из платной клиники, которую мне оплатил Артём, чтобы я могла наблюдать беременность. В государственной ко мне относились, мягко говоря, с непониманием. Я удивилась приглашению, подумав, что оно идёт как бонус, но решила пойти. Меня записали к незнакомому врачу. Приятная женщина лет тридцати с холодными глазами. Она мне почему-то не понравилась, хотя, как к специалисту у меня к ней претензий не возникло. В общем, услышав мою фамилию, она достала из сейфа коробочку. Это была внутриматочная спираль из очень дорогого сплава с датчиком внутри. Новая разработка, выпущенная в штуках. Так же в коробочке была короткая записка, где Саид поздравлял меня с сыном и настойчиво советовал не отказываться от его подарка. Я сомневалась, но решила не отказываться. Наверное, Роман предполагал, что на мне может быть передатчик, так как снял с меня здесь серьги и кольца, даже обручальное, которое сам и купил.
В эту ночь мы долго наслаждались друг другом. Арслан сказал, что вставать рано не нужно, так как лагерь за одну минуту не снимется. Он оказался прав. Я выспалась, умылась и поела. Не забыла поблагодарить за помощь женщин.
– Самое лёгкое, что нашлось, – Саид сбросил к моим ногам бронежилет и металлическую каску. – Давай, принцесса, примеряй наряд.
Если командиры располагались в начале колонны, то меня усадили в БТР, который ехал ближе к хвосту.
– Отвечаете за неё головой, – ещё раз предупредил окружающих Арслан и в сотый раз поправил съезжающую тяжёлую каску.
– Можете снять, – когда командир скрылся за люком, посоветовал мне один из бойцов экипажа. – Наденете, когда бой начнётся.
Тяжёлая техника сметала всё на своём пути. Я наблюдала за происходящим из боевой машины. На месте назначения мы оказались через три дня. Небольшая деревушка оказалась окружена со всех сторон. Когда взрывы утихли, а всё вокруг заволокло дымным туманом от горящих построек, по рации командир машины получил приказ идти вперёд. Мужчины помогли мне выбраться из машины, окружив плотным кольцом. Я была в точно такой же одежде, как и они, с чёрной маской на лице. Здесь тоже воевали подростки.
Несколько человек из банды стояли на коленях. Люди Саида держали их под прицелом автоматов. Сам он ожесточённо избивал лежащего на земле человека. Лишь, когда Арслан остановил начальника, я узнала в лежащем Романа.
– Идите вперёд, – сказал мне кто-то из бойцов, и я подчинилась.
– Пришёл за сыном? – Роман смотрел на Арслана.
– Его здесь нет и не было.
– Зато Эми была, – сплюнув кровью, ответил мой муж. – Здесь, подо мной, живая и горячая.
– Это неважно. Она пришла ко мне, а не к тебе, – произнёс Арслан.
– Они все шли ко мне, – не согласился Роман. – Бросались, вешались на шею, умоляли их любить.
– Но не Эми, – спокойно возразил мужчина. – Она выбрала меня. Моё тело и мою душу. Мою любовь.
– Спасая мою жизнь.
– Возможно, ей так хотелось думать когда-то, – не стал спорить Арслан. – Ты спрятался за неё и моего сына.
– Я не мог допустить, чтобы ублюдок родился. Если бы не вмешался Артём, ребёнок должен был погибнуть при рождении. Всё списали бы на несчастный случай.
Я задохнулась от боли. Вот почему Роман не хотел вызывать «Скорую»! Я могла простить ему многое, но не собственного ребёнка.
– Но он родился, – напомнил Арслан. – И с ним всё хорошо.
– А с ней – нет, – мужчина махнул рукой в сторону гор. – Тебе придётся долго её искать, датчик остался у меня.
– Я нашёл её. Эми?!
Сняв маску и каску, я подошла к Роману. Моё сердце пропустило удар и забилось снова. Я поняла, что к этому человеку у меня не осталось никаких чувств. Я считала его ветром, а он оказался настоящим смерчем, только и им наступает конец. Но видеть его я не хотела. Пусть он останется самой страшной ошибкой в моей жизни!
– Вынесешь мне приговор, – усмехнулся муж. – Этими губами, что когда-то меня целовали?
– Да, всё так красиво когда-то начиналось, – хмыкнул Саид. – Тебе лучше отвернуться, Эми.
Я посмотрела на Арслана и на несколько долгих минут наши взгляды встретились. Я не знаю, стал бы он меня слушать, если бы я попросила за Романа. И я попросила. Только не «за», а «против».
– Ты уверена? – произнёс генерал, продолжая смотреть на меня.
– Не за себя. Лишь я сама виновата в собственной глупости. За нашего сына, – кивнула я головой.
Саид выбросил руку с кинжалом, но Арслан забрал у него оружие. Он всё ещё смотрел на меня, когда его рука, не дрогнув, одним движением, перерезала горло Роману. Одно быстрое точное движение и влажный тяжёлый воздух наполнился приторной сладостью. Едкий дым слепил глаза, вызывая не слёзы, а болезненную резь. Быстро темнело и алое солнце катилось к закату. Никогда больше Роману не увидеть рассвет.
– Его тело сбросят в пропасть и забросают камнями, – просветил меня Саид.
Всё, что я смогла – это пожать плечами. Лишь жизнь и безопасность моего сына имела значение. Всё остальное – это даже не ветер, а растаящий в горах дым.
Арслан не стал меня касаться, став рядом, закрывая собой тело Романа.
– От тебя пахнет смертью. Мне никогда к этому не привыкнуть, – произнесла я.
– Мои соболезнования, – Саид тоже стал рядом и посмотрел на чёрное от дыма солнце. – И поздравления. Сегодня можешь спать спокойно. Ты больше не прелюбодейка, а честная вдова.
Я зачем-то продолжала смотреть за спину Арслана.
– Если найдёте мой телефон, там есть снимки Леона.
– Присмотрите за ней, – приказал кому-то командир, возвращаясь назад.
Телефон так и не нашли, лишь снятые Романом золотые украшения. Среди них было обручальное кольцо. Взяв его Арслан швырнул широкий золотой ободок в грязь, где лежало тело Романа. Стоящий рядом Саид втоптал его в раскисшую землю и задумчиво посмотрел на меня:
– Он любил тебя, тогда, когда позволял себе это. Но больше всех он любил себя. Жил так, как ему хотелось. Брал то, что считал нужным.
– А разве вы живёте иначе? – невольно вырвалось у меня.
Арслан тут же дёрнул меня за руку, уводя в сторону, но Саид ответил на вопрос:
– Нет, не иначе. Но я не плюю в лицо тем, кто сильнее меня.
Роман
Смотрю на неё: простоволосую, без макияжа, с шелушащимся кончиком носа. Похудевшую до синих венок под прозрачной кожей. Не сразу понимаю, что Эми живая, но сразу чувствую облегчение. Это правильно, что из нас двоих именно она продолжит жить. Тут же прогоняю это ощущение, я всегда гоню любые чувства к этой женщине. Почему? Если задуматься, ответ обязательно найдётся, но я никогда не думаю о женщинах. Я избалован их вниманием, начиная с слепой и безусловной любви матери. Но её не стало слишком рано. И также рано появилось слишком много совсем другой взрослой женской любви. Они падали мне под ноги штабелями, становились на колени в первой попавшейся подворотне, на грязном полу общественного туалета. Они целовали мне ноги и платили деньги. Продавали душу самому дьяволу, лишь бы я бросил на них свой взгляд. Их извивающиеся передо мной тела я превращал в ступеньки, по которым поднимался всё выше и выше к вершинам эгоизма и тщеславия.
Помню, как впервые оказался в Чечне. Думаете, добровольно? О, нет. Один военком застукал, как его шлюха-жена полуголой ползла за мной на коленях, только бы я оттрахал её ещё раз. И назавтра я оказался прямо в центре стреляющего ада. Тридцать сопляков смотрели на меня, как будто я за ночь превратился в урода, а их командир, хороший друг военкома, каждое утро и вечер вытирал об меня ноги. Его я убил лично. Он смотрел, как я целюсь в него из пистолета Арслана, а по его штанам растекалось мокрое пятно. Сначала я хотел вытереть об него ноги, но не сделал этого – побрезговал. Так я, учившийся спасать, в первый раз убил человека.
Затем были другие горячие точки. В отличии от того же Арслана, который находился в них постоянно, почти без перерыва, я не раз пробовал вернуться обратно, вырваться из плена безграничной собственной власти и вседозволенности. Первой серьёзной осечкой стала Латифа, сестра Арслана. Дурочка влюбилась в меня, смотрела, словно на спустившегося с небес Бога. Нет, скорее идола. Она призналась брату, что не может жить без меня. Но не призналась, что я ответил отказом на её чувства. Наверное, стоило это сделать мягче, что ли? Но я давно забыл, что есть такие чувства.
Латифу мне простили. Но прошло почти десять лет, которые мы с Арсланом прошли плечом к плечу, а он не спешил делать меня собственным приемником. Чёрт! Это реально меня задевало! Именно я хотел быть главным в царстве боли и смерти. Не исполнять, а отдавать приказы, даря и отнимая жизни, как капризный ребёнок – многочисленные игрушки.
И в это время на моей дороге появилась Эми. Появилась призраком Латифы, но в ту ночь, когда увёз её из ресторана, даже не зная про её день рождения, я понял, что она совсем другая! Влюблённая, но её любовь не обременяла. Наоборот. Впервые мне хотелось забыться в любви женщины. Женщины, которая принадлежала только мне! Я впервые спасал кого-то от смерти, а не нёс её!
Мне не понравилось, когда она послушала родителей, согласившись на вторую операцию, а не меня. Я строго настрого запретил её делать, а она ослушалась. Меня! Того, кто уже два раза подарил ей жизнь! И чёртов Артём, стоящий за её спиной настоящим посланником небес. Наблюдающий, выжидающий, готовый в любую минуту подставить руки, если Эми вдруг оступится и упадёт.
Я вернулся в лагерь, а Арслан вышвырнул очередную девку. Ему дарили их по штуке в месяц, от дружественных сторон. Он предложил её мне, но я отказался. Разве может кто-то сравнится с Эми? Чистая девочка Эми, глядящая на меня наивными влюблёнными глазами и сукин сын Арслан, кровожадный царь разрывающих на куски добычу зверей. Такого в моей жизни ещё не было.
Уже через несколько дней, глядя, как в лагере терзают очередную жертву, я пожалел о своём решении. Но было поздно. Эми находилась по дороге в лагерь. Слишком быстро. Словно на этот раз решение принял не я, а сама судьба. Сука-судьба. Почему-то вспомнился Артём. Похоже, представитель небесных ангелов потеряет свои крылья.
Я пытался её защищать, как мог. Особенно после той ночи, когда она прижалась ко мне своим тёплым, таким родным телом. После той ночи, когда глаза Арслана посмотрели на Эми без ненависти и насилия. Потом был взрыв. Мысленно я похоронил их. Но они вернулись. Горный лев тащил свою добычу на спине, по дороге зализывая её раны. Я решил, что Эми сблизит нас. Но юная девочка, всецело принадлежащая мне, вдруг смело и гордо шагнула в объятия главного прислужника самого дьявола. Никогда не забуду, как открыл дверь и увидел их, обнажённых, пахнущих животным сексом, испачканных в кровь. Маленький розовый язычок Эми, жадно слизывающий дьявольскую кровь. Арслан давал ей свою кровь, свои силы, всего себя. А она принимала, не страшась, не крича от ужаса и, что я понял гораздо позже, не пачкаясь. Арслан нёс её на руках, не позволяя пачкаться в грязь! Он очищал её собственной кровью, он выкупал её жизнь собственной жизнью. Но тогда я этого не понимал.
Саид, Семён Семёнов в миру, вновь решил двигаться в управленцы страны и взял меня своим начальником охраны. Решил окружить себя умными лицами, а не наёмниками с рожами братков из девяностых, чтобы не распугать электорат. Джамиля оказалась его племянницей, пусть и двоюродной, но заботливый дядя решил придержать девушку при себе, а не отправлять к родителям Арслана. И я снова вляпался в историю! Сам не понял, когда девчонка, напуганная одним только видом будущего жениха, оказалась подо мной. Не знаю, на что она рассчитывала. Начиталась дурацких романов и думала, что я предложу ей бежать в Европу, предварительно умерев для того же Саида, затем воскреснув белым и пушистым. Но в реальной жизни так не бывает! Никогда убийцам не превратиться в жертвенных агнцев.
Арслан вернулся лишь на время собственной свадьбы, передав мне украшения и банковскую карту для Эми. Только тогда я узнал, что она не только жива и здорова, но и беременна от него. Даже чёртов Саид присматривал за Эмилией! В ребёнке Арслана ему была дорога кровь Латифы! Как он вообще до такого додумался!
О смерти Джамили я узнал уже в Минске. До сих пор не могу понять, почему все решили, что ребёнок, которого она носила – мой. Да, она так сказала, но это не могло быть правдой даже по срокам. Хотела заставить меня жалеть или унизить Арслана? Ей не удалось ни первое, ни другое. Нам обоим было наплевать. Я уверен, что Джамиля не встала бы между нами. Но Саид не смог простить мне ни Латифу, ни племянницу. Путь к Арслану был мне заказан. Впрочем, мне уже было всё равно. Сместить генерала мне так и не удалось, зато теперь рядом со мной был его ребёнок. Уже возвращаясь в Минск, я знал, что женюсь на Эми. И лишь укрепился в этом решении, увидев, насколько Эми потеряна, моральна истощена и не принята даже собственной семьёй. Я думал, что она влетит в мои объятия раненой птицей. Но после свадьбы, когда она отказала мне в постели понял лишь одно – всё, что осталось от Эми будет до её последнего вздоха принадлежать Арслану. Они навсегда потерялись в подземных пещерах.
Кто-то из женщин, заглянув в мои глаза, сказал, что в них не войны. Но у войны, как и у медали, что вручают по обе стороны, есть две своих стороны. Одна – грязная, жестокая, изъеденная ржавчиной боли и насилия. Вторая – ровная и блестящая, несущая кому-то лишь славу и богатство. Я и есть война. Её вторая сторона. Даже Эми не видела её в моих глазах. Маленькая девочка Эми! Прибежала по одному моему слову к своему генералу. Ублюдок Арслан прав. Не ко мне. К нему. Вновь смотрю на них и вижу, как они говорят на одном языке. Языке, который я мог учить вместе с ними. Но, сука, я пропустил урок! Не просто урок, а именно тот, где Арслан делал работу над ошибками собственной жизни.
Вновь смотрю на Эми. В её глаза, так похожие на мои и непохожие одновременно. Без труда читаю: «Виновен». Я давно присягнул на верность любовнице-войне. Сегодня она решила принять мою присягу, прислав своего генерала.
Вся жизнь не проносится перед глазами. Лишь её лицо. Мысленно беру её на руки, заношу в воду, но она больше не кричит от страха. Кажется, я всё-таки научил её плавать. Но не справился сам, не выплыл, ушёл на самое дно.
Глава 36
Эту ночь мы провели в движении, а на следующий день стали новым лагерем. Саид с Арсланом недолго о чём-то совещались, пока главный не дал своего разрешения.
– Идём, пока вертолёт не улетел, – потянул меня за руку Арслан.
– Куда?
– В одно красивое и спокойное место. У нас будет неделя, затем ты вернёшься домой.
Я покачала головой.
– Я не хочу возвращаться. Оставь меня с собой, Арслан. Я не живу без тебя, – глядя в его лицо, я опустилась перед ним на колени в песок и пыль. – Я буду всем, чем ты захочешь, только оставь меня.
– Ты будешь собой, – он поднял меня с колен, встряхнув несколько раз. – В первую очередь, матерью моего сына и очень счастливой женщиной. Ещё недавно я не знал, есть ли между мной и Романом отличия, а теперь знаю. Я хочу видеть тебя счастливой. Любимой другим мужчиной, который даст тебе всё то, что не могу дать я.
– Это невозможно. Мне нужен только ты. Другого такого не существует.
– Может быть. Значит тебе придётся стать другой. Вертолёт ждёт, Эми, не заставляй меня тащить тебя за волосы перед всем лагерем.
Я упрямо села на землю.
– Обязательно тебя отшлёпаю, когда останемся вдвоём, – пригрозил мужчина и пошёл к вертолёту, забросив меня себе на плечо.
И исполнил свою угрозу, когда мы оказались на просторной кровати очередного шикарного номера. Нам предоставили самый лучший, так как сезон ещё не начался, а само место было удалено от центральных курортов.
– Больно, Арслан, ты совсем не контролируешь собственную силу, – пожаловалась я.
Он оставил в покое мои ягодицы, перевернул меня на спину, рассматривая средоточие бёдер.
– Всего лишь пять шлепков. Ты стала такой неженкой, моя милая.
Я попыталась вывернуться из его рук, чтобы, став на колени, коснуться губами его плоти.
– А каким стал ты, Арслан?
– По-прежнему не люблю долгие разговоры, – прошептал он, нетерпеливо подаваясь бёдрами к моему лицу. Не теряя его взгляда, я открыла рот, стараясь до конца принять твёрдую и объёмную плоть. Несмотря на нетерпение мужчина замер, давая мне время привыкнуть и перевести дыхание, чтобы продолжить. Я стала насаживаться ртом, держась руками за его бёдра и стараясь дышать носом. Каждое его движение вызывало ответную горячую волну в моём теле. Живот горел, между ног стало очень мокро.
– Эми! Чёрт, Эми, не закрывай глаза! Эми, девочка….
Бешеное неконтролируемое желание захлестнуло моё тело, полностью отключая разум. Я не помнила кто я, не знала кто он. Я брала всё, что он мне давал: дышала его запахом, глотала его вкус, горела в жаре его тела. Он был не наваждением, не порывом страсти, не ветром в жаркой ночи. Он был жизненно важной необходимостью всей моей сущности, всего того, что являлось мною.
Через пять дней нас навестил Саид. Он немного остыл и сообщил, что принял решение отправить тело Романа в Минск. Нет, он не простил бывшего командира своего генерала.
– Не хочу, чтобы в твоей стране возникли сомнения в его смерти, – сказал мужчина, глядя на меня. – Пусть никто не сомневается, что ты теперь вдова. У Рахмана остались приличные активы, я всё перепроверил, теперь они принадлежат тебе.
Я покачала головой.
– Нет, не хочу его денег. Они пропитаны кровью.
Саид пожал плечами:
– Можешь отдать часть на благотворительность. А остальные воспринимай, как зарплату за то время, что ты провела здесь.
Я увидела, как они с Арсланом быстро переглянулись.
– Что, что вы не говорите? – догадалась я. – Арслан, пожалуйста, я не могу не знать….
Мужчины долго молчали. Я понимала, что мне не стоит настаивать. Особенно пытаться разговорить Саида.
– Ты заработала их, Эмилия, – повторил Саид.
Тогда я упрямо посмотрела на Арслана:
– Я люблю тебя и тогда любила. Ты считаешь мою любовь работай?
Он поморщился.
– Пусть она знает, Саид. Может, так даже лучше. Ей всё ещё есть кого опасаться.
Последний пожал плечами и посмотрел на меня, неспешно потягивая дорогой коньяк.
– Один из тех, кто был теперь с Рахманом, был и в лагере Арслана. Он русский, звали Олегом. У меня были кое-какие вопросы, и Олег весьма подробно отвечал на них. Более того, он говорил всё, что знал, пытаясь сохранить собственную шкуру. Ты не была случайной жертвой. Именно Рахман являлся заказчиком твоего похищения. Эта информация точна также, как то, что сейчас за окном вечер.
– Поэтому он запретил тебе говорить кому-то ни было, что вы с ним были раньше знакомы, – добавил Арслан. – Он понимал, если об этом узнаю я, или кто-то из моих доверенных людей, то мы не поверим в простую случайность. Они бывают в кино, но не в реальной жизни.
– Но я сама сказала тебе, что мы были знакомы. Там, в пещерах, – всё ещё ничего не понимая произнесла я.
– В пещерах мне уже было всё равно, каким образом ты появилась в моей жизни, – усмехнулся генерал. – Да и тебе, наверное, тоже.
– Но, зачем он это сделал? Хотел избавиться от меня? Но я ничем ему не угрожала? И он не любил меня, чтобы скучать настолько. Ему иногда было всего лишь интересно со мной.
– Интересно настолько, что он точно знал, что ты заинтересуешь и меня, – подсказал Арслан.
– Тобой он хотел отвлечь Арслана от себя, чтобы проворачивать свои собственные дела под носом генерала. Чувства Арслана ослепляют его, хотя и проходят быстро, – хмыкнул Саид. – Рахман бросил тебя в огонь, где ты должна была сгореть без остатка, принцесса. Думаю, что он надеялся на то, что, заинтересовав Арслана, ты не откажешься от него самого. Он догадывался, что Арслан доверяет ему всё меньше и меньше. Хотел сделать из тебя двойного агента собственного разлива. Даже твоя беременность была ему как по заказу.
– Одна из песчинок, попавшая в смертельный шторм, – прошептала я.
– Не думай об этом, – посоветовал генерал, вставая, чтобы проводить Саида. – Нам ведь есть чем заняться в последнюю ночь?
Сажая меня на прямой самолёт до Москвы, он сам вернулся к затронутой теме.
– Береги себя и моего сына, Эми. Будь очень осторожна. Тот, кто помог Рахману всё ещё рядом с тобой. Если ты решишь отказаться от его денег, я смогу обеспечить тебе и сыну достойную жизнь. Но я не буду возражать, если его деньги ты потратишь на собственную охрану. Роман сильно задолжал тебе, заставив пройти квест на выживание, а деньги в этом мире значат очень много.
Я знала, что в Москве меня встретят и я не буду в одиночестве ждать несколько часов до рейса на Минск. Что этим человеком окажется Артём, я всё же не ожидала.
Он крепко прижал меня к себе, покрывая моё лицо и волосы беспорядочными поцелуями. Несколько скупых мужских слёз упало мне на губы, давая почувствовать их иссушающую солёность.
– Два месяца, Эмилия. Два месяца и пятнадцать дней…. Всё, всё ведь было совсем не просто…. Я прав?
Потом мы сидели в дорогом кафе, где нам почти не мешали остальные посетители. Муж сестры внимательно рассматривал мой идеальный макияж, новую брендовую одежду и несколько шикарных украшений. Арслан выбрал для меня несколько коллекционных драгоценностей, но с ними могли возникнуть сложности при прохождении таможенного контроля, а нам совсем не хотелось привлекать к себе лишнего внимания. Генерал пообещал, что вскоре он найдёт возможность передать их мне. Я, конечно, сказала, что мне ничего не нужно, но он не стал меня слушать. Это было его личное желание.
Даже не притронувшись к кофе, Артем не сводил с меня своих грустных глаз. Его руки ни на секунду не выпускали моих дрожащих ладоней:
– Ты ведь мне ничего не расскажешь? Всё, всё будешь держать в себе?
Я прижалась губами к верхней части его ладоней. Красивые ухоженные руки успешного бизнесмена.
– Мне не больно, Артём. Я слишком люблю, чтобы чувствовать боль. Ты здесь, Леон жив и здоров, большего мне не надо.
А через несколько дней мы хоронили Романа. Последние июньские дни выдались тёплыми и солнечными. Народа на одном из столичных кладбищ собралось неожиданно много. Я, как и положено скорбящей вдове, стояла у закрытого гроба. В красивом чёрном платье, с траурной вуалеткой, закрывающей лицо. Когда тело прибыло, брат Романа и ещё несколько человек присутствовали на официальном опознании. Мне тоже предложили, но я отказалась. Никто не стал настаивать, понимая, как это тяжело. Но тяжело мне не было. Мы всё сказали друг другу, судьба дала нам на это время. И я отпустила его там, вырвалась из смертельных объятий леденящего сердце и душу ветра.
Завещания Роман не оставил. Если это кого и удивило, то не меня. Часто держа на прицеле своего автомата людские жизни, он верил, что заодно с её величеством смертью и она ещё долго не призовёт его. По закону всё его имущество перешло ко мне и Леону, который для всех являлся признанным сыном и носил его фамилию. Денис, брат по отцу, не стал ничего оспаривать. Я почти сразу приняла решение оставить ему внедорожник и несколько дорогих мотоциклов, которые так любил Рахман.
– Я ни на что не претендую, – повторил Денис при личной встрече. – У меня успешный бизнес, мне всего хватает, я не стану обирать собственного племянника. Технику можно продать, если ты не хочешь, чтобы она ждала Леона.
– Ты сам понимаешь, что за двадцать лет она просто придёт в негодность, – пожала я плечами. – А ты можешь пользоваться машинами и байками. Я так решила. Если тебе они совсем не нужны, возможно, у Романа были приятели, которые финансово не обеспечены и будут рады такому подарку.
– Я подумаю над твоими словами, – пообещал мужчина. – Эми, мы с тобой так и не сблизились, но я хочу, чтобы ты знала. Если тебе или Леону понадобиться помощь, вы всегда можете рассчитывать на меня.
Мне ничего не оставалось, как поблагодарить его. Через несколько дней Артём вернулся с работы очень поздно, дети уже спали, а Лора находилась в очередной заграничной командировке. Набросив на короткую ночную рубашку лёгкую шаль, халатиков я не любила, вышла встретить мужа сестры.
– Как ты? – спросил Артём, обеспокоенно вглядываясь в меня своими синими глазами.
– Нормально. Ты голоден? Я сейчас разогрею ужин.
– Перекушу, сегодня столько дел собралось. Ты отдыхай, я сам всё погрею.
– Я не устала. И мне хотелось с тобой поговорить. Если ты, конечно, не против, – уточнила я. У него столько работы, а ещё я со своими проблемами. Но никого роднее его у меня просто не было.
– Я не против, – Артём ослабил галстук и снял пиджак, оставшись в белоснежной рубашке. Я невольно засмотрелась на него. Он давно перестал быть мальчишкой. Передо мной находился уверенный в себе мужчина слегка за тридцать. Успешный и очень привлекательный. Муж сестры. Человек, который давно, сильно и по-настоящему любил меня. И моего сына. Человек, плечо которого много раз не давало мне упасть. Он делал всё, чтобы мы были как можно ближе друг к другу. Но против нас была не только я, а вся наша жизнь.
– Она тебе мешает, – Артём медленно стянул с меня шаль и бросил на свой пиджак. – Тебе не холодно?
– Нет, конечно, – я смутилась. – Просто моя рубашка слишком открытая.
– И это мне нравится, – неожиданно признался он. Но в его голосе и взгляде я не увидела и намёка на похоть, лишь очарование моментом. – О чём ты хочешь мне рассказать?
Я пересказала ему беседу с Денисом и добавила то, о чём пока молчала:
– Мне хочется, чтобы все знали, что Леон не сын Романа! Я не хочу, чтобы мой сын носил его фамилию!!!
– Я тебя понимаю, – ответил Артём, приступая к ужину. – Но, Роман мёртв и, будем надеяться, что с ним умерло всё, что его окружало. Его забудут, а заодно о тебе и ребёнке. Это – ваша с Леоном безопасность. Стоит ли ворошить пчелиный улей снова?
– Да, я тоже думала об этом. Мои амбиции в данном случае лишь навредят. Сегодня я была в банке. У Романа несколько счетов в разных валютах, даже золото есть. Часть я потрачу на благотворительность, а остальное …. Я так и не могу принять окончательное решение. Мне очень хочется от всего отказаться, как в книгах, быть гордой и самостоятельной…. Но, даже Арслан советовал не поддаваться эмоциям.
Артём кивнул головой, соглашаясь.
– Не спеши, пусть пройдёт время, – посоветовал он.
