Текст книги "Притворись моим женихом (СИ)"
Автор книги: Юлия Гетта
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)
Глава 25
Анна
Я подняла взгляд на Никиту, недоумевая. И что, интересно, ему от меня могло понадобиться?
Даже как-то любопытно стало.
– Э… Ну давай, – удивлённо отозвалась я, поднимаясь с места.
– Только давай выйдем на улицу, а то здесь много лишних ушей, – добавил бывший, ещё сильнее понизив голос.
О господи. А вечер, кажется, переставал быть томным.
Мне стало по-настоящему интересно, что же такого секретного Никита собирался мне сообщить. Отодвинув стул, я наконец выбралась из-за стола, но бывший, проявив неожиданное проворство, уже успел пересечь комнату и скрылся в прихожей. Я, слегка обескураженная происходящим, поплелась за ним.
В прихожей всё ещё царил настоящий хаос после дневной прогулки: на вешалках – гора курток, на полу – лужи от растаявшего снега, валенки и сапоги кучей валялись под порогом, прямо на полу. Никита уже натягивал свою дублёнку, даже не взглянув на меня. Он явно спешил, чем только раззадорил моё и без того уже сильно потревоженное любопытство. Схватив с полки свои шапку и шарф, бывший молча выскочил за дверь, впустив в дом добрую порцию морозного воздуха.
Перешагнув через лужи воды на полу, я подобралась к вешалке и сняла оттуда своё пальто. Наскоро замотав шарф, обулась и вышла на крыльцо.
Мороз тут же забрался под подол, мгновенно взбодрив и заставив меня всю внутренне подобраться. Никита уже стоял у калитки, прислонившись плечом к забору. Я потопала к нему, хрустя снегом и плотнее кутаясь в пальто. К вечеру мороз крепчал.
Я подошла к бывшему, спрятав нос в шарф, и посмотрела, вопросительно вздёрнув брови.
– Давай прогуляемся? – предложил Никита, указав головой в сторону тихой, заснеженной улочки вдоль домов.
Оу. Отчего-то его предложение вызвало у меня не самые лучшие ассоциации.
– Ты чё, решил меня в лес увести и там оставить по просьбе твоей невестушки? – фыркнула я, выпустив изо рта густое облако пара. – Никуда я с тобой не пойду.
Он слегка поморщился, но тут же совершенно неожиданно улыбнулся.
– Да нет, конечно, при чём тут вообще Оля? Я просто хотел с тобой поговорить, а здесь… не очень удобно.
Не очень удобно?
Ну да, едва одетыми, в мороз, вдали от дома, конечно, куда удобнее…
– О чём нам говорить, Никит? – спросила я прямо, перестав кутаться в пальто. От возмущения даже согрелась немного. – Что тебе надо, а?
– Ну пойдём, прогуляемся, что ты? – настаивал он, продолжая загадочно улыбаться.
А я смотрела на него и не очень понимала, как умудрялась когда-то так сильно любить этого человека, ведь он похож на маньяка.
– Я сказала, что никуда с тобой не пойду. Либо говори тут, что тебе надо, либо я возвращаюсь в дом. Мне холодно, – строго пробормотала я.
Он глубоко вздохнул, выпустив изо рта облако пара. Потом как-то подозрительно выпрямился, приосанился.
– Да я просто поболтать с тобой хотел. Столько лет не виделись. Хотел узнать, как ты поживаешь вообще?
Я вытаращилась на бывшего во все глаза. Это было настолько нелепо, что у меня в первое мгновение даже слов не нашлось, что ему ответить. Это же надо было такое придумать – поболтать он со мной захотел!
– Ты сегодня на морозе перегулял, что ли? – прищурилась я, грея дыханием замёрзшие руки. – Или головой ударился, когда с горки катались?
– Да почему? – Никита мягко ухмыльнулся, сунув руки в карманы своей дублёнки. – Неужели я не могу просто поинтересоваться, как у тебя дела? Не чужие же люди друг другу, в конце концов…
– Я бы предпочла, чтобы были чужими, – честно сказала я, продолжая смотреть на него в полнейшем недоумении.
– Ань, – протянул бывший приторным голосом. Раньше я плавилась, когда он таким тоном произносил моё имя. А теперь испытала совершенно иные эмоции. – Я знаю, что ты обижена на меня за то, как я поступил с тобой в прошлом. Но с тех пор столько времени прошло. Сейчас я уже другой человек.
Ну надо же. И что, я теперь должна ему поаплодировать?
– Я очень за тебя рада, – ответила я, растянув губы в неестественной улыбке. – А от меня-то тебе что нужно?
– Я просто… – замялся он, глядя куда-то мимо меня. – Вспоминал сегодня то время, когда мы были вместе. И захотелось… поговорить с тобой, как раньше. Разве это преступление?
На секунду у меня в груди что-то ёкнуло. Но только на секунду. Следом накрыло таким возмущением, что захотелось залепить ему по тупой роже.
– Никит, ты собираешься жениться на моей двоюродной сестре. Как-то слишком странно выглядит твоё предложение на фоне этого, не находишь? Вряд ли Ольга придёт в восторг от нашего милого общения.
Никита сфокусировал на мне взгляд, и в его глазах мелькнуло что-то вроде вызова.
– На Оле я не женюсь, – вдруг заявил он.
Опачки. Вот так новость.
– Что? – переспросила я на всякий случай, вдруг ослышалась.
– Я просто понял сегодня, что она не та девушка, которая мне нужна. – Бывший выдержал небольшую паузу, после чего пронзительно посмотрел мне в глаза. – Она не сравнится с тобой.
– Что? – Я снова вылупилась на него, чувствуя, как у меня в голове закипает мозг.
– И тебе этот петух гамбургский тоже совершенно не подходит, – добавил он, с презрением кивнув в сторону дома.
Нет, ну это уже слишком.
– Во-первых, не смей оскорблять моего жениха, – ткнула я ему в грудь указательным пальцем, при этом чуть не сломав ноготь о холодную поверхность его дублёнки. – А во-вторых, к чему ты, блин, клонишь?
Бывший, проигнорировав тычок, придвинулся ближе, практически прижав меня спиной к забору.
– Ань, разве ты не помнишь, как мы друг друга любили в юности? – томно поинтересовался он, окончательно ввергая меня в шок. – Да, я совершил ошибку, но я хочу её исправить. Давай попробуем ещё раз? Я завтра же расстанусь с Ольгой, а ты брось этого своего… Александра.
Я смотрела на него во все глаза, тупо хлопая ресницами. Уж чего-чего, а такого исхода нашей беседы я никак не ожидала. И вдруг мне стало так смешно, что я, не удержавшись, громко расхохоталась прямо Никите в лицо.
– Никит, господи, ты это всерьёз? – выдохнула я сквозь смех. – Или у тебя настолько плохое чувство юмора?!
Бывший растерянно улыбнулся, кажется, его сбила с толку моя реакция.
– Всерьёз, конечно. Ты мне не веришь? – трогательно выдал он.
Я закатила глаза и покачала головой, продолжая угорать. От смеха даже слёзы выступили на глазах и тут же замёрзли.
– А ещё говоришь, что стал другим… – протянула я, похлопав его по плечу. – Нет, Никиточка, ты ни капельки не изменился. Всё тот же.
– Конечно, я тот же Никита, которого ты любила, – оживился он, приняв мои слова за одобрение. – И я знаю, что ты до сих пор меня любишь. А этого… жениха недоделанного просто мне назло притащила сюда, ведь так?
Я снова прыснула. Даже несмотря на то, что второе утверждение бывшего оказалось верно, но эта его самоуверенность… которая когда-то покорила меня, теперь казалась чудовищно смехотворной.
– Ты ошибаешься, – ответила я наконец, вытирая тыльной стороной ладони глаза. – Никит. Я давно тебя разлюбила. Очень давно.
– Я знал, что ты не согласишься сразу, будешь ломаться, – кивнул он со снисходительной ухмылочкой, из-за которой я едва снова не покатилась со смеху. – Но я готов подождать. Можешь подумать. Только недолго. Учти, два раза я предлагать не стану. Так что лучше не испытывай судьбу. Ты ведь прекрасно знаешь, что я куда лучше для тебя вариант, чем этот твой сопливый клоун.
У меня снова на несколько мгновений пропал дар речи.
Господи, и ВОТ ЭТО я когда-то так сильно любила?
Да какое же счастье, что он меня тогда бросил! А то ведь могла так попасть, что всю жизнь потом расхлёбывать пришлось бы…
Я перестала смеяться и посмотрела на бывшего с лёгкой улыбкой.
– Никит. Даже если бы у меня не было Саши. Даже если бы ты остался последним мужиком на всей земле, как бы избито ни звучала эта фраза… – Я прикрыла на миг глаза и перевела дыхание. – Ни за какие коврижки не вернулась бы я к тебе. Уж лучше всю жизнь прожить в одиночестве, честное слово!
Но этого идиота ни капельки не расстроили мои слова.
– Ну конечно, ты всё ещё обижена на меня и хочешь помучить? – с издёвкой спросил он.
– Ой… – закатила я глаза, понимая, что вести диалог тут совершенно бесполезно. И развернулась, чтобы уйти, но через пару шагов всё-таки остановилась и бросила через плечо: – Я бы на твоём месте руками и ногами держалась за Ольгу. Потому что ещё одной такой дуры, которая согласится выйти за тебя замуж, может больше уже не найдётся.
После чего с чувством выполненного долга пошла к дому.
В прихожей меня сразу окутало приятным домашним теплом. Дрожа после холодной улицы, я начала стягивать с себя пальто, и тут мой взгляд наткнулся на Сашу.
Он стоял у стены с телефоном в руке и смотрел на меня. Его красивое лицо при этом не выражало никаких эмоций и казалось в полумраке прихожей непроницаемой маской.
Мне стало как-то не по себе.
– Ты не поверишь, что сейчас было… – выдавила я из себя робкую улыбку, пытаясь разрядить обстановку.
Но Саша не улыбнулся в ответ. Наоборот, едва заметно скривился, будто… я его утомила.
– Саш, всё в порядке? – спросила я настороженно.
– Мне нужно вернуться в город, – сухо ответил он.
– Хорошо, я тебя отвезу… – растерянно пробормотала я, принявшись натягивать пальто обратно на плечи.
В этот момент дверь позади меня с шумом открылась и в прихожую ввалился Никита в своей огромной дублёнке.
– Не надо, – ответил мне Саша, даже не взглянув на него. – Я уже вызвал такси.
Глава 26
Александр
Я катал с Федей и Гордеем в «Соперников», помогая пацанам повысить ранг, и думал о том, как же душевно отмечают Новый год Анины родственники. Даже уезжать от них не хотелось. Так и бы завис тут погостить на недельку. Не променял бы такой отдых ни на один самый имбовый курорт. Особенно с Анечкой рядом...
А потом боковым зрением увидел, как к ней подошёл упырь.
Я даже отвлёкся на мгновение, чего делать было нельзя. Пацаны тут же принялись возмущаться, как это я так легко позволил себя подстрелить.
А Никита тем временем что-то прошептал Ане на ухо. Лицо у него было… ещё неприятнее, чем обычно. Какое-то таинственное, заговорщическое. Аня удивлённо подняла брови и кивнула.
Я как-то против воли весь напрягся.
Чего ещё понадобилось от неё этому упырю?
Потом Аня и вовсе встала и куда-то пошла за ним. Что меня вообще добило.
– Саня, ну чё ты, мы же щас сольём катку! – заныл Гордей, ткнув меня локтем в бок.
Пришлось сконцентрироваться на игре. Быстро закончили раунд, даже удалось вытащить в ничью.
– Пацаны, всё, дальше сами, – бросил я своим новым друзьям и поднялся с ковра, разминая затёкшие ноги и всматриваясь в тёмный дверной проём гостиной.
Куда эти двое намылились?
Действуя на голых инстинктах и не задумываясь о том, зачем мне это надо, я отправился их искать. Обошёл весь дом, но во всех комнатах было тихо. Только из кухни доносились голоса девушек, Лены и Ольги – они там о чём-то громко спорили, гремя посудой.
Озадаченный, я медленно возвращался назад в гостиную, когда увидел сквозь маленькое окошко в прихожей тех, кого искал. Они стояли во дворе у забора, и у меня буквально челюсть отвисла.
Упырь так близко к ней подошёл, чуть ли не к забору собой придавливал, а Аня так искренне и весело смеялась какой-то его шутке, что я невольно скривился.
Она над моими шутками так не смеялась.
И тут у меня по позвоночнику пополз холодок от посетившего голову понимания. Хотя, казалось, всё было очевидно с самого начала, но я почему-то только сейчас допёр. Ну конечно. Аня до сих пор любит этого упыря.
В памяти тут же всплыли воспоминания вчерашнего вечера. Её напряжённые взгляды в его сторону. Нервозность во время встречи. Да и вообще – с какой стати ей понадобилась бы нанимать себе фальшивого жениха и разыгрывать целый спектакль перед всей семьёй, если бы не было чувств?
Вероятно, Аня с самого начала надеялась, что упырь приревнует её ко мне и попытается вернуть.
Я отвернулся от окна, чтобы не смотреть, как она, едва не плача от смеха, вытирает глаза, влюблено глядя на этого придурка.
Тут же вспомнилось ещё, как утром после нашего бурного секса Анюта цинично обозначила границы, дав понять, что продолжения не будет.
На душе сделалось совсем паршиво.
Я медленно прошёлся по прихожей взад и вперёд, а потом прислонился плечом к стене, на минуту прикрыв глаза.
Во что я вообще ввязался? Нафиг мне сдалась вся эта история?
Хотя, казалось бы, грех жаловаться. Я получил всё, что хотел, и даже больше. А ведь Аня изначально мне вообще ничего не обещала. И даже не просила ни о чём. Я сам по доброй воле вызвался на роль рыцаря, готового спасти прекрасную даму от любых проблем. Но вот незадача: всё равно не мог отделаться от ощущения, будто меня обманули и использовали.
Ну конечно, Анюта ведь с самого начала чётко дала понять, для какой цели я ей понадобился, а наш секс для неё стал всего лишь приятным бонусом.
Это я, идиот, влюбился и рассчитывал на продолжение, а ей от меня ничего больше не нужно. Её с самого начала интересовал только этот упырь Никита, который променял Аню на её же токсичную сестру.
Всё-таки удивительные создания эти женщины, почему они всегда выбирают каких-то упырей?
Видимо, в этом есть какая-то извращённая логика, мне не доступная.
Как бы там ни было, желание участвовать в этом спектакле дальше у меня пропало.
Я достал телефон, чтобы вызвать себе такси. Но тут входная дверь с шумом открылась, впустив в прихожую морозный воздух, и на пороге появилась весёлая Аня. Увидев меня, красавица смутилась, чем окончательно добила.
– Ты не поверишь, что сейчас было… – сконфуженно произнесла она, явно собираясь оправдать свой тет-а-тет с женихом сестры.
«Только не разочаровывай меня ещё больше», – мысленно попросил я, и Аня, кажется, уловила мой посыл. Замолчала на полуслове. Нахмурилась.
– Саш, всё в порядке? – настороженно поинтересовалась она.
– Мне нужно вернуться в город, – сказал я, испытывая острое желание поскорее выйти из этого дурацкого спектакля.
– Хорошо, я тебя отвезу, – засуетилась Аня.
Но тут дверь снова открылась, и в проёме возник упырь. Которому мне дико захотелось втащить, но я даже не имел на это права.
– Не надо. Я уже вызвал такси, – соврал я.
Упырь молча разделся, вальяжно прошёл мимо нас, и кто б только знал, чего мне стоило не дать ему пинка под зад.
Аня же, проводив своего ненаглядного рассеянным взглядом, снова сосредоточилась на мне:
– Нет, Саш, давай я всё-таки отвезу тебя домой. Отмени такси, – суровым голоском потребовала она.
– Не стоит. Останься лучше с семьёй.
– Вообще-то, я ещё утром собиралась уехать, если ты не забыл, – напомнила Анюта, сложив руки на груди.
Да, и правда, было дело... Я невольно поморщился. Обещал ведь помочь ей решить какие-то дела. Чёрт…
– Ладно. Поехали.
Подошёл к вешалке и снял с неё свою куртку.
– Только, наверное, давай сначала попрощаемся со всеми? – почти жалобно попросила Анюта.
Я снова чертыхнулся про себя. Ну конечно. Обязательно нужно со всеми попрощаться.
Совсем мозги у меня с этим упырём поехали…
Я повесил свою куртку на место и помог Ане убрать в шкаф пальто, после чего мы вернулись в гостиную и объявили всем, что уезжаем.
Все сразу взбудоражились. Принялись уговаривать нас остаться ещё подольше, но на этот раз мы оба были непреклонны.
Потом наконец начали прощаться. Бабушка обняла меня, как родного, и трогательно прошептала на ухо:
– Береги нашу девочку. Анечка только с виду такая гордая, а в душе очень ранимая.
Я кивнул, снова чувствуя себя препаршиво. Врать этой милой старушке хотелось меньше всего.
– Приезжайте ещё! Выходные долгие, – чуть не плакала Анина мама, тоже по очереди обнимая нас. – Отец пожарит свои фирменные шашлыки, а что-нибудь вкусненькое испеку…
Федя с Гордеем тоже расстроились, они рассчитывали, что мы ещё сегодня покатаем. Я потрепал их по волосам и пообещал, что обязательно сыграем как-нибудь в другой раз.
Все высыпали провожать нас на крыльцо, махали руками, когда Аня выруливала со двора. Я смотрел в боковое окно на удаляющиеся фигуры и ощущал самую настоящую тоску. Надо же, как быстро успел привязаться к этим милым людям. Было бесконечно жаль, что больше никого из них не увижу.
Аня молчала всю дорогу до трассы. Несколько раз она открывала рот, будто хотела что-то сказать, но в итоге так и не решилась.
– Что у тебя за дела в городе? – спросил я наконец, чтобы понять, смогу ли вообще ей помочь. Очень надеялся, что смогу, не хотелось оказаться пустозвоном.
Она непонимающе свела брови, бросив на меня быстрый взгляд:
– Ты о чём?
– Ты говорила утром, что тебе нужно в город, потому что у тебя там дела, – напомнил я.
– Ах, это… – махнула рукой она. – Нет, это просто был предлог, чтобы уехать пораньше. Нет у меня никаких дел. Наоборот, наконец-то выходные...
Ну зашибись. Надо было всё-таки вызвать такси.
Я сложил руки на груди и откинулся на спинку сидения, глядя сквозь лобовое стекло.
– У тебя что-то случилось? – деликатно поинтересовалась Анюта.
– Нет. Всё в порядке.
– Мне показалось, у тебя испортилось настроение ещё перед отъездом...
– Забей.
Она вздохнула.
– И всё же… Мне не хотелось бы прощаться с тобой на такой ноте.
– Ань, – повернул я голову и с тоской посмотрел на её красивый утончённый профиль, – всё нормально. Не парься, правда.
Она снова тихонько вздохнула.
– Отвези меня к той кофейне, где мы познакомились. У меня там припаркована тачка, – сдержанно попросил я её.
– Да? Ладно, – растерянно кивнула она.
Оставшуюся дорогу мы молчали. Вскоре Аня въехала в городок и покатила по узким улочкам, затормозив у знакомого кафе. Сегодня здесь было на удивление пустынно. Снег падал крупными хлопьями, окрашиваясь в оранжевый от уличных фонарей. Моя красавица бэха одиноко стояла на парковке, припорошенная снегом, и приветливо светила фарами. Я завёл её заранее, через приложение на телефоне.
Заглушив машину, Аня повернулась ко мне.
– Спасибо тебе огромное за всё, – тихо сказала она, глядя на меня своими колдовскими глазами.
Я усмехнулся. А потом постарался уже искренне улыбнуться ей.
– Да брось. Я классно провёл время. Правда.
Она сглотнула, мило смутившись:
– Я ведь… ещё должна тебе свидание.
Ну да. Должна. Только теперь я понимал, что нафиг ей не сдалось это свидание.
– Да ничего ты мне не должна, Ань.
– Да?
– Да.
– Ну… ладно.
– Ну, пока? – снова я заставил себя улыбнуться ей на прощание.
– Пока, – скромно потупила взгляд она.
Я вышел на улицу, хлопнув дверцей. Пошёл к своей тачке, достал из багажника щётку и начал смахивать ею снег с крыши и стёкол, краем глаза наблюдая, как Аня медленно разворачивается и едет обратно.
Глава 27
Анна
Праздники подходили к концу, а в душе у меня царил полный бардак, достойный моей прихожей после недели затворничества. Новый год остался позади, а обещанного обновления не случилось. Всё осталось по-старому. Разве что внутри у меня будто что-то немного сместилось, не позволяя продолжать спокойно жить как раньше.
Целую неделю я безвылазно просидела дома. Не отвечала на сообщения и звонки, кроме маминых – ей я бодро врала, что всё прекрасно, просто отсыпаюсь и наслаждаюсь долгожданным отдыхом. А Саша… Да, конечно, он звонит и приезжает каждый день. Иногда выбираемся вместе в кино и на прогулки. От этой лжи, да ещё и маме, было тошно. Но пока это казалось самым безболезненным для всех вариантом.
В соцсети я тоже не заходила. И в рабочую почту. Я превратилась в идеального потребителя новогоднего контента: закутавшись в плед, смотрела одну мелодраму за другой, заедая сюжетные дыры шоколадом и чипсами. Возмущалась степени глупости недоразумений, которые герои могли бы легко разрешить одним честным разговором, не будь они такими идиотами. Но всё равно плакала над грустными сценами расставаний. А потом рыдала ещё сильнее, потому что понимала – я сама ровно такая же идиотка. Только если в фильмах герои в конце концов всё равно помирятся и будут вместе, то в моей жизни такого исхода не предвиделось.
Тоска по Саше была физической. Она сжимала горло, когда я просыпалась по утрам, после того, как он в очередной раз мне снился. Оседала тягучей истомой внизу живота, когда я вспоминала подробности нашей жаркой ночи, а потом понимала, что этого больше никогда не повторится. Скреблась глубоко под рёбрами по вечерам, когда за окном становилось темно и где-то вдали слышались приглушённые взрывы салютов, а я особенно остро чувствовала себя одинокой.
Я отчаянно жалела, что ничего не предприняла, чтобы продолжишь наше знакомство. Почему я не осмелилась спросить его, не хочет ли он увидеться со мной как-нибудь ещё? Ведь так и вертелся на языке вопрос тогда, в машине, когда мы прощались... Но я всё-таки промолчала. Страшно было, что он ответит «нет, не хочу». Ведь если хотел бы, вряд ли отказался от свидания.
А теперь я думала: даже если бы он отказал тогда, мне было бы сейчас легче. Правду говорят – лучше жалеть о том, что сделал, чем о том, чего не сделал… А вдруг бы он согласился? Даже короткий, сумасшедший, пусть и заранее обречённый роман – всё лучше, чем ничего.
Но прошлого не вернёшь. Мне стоило уже выбросить Сашу из головы и постараться сделать так, чтобы эта история осталась в моей памяти приятным новогодним приключением, незабываемым сексом, сумасшедшей авантюрой, которой можно гордиться. Вот только я не могла. Никак не получалось вытравить из души эту дурацкую тоску…
Будто я упустила что-то очень важное в жизни.
Завтра уже нужно было выходить на работу. Но одна только мысль об этом вызывала внутренний протест. Я чувствовала себя такой разбитой, такой несчастной, что даже с дивана вставать не хотелось, не говоря уже о том, чтобы выйти из дома…
Такая любимая раньше работа вдруг показалась пресной. Мне уже ничего не было нужно. Абсолютно. Ни карьерных перспектив, ни новых проектов. Да что там, меня даже идея устроить шопинг сейчас не вдохновляла, а ведь раньше я считала это занятие волшебной таблеткой от всех бед!
Ближе к полудню раздался настойчивый звонок в дверь. Я его проигнорировала, как обычно сделав вид, будто меня нет. Но звонивший никак не хотел угомониться и оставить меня в покое. Я на цыпочках вышла в прихожую и заглянула в глазок – на лестничной площадке стояла и агрессивно тарабанила кулаком в дверь Лена:
– Аня, блин, ты там оглохла? Я знаю, что ты дома! Открывай, давай, я тебе круассаны привезла!
Я мысленно застонала – меньше всего на свете сейчас хотелось разговаривать с сестрой. Да и показываться ей на глаза в таком состоянии. Она сразу поймёт, что я в раздрае, и устроит допрос с пристрастием.
Вздохнув, я зажмурилась на мгновение, будто от этого Лена за дверью моей квартиры могла исчезнуть. Но нет – через мутное стекло глазка чётко просматривалось её хмурое, озабоченное лицо. Она снова подняла кулак и принялась стучать:
– Ань, я сейчас вызову слесаря, чтобы замок вскрыли! Или маме позвоню! Выбирай!
Угрозы сработали. Скривившись, я повернула ключ в замке. Дверь едва приоткрылась, но этого хватило, чтобы Лена втиснулась в прихожую в своём огромном розовом пуховике. Из крафтового пакетика в её руках исходил волшебный аромат свежей выпечки, я даже не удержалась и потянула носом.
Быстрый, оценивающий взгляд сестры тем временем скользнул по мне, по моей тёмной прихожей, заваленной коробками от пиццы и пакетами с мусором, которые мне лень было выносить.
– Боже правый, – выдохнула она, округлив глаза и схватившись за сердце. – Ты кто такая и куда дела мою сестру?! Фу, ну и запах тут у тебя.
Я закатила глаза и сложила руки на груди, кутаясь в халат.
– Подумаешь, мусор забыла выбросить.
– Нормально тебе так память отшибло! Ты его с прошлого года не выносила, что ли? Ну и бардак развела…
– Ой, вот привязалась. Я, вообще-то, гостей не ждала, – враждебно уставилась я на неё. – Не так уж тут и грязно.
– Аня, ты меня пугаешь.
Не обращая внимания на мой недружелюбный вид, сестра сбросила обувь, скинула куртку, прошла в гостиную и одним резким движением рванула шнур гардины. Слепяще-белый свет зимнего солнца ворвался в комнату и залил всё вокруг, подсветив каждую пылинку, каждую крошку на диване, беспощадно обнажая всю грязь. А заодно, наверное, и моё бледное опухшее лицо, потому что сестра теперь смотрела на меня уже без прежнего возмущения, зато с тревогой.
– Так, дорогая моя, а иди-ка ты прими душ, – безапелляционно заявила она, взяв меня за плечи. – А я пока быстренько тут у тебя приберусь и помещение проветрю, а то дышать нечем.
– Не преувеличивай, – вяло возразила я, но спорить с сестрой было бессмысленно.
Она всё-таки заставила меня пойти в ванную, и я в итоге покорно поплелась туда, выбрав путь наименьшего сопротивления.
Вода действительно оказала на меня чудодейственный эффект. Горячие струи ласкали тело, даря почти неземное блаженство, и на душе становилось легче. Я подставляла под них лицо, чувствуя, как мышцы спины и плеч постепенно расслабляются, и глубоко дышала носом, расправляя лёгкие.
Из ванной вышла другим человеком – чистым, закутанным в свежий махровый халат, с влажными, пахнущими шампунем волосами. Как порой мало человеку надо для счастья.
На кухне пахло кофе и сдобой. Лена, оказывается, уже успела вынести мусор, пропылесосить и протереть пыль. Да ещё и кофе сварила – на столе стояли две большие чашки, а рядом на плоской тарелке ожидали своего часа золотистые круассаны.
Мы с сестрой уселись за стол и принялись баловать вкусовые рецепторы. Хотя мои и так уже за прошедшую неделю были знатно избалованы, но сейчас это мало меня волновало.
– Ну? – спросила Лена, с аппетитным хрустом откусывая от круассана. – Колись, давай, что за апокалипсис тут у тебя случился? Это то, что я думаю?
– Угу, – буркнула я, обхватывая ладонями тёплую чашку. – Всё банально и глупо. Я скучаю по ненавистному вундеркинду.
– По Саше?
Я кивнула, не поднимая глаз.
Лена помолчала, размышляя.
– Слушай, мне не хочется цитировать героиню из «Москва слезам не верит», но, может, уже забила бы на свою гордость да позвонила ему первой? Просто спросила бы, как дела?
– Ха-ха, – невесело отозвалась я. – Я тоже процитирую: какая гордость, Лена? У меня номера его нет!
– Как это нет? – Сестра выпучила глаза. – Ты не додумалась даже найти предлог, чтобы обменяться с ним номерами?!
– Нет, – развела руками я.
– Мда… Поздравляю тебя, Шарик, ты балбес, – заключила сестра.
– Сама ты балбеска, – разозлилась я. – Между прочим, если бы он хотел, то и сам мог взять мой номер. А если ему это нафиг не надо, зачем я буду бегать за ним и унижаться?!
Лена закатила глаза.
– А тебе не приходило в голову, что он может думать точно так же? Если ты всю дорогу строила из себя Снежную королеву, пока он смотрел на тебя, истекая слюной?!
– Ой, ничего он так на меня не смотрел, – раздражённо отмахнулась я.
– Со стороны виднее, Аня, – с умным видом заявила сестра.
Меня уже начинало подкидывать от её нравоучений, но в глубине души я понимала, что реагирую так, потому что Лена говорит вслух то, что меня саму терзает внутри. Возможно, она права, а я совершила ошибку – вот что меня угнетало.
– Ладно, закрыли тему, – сурово произнесла я, бросив на Лену строгий взгляд. – Что об этом перетирать, если случай уже упущен, и мы с ним один фиг больше не увидимся. Как говорится – проехали, двигаемся дальше.
– Ну подожди, Ань, он же упоминал, что разработал эту игру «Соперники», в которую мои дети рубятся! Федя только вчера опять ныл, выпрашивал денег туда задонатить на всякие внутриигровые штуки. Думаю, в интернете легко можно найти информацию о разработчиках!
Я только поморщилась и безнадёжно махнула рукой.
– Да он же это выдумал, Лен. Это была часть легенды. Мы по дороге к родителям всё это обсуждали.
– Да? Блин, а я подумала, что правда, – озадаченно протянула Лена. – Он так уверенно говорил… И потом, когда с мальчишками играл, терминами всякими сыпал.
– Да он вообще врёт как дьявол, – мрачно заметила я.
– А чем он на самом деле занимается? – спросила Лена.
Я пожала плечами, отхлебнув кофе.
– Не знаю. Может, в кино снимается, если учесть, какой он талантливый актёр…
– Ну ты и… – начала Лена, но осеклась, поймав мой предупреждающий взгляд. – Да ладно тебе, Ань. Не расстраивайся так. Знаешь, как мир тесен? Вы вообще-то в одном городе живёте, я уверена, что обязательно ещё пересечётесь где-нибудь!
– Не верю я в чудеса, Лен, – невесело усмехнулась я. – Да и зачем нам пересекаться? Всё равно ничего из этого не выйдет… Мы слишком разные. Я уже не наивная девчонка, чтобы строить иллюзии на пустом месте.
– И всё же, – упрямо сказала сестра, допивая свой кофе. – Я буду надеяться, что вселенная сведёт вас ещё разок. Ну не может ваше знакомство так бессмысленно закончиться.
– Лен, не трави мне душу, а? – попросила я, жалобно посмотрев на сестру.
Она встала со своего места, подошла ко мне и обняла.
– Ну всё, не кисни, сестрёнка, – ласково потрепала она меня по влажным волосам. – Всё будет хорошо, даже не сомневайся.
– Конечно, будет, – вздохнула я, крепко стиснув её в ответных объятиях.
* * *
Первые рабочие дни нового года начались стремительно и быстренько выветрили из моей головы всю меланхоличную дурь. Меня захватила привычная рутина, которую я любила и в которой находила своё призвание, хотя кому-то это могло показаться смешным. Я не спасала ничьи жизни, не делала великих научных открытий и даже не принимала участия в производстве товаров, без которых людям не обойтись… Я всего лишь занималась рекламой этих самых товаров. Но делала это с любовью и полной самоотдачей, чувствуя, что занимаю своё место в огромном организме, который представляет собой наше человечество, и, несомненно, приношу ему пользу.
Благодаря такому отношению я добилась неплохих результатов, став одним из трёх топовых руководителей нашей компании.
Я по-прежнему любила свою работу, она давала мне не только финансовую свободу, но и позволяла чувствовать себя нужной, порой даже незаменимой.
С головой погрузившись в отчёты, планы, договоры, встречи и презентации, я с радостью приезжала по утрам в офис и наслаждалась тем, как незаметно пролетал день. Только по вечерам, по дороге домой или уже в квартире, когда я стояла у окна с чашкой чая, глядя на огни города, снова становилось грустно.
Меня мучило какое-то странное чувство… Словно я упустила что-то важное. Какой-то редкий уникальный шанс, возможность… Будто моя хоть и вполне хорошая, но ставшая до тошноты предсказуемой жизнь ненадолго приоткрыла дверь в параллельный мир – яркий, сумасшедший, манящий, а я, испугавшись, захлопнула эту дверь и помчалась обратно, в свою привычную и надёжную, накатанную годами колею. Которая на самом деле давно мне опостылела. Но свернуть с неё теперь уже некуда.
