Текст книги "Жена адвоката (СИ)"

Автор книги: Юлия Бузакина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 7 страниц)

Глава 17. Игорь

Я гоню машину вперед, к больнице. Сворачиваю на большую парковку, что примыкает к центральному входу в небольшой сквер. Чувствую себя гадко.

Загоняю машину на свободное парковочное место. Осматриваюсь по сторонам.

«Где же ты, Лиза?» – спрашиваю мысленно вновь и вновь.

Прорывается звонок от отца.

– Игорь, ты где?

– Подъехал к больнице, пап. Уже на парковке.

– Жду тебя в холле у входа.

– Отлично. Лиза не появлялась?

– Нет.

Вздыхаю. Набираю номер Лизы.

«Абонент вне зоны действия сети».

По спине прокатывается холодок. Надо поднимать на ноги всех знакомых. Если она попадет в руки к ублюдку, я этого себе не прощу.

В холле встречаюсь с отцом. У него в глазах плещется отчаяние.

– Сынок, мама в реанимации… – он пытается держаться, но я подмечаю его излишнюю бледность. – К ней не пускают.

Я хватаюсь за голову.

– Как же так? Почему они с Лизой оказались в машине? Лиза вообще никуда сегодня не должна была ехать!

Мне тоже нехорошо. У нас с матерью сложные отношения, но сейчас мне за нее страшно. А еще страшнее за Лизу.

Оглядываюсь вокруг, с надеждой на то, что Лиза где-то здесь. Может, она растерялась? Или потеряла телефон? Сидит где-нибудь поблизости и пытается собраться с мыслями?

Я прохожу немного вперед. Но кругом чужие лица. Здесь приемник, народа, хоть отбавляй.

– Игорь, что нам делать? – отец кладет руку мне на плечо. – Я не знаю, я убит… в доме всегда все держится на маме, ты же знаешь?

Я фокусирую взгляд на папе. Ему нужна поддержка, но я сейчас весьма посредственный помощник. Я сам схожу с ума. Как Лиза могла сесть в машину с мамой? Зачем? Почему бы ей не проспать до обеда, а потом начать присылать мне сообщения? Отчего вместо этого в телефоне одно и то же: «Абонент вне зоны действия сети»?!

– Пап, ты с врачами говорил? – выдавливаю из себя с трудом.

– Они не дают прогнозов.

– Звони Бородкину. Пусть держит руку на пульсе. Как только будет возможно, переведем маму в его медцентр. Он же всегда нам помогал!

Главврач медцентра «Калина красная» Федор Ильич Бородкин – мой крестный. Они с отцом знакомы с детства. Дружим семьями. Мама все сватала мне его дочь Юлю, но как-то не сложилось. А вот если беда нагрянет, то мы всегда на связи.

– Игорь, ну, ты что? Конечно, я ему первому позвонил! Он едет сюда. Только в городе пробки.

– Дождись его, пап. Мне надо Лизу найти. Она могла тоже пострадать в аварии. Почему ее нигде нет, не могу понять…

Я снова всматриваюсь в лица людей, которые лавируют в приемнике центральной городской больницы. Но Лизы нет.

Набираю ее номер. «Абонент вне зоны действия сети».

«Твою мать…» – цежу мысленно, закусывая кулак.

К счастью, Бородкин приезжает через десять минут.

– Сейчас все выясню, ждите здесь, – на ходу бросает он, пожимает нам с отцом руки и несется вперед, к лифтам. Деятельный мужик. В своей сфере ас.

Мы переглядываемся. Молчим. Я сверлю взглядом мобильник. Но он, похоже, не собирается радовать меня новостями.

Внезапно прорывается звонок от прокурора Сабирова. И честно говоря, от того, что мне звонит Марат, становится по-настоящему страшно.

Что, если?.. Сердце летит в пропасть, и я судорожно нажимаю на «прием».

– Привет, Марат. Что случилось? – интересуюсь напряженно.

– Игорь, добро. Как там мама?

– Плохо все. В реанимации.

– Черт… Держись там, ладно?

– Я держусь. Лиза пропала. Она ехала с мамой в машине, а теперь не берет трубку.

– Лиза у меня в кабинете. С ней почти все в порядке. Руку повредила сильно при аварии, но перелома вроде бы нет. Мы оказали ей первую помощь, сейчас чаем отпаиваем.

По всему телу прокатывается волна облегчения.

– У тебя? Я уже думал… если честно, Марат, я уже предположил самое ужасное…

– Не переживай, она цела. Телефон, правда, сел, не может принимать вызовы. Так что, как освободишься, приезжай, забери ее. Мы Лизу никуда не отпустим, будет под нашим присмотром.

– Пожалуйста, передай ей трубку! – не веря в счастье, прошу я.

– Конечно, минутку.

Я чувствую, как сильно колотится сердце. «С ней все в порядке», – убеждаю себя.

– Алло, Игорь? – звенит голос Лизы.

– Лиза, родная, ты в порядке? Скажи, что с тобой все хорошо?

– Я в порядке. Твоя мама утром приехала без предупреждения, я еще спала, когда она прибыла. Я так растерялась, что на зарядку в телефоне не посмотрела, а он почти на нуле был…

– Зачем она вообще приехала? Вы разве договаривались?

– Она хотела, чтобы мы сходили на шопинг, чтобы я выбрала вещи для работы у твоего отца. И еще она сказала, что ты завтракаешь с Яновой, а я – снова сплю. И что она займет мое место… Ты действительно с ней завтракал?

Я напряженно сглатываю. Откуда моей матери известно, с кем я завтракал? Тем более, что наша встреча с Ольгой Яновой была случайностью?

– Мы случайно столкнулись с Яновой. Ничего личного, – пытаюсь оправдываться, но выходит настолько нелепо, что я сам это чувствую.

– Значит, твоя мать не солгала, – подводит итог Лиза. Ее голос звучит, как приговор.

– Лиза, это бред какой-то! У меня изжога была, я просто хотел поесть. Все, я сейчас за тобой приеду! Умоляю, никуда не уходи, это опасно.

Обрываю звонок, чтобы не брякнуть еще что-то несуразное, касающееся Яновой, и поворачиваюсь к отцу.

– Пап, я знаю, где Лиза. Я должен ее забрать. Разберетесь с Бородкиным без меня?

Отец смотрит на меня с осуждением, но спустя пару мгновений все же кивает.

– Хорошо, поезжай за Лизой, сын. Надеюсь, она понимает, что наша вчерашняя договоренность о собеседовании теперь немного не к месту?

– Пап, не до этого сейчас. Маму бы спасти… – отмахиваюсь угрюмо.

«И Лизу», – добавляю мысленно.

Глава 18. Лиза

После чая с пирогами я отправляюсь в дамскую комнату.

Притормаживаю у раковины, делаю попытку оттереть пятна кофе с льняного сарафана, но это бесполезное занятие.

Дверь приоткрывается, и на пороге показывается Диана Ветлицкая.

– Лиза, давай начистоту, – посматривает на меня обеспокоенно. – Дело с Тагиром – дрянь. Искать его могут долго. Да и ты же понимаешь – такие, как он, от своих целей не отказываются. У него в камере нашли твою фотографию, а еще рисунки. Он рисовал тебя постоянно.

Я торопею. По коже прокатывается холодок.

– И что же… делать? – уточняю растерянно.

– Вам с Игорем хорошо бы уехать из города.

– У него мать в реанимации. Вряд ли он на такое согласится.

Она вздыхает.

– На, вот, возьми, на всякий случай, – протягивает мне металлический предмет, похожий на укороченную дубинку или фонарик.

– Что это? – не понимаю я.

– Стреляющий электрошокер. Конечно, не убьет, но в случае чего может нейтрализовать противника.

– А как он работает?

Диана забирает у меня подарок и проводит короткий инструктаж.

– Просто нажимаешь на кнопку. Он стреляет на расстояние до 5 метров. Патронами заряжен. Вот чехол, благодаря ему твое оружие похоже на складной зонтик. Никто не обратит внимание, что ты вооружена.

– Он, наверное, дорого стоит?

– Прилично, да. Как только поймаем преступника, можешь мне его вернуть.

– Спасибо, Диана, – радуюсь неожиданно теплому приему в прокуратуре. – Даже не знаю, что бы я делала, если бы не вы с Маратом?

– Да не за что, обращайся, – улыбается мне она.

Когда я захожу в кабинет к Марату, вижу там Игоря.

– Лиза!

На его лице так много эмоций, что я пугаюсь. Игорь устремляется ко мне, прижимает крепко с своей груди и целует в макушку.

– Ты не представляешь, что я ощутил, когда ты не отвечала на звонки! – шепчет сбивчиво. – Хорошо, что ты догадалась приехать сюда.

Я поднимаю на него глаза. Взгляды говорят намного больше, чем слова. Почему-то понимаю – он мне не изменял с Яновой. Все – какое-то странное недоразумение.

– Так, народ, у меня сегодня последний рабочий день, так что предлагаю вечером поужинать вместе. Как вам такой вариант? – вклинивается в наш тет-а-тет прокурор.

Игорь кивает.

– Согласен, Марат. Хочешь, приезжай к нам? Посидим, поговорим по душам. Из города я все равно уезжать не планирую. Усилим охрану квартиры и будем ждать, когда поклонник Лизы нагрянет в наше логово.

– Приеду, – коротко кивает Марат. – К восьми будет нормально?

– В самый раз. Лиз, ты как? – Игорь смотрит на меня.

– Я за, – киваю согласно. – Только готовить я сегодня пас, рука повреждена. Закажем что-нибудь.

– С меня шашлык, – тут же вызывается доставить ужин виновник маленького междусобойчика. – Так что, ждите гостей.

– Договорились. Спасибо, Марат, что Лизу придержал, – Игорь крепко жмет руку другу, и мы собираемся покинуть прокуратуру.

Марата я понимаю – Надя уже месяц в отъезде, оставаться одному в первый вечер отпуска совсем не сахар. Поэтому готова составить компанию на вечер.

– Лиза, а это не твоя сумка? – окликает меня прокурор, когда мы уже у двери.

– Ой, – я спохватываюсь. – Это сумка Анны Станиславовны.

Игорь забирает сумку матери и ведет меня к выходу.

– Игорь… с тобой все в порядке? – волнуюсь я.

– Немного помяли, но я переживу, – отмахивается он. Смотрит на меня проникновенно. – Лизонька, поехали домой? Тебе надо переодеться и отдохнуть, да и мне не помешает сменить рубашку.

Только сейчас я замечаю грязь на его белой рубашке. Да и брюки тоже выглядят не очень. Понимаю – он попал в переделку, о которой не хочет говорить.

Я с готовностью забираюсь в его машину. Все, чего мне хочется – это оказаться дома и прилечь на кровать. Стресс и поврежденная рука дают о себе знать. А вот решение Игоря ждать моего поклонника в квартире, конечно, настораживает.

– Игорь, ты уверен, что дома мы будем в безопасности? – уточняю робко.

Он ловит мой взгляд в зеркале. С нежностью кладет ладонь на мое колено.

– Зай, мою квартиру охраняет одно из самых лучших охранных агентств нашего города. Я уже им позвонил, они вышлют своих людей на место, наблюдать за квартирой. Если у подъезда появится кто-то подозрительный, мы с тобой сразу об этом узнаем.

– Ладно, – выдыхаю согласно. А сама прижимаю к груди сумку, в которой лежит подарок от помощника прокурора Ветлицкой.

Глава 19. Лиза

– Сильно больно?

– Не очень. У тебя золотые руки. Почему ты не пошла учиться в медицинский?

Игорь морщится, старается показать своим видом, что ему не больно, но я знаю, что это ложь. Он сидит на кухне без рубашки, а я обрабатываю ссадины на его спине и животе перекисью. Хорошо же его отделали неведомые друзья Тагира! То, что это произошло напротив здания суда, доказывает только одно – таким, как Тагир, неведом страх перед законом.

Я вздыхаю.

– Не знаю, там сложно учиться. Меня устраивает и должность медсестры.

– Из тебя бы вышла отличная ассистентка хирурга.

Он подмигивает мне, а я улыбаюсь его комплименту. Тут же снова касаюсь ссадины, и он непроизвольно дергается. Значит, больно.

– Может, нам и вправду уехать на время? – уточняю настороженно. – То, что на тебя напали утром возле суда, это не очень хороший признак.

Игорь хмурится.

– Ты думаешь, уехать – хорошая идея? А мама?

– Твоя мама сама бы сейчас вытолкала тебя из города, если бы была в сознании. Она бы не простила тебя за то, что ты подставляешь себя из-за нее… Кажется, все.

– Может, ты и права. – Игорь вздыхает и тянется за свежей футболкой. – Давай дождемся Марата? Посоветуемся с ним?

– Давай.

Мой адвокат поднимается на второй этаж с телефоном, а я собираю со стола медицинские препараты и прячу их во второй ящик кухонного шкафа.

Убираю наши грязные вещи в корзину для белья и запираюсь в ванной на первом этаже. Включаю теплый душ. С поврежденной рукой мыться сложно. Хочу позвать Игоря, но понимаю, что это плохая идея. Он отменил сегодня две консультации, третью перенес онлайн, так что беспокоить его до восьми вечера плохая идея.

Собравшись с духом, я справляюсь сама. Прижимаю к себе левую руку, а правой держу мочалку.

После горячего душа я чувствую себя немного лучше. Закутываюсь в пушистый халат, кое-как заматываю волосы в полотенце и тут понимаю, что забыла комнатные тапочки в прихожей.

Выбираюсь из ванной комнаты босиком. Озираюсь в поисках тапочек, и взгляд цепляется за сумку Анны Станиславовны, что стоит у зеркала в прихожей.

В ней вибрирует мобильник. Я робко вытягиваю шею в сторону сумки, но прикасаться к ней не решаюсь.

– Игорь? – зову Свиридова. Все же это его мать, не моя. Но адвокат занят. Я даже знаю, где он – в рабочем кабинете. У него консультация онлайн. В такие минуты его лучше не беспокоить.

Вздохнув, иду к сумке. В конце концов, я почти невестка, могу же отключить звук на телефоне почти свекрови?

Тянусь за сумкой.

Одно неловкое движение – я едва не поскальзываюсь на кафеле мокрыми после душа ступнями. Сокрушаюсь, а в это время сумка падает на пол и из нее выпадает папка. Она не закрыта, и ее содержимое оказывается на кафеле.

Я злюсь на себя за нерасторопность. Присаживаюсь на корточки, чтобы собрать документы, и вижу фотографии.

На них та же женщина, что и на изображениях, что мне показывала Анна Станиславовна – молодая, сексуальная, с рыжими волосами. Я уже знаю Янову по фото. Это она. Где-то у здания суда, с какими-то людьми. Такое ощущение, что за этой женщиной пристально следили, а на фото – отчет о проделанной работе.

Я не хочу рыться в чужой жизни, поэтому осторожно запихиваю фото обратно. И тут мне на глаза попадаются несколько фотографий совсем другого содержания. Интимные.

Нервно сглатываю и присматриваюсь к мужчине. Неужели Игорь? Рассмотреть мужчину сложно, действие происходит в спальне.

Смотрю на следующее фото, и чувствую невероятное облегчение. Это не Игорь. Облегчение сменяется жутковатым изумлением – я узнаю мужчину. На этих фотографиях Янова не с Игорем, она с его отцом. И у них, судя по всему, не только прогулки по парку. Спальня в каком-то отеле и откровенные постельные сцены, где в главных ролях Янова и Николай Евгеньевич…

Я дрожащими руками сжимаю фото. Не хочу смотреть, но любопытство пересиливает, и я впиваюсь жадным взглядом в картинку. Определенно, это не фотошоп – внизу на фотографиях стоит дата. Фотографии датированы прошлым месяцем.

По лестнице спускается Свиридов.

– Лиза, ты меня звала? – беспокоится он. Скользит по мне взглядом. – Ты что, пошла в ванную одна? Почему не сказала? А если бы ты ушиблась?

Я поднимаю на него глаза.

– Я звала тебя, ты просто не услышал. А это…выпало из сумки твоей матери. В ней звонил телефон, я хотела, чтобы ты его выключил. Сумка упала, и вот… – объясняю сбивчиво и протягиваю ему несколько фотографий.

Игорь смотрит на фото и мрачнеет.

– Надеюсь, это фотошоп, – с горьким удивлением произносит он.

Я пожимаю плечами.

– Тогда почему внизу под фото есть даты?

Игорь молчит. Просто рассматривает фотографии.

Я развожу руками.

– Ничего не понимаю… твоя мама так отчаянно расписывала мне твои похождения с Яновой, а на фото твой отец?

Игорь складывает фото обратно в папку. Берет сумку и несет ее в столовую, где вытряхивает все содержимое на стол. Перебирает, но больше ничего особенного мы не находим.

Мобильник открыть невозможно – на нем стоит пароль.

– Отдам Свиридову, пусть расшифруют ее последние разговоры, – Игорь угрюмо прячет мобильник в карман брюк.

– Поедешь к нему прямо сейчас?

– Хочу выяснить, мама сама делала эти фото, или нанимала частного детектива? Если она кого-то наняла, должны остаться его координаты в ее мобильнике.

Я напряженно потираю плечи руками.

– Думаешь, у Яновой был роман с твоим отцом, и сегодня утром Анна Станиславовна об этом узнала?

Игорь хмурится.

– Есть один способ выяснить – спросить у отца лично, – произносит угрюмо. Я замечаю, что у него дрожат руки.

– Может, лучше сделать это завтра? Марат приедет с минуты на минуту, – предлагаю робко.

Игорь проводит по волосам рукой. Несколько мгновений смотрит мне в глаза, потом психует, швыряет папку на стол.

– Лиза, я не смогу ждать до завтра. Это мои родители, понимаешь? Мать в реанимации, и никто не знает, выживет она, или нет. Вдруг это был не несчастный случай?

Я согласно киваю.

– Хорошо, тогда поезжай к отцу.

– Спасибо за понимание.

Игорь зажимает папку рукой и набирает номер отца.

– Пап, а ты сейчас где?.. В офисе? Я подъеду к тебе? У меня есть серьезный разговор. Нет, он не подождет до завтра. Будешь дома? Хорошо, я скоро подъеду.

Отключает мобильник и смотрит на меня.

– Он сейчас едет домой. Предложил встретиться там.

– Поедешь?

– Лиза, я должен! Я не смогу с этим заснуть.

В дверь настойчиво звонят.

– Это Марат, – спохватываюсь я.

– Отлично, ты будешь не одна. Через час буду с вами, обещаю.

Игорь поднимается наверх, переодеться и взять документы и ключи от машины, а я впускаю Марата Сабирова в прихожую.

– А вот и я! И горячий ужин, – вовсю улыбается прокурор. В руках у него пакет с горячим шашлыком и напитками. Он уже успел переодеться в футболку и джинсы, и теперь совсем не похож на сурового блюстителя закона.

– М-м-м, как пахнет! – с наслаждением втягиваю в себя ароматы шашлыка и пропускаю его в кухню-столовую.

Марат вертит по сторонам головой.

– А Игорь где?

Свиридов появляется в дверном проеме. Жмет крепко руку другу.

– Марат, тут всплыли некоторые подробности по одному делу. Я должен отъехать. Вы тут не скучайте. Начинайте без меня. Мне надо увидеться с отцом, – поясняет уклончиво.

Мы с Маратом переглядываемся.

– Конечно, конечно, – понимающе кивает Сабиров.

– Не скучайте, – подмигивает нам Игорь и выходит из квартиры.

– Ну, что, займемся сервировкой стола? – с готовностью предлагаю я.

Марат улыбается.

– Конечно, Лизонька, – и достает из пакета пятизвездочный коньяк.

– М – м-м, вкусняшка, – посмеиваюсь я. – В холодильнике есть лимон. Сейчас нарежу.

И вроде все, как всегда. Но почему-то мне тревожно. Размахиваюсь и рублю ножом лимон на две половинки. Что за игры вела свекровь? Ничего не понимаю… А спросить у нее нельзя. Не ответит.

Глава 20. Игорь

Я гоню машину вперед. Каюсь, нарушаю правила дорожного движения. Передо мной на панели лежит папка, в которой фотографии, к которым у меня миллиард вопросов. Начинаю вспоминать, как давно судья Янова появилась в моей жизни? Прокручиваю в голове события. Интерес ко мне она начала проявлять совсем недавно. Месяц, два от силы. Я из тех людей, кто не светит личной жизнью. Могла ли Янова выяснить всю грязь про Лизу до того, как я ей сказал, что у меня есть жена? Или вообще до того, как взялась за мою персону? Теперь мне все больше кажется, что ее интерес – хорошо спланированная акция.

Когда я подъезжаю к родительскому дому, в окнах горит свет. Значит, отец уже успел добраться сюда.

Что ж, тем лучше. Забираю из папки несколько фото, выхожу из машины. Ставлю ее на сигнализацию и прохожу через ворота с помощью электронного ключа.

Отца застаю в столовой за стаканом бренди.

Ослабив галстук и расстегнув верхние пуговицы темной рубашки, он сидит за столом, покручивая стакан в руках.

– Игорь! – оживляется, заметив меня в проходе между кухней и столовой. – Как Лиза?

Я стараюсь держать себя в руках.

– Все в порядке. Она сейчас дома с Маратом, – отвечаю спокойно.

– Хорошо.

Он поднимается из-за стола, достает из буфета второй стакан.

– Будешь?

– Нет, я за рулем, – качаю отрицательно головой.

– А я выпью. Что-то нервы сдают. Мама пока без изменений. Впала в кому, находится в реанимации. – Он открывает бутылку и освежает порцию крепкого напитка в своем стакане. – Я же без нее, как без рук, сын… не могу поверить, что ее здесь нет. Кажется, что она сейчас выйдет из спальни и скажет, что пора ужинать.

Я вдруг ощущаю прилив дикой усталости. Медленно присаживаюсь на стул напротив отца и сверлю его взглядом.

Собравшись с духом, открываю папку и выкладываю перед ним одну фотографию.

– Что это?.. – он непонимающе рассматривает фото, а потом его лицо вытягивается.

«Скажи, что это фотошоп», – прошу мысленно. Но ведь понимаю, что никакой не фотошоп. Все реально.

– Пап, у тебя с ней давно? – уточняю отстраненно. Мне все это неприятно. Если бы мать была сейчас полностью здорова, я бы махнул рукой на их разборки. В конце концов, я же понимаю, что любовь не может жить вечно. Рано или поздно она уходит, остается привычка. Папа запросто мог захотеть другую женщину.

Но мама в коме, а значит, любое действие отца сейчас предательство. Или того хуже – соучастие. До меня наконец доходит, что авария могла быть не случайной. А самое страшное – на месте мамы сейчас запросто могла оказаться Лиза.

– С Олей? – вырывается у него против воли, я и понимаю, что да. Давно.

– С Олей, да, – киваю на автомате.

Отец проводит по стильной бородке рукой. В его глазах горечь.

– Игорь, все сложно… – пытается уйти от ответа.

– Говори, как есть. Я ведь все равно узнаю, – отзываюсь на его попытку.

Он залпом выпивает свой напиток. Морщится.

– Давно. Десять лет, – признается глухо. Прикрывает на миг глаза. – Мы с Олей познакомились, когда она устроилась на работу в суд секретарем. Молодая, звонкая, горячая. У меня от нее сразу крышу снесло. Разница в возрасте ничего не значит, когда появляются сильные чувства. Ты поймешь это только, когда доживешь до моих лет, сын. Влечение вспыхивает против воли. Да, я люблю твою мать. Да, я уважаю ее. Но Оля… Оля – это другое! Совсем другое…

Его губы изгибаются в страдальческую полосу. Зажав кулак, он шумно в него выдыхает.

– Как тебе удавалось десять лет лгать матери? Она ведь… у нее интуиция всегда на высоте!

– Они с Олей вляпались в одну историю тогда. Можно было запросто притянуть за уши Янову к уголовной ответственности, но я не смог. Просто съехали, замяли дело. Искрило между нами не по-детски. А Аня… Она начала нас подозревать совсем недавно. Оля решила отвести подозрение, и активно принялась за тебя. Я сразу сказал ей, что это не самый лучший вариант. Что у тебя есть Лиза, но для Оли самым важным было усыпить бдительности Ани.

– А Тагира выпустили по ошибке тоже для усыпления бдительности моей матери? – произношу с горькой ухмылкой.

Он жмет плечами.

– Я не знаю. Если ты думаешь, что в этом замешана Оля, то ты ошибаешься.

– Мои друзья все проверят. Если эта «ошибка» – ее рук дело, мы сделаем все для того, чтобы ее сняли.

Отец морщится.

– Ладно, признавайся, откуда у тебя фотографии? – смотрит на меня прямым взглядом.

– Они лежали у мамы в сумке. Судя по всему, она наняла частного детектива. Если бы она следила за вами сама, то не стала бы возить в сумке фотографии.

– Игорь, я не хотел, чтобы мать узнала! Честное слово… Ты ведь знаешь, как я к ней отношусь.

– Пап, случилась авария. Возможно, это преступление. И я очень надеюсь, что ты не замешан. Очень, очень на это надеюсь.

– Игорь, послушай! Авария – случайность. Неужели ты думаешь, что Оля способна на убийство?

– А разве нет? Женщина, которую десять лет держат в любовницах, воруют ее самые лучшие годы, способна на многое!

– Ты не понимаешь. У нас с Олей свободные отношения. Я не раз предлагал ей стать моей женой. В этом случае я бы честно признался во всем твоей матери. Но Оля не хочет замуж. Ее все устраивает. За эти годы она могла в любой момент уйти, я никогда ее не удерживал. Любил, да! До безумия. Но не требовал невозможного.

Я пронизываю его колючим взглядом. Смотрю неотрывно, пытаясь осознать, что меня поимели. Использовали, как ширму, а в довершение всего выпустили на свободу одержимого моей Лизой маньяка!

– Прости, пап. Я этого никогда не пойму, – швыряю на стол остатки фотографий и стремительно покидаю родительский дом.

Уже в машине закусываю кулак, чтобы не заскулить. Набираю в навигаторе адрес Яновой и поворачиваю ключ в зажигании.

Машина несется вперед по вечерней дороге.

Я хочу услышать, что скажет Янова.