Текст книги "Разрушу твою семью (СИ)"

Автор книги: Юлия Бонд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

13

– Ты уверен, что мы всё это съедим? Или ты придумал коварный план поселить меня у себя дома?

– Это какой же план? – усмехнулся Марик, положив в тележку связку бананов.

– Раскормить меня до размеров Глории из “Мадагаскара”, чтоб я из твоей квартиры даже выкатиться не смогла.

– Глория? Мадагаскар? Фильм какой-то?

Настал мой черёд улыбаться. Шутку про бегемота по имени Глория не понял.

– Всё понятно. Мультики ты не смотришь.

– Ну разве только для взрослых. С пометкой восемнадцать плюс. Я-я-я, дастишь фантастишь, – прохрипел Марк, а у меня щёки загорелись румянцем, когда на нас обернулась мимо проходящая супружеская пара возраста моей мамы. – Можем вечером вместе посмотреть. Немецкое или домашнее, ещё есть от первого лица…

– Боже, Марк. Да у тебя целая коллекция на любой вкус, – хихикнув, я уткнулась лицом в плечо Марка, а он шепнул мне на ухо, мол, конечно, есть коллекция, иначе откуда бы взяться рабочей, натруженной, мозолистой руке.

Я заржала как конь. И пофиг уже было на мимо проходящих посетителей супермаркета. Мне с ним весело. Немного по-ребячьи. Временами очень пошло. Но так круто! Нескучно совсем – то, чего мне так не хватало в жизни последние лет десять.

На кассе Марк долго выбирал презервативы. Со мной советовался, словно мы не могли определиться с рисунком на обоях, которые решили поклеить в нашей спальне. Кассирша загадочно улыбалась, поглядывая в нашу сторону. А я такая счастливая, цвела как майская роза. Сердце вот-вот выпрыгнет из груди, потому что невозможно быть такой счастливой, какой я себя ощущала в этот момент.

Рассчитавшись за покупки, вальяжной походкой Марк покатил тележку на выход. Я пристроилась рядом с ним. Позволила себе немного помечтать о будущем. Интересно, а каким мог быть наш совместный быт? Какой Марк в обычной, повседневной жизни? Тоже разбрасывает свои носки по всему дому и мочит ободок на унитазе? Если да, то с этим я смогу смириться.

– Прокатить, красотка? – Марк кивнул на тележку, которую он благополучно опустошил, засунув продукты в багажник машины.

– Шутишь? Ты видел мои габариты?

– Отличные габариты. Всё, как мне нравится. Здесь много, – положив мои руки на филейную часть тела, продемонстрировал, что именно ему во мне нравится. Затем его загребущие лапы переместились на талию: – А здесь мало. Да ладно тебе, царица, чего такая серьёзная?

Я пикнуть даже не успела, как мои ноги лишились опоры. Хорошо, что вовремя успела схватиться за Марика, обвив его шею обеими руками.

Он таки усадил меня в тележку и с ветерком прокатил по всей стоянке перед супермаркетом. Я залилась смехом, аж живот заболел. Картина была ещё той. Мои ноги, обтянутые джинсами, торчали из тележки. Руками цепко держалась за металлические прутья, а ветер безжалостно трепал мои волосы в разные стороны.

От крутых виражей у меня даже голова закружилась.

– А теперь будет фото на память, – остановившись, Марк сфоткал нас на фронтальную камеру своего телефона.

Убрал с моего лица прилипшие волосы, наклонился и присосался губами к моим губам.

М-м-м… Я чуть не задохнулась, ведь адреналин в крови поднялся до критической отметки.

– Люблю тебя, – задрав голову, я смотрела Марку в глаза и не могла наглядеться.

– И я тебя, царица, – усмехнулся Марик, не упустив возможности погладить рукой мою щеку. – Ты такая красивая. Я никого красивее тебя не встречал.

– Просто ты близорукий. Женщин вокруг себя не замечал. Да и зачем они тебе нужны с такой-то коллекцией немецкого порно? Ой, простите, мультиков с пометкой восемнадцать плюс.

Марк улыбнулся на мою шутку и помог мне вылезти из тележки. Оказавшись стоять на своих двух, я немного покачнулась. Вертолёты в моей голове уверенно шли на посадку, или всему была опьяняющая любовь? Не знаю. Но мне так хорошо было в этот момент, что думать о природе головокружения совсем не хотелось.

Мы сели в машину. Только успели тронуться, как у Марика зазвонил мобильный.

– Тонь, надо к брату моему заехать ненадолго, – сказал Марк, завершив разговор по телефону.

– Да без проблем. Я никуда не тороплюсь.

Через полчаса наша машина остановилась под подъездом одной девятиэтажки в спальном районе. Я огляделась, а в сердце остро кольнуло. В этом доме живёт моя Санька. Мамочка дорогая…

Я испугалась и сама не поняв почему. Ну даже если увидит меня дочь рядом не с её отцом, а мужчиной гораздо младше. И что? Я же ничего криминального не совершаю, просто позволяю себе любить, а любить – это точно не преступление. Любить – это большое счастье, дарованное человеку свыше.

– Со мной пойдёшь? – предложил Марк, а я покачала головой. Знакомиться с братом любимого мужчины как-то не хотелось. – Ладно, тогда я постараюсь недолго.

Марк ушёл. Я проводила его взглядом до самого подъезда и, достав из сумки телефон, уткнулась взглядом в экран, чтоб скрасить своё ожидание. Смотрела смешные ролики в тик-токе, улыбалась. Но уже совсем скоро мне стало несмешно, когда из подъезда вышел Марк, а следом за ним – Артём, мой будущий зять.

Почувствовав какую-то херню, я трусливо сползла по спинке сиденья. Волосами прикрыла лицо, а голову отвернула в сторону. Может, прокатит, а? Артём сейчас пройдёт мимо и ничего не заметит.

Дело запахло жаренным. Мужчины стали приближаться к машине. В мешках что-то несли, переговариваясь друг с другом.

Вот чёрт…

Неужели с моим везением Марик оказался братом Артёма?

Если да, то это настоящий зашквар.

В окно постучали. А я дёрнулась, как от пощёчины. Голову подняла и встретилась взглядом с Мариком. Он кивнул мне на электроподъёмник, мол, стекло опусти. Дрожащими пальцами я нажала на кнопку. Жух…

– Тонь, выходи, а. С братом познакомлю, – сказал Марк и я трусливо выползла из машины. А что было делать? Притворяться воздухом я как-то не научилась за почти что свои сорок лет.

Ноги подкосились. И как я с землёй не сравнялась – одному только богу известно.

– Знакомься, Тоня. Артём – мой младший брат. Артём – это моя царица, но для тебя просто Тоня, – и в знак того, что я действительно царица Марка, Марик притянул меня за талию к себе и поцеловал в щеку прямо на глазах у Артёма.

Испанский стыд… Такого фиаско я даже в кошмарном сне не ожидала. Но случилось, что случилось.

– А мы знакомы с Антониной Владимировной, – улыбнулся Артём, будто ни разу не в шоке, что меня удивило.

– Здравствуй, Артём, – поддакнула я.

Марик перевёл взгляд с меня на брата и обратно.

– Откуда вы знаете друг друга? – спросил Марик, а у меня будто язык к нёбу прилип – не шевелится.

– Да мы же без пяти минут родственники, – ответил вместо меня Артём, ещё больше запутав Марка.

– В смысле?

– Антонина – мама моей Саши, – вынес вердикт мой будущий зять и я ощутила, как мне стало трудно дышать.

Вдох. Выдох. И так по кругу, пока дыхательная терапия не подействовала на меня успокаивающе. А я зря разволновалась, запаниковала тоже зря. Марку как с гуся вода. Он лишь округлил глаза, но не более того.

– Серьёзно? – переспросил Марк, обращаясь ко мне и я кивнула. – Вот это поворот.

Придя в себя, я сразу выстроила в своей голове логическую цепочку и пришла в шок. Всё это фигня на самом деле. А вот если Санька узнает, что её мама крутит шашни со старшим братом её будущего мужа – тогда уже полный абзац. Она разревелась, когда я ей рассказала о грядущем разводе с Вадиком. Так что нетрудно предугадать реакцию беременной дочери.

– Артём, пожалуйста, ничего пока не говори Саше. Хорошо? Я сама ей всё расскажу.

Будущий зять понимающе улыбнулся и дал слово, что он – могила. И вообще, наши с Марком отношения его не касаются, поэтому он даже в мыслях не думал рассказать об этом Саньке.

На том и сошлись. Попрощались.

Я села в машину Марка, пристегнулась ремнём безопасности и всю дорогу, пока мы ехали в гараж, молчала. На самом деле я не просто молчала. Я думала. Думала и грустила, понимая, что наши отношения с Мариком так быстро оказались на финишной прямой. Аж в сердце кольнуло, будто острой иглой. Я не готова расставаться с Марком. Да какая нормальная женщина, будучи в здравом уме, откажется от шикарного мужика? Ведь мне всё в нём нравится, не зря же я успела влюбиться по самые уши.

Нет, здесь точно нужен план "б".

– Тонь, чего загрустила? – ладонь Марка опустилась на моё колено и я была вынуждена повернуть голову в сторону водителя. А он всё прочитал по одному лишь взгляду. – Даже не думай.

– О чём не думать, Марк?

– Не стоит вестись на поводу у своей совести и жить для других. Тонь, я всё увидел в твоих глазах ещё тогда, когда ты попросила Артёма молчать о нас.

– И что же ты там увидел, хм?

– Ты очень дочку свою любишь. Ради неё готова на самопожертвование. Но не нужно так делать, царица. Она уже взрослая, так что нет необходимости идеализировать окружающий её мир. Переживёт как-то. Не маленькая.

– Какими фразами говоришь, заслушаться можно. Только знаешь в чём проблема, Марик?

– В чём?

– Я слишком эгоистична, чтобы заниматься самопожертвованием, но из-за беременности Саньки готова идти на компромиссы с собственной совестью.

– Без пояснительной бригады мне не обойтись. Что это значит?

– Это значит, что отныне нам придётся быть более осторожными. Нельзя, чтобы нас с тобой увидели кто-то из твоей или моей семьи. Не забывай, что я знакома с твоими родителями. И что имею тебе сказать, твой отец не так чтобы был в восторге от моей Саньки, хотя дочка у меня идеальная. А теперь представь размер инфаркта у твоих родителей, когда они узнает: с кем спит их старший сын.

– Я уже давно не в том возрасте, когда родители могут хоть как-то повлиять на моё мнение. Тонь, ты загоняешься. Конспиратор из меня хреновый, так что даже начинать не стоит. Прятаться ни от кого я не буду.

Я возмущённо вздохнула. Тяжёлый случай переубедить мужика, если он мнит себя властным пластилином (читать "властным героем").

– Наверное, ты не понимаешь, Марик, чем всё может обернуться. Пожалуйста, давай не будем афишировать наши с тобой отношения хотя бы до того момента, пока наши семьи не породнятся. У моей дочери через месяц свадьба. Я не имею права хоть как-то её испортить. Если Санька сейчас узнает о нашем с тобой романе или, не дай бог, узнают твои родители, свадьбы может и не быть. А может, и того хуже: разрушится чья-то семья. Я не знаю этого точно, но проверять не хочу.

– Тонь, это ты не понимаешь. Двадцать первый век. Откуда в твоей голове столько тараканов? Что за дурацкие предрассудки из-за разницы в возрасте? Я тебе хоть раз об этом сказал? Или тебе важно, что скажут другие? Если да, то забей на всех. Мне плевать, что обо мне думают другие, я о них не думаю вообще.

– С чего ты взял, что я загоняюсь из-за нашей разницы в возрасте?

– Не дурак же. Вижу, что тебя это парит. Если бы ты была моей ровесницей, тебе бы и в голову не пришла эта чушь с конспирацией.

14

– Мне никогда не похудеть, – фыркнула Валя, наложив себе на тарелку несколько кусочков пиццы.

В ответ на её жалостливый тон я снисходительно улыбнулась и вместо пиццы отправила в рот салат из свежих овощей.

– Как говорится, не жили хорошо и нечего начинать.

– Да ладно тебе, Валь. Привыкнешь. Правильное питание – это не так уж и сложно, нужно просто понять, что оно тебе на пользу. И продержаться в таком ритме двадцать один день.

– Почему именно двадцать один?

– Не знаю, – пожала плечами, – психологи говорят, что привычка формируется за три недели. Но сказать тебе по секрету?

Дождавшись пока Валентина кивнёт, поманила её к себе пальцем, чтоб таинственным голосом сказать прямо на ухо, что всё это чушь собачья про формирование привычки за три недели. Вот как любила я пожрать, так и люблю. У меня с детства проблемы с расстройством пищевого поведения. То надуваюсь как воздушный шарик, то сдуваюсь, стоит взять себя в руки и зашить рот. Правда последние три года мне всё уже удаётся держать вес на одной отметке.

Окинув меня недоверчивым взглядом, Валя поспешила запить пиццу яблочным соком. Не верила, но оно и понятно. С виду я нормотипичного телосложения, но это всё – не заслуга матушки-природы, а результат титанических усилий в борьбе за стройность с самой собой. Я бы тоже, как и Валя, с огромным удовольствием слопала в одно рыло половину пиццы и запила это дело двумя стаканами яблочного сока, но не могу – боюсь сорваться. И тогда держите меня семеро: из отечественного сорок четвёртого размера я с лёгкостью превращусь в пятидесятый. На это мне понадобится всего лишь каких-то полгода.

Перекусив в кафе, мы с Валей продолжили наше знакомство друг с другом и пошли по магазинам. Застряли в магазине косметики, чуть позже – на распродаже летней коллекции женской одежды.

С будущей свахой мы как-то быстро нашли общий язык и это, честно говоря, меня пугало. Это сейчас я нравилась Валентине, ловила на себе её восхищённый взгляд, давала советы по уходу за собой. Но стоило представить, что если женщина узнает о наших отношениях с её сыном, то её мнение обо мне резко поменяется. И из подружки я быстренько превращусь в змею подколодную, которую сразу решат выгнать вон.

– Спасибо за чудесный день, Тоня. Я сто лет так не отдыхала. Спа, кафе, шопинг, что ещё нужно женщине для счастья?! – подмигнула Валя, когда мы вышли из торгового центра с пакетами.

– Да пожалуйста. Обращайся, если что.

На прощание Валя меня обняла и поцеловала в щеку.

– Знаешь, я всю жизнь мечтала о такой подруге, как ты. И вот благодаря сыночку я её нашла. Ещё раз спасибо тебе большое. Ты вытащила меня из ракушки, в которой я пряталась последние годы. Благодаря тебе я теперь точно займусь собой. Дети уже выросли, значит, наконец-то наступило время стать эгоисткой и хоть немного пожить для себя.

Я понимающе кивнула, промолчав, что вряд ли нам судилось стать лучшими подругами. Время покажет, что я была права, поэтому даже не стоит переубеждать.

– А приезжайте с Вадимом к нам на выходные на дачу? Тимофей растопит баньку, пожарим шашлыки. Дача у нас – то, что надо: свежий воздух и подальше от городского смога. Вам понравится, – принялась уговаривать меня сваха.

– Валь, я…

Договорить даже не успела, потому что Валентина оказалась очень настойчивой, идущей напролом. Марика мне напомнила, хотя, что там напоминать? Они же родственники, да. Тут и ежу понятно, кто в кого пошёл.

***

Обычный будний вечер перестал быть таковым, когда к Марику домой решила нагрянуть мама. Сделала она это без приглашения, шокировав меня едва не до инфаркта.

Пока Марик решал: открывать дверь своей матери или нет, я быстренько собрала свою разбросанную по квартире одежду, подхватила с пола туфли, оставленные в коридоре, и с немыслимо быстрой скоростью рванула в шкаф-купе.

Створки шкафа открылись буквально сразу.

– Тонь, а ты чего сюда залезла? Вылезай. Я же предупреждал, что прятаться ни от кого не буду, – недовольно проворчал Марк и попытался вытащить меня из сомнительного убежища, схватив и потянув за руку.

– Ты не будешь прятаться, а я буду. Марк, пусти. Отпусти меня, я же попросила.

С большим трудом мне всё же удалось отбиться от Марка и вернуться в шкаф.

– Вот трусиха девяносто девятого уровня. И что теперь прикажешь делать, а, Тонь?

– Иди, дверь открывай, и постарайся поскорее спровадить свою мать. Я не уверена, что долго смогу находиться в этом шкафу.

– Тебе вообще не обязательно там находится, – пробубнив, Марик всё же пошёл открывать входную дверь.

А я сидела в шкаф-купе очень тихо, почти как полевая мышь, не издавая ни шороху. И про себя читала "Отче наш", просила бога сжалиться надо мной и уберечь от грандиозного скандала. Разрушить семью любимой дочери я не хотела от слова "совсем". И если кто-то меня спросит, как я докатилась до такой жизни – прятаться в шкафу от матери любимого мужчины, то не отвечу. Ведь с появлением Марка у меня в мозгах будто случилось короткое замыкание. Других объяснений я не имею.

Захотелось чихнуть. Я задержала дыхание, а рот прикрыла ладонью, чтоб из меня даже писк не вырвался.

– Сынок, ну это никуда не годится, – издалека доносился голос Вали. – Холодильник пустой. Ты хоть ешь что-то?

– Нет, мам. Воздухом питаюсь, – огрызнулся Марк, а мне так треснуть его захотелось. Вот засранец, кто же так с мамой разговаривает?

Послышались приближающиеся шаги и я вся обратилась в слух.

– Так… А здесь у нас что? – недовольно заворчала моя несостоявшаяся подруга. Вот нужно было мне втюриться в её старшего сына? Если бы не Марк, с Валей мы точно бы поладили, а так наша дружба – временное явление.

– Мам, а тебе не пора бы домой? И чего это вдруг ты решила прийти ко мне в гости в пятницу вечером? С папой поругались, что ли?

Ох, зря это Марк сказал, да ещё и с такой-то интонацией! Я не видела выражения лица Валентины, но была уверена, она как минимум позеленела от возмущения. Если бы мне только такое сказала Санька! Уфф…

Пауза затянулась, а меня жуть как распирало любопытство выглянуть немного через щёлочку и хоть одним глазом посмотреть на то, что происходило сейчас в комнате – уж больно мать и сын притихли.

– Ты меня выгоняешь, сынок? Ну надо же. Дожидалась! – плотину прорвало, я услышала жалобный всхлип, а затем снова раздался топот ног – Валя вихрем мчалась в коридор.

– Мам, да подожди ты. Чего сразу обижаться? Я просто хотел узнать: надолго ты пришла или нет. У меня были планы на этот вечер, – оправдывался Марик, стоит сказать, весьма искренне.

Хлопнула входная дверь. Так громко, что я едва не оглохла на одно ухо. Валя точно ушла обидевшись. И я её прекрасно понимаю. Мои материнские чувства тоже задел бы такой претензионный тон ребёнка, да и эта его фраза: "Мам, а тебе не пора бы домой?". Марк конкретно перегнул палку, за такое и подзатыльник не грех дать, но он как бы вырос, значит, чтобы дать подзатыльник – это ещё надо дотянуться – на полторы головы выше матери.

В шкафу открылись дверцы, и свет лампы ударил мне прямо в лицо. Приложив ладонь козырьком ко лбу, я посмотрела на Марика снизу вверх и губы поджала, чтоб не нагородить ему сейчас с три короба. А с другой стороны, разве я имею право ему что-то говорить? Это же по моей милости возникла конфликтная ситуация. Я пожелала остаться гостей Марика инкогнито, спрятавшись в шкаф как трусливая овечка. В общем, из-за меня Марк вызверился на мать, желая поскорее её спровадить.

– Ну и как тебе, понравилось? – Марк потянул меня за руку, заставив подняться на ноги и предстать перед ним.

– Что мне должно было понравиться? Ваша ссора с мамой? Точно нет.

– В шкафу сидеть понравилось? – я покачала головой. – А это неважно, Тонь. Привыкай. Тебе там пожизненно прятаться от всех моих родственников, кроме брата, конечно же. С ним-то ты уже знакома.

– А тебе никто не говорил, что ты хамло? – прыснула недовольно: то ли высказалась за обиженную Валю, то ли поделилась личными наблюдениями.

– А ты трусиха. Самая настоящая, Тонь.

Проглотив обиду, я кивнула Марку и поплелась в коридор, почти как Валя пять минут назад, только дверью хлопать не собиралась.

– Ну и куда ты намылилась? – Тень Марка выросла надо мной, когда я кинулась обуваться.

– Домой пойду. Как-то не складывается у нас с тобой сегодня.

Нагнувшись, Марик быстро подхватил с пола мою туфельку. Властный весь такой. Р-р-р… Аж бесит!

– Марк, обувь мою отдай.

– Ты никуда не пойдёшь, Тоня. Первая наша ссора и ты решила сбежать. Самой не стыдно, нет?

– Почему мне должно быть стыдно? Из-за того, что я пряталась в шкафу?

– И за это тоже, да.

– Мне не стыдно, Марк. А знаешь почему? Потому что в отличие от тебя я думаю о последствиях. Разве тебя станут родители любить меньше, если узнают, что ты встречаешься с женщиной старше? Вряд ли. Поворчат, но потом всё равно смиряться. А у меня дочь беременная, замуж выходит через месяц. Это немного другое, тебе не кажется?

– Да что ты опять заладила "дочь", да "дочь"? Тонь, у тебя взрослая дочь. Ты правильно сказала, она замуж выходит, беременная уже, значит, должна понимать, что такое взрослая жизнь. Мы с тобой вместе и либо это принимает наша семья, либо они все идут лесом. Подстраиваться под чьи-то желания – это сверх глупости.

Я горько вздохнула, потому что в душе была абсолютно согласна со своим мужчиной. По-хорошему мы не обязаны ни перед кем отчитываться и тем более стесняться того, что влюбились друг в друга. Но это же Санька! Как объяснить Марику, что моя малышка хочет быть самой счастливой в день своей свадьбы, а не крутить головой по сторонам и ловить осуждающие взгляды всей родни? Если только семья Вадика обо всём узнает, армагеддон покажется сказкой. Боюсь, нервная система моей малышки не выдержит такого напора.

Поразмыслив, я всё же сдалась. Сняла с ноги туфлю, отбросила её в сторону и подошла к Марку. Обняла его за плечи. Привстав на цыпочках, губами мазнула по щеке.

– Прости меня. Ты абсолютно прав. Я подписываюсь под каждым твоим словом, но мой материнский долг подсказывает мне поступать так, а не иначе. До свадьбы наших родственников никто не должен знать о наших с тобой отношениях. Потерпи чуть-чуть, Марк, пожалуйста. А потом будет всё так, как ты захочешь. Обещаю.

– Как я захочу? – Марк хитро улыбнулся, и я ещё раз поцеловала его в щеку.

– Как захочешь.

– Тогда после свадьбы дочери ты подаёшь на развод и переезжаешь жить ко мне.

– Хорошо.

– Тонь…

– Да?

– Только попробуй дать задний ход! Я же тебя уже никуда не отпущу.

– Не отпускай меня, пожалуйста. Мне очень-очень хорошо с тобой.