Текст книги "Разрушу твою семью (СИ)"

Автор книги: Юлия Бонд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

9

Марк

– Царица, ты вообще сосать умеешь?

Выплюнув устрицу, Тоня едва не подавилась. Глаза округлила, уставившись на меня как на безумного. Всё ещё не привыкла к моим подколам. Да и ладно, свыкнется как-то.

– Держи, – передав салфетку, чтоб Тоня могла вытереть губы, стал наблюдать за своей тигрицей.

Нравилась мне эта женщина всё больше и больше. Таких у меня ни разу не было за все мои двадцать девять лет. Эта не просто женщина, эта – огонь. Темпераментная. Прямая как линейка, в смысле говорит, что думает. Без этих бабских интриг и хлопанья ресницами, мол, я вся такая белая, пушистая зайка. А моя не зайка. Тоня – тигрица с острыми клыками. И это жуть как заводит. Давно не помню, чтоб так хотелось секса, как с ней, с моей опытной, взрослой девочкой. Кстати, сколько ей там лет? Надо бы спросить как можно тактичнее, чтоб не обидеть. Хотя… Похер мне, вот абсолютно. Возраст – всего лишь цифры, вон у Радика Наташка старше на семь лет и ничего, живут душа в душу, не всегда, конечно же, но до итальянских страстей с битьём посуды им далеко.

– Ты нормальный? На нас даже люди обернулись, – возмутилась Тоня, вернув устрицу на тарелку.

– Я же пошутил.

– Угу, я так и поняла. Шутник, – ответила с улыбкой и подвинулась ко мне вместе со стулом: – Ладно, учи меня, как правильно есть эти чёртовы устрицы, а то сосать, как оказалось, я совсем не умею.

– О, это совсем несложно. Я тебя научу! – Тоня стрельнула в меня убийственным взглядом. – Имел в виду, устрицы научу есть. Смотри. Всё очень просто. Обхвати ракушку губами и тяни в себя. Вот так…

Тоня заулыбалась, но сосать из устрицы не стала. Потянулась к бокалу с шампанским, осушила его до дна.

– Не зашли устрицы? – спросил прямо, и Тоня покачала головой. – Ну и ладно, мне эта дрянь тоже не очень.

– Зачем тогда привёз меня на устричную ферму?

– Здесь красиво. Разве нет?

Обернувшись, Тоня обвела взглядом пейзаж. Солнце только-только клонилось к горизонту, бросая свои блики на лазурную гладь воды, где живут те самые устрицы.

– Очень.

– Здесь можно остаться на ночь с палаткой, но думаю, это не в твоём духе.

– Почему же? Природу я очень люблю. Особенно дикую. А палатка – это так романтично, – мечтательно закатила глаза. – Но ты прав, ночевать в ней сегодня мне не хочется. И если честно признаться…

Поманила меня пальцем. Приблизился. Не упустил возможности обнять тигрицу за талию.

– Я чертовски хочу есть, – сказала шёпотом на ушко.

– Сильно голодная?

– Безумно. Если в ближайшее время в мой желудок не поступит нормальная еда, то мне придётся съесть тебя, – игривая улыбка засияла на красивом лице Тони и я почувствовал, как натянулась на джинсах ткань, в области ширинки. – Хотя я бы предпочла начать с кусочка пиццы.

– Предлагаю долго не ждать.

– Приглашаешь в пиццерию?

– В гости поедешь. Ко мне.

– Провоцируешь? – хитро сощурила свои красивые глаза.

– Ставлю перед фактом. Сейчас прыгаем в машину, едем ко мне домой и делаем доставку пиццы на дом. Ты какую любишь?

– Всё, что съедобное.

– Неприхотливая, значит?

– Нет, – усмехнулась. – Просто очень-очень голодная.

***

Пока ехали в машине, на мобильный позвонил друг. Вот чёрт… Я совсем забыл ему перезвонить, хотя обещал. Ухмыльнулся, ненадолго скосив взгляд в сторону моей пассажирки. Какая женщина… Р-р-р. Глядя на неё, у меня в жилах закипает в кровь. Это как любовь с первого взгляда, в которую до встречи с Тоней я никогда не верил. Друзей подкалывал, которые голову теряли из-за своих баб, а сам оказался ничуть не лучше.

Стройная брюнетка с аппетитными формами выключила весь мой здравый смысл. Тоня нереально красивая. Большие синие глаза, в которых я тону, стоит только немного задержать свой взгляд. Пухлые губы – сочные и вкусные, как спелая вишня, их хочется сожрать зараз вместе с языком. Да и всё остальное очень и очень аппетитное – настолько, что с момента нашей встречи я ни о чём другом и думать не могу.

– Короче, Марк, заезжай. Жду тебя, – недовольно пробубнил в трубку Рад.

– Я не один.

– И что? Подождёт твоя тёлка. Перетрём недолго, поедешь дальше.

На зубах и языке появилась оскомина. Млять… Тоня – не тёлка! Но говорить об этом другу в присутствии Тони я не стал. Не хочу, чтоб она это слышала.

– Пиццы не будет? – спросила Тоня, дождавшись, когда я завершу говорить по мобильному.

– С чего бы вдруг?

– Я немного слышала твой разговор… с другом?

– Угу, это был он, да. Но пицца будет и в гости не отменяется. Просто немного перестроим маршрут.

Тоня огорчённо вздохнула, да я и сам не в особом восторге. Но работу никто не отменял, какой бы охирительно классной ни была помеха справа (читать “Тоня”).

– Царица, что за томный вздох? – отпустив ладонь на колено Тони, немного сжал пальцами кожу. – Если очень хочешь, то я могу припарковать машину на обочине и мы закрепим твоё неумение сосать устрицы на практике.

Почувствовал, как Тоня напряглась. Но уже через пару секунд она расплылась в широкой улыбке, руку мою накрыла своей ладонью, переплетая наши пальцы.

– Спасибо, Марк. Пожалуй, я потерплю до дома. Я не настолько голодная.

– Ты сейчас говоришь о пицце?

– И о ней тоже. Рули давай, – указала рукой на дорогу. – Пока мы никуда не въехали.

Немного наклонился вправо, чтоб поцеловать тыльную сторону ладони моей тигрицы. Вернул внимание на дорогу. А губы так и тянулись в довольной улыбке. Хорошо всё-таки, что мы встретились. Хрен теперь куда я отпущу свою царицу, только она про это пока ничего не знает.

***

Марк привёз нас в закрытый посёлок, ограждённый по всему периметру трёхметровым забором. Я даже немного по спинке сидушки скатилась, когда перед нами открылись высоченные ворота, а дедушка-охранник хоть и божий одуванчик, но с кожаной кобурой на поясе, спросил: к кому мы едем и есть ли у нас пропуск. Марк назвал фамилию своего друга – Сташевский и тогда мне совсем жарко стало – неужели к самому прокурору области? Нет, конечно же, я законопослушная гражданка, но всех этих ментов и прокурорских "люблю" так же сильно как и стоматологов, не в обиду без пяти минут бывшему мужу.

– Всё нормально, царица? Побледнела вся, – спросил Марк, когда нашу машину наконец-то пропустил охранник и я с шумом выпустила воздух из лёгких.

– Ничего себе, какие тут порядки, – кивнула себе за спину, где всё ещё стоял дедушка-совсем не божий одуванчик. – Просто так не зайдёшь.

– А, ты про это, – беспечно усмехнулся Марк, а мне от его усмешки невесело как-то. В голове только лишние вопросы появились. – Ну это закрытая территория, просто так не попадёшь.

– Стесняюсь спросить, а господин Вячеслав Сташевский – твой друг?

– Нет. Совсем не друг. Мы с его сыном почти как братья.

Фух…

Выдохнула. И даже на душе как-то легче стало.

– Знакома с батей Радмира?

– Не знаю: кто такой Радмир, но Славика-придурка только глухонемой и слепой адвокат не знает.

Марк засмеялся. Сказал, что тоже не питает особых чувств к отцу его лучшего друга, но впредь попросил так не отзываться. Я согласилась, конечно же. Ещё надо посмотреть, что за птица и какого полёта этот Радмир. От осинки не родятся апельсинки!

Машина припарковалась возле одного шикарного коттеджа. Я отстегнула ремень безопасности и предложила Марку подождать его в машине. Честно признаться, настроение было паршивее некуда, желудок медленно жевал собственные стенки, а друг Марка по-любому предложит кофе. Разве я наемся чашкой эспрессо? Ха! И начинать не стоит, голодная женщина – опасная женщина, в сто раз опаснее мужика, хоть те так и не считают, просто они нас голодными нечасто видят.

– Вылезай давай, трусиха, – ухмыльнулся Марк и потянул меня за руку. – Мы ненадолго, обещаю.

– Конечно, обещаешь. Потому то отсутствие пиццы я тебе буду вспоминать очень долго, – сказала на полном серьёзе и даже не собиралась кокетничать, а Марик в губы меня поцеловал, не упустив возможности засунуть в рот язык и помацать филейную часть моего тела.

Держась за руки, вошли во двор, где нас почти в самом начале встретил породистый кобель. А я с детства собак не люблю, спряталась за спиной Марка. К месту приросла почти как городская достопримечательность в виде памятника на центральной площади.

– Собаку испугалась, что ли? – с нисхождением в голосе поинтересовался Марк и я едва нашла в себе силы кивнуть. – Удивительно. Здоровенного мужика не побоялась стукнуть бутылкой.

– Я действовала в состоянии аффекта. Сейчас же я просто боюсь.

– Ладно, стой здесь.

Марк собрался подойти к собаке, а я за руку схватила Марика. Попросила не уходить. Но внутренний голос пнул меня будто тяжеленным булыжником по башке, чтоб на место вернулось серое вещество и перестало вытекать через уши: “Как он собаку уберёт, если вы останетесь стоять на месте, держась за руки?”.

Нашла в себе смелости отпустить руку Марка. Зажмурилась, чтоб не видеть как этот ротвейлер, истекающей слюной, злобно поглядывает в мою сторону.

– Обычно женщины, увидев меня, улыбаются. Ну или на крайний случай смущённо опускают взгляд в пол. Чтобы закрывали глаза и дышали через раз? Я вижу такое впервые, – пронёсся незнакомый голос и я вздрогнула.

Открыв глаза, вмиг наткнулась взглядом на высокого мужчину, стоящего от меня в нескольких метрах. Засунув одну руку в карман джинсов, а второй держа сигарету, незнакомец растянул губы в кривой ухмылке. Сканировал меня пронзительным взглядом с головы до ног.

– Радмир, – руку протянул, и я не задумываясь пожала её.

– Антонина.

– Мы раньше где-то встречались, Антонина? – спросил Радмир, но я даже ответить не успела, как на горизонте появился Марк.

– Не приставай к моей царице, у тебя своя есть, – с усмешкой в голосе сказал Марик, заставив своего друга ещё раз взглянуть в мою сторону.

– Царица? Даже так… хм.

Мужчины переглянулись. Но я ничего не поняла, да и бог с ними. Мои извилины не способны анализировать, когда чувство страха вкупе с возмущённым голодным желудком поработили весь организм.

– Ну привет, – друзья обнялись, похлопали друг друга по плечу, а затем Радмир предложил зайти в дом.

В доме оказалось не хуже, чем снаружи. Я даже в голове прикинула: если так живёт сын областного прокурора, то нетрудно догадаться, как живёт сам прокурор! Нет, я не завидую, но на государственном содержании так сильно не разбогатеть – это же очевидно.

Радмир привёл меня в кухню, где управлялась с ужином его жена. Познакомил нас и тактично слился.

– Тоня, кофе будете? – предложила мне Наташа, а затем будто мысли мои прочитала, добавив: – Я совсем недавно суп сварила. Предлагаю съесть по тарелке за знакомство.

Я замялась. Да неудобно как-то. Мы только познакомились и “на тебе” суп.

Наташа проследила за моим взглядом. Искренне улыбнулась, зная что-то такое, чего ещё не знала я.

– Тонь, это на час как минимум. А суп вкусный. Из домашней курицы.

– Давайте.

– Может, сразу на ты? – предложила Наташа. – Судя потому что ты первая девушка, которую за два года я вижу рядом с Марком, то общаться нам предстоит очень часто.

– Таки первая? – я промолчала, что меня назвали “девушкой”. Но вот почему жена друга Марка сделала подобное заявление – жуть как заинтересовало.

– Именно. Надеюсь, первая и единственная.

– Ой, я бы так далеко не заглядывала.

– Почему?

– Мы с Марком знакомы совсем немного. Два дня. Так что такого в планах у меня нет.

Наташа загадочно улыбнулась, но вслух ничего не сказала. Пока хозяйка дома накрывала стол, у меня зазвонил мобильный. Извинившись перед Наташей, я вышла в коридор и приняла вызов.

Звонила Санька. Ошарашила меня очередной новостью.

– Мам, я до папы дозвониться не могу. Ты ему передай, ладно? – затараторила дочка. – Родители Тёмы хотят с вами познакомиться. Предлагают встретиться на этой недели, чтоб обсудить детали свадьбы.

– Уже? – только и смогла ответить.

– Ага, мы с Тёмой решили сыграть свадьбу в июле, чтоб живота ещё несильно было видно. А это через полтора месяца, мам. Куда тянуть? Так что, скажешь папе?

– Скажу.

– Спасибо, мам. И да… Скажи ему, что я беременная, хорошо?

Я вздохнула, представив свою трусливую малышку. Вадима она всю жизнь побаивается, хотя он её и пальцем грубо не тронул. Ну да ладно, я всё равно сделаю так, как хочет Саша. Пусть первые эмоции Астапова достанутся мне, а с дочкой он уже будет белым и пушистым – я постараюсь.

10

День “Х” (читать “день знакомства со сватами”) наступил в пятницу. Я долго не могла дозвониться Астапову, будто он заблочил меня везде где только можно. Сам позвонил в пятницу утром, и тогда я ему рассказала, что нас ожидает в ближайшем будущем. Идея свадьбы Вадику не понравилась сразу – по голосу почувствовала, но возмущаться он всё же не стал, видимо, в его жизни достаточно событий.

Договорились встретиться в пятницу вечером в нашей общей квартире, чтоб обсудить планы. К приходу Вадима я успела собраться как следует. Всё-таки знакомство с родителями будущего отца моей внучки, я просто не имела права ударить в грязь лицом. Надела самый любимый брючный костюм ярко-кораллового цвета. Пиджак нараспашку, чёрная майка в обтяжку. Сделала неброский макияж, подчеркнув свои большие синие глаза чёрной подводкой. Волосы накрутила на бигуди и оставила лежать их распущенными.

Услышав шум, доносящийся из коридора, я поспешила Вадику открыть входную дверь. Отворила. Отступила в сторону, пропуская Астапова внутрь и приготовилась морально к атаке.

Пройдясь по мне придирчиво-наглым взглядом, Астапов скривил губы в кривой ухмылке. Мысленно я пожелала ему того же, что он обо мне успел подумать, но не стал говорить вслух – гадости всякие, не зря же мы с этим человеком прожили два десятка лет.

– Предупредила бы, что замок сменила. А если бы ключ обломился? – заворчал Астапов вместо приветствия.

– Ну не обломился же, – хмыкнула я и засеменила в кухню, чтоб не спеша допить только что приготовленный кофе.

Вадик нарисовался в дверном проёме. Руки на груди скрестил в оборонительно-показательной позе, мол, весь такой строгий и грозный, как… серая туча, ведь на волка этот центнер совсем не тянет.

Взгляд Вадима остановился на вазах. Пришлось все три штуки достать, что у меня есть, ведь за прошедшую неделю Марк успел устроить в моей кухне мини-оранжерею.

– Любовника завела, что ли? – с насмешкой в голосе поинтересовался Вадим и я демонстративно перевела взгляд на цветочки.

– Заводят котиков или рыбок, Астапов. А у меня появился мужчина, да.

– Врёшь? – глаза сузил презрительно, а я покачала головой. – И когда только успела? Или я с рогами уже давно хожу?

Пожала плечами, улыбку спрятала за чашкой с кофе.

– Всё возможно, – придала своему тону обыденность.

Конечно же, я ни разу не изменила мужу за все те годы, что мы были вместе. Но ему об этом знать уже не обязательно. Разве оценит, если скажу, что была вернее сторожевой собаки? То-то же!

– Ну ты и дрянь, Тоня, – ругнулся Вадик, а меня его слова лишь повеселили. Бесится козёл, вот и хорошо. Пусть понервничает, хотя мне уже всё равно.

– За словечками следи, Астапов. Мы здесь собрались не для обмена любезностями, а чтобы решить вопросы, касающиеся нашей общей дочери.

– Ну… Давай уже поскорее решим.

– Не будем торопиться. Садись.

Вадик помедлил, обдумывая мои слова.

– Да не бойся ты, Астапов, ножки на стуле я не подпилила. Не упадёшь.

Наградив меня недовольным взглядом, Вадик всё-таки плюхнулся на стул.

– Может, кофе меня угостишь? Я с работы и сразу к тебе, – в голосе бывшего проскользнула жалостная нотка, но меня не пробрало.

“Обломишься”, – хотела сказать, но кофе всё-таки сделала. Не очень-то я и жадная, не обеднею. Правда чашку из-под кофе потом придётся в кипятке простерилизовать, мало ли какой заразы касался своим ртом Астапов.

– Саша беременная, – выдала на одном дыхании и стала следить за реакцией Вадика, а он, бедолага, едва кофе не подавился. Закашлялся даже. Стал пунцово-красным.

– Что? Я правильно услышал? – спросил, придя в себя и я кивнула. – Да вы что тут все охренели?

– Я бы попросила тебя сдерживать свои эмоции.

– Тоня, Саше только двадцать лет! Она ещё университет не закончила. Какой нахрен семейно-строительный?

– А ты не злись, Вадим. У тебя появился шикарный шанс стать клёвым дедом, раз отцом не довелось.

– Дура, – огрызнулся Вадим и я немного взгрустнула. Оскорбления сыпались из бывшего как из рога изобилия – щедро и без остановки. – Пусть аборт делает, пока не поздно. И свадьбу отмените. Пусть поживут год-два вместе. Увидишь, сами разбегутся.

– Не умничай, полудурок. У тебя совета никто не просил. Тебя перед фактом поставили, если ты ещё это не понял. Аборта не будет, а свадьба будет!

– Ведьма, – процедил через зубы Вадим. – Это всё твоё воспитание, а точнее, его отсутствие. Нечего было шляться по командировкам. Нужно было заниматься воспитанием дочери.

– Во-первых, я не шлялась, а работала. Во-вторых, командировки случались у меня не так часто, чтоб помешать процессу воспитания дочери. А в-третьих, прежде чем предъявлять мне претензии, посмотри в зеркало и спроси у того мужика, которого ты там увидишь: занимался ли он воспитанием своей дочери или валялся по вечерам на диване в обнимку с пультом от телевизора?

Вадим попробовал возмутиться, но я быстро его приструнила, громко хлопнув по столу ладонью.

– Хватит, Вадим. Иначе сейчас поругаемся, а нам ещё вместе в ресторан идти и изображать из себя счастливую семейную пару, – последние три слова я красноречиво обрисовала в воздухе кавычками.

– В смысле изображать?

– Саша попросила, чтобы мы с тобой повременили с разводом. Она не хочет, чтобы на её свадьбы все твои родственники обсуждали нашу семью.

– Глупости. Мне плевать, что кто-то там что-то скажет.

– А Саше не плевать. А если ей не плевать, то и нам с тобой не плевать. И вообще, почему я должна тебе всё разжёвывать? Неужели ты настолько эгоист до мозга костей, что не можешь сделать хоть раз, как тебя просит об этом родная дочь?

– Я не актёр. Играть не умею.

– Да ладно тебе, Астапов. Мне-то не заливай. Ты не актёр, ты актёрище с большой буквы. Вы с Анькой "Оскар" заслужили, так ловко играли всю дорогу, – я горько усмехнулась. – Да и не только с Анькой. Я тебя, Астапов, на днях видела с девицей. И это была не Анька. Так что засунь свои принципы в жопу и ради дочери сыграй напоследок любящего и заботливого главу семьи Астаповых.

***

"Хочу тебя съесть", – прочитала сообщение от Марка, которое только что пришло на телефон и заулыбалась.

"У тебя сегодня разгрузочный день", – напечатала ответ.

"Я лишь претендую на поздний ужин", – не заставил себя долго ждать Марк.

Вздохнув, скосила взгляд в сторону Вадима. Фактически бывший муж, вцепившись в баранку автомобиля, следил за дорогой. Весь такой серьёзный, с нахмуренными бровями и вертикальной складкой, залегающей меж них. Я бы с огромным удовольствием махнула на всё рукой и без оглядки побежала к офигительно классному мужику, но есть в жизни вещи поважнее своих "хочучек". Благополучие Саньки – моё всё. Для Вадима, видать, счастье дочери – тоже архиважно, иначе сейчас мы не сидели в одной машине и не терпели общество друг друга.

Я слишком увязла в своих мыслях, а Марк оказался нетерпеливым. Не дождавшись ответа в течение двух минут, он решил набрать меня на мобильный. Конечно же, я приняла вызов. Наверное, не совсем правильно говорить с ним в присутствие Вадика, но это уже проблемы Вадика. И меня нисколько не будет мучить совесть.

– Царица, я что-то не очень понимаю, а почему у меня сегодня голодный паёк? – спросил Марк в шутливой манере, едва я успела принять входящий вызов.

– Привет, – ответила я и поспешила убавить на телефоне громкость – динамик-то громкий у меня, как оказалось.

– Привет, соскучился.

– Я тоже.

– Так почему мы сегодня не можем увидеться? Или ты специально меня динамишь?

– Нет, Марк, – грустно вздохнула, голову повернула в сторону окна. – Совсем не динамлю. Я сейчас еду в ресторан знакомиться с будущими сватами.

– С кем?

– Со сватами. Моя дочь через полтора месяца выходит замуж.

Марк завис. Даже находясь вдали от него, я смогла почувствовать его шок.

– Разве твоя дочь ещё не в школе учится? – менее бодрым голосом, чем минуту назад, поинтересовался Марк.

Мне стало неловко. Тему моей дочери мы никогда ранее не поднимали, а и тем более не обсуждали наши отношения. Поэтому именно сейчас, когда по левую руку от меня сидел Астапов, делать это как-то неуместно даже.

– Нет. Она уже достаточно взрослая. Ей двадцать.

– Ясно, – ответил Марик, а я по его голосу совсем ничего не смогла понять.

Очень некстати у Вадима зазвонил телефон, и он без промедления принял звонок. Отчего я решила попрощаться с Марком.

– Прости, мне сейчас неудобно говорить.

– Ты не одна, – констатировал факт.

– Да.

– Муж рядом?

– Именно.

– Тоже едет в ресторан знакомиться со сватами вашей взрослой дочери? – Я честно ответила "да" и тогда в голосе Марка впервые послышались ревнивые нотки: – Почему вы едете вместе? Разве вы не разводитесь?

– Марк, мне неудобно говорить. Я тебе потом всё объясню?

– Когда, Тонь, объяснишь?

– Потом. Пока.

Не став дожидаться ответной реплики, я ткнула на "красную трубку" и спрятала мобильный в сумку. К этому времени Астапов тоже завершил говорить и теперь сверлил меня глазами, косо поглядывая в мою сторону.

– Значит, Марк? – не выдержал Вадик, но я даже не удивилась этому. Бывший всю дорогу грел свои уши, пока я говорила с Марком по мобильному. Именно поэтому я не хотела ничего объяснять.

– Значит, он.

– И давно это у вас?

– Что "это", Вадим? – раздражённо переспросила я.

– Ты поняла, что я имею в виду! Давно ли мою жену имеет какой-то козёл?

– Во-первых, бывшую жену. А во-вторых, из вас двоих родственник козла – это ты, Астапов. Только без обид, окей? У меня не то сейчас настроение, чтоб выяснять с тобой отношения.

– Какая же ты всё-таки стерва, Тонька, – наигранно хохотнул Вадим, задумчиво почёсывая пальцами свой подбородок. – А играла из себя едва не великомученицу. Значит, вот чем ты занималась в своих командировках.

– Окстись, Аполлон Недоделович. Я же сказала, у меня нет настроения.

– Я понял, Тоня. Всё понял!

– Серьёзно? Я рада, что ты такой сообразительный.

– Вы с Анькой в тандеме работали.

– В смысле?

– Ты завела себе любовника, но не знала как от меня избавиться. Поэтому предложила своей подруге меня соблазнить. А когда твоя подруга влюбилась в меня и решила увести из семьи, я не повёлся на это. Я же тебя любил, стерву такую!

– Продолжай, мне даже интересно стало.

– Что продолжать? Ты и сама знаешь, что было дальше. Вы спланировали эту затею с труселями. Не удивлюсь, что именно ты, дорогая жёнушка, положила их в бардачок моей машины. Ну что могу сказать? Браво, Антонина! Избавилась от опостылевшего мужа в весьма извращённой форме. То-то я смотрю, ты так спокойно отреагировала на измену. Даже к Аньке в тот вечер припёрлась. Решила отпраздновать победу? А вот выкусите вместе с подругой, – дулю мне показал, как обиженный мальчишка среднего школьного возраста. – Я с твоей Анькой жить никогда не собирался. Ушёл от неё в тот же вечер. Впрочем, что я тебе всё рассказываю? Ты же и так всё знаешь.

Я засмеялась. Громко и искренне. Нет, ну какой же имбецил Астапов Вадим? И где были мои глаза немного раньше?! Ещё недавно я его уважала как личность, а теперь могу лишь пожалеть, потому что маниакально-тревожный синдром налицо, а это уже верный путь к психиатру.

– Смешно тебе, да? – обиженно фыркнул Вадик, а я вытерла в уголках глаз выступившие от смеха слёзы. От души повесил бывший. Не разозлил, а именно позабавил. Во даёт!

– Конечно, смешно. Поражаюсь бреду, который пришёл тебе в голову. Это выходит, какую многоходовочку мы разыграли с подругой. А я даже и не знала. Уверена, Анька тоже ни слуху ни духу.

– Почему бред? Как ты тогда объяснишь, что так легко смогла меня отдать своей лучшей подруге? Разве это не должно было тебя возмутить?

– Должно было. И возмутило. Но я тебя никому не отдавала. Я тебя из дому выгнала, когда узнала об измене.

– Так легко её приняла, да? А где же сопли, слёзы, ну это ваше бабское? А, Тонь? Почему ты даже не расплакалась ни разу? Неужели тебе на меня всё равно?

– А ты не достоин видеть моих слёз, Вадим. Я из-за тебя уже давно не плачу. Лет пять – так точно. Как раз с того момента, когда наши с тобой отношения перешли из разряда супружеских в разряд "пусть будут".

– Хм… – призадумался Вадим. – То есть ты меня уже давно не любишь?

– Разве это имеет сейчас какое-то значение? Брось, Вадик. Давай перестанем выяснять отношения и попытаемся расстаться хотя бы не врагами. Нам ещё видеться с тобой на всех днях рождениях Саньки, а в будущем и всех общих внуков, которые у нас с тобой родятся. Давай не будем делать друг другу нервы и позволим уйти в небытие весь наш брак? Видит бог, я желаю тебе только счастье, Вадим. И себе его желаю. Но прошу заметить, желаю для каждого из нас по отдельности.