Текст книги "Развод по-семейному. Разорванные узы (СИ)"

Автор книги: Ярослава Галич

Соавторы: Марта Левина
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц)

Глава 10 Злата

– Что вы там шепчетесь? – спрашивает дочь.

– Все в порядке, – произношу я. – Просто хочу, чтобы вы все правильно поняли. Мы с вашим отцом жить вместе больше не будем. Нас в любом случае ждет развод.

– Но мам.

– Все. Мы обсудили все бредовые идеи, выслушали ваше мнение. Мне стало понятно, что меня поддерживать вы не собираетесь.

Я встаю с пледа, отряхивая джинсы. Час назад я еще надеялась, что это просто кошмар. Что Артем откажется от своей идеи, и мы спокойно разведемся. Думала, что дети скажут ему правду в лицо. Но нет.

– Я за папу, – произносит сын. – Я хочу, чтобы мы жили вместе.

Мой пятнадцатилетний сын смотрит на меня виноватым взглядом Но слова уже сказаны. Он сделал выбрал. Выбрал иллюзию целой семьи вместо моего достоинства.

– Может, еще его новую женщину к себе позовем? – язвит дочь. – Устроим большую дружную семью?

– Полина, прекрати! – повышает голос Артем.

– Не кричи на дочь, – жестко произношу я, шагая между ними.

– Имею право.

– Ты больше никаких прав не имеешь. – Я смотрю ему в глаза, и он отступает от моего взгляда. – И диктовать, что делать детям тоже.

Повисает тишина. Где-то вдалеке смеются другие семьи на пикниках. Нормальные семьи, где отцы не устраивают голосования по поводу измен.

– Злата, давай без эмоций.

– Без эмоций? – Я коротко смеюсь. – Ты втянул наших детей в это дерьмо, заставил их голосовать за то, чтобы с чистой совестью ходить налево и просишь меня быть без эмоций?

– Мам... – начинает Илья.

– Не надо, Илюш. – Я поднимаю руку, не глядя на него. Не могу сейчас на него смотреть. – Собирайтесь. Мы уходим.

Начинаю складывать в корзину посуду. Тарелки звенят, одна падает на траву, но мне плевать. Полина, молча помогает мне, складывая салфетки и стаканчики.

– Мы не закончили разговор, – говорит Артем.

– Закончили. Еще тогда, когда ты решил, что твои желания важнее нашей семьи.

– У нас ничья, – произносит Артем, и в его голосе звучит что-то похожее на торжество. – Один голос за, один против. Значит, условия спора...

– Какого спора?! – Я разворачиваюсь к нему. – Ты думаешь, это игра? Ты думаешь, можно заключить сделку на тему моего унижения?

– Я думаю, что мы взрослые люди и можем договориться цивилизованно.

– Что-что? – Я качаю головой. – Ты хоть слышишь себя? Ты изменил мне, предложил открытый брак, втянул детей, устроил голосование, и теперь рассказываешь мне про цивилизованность?

– Если бы ты была готова к компромиссу...

– Я не буду идти на компромисс в вопросе собственного достоинства! – Голос срывается на крик, и несколько человек оборачиваются на нас. – Ты понимаешь? Я не товар на рынке, чтобы торговаться!

– Мама, пап, перестаньте, – шепчет Илья. Он сидит, обхватив колени руками, и выглядит таким потерянным, что сердце сжимается.

Но я не могу остановиться.

– Полина, Илья, идем. Сейчас же.

– Злата...

– Замолчи, – бросаю я Артему через плечо. – Просто замолчи.

Полина хватает корзину, Илья нехотя поднимается. Я беру сумку с пледом и термос. Мы идем через парк к остановке, и каждый шаг дается с трудом. В висках стучит от возмущения, перед глазами все плывет.

– Злата! Стой!

Тяжелые шаги за спиной. Артем догоняет нас, хватает меня за локоть.

– Отпусти меня.

– Нам нужно поговорить.

– Нам не о чем разговаривать.

Он сжимает мою руку сильнее.

– Ты не можешь просто уйти.

– Могу.

Я выдергиваю руку, но он снова хватает меня, уже за оба плеча и разворачивает к себе.

– Дети! – кричит он. – Идите к машине, садитесь и ждите!

– Пап... – начинает Илья.

– Я сказал, идите!

Полина тянет брата за рукав. Они медленно идут к нашей машине, оглядываясь через каждые несколько шагов. Когда они скрываются за рядом припаркованных автомобилей, я резко отталкиваю Артема.

– Не смей меня трогать.

– Послушай меня...

– Нет, ты послушай меня. – Я делаю шаг вперед, и он инстинктивно отступает. – Ты закончил? Ты закончил это цирковое представление?

– Это не цирк. Я пытаюсь найти решение, которое устроит всех.

– Всех? – Я смеюсь. – Тебя устроит. Твою любовницу устроит. А я должна улыбаться и делать вид, что все нормально?

– Злата, многие пары...

– Мне плевать на другие пары! – Я почти кричу. – Мне плевать, что там делают другие! Я не соглашалась на это, когда выходила за тебя замуж!

– Люди меняются. Отношения эволюционируют...

– Боже, ты хоть слышишь эту чушь, которую несешь? Ты изменил. Просто изменил. Не эволюционировал, не вырос. Ты нас предал. Называй вещи своими именами.

– Я не предавал.

– Ты спал с другой женщиной. Ты врал мне в глаза месяцами! Ты возвращался домой и целовал меня теми же губами, которыми целовал ее! И ты говоришь, что не предавал?

Он молчит и отводит взгляд.

– Я люблю тебя, – тихо произносит он, наконец. – Я все еще люблю тебя. Именно поэтому хочу сохранить семью.

– Ты любишь себя. – Я устало провожу рукой по лицу. – Ты любишь свой комфорт. Любишь иметь жену, которая готовит, стирает, растит твоих детей, и любовницу для развлечений. Вот что ты любишь.

– Это несправедливо.

Я снова повышаю голос.

– Ты втянул наших детей во все это! Ты заставил Илью выбирать между родителями! Ты заставил Полину слушать про твои похождения! И ты говоришь мне о справедливости?

– Они должны были знать...

– Они должны были остаться в стороне! – Я тыкаю пальцем ему в грудь. – Это наши проблемы, Артем. Наши. Не их. Но ты решил использовать их как козыри в своей грязной игре. Ты – мерзкий тип.

– Я не использовал. Я хотел узнать их мнение. Они уже почти взрослые люди. И уже через три года могут сами заводить семью.

– Ты устроил голосование! – Я почти задыхаюсь от ярости. – Ты заключил этот идиотский спор! Ты хоть понимаешь, какую ответственность взвалил на них?

– Я думал, что…

– Ты не думал! Ты вообще не думал ни о ком, кроме себя.

Повисает тишина. Артем стоит передо мной, и впервые за все это время я вижу в его глазах что-то похожее на сомнение.

– Злата, – говорит он тише, – я правда хочу, чтобы мы остались семьей. Я готов на компромиссы.

– Какие компромиссы? – Я качаю головой. – Ты будешь изменять мне раз в неделю вместо трех? Или будешь предупреждать заранее, когда идешь к ней?

– Мы можем установить правила.

– Ты хочешь установить правила для измен. Боже, как же низко мы пали.

– Другие пары справляются. И налаживают отношения. Становятся счастливыми.

– Я не другая пара! – Я делаю шаг назад. – Я – это я. И я не буду жить в браке, где мой муж спит с другими женщинами. Точка.

– Значит, ты выбираешь развод.

– Нет. – Я смотрю ему в глаза. – Ты выбрал развод. Тогда, когда полез в чужую постель. Я просто озвучиваю то, что ты уже сделал.

– Злата...

– Я подаю на развод. – Слова звучат твердо. – Сегодня. Как только приеду домой, я звоню адвокату и подаю на развод.

Он бледнеет.

– Подожди. Давай еще раз все обсудим...

Глава 11 Злата

– Нет. – Я качаю головой. – Обсуждать больше нечего. Ты сделал свой выбор. Я делаю свой.

– Дети...

– Дети переживут. – Я разворачиваюсь. – Они переживут развод. Но они не переживут, если я останусь в браке, где меня не уважают. Потому что тогда я научу их, что можно терпеть унижения. И я не хочу, чтобы Полина думала, что так должна жить женщина. И не хочу, чтобы Илья думал, что так можно обращаться с женой. Надеюсь, он поймет, что его позиция ошибочна.

– Злата, пожалуйста...

– Прощай, Артем.

Я беру детей под руки и иду прочь с парковки.

Чувствую, словно сбрасываю с плеч тяжелый груз. Пятнадцать лет брака, пятнадцать лет жизни – все это осталось там, на пыльной парковке городского парка.

Вызываю такси. Полина и Илья угрюмо смотрят по сторонам.

– Мам, – шепчет Полина, – прости.

– Тебе не за что извиняться, солнышко.

– Я поеду с папой, – заявляет Илья.

Я смотрю на него с удивлением.

– Илюша…

– Ничего не хочу слушать. Ты просто решила нас всех кинуть. Новой жизни захотелось?

– Да как ты смеешь так со мной разговаривать? – жестко спрашиваю его.

– Как хочу, так и разговариваю.

Подъезжает машина. Я открываю дверь и прошу детей садиться. Но Илья убегает в сторону.

– Как хочешь, – резко произношу я. И мы с дочерью выезжаем с парковки. Смотрю в окно и вижу, как сын идет к отцу.

* * *

Мы приезжаем домой. Благо муж решил, скорее всего, сына отвезти моим родителям, чтоб не мешал ему. А сам поди поехал развлекаться.

– Мы теперь будем жить вдвоем? – задает вопрос Полли.

– Я думала, Илья будет с нами. Но пока он хочет жить с отцом – пусть живет. Это его право. Возможно, со временем он одумается и поймет, что папа ошибался, и его предложение было совершенно не приемлемо для меня.

– Ладно, – произносит дочь. – Прорвемся. Я, правда, сначала думала, что ты решила нас бросить и заниматься только собой. Но папа перешел все границы.

Мы поднимаемся в квартиру. Дочь идет в свое комнату. Я же на кухню. Варю себе кофе и хочу отвлечься от плохих мыслей.

Но буквально через пять минут мне звонит сестра.

– Диана, если честно у меня нет настроения разговаривать, – произношу в трубку.

– Не вопрос, я скоро к тебе приеду. Нам нужно обсудить наши проблемы. И это действительно проблемы.

Она не дает мне ничего сказать и бросает трубку. А уже через час сидит напротив меня в кухне.

– Папа ушел из дома, – сообщает она.

– Логично, – киваю я головой.

– Да. Но он все равно приведет нам своего сынка. Почему ты не хочешь с ним встретиться раньше того момента, как папа введет его в семью? – возмущается Диана.

– А смысл? Решение свое папа не поменяет. Это факт. Познакомимся раньше или позже, уже роли не играет.

– Нет! – настаивает сестра. – Мы должны все выяснить заранее.

– Хорошо, – устало соглашаюсь я. – Выясняйте.

– Мы с Женей хотим, чтобы мы втроем поехали к нему.

– Уже выяснили адрес? – вздергиваю брови.

– Да. Скоро подъедет Жека, и мы поедем.

Наглость и напористость мой сестры всегда меня поражала. Ей было все равно, что в этот момент думают другие. Если ей хотелось, чтобы было именно так, то так она и поступала.

Пока мы ждем брата, я захожу на портал Госуслуг и подаю заявление на развод. Нужно еще найти адвоката. Ведь нам еще придется делить детей. Илюша явно выразит желание жить с отцом.

– Хорошо, – соглашаюсь. – Поеду с вами.

– Полли, – зову дочь. – Мы с тетей Дианой отъедем ненадолго. Остаешься дома одна. А если приедет папа – не поддавайся на его уговоры.

– Хорошо, – слышу ее голос из комнаты.

Еще через час мы уже едем в машине Жени.

– Злат, я понимаю, у тебя своих проблем выше крыши. Но и про семью ты бы тоже не забывала. У нас одна цель и один интерес, – произносит брат.

– Я не забываю. Просто от того, что мы познакомимся с братом, ничего не поменяется.

– Посмотрим, – лукаво произносит Женя.

Неужели, он уже что-то задумал? Я напрягаюсь. Диана спокойно смотрит в окно и молчит. Словно дает возможность брату убедить меня в их правоте.

Что ж.

Посмотрим.

Мы подъезжаем к дому.

– Надеюсь, вы не собираетесь всей кучей ввалиться в их дом? – спрашиваю я.

– Нет. Я позову его в кафе, – произносит Жека. – А вы просто ждите меня здесь.

Он скрывается в подъезде. Минут десять его нет.

– Что он так долго? – нервно спрашивает Диана.

– Не знаю. Пойдем проверим.

Мы поднимаемся на нужный этаж. Но никого на лестничной площадке не обнаруживаем.

Глава 12 Злата

– Где он? – в панике произносит Диана. – Неужели, вошел в квартиру?

– Звони.

– Куда? Я не знаю номера квартиры.

– Да что за детский сад, – вырывается у меня. – Звони ему на телефон. Не можем же мы тут куковать в подъезде.

Диана набирает номер брата. Но на звонки он почему-то тоже не отвечает.

– Он испарился что ли? – не успокаивается сестра.

– Ага, – киваю я, – в одну из этих квартир.

Тут вдруг открывается дверь и на площадку вылетает Жека. Дверь за ним резко раскрывается.

– Что это было? – спрашиваю я.

– Он придурок! – нервно орет брат и отряхивает себя, словно падал в пыль. – Он реально ненормальный. Он затащил меня в квартиру и стал угрожать, чтобы ни я, никто либо другой из нашей поганой семейки здесь не появлялись.

– Чего? – протягивает Диана. – На себя бы посмотрел, идеальный наш.

Мы спускаемся вниз. Я жду, когда Женя успокоится, чтобы ехать обратно.

– А я вам говорила, что это дурацкая затея. Вот не послушали старшую сестру – разгребайте.

– А что ты улыбаешься? – недовольно скрипит зубами брат. – Он полил нас грязью. А мы должны его принять в семью. Разве это нормально?

– Нет. Но его тоже можно понять. Наш отец не принимал особого участия в его жизни. А теперь, когда тот взрослый парень, вдруг решил вспомнить, что у него еще есть ребенок. Любой бы на его месте воспринял все негативно. И да, любить нас он не обязан, – спокойно произношу я.

– Ты это папашке нашему скажи, который уже повернулся на его фоне.

– Я думаю, что он просто чувствует свою вину.

– Поехали домой, – просит Диана.

Женя садится за руль, и мы, наконец, покидаем это место.

Сначала они завозят меня домой, а потом уже едут по своим делам.

* * *

В понедельник меня с самого утра встречает недовольное выражение лица моего босса. А я должна представить ему свои выводы и способы решения данной проблемы.

Но семейные неурядицы меня так отвлекли, что я совершенно забыла, что должна была подготовить краткий отчет о сложившейся ситуации.

Ровно в девять Яков Александрович Быстров вызывает меня к себе. Его вечно грозный и недовольный вид пугает всю нашу компанию. Никто лишний раз не хочет оказаться в его кабинете.

Вот только я почему-то с незавидной регулярностью оказываюсь перед ним на ковре. Словно это я виновата в том, что наши клиенты уходят к конкурентам.

– В пятницу, вы утверждали, что у вас есть мысли идеи, – начинает он, сверля меня своими черными глазами. Мне в очередной раз становится не по себе от этого его почти рентгенного взгляда, пронизывающего меня до костей.

– Да, у меня есть предположение, что их уводят сознательно. Видимо, конкурент подсуетился сам. Либо кто-то из наших сотрудников сливает конкуренту данные клиентов и тот просто их перекупает. Но пока я не знаю, как вычислить этого сотрудника.

Яков встает с кресла и медленно подходит ко мне, встает рядом, нависая как скала надо мной.

– Уверены, что этот человек не из вашего отдела?

– Нет. Но и указывать пальцем на кого-то я тоже не стану. Доказательств нет.

– Не проблема. Служба безопасности разберется. Теперь главное, вы должны срочно найти нам двух стоящих клиентов, чтобы мы не попали в просадку.

– Почему я? Я не менеджер по поиску клиентов. Я руководитель отдела.

– Меня совершенно не волнует, каким способом вы это сделаете. Но вы обязаны это сделать.

Я вздыхаю. Какой же он все-таки твердолобый.

– Хорошо, я постараюсь.

– Будьте любезны, – холодно произносит он и снова окатывает меня таким взглядом, что у меня мурашки пробегают по телу.

– Свободны.

Я быстро покидаю кабинет, лишь бы больше не видеть этого каменного лица.

Интересно, в нем вообще есть хоть что-то живое? Или он всегда был таким роботом? Все на автомате. Все ледяным тоном. Как будто он не с людьми работает, а с такими же роботами, как и он сам.

Возвращаюсь в свой кабинет, прошу секретаря – помощника принести мне кофе. Вызываю к себе зама. И пересказываю разговор с боссом.

– Нифига себе, – заявляет Гена.

– Вот-вот. Надо что-то делать и срочно. Понимаешь?

– Угу. Клиентов я попробую поискать. Но искать крысу среди нас – это последнее дело.

– Согласна, конечно. Но если ты мне сможешь объяснить, почему оба клиента, с которыми у нас подписаны договоры и с которыми начаты проекты вдруг резко ушли в закат, буду только рада. Их явно увели.

– Не объясню. Но, пожалуй, соглашусь с тобой.

– Поэтому все силы бросаем на то, чтобы залатать внезапные финансовые дыры. Иначе дядя Яша нас съест и не поперхнется, – выдавливаю из себя улыбку.

Вся компания за глаза зовет нашего босса «дядей Яшей», хотя ему всего сорок пять лет. И выглядит он очень хорошо и представительно. Явно занимается в тренажерках и бегает по утрам. Его всегда подтянутая фигура только восхищает всех.

Я вот не могу заставить себя бегать по утрам, сколько не пыталась. Лень. Понимаю, что надо начинать, но никак не доходят руки.

– Ладно, Злат, я тебя понял. Пойду думать.

– Слушай, а может поговорить с ними? Может, они сами скажут, почему ушли?

– Брось. Им уже предложили другие более крутые условия. Они уже и думать про нас забыли.

– Возможно, ты прав, – задумчиво соглашаюсь я.

Гена уходит. Но эта мысль не дает мне покоя. Может, все-таки стоит ее проверить? Пока служба безопасности выяснит и найдет виновника. Я смогу быстрее поговорить с ними сама.

Раздается звонок на рабочий телефон. Яков снова вызывает меня к себе.

Я уныло поднимаюсь на его этаж, стучу в кабинет и вхожу, после его согласия.

– Вызывали?

Он снова бросает на меня свой темный взгляд.

– Да. Завтра мы летим в командировку.

Глава 13 Злата

Его голос звучит ровно и без интонаций. Лицо, как каменная маска.

За три года работы в компании я ни разу не видела, чтобы Быстров улыбнулся или хотя бы нахмурился.

Эмоций ноль.

Абсолютный ноль.

Иногда мне кажется, что он вообще не человек, а какой-то идеально запрограммированный робот в дорогом костюме.

– Садитесь, – кивает он на кресло напротив своего массивного стола

По коже пробегают мурашки. Не от страха.

Я его не боюсь.

Но что-то в этом человеке заставляет инстинкты напрягаться, словно организм чувствует опасность на подсознательном уровне.

Я опускаюсь в кресло, скрестив ноги. Встречаюсь с ним взглядом. Его черные глаза смотрят на меня с каким-то странным любопытством. Словно я какой-то экспонат для изучения.

От этого взгляда становится не по себе. От него исходит плотный и осязаемый мрак.

– Завтра в девять утра вылетаем в Новосибирск, – повторяет Быстров, не отрывая от меня взгляда. – Командировка на неделю. Переговоры с потенциальными партнерами, затем проверка филиала. Билеты заказаны, отель забронирован.

Я моргаю, не сразу понимая, что он имеет в виду.

– Простите, мы вылетаем? – переспрашиваю я, чувствуя, как внутри начинает закипать возмущение.

– Вы меня прекрасно расслышали.

– Яков Александрович, – я выпрямляюсь в кресле, стараясь сохранять спокойствие. – Когда я устраивалась на работу, мы четко оговаривали условия. Никаких командировок. У меня двое детей, семья. Я не могу просто так взять и уехать на неделю.

Он продолжает смотреть на меня с тем же невозмутимым выражением лица. Ни намека на понимание или сочувствие.

– Обстоятельства изменились, – говорит он. – Мне нужен именно ваш опыт в этих переговорах. Геннадий не может, а Кравцова в декрете. Вы – единственный специалист нужного уровня.

– Тогда перенесите переговоры! – я уже не сдерживаю раздражения. – Или найдите другого специалиста. Яков Александрович, у меня двое детей. Я не могу оставить их на неделю.

– Решайте вопрос с детьми, – обрывает он меня тем же ровным, ледяным тоном. – Это не обсуждается, Злата Анатольевна. Это рабочая необходимость.

Я встаю, упираясь руками в стол. Холод от него накатывает волной. Сердце колотится от возмущения.

– Нет, это обсуждается! Мы заключали договор на определенных условиях. Я отличный специалист, я выполняю свою работу безупречно, но я не обязана ломать свою жизнь из-за чьей-то болезни!

Быстров медленно встает с кресла. Взгляд его становится еще более пристальным и изучающим. Мне кажется, или в уголках его губ мелькнула тень интереса?

Но нет, лицо снова абсолютно бесстрастное.

– Вы не обязаны, – соглашается он. А от его спокойствия меня начинает трясти. – Но тогда придется пересмотреть ваш контракт. Возможно, вам стоит поискать работу с более гибкими условиями.

Я сжимаю кулаки. Он шантажирует меня. Прямо в лицо, даже не скрывая это.

– Это нечестно, – говорю я сквозь зубы.

– Это бизнес, – отвечает Быстров. – Девять утра, аэропорт Домодедово. Не опаздывайте.

Он опускает взгляд на документы перед собой, давая понять, что разговор окончен.

Я стою, чувствуя, как внутри все кипит от бессилия и ярости. Хочется что-то крикнуть, хлопнуть дверью, послать его подальше вместе с командировкой.

Но я понимаю, что он не блефует. Быстров никогда не блефует. Он просто ставит перед фактом.

Холодно и безэмоционально, как айсберг, который не заметит, если ты об него разобьешься.

– Хорошего вечера, – бросаю я и разворачиваюсь к выходу.

– Злата Анатольевна, – его голос останавливает меня у самой двери.

Я оглядываюсь. Он снова смотрит на меня. И в этом взгляде я ощущаю то самое странное любопытство, от которого хочется поежиться.

– Возьмите теплые вещи. В Новосибирске сейчас холодно.

Я выхожу, не ответив, и только в коридоре позволяю себе выдохнуть. Руки дрожат от злости и ощущения полной беспомощности.

Что я должна сказать Полли? Сказать мужу, что я вынуждена уехать на неделю? Да он же заберет и Полину к себе. Потом сфабрикует факты, что я не забочусь о собственных детях. А на суде будет заявлять, что работа для меня важнее детей, поэтому им лучше жить с ним.

Это провал.

По всем направлениям.

Поеду в командировку – плохо. Не поеду – плохо. И выхода из этой ситуации нет.

Черт бы побрал этого Быстрова.

Черт бы побрал моего мужа.

И вообще всех мужиков с их чертовыми амбициями!