Текст книги "В глазах бесконечности (СИ)"

Автор книги: Яна Янина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 33 (всего у книги 38 страниц)

Беловолосый встал на одно колено перед Амай. В руках мужчина держал бархатную коробочку. Внутри покоилось фамильное обручальное кольцо, которое передавалось из поколения в поколение, оно было наделено проклятой энергией, защищало владельца от злых духов. Золотое тонкое колечко с редчайшим голубым сияющим алмазом. Амай не поверила своим глазам, она замерла.

– Такацудзи Амай, ты разделишь со мной вечность? Ты станешь моей женой?

– Похоже, запретное царство всё-таки свело тебя с ума…

– Не такой ответ я хотел услышать, – Сатору улыбнулся, он готов был ждать положительное слово вечно. – Каков твой ответ?

– Сильнейший хочет связать себя узами брака? Я точно не сплю? – Амай не могла остановиться от язвительных комментариев.

– Так ты хочешь замуж или нет?

– Конечно же хочу! Я согласна быть твоей женой, Годжо Сатору.

Он не ожидал другого ответа, но был удивлён, что Амай ответила не сразу. Мужчина надел кольцо на палец невесты, а после крепко обнял свою будущую жену.

Девушка прижалась к Сатору, она рассматривала кольцо на пальце и пыталась поверить в происходящее. Она – невеста и будущая жена сильнейшего шамана современности. Амай понимала, что это большая ответственность, ведь девушка вступает в клан Годжо, который боятся, ненавидят и уважают. И если для красноволосой это значило многое, то вот Сатору было плевать на кланы и подобное. Он выбирал сердцем, не обращая внимание на положение их родов.

Пока шаманы собирались к Сёко, взгляд Амай часто падал на кольцо. То непривычно сидело на пальце и источало проклятую энергию. Сатору рассказал, что оно отпугивает злых духов и защищает владельца. Но вряд ли спасёт от другого шамана или такого, как Сукуна.

– Может, мне спрятать его? Не хочу, чтобы на нас пялились.

– А я хочу! Хочу, чтобы все знали, что мы теперь муж и жена!

– Но мы не…

– Тихо, я всё устрою. Просто дай время, – Сатору загадочно улыбнулся.

– Что устроишь?

– Зарегистрируем брак в другом городе, просто распишемся. А, когда всё это закончится, сыграем самую роскошную свадьбу на свете!

– Похоже, невеста тут явно не я, – буркнула себе под нос Амай.

– Ты что-то сказала?

– Нет.

Позже, в палате Сёко, подруга обратила внимание на кольцо. Она была искренне рада за Амай и Сатору. Но её мимолётная улыбка пропала, когда шаманы начали рассказывать Годжо о том, что произошло, пока он сидел в заточении: о разрушении Сибуи, смерти Нанами, коме и спасении Нобары, сестре Мегуми и самом ученике. О встрече с предком Такацудзи и том, как создали клан Амай и Итадори. Ни один мускул не дрогнул на лице Сатору, он спокойно выслушал рассказ, а после дал Сёко исследовать здоровье. Она подтвердила, что с мужчиной всё хорошо.

– Не хочешь встретиться со своими учениками? – спросила Сёко. – Сегодня они собираются в лекционном зале.

– Зачем? У меня есть другие дела.

– Они были бы рады увидеть тебя, Сатору, – Амай разделяла желание подруги. – К тому же, это поднимет их боевой дух.

– Что вообще они делают в зале?

– Кусакабэ обучает их. Они готовятся к битве с Сукуной.

– Серьёзно? Зачем? – недоумевал беловолосый шаман. – Я сам сражусь с ним и выиграю.

– Но, не лучше сделать это вместе? – Амай сложила руки на груди, ей не нравился ход мыслей Сатору.

– Я уже вызвал его на битву, это только наш бой. Мы выясним, кто из нас по-настоящему сильнейший шаман.

Красноволосая нахмурилась, а Сёко снова закурила. Никому из них не нравилась идея Годжо, даже если он и сильнее всех их вместе взятых, в любом случае нужно было иметь запасной план и помогать, если что-то пойдёт не так. Но Сатору взвалил на себя данную ношу и не собирался принимать какую-либо помощь. Амай не могла сказать вслух, что сомневается в сильнейшем шамане современности, но и допустить его смерть – не имела права.

– Пожалуйста, давай мы хотя бы поможем тебе. Хоть как-нибудь, – красноволосая села на кушетку к Сатору.

– Не могу поверить! Ты что, сомневаешься в моих способностях? – он театрально схватился за сердце.

– Гакуганджи и Утахиме могут помочь, не вмешиваясь в бой, – напомнила Сёко.

– Их проклятие усиливают способности других, я помню, – кивнул мужчина. – На это я согласен.

В палату заглянул Ино, который хотел поговорить с Сатору, Сёко и Идзити о проклятом оружие Нанами. Шаман обучался у Кэнто и был сильно расстроен, когда узнал о смерти наставника. Он хотел забрать его оружие, ведь то было наполнено проклятой энергией Нанами, наследие мужчины продолжало жить в его тесаке. Сатору удивился тому, что разрешения спрашивают у него. Впрочем, у Нанами не было семьи, поэтому все его вещи передались колледжу – так было написано в завещании блондина.

Неожиданно для всех в палату ворвалась Саеми, с раскрасневшимся лицом, она упала в объятия старшего брата. Амай совершенно забыла рассказать мужчине о том, что произошло с кланом и сестрой, поэтому он удивился визиту девушки. Сатору посмотрел на Амай, та виновато пожала плечами

– Наконец-то! Брат, где ты был сутки? Мы вообще-то тебя ждали! – она ударила мужчину по груди. – Ты хоть представляешь, что я пережила, пока тебя не было!? Как ты мог попасться в ловушку!? Обещай, что больше никогда не оставишь нас! Ты же сильнейший!

– Обещаю, Саеми, – беловолосый прижал к груди сестру и взъерошил волосы. Он широко улыбнулся, от чего стали видны ямочки на щеках. – Я больше не пропаду.

Девушка что-то пробубнила себе под нос, она пыталась сдержать слёзы.

– Амай, не объяснишь, что моя сестра тут забыла?

Красноволосой пришлось рассказать о семье Годжо и непослушании младшей сестры. И пока девушка пересказывала свои приключения, Сатору то удивлялся, то смотрел на невесту с обожанием. Он был благодарен ей за спасение родителей и сохранение жизни сестры.

– Я отправлю тебя к родителям, – Годжо посмотрел на сестру.

– Что!? Нет! Я хочу помочь вам в битве! Я стала сильнее!

– Да, я это чувствую. Но ты всё ещё плохо контролируешь проклятую энергию. Тебе предстоит много учиться, но сейчас ты должна быть с родителями.

– Я не уйду, – Саеми отстранилась от мужчины.

– Тогда, давай сразимся! Если я проиграю – останешься.

– Давай!

– Что!? – Амай и Сёко одновременно вскочили со своих мест.

А брат с сестрой вытянули кулачки и сыграли в камень-ножницы-бумагу. Три раунда определили победителя и Саеми понурила плечи.

– Так нечестно! Ты даже в такой игре побеждаешь!

– Собирай вещи, через час будешь уже с родителями.

* * *

Амай уговорила Сатору посетить лекцию Кусакабэ и это был первый и последний раз, когда мужчина присутствовал на таком мероприятии. Они шли по пустому коридору огромного здания, вокруг стояла тишина, лишь стучали каблуки шаманов.

– Спасибо, – внезапно сказал Годжо.

– За что?

– За то, что сберегла сестру и помогла моим родителям уехать, – беловолосый обнял девушку за талию. – Представляю, как тяжело было уговорить отца уйти. Он наверняка хотел сражаться.

– Да, так и есть. Он намеревался вернуть тебя. Но я убедила их, что лучше оставаться в безопасном месте.

– Знаешь, ты стала сильнее за девятнадцать дней. Не смотря на то, что твой клан был создан искусственно.

– Спасибо, что напомнил, – Амай нахмурилась.

– Извини, – он ущипнул её за щёку. – Это неважно, как создали твой клан.

– Я знаю. Но не стоит напоминать про это.

Когда Сатору зашёл в лекционный зал, многие ученики не поверили своим глазам. Они явно не ожидал визита наставника. Кусакабэ перестал читать лекцию, выронив чупа-чупс из рта. Вальяжно спускаясь по аудитории к кафедре, Сатору осматривал зал, будто это его личные владения. Он улыбался. Амай шла за ним, она смущённо спрятала руки в карманы брюк. В отличие от Сатору, ей никогда не нравилось внимание. Будто почувствовав, беловолосый обернулся и взял мечницу за руку.

– Ну, я вернулся, – заключил он, оказавшись рядом с Кусакабэ.

Тот озадаченно смотрел на красноволосую, которая одним лишь взглядом молила не задавать вопросов. Ученики бурно отреагировали на слова наставника, кто-то начал рукоплескать, улыбаться и свистеть. Такого тёплого приёма Сатору не ожидал, он был рад, что его так любят.

– Учитель! – Итадори поднялся из-за парты, а вместе с ним встал Чосо. – Когда мы надерём зад Сукуне?

– Я буду сражаться с ним один. Я же сильнейший. Я выиграю!

Маки закатила глаза и вздохнула. Не все верили в слова мужчины, но Итадори искренне надеялся, что Годжо вытащит Мегуми и уничтожит общего врага.

– Но вы всё равно должны быть готовы! Кто знает, сколько вражеских шаманов осталось, – Кусакабэ не хотел, чтобы студенты расслаблялись.

– Годжо-сенсей, вы не хотите остаться, чтобы обсудить запасной план по устранению Сукуны? – спросил Юта.

– Нам не нужны запасные планы, – отмахнулся мужчина. – Но если что, я всегда готов ответить на ваши вопросы и просьбы.

Сатору покидал аудиторию под возгласы студентов, будто какая-то звезда. Он быстро ответил на их вопросы, потрепал кого-то за волосы. Выглядел мужчина счастливо и будто не существовало ни Сукуны, ни скорого боя с ним. Амай всё это время находилась в стороне, она молча наблюдала за происходящим. Но в душе сильно тревожилась за любимого, пугала его излишняя самоуверенность.

– Он не шутит? – Кусакабэ тоже наблюдал за студентами и беловолосым. – Он сразится с Сукуной один?

– Да.

– Но нам нужен план! Что, если Годжо проиграет?

– Только не произноси это при нём, – шепнула Амай. – Да, нам нужен план, Ацуя. Поэтому мы здесь и собираемся. Даже если в нём не будет участвовать Сатору, мы всё обсудим и придумает запасные пути.

– Он же в курсе, что мы не сможем помочь ему, если выступит один?

– Он уверен в своей победе.

– А ты?

Девушка не успела ответить, так как студенты вернулись на места, чтобы дослушать лекцию. Амай осталась в аудитории до конца дня. Она задумчиво смотрела в одну точку, раздумывая над поведением Сатору. Он действительно собирался провести бой один на один. Красноволосая понимала, что Годжо должен сделать это один, ведь его способности могут задеть и союзников, а сдерживаться при сражении с Сукуной нельзя. Но она не могла разгадать, почему Сатору так хочет доказать всем, что он сильнейший, показать ученикам, что может стоять наравне с Двуликим и, возможно, превзойти его. Ей совершенно не хотелось думать, что случится, если беловолосый проиграет.

* * *

Потребовалось всего лишь несколько дней, прежде чем все узнали о помолвке Амай и Сатору. Кто-то не реагировал вообще, другие же удивлялись. Утахиме, которая всё ещё не могла поверить в то, что её подруга встречается с таким бесячим шаманом, оказалась не готова к такой новости. Однажды она столкнулась с Амай в коридоре и, остановив ту, решила высказать всё, что накипело.

– Амай, ты правда вышла за него? – девушка рассматривала кольцо на пальце мечницы. – Он же ненадёжный, ветреный, просто невыносимый!

– Иори, успокойся, – мягким голосом ответила красноволосая. – Это был лишь вопрос времени. Ты же знаешь, что мы знакомы с ним уже много лет.

– Да, я помню, как ты рассказывала о его поцелуях, которые ни к чему не приводили.

– Но это уже в прошлом. Сейчас всё иначе. Сатору, конечно, остаётся большим ребёнком, но он берёт на себя ответственность, когда это необходимо.

– Ты много видела шаманов, которые живут в браке? Прости, но этот брак не приведёт к хорошему. Мы сражаемся с Сукуной. Вдруг кто-то из вас умрёт? Что тогда ты будешь делать?

– Я не допущу этого.

– Амай, я волнуюсь за тебя. Я рада, что ты обрела счастье. Но, будь осторожна. Не утопай в чувствах. Я видела достаточно смертей и то, как их переживали влюблённые шаманы.

Утахиме считала, что Годжо просто играется с подругой и, когда Амай ему надоест, он бросит её. Так было со многими девушками, которые попались в ловушку беловолосого. Но шаманка даже не представляла, как далеко зайдёт эта игра. Она боялась, что чувства шаманов когда-нибудь приведут к трагедии, если кто-то из них погибнет. Она видела драму Мивы, которая с тех пор не восстановилась полностью. Утахиме боялась, что такое ждёт многих шаманов, ведь они сражаются с проклятьями. А сейчас с тем, кого невозможно победить.

– Всё будет хорошо, Иори, – Амай обняла подругу. – Не беспокойся за меня.

– Я…

– А если что-то случится, ты же всегда сможешь поддержать меня, правда?

– Конечно, – вздохнула девушка.

Дни летели быстро, шаманы продолжали тренироваться и разрабатывать план, с помощью которого они бы одолели Сукуну. Амай тоже присутствовала на всех занятиях, она была опорой для студентов и помогала им. А вот Сатору не любил ходить на данные мероприятия, ссылаясь на другие дела – он тренировался в одиночку. Когда красноволосая была свободна, занимал всё её оставшееся время.

Сатору, будто банный лист, всюду ходил за девушкой. Будто преследовал её. Но та была не против, ей нравилось общество сильнейшего. Они долго разговаривали о будущем шаманов и своём собственном. А чем ближе приближался день икс, тем тревожнее себя ощущала Амай. Она боялась за Сатору, ей не хотелось отпускать его одного в битву.

Ранним утром мечница проснулась и не обнаружила рядом любимого. Он не оставил записки и не предупредил об уходе. До битвы с Сукуной ещё далеко, поэтому Амай не переживала, что Сатору ушёл сражаться и не попрощался.

Пока красноволосая заваривала чай, ей позвонил Юта. Обычно ученик не использовал телефон, поэтому звонок показался подозрительным. Юноша сообщил, что Сатору собирается навестить старейшин. Через несколько минут девушка присоединилась к нему.

Старейшины обитали недалеко от токийского убежища. Их местоположение знали только избранные, но с приходом хаоса в магический мир, таких почти не осталось.

Внутри небольшого здания, состоящего из длинных коридоров, Амай нашла второкурсников и Сатору. Девушка сложила руки на груди.

– Ну и что вы тут делаете?

– О, любимая! – Сатору сделал вид, что он тут ни при чём. – Уведёшь их отсюда? Они хотят мне помочь. А я ведь только хочу поговорить со стариками.

– Сенсей, они объявили награду за вашу голову! – не унимался Юта. – Я пойду с вами! Вдруг вас снова поймают?

– Юта-а! Лучше контролируй потоки своей проклятой энергии, она слишком грубая! Этим ты мне поможешь больше.

– Не обижайте Юту, сенсей, – пробубнил Панда.

– Всё, уходите, – Сатору скорчил смешную рожицу, он толкал учеников в спину, подгоняя к выходу. – Амай, помоги мне!

– Нет уж, я останусь с тобой.

– И ты туда же!?

– Годжо-сенсей, я всё-таки настаиваю на обмене телами. Если вы умрёте…

– Я не умру! А теперь – уходите.

– Что за обмен телами? – поинтересовалась красноволосая.

– Мы уйдём, но только потому, что пришла Такацудзи-сенсей, – хмурая Маки развернулась к выходу и остальные студенты последовали за ней.

Амай хоть присутствовала на лекциях и тренировках, некоторые детали ускользали от неё. У Юты был план, на случай, если Годжо умрёт. Кроме юноши в победе Сатору сомневались Маки и Кусакабэ. Когда студенты всё-таки оставили сенсеев наедине, Сатору облегчённо вздохнул. Он обернулся на массивную дверь – именно там восседали старейшины шаманов.

– Юта хочет обменяться со мной телами, чтобы усвоить техники. Если я погибну, он займёт это тело и примет бой. Это на самый крайний случай.

– Как он собирается занять тело? – сама мысль о том, что в Сатору поселится кто-то другой, ужасала Амай.

– С помощью техники Кендзяку. Юта готов на всё ради победы.

– Я не согласна! Я запрещаю это делать, – красноволосая нахмурилась.

Она не хотела думать о том, что случится, если её будущий муж умрёт. Он был сильнейшим, поэтому, если Сукуна одержит победу – всё разрушится. Красноволосая кусала губы, она погрузилась в размышления. Заметив состояние девушки, Сатору взял её руку.

– Всё равно этого не случится, я выиграю!

Он говорил это уверенно и искренне верил в победу. Амай же не могла полностью довериться Сатору, она сомневалась в его словах. Где-то в глубине души считала, что мужчина берёт на себя такую ответственность, так как знает, что с ней больше никто не справится. И, даже если он будет знать о том, что погибнет, это не остановит его от битвы с Сукуной.

Он не принимал помощь, не ходил на лекции по разработке плана. Просто потому, что считал это ненужным для себя. Но Амай всегда была рядом со студентами, она планировала атаку вместе с ними и, как бы тяжело не было, они продумывали план на случай, если погибнет Годжо.

– Старейшины ожидают, – Сатору не хотел, чтобы Амай заходила внутрь.

– Я подожду тебя здесь.

– Ты уверенна, что хочешь слышать то, что будет происходить?

– Если бы ты позволил, я бы присоединилась к тебе.

– Нет, это только моё дело. Позволь взять на себя ношу злодея.

– Злодея? – Амай усмехнулась. – Кто ещё из нас всех злодей…

– Я скоро вернусь. Не пускай сюда никого.

Мужчина взъерошил волосы девушки и скрылся за массивной дверью. В той комнате обитали старейшины, те самые, которые объявили «вне закона» Сатору, Амай, Ягу и других магов, которые помогали выпустить Годжо из заточения. Во время миграции они продолжали сидеть в логове и ничего не делать. От старейшин не поступало приказов. Во времена магического кризиса те, на ком держался мир шаманов, спрятались и молчали.

Сатору никогда не скрывал неприязнь к тем шаманам, он часто пререкался с ними и нарушал запреты. За это верхушка ненавидели его, но из-за силы – боялись. Поступок Кендзяку в какой-то мере развязал им руки, они объявили охоту на неугодных магов. Амай понимала Сатору, он хотел расчистить путь для юных магов. А старые устои, которые до сих пор существовали, мешали это сделать. За безучастие и другие прегрешения, Годжо решил уничтожить верхушку. Он запретил мечнице идти с ним, не хотел, чтобы она брала на душу такую тяжёлую ношу, ведь убивать собратьев-магов не то же самое, что проклятья.

ЧАСТЬ 2. ГЛАВА 24. НАДЕЖДА НА БУДУЩЕЕ

Тренировки продолжались каждый день. Амай ощущала, как в ней растёт проклятая энергия, как она становится сильнее. Она была уверенна, что студенты чувствуют тоже самое, ведь все старались в короткие сроки усвоить многое.

Сегодня Кусакабэ учил её тайной технике. Они собрались рано утром в тренировочном зале. Амай держала фамильную сломанную катану. Внутри неё всё ещё оставались вложенные техники, без половины лезвия сражаться оружием невозможно. Ацуя хотел помочь, но раскрывать секретные техники при других, не желал. Шаман поддерживал репутацию среднестатистического мага, который не слишком силён. Всё потому, что он ненавидел работать и, уж тем более, сражаться. Кусакабэ снял пиджак и засучил рукава на белой рубашке.

– Моя техника связана с теневым стилем, с помощью проклятой энергии ты сможешь продлить свой меч и сделать его твёрдым. Техника может резать плоть, как обычное лезвие. Усвоить её не трудно, если хорошо манипулировать проклятой энергией.

– Погоди, а разве можно раскрывать технику кому попало?

– Ты не кто попало, Амай. Я помогаю тебе, ради всеобщей победы. А теперь, приготовься.

Новая техника давалась непросто, даже после того, как красноволосая скопировала ту, прикоснувшись к Кусакабэ. Благодаря его объяснениям, смогла лучше понять, как привести её в действие и держать активной продолжительное время.

Амай почувствовала тошноту, с самого утра живот крутило, но девушка не обратила на боли внимания. Она решила, что это обычное недомогание от усиленных тренировок. Схватившись за место боли, красноволосая перестала концентрироваться.

– Что с тобой? – Ацуя обеспокоено посмотрел на девушку.

– Мне нужен перерыв.

Мечница провела несколько минут в туалете. Обнимаясь с белым другом, она опустошила желудок, в котором болтался утренний завтрак. Уже не первый день ей было нехорошо, постоянно тошнило и крутило живот.

Возвратившись в зал, она увидела Нобару, которая не часто выходила из своей комнаты. Шаманы договорились скрывать её до последнего, ведь та имела в своём рукаве козырь, который при битве с Сукуной мог сильно помочь. А если среди их группы есть шпион, то лучше полностью план не раскрывать. Некоторые опасались, что Итадори может каким-то образом передавать информацию двуликому, как бывший сосуд. Но Амай не сомневалась в том, что Юджи верен шаманам и хочет вернуть Мегуми, как остальные.

– Кажется, моё время вышло, Ацуя?

– Такацудзи-сенсей! Присоединяйтесь в нам.

Кугисаки широко улыбнулась, посмотрев на мечницу единственным глазом. Второй скрывала чёрная повязка, к которой девушка долго привыкала… Для неё новый вид лица оказался настоящей катастрофой, ведь Нобара мечтала стать моделью, а со шрамом на лице вряд ли куда-то возьмут. Но, не смотря на обезображенный глаз, она всё ещё была хороша собой и старалась не унывать по этому поводу. Нобару поддерживали те, кто знал о пробуждении.

– На сегодня я пас.

Позже Амай вновь увиделась с Кусакабэ, но на этот раз в общей аудитории. Там присутствовали и другие шаманы. Они продолжали продумывать план, рассматривать новые варианты и пути, как можно победить Сукуну и вернуть Мегуми. Красноволосая несколько раз выходила из аудитории, её продолжала мучить тошнота.

Когда девушка возвращалась, её перехватила Сёко. Подруга, увидев красноволосую, потушила сигарету.

– Давно тебя тошнит?

– Примерно неделю. Может быть, я что-то не то съела?

– Ты, правда, не понимаешь? – на лице Сёко появилась лёгкая улыбка. – Сатору не знает?

– Что мне плохо? Нет, я ему не говорю.

– Что ж, – вытащив из халата несколько тонких палочек, девушка протянула их красноволосой. – Это поможет тебе понять.

– Что? Это тесты на беременность!? Ты считаешь, что я…

– Я почти уверенна в этом, – продолжала спокойно говорить подруга.

– Не может быть… Я не могла.

– Не проверишь – не узнаешь.

В отличие от спокойной Сёко, Амай еле держала себя в руках. Она уставилась на тесты. Взвесив своё состояние, начала понимать, что не замечала очевидного. Токсикоз, обострившиеся чувства и странное состояние, которое раньше красноволося никогда не испытывала, буквально кричали о том, что в ней зарождается новая жизнь. Тесты подтвердили догадки. Амай использовала все, что дала Сёко. И теперь, сидя в туалете, смотрела в одну точку.

Сейчас не самое лучшее время, чтобы заводить ребёнка. Идёт война, каждый шаман рискует своей жизнью и, если Амай выйдет из игры, студенты потеряют сильного союзника. Она понимала, что не может бросить близких, но рисковать будущим ребёнка – опасно. Наверняка Сатору запретит ей участвовать в сражении. Мечница не могла скрывать от него правду, поэтому в это же день решила признаться.

Они встретились вечером в комнате Амай, где жили вместе. Девушка положила тесты на прикроватный столик заранее, но Сатору не обратил на них внимания. Он обнял её и поцеловал, как всегда, после недолгого расставания. Мужчина принёс с собой пакет сладостей, которые купил за пределами Токио. Он единственный, кто мог телепортироваться в другие места. Сатору не был игроком миграции, он мог в любой момент уйти. Но даже не думал про это, ведь защита студентов – первостепенная задача.

– Я купил мороженное-моти. Налетай!

Не успев разложить сладости на столе, мужчина принялся пробовать то, что купил. А вот Амай не спешила присоединяться к веселью. Она стояла напротив, обнимая себя и молча смотря на Сатору.

– Какая-то ты сегодня тихая. Что-то случилось?

– А что, если бы проклятая энергия пропала навсегда из мира? Как бы мы стали жить?

– Пропала? Это невозможно, малышка.

– Тогда бы сильнейший превратился в обычного человека, – Амай подошла ближе, она положила руку на его плечо. – И никто не мучил бы людей. Представь себе, никаких проклятий. И никаких сил.

Сатору отложил шоколадный батончик, он тронул лоб Амай сначала рукой, а потом губами.

– Странно, жара вроде нет. Но ты почему-то бредишь.

– Не говори так! – девушка толкнула его в плечо. – Я читала записи Юки. Она предполагала, что есть способ избавиться от проклятой энергии навсегда. Но боялась, что это не оценит сообщество магов.

– Ещё бы, – усмехнулся беловолосый. – Я всегда знал, что эта женщина опасна, но чтобы настолько!

– Не каждый готов избавиться от своих сил. Помнишь, как Каору заблокировала твои?

– Этот кошмар я бы хотел забыть. Но девочка лишает сил лишь на время, а ты говоришь о другом, не так ли? Хочешь полностью избавить мир от проклятой энергии? Ведь, если её не будет, то и проклятьям неоткуда взяться.

– Да. И маги больше не будут умирать.

– У меня дежавю.

Сатору вспомнил Гето и его идеи, которые он разделить с ним не мог. Мужчина разочаровался в магическом мире и людях, которые казались не такими благородными, как он считал раньше. Бывший друг тоже хотел избавить мир от проклятий или сделать так, чтобы его товарищи не умирали. Но он избрал слишком радикальный путь, который отвергло магическое сообщество. Сатору не мог поддержать в этом Гето, он не считал людей обезьянами, которых надо истребить. Мысли Амай были похожи на то, что транслировал Гето. Однако, она не хотела убивать людей.

Мужчина спрятал часть сладостей в холодильник, а остальные раскладывал по столу. Будто задумался о чём-то. Амай остановила его.

– Сатору, если мы выживем. Я бы хотела заняться вопросом проклятой энергии. Я хочу найти способ избавить от неё весь мир.

– Ты же понимаешь, что если о твоей идее узнают не те люди, на тебя откроют охоту? Не каждый шаман согласится добровольно избавиться от силы.

– А ты? Ты бы отказался?

Улыбка пропала с его лица, Сатору посмотрел в синие глаза любимой. Он знал ответ на её вопрос, но сказать это вслух трудно. Беловолосый скрывал многие мысли от тех, кого любил, так как не хотел обременять их. Он был сильнейшим, а значит, у него не должно быть сомнений. Но Амай знала, что Сатору такой же человек, как все остальные. И у него есть слабости, о которых он умалчивает.

– Всю жизнь, я только и делал, что защищал людей вокруг себя. Это так утомительно. Но я брал ответственность за других, никогда не давал волю эмоциям. Я сильнейший, я защищаю не только свой клан, но и всех людей. Шаманы они или нет, это неважно. Сила была дана мне не просто так. Я хочу оберегать тех, кого люблю. И просто так не смог бы отказаться от того, кто я сейчас. Но, если бы вместе с моим отказом из мира исчезли все проклятия и враги… Я бы смог сказать "нет" своему проклятию.

Это то, что нужно было услышат Амай, она не ошиблась в своём выборе. Девушка обняла Сатору, крепко прижавшись к груди.

– Я тебя люблю.

– Я знаю, – усмехнулся он. Улыбка вернулась на лицо беловолосого. – Но ты же в курсе, что от проклятой энергии не избавиться?

– И всё-таки я попробую. Ради будущего наших студентов. И наших детей.

– Кажется, ты забегаешь вперёд.

– Не совсем…

– О чём ты?

– У нас будет ребёнок, Сатору. Я беременна.

– Что!? – глаза мужчины округлились. – Ты серьёзно? Не шутишь?

– Я серьёзно. Можешь посмотреть тесты на тумбочке. Они все положительные. И, я ощущаю внутри большое количество проклятой энергии. Она не могла взяться из ниоткуда. Ты же шестиглазый, неужели не обратил внимания?

– Да, я… Я ощущал в тебе больше проклятой энергии, но даже не предполагал, что это… Наш… Мой… Чёрт, я не могу поверить!

Амай внимательно наблюдала за реакцией мужчины, она не сомневалась, что он будет рад новому положению. Лицо беловолосого менялось – сначала оно выражало недоверие, потом шок, а после искреннюю радость и счастье. Сатору опустился на колени перед красноволосой, он обнял её длинными руками.

– Мы станем родителями, Амай, – посмотрев на девушку снизу верх, он начал целовать её живот. – Когда мы успели?

– Наверное, когда ты пришёл ко мне в первую ночь… Я не знаю. Но срок ещё маленький.

– Эй, ребёнок! Ты меня слышишь? Твой папка сильнейший! А ты станешь ещё сильнее. Понял?

– Сатору! Прекрати! – рассмеялась мечница.

Шаман вторил возлюбленной, смеясь вместе с ней. Он поднял девушку на руки и кружил её по кухне. Это был счастливый миг двух любимых людей, которые только что поняли, что создали новую жизнь, которая будет похожа на них. В голове Амай проносились будущие образы их ребёнка, его первые шаги, слова и решения. На кого он будет похож? Она хотела видеть черты Сатору, а он, наоборот, мечтал, что их ребёнок станет похожим на Амай.

– Ну всё, отпусти меня! – запротестовала красноволосая. – А то мне снова станет плохо.

Мужчина послушался. Он аккуратно поставил девушку на пол, стараясь придерживать на всякий случай. Просто так отставать от невесты от не собирался, теперь покрывая её лицо и шею поцелуями.

– Спасибо тебе за это, – благодарил беловолосый. – Я люблю тебя.

После новости о беременности Сатору будто подменили. Он больше времени проводил с Амай, следил, чтобы она меньше активничала и не перенапрягалась. Шаман стал похож на курицу-наседку, оберегающую своих цыплят и это не нравилось красносолосой. Она не хотела, чтобы за каждым её шагом следовал телохранитель.

Будущий отец за неделю растрезвонил всем о том, что его жена беременна. Он не мог держать язык за зубами. Амай не нравилось, что все узнали о её беременности, ведь такая новость кого-то шокировала, а кого-то обрадовала. Впрочем, Амай была благодарна тем, кто продолжал относиться к ней, как прежде, а не носиться будто курица с яйцом.

На очередном собрании по планированию атаки на Сукуну Амай как всегда пришла во время. Она не отказывалась от битвы с ним, считала, что сможет помочь будучи в интересном положении, ведь ребёнку в утробе нет ещё и месяца. А, когда настанет день икс, будет несколько недель. Кусакабэ не хотел пускать Амай в бой, поэтому решил, что она присоединиться к студентам, только, если станет совсем плохо. Девушкой не хотели рисковать, в её животе сам наследник клана Годжо!

– Я должна пойти вместе с Итадори и Хигурумой, – настаивала Амай.

– Нет, рядом с Итадори будет Чосо. Если что, он прикроет. Мы с Ино затаимся поблизости, – Кусакабэ продолжал стоять на своём.

В разгар беседы в аудиторию зашёл Сатору, который до этого не любил посещать данные мероприятия. Общее удивление сменилось недоумением, когда беловолосый, не обращая внимания на остальных, обратился к Амай.

– Эй! Что тут происходит? Я же говорил, что ты не будешь участвовать в сражении.

– Я не буду сидеть в стороне.

– Да, не будешь. Ты будешь помогать Сёков лазарете. Думаю, твоя помощь ей пригодится.

– Сатору…

Амай вздохнула, ей не хотелось спорить с возлюбленным при всех. Пришлось покинуть аудиторию, чтобы продолжить разговор в коридоре. Сатору, думая, что выиграл эту битву, довольно положил руку на талию девушки.

– Я не откажусь от сражения, я хочу помочь ребятам и буду больше полезна в бою, а не лазарете.

– Это опасно. Наш ребёнок может пострадать, малышка, – Сатору заглянул ей в глаза. – Прошу тебя, подумай о нашем будущем.

– Я хорошо подумала.

Спорить с мужчиной, который пронзительно смотрел в глаза, да ещё и строил глазки, было трудно. Амай отвернулась от него. Она хотела принять участие в бою, помочь ученикам. И этот план они готовили в том случае, если сильнейший проиграет. Он будет ранен или погибнет? Об этом Амай даже думать не хотела. Но без запасных идей обходиться нельзя.