Текст книги "Сказка для олигарха.Дилогия (СИ)"

Автор книги: Яна Тройнич

Соавторы: Марина Тройнич
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 33 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

– Жива! Не отравили!

Вот только хозяина этот факт совершенно не обрадовал.

– И кто догадался закрыть ее здесь?

– Батюшка, ты же сам сказал – на замок. А замок только в кладовой.

Я помотала головой. Надо же, до чего доверчивый здесь народ. На такой домище – один замок. Ужасно хотелось пить. Я увидела рядом начатый вчера кувшин и потянула к нему руки. Кувшин полетел в сторону, отброшенный ногой боярина.

– Ведро воды сюда! – заорал Свег.

Я заулыбалась – какой понятливый. Только зачем же ведро? Мне и кружки вполне хватит…

А чуть позже с возмущением завопила:

– С ума сошел? Кретин! Дубина! Не сумел отравить, так утопить решил?

Тут же снова послышался испуганный голос:

– Батюшкабоярин, что с ней делатьто? Ведь в дуб пьяная.

Я подняла мокрую голову и, подражая неизвестному голосу, промямлила:

– Батюшка, родимый, дай немного поспать. А потом, батюшка, я всевсе тебе расскажу.

Последнее, что удалось разобрать, был вопль:

– Еще и издеваешься?!!

И меня кудато потащили.

Очнувшись, я обнаружила, что лежу в комнате на лавке. Голова болела страшно. Когда утром у отца было такое же состояние, он просил опохмелиться или огуречного рассола. Брр… Ни о том, ни о другом я и думать не могла.

Я с трудом стала вспоминать, что же со мной произошло. Горло болело. Кажется, я орала песни. Какой стыд! Если Федя здесь и ему расскажут о моих подвигах… Я заревела. И даже не заметила, как вошла старая женщина.

Видимо, мои слезы растрогали старушку. Она подошла и вытерла мои щеки.

– Успокойся, боярин Свег не такой и грозный, как кажется. Расскажешь все честно – глядишь, и обойдется.

Я заревела еще громче. Представляю, что подумает обо мне Федя после ночных подвигов.

Старушка вышла и вскоре вернулась с кружкой какойто настойки.

– Нука, выпей. Сразу станет легче.

Потом подала одежду.

– Это не моя.

– Не представляю, как твою можно надеть. В варенье, в грибах, в медовухе… да и вид какойто странный.

Я не стала спорить. Молча оделась в предложенное. Здорово же я вчера начудила. Срам да и только!

– Идем.

Я двинулась следом за женщиной. Мы вошли в соседнюю комнату. Боярин Свег сидел на лавке. Мою персону оглядел с любопытством:

– Ну и что же ты делала у меня под кроватью, красна девица? Зачем забралась в спальню?

Я смутилась:

– Ну… за этим. Как сказать…

Трудно было в двух словах изложить, тем более что мысли путались после столь веселой ночки.

Мужчина понял меня посвоему.

– Тогда зачем пряталась? – Оценивающе осмотрел и ухмыльнулся: – Ну пошли.

– Куда?

– Куда хотела. В постель. Как я понял, ты же за этим ко мне лезла.

Я возмутилась до глубины души:

– Я к тебе лезла?!! Да пошел ты!

От обиды на глазах выступили слезы. Вот ведь доболталась. Как теперь выкручиваться? И с отчаяния выпалила:

– Извините, я все наврала. Я ищу своего брата, боярина Федора. Сказали, что он здесь, вот я в дом и пробралась.

Теперь настала очередь боярина изумляться:

– Федор никогда не говорил, что у него есть сестра.

В это время в помещение влетел слуга:

– Боярин, вас какойто купец спрашивает.

Следом в комнату вошел… Кийс. Нарядный и элегантный. Он сразу же с почтением обратился ко мне:

– Боярышня, вы так поспешно покинули нас, что все наряды оставили. Надеюсь, ваше путешествие закончилось и вы отыскали своего брата. Боярин Свег, разрешите перенести вещи боярышни в ваш дом?

Я повернулась к хозяину и самодовольно ухмыльнулась. Что, мол, съел?

– Вашего брата, боярышня, сейчас здесь нет, – задумчиво протянул хозяин. – Но, надеюсь, он очень скоро вернется. Конечно же вы можете его подождать. Только не понимаю, почему нельзя было рассказать все сразу? Окольными путями пробираться в дом, когда есть двери, да еще прятаться под кроватью? Ну да чего в жизни не бывает… Сестра боярина Федора всегда желанная гостья в моем доме.

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Кощей

Похоже, моей спокойной жизни пришел конец. Что ж, иногда тучи сгущаются и над головой повелителя тьмы. Я поморщился – каламбур вышел не слишком удачным. Посланца найти попрежнему не удавалось. Стриженая девка словно сквозь землю провалилась. И где скрывается черноволосая «попрыгунья»? До сих пор удивляюсь, как ловко эта малолетка сбежала с шабаша, обведя вокруг пальца опытных ведьм. Мелькнула смутная мысль: «Нет ли какой связи между этими девчонками?» Но обдумать ее не успел – прибыл гость.

В зал вошел маленький кривоногий человечек и отвесил поклон.

Я шагнул ему навстречу:

– Здравствуй, Горыныч!

Неказистого мужа красотки Настасьи Вахромеевны я знал хорошо и весьма уважал. Можно сказать, мы были «одной породы». Холодный, расчетливый и беспощадный, он имел единственную слабость: его любовь к ветреной супруге не имела границ. Он прощал ей решительно все.

Горыныч обычно многое знал, но расспрашивать его я не спешил. Видел, что приятель чемто расстроен. Ну, захочет, так объяснит. Может, услышал об очередном увлечении своей женушки? Мнето давно донесли о ее новом любовнике, боярине Федоре. Возможно, ревнивый муж уже расправился с ним?

Я велел накрывать на стол. После первого же бокала крючковатый нос Горыныча задергался, рука сжалась в кулак, а по щеке вдруг потекла слеза.

– За что? За что она со мной так?!! – Приятель стукнул кулаком по столу, отчего посуда подпрыгнула. – Я ли ее не любил? Я ли не прощал? Так опозорила! Не знаю, что и делать, такой стыд!

– Да что случилось?

На прежних хахалей женушки друг реагировал както спокойнее – прирежет, закопает и не вспоминает более.

Горыныч шмыгнул носом, залпом осушил еще один бокал и пробормотал:

– Ладно мужики… Но в этот раз застал ее… с девкой! Мне донесли, что женушка опять с кемто спуталась, – заговорил он, сбиваясь и запинаясь. – Я примчался домой и что увидел? Настенька обнимает девчонку! Пообещал, что придушу подруженьку, но она ее предупредила, и та сумела удрать.

Такие откровения меня весьма удивили.

– Может, Горыныч, ты чтото напутал? Показалось?

Тот снова хлебнул вина:

– Настасьюшка сказала, что я ей противен. Такого раньше никогда не бывало. У нее и прежде случались шашни с мужиками, но их она никогда не жалела и не защищала. – Он поднял на меня глаза, в которых плескалась боль. – Ты бы видел эту девку! Маленькая, тощая, да еще и стриженая. Видно, из молодых да ранних.

Я чуть ли не подскочил:

– Стриженая? Ты узнал, кто она и откуда?

– Настенька ответила – не твое дело. Найду – порежу на ленточки. – Тут гость хлопнул себя по колену. – А слышал, что произошло с Чародеем? Говорят, совсем плох.

– Снова какойнибудь Руслан покусился на его голову?

Горыныч состроил скорбную мину:

– Болтают, что история куда хуже. Изза девки пострадал.

Но поведать подробнее отказался. Пожалуй, придется лично навестить хитрого старичка. Интересные дела в последнее время творятся в моем княжестве.

На следующий день с небольшим отрядом воинов я отправился к Чародею. У ворот нас встретил его управитель. Вид у слуги был весьма скорбным.

– С твоим господином чтото случилось?

– С бородой… – промямлил он и повел в дом.

Увиденное в покоях колдуна удивило даже меня. Старичок лежал на шелковом матрасе, борода, предмет его вечной гордости, протянулась по ковру на несколько аршинов, а вокруг суетились чернокожие слуги, стремясь привести главное сокровище хозяина в порядок. Они осторожно расчесывали и перебирали рыжие волоски. Несмотря на все их старания, борода выглядела ужасно – донельзя растрепанной и всклокоченной.

– Что произошло, уважаемый?

Глаза колдуна зло сверкнули.

– Смерть этой девки будет долгой и мучительной! Дай только найду. О, моя любимая борода! Что эта мерзавка с тобой сделала?!! – запричитал он.

Я вспомнил насмешливый взгляд Горыныча и попытался выведать подробности. Хозяин ахал, охал, стонал, но объяснять ничего не пожелал. Так ничего и не узнав, я покинул его покои. По пути к воротам вытащил мешочек с деньгами и подкинул в руке, внимательно взглянув в глаза провожающему меня управителю. Хитрый плут сразу понял.

– Повелитель, то была не девка, а дикая кошка. Царапалась, рвала хозяину бороду, ругалась, как деревенский возница, а еще… – Он склонился к моему уху и еле слышно зашептал: – Опозорила господина. Еле отмыли. И за что она его так? Ведь мой хозяин решил оказать оборванке честь – позволил разделить с ним ложе. Теперь от него никакого покоя – с утра до ночи орет и дерется.

Я прикусил губу, стараясь не расхохотаться.

– Чародея охраняют столько доблестных воинов – неужто не смогли справиться с одной девчонкой?

– Ох, повелитель, хозяин поступил неосторожно – взлетел, чтобы сбросить ее на землю. Но не смог, та вцепилась, будто пиявка.

История была в целом понятна. Все мужики одинаковы: забрела дуреха – решил воспользоваться. Вот только, не зная броду, не суйся в воду. Не научили прежние ошибки. Но тогда хоть мужика по небу таскал, а не пигалицу. Позор да и только.

– И какова девица была из себя? Стоило ради нее терпеть такие муки?

Управитель даже перестал шептать и заорал в голос:

– Да вообще ничего особенного! Худющая, глаза так и зыркают. Правда, волосы не хуже бороды Чародея – густые, почти до пят.

Перед глазами тут же возникла прыгунья через костер. Почемуто не было сомнений, что и тут порезвилась она.

– И куда девчонка делась потом?

– Простите, не знаю, повелитель. Будто сквозь землю провалилась.

Скорее всего – умчалась на метле. Я усмехнулся. Что ж, придется искать девиц. И стриженую, и эту.

Федор

Сначала я ехал по тракту. Гдето тут должен быть поворот к терему Олены – еле заметная тропа среди деревьев. Я стал вглядываться пристальнее. Внезапно кусты на обочине зашевелились. Я быстро выхватил ствол, помня, что разбойнички в княжестве частенько балуют, но тут же опустил руку с оружием. Из кустов вылез мой телохранитель. А мою шею тут же обвило чтото мягкое и нежное.

«Вот и я, хозяин, – сообщил Чуфик. – А Алекс – просто настоящий герой. Ни один леший с ним не сравнится».

Интересно, обрадовался бы мой приятель такой характеристике, если бы мог слышать бесенка? Впрочем, и в нашем мире ценят силу и ловкость, а про этот и говорить не приходится.

Я спрыгнул с коня, и мы с другом обнялись. А передо мной тут же встал вопрос: что делать с Алексом? Отправить его к Свегу? Но если за ним погоня, то прежде всего будут искать в поместье боярина. Взять с собой? Но обещал никому не рассказывать об Олене…

В конце концов решил, что ничего плохого не случится, если Алекс будет все знать. Телохранитель – практически мое второе «я».

Менялись поочередно: один ехал верхом, второй шел пешком. К вечеру добрались до лесного терема. Боярышня встретила меня с радостью, улыбнулась и покраснела. Я представил приятеля. Взглянул на Алекса и опешил. Никогда не видел, чтобы Алекс так смотрел на девчонок. Уж ихто у парня было немало. На лице моего друга появилась какаято глуповатая улыбочка, он старательно расправил свои и без того широкие плечи. Я почувствовал чтото вроде укола ревности, но постарался взять себя в руки. Сам же привез парня сюда.

Олена распорядилась подать на стол. Ее старая няня и подругаслужанка ужинали с нами. Сегодня молодая девка не сводила глаз с Алекса. Старательно ухаживала, подкладывала на тарелки кушанья. Чтото мне не нравилось в этой вертлявой красотке. Я подумал, что зря Свег ей доверяет. Будь моя воля, избавился бы от такой, и даже не совсем гуманным способом.

После обеда я обратился к молодой хозяйке:

– Боярышня, мне нужно поговорить с тобой наедине. Дело касается поручения боярина Свега.

Олена тотчас пригласила меня следовать за ней.

Я заметил, как сверкнули глаза Алекса. Вот черт! Меньше всего хотелось бы ссориться с ним изза бабы. Даже изза такой, как Олена.

Девушка привела меня в свою горницу. Я попросил ее сесть, а сам стал перед ней расхаживать.

– Не знаю, как и начать… Дело деликатное…

Щеки Олены вспыхнули, как маков цвет. Она взмахнула длинными ресницами и смущенно потупилась. До меня дошло, что я сморозил глупость. Кажется, красавица поняла мои намеки посвоему. Я торопливо выпалил:

– То, что скажу, очень важно. Свег не смог приехать сам, поэтому просил передать…

Я выложил все, о чем мне поведал боярин, и в распахнутых очах Олены увидел разочарование. Кажется, ее ничуть не взволновало известие о том, что она царская дочь. Или совсем меня не слушала?

– Вот и все, что я хотел сказать тебе, боярышня.

– И что мне теперь делать? – растерянно спросила Олена.

– Пока ничего. Но если Свегу будет угрожать опасность, тебе придется отправиться к царю Салтану. Покажешь ему вот это. – Я вытащил обруч и протянул Олене. – Царь узнает свой подарок невесте и убедится, что ты действительно его дочь.

В это время раздался чуть слышный скрип. Я бросился к двери и распахнул. Никого… Наверное, показалось.

Я пристально посмотрел на Олену:

– Боярышня, ты все поняла?

– Все. Но мне страшно ехать к батюшке, который чуть не погубил нас всех. И без Саввы не хочется уезжать. – Девушка заплакала.

Я и сам ох как не хотел, чтобы она отсюда уезжала.

– Может, и не придется, – попытался я ее утешить. – Но лучше уж отправиться к отцу, чем оказаться среди наложниц князя. К тому же я обещал Свегу, что провожу тебя.

Олена вдруг смело посмотрела мне в глаза:

– Хорошо, боярин Федор. Я буду ждать тебя.

Мое сердце судорожно забилось. Эх, если бы не данное себе слово…

Вернувшись в горницу, я сразу же наткнулся на настороженный взгляд Алекса и вновь удивился. Обычно мой телохранитель умел в любой ситуации изображать полнейшую невозмутимость и равнодушие.

Распрощались с хозяевами на следующий день после полудня. Время рассчитали так, чтобы по тракту двигаться в сумерках. Я опасался, что Алекса будут искать. Хотя скорее всего мой друг князю без надобности. Целью был Свег с его поместьем.

В тереме для Алекса нашелся конь, и мы медленно бок о бок трусили по дороге. Телохранитель был задумчив и молчалив. Я поморщился. Меньше всего на свете хотел бы перейти парню дорогу в делах сердечных.

– И как тебе боярышня? – поинтересовался я.

– Шеф, она как луч света. – Алекс вздохнул.

Я совсем растерялся. И что же теперь делать? Не раз наблюдал, как изза баб рушилась мужская дружба, а мужики, которых раньше боялись и уважали, становились тряпками. Меня подобная участь миновала, даже Шамаханская царица не смогла увлечь понастоящему. Ладно, может, больше никогда с Оленой и не встретимся.

– Алекс, лучше расскажи, как освободился.

Мой приятель будто очнулся:

– Так твоя нечисть помогла. Бес веревки развязал, я и ломанулся сквозь заросли. Всадникам там было не пробраться, вот и не стали преследовать. Да и вряд ли я им особо нужен.

Чуфик обиженно пискнул: «Сам он нечистая сила! Вот и помогай людям. Не поблагодарят, а обругают».

Алекс будто услышал:

– Шеф, скажи, что я его уважаю.

Бесенок спрыгнул с моей шеи и тут же материализовался на холке лошади перед носом Алекса. Друг аж крякнул от неожиданности.

– Стал уже забывать, какой он, – улыбнулся он. – На котенка похож.

– Ну спасибо! – возмутился бесенок. – Ты мне тоже нравишься. Но на кого похож, вслух не скажу, неприлично.

Я чуть не заржал. Алекс со своим комплиментом попал пальцем в небо – Чуфик терпеть не мог домашних животных. Я поспешил выручить парня:

– Чуфик, в нашем мире очень любят котят. Они живут вместе с людьми.

Бесенок неодобрительно фыркнул.

В темноте мы подъехали к имению Свега. Окна трапезной были ярко освещены. Уж не случилось ли чего? Обычно ужинали рано и расходились.

Слуга развеял тревогу:

– У боярина гостья.

Я замялся. Заглянуть к Свегу или уйти к себе? Не окажемся ли мы с Алексом сейчас лишними? Но как бы ни дорога была Свегу девица, узнать о судьбе Олены и Саввы он явно захочет.

Перешагнув порог, я застыл на месте. Боярин Свег сидел на скамье у стола, слушая девушку. А та чтото увлеченно и с жаром рассказывала боярину. Видать, энергия в девчонке била через край. Она ходила по комнате взадвперед и оживленно размахивала руками.

Мне показалось, что это както не похоже на местных дам. Те ступали спокойно и горделиво, будто павы. Разговаривали с мужчинами тихим голосом и с достоинством. Да и внешностью девица подкачала. Была чересчур тощей и костлявой. Вот только черные волосы выглядели шикарно, закрывая всю спину и даже зад.

Я кашлянул, привлекая внимание. Свег поднялся, но сказать ничего не успел. Чернявая девица оглянулась, замерла на миг, а затем стремительно метнулась ко мне и повисла на шее с воплем:

– Братец Федя, как здорово, что я тебя нашла!

Она смеялась и плакала одновременно. А я офигел: сестер у меня отродясь не водилось. Девчонка продолжала заливать слезами грудь. Наконец до меня дошло, где я слышал этот голос раньше… От изумления я, наверное, вытаращил глаза. Никаких сомнений.

– Как ты здесь оказалась?!

Ученица мага еще крепче прижалась ко мне и начала осыпать лицо поцелуями:

– Братец, мой дорогой братец, любимый, вот мы и вместе!

И почему она упорно величает меня братцем? Ладно, с этим можно разобраться потом. Мелькнула надежда, что маг отправил ее за мной. Может, решил вернуть домой?

Я радостно сжал девчонку в объятиях:

– Сестренка, милая! Не верю своим глазам.

Крепко поцеловал в ответ. И почувствовал, что делать это даже приятно. Всетаки обрадовался весточке из своего мира.

Наконец девица высвободилась из моих объятий и повернулась к Свегу:

– Видите, вот я и встретила своего брата. А мне казалось, что вы не совсем верите мне.

Свег ласково улыбнулся:

– Не помню, Люба, чтобы высказывал сомнения. Каждый решает сам, что говорить, а что нет. Вспомните, я никогда не задавал вам вопросов.

Хорошо, что боярин назвал «сестренку» по имени. Было бы странно признаться, что брат его не знает. Хотя девчонке больше подошло бы не «Люба», а «Любка».

Я заметил, что «сестренка» смутилась. Что же она наговорила боярину? Надо поспешить на помощь.

– Люба, Свег – мой друг. Я рассказал ему, что заброшен сюда из другого мира по воле злого колдуна. Но и подумать не мог, что ты окажешься здесь же.

Девчонка быстро сообразила и просияла:

– Прости меня, боярин Свег!

На правах брата я обнял «сестренку» и усадил рядом с собой на скамью. Чувствовал, что она рада встрече. Возможно, это больше, чем просто радость. Замерла, прижавшись щекой к рукаву.

Скосив глаза, я рассматривал названую сестрицу. Она явно изменилась к лучшему. Темные глаза затягивали, как омуты, роскошные черные волосы полностью преобразили ее облик. Гадкий утенок превращался в лебедя. Я сразу же забыл о пощечине и о том, что собирался мстить. Кому мститьто, пацанке? Смех да и только. Сейчас она была весточкой из моего мира.

Я поцеловал девчонку в макушку. Не терпелось остаться с ней наедине и обо всем расспросить. Может, Карлуша раскаялся? Тогда прощу колдуна, но с магией завяжу навеки. Разожгу костер и отравлю туда все книги Пушкина. Хотя нет, оставлю в назидание своему будущему потомству. При этой мысли почемуто посмотрел на магичку.

А сейчас следует переговорить со Свегом. Я видел, что он с нетерпением поглядывает на меня, ожидая рассказа о племяннице.

– Извини, сестренка, мне нужно коечто обсудить с боярином. А у нас с тобой вся ночь впереди.

Девчонка испуганно вздрогнула. Я успокаивающе погладил ее по плечу. Придется всетаки извиниться за свое поведение в предыдущую встречу.

Мы со Свегом ушли в другую комнату. Я поведал о том, как встретил Алекса, которому удалось бежать от людей князя, и объяснил, почему пришлось взять его к Олене.

– Твою племянницу мой рассказ нисколько не взволновал и не удивил. Как будто давно знала, что она царская дочь. Я предупредил ее, что, возможно, придется покинуть эти земли. Кажется, она напугана.

Свег сжал мне руку:

– Спасибо, Федор. Но помни, о чем я тебя просил.

Я кивнул:

– Сделаю все, что в моих силах.

Когда мы вернулись в комнату, «сестренка» и Алекс о чемто весело болтали. Еще немного посидели вчетвером. Я успел заметить, что Свег совсем неравнодушно поглядывает в сторону Любы.

Как только мы с девчонкой остались наедине, я спросил:

– Ну, Любка, признавайся. Тебя Карлуша сюда отправил?

Девчонка замешкалась и покраснела. Потом, заикаясь, произнесла:

– Ннет. Я ссама.

Тряхнула роскошной гривой и рассказала, как она здесь оказалась. Я почувствовал разочарование. Все остается попрежнему. Пока ходу из этого мира нам нет.

– Значит, решила помочь? – Я посмотрел на нее с интересом.

– Вроде того, – буркнула девчонка.

– Может, ты в курсе, что всетаки нужно было от меня Карлу Карловичу? Зачем я эти долбаные сказки учил?

Любка наморщила лоб:

– Постараюсь вспомнить. За чтото цепляюсь, но главное ускользает. Наставник говорил, что подсказки – в сказках и поэмах Пушкина…

– Черт, он и меня заставлял читать эту фигню. Да еще и учить наизусть. Вот только я на это положил…

Посмотрев на девчонку, я заткнулся: не с Алексом разговариваю. Знал бы, в какую историю попаду, обязательно бы все выучил.

Эх, сумасшедшая девка. Не побоялась, рванула за мной.

– Никогда бы не подумал, что ты бросишься меня спасать.

Девчонка шмыгнула носом:

– Долг платежом красен. Ты же меня спас.

– Когда? Чтото не припомню.

– На празднике. От пьяного хозяина.

Я пожал плечами:

– Это ерунда. Нашла подвиг. А ты из благодарности сиганула неизвестно куда и зачем.

Девчонка занервничала и быстро перевела разговор:

– Ой, посмотри, уже светает. Спать пора.

И пулей вылетела из комнаты. Я не успел даже предложить проводить ее. Почемуто задели слова о долге. Впрочем, а чего я ожидал? Что она со словами любви бросится мне на шею?

На вопрос о том, как она меня нашла, Любка рассказала какуюто сказочку. Типа встретила богатых купцов, да еще и добрых. При этом заметно смущалась. Явно многое недоговаривала. Но настаивать я не стал. Потом выведаю подробности.

Я ушел к себе, но то и дело возвращался мыслями к разговору с магичкой. Чтото она скрывает, но вот что? Наконец провалился в сон.

Мне показалось, что проспал всего несколько минут, хотя за окном уже вовсю светило солнце. И хозяин, и гости собрались в трапезной. Некоторое время я внимательно разглядывал девчонку. Вернее, уже не девчонку, но еще и не девушку. Но теперешняя Любка мне явно нравилась. Бесенок пискнул: «Осторожно, хозяин, она ведьма».

– Чемто точно смахивает, – улыбнулся я. – Но таких красивых глаз, наверное, у ведьм не бывает. Хотя… не знаю…

«И она сама не знает», – перебил Чуфик.

Наконец Любка меня заметила:

– Братец!

Я поморщился. Дался же ей этот братец. Я обнял ее, поцеловал… и решил, что преимущества в роли брата всетаки есть.

Девчонка вдруг покраснела и поспешила выбраться из моих объятий. Я с интересом взглянул на нее. Реагирует она на меня явно не посестрински. Мне ли не понять. Я довольно ухмыльнулся. Еще отметил, что Свег также одарил ее весьма нежным взглядом и ощутил недовольство: что между этими двумя происходит? Ладно, выясню, еще не вечер.

Вошел слуга и чтото тихо сказал Свегу. Тот поднялся:

– Извините, покину вас ненадолго.

Я не удержался, привлек Любку к себе и попытался усадить на колени. Реакция «сестренки» оказалась бурной. Она вырвалась и отскочила в сторону:

– Когда мы одни – никаких нежностей!

Мне стало весело – девчонкато с характером.

В комнату вернулся Свег и сообщил:

– Савву держат в замке князя. Сбежать оттуда нет никакой возможности.

Любка тут же бросилась утешать боярина:

– Ничего невозможного нет. Всегда найдется какойнибудь выход.

Я с еще большим интересом взглянул на девчонку. Настолько самоуверенна или просто хочет успокоить?

Видно, сегодня был день гонцов. Не успели мы переброситься и несколькими словами, как вновь появился слуга:

– Боярин Федор, вас ждет человек во дворе.

Я вышел, и навстречу выскочил Климка:

– Боярин, меня Настасья Вахромеевна прислала. Просила приехать сегодня.

– Скачи, передай, что буду, – тотчас принял я решение.

Скорее всего муж красавицы кудато отбыл. По телу пробежала горячая волна. Ну до чего же мы, мужики, слабые существа!

Прощаясь со Свегом и Любкой, я вновь заметил взгляд боярина, устремленный на девчонку. Почемуто ехать сразу же расхотелось. Но ведь уже пообещал…

– Свег, оставляю сестренку на тебя. С собой взять не могу – дела.

Боярин посмотрел понимающе. Любка попробовала возразить:

– Братец, возьми, я хорошо езжу верхом.

– Дорога может быть опасной, не стоит, – на миг смутился я.

Девчонка обожгла меня взглядом черных глазищ и отошла в сторону. Кажется, обиделась.

Я махнул ей на прощание рукой и успел заметить, что выражение ее лица изменилось. На нем мелькнула какаято решительная ухмылка. Но думать об этом уже было некогда. Мы с Алексом пришпорили лошадей.

– Ну ты, шеф, даешь! – рассмеялся телохранитель. – Бабы изза тебя аж в другой мир сигают. А ведь пацанка правильная, что надо.

Я хотел было возразить, но почувствовал, что по роже разливается самодовольная улыбка. Какому мужику подобное не лестно? Только удивило, что приятель дал Любке столь высокую оценку. А моего телохранителя, как видно, сегодня тянуло на лирику:

– Зацепила она меня. Может, посвататься?

Я чуть не подпрыгнул в седле, но вдруг почувствовал укол ревности и свирепо уставился на Алекса:

– Да вы ж с Любкой, можно сказать, лишь пару дней знакомы.

Тот взглянул с удивлением:

– При чем тут Любка? Я об Олене.

Почемуто я вздохнул с облегчением. А парень продолжал:

– Если бы она согласилась, я бы не раздумывая остался здесь.

Ну и дает мой охранник! Я попытался его вразумить:

– Я бы предпочел увезти девчонку с собой. Нормальному человеку здесь делать нечего.

– На этот раз, шеф, я с тобой не согласен.

– Алекс, скоро ты скажешь: с милой рай и в шалаше. Зачем же тогда мы дрались за власть и бабки?

– Так это у нас, – протянул Алекс.

– Здесь то же самое. – Я здорово разозлился. – Манна небесная сама с неба не упадет. И пряников сладких на всех никогда не хватит.

Я подумал, что парень о своей милой толком ничего не знает. Лучше будет, если правильно поймет ситуацию. Рассказал о том, кем приходятся царю Салтану Олена и Савва, а заодно и о планах князя на имущество нашего приятеля.

Передразнил Алекса:

– Вот такто – «у нас»…

Подъехали к трактиру. Дверь открылась, и на крыльце показалась Настасья Вахромеевна. Она тихо вскрикнула и прислонилась спиной к косяку.

Я почувствовал глухие удары сердца и быстро шагнул к хозяйке. Ощутив жаркие поцелуи на своем лице, подхватил красавицу на руки и понес в спальню. Она простонала:

– Феденька, дорогой, мой муж только что покинул дом. Ты с ним чуть не столкнулся!

Но мне сейчас не было дела ни до мужа хозяйки, ни до коголибо еще. Правда, когда мы лежали и отдыхали от безумных ласк, почемуто подумал про Любку. Както ее там сейчас опекает боярин Свег? Почемуто почувствовал раздражение при этой мысли. Еле вспомнил, что сам лежу с другой.

Страстные ласки заставили позабыть обо всем на свете. Через какоето время Настасьюшка вновь отодвинулась от меня, тяжело дыша. Хорошо хоть окно было открыто и в него вливалась ночная прохлада.

– Чую, Феденька, – простонала она, – много баб изза тебя сходили с ума. А может, и смерть приняли.

Нет, последнего точно не было. Отношения до такой степени никогда не затягивал. Внезапно вспомнил последний разговор с Алексом и отчегото хохотнул, решив прихвастнуть:

– Хотя одна свой мир изза меня бросила. За край света рванула.

И сразу же заткнулся. Любка не заслужила того, чтобы ее имя трепали попусту. Если бы мог, затолкал бы свои слова обратно в глотку. Такого стыда не испытывал за всю свою жизнь. А про другой мир вообще лучше было промолчать.

В это время огромная птица пронеслась мимо окна. Я вздрогнул. Почемуто мне стало очень не по себе. И даже не сразу расслышал, что говорит Настасья Вахромеевна:

– Мой муж проболтался, что по поручению князя ищет человека с особой меткой. Чемто он опасен для правителя.

Неясная мысль забилась в голове… и остановилась на татуировке. Я вспомнил, что Карлуша проявил к ней неподдельный интерес. А сделал я ее, если честно, по пьяни. Всегда был противником подобных картинок, а тут повелся на подначивания Коляна. Вспомнив кореша, представил строящийся замок для привидений. И на кой бес он ему нужен?

Настасья Вахромеевна заметила мое беспокойство.

– Феденька, тебе жарко? – Она встала и в чем мать родила подошла к окну.

– Хоть бы накинула чтонибудь, – недовольно заметил я.

– Зачем? Окно в сад выходит. Туда никого не пускают. Увидеть могут лишь кошки да птицы.

Тут наше приятное времяпрепровождение прервал громкий крик. Я быстро оделся и выскочил во двор. Вокруг колодца толпились возбужденные мужики, размахивая руками и крича.

– Что случилось? – поинтересовался я.

– Девку достали из колодца. То ли нечаянно упала, то ли утопиться решила.

– Не девка это была, а русалка! – заявил ктото.

– Не русалка, а ведьма, – поправили его. – Страшнаяпрестрашная.

Народ заозирался.

– Братцы, да где же она?

– Сказала, что переоденется, и ушла в кусты.

– Недотепы! Ведьму прошляпили! Далеко не могла уйти. Ищите!

Я заглянул в колодец. Если женщина решила покончить с собой, то выбрала странный способ. Может, случайно зацепилась за бадью? В ведьму я както вообще не мог поверить.

Через некоторое время мы с Алексом отправились обратно. Только отъехали от трактира на приличное расстояние, как в небе появилась огромная птица и камнем упала на землю прямо перед копытами коней. Алекс выхватил ствол, но выстрелить не успел. На наших глазах птица превратилась в человека. Я вгляделся в него и ошеломленно выдохнул:

– Коршун!

И это относилось не к породе птицы. Перед нами стоял мой друг, пропавший какоето время назад.

Алекс застыл, как изваяние, а я бросился к старому другану, чтобы обнять. Но тот шагнул в сторону:

– Некогда. Поговорим обо всем в другой раз. Сейчас только главное. Вернуться обратно вы сможете, если найдете смерть Кощея Бессмертного. А она, как известно, в яйце.

Я разозлился. Даже поздороваться не пожелал, а указания раздает. Нашел шестерку, тоже мне! Дружеские чувства к корешу тут же пропали.

– Тебе известно, ты и ищи, – отрезал я.

Бывший друг улыбнулся какойто холодной улыбкой:

– Без этого обратного пути не будет. Принесешь смерть князя – попадешь домой.

– Да с чего ты взял, что князь и есть тот сказочный Кощей? Судя по тому, что я слышал, мужик могуч, как дуб.

– Это его кликуха. Так сказать, по делам. А дел у него, поверь, ой как много. К тому же тебя вон тоже кличут Змеем, а меня Коршуном, но ты же не ползаешь.

– Зато ты летаешь.

Стоявший напротив человек посмотрел какимто пустым неподвижным взглядом и глухо произнес:

– После смерти научился. Колдун пообещал, что если мы достанем смерть князя, то я стану прежним. А вы, все трое, вернетесь обратно.

И такая тоска прозвучала в голосе Коршуна, что я почувствовал жалость.

– Остальное расскажу при следующей встрече, когда пойму, что пора, – сказал он.