Текст книги "Сказка для олигарха.Дилогия (СИ)"

Автор книги: Яна Тройнич

Соавторы: Марина Тройнич
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 33 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

Похоже, оба парня услышали мой вздох и приняли его на свой счет. Локша тряхнул рыжей шевелюрой и выпятил грудь. Кийс выпрямил спину и стрельнул в мою сторону своими изумрудными глазищами.

Я с удивлением оглядела сначала одного, потом другого. И забыла самое первое правило путника – на незнакомой дороге смотреть под ноги. Запнулась о корень, торчавший из земли, и чуть не упала.

Сильные руки Локши тут же меня подхватили.

– Ты устала, Любка? Наверное, не привыкла столько ходить? Давай понесу.

Если честно, я была бы не прочь. Только вот вряд ли принять такое предложение удобно. Не успела ответить, как за меня это сделал Кийс.

– Так Любка не только думать, но и ходить разучится, – скептически протянул он.

Я быстро освободилась из рук Локши и смущенно пробормотала:

– Ничего, сама справлюсь.

Вскоре путь перерезал бурный водный поток. Не сказать, чтобы река была широка, но неслась стремительно, кипя и пенясь. Мы стояли и смотрели на противоположный берег. Оборотеньволк к чемуто принюхался. Ноздри его затрепетали.

– Чувствую запах дыма и людей. Недалеко селение.

Кот упорно о чемто думал и наконец выдал вслух:

– Столько лет владел колдовскими силами, но за время, что провел на цепи, почти растерял дар. Еще немного, и совсем ничего бы не осталось. Рассказывал бы всю жизнь сказки да пел песенки. Спасибо, Люба, что всетаки появилась.

Я видела, что Кийс не на шутку расстроен. Положила руку на плечо парню:

– Не переживай. Сила вернется.

Тот благодарно потерся щекой о мою ладонь.

Локша проворчал:

– Телячьи нежности.

Кийс усмехнулся и одарил меня обожающим взглядом. Я не смогла понять: сделал он это, чтобы только позлить Локшу, или… Совсем не хотелось думать о том, чего я не желала. Решила, что если ухаживания будут проявляться явно, поставлю на место.

Локша предложил:

– Давай перекинусь и перенесу тебя на тот берег. Другого варианта все равно нет.

Я замотала головой. Мне показалось не слишком приличным садиться верхом на волка, когда известно, что это парень. И задумалась: что же делать?

Но долго думать не пришлось. Сначала насторожился Локша. Потом встревоженный вид принял и Кийс:

– Некогда разглагольствовать! Поедешь на волке. Локша, на тебя вся надежда.

Я хотела возразить, но тут увидела отряд всадников, мчавшихся к нам во весь опор. Не сговариваясь, парни перекинулись. Я тут же забыла о приличиях и вскочила на волка, крепко ухватив за загривок. Кот запрыгнул на спину зверя позади меня.

Оборотень разбежался, прыгнул и оказался на той стороне потока. Мы понеслись прочь. С другого берега речки раздались крики:

– Ведьма! Ведьма!

Я в недоумении огляделась: какая ведьма? Где?

– Не крутись, чтобы не рассмотрели, – проворчал кот. – Не поняла, что ведьмой обозвали тебя? Какая нормальная девка станет кататься верхом на волке?

Остановились, когда уверились, что больше никто нас не преследует. Локша тяжело дышал. Кийс снял с себя плащ и накинул мне на плечи:

– У нас порядочные девки в штанах не ходят. И волосы в косу заплети.

Плащ оказался почти впору и пришелся как нельзя кстати – погода была не слишком теплой. Я подумала: «Не мог сразу одолжить?» Впрочем, что с кота возьмешь. Всетаки не человек. Да еще столько времени провел на цепи наедине с дубом.

Дело шло к вечеру, пора было думать о ночлеге. Локша заметил, что со мной одна морока – ни спать, ни есть нормально не могу. Они бы с Кийсом устроились под любой корягой.

– И закусили тем, что смогли поймать, – добавил котоборотень и от удовольствия зажмурил глаза.

Я почемуто вспомнила своего домашнего кота с мышью во рту и почувствовала себя както не слишком хорошо. К тому же я обиделась.

– Слава богу, что не мной закусывать собрались, – буркнула я.

Оба посмотрели так возмущенно, будто я опустила их ниже плинтуса. Да уж, язык мой – враг мой. Так что я быстро извинилась:

– Простите, ляпнула не подумав.

Кийс тут же назидательно поправил:

– Девушка должна следить за своей речью. «Сказала» или «произнесла», а не «ляпнула». Придется взяться за твое обучение и восполнить пробелы в воспитании.

Я послушно закивала головой:

– Дада, мне стыдно. Исправлюсь, проблем не будет. Я все схватываю на лету.

Кийс усмехнулся и провел языком по губам:

– Буду учить тебя изящной словесности и хорошим манерам. Тому, что необходимо знать каждой барышне. – Он обошел меня кругом. – Сегодня же и начнем, а то стыдно будет с тобой появиться в приличном обществе.

Почемуто замечание показалось мне оскорбительным. Я разозлилась:

– Ну, знаешь! Мне и без общества неплохо. Да и пошел ты со своими манерами…

Кийса мои слова, кажется, не на шутку задели.

– Я хотел как лучше, – сказал он.

«А получилось как всегда», – хмыкнула я про себя. Но, взглянув на вроде всерьез опечаленного оборотня, раскаялась и схватила его за руку:

– Не сердись, просто у меня такой характер. Сначала скажу, потом подумаю. А так – и сама не против учиться.

Про себя решила, что всетаки это не химию учить. Эту науку я не переваривала органически.

– Не пожалеешь! – Кийс просиял. – Сделаю из тебя настоящую женщину.

Последняя фраза прозвучала както двусмысленно. Локша издал нечто вроде рыка.

– А вот с этим как раз не спешу, – фыркнула я и добавила: – И тут уж обойдусь без тебя.

Кийс взглянул свысока и снисходительно улыбнулся:

– Мыслишь примитивно. В постель я тебя не приглашал. Хотя и не откажусь, если пожелаешь, – хитро прищурился он. Но, поймав мой взгляд, поднял руки: – Нуну, успокойся. Сама наводишь на такие мысли.

И тут же получил затрещину от Локши. Да такую, что шляпа улетела в кусты. Я вздрогнула – вдруг сцепятся? Но Кийс, кажется, полностью вошел в роль учителя, опекающего неразумных малолеток. Спокойно поднял шляпу и стряхнул с нее пыль:

– Вас, молодой человек, тоже следовало бы поучить хорошим манерам. А вам бы, барышня, стать более женственной и нежной.

Локша, повидимому, решил оставить за собой последнее слово. Он развернул ко мне свой мощный торс, вытер пот со лба и выдал:

– А я, Любка, буду учить тебя быть сильной и выносливой. На кой хрен ей быть нежной? Не выживет! – Последние слова адресовались Кийсу.

Тот пренебрежительно отмахнулся:

– Ну и зачем девице сила? Гораздо важнее знать, как вовремя улыбнуться, опустить глаза, таинственно вздохнуть… А когда нужно, то и в обморок упасть.

– Как же, размечтался! – взмутилась я. – И голову разбить, как хлопнусь.

– Фу, Люба, опять эти примитивные выражения… А падать в обморок можно поразному.

Тут Кийс закатил глаза и стал медленно оседать, приложив одну руку к сердцу. А вот другой сумел както ловко опереться на землю. Упал вполне натурально, изящно и красиво. Я чуть не подскочила, чтобы поддержать его.

Кот широко распахнул свои изумрудные глаза и томно выдохнул:

– Что со мной было?

Я засмеялась и захлопала в ладоши.

Локша решил не отставать. Схватил меня за руку и вывернул запястье:

– Защищайся!

Я от неожиданности ойкнула. А так как из опыта такого рода были только драки в детстве с сестрами, поступила посвоему: изогнулась и укусила Локшу за руку. Причем довольно крепко. И заорала:

– Ты чего?

Локша отдернул руку и возмутился:

– Дурная, что ли?! Сражаться тебя учу. Нужно стать хорошим бойцом и уметь постоять за себя.

– Предупреждать нужно, – проворчала я. – А то могу и глаза выцарапать.

И подумала, что учиться изящным манерам, бегая с оборотнями по лесам, – это, конечно, смешно, но еще куда ни шло. А вот физкультуру никогда не любила. Поэтому сложила фигуру из трех пальцев и продемонстрировала Локше:

– Не горю желанием приобщаться к спорту.

– Любушка, фу как грубо…

Кийс перехватил мою ладонь и нежно коснулся губами пальцев. Наверное, демонстрировал правила хорошего поведения. Казалось, еще немного, и он замурлычет.

Ну и куда я попала? В этом обществе у каждого свои понятия о приличных манерах.

Вскоре вдали показалось село.

– Давайте я схожу разведаю, а вы подождите, – предложил Кийс.

Он умчался, а мы с Локшей сидели в кустах и наблюдали за дорогой, тихо переговариваясь:

– Осталась бы жить у нас. Чего не хватало?

– И тоже бы стала оборотнем?

– А чем плохо?

– Извини, это не моя мечта.

– А что у тебя за мечта?

Я вздохнула:

– Найти одного человека, которого злой рок забросил в этот мир.

– Вот так, – недовольно проговорил Локша. – Стоит встретить хорошую девчонку, как она уже ищет другого.

Кусты раздвинулись, и показалась довольная физиономия Кийса:

– Вставайте и идемте. Я присмотрел подходящее место.

Мы постучались в указанный Кийсом дом. На крыльцо вышла дородная молодка, выслушала просьбу о ночлеге. Внимательно оглядела нашу компанию. Взгляд ее остановился на Локше:

– Вот этого пущу, а вы проситесь в другие избы.

Кийс шагнул вперед:

– Добрая женщина, не может заботливый брат оставить сестру без присмотра. Поехали мы с другом присматривать его сестренке жениха да разбойнички увели наших коней и имущество отобрали. Сами еле ноги унесли, спасибо хоть целы остались.

Хозяйка задумчиво поинтересовалась:

– А жен вы, добры молодцы, дома оставили?

Кийс так и подскочил:

– Не послала еще судьба суженых. Вот сестренку Локша пристроит, а там и за ним самим очередь. Хозяйство у него исправное да пригляд женский нужен.

Глаза бабы заинтересованно блеснули. Она с радушным поклоном отворила дверь и повела нас в горницу. Быстро накрытый стол не выглядел бедным. Вскоре Локша с аппетитом уминал мясное рагу, кот облизывал ложку со сметаной и отдавал должное рыбке. Хозяйка жаловалась на поборы местного князя и баловство разбойников на дорогах.

– Год назад муж ушел в город продавать лошадь, да так и пропал. Ни слуху ни духу, – вздохнула она.

Когда женщина узнала, что за Любкой дадут хорошее приданое, оживилась еще больше:

– Стоит ли, гостюшки дорогие, кудато тащить девку? У меня племянник холостой. Всем хорош! Первый парень на деревне, самый богатый дом…

Хозяйка с таким рвением начала нахваливать родственника, что я тут же вспомнила стихи Пушкина.

У вас товар, у нас купец;

Собою парень молодец,

И статный, и проворный,

Не вздорный, не зазорный.

Богат, умен, ни перед кем

Не кланяется в пояс,

А как боярин между тем

Живет, не беспокоясь…

Я даже поморщилась. Словато хороши, только помню, чем там дело закончилось. Женихто разбойником оказался. Я попыталась робко отказаться от знакомства, но хозяйка и слушать не стала. Сделала вид, что спохватилась:

– Ой, чтото сахара к чаю нет. Сбегаю у соседки займу…

И умчалась. Кийс с Локшей расхохотались:

– Ну, Любка, уважай. Видела, какие из нас сваты? Сразу нашли самого богатого жениха в деревне.

– Только, наверное, он маленький и плюгавенький, – скривился Локша.

А Кийс добавил:

– Или черти на лице горох молотили. Будь спокойна, за такого не отдадим.

Мне почемуто стало досадно.

– А может, совсем наоборот? Тогда возьму вот и выйду замуж вам назло.

Оборотни переглянулись и заржали еще громче.

В это время дверь в избу распахнулась. Вошла хозяйка. За ней, как бычок в поводу, топал племянник. Я бросила торжествующий взгляд на своих попутчиков. Что – съели? Не жених, а девичья мечта. Статный, высокий, голубоглазый блондин с румянцем во все щеки. Да и насчет состоятельности баба не наврала. Одет с иголочки. Красную шелковую рубаху подпоясывал шелковый ремешок. Широкие штанины брюк заправлены в блестящие новенькие сапоги. В руках парень держал пакет с пряниками.

Молодуха засуетилась:

– А племянничекто в гости ко мне шел. Будто чувствовал, что тут такая красавица дожидается.

Кийс фыркнул:

– Красавиц много. А за нашей приданое огромное.

Парень недоверчиво осмотрел мою потрепанную персону. Кийс сунул руку в карман и вытащил золотой перстень с рубином и массивные серьги:

– Надень, а то опять где оставишь. – Повернулся к парню и его тетке: – Она у нас забывчивая. Вечно раскидывает свои побрякушки.

Я заметила, как уставились на украшения тетка и племянник. Видно, стоимость хорошо представляли. Я и сама еле смогла отвести взгляд от драгоценностей.

– Не надо, – замотала я головой. – Потеряю еще, держи у себя.

Похоже, выходка Кийса достигла цели. Хозяйский племянник явно почувствовал ко мне интерес. Уселся рядом и представился:

– Бразд. У меня в селе самое большое стадо коров. И собственная мельница имеется.

Хозяйка заливалась соловьем, нахваливая жениха. А сама все не спускала глаз с Локши. У меня даже голова разболелась от ее щебетания. В конце концов я не выдержала:

– Извините, устала. Спать хочу.

Баба вскочила:

– Сейчас постельку постелю тебе в соседней горнице. А пока посидите с Браздом на завалинке.

Пришлось тащиться во двор.

На землю опускался вечер. На бледном небосклоне появились первые звезды. Было тихо и както грустно. Сумею ли я отыскать Федора? Непонятно, как сделать это в мире, где даже элементарного радио нет.

Так задумалась, что забыла о сидевшем рядом Бразде. Атому явно надоело пялиться на красоты природы. Я почувствовала прикосновение горячего тела.

– Эй, не так близко! – осадила я и попыталась отодвинуться.

Но парень вновь сократил дистанцию и прошептал:

– Ну чего ты… Будешь счастлива. За мной все бабы в деревне бегают. Ты вот понравилась моей тетке, значит, невеста стоящая. Раньше она меня только ругала за девок.

Я вновь отодвинулась, но с тем же успехом. Бразд опять прижал меня к своему боку. Я начала злиться. Не хотелось портить отношения с хозяйкой, нам тут еще ночевать. Но парень никак не желал успокаиваться. Ладно бы просто прижимался, но его рука уже оказалась у меня на груди. Я дернулась и зашипела:

– Отвали!

Парень захохотал:

– Ты что это? Всем нравилось. Тем более что на тебе я женюсь.

Я попыталась вырваться и с ужасом поняла, что железные руки Бразда сжимают меня, как тиски. Закричать? Позвать парней? И ну его, этот ночлег…

К счастью, все решилось без моего участия. Мелькнув в воздухе, как стрела, огромный черный кот вцепился когтями в рожу моего настырного кавалера. Парень пытался его отодрать и закрывал руками глаза. Я понеслась в дом, не дожидаясь окончания сей славной битвы. Как вот только объяснить хозяйке мой слегка потрепанный вид? Но ни молодухи, ни Локши в комнате не оказалось.

Я закрылась в той горнице, где мне постелили. Легла на кровать и вскоре успокоилась. В голову полезли всякие мысли. Я не столь наивна, чтобы не представлять, чем сейчас занимаются хозяйка с моим спутником. С нимто все ясно. А вот чем может обернуться столь тесное знакомство с оборотнем для бабы? Вот общение с ее племянничком чуть не закончилось для меня весьма плачевно. Никак не ожидала, что парень окажется столь нахальным, при теткето он держался сушим скромником. Я покраснела от макушки до пят, представив возможный финал. Сбылась мечта идиотки – пора переставать думать о том, чтобы комуто понравиться. Хотя думалато я только о Феде. И прав всетаки Локша, нужно учиться себя защищать.

Только смежила веки, как тишину ночи нарушил дикий вопль. Сначала думала, что опять явился Бразд, но потом поняла, что от страха и боли так не кричат. К воплям присоединился второй голос, потом еще один и еще.

Я наконецто догадалась, что это за крики, и выругалась, хотя никогда не любила использовать нецензурные выражения. Вроде бы сейчас не март? Откуда же тогда здесь столько кошек?

Заснуть никак не удавалось. Я выглянула в окно. Ночь была темной, но зеленые глаза блестели отовсюду: с деревьев, с крыш, с заборов… Я открыла створки и зашипела:

– Брысь! Пошли прочь!

Коты меня проигнорировали. Я подумала, что никто лучше моего спутника не сможет прогнать этих вредоносных существ. Высунула нос в соседнюю комнату и позвала:

– Кийс!

Но ни он, ни Локша не отозвались. Я с досадой захлопнула окно и улеглась, накрыв голову подушкой. Чтобы не слушать любовных песен чертовых созданий, решила думать о своем сильном и красивом Феденьке. И незаметно провалилась в сон.

Проснулась оттого, что хозяйка колотила в дверь:

– Вставай, все уже за столом. Только тебя ждем.

Я послушно открыла глаза. Подниматься не хотелось. Чувствовала себя совсем разбитой после ночного концерта. Но, как говорится, семеро одного не ждут. Представив, как оборотни пожирают еду голодными взглядами и костерят мою медлительность, тут же взлетела с кровати и помчалась к колодцу. Сполоснула лицо и метнулась за стол.

Там царила полная идиллия. Никто меня не ругал. Все казались очень довольными друг другом. Хозяйка висела на Локше, разливая вокруг довольство и благодушие. У Кийса блестели глаза, как у мартовских кошек ночью. Он плотоядно облизывал губы. Такое впечатление, что горшок сметаны сожрал.

Я обратилась к хозяйке:

– Что у вас в деревне с кошками творится? Разом сошли с ума? Устроили во дворе такой крик.

Баба с недоумением поглядела на меня, потом на Локшу:

– Я ничего не слышала. А ты?

Парень смущенно пожал плечами. Ну с этими все ясно. Я хоть и молодая, но не наивная. У Кийса глаза заблестели пуще прежнего. Похоже, все тут оторвались по полной. Хозяйка растянула рот до ушей:

– А ты, Любушка, когда рассталась с Браздом? Я и не заметила, как он ушел.

Неудивительно – слишком занята была. Я приторно улыбнулась:

– Он очень рано убежал.

Хозяйка нахмурилась:

– Странно…

В это время в комнату ввалился тот, о ком только что говорили. В сопровождении огромного пса. Баба возмутилась:

– Совсем рехнулся? Зачем собаку в дом притащил?

Но тут же осеклась, рассмотрев гостя получше. Выглядел парень отвратительно: расцарапанное лицо покраснело и вспухло. Будто ножами резали. Я представляла, что будет не слишком красиво, но чтобы так… Молодуха робко попыталась выяснить причину плачевного вида Бразда.

Племянник окрысился:

– Не знал, что у тебя во дворе нечистая сила водится. Или кошки бешеные. Одна накинулась, вон что сотворила.

Он перевел взгляд на меня, и я могу голову дать на отсечение: в этих глазах можно было прочитать любые чувства, кроме любви и нежности.

– Говорила же – кошки до утра вопили. Уснуть не могла, – торопливо подтвердила я и посмотрела на огромного мохнатого пса, сопровождавшего парня. Тот вел себя беспокойно, настороженно косясь на Локшу. Про себя хихикнула: Бразд от кошек защититься решил, а о том, с кем за столом сидит, и не подозревает.

Но сейчас парня, похоже, не интересовали ни я, ни планы хозяйки насчет его выгодной женитьбы.

– Тетушка, я сегодня ухожу. Вчера сосед заглянул, чудные вещи рассказывал. В Чудище появились два путника, хочу на них посмотреть.

– Бразд, путники каждый день тудасюда ходят, что на них глядетьто? Тоже выдумал! Лучше бы за хозяйством приглядывал. Зачем они тебе?

Парень слегка замялся:

– Любопытно. Люди говорят, очень уж необычные путники. Обладают великой силой. Могут убить большого зверя на расстоянии. Сумели вуколапов победить громом небесным. А сколько лет эта нечисть не давала жить спокойно! Да и на самих поглядеть приятно, бабы просто млеют.

Я помертвела. Почемуто сразу подумала о Федоре и его охраннике. Скрывая волнение, протянула:

– Мне бы тоже было интересно на них взглянуть.

Локша и Кийс переглянулись. Бразд пожал плечами:

– Так поехали, вместе в пути веселее. Я даже лошадей дам, чтобы до деревни добраться.

Хозяйка в буквальном смысле слова вытаращила глаза. Как я поняла, у нее были совершенно иные планы, по крайней мере насчет Локши. Она раздраженно набросилась на племянника:

– С ума сошел?! Куда ж тебя чертито несут и зачем? Тут такая девушка рядом…

Бразд оглядел меня более чем равнодушно. То ли вчерашнее приключение отбило всякое влечение с его стороны, то ли и так жилось привольно и не хотелось связывать себя семейными узами.

– Так мы же вместе поедем, – промямлил он. – А там и видно будет.

Локша грозно поднялся:

– Не знаю, что ты хочешь увидеть, но, если полезешь к сестренке до свадьбы, увидишь вот это.

Он поднес к носу Бразда свой огромный кулак. Тот на угрозу не обратил никакого внимания, предпочтя истолковать услышанное как согласие:

– Так я пойду оседлаю лошадей да припасов в дорогу соберу.

Хозяйка поняла, что гости всетаки уедут, и залилась слезами. Даже попробовала уговорить Локшу остаться. Потом кинулась укладывать в корзину сало, огурцы, яблоки… Я молча наблюдала трогательную сцену прощания. Потом повернулась к Кийсу и шепнула:

– А ты собираешься прощаться со своими кошечками? Придут бедные ночью и расстроятся.

– Не лезь, дорогуша, не в свои дела, – отрезал парень.

Я обиделась и поджала губы:

– Да больно надо лезть. Сами спать не давали.

Кийс усмехнулся:

– Посидела бы с мое на цепи в одиночестве, посмотрел бы, как запела. Да и всегда есть шанс снова там оказаться.

Мне тут же стало жаль парня. Я шагнула к Кийсу и обняла его:

– Я этого не допущу.

Тут за нами явился Бразд. Он гарцевал на сером коне, рядом дожидались еще три лошади. Я сразу же положила глаз на маленькую беленькую кобылку, мне она очень понравилась. А вот понравилась ли ей я, еще предстояло выяснить. Тем более что практики верховой езды у меня почти никакой. Наверное, не стоит считать за таковую получасовую прогулку под уздцы по городскому парку.

Я скосила глаза, чтобы поглядеть, как забираются на данное средство передвижения парни. Подражая им, лихо прыгнула в седло… и тут же оказалась на земле. Только по другую сторону кобылы.

Мои спутники захихикали. Лошадь стояла равнодушно, будто ничего не произошло, полностью меня игнорируя. Не то что не шевельнулась, а даже не моргнула.

Бразд удивился:

– Ты никогда не сидела на коне? О чем думали твои родители? И братья?

Он вопросительно уставился на Кийса с Локшей.

– Они меня слишком любили. Баловали, – огрызнулась я.

Обошла кобылу и повторила попытку более осторожно. На этот раз все получилось. Даже сумела тронуться с места вслед за парнями. Всадники двинулись шагом, давая мне время привыкнуть, подсказывая и ободряя.

Постепенно мои судорожно сжатые пальцы разжались, напряжение спало. Я смогла обратить внимание на чтото, кроме своей кобылы.

– Несколько дней, и станешь наездником не хуже нас, – одобрительно проворчал Локша.

Парни вовсю хвалили меня и поддерживали, но я особой радости не испытывала. Седло казалось чересчур жестким, ягодицы ныли.

К счастью, деревня со странным названием Чудище оказалась не слишком далеко. Мы спешились во дворе какихто дальних родственников Бразда, и я тут же кинулась расспрашивать местных. После рассказа расстроилась. На Федю и его охранника славные победители вуколапов казались не слишком похожи. По словам хозяина, то были могучие воины огромного роста, косая сажень в плечах, одним взглядом могли лишить рассудка. Его же жена, осторожно оглядываясь, нет ли рядом благоверного, описывала очи ясные, уста сладкие, кудри золотые и далее по списку.

Хотя, может, их появление просто успело обрасти легендами? Да и других зацепок у меня не было совсем. Так что нужно искать этих витязей и надеяться.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Федор

Мы подъехали к «Горластому петуху» очень голодные и не опохмелившиеся после вчерашнего. Двор трактира был переполнен. Народ входил и выходил. Видно, этот кабак пользовался здесь популярностью.

Привязали коней к коновязи и степенно двинулись к крыльцу. В это время дверь распахнулась, и на улицу вышла девка. Да какая! Не чета нашим субтильным вешалкам. Ростом почти с меня, талия тонкая, буфера – вообще зашибись. Ну и глаза – зеленые, как у русалки. В общем, полностью в моем вкусе. Я застыл и, открыв рот, наблюдал за красоткой. Чуть слюнями двор не закапал. Даже забыл, что есть хочу.

А разворачивающееся перед глазами зрелище становилось все более впечатляющим. Девка обхватила своими богатырскими руками двоих здоровенных мужиков и волокла их наружу. Бедолаги пробовали вырваться, но тщетно. Потом женщина перехватила мужиков за шкирку и швырнула с крыльца. Так как я стоял точно напротив, то оба они оказались у меня в объятиях.

Девка уперла руки в бока:

– Ноги чтоб вашей здесь не было! – и сделала шаг вперед.

Мужики спрятались за мою спину и заныли, как малые дети:

– Мы больше не будем!

Я подумал: «Ничего себе вышибала!» Где хозяин такую нашел? Кем работает девка, и ежу понятно. Она мне страсть как понравилась. Но смущенные типы за спиной вдруг вызвали мужское сочувствие. Я вспомнил, что клиент всегда прав, и решил вмешаться:

– Эй, любезная, не гоже бабам мужиками швыряться!

Сам не понимаю, зачем, собственно, влез. Кто мне эти фраера? Не братья, не сватья…

Взор зеленых глаза яростно обратился на меня.

– А это что еще за пьянь? Катись отседова, а то поганой метлой выгоню.

Бесенок под ухом хихикнул:

«Кажется, хозяин, останешься ты голодным».

Я разозлился:

– Выгонишь, говоришь? Да ни одна баба еще мной не командовала!

– Опомнись, боярин! Это ж сама Настасья Вахромеевна, – прошептал Лавр.

Мне это имя ни о чем не говорило. Голова трещала с похмелья. Драться с женщиной я не собирался, но твердо вознамерился войти внутрь и начал подниматься по ступеням.

Девка шагнула навстречу. Сомневаться в намерениях вышибалы не приходилось. Я быстро обхватил ее талию руками, стараясь отпихнуть с дороги, но девка поднажала, и мы рухнули с крыльца. Она сделала попытку скрутить меня, но зря я, что ли, столько лет самбо занимался? Некоторое время мы барахтались в пыли с переменным успехом, но потом я сумел извернуться и уложить девку на лопатки. Навалился сверху и склонил голову к ее лицу. Ох и хороша! Так захотелось впиться в ее губы, что мочи нет. Бабочки запорхали внизу живота. Еле сдержался.

Прошептал нежно:

– Эх, нам бы с тобой, красавица, покувыркаться в спаленке, а не посреди грязного двора.

Девка вздохнула, покраснела.

– Не позорь меня, боярин, я мужняя жена. – Стрельнула глазами и тихо добавила: – А про спаленку подумаю.

Я сразу расслабился. А зря. Тут же заработал удар в ухо и отлетел на пару метров. Силы у бабы было немерено, не зря вышибалой работала. Я вскочил на ноги и приготовился продолжить поединок. Но недооценил девицу. Она шагнула ко мне и отвесила поясной поклон:

– Будьте гостями, добры молодцы. Пошутковали и хватит. Я хозяйка здесь, Настасьей Вахромеевной величают.

Я тоже поклонился:

– Извини, хозяюшка. Больше не будем баловать.

Настасья Вахромеевна с улыбкой оглядела меня. Демонстративно задержала взгляд ниже пояса:

– Хороший воин должен уметь усмирять желания.

Я отмазался комплиментом:

– Ни разу не приходилось мериться силушкой с такой красавицей.

Хозяйка сама провела нас за стол. Мне показалось, что на нем постелена скатертьсамобранка, – каких только блюд мы в тот день у Настасьи Вахромеевны не перепробовали.

– Шеф, у нас в ресторанах хуже кормят, – прокомментировал Алекс.

Я хмыкнул:

– Не забудь – тут все натуральное.

Время от времени хозяйка подходила спросить, не надо ль еще чего. Я заметил, что все посетители обращались к ней уважительно и только по имениотчеству.

Я не спускал с женщины глаз. От ее крепкой ладной фигуры в натуре башню сносило. Настасья Вахромеевна явно чувствовала мой мужской к ней интерес и иногда вспыхивала маковым цветом. Подавая очередное блюдо, как бы нечаянно касалась то грудью, то коленом.

Я вновь почувствовал томление внизу живота. Хоть хватай первую попавшуюся бабу и оприходуй у всех на виду. Ерзал по лавке, как будто под задницу положили горящие угли, и не мог дождаться конца трапезы.

– Хозяюшка, я бы хотел остановиться здесь на денекдругой. Есть ли свободные комнаты?

Мне показалось, что пухлые губы красавицы приподнялись в лукавой улыбке. Она очень ласково проворковала:

– Только сегодня съехали постояльцы. Неожиданно очень.

Я почемуто решил, что именно эти постояльцы и летели с крыльца.

После обеда распорядился:

– Лавр, забирай Климку, и займитесь покупками. Сам знаешь – одежда, лошади, продукты…

А я постараюсь скоротать вечерок в свое удовольствие.

Сначала хозяйка показала комнату Алексу, затем отвела меня в другую, получше обставленную. Большую часть помещения занимала большая деревянная кровать, реальный сексодром. На миг мелькнуло подозрение: наверное, немало любовников хозяйки прошло через это ложе. Но тут же мысли вернулись к себе любимому. Что мне до остальных?

Настасья Вахромеевна прошла внутрь и поинтересовалась:

– Все ли нравится гостю?

Я намек сразу понял. Швырнул бабу на постель и упал сверху. Пусть думает обо мне что угодно, но терпеть более не мог. Сразу сунул руку под платье, нащупал коленку. Моя рука поползла выше в предвкушении неземного блаженства. Вот только местная экипировка подкачала. Запутался я в застежках этой екарной боярской одежды. Да и излишняя мужская самоуверенность погубила. С чего вдруг решил, что хозяйка хочет меня так же, как я ее?

Настасья Вахромеевна с легкостью сбросила меня с себя и оказалась у двери. Я разозлился. Продинамить решила? Не хрен за нос водить тогда. Играть со мной, как с мышью, – это, знаете ли, чревато. Могу и забыть, что дама.

Поняв, что я в бешенстве, хозяйка одернула юбки и поспешила успокоить:

– Не запирай засов. Ночью приду.

И выскользнула из комнаты. Я в изнеможении рухнул на подушки. Мстительно подумал, что после таких издевательств любовь моя может запросто перейти в ненависть. Ну ничего, голубушка, потом отыграюсь.

Постепенно пришел в себя и хмыкнул: ну и баба! Сильна, как мужик, коварна, как японский ниндзя, а уж красива… Слов не подберешь. Что ж, буду дожидаться ночи.

В дверь осторожно постучали. Я подскочил: не выдержала! Вернулась! Одним прыжком оказался на пороге и только что не раскрыл объятия, дабы принять одумавшуюся красавицу. Но обломился.

В первый раз в жизни был не рад приходу своего телохранителя.

– Шеф, ты один?

– Как видишь, – огрызнулся я.

– Побазарить с тобой пришел, – неопределенно пробурчал Алекс.

Я сначала хотел послать его подальше. Не в настроении был разговоры разговаривать. Но потом подумал, что обижать пацана нельзя. Лучшего телохранителя не было еще ни у одного олигарха. Алекс прошел огонь и воду, медные трубы, десант, спецназ, бои без правил… Потом его крупно подставили. Сколько я потратил зеленых, чтобы вытащить его из неприятностей, лучше не вспоминать. Но теперь парень отдаст за меня жизнь не задумываясь.

Нет, оскорблять Алекса не стоит. Да и трепаться попусту он не привык. Если хочет сказать, значит, есть что.

– Чтото узнал?

– Да насчет этой цацы, Настасьи Вахромеевны.

Я не смог сдержать интерес:

– Что именно?

– Про мужа.

То, что у красавицы имеется муженек, из головы совсем выскочило. Ох, чует мое сердце, неспроста завел Алекс это разговор.

Мой телохранитель задумчиво продолжал:

– Говорят, единственная женщина во всем княжестве держит кабак. И – никаких проблем с клиентами.

– Ну, силушкато у нее мужицкая. Любого фраера отошьет.

Алекс поморщился:

– Шеф, одной силой в таком деле не обойдешься.

Слухи ходят поганые про ее муженька. Похоже, отмороженный этот тип на всю голову. Маленький, невидный, просто мужичок с ноготок на фоне своей бабы. Но при этом злой, спесивый, мстительный и очень ревнивый.