Текст книги "Котенок Шмыг, авария и полный мандарин! (СИ)"
Автор книги: Яна Лари
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)
Глава 11
Глава 11
Марат
– Я всё-таки не понимаю, почему нельзя поехать на троллейбусе? Давно хотел попробовать, а тут такая оказия, – ворчу, запихивая руки в карманы.
И чего Лада упёрлась? Такой момент пропадает: давка, час пик...
А я ещё одет легко, ни шапки, ни перчаток. Планировал доехать цивильно на машине, так эта язва тоже отказалась, наотрез!
Возить даму в багажнике, к несчастью, моветон. В наше время нельзя просто взять и взвалить женщину на плечо, как косулю ретивую. Все заскоки прекрасного пола следует принимать стоически: кивать, смотреть с умилением, обязательно улыбаться и говорить, что «боже, как у тебя в этот раз получилось непринуждённо, восхитительно, неподражаемо вытрахать мозг!».
– Дался тебе тот общественный транспорт, – фыркает Лада, заматываясь в шарф по самый нос. – Удовольствия мало: тесно, душно, вечно кто-то на ногу наступит. Лучше срезать пешком через парк. Это, по крайней мере, романтично.
Однако, неожиданный и любопытный поворот принял наш спор.
– Так бы сразу и сказала, что я твой этот, как его... Да ёп... – с трудом проглатываю мат, пытаясь вспомнить новомодное слово. – Прям вертится на языке!
– Да ты достал! – взрывается вдруг Лада. – Ну сколько можно? Вы посмотрите, прям задели его мужскую гордость! Никак не успокоится.
– Эй, ты чего? – Едва успеваю схватить её за рукав.
Куда она так чухнула? Нормально же общались.
– Отвали от меня. И язык свой поганый засунь себе в… да куда хочешь! Надо было сразу драпать от тебя, как от чумы бубонной! – шипит Лада и, выдернув куртку из моих пальцев, прибавляет шаг, не прекращая бухтеть: – На фиг ты мне сдался вообще? Сам подставился, вот сам себе и помогай. Делать мне нечего, в этом участвовать!
Ааа, это барышню «вертится на языке» так взбеленило?
Надо же, как Автопромовну тема оральных ласк заводит!
Я в шутку предложил, чисто стёба ради. А тут прям её зона эрогенная, походу!
Надо взять на заметку, кстати, где у святоши Ахиллесова пята.
Законы соблазнения ещё предписывают ни в коем случае не называть девицу идиоткой. Иначе, следует из них, обида может затянуться на года. Лжеца простят, а правдолюба будут ненавидеть. Поэтому стратегически выгоднее обидеться первым.
– Эй, вообще-то, я только хотел предположить, что я твой краш. А пока выражение чёртово вспомнил, выслушал целую кучу претензий! Ты чего нервная такая, м? – Хватаю её за декоративное ушко, но Лада дёргается вбок и гневно плюхается на качели.
Я остаюсь стоять с плюшевым рюкзаком в руке, как дурак.
– Да потому что ты издеваешься!
– Я издеваюсь? – пытаюсь удержать хотя бы отъезжающую крышу. – Откуда взялись эти мысли?
– Ой, не прикидывайся, всё ты знаешь.
– Да у меня язык не повернётся…
– Ну вот, опять!
Капец, она зациклилась на этой теме. Искрит не хуже, чем мой антимат браслет. Одно не ясно – я что с этим сделаю?
– Мне что теперь речь фильтровать ещё и на двусмысленность?
– Неплохо бы! А лучше закрой рот.
– Я не могу. Ты так выводишь временами, что если я буду молчать – меня порвёт!
– Тогда прижми язык к железу! Говорят, хорошо помогает при дефиците силы воли.
Это у меня-то проблемы с силой воли?!
Да я скала вообще. Я её до сих пор не придушил!
– А мне от этого какие бонусы? – Хватаюсь за качели и свирепо подаюсь вперёд.
– Проси что хочешь! – нагло говорит мерзавка.
Я накаляюсь от её бездумной, дерзкой, ядовитой реплики. И дыхание перехватывает, и пульс сбивается, а затем разгоняется, как сумасшедший. И возможности, что открывает одна эта фраза, опаляют моё нутро кипятком.
Ой, зря ты, девочка, пообещала, я ведь попрошу…
– Что захочу, значит? – расплываюсь в маньячной улыбке. – Тогда по рукам, детка. Я тебя за язык не тянул.
– Марат, ты опять?! Постой… Что ты делаешь? – пищит она, но уже слишком поздно.
Я прилипаю к ледяному металлу, как пёс к сахарной косточке – всей площадью своего длинного лизало.
И если меня когда-нибудь спросят, где были мои мозги в этот момент, я отвечу честно, без запинки – в заднице!
Ну просто в черепе им места не осталось, там черти предвкушают пир и танцуют джигу. Поэтому мой центр принятия решений обживает нижнюю часть тела, которой тоже периодически думают, а ещё на неё ищут приключения, a когда найдут, в ней же и сидят!
Вот прям как я сейчас.
– Ты, блин, совсем ку-ку? – Хватается за голову беда моя упоротая. – Другого способа выпендриться не придумал?
Ох, она правда думает, что я перед кем-то собрался выпендриваться?
Однако ощущения, прямо сказать, паршивые. Мороз и привкус ржавчины тот ещё букет.
Ещё и Лада с психом выдёргивает у меня рюкзак.
Я тоже дёргаюсь, решив, что вредина меня здесь тупо бросит, но это только ухудшает положение.
– Давай ещё язык себе оторви! – смеётся она сердито. – Ты, идиот, чего ожидал? Это железо зимой, ты физику в школе прогуливал?
Не нравится мне то, как она в сумке роется. С неё не станется выложить проёб с качелью в сеть.
Я в ярости пытаюсь предупредить, чтобы даже не думала! Но получается лишь злобное:
– У-ну-ну-ну!..
– Чё ты там мычишь? По рогам тебе надавать, пользуясь случаем? – язвит она, не отвлекаясь от поисков. – Я б с радостью. Но мозги тебе вкрутить на место это не поможет.
– У-ну-ну! – Ещё активнее грожу кулаком, видя, что Лада всё-таки достаёт телефон.
– Да ты что с языком, что без – зануда. – Рассеянно отмахивается от меня эта хамка. – Подожди, дай хотя бы закажу стаканчик кофе. Доставка приедет, польём твой язык, металл отогреем и сразу отлипнешь. Вот чёрт… – Вдруг поднимает она на меня растерянный взгляд. – Батарейка на телефоне села практически. Твой при тебе?
– Уну. – Глазами показываю на свои джинсы. Мог бы и сам достать, но хочу, чтоб она. Немного петтинга нашим отношениям не повредит.
Лада кивает и хлопает меня по карманам пальто. Ничего не находит, конечно же, но дальше, бляха, не ищет!
Вконец озверев, энергично виляю тазом то вперёд, то назад.
Со стороны моя подсказка, наверно, выглядит, будто пытаюсь поиметь трубу, как пёс хозяйский тапок.
Лада смущённо скребёт ногтями лоб под шапкой.
– Слушай, это, конечно, не моё дело, но ты б сходил к сексопатологу. Я сейчас не как женщина, а как друг тебе говорю.
– У-у-ну!
«Друг» ты мой озабоченный…
– Ну ладно-ладно. Нет так нет, я же не настаиваю. Давай я просто тебе позвоню.
Всё. Мне хана! Вот этого как раз категорически делать не стоит.
Торопливо лезу в карман, но в джинсах уже разливается вибрация. И эпичный кавер на песню Тимати, который я в сердцах установил на её номер:
Лада Седа-а-ан! Бак-ла-жан!
– Ах вот как...
Меня никогда не хватали за пряжку ремня, уставившись в глаза даже не с сексуальным интересом, а с гастрономическим.
Серьёзно, Лада смотрит так, будто способна откусить мне голову. Или открутить что-нибудь, и это даже не уши. А мне как бы все части тела одинаково дороги, но те, что в опасной близости к её скрюченным пальцам – особенно.
Немного не так я себе этот волнительный момент представлял.
– Вот ты... козодой хохлатый! – шипит она, выуживая мобильный. Походу, про уловку с петтингом фурия тоже только что сообразила.
Не представляю, что Лада собралась делать, но она как раз ковыряется в моих контактах, когда телефон снова начинает разрываться.
На этот раз рингтон обычный, ибо звонит Антон.
И, конечно, рассвирепевшая демоница принимает вызов. При этом ТАК на меня смотрит, что мой внутренний биологический индикатор предвещает, что сейчас кому-то будет крышка.
Глава 12
Глава 12
Лада
Умный человек бы воспользовался ситуацией и оставил Орка пожинать плоды своей дурости. Даже если его пальто от итальянского дома моды присвоят бомжи, а язык от мороза потеряет часть важных функций, то поделом ему!
Но я отношусь к той несчастной категории людей, что принимают решения не головой, а сердцем. Потом страдают, потому что благодарность – это миф! Доброта наказуема, и от неё обычно только неприятности.
Вот и я не жду, что мне скажут спасибо. Просто делаю то, что должна, чтобы моя совесть, а значит и я, спали спокойно.
Позвать на помощь некого. В парке власти города проводят реновацию, и этой части освещение ещё не провели. Другого способа помочь, кроме как отогреть трубу горячим чаем, я не знаю. Но поблизости все забегаловки либо уже закрыты, либо…
Да кому я вру? Мне просто страшно здесь бродить одной.
Не то чтоб от Марата было много пользы. У человека пуля в голове, и он это доказывает каждую секунду! И всё-таки мне рядом с ним спокойней. Наверно, аура его токсичная так действует, что даже псы бродячие нас по дуге обходят.
Но даже в теперешнем положении этот упырь неблагодарный кобенится! Вот что он лапами машет? Хочет здесь до утра куковать? Нет уж.
Я набираю его номер. Вибрация в переднем кармане штанов объясняет, почему я не нащупала мобильный в пальто. А вот рингтон…
В первые секунды жду, что меня удар хватит.
– Вот ты... козодой хохлатый! – шиплю, хватаясь за пряжку его ремня. Да кем он себя возомнил?
Я ему покажу «баклажан», я ему устрою «сама доставай телефон»!
Руки-то у Марата не заняты. В панике я сразу не сообразила, что меня развели как наивную дурочку, но теперь на место испуга приходит слепящая ярость. И хоть намерение освободить обормота всё ещё в силе, клянусь, он пожалеет, что не замёрз!
Спрашиваю у интернета: «что делать, если зимой лизнул железо и прилип?».
Рубрика: дети познают мир. Ну правильно, где же ещё ответам найтись?
В статейке быстро нахожу простой и интересный метод. Вдох носом, выдох ртом. Тепла в дыхании достаточно, чтобы язык оттаял.
По-хорошему отодрать бы ему лизало с корнем! Но в момент принятия решения звонит телефон. Будто сама вселенная подкинула мне способ отомстить, чтобы потом не тратиться на адвоката.
Подпись к контакту гласит, что это именно тот, кто мне нужен.
– Где тебя черти носят опять? Ты обещал не опаздывать! – шипит Антон почему-то вполголоса.
– О, так он ещё и трепло? – Кидаю весёлый взгляд на застывшего Орка.
– Лада? – Антон удивлён, но моментально возвращает командирский тон. – Дай мне, пожалуйста, брата. Это срочно.
– Марат не может ответить, у него язык занят. Когда закончу, он тебе перезвонит.
Молчание повисает эпичное.
Но я не вру ведь? Не вру.
Пусть умник теперь мне что-нибудь скажет про «показалось» и двусмысленность фраз.
– А когда ты кончишь? – спрашивает он ехидно.
– Я ещё даже не начинала. И не надо меня подгонять! Хочешь быстро – приходи, поможешь.
Карие глаза Марата темнеют с молниеносной скоростью. И беспросветная, чёрная мгла, что растёт в них, обещает мне долгую смерть сразу всеми известными инквизиции способами. После которой бездыханной мне открутят голову, водрузят на палку и поставят у ворот воров пугать.
– Она так шутит, – поясняет Антон для кого-то с нервным смешком. – Лада, тут деловые партнёры. На громкой связи, – шипит на меня этот негодяй ласковым голосом.
Упс!
Можно, конечно, съязвить про группу поддержки, если бы не огромное «но»…
Я замечаю, как Марат складывает руки ковшом и методично, усиленно дышит в образовавшийся вакуум.
– Всё, я не могу говорить. У нас тут, кажется, пошла жара, – отвечаю на автомате и нажимаю на сброс.
Вот же сволочь!
Он изначально знал, как самому легко и без проблем освободиться. И картинная беспомощность, несчастный взгляд, – всё это часть игры матёрого кота с наивной мышкой.
А теперь ему, очевидно, играть надоело.
– Сюда иди… – с непередаваемой злостью выдыхает Марат, чем заставляет меня заскулить от страха. Потому что о том, что он был обездвижен, напоминает только кровь из лопнувшей губы.
– Это ты иди… Лесом! – Пищу, попятившись назад, ибо его лицо сейчас выражает единственную цель – вырвать мне язык без лишних разговоров и посредников.
– Куда? – рявкает он надвигаясь. – Лада, бляха! Куда припустила? Я тебя пальцем не трону. Верни телефон! Хотя бы рюкзак забери!
Ага, телефон ему резко понадобился, так я и поверила.
Я задом ступаю к расчищенной дорожке, утопая в снегу почти по колено. Не особо мне дорог этот рюкзак. Хочет – пускай себе забирает! Всё равно документы лежат в куртке, в нагрудном кармане.
А телефон вообще необязательно в руки передавать. Я оставляю мобильный Марата на заснеженной лавочке. Сам подберёт.
– Ну-ка повтори, что ты там брату вякнула? – рычит он, перестав вдруг притворяться добреньким. – Спецом! Перед партнёрами. Ты хоть примерно представляешь, как попала? – выплёвывает с кровавой слюной в истоптанный нами снег – Ты на что надеялась, лань непуганая? Что я тут до весны застрял, до самой оттепели?! Чего молчишь, а? Раньше надо было!
– А я-то что? – Ускоряю шаг, благо аллея близко. – Твоя идея, между прочим, была. Нечего тянуть в рот что попало!
Марат прищуривает злые глаза и улыбается. Жутко настолько, что я замираю. Как-то совсем не по-человечески. По-орчьи.
– А кто пообещал: «проси, что хочешь»? Не прямо сейчас и даже не завтра, но я попрошу. И ты всё выполнишь в точности.
– Ой, не факт, – усмехаюсь с неистово колотящимся сердцем. Я не Марат. Для меня существуют границы разумного.
– Я тебе это гарантирую.
Он резко подхватывает свой телефон и срывается за мной вдогонку с такой скоростью, что позади встают клубы из снежной пыли.
При всём при этом ему хватает воздуха и наглости смеяться. Весело ему! Так весело, что в жилах стынет кровь.
Гоняющийся за тобой по пустынному парку мужик – одна из самых стрёмных ситуаций, что могут приключиться.
– Напомню, что обижать меня не в твоих интересах, – кричу на бегу.
– А кто обижает? Я обещаю тебе райское блаженство, – злобно хохочет он.
Ненормальный.
Глава 13
Глава 13
Марат
– Бессовестная! Я из-за неё такого стыда натерпелся, а она… – третий день стоит заговорить о Ладе, как в лёгких от возмущения кончается воздух.
– Да ладно тебе, – угорает брат. – Когда бы ещё ты вмазал Лаврушину.
– А не надо было намекать, что я любитель умывать дам под капотом.
– На мокром месте потерял партнёра, – ржёт эта бестолковая сволочь.
– Я же тебе говорил, что просто лизнул качели! – начинаю выходить из себя.
Антон с мнимым вниманием склоняет голову набок.
– Угу, качели. Зимой. В тридцать с хвостиком лет.
Не верит, гад. Я как только не объяснял, он всё равно не верит!
– Это ради дела. – Зло смотрю на него исподлобья. – Теперь Лада мне желание торчит.
Брат от нового приступа смеха набок сползает.
– То-то я смотрю она который день тебя динамит. Признайся уже как есть: язык деревянный, опыта мало, не впечатлил.
– Антон… – рычу предупреждающе.
Последнее китайское...
– Ну ладно, всё. – Поднимает он руки в примирительном жесте. – Есть женщины в постели брёвна, а у тебя во рту полено.
Я кидаю в недоумка мобильным.
– Напомни, почему ты с самого утра продавливаешь мой диван? Тебе домой не надо?
– У меня ремонт. Мы же договорились, что я пару дней поживу у тебя. Чем твоя башка забита? Помимо очевидного.
– Не хочешь дышать краской, помолчи. Голова раскалывается, – произношу флегматично, ослабляя узел на галстуке. – Нужно как-то выкурить Ладу из квартиры и провести аукцион. Мероприятие должно пройти с размахом. Можно привлечь внимание прессы какой-нибудь знаменитостью. Пусть даже те, кто не в курсе скандала, увидят, что я обожаю животных. Что ты делаешь, Антон? – бурчу раздражённо, видя, что брат навёл на меня камеру телефона.
– Пытаюсь запечатлеть твою любовь к животным. Не вертись, испортишь кадр.
Да? Я и не отдавал себе отчёта, что чешу между ушами уснувшего котёнка. У нас на почве мяты полная идиллия.
Лишь бы малый не сторчался.
– Если ничего не делать, одними снимками в соцсетях помилован не будешь, – всё же высказываю свои опасения.
– Но и хуже от них тоже не будет, – парирует Антон. – Не отвлекайся, придумывай, как Ладу уломать.
– Там гиблый номер.
Как будто я не пробовал. Не придумывается! Тратить на аукцион такими жертвами добытое желание жаба душит. На мои звонки Лада не отвечает, сообщения так и висят без реакции. Мне что теперь день и ночь у подъезда её караулить?
– Всё, – неожиданно заявляет Антон. – Собирайся. Я договорился о встрече.
– Ты что сделал? – Недоверчиво выпрямляюсь в кресле.
– На вот, учись. – Он протягивает мне телефон.
– Лада, я идиот! Но ты-то милосердный, добрейшей души человек. Мы можем увидеться? Я очень хочу извиниться, – зачитываю дичь, отправленную Автопромовне от моего имени. – Ты рехнулся? Не буду я перед ней извиняться! С фига ли?
У меня в голове такой пируэт не укладывается. Извиниться за что?!
– Ты дальше читай, – лениво отмахивается мой младший брат и по совместительству источник большинства моих конфузов.
Там дальше ответ, первый за всё время. Что неприятно задевает самолюбие.
Хрен с ним, читаю дальше:
– Ладно, приезжай через часик. Даже забавно послушать, как такой самодовольный павиан извиняется. Надеюсь, это будет не хуже, чем сериал, которым я ради тебя пожертвую.
– Ну вот. А ты говорил, гиблый номер, – снисходительно лыбится Антон.
Но я продолжаю читать:
– И ещё. Прихвати с собой мешок картошки. Мне на двенадцатый этаж такие тяжести не поднять.
На этом месте я не выдерживаю и хлопаю ладонью по подлокотнику кресла.
– Ты олень?!
Вопрос риторический, если что. Крик души просто.
– А что такого? Реально же высоко живёт девка. В авоське по килограмму носить заманаешься, – не догоняет мой брат. – Хотя… надо признать, заявка наглая. Она такими темпами скоро на шею сядет. Хотя тебе, наверно, привычней на лицо?
– Мешок картошки? – Насмешливо приподнимаю бровь.
Но нет, Антон не догоняет.
– Ну, ты можешь пойти с пустыми руками. Только тогда не удивляйся, если и уйдёшь ни с чем.
– Ты олень, – повторяю уже утвердительно и печатаю ответ:
«Зоя Михална, узнаю ваш почерк. А Лада точно выйдет? Не хотелось бы переть мешок обратно».
«А с какой целью ты жаждешь её увидеть? Опять деловая встреча?».
Гюнтер как обычно. Всё ей надо знать. Но она, в отличие от внучки, хотя бы на контакт идёт. Что уже полдела.
«Да. Сугубо деловое предложение».
«Тогда зачем ей выходить? Я тебе открою, заходи – предложишь».
– Какова вероятность не быть посланным в эротический тур хотя бы с порога? – бормочу себе под нос. Знаю же, что толка не будет. Пустая трата времени и больше ничего.
– Лада у тебя кто? – вдруг спрашивает брат задумчиво.
– Истеричка.
– Кошатница! – Закатывает он глаза. – Не хочешь облажаться, бери с собой парламентёра.
– Кого?
– Кота, дубина. Кончай тупить. Женщины тугодумов не любят.
– Что же ты никого себе до сих пор не завёл, если умный такой?
Тоже мне коуч! Сапожник без сапог, мать его!
– Не лезь не в своё дело. Со своей мамзелью разберись, Казанова.
– Я-то разберусь, – цежу мрачно, поднимаясь с кресла. – Она у меня через обруч горящий скакать будет.
– Куда это ты? – доносится из-за спины.
– Картошку искать, – бурчу я. – И молись, чтобы у них лифт работал.
Глава 14
Глава 14
Лада
– Тётка твоя на Новый год в гости зовёт, вот думаю идти, не идти… А у тебя уже есть планы?
– Какие у меня могут быть планы?
Ушам своим не верю. Бабушка хочет праздновать где-то ещё, не со мной?
Раньше у нас даже вопроса такого не стояло. Чего это она?
Очевидно, заметив моё недоумение, бабуля добавляет:
– Я подумала, может, ты со своим расписным захочешь справлять.
Растерянно хлопаю глазами. Честно говоря, мне бы и в голову такого не пришло.
Где я, а где Марат!
Он в нашу тесную двушку со своих высот не спустится, а я в его хоромы тем более не потащусь. Даже если нам вдруг нестерпимо приспичит запороть друг другу праздник. Поэтому на вопрос отвечаю с предельной честностью:
– Не захочу.
– А что же твой расписной, не предложил ничего? – всё тем же невозмутимым тоном интересуется ба.
Ах, вот оно что! Решила разведать, какие у нас отношения.
– У него наверняка найдётся компания поинтересней.
Например, санитары и галоперидол.
На телефон, как это водится не вовремя, приходит сообщение:
«Лада, я идиот! Но ты-то милосердный, добрейшей души человек. Мы можем увидеться? Я хочу извиниться».
Надо же, тон сменил, не прошло трёх суток! Только теперь общаться охота ещё меньше. Его обычное нахальство выглядит честнее.
– От него? – как бы между прочим, спрашивает бабушка.
– Угу. – Бросаю телефон на диван.
– Что пишет?
– Ба! – Хмурюсь, ни капли не веря праздному тону. – Только в твоих сериалах богатые женятся на ком попало. Марат просто развлекается. Вот наиграется и даст мне пинка под пердимонокль. Так что, прости, я воздержусь.
Она неожиданно меня обнимает.
– Вот именно, кого попало такому мужчине не надо. Ты знала, что от него невеста к богатому ушла? Я думаю, что недоступность ему в тебе и нравится. Корыстная бы девка сама на него выскочила.
Да что ж ты будешь делать? Опять она за старое!
– Вот и не будем его разочаровывать. Ему налево, мне направо.
– Ну и ладно, – Пожимает она плечами. – Поступай как знаешь.
Вот и хорошо.
Уже взявшись за ручку двери, оборачиваюсь недоверчиво.
– Я в душ.
Неужели, бабушка не хочет ничего добавить? Это как-то непохоже на неё.
– Иди уже, – бурчит она суетливо, закрывая коробку из-под ёлочных игрушек.
И вроде бы всё как обычно. В целом буднично и привычно.
Но тут звонок в дверь...
... а я в мыле.
В груди невнятно вспыхивает паника.
Не так много людей нас навещает. Если начистоту, вообще никто.
Из прихожей доносятся голоса, но из-за шума воды не разобрать ни слова.
– Бабушка, кто там?
В густом облаке пара ищу на ощупь полотенце.
Глухой звук, как от свалившегося на пол тела, не оставляет камня на камне от моей безмятежности.
Да что там?
Соседи? Сектанты какие-нибудь? Участковый?
– Курьер, – Наконец, беззаботно отзывается бабушка. – Картошку принёс.
Фух, а я-то уже накрутила себя. С этим демонюгой нервы совсем стали ни к чёрту.
Слегка подсушиваю волосы полотенцем и, накинув на голое тело короткий махровый халат, выхожу в коридор.
Но вместо бабушки вижу парнишку в униформе и...
Господи, Марат-то здесь что забыл?
Он по-хозяйски захлопывает за курьером входную дверь, успевая между делом окинуть знойным взглядом мои ноги.
– Ты наповал меня сразить решила?
– Надо было швабру прихватить, чтоб уж наверняка. – Запахиваю плотнее халат, пытаясь казаться равнодушной и не выдать мимикой ничего, помимо раздражения. – А ты чего здесь трёшься опять? Ба, ты зачем впускаешь в дом кого ни попадя? – Со всей строгостью взираю на незваного гостя. – Бабушка!
– Зря надрываешься. Она отлучилась по какому-то срочному делу. – Марат отводит взгляд, но дрогнувшие уголки его губ не оставляют сомнений: кое-кто явно ловит кайф от ситуации.
Что-то мне становится совсем не по себе.
Я не то чтобы одета, он не то чтобы воспитан... В общем, нас в хрущёвке двое, прямо как в той песне. И кстати, там история, по-моему, закончилось не очень.
– Ладно, – наконец, выдавливаю из себя, – спасибо за доставку. Можешь идти.
– Ты всегда такая гостеприимная? – с лёгкой насмешкой парирует Марат. – Я, между прочим, пришёл не один.
Недоумённо смотрю, как он торжественно ставит на пол переноску. Изнутри раздаётся тонкое «мяу».
– А сам-то, чего? Уже сдулся? Наигрался в хозяина? – Осторожно выпускаю котёнка. Малыш тут же тычется шершавым носом мне в ладонь.
– Не надейся, мы проездом, – невозмутимо отвечает Марат, провожая взглядом чёрный хвост, что стремительно скрывается за дверью гостиной. – Подумал, что ты наверняка успела соскучиться.
Он нарочно не уточняет, по кому именно?
– Шмыг может остаться, – вношу конкретику, раз этого не сделал обнаглевший гость.
Но Марат шагает вперёд, снимая пальто.
– Ты мне жизнь испортила, – заявляет он, небрежно вешая брендовую вещь на облезлый крючок. – Когда собираешься долг возвращать?
– Да помню я! Разве ты дашь забыть? – бросаю раздражённо, пытаясь всучить ему пальто обратно. – К вечеру созвонимся, обсудим удалённо.
– Не-не-не... – Скрещивает руки на груди Марат. Стоит как вкопанный! – Я знаю, чем это снова закончится. Подсказка: ничем! Короче, я никуда не уйду, пока ты не начнёшь сотрудничать.
– Ну и чего ты хочешь? – шиплю прямо в его надменную физиономию. Воздух между нами накаляется и плавит выдержку.
– А что ты готова предложить? – его голос звучит раскованно, но в глазах всё та же знакомая мне сталь. Только раскалённая.
– Да ла-а-адно… – усмехаюсь недоверчиво, стараясь не заострять внимание на том, как он шикарно выглядит в приталенной рубашке. Ну почему, чёрт возьми, мне есть до этого дело? – Опять, что ли, приставать будешь?
– Я-то как раз топлю за деловые отношения. Это ты меня постоянно подначиваешь. Кстати, с какой целью?
Слова становятся всё горячее, губы ближе. Мысли несутся, срывая стоп-кран. Шальное воображение рисует картины, от которых в тесной прихожей становится душно.
