Текст книги "Инженер против (СИ)"

Автор книги: Ян Красногоров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 24 страниц)

Глава 13

Чем дольше я всматривался в микросхему, тем больше проникался той технологической поэзией, что была в ней заложена. Я начинал понимать, что получаемый дроном сигнал трансформировался в сочетание звуков определённой частоты и тональности, что могла меняться в зависимости от полученных радиоволн.

Через час изучения я совершенно точно убедился в том, что это устройство работало как переводчик. Преобразуя электромагнитные волны в звук определённой частоты.

– Неужели с помощью этого можно как-то контактировать с заражёнными и даже ими управлять? – вслух высказал я самое смелое предположение.

Переведя взгляд с блока управления на приколотые к доске фотографии, где заражённые с чёрными глазами стояли неподвижно пялясь в объектив камеры, я полностью убедился в этом умозаключении.

– Но тогда почему тебя бросили? – спросил я у снимка, на котором виднелся дрон. – Оставлять такую технику глупо и не практично! Почему эти люди из организации «Уроборос» решили, что в этом аппарате больше нет необходимости?!

Ответ напрашивался сам собой, но верить в него мне просто не хотелось. «Да просто потому, что они не поверили в вероятность, что найдётся человек, способный разобраться в этом устройстве, тем более в условиях тотального кошмара на улицах!»

Моя натура реалиста оспаривала это суждение ещё более очевидным выводом – это устройство попросту больше не справляется со своим предназначением.

– Твою мать, мне опять не хватает информации, чтобы делать окончательные выводы! – я крутанулся на стуле и остановился напротив скриншота, где отец семейства вытаскивал из машины плюшевого мишку. – Ну, конечно! Этот человек точно был в курсе случившегося! – восторженно произнёс я, подъехав к снимку. – Вот только есть один нюанс! – мой взгляд скользнул по вооруженному отряду и по девушке со шрамом от ожога на лице. – Похоже у них что-то пошло не по плану, раз пришлось выводить из города этого человека уже после того, как случилась вспышка бешенства.

Я сорвал снимок и вгляделся в него ещё раз:

– Думаю, этот автомобиль до сих пор там. Стоит его вскрыть, чтобы узнать больше. – фломастер подчеркнул на снимке марку и номер машины, после чего он снова вернулся в один ряд с остальными.

Последним на очереди стал аккумулятор из раскуроченного дрона. Вот тут меня ждал по-настоящему неожиданный сюрприз! Вместо стандартных спаянных литий-ионнных блоков тут использовалась структура, напоминавшая пчелиные соты, заполненные неизвестным, судя по внешнему виду, жидким веществом серебристого цвета. Взяв тестер ёмкости, я подсоединил его к контактам. Дисплей выдал просто сумасшедшие значения. Одна только энергоемкость зашкаливала за девятьсот ватт часов!

Моё сердце забилось чаще от восторга. Судя по тем значения, что выдавал тестер, этот, относительно небольшой аккумулятор мог сравниться по производительности с батарей, что стоит в небольшом электрокаре!

В голове мелькнула скользкая мысль о том, что в его составе вполне может использоваться радиоактивный элемент. Я тут же отбросил в сторону аккумулятор. Откатившись назад, я быстро направился к полке с инструментом. Выудив оттуда подаренный мне подписчиком счётчик Гейгера, раскрашенный эмблемой моего канала. Стряхнув с него пыль, я нажал на кнопку включения.

Держа на вытянутых руках рентгенометр как крест, способный отгонять нечисть, я медленно направился к столу. Прибор молча реагировал на приближение к странному аккумулятору. Даже когда я прижал счётчик Гейгера к нему, тот не издал ни намёка на характерный треск. Облегчённо выдохнув, я отложил его в сторону, вернувшись к изучению блока питания.

Снова подключив тестер, я увидел, что рабочее напряжение этого аккума было пятьдесят четыре вольта. Это значило, что если я хочу подключить его к костюму, то мне нужно будет добавить к нему реле-регулятор, чтобы вся электроника не сгорела после первого же запуска.

Но прежде чем использовать добытый аккумулятор, нужно собрать для него зарядную станцию. Благо в мастерской была масса нужного барахла, коего хватило бы на десятки таких станций.

Я с энтузиазмом вернулся к полкам с запчастями. Подкатившись к нужной секции я уже было потянулся за ящиком, но в последний момент моя рука остановилась. Я окинул взглядом всю мастерскую. Мне вспомнились слова Пал Петровича о городском водохранилище и о грядущем возможном потопе. Перед глазами предстала картина того, как по весне, гаражный кооператив поглощает вода и всё, что здесь есть, скрывается под толщей мутной сели и мусора.

– И это при лучшем стечении обстоятельств. – я невесело хмыкнул, вытащив ящик. – До весны ещё дожить надо.

Решив ненадолго отвлечься от тяжёлых мыслей, я переключился на работу с электроникой. Уже через пять минут я вдыхал воистину прекрасное сочетание запахов свежесваренного кофе и канифоли.

***.

– Привет друзья, с вами я Рэм, глупо теперь называть мой видеоблог каналом, так как интернет не работает и вряд ли в ближайшие года снова появится. Так что теперь у меня будет видеохроника моей жизни, своеобразный влог интроверта. Думаю это будет интересно изучать нашим потомкам или же археологам. – я развёл руки в стороны.

– Несмотря на весь кошмар, что твориться вокруг, у нас есть несколько хороших моментов, а именно! – я стал загибать пальцы. – Первое, в распоряжении у нашего поселения имеется целая цистерна топлива, второе – у нас прибавилось народу, немного, но всё же лучше чем три калеки. И что весьма важно, все они молодые студенты, а не бедовые бедолаги. И третье! – я продемонстрировал на камеру добытый с дрона аккумулятор. – Вот, что попалось мне под руку! Не скажу, что нашёл его совершенно случайно, напротив, мне пришлось попотеть и пару раз рисковать жизнью ради него, но оказалось, что эта игра стоила свеч.

Данный блок питания имеет невероятный потенциал. С его помощью станет возможным воплотить в реальность мой новый проект! – я откатился в сторону, чтобы в кадре показалась доска, с чертежом нового костюма. – Дамы и господа, представляю вашему вниманию усовершенствованный, для нынешних реалий, костюм из новой линейной марки «Витязь»! Серийный номер один. – я сам себе похлопал.

Данный экземпляр пока находится в стадии разработки, но его создание станет возможным благодаря найденному ранее аккумулятору! – я снова взял в руки блок питания. – Эта кроха решает главную проблему больших костюмов – высокое потребление энергии.

Из минусов – я понятия не имею как создавать подобный блок питания, так же я имею в распоряжении лишь один экземпляр и главное, подобная технология находится в руках тех, кто по моим предложениям, виновен во вспышке Зелёного бешенства.

Положительных моментов не так много, но они всё же есть – я разобрался как его заряжать и как совместить с костюмом. Так же я поймал небольшой след, ведущий к этой таинственной организации. – я взял камеру и направил её на доску, где висели приколотые фотографии. – Думаю, если я проведу небольшое расследование, то смогу на них выйти. – я пожал плечами. – Правда я пока не в курсе удастся ли мне найти эти блоки, но курс верный. Тем более, что у них могут быть ответы на главный вопрос – Что, мать вашу, твориться!

Возвращаясь к «Витязю» – я снова повернул камеру на чертёж костюма. – Пока он остаётся лишь проектом и для грядущей вылазки я буду использовать старую версию костюма. – я указал на верстак, где висела верхняя часть экзоскелета. – Естественно, его придётся улучшать по мере необходимости, но для выполнения текущих задач или квестов, его вполне должно хватить.

О дальнейших событиях связанных с костюмом я продолжу делиться в своих записях, но сейчас…

Замолчав, я несколько секунд не отрываясь смотрел в объектив:

– Недавно случилось важное на мой взгляд событие, считаю, что стоит с вами этим поделиться.

Поскольку сейчас придётся выживать в крайне агрессивном и опасном мире, при этом опираясь на силы маленького коллектива, я решил, что мне нужно как можно сильнее сплотить выживших и при этом заложить фундамент для будущего.

И тогда я задался вопросом, что может сплотить людей воедино? Первое, что пришло на ум – это деньги. Но сейчас они потеряли ценность. Да и раньше, откровенно говоря, они служили лишь инструментом в руках тех, кто мог безостановочно печатать эти бумажки. Раньше с их помощью можно было прекрасно выполнять две диаметрально противоположные вещи – направлять людской труд в нужное русло и одновременно разделять массы, ведь каждый работал лишь для собственного обогащения. Деньги очень удобны, когда приходиться управлять большой корпорацией или страной, но они не годятся в мире, где нет ни первого, ни второго.

Тогда я стал думать дальше. Второе, что пришло в голову, это религия. На мой взгляд тоже прекрасный инструмент для управления народом. К тому же он может работать практически без денег, но я не особо то и верующий человек, да и проповеди читать не умею.

И вот в этот момент я понял, что нам подойдёт идея. Да, именно идея. Ведь из неё легко формируется цель из цели создаётся план, из плана идут действия, а уже из действий в реальность воплощается идея.

И наша идея, или даже идеология, будет заключаться в том, что мы больше не выжившие из гаражного кооператива, отныне мы жители Цитадели! – я развёл руки в стороны, дабы жестом показать масштабность этого слова. – По-моему звучит классно, да и несёт в себе особенное чувство чего-то мощного и эпичного. Раз уж теперь больше нет государств, то значит я создам своё. – я мечтательно закатил глаза. – Рэм – правитель Цитаделии! – смешок вырвался из груди. – Над названием стоит поработать, предлагаю сделать этот выбор нашим гражданам. А теперь мне пора заняться делами, так что до связи, с вами как всегда был я, Рэм. Пока. – моя рука отсалютовала у виска.

***.

Я выключил камеру и устало откинулся назад. В этот момент в дверь тихо постучали. Бросив взгляд на экран с камер видеонаблюдения, я увидел Николь. Девушка держала в руках походный котелок.

– Проходи! – крикнул я.

Дверь осторожно открылась:

– Ты не занят? – она подняла руку с котелком. – Я тебе поесть принесла.

– Спасибо. – я махнул ей в сторону стола. – Можешь поставить его там.

Девушка поставила котелок на стол и увидев распечатанные снимки на пробчатой доске, подошла ближе:

– Ну и жуть! – Ника поёжилась от фотографий заражённых, но переведя взгляд дальше, неожиданно остановилась. – Я видела этих людей! – она указала на вооруженный отряд. – Но откуда у тебя их снимки?

– Помнишь, я говорил тебе про разведывательный дрон, что сбил мой квадрокоптер? – она кивнула. – Так вот я нашёл его и уже успел порыться в его внутренностях.

Девушка брезгливо наморщила тонкий носик:

– Брр, звучит так себе если честно. – она перевела взгляд на другие фотографии. – А это что за страшилища? – её палец ткнул в снимок бабищи и доктора.

– Заражённые. – я пожал плечами.

– А почему у них глаза такие жуткие? – Ника отошла на шаг назад.

Я хмыкнул:

– Кто из нас на врача учился? Ты мне и скажи, что с ними не так.

Николь скорчила мордашку:

– У нас не было практических занятий, где бы мы препарировали зомби. Нет, – она качнула кудрявой головой, – К такому нас точно не готовили.

Я вздохнул и снова указал на снимок отряда, окружившего семью:

– К такому никто не был готов, даже они.

– Кто они?

Я поджал губы:

– Без понятия, если честно, единственная зацепка в этом деле это, как я понял, их название.

– Уроборос. – с листка прочитала Ника. – Змей, пожирающий сам себя. Это же из каких-то древних мифов. Насколько я помню, использовался разными культурами и народами как символ смерти и возрождения, подразумевая под собой бесконечный цикл жизни.

Я оживился:

– Точно! – я щёлкнул пальцами. – А откуда ты это знаешь?

Ника смущённо отвела взгляд:

– В сериале про сверхъестественное было.

Я усмехнулся:

– Понятно. Вот только что нам даёт эта информация? – я взял маркер и по-детски нарисовал круг в верхней части дорисовав голову змеи.

Мулатка рассмеялась:

– Получается, что пословица врёт? – она выхватила из моих рук маркер и стала дорисовывать символ, добавляя всё больше и больше деталей, чтобы рисунок больше походил на змея, кусающего себя за хвост, чем на пробитое колесо.

– Какая пословица? – склонив голову вбок, поинтересовался я.

– Талантливый человек, талантлив во всём. – не оборачиваясь ответила она.

– Это не пословица. – обиженно отозвался я. – Если не ошибаюсь, то это ляпнул один человек, а вот пословица – это краткое народное изречение с назидательным смыслом.

Николь бросила взгляд через плечо:

– Похоже, с тобой мы точно не замерзнем в холода?

Я нахмурился, не сразу сообразив, что она имеет ввиду:

– Почему же?

– Ты весьма душный собеседник. – хихикнула она

– Пар костей не ломит. – победно произнёс я. – И вот это уже пословица.

Ника закатила глаза и вернулась к рисунку. Только сейчас я почему-то обратил внимание на то, что девушка старательно вырисовывает каждый элемент, сопровождая это таким же старательным влиянием бёдер. Отвернувшись, я медленно выдохнул, но было уже поздно. Перед глазами стояла яркая картинка, менявшая своё положение каждый раз, когда в тишине мастерской слышался характерный звук трения ворсистого наконечника маркера по бумаге.

– Какие выводы можно сделать из того, что мы выяснили значение слова? – вслух сказал я, дабы пустить мыслительный процесс в другую сторону.

– Не знаю, – отозвалась Ника, – этот символ жутко древний и в нём больше сакрального смысла, чем какой-то информации.

– Сакральный смысл. – медленно повторил я.

Наконец девушка закончила с рисунком, повернувшись ко мне она вытащила из пухлых губ зажатый колпачок маркера, а затем кивнула в сторону снимка с вооруженными людьми:

– Если эти ребята действительно называют свою организацию Уроборос, то скорее всего они жуткие фанатики или сектанты. – она пожала хрупкими плечами.

– Логично. – коротко ответил я, поехав обратно к столу, где лежала электроника из разведывательного дрона. – Но у нас всё равно слишком мало информации, нужно собрать больше.

– Ты опять собираешься выйти за стены? – с дрожью в голосе спросила Николь.

– Да. Чем быстрее мы сможем составить полную картину случившегося, тем проще нам будет двигаться к намеченной цели.

Мулатка подошла ближе и сев на стул рядом, серьёзно посмотрела на меня:

– И что же это за цель?

Я выдержал паузу, глядя в её тёмно-карие глаза:

– Создать собственное государство.

Девушка опешила от услышанного. На пухлых губах заиграла лёгкая улыбка:

– Ты наверное шутишь? – она издала лёгкий смешок.

– Нисколько. Лишь ставя огромные цели, можно достигать больших результатов. – заметив мою серьёзность Ника перестала улыбаться. Выражение лица девушки менялось так сильно, что я буквально мог прочитать её мысли.

– Рэм, я конечно понимаю, ты весьма целеустремлённый человек, но то, о чём ты говоришь, это же не выполнимо! В мире много тех, кто с тобой не согласится и ещё больше тех, кто может тебе помешать.

В этот момент меня словно пронзило током, вытаращив глаза, я уставился на доску с фотографиями:

– Ты права, черт возьми, ты права! Их слишком много!

– Ну, да! – отозвалась Николь, но я уже её не слушал.

Пялясь на змея, кусающего себе хвост, я тихо произнёс:

– Несогласных слишком много, поэтому нужно просто уменьшить их количество!

– Ты меня пугаешь. – произнесла она. – Я кстати еды принесла, съешь, пожалуйста, пока не остыло. – её ладонь пододвинула котелок, а затем несколько раз махнула перед моим не моргающим лицом. – Так, я поняла, наверное мне не стоит тебе сейчас мешать?

В ответ я отмахнулся от неё, как от надоедливой мухи. Полностью погрузившись в раздумья, я не заметил, как девушка тихо вышла из мастерской. Подкатившись к фотографиям, я снова уставился на них, словно пытаясь проникнуть через изображения в мысли людей из этой таинственной организации. В этот момент разрозненная картинка происходящих событий стала приобретать свой основной контур.

Я понял, что мне требуется вылазка, но перед тем, как я отправлюсь за ответами, требуется основательно подготовиться и наладить быт Цитадели, а так же разработать план действий для Пал Петровича по укреплению нашего родного посёлка

Глава 14

Павел Петрович сощурился, услышав как ветхое кресло жалобно заскрипело под ним, когда он уселся за стол. Никто из старейшин посёлка в этот раз не обратил на этот конфуз никакого внимания. В былые деньки, мужики долго бы подшучивали над прибавившимся в весе Петровиче, но к сожалению сейчас было не до смеха.

В штабе висела гробовая тишина, нарушаемая лишь громким тиканьем кварцевых настенных часов в форме кремлевской башни и тяжёлым вздохом одного из восьми мужчин. Все как один сидели молча, сложив руки на столе и пялясь в одну точку, словно потеряв связь с реальностью.

Павел всё же отважился взять слово:

– Мужики! – он зачем-то хлопнул кулаком по столу, от чего некоторые подпрыгнули на месте от неожиданности. – Не думал я, что когда-либо это скажу, но этот день настал. То, к чему мы готовились долгие годы, случилось. – он виновато пожал плечами. – Конечно не в том виде, в каком мы все ожидали. Ядрен батонами вроде бы никто так и не успел перекинуться, но факт того, что привычному миру пришли вилы, отрицать нельзя! – Петрович снова ударил кулаком по столу, тем самым добавляя вес к и без того тяжёлой ситуации. – Потому я требую от совета в кратчайшие сроки скорректировать правила для посёлка с учётом обстановки и незамедлительно, слышите, незамедлительно начать действовать в новых рамках. – он злобно посмотрел на пожилых мужчин в комнате.

– Павел Петрович. – отозвался седовласый старик напротив. – Мы и так многое сделали с момента, когда произошло массовое безумие. За эти несколько дней нам чудом удалось сделать так, чтобы никто из больных не проник за стены посёлка. – он развёл руки в стороны. – Да и с колючей проволокой по твоим чертежам пришлось повозиться. Все сейчас донельзя напуганы. Нам кажется неправильным заставлять новоприбывших тут же хвататься за вилы и патрулировать периметр день и ночь. Мы поступим разумно, если дадим людям возможность немного отдохнуть и прийти в себя.

Мужчина сжал кулаки так, что побелели костяшки:

– Скажите, а нахрена тогда вообще писались все эти правила и уставы?! Каждый, кто причастен к созданию нашего посёлка знал с какой целью мы строим защищенное и безопасное поселение и уж тем более явно все в курсе того, что требуется от будущих жителей этого посёлка и что нужно делать для обеспечения этой самой, мать её, безопасности. – мужчина ещё раз ударил по столу кулаком. – Раз мы зашли в тупик и не знаем как быть дальше, то по праву члена совета старейшин, я накладываю вето на ваше решение дать людям время для отдыха. Надеюсь вы все в курсе того, что это означает? Хоть эту часть устава вы готовы выполнить?!

Мужчины с мрачными лицами посмотрели на Павла и утвердительно закивали головами, неохотно признавая его правоту.

– Так и быть. – сухо ответил седовласый старик, после чего жестом подозвал молодого парня, стоявшего в дверях. – Совет постановил. Поселение сейчас же переходит в режим чрезвычайной ситуации. Собрать всех жителей в доме культуры для инструктажа и дальнейшего распределения по обязанностям. Выдать патрульным дополнительные патроны и раздать рации. – мужчина сощурил глаза, посмотрев на Петровича. – Это всё, пока что. Дальнейшие приказы совета поступят после инструктажа.

Парнишка пулей выбежал из штаба. Павел проследил за ним взглядом, после чего грозно воззрился на всех собравшихся:

– И это всё?! Все меры?!! Должно быть вы ещё не видели, что случилось по ту сторону забора, раз до сих пор не предприняли решительных действий по усилению периметра. – он махнул рукой в сторону ворот. – Два патрульных с двустволками? Вы серьёзно? – он недобро усмехнулся. – Нет, конечно, если совет собирается этими силами охранять поля от ворон, то таких мер безопасности достаточно.

– Петрович! – отозвался грузный мужчина в застиранной камуфляжной форме, что была ему не по размеру. – Хватит нагонять жути. Мы и так все здесь напуганы. А твои крики могут ещё больше взбаламутить людей и тогда нам точно не совладать с перепуганной толпой. Хватило и того случая, когда ты как сумасшедший разорался на КПП требуя от патрульных раздевать каждого до гола, чтобы проверять на укусы. Теперь ты приносишь этот план! – мужчина демонстративно отодвинул от себя распечатанные листы. – Этот твой парнишка, Рэм кажется, ему вообще можно доверять? Да и откуда ему известно как управлять коллективом? – он ещё раз пренебрежительно посмотрел на листок, что принёс Павел Петрович. – Да, и этот его план по созданию Цитадели! Бред какой-то. Смысл пугать людей ордами зомби, если мы в глаза никого из бешенных не видели?!

Мужчина сжал кулаки и пристально посмотрел ему в глаза:

– Вы не достаточно напуганы, друг мой. Не достаточно! – встав резко с места, Петрович достал из кобуры на поясе пистолет и небрежно бросил его на стол. – Пять выстрелов! – гаркнул он громогласно. – Пять! – Павел поднял свою лапищу и растопырил пальцы в стороны, чтобы присутствующие не только услышали, но и увидели, сколько выстрелов он сделал. – В живот. – он загнул мизинец. – В грудь. – безымянный согнулся следом. – В сердце и в шею! – Петрович согнул ещё большой и указательный, оставив только средний палец, который он с удовольствием продемонстрировал совету. – Лишь когда я выстрелил в голову, больной бешенством, что смог зацепиться за мой пикап, наконец-то слетел с кузова! – мужчина согнул кулак и для пущей убедительности снова ударил им по столу. – Пять выстрелов, мля! А у нас три калеки с двустволками на весь периметр! Этих тварей тут пока нет лишь потому, что ещё в городе есть кого жрать! – тяжело вздохнув, он плюхнулся обратно в кресло.

Старик, в клетчатой рубашке и с густым скрученными усами одобрительно качнул головой:

– Петрович прав. Нужно как можно скорее взять полное управление над поселком в наши руки. Если мы упустим момент, то селяне быстро разобьются на группы и тогда нам не избежать внутренних проблем. Думаю тот факт, что сейчас все напуганы может даже помочь нам сплотить народ вокруг совета старейшин, конечно если мы сможем показать силу и решительность. – мужчины одобрительно забубнили, но старик поднял руку, призвав всех к тишине. – В истории существовал момент, когда страна, управляемая советом важных людей, во время войн и смут передавала всю полноту своей власти в одни единственные руки. Я считаю, что нам нужно поступить точно так же. – заметив неодобрительные взгляды остальных старейшин, мужчина встал с места. – Посмотрите на нас. – он обвел руками собравшихся. – Кучка перепуганных стариков, что застыла в нерешительности. Всем же очевидно, что в данный момент промедление смерти подобно. Петрович дело говорит. Нам нужно действовать прямо сейчас. От наших решений зависит по меньшей мере тысяча человек, что вкладывали в наш посёлок не только свои кровно заработанные деньги, но и надежды на то, что объединившись с единомышленниками, им удастся найти здесь безопасное место для себя и своих семей. – он закрутил кончики своих длинных усов. – Если мы не сможем дать этого людям, то слабый совет старейшин пострадает первым от рук тех, кто решит взять власть в свои руки путём силы. – кто-то из мужчин захотел возразить, но старик отмахнулся от него, как от надоедливой мухи и продолжил говорить, словно отвечая на невысказанный вопрос. – Мы с вами давно живём в этом мире и не надо строить иллюзий, что как только всё катится к чертям, к власти приходят наглые подонки всех мастей! – снова закрутив ус, он внимательно посмотрел каждому в глаза. – Мы должны быть сильнее, иначе посёлку не выстоять! Потому я снова повторю свои слова. Сейчас мы должны отложить распри и сделать так, как поступали в Риме! Сосредоточим власть в одних руках. Так решения будут приниматься быстрее. А уж после того, как тяжёлое время минует, мы снова вернёмся к системе управления через совет старейшин.

Мужчина в затертой камуфляжной форме усмехнулся и повернулся к усатому старику:

– Если мне не изменяет память, Юрьевич, то такого человека называли диктатором! – он снова усмехнулся. – Не думаю, что новость о том, что теперь посёлок управляется диктатором, будет радостно воспринята людьми.

– Тьфу, мля! – усач сплюнул. – Гена, иди лесом со своими историческими справками! Какая нахер разница, как это будет называться?! В Риме был диктатором, у нас станет диктором! – он пожал плечами. – Вот об этом я и говорю всем вам! Вместо действий мы сейчас сидим и обсуждаем какое значение у слов! Короче, вы поняли, что я имею ввиду, вроде бы здесь не самые глупые мужики собрались! У каждого из нас был свой бизнес и каждый знает, как эффективно единоличное управление, когда всё летит к чертям. – Юрьевич взял паузу, чтобы убедиться, что до каждого дошёл смысл его слов. – Предлагаю на роль Диктора взять Павла. – он хлопнул по плечам мужчину. – Он бывший военный, успешный застройщик, семьянин и он в глаза видел ту опасность, что ожидает всех нас.

Петрович аж подпрыгнул от неожиданности и уже было хотел подняться с места и отказаться от этой роли, но сухие и крепкие ладони усача сильно прижали его к креслу, отчего оно ещё раз жалобно скрипнуло.

В знак серьёзности своих слов, Юрьевич поднял руку, показав тем самым, что отдаёт свой голос за Петровича. Остальные, кто с охотой, а кто нет, повторили этот жест.

Павел неосознанно запомнил в лица тех, кто не выказал энтузиазма с его новым назначением. Тяжело выдохнув, он встал и снова посмотрел на всех присутствующих.

– Юрич прав. Сейчас нужно действовать быстро и слажено. Спорить о том, что правильно, а что нет, будем позже. – мужчина поджал губы и коротко кивнул. – В любом случае благодарю вас всех за доверие. Клянусь, что как только тяжёлые времена минуют и поселение сможет встать с колен на рельсы, я сразу же сложу с себя обязанности диктатора.

– Диктора. – поправил его тучный Геннадий. – Люди так лучше воспримут.

– Хорошо, пусть будет диктор. А сейчас, думаю что нам нужно поговорить с народом. Людям следует знать о том, что твориться и что мы будем с этим делать.

***

Таня с интересом разглядывала новых жителей посёлка. Сидя возле так называемого штаба, для которого переделали небольшой домик, она ждала, когда у отца закончится собрание.

Внутри девушки боролись противоречивые чувства. С одной стороны ей было непривычно и не комфортно смотреть на кардинально изменившейся посёлок. Она запомнила его тихим и пустым, когда они с семьёй уехали отсюда лет восемь назад. С другой стороны ей нравилось то, что на этих, когда-то пустых улицах, теперь снова есть люди. От этого посёлок словно ожил и скинул с себя годы запустения.

Девушка с интересом рассматривала новые, уютные домики на местах, где ещё в её детстве был лишь пустырь с торчащими из-под густых зарослей плюща деревянными балками рухнувшей крыши, казавшимися Тане в темноте скелетом гигантского монстра.

Таня с тоской посмотрела на асфальтированные дорожки, вспомнив, что именно здесь была самая огромная лужа во всей деревне! В детстве, после весенних дождей, они всей гурьбой собирались здесь и строили самодельный плот из пустых бутылок и мешков, а потом катались по этой луже, отталкиваясь от самого дна палками. На лице Тани появились ямочки, от воспоминания, как зимой эта лужа превращалась в местный каток. Родители тогда выходили на своеобразный субботник и всем поселком насыпали для ребятни огромную горку! Девушка немного поморщилась, вспомнив, как она однажды сильно ударилась о чьи-то санки, когда скатывалась вниз на клеёнке.

– Девушка! Девушка! – услышала Таня, окрик рядом с собой, что вырвал её из мечтательных воспоминаний. – Помогите пожалуйста! – она перевела взгляд с дороги на женщину, стоявшую рядом с собой.

Незнакомка имела вид настоящей беженки. Растрепанные волосы торчали во все стороны, явно в спешке надетая одежда из разных фасонов и растерянный вид. Женщина судорожно прижимала к груди крохотный свёрток из одеяла.

– Да? – только и сумела спросить Таня.

– Пожалуйста, девушка, подержите моего малыша. Мой муж не справляется с разгрузкой вещей, мы только заехали в посёлок, а тут уже объявили собрание и я… – тараторила незнакомка.

– Успокойтесь. – ровным тоном ответила Таня. – Где ваш дом?

– Тут. – женщина указала на небольшой, каркасный домик. – Я буквально на три минуты отлучусь.

– Хорошо, давайте. – девушка осторожно взяла свёрток в руки.

Незнакомка расплылась в улыбке:

– Спасибо большое! Он спит, так что проблем не будет! Я быстро. Туда и обратно! – сложив ладони в благодарственном жесте, женщина побежала к дому, на ходу что-то выкрикивая своему мужу, что вытаскивал из груженной машины сумки.

Таня почувствовала исходившее от свертка тепло, но развернуть одеялко и посмотреть на малыша не решилась. «Не хватает ещё держать на руках орущего ребёнка!». – здраво рассудила девушка, а потому стала тихонько покачивать его на руках.

В этот момент дверь штаба распахнулась и из неё стали выходить какие-то мужики. Девушка терпеливо ждала, когда покажется отец. Он вышел последним. Она даже не сразу узнала своего Па, так как на нём не было лица. Погруженный в собственные мысли, он даже не заметил её, когда прошёл мимо.

– Па! – крикнула его девушка.

Павел Петрович встрепенулся. Задумчивость и суровость мигом пропала, на её место пришло полное замешательство. Подняв от удивления брови, он по орлиному посмотрел на дочь:

– Таня?! – его лицо несколько раз меняло выражение и вот он наконец слабо улыбнулся и сощурив глаза подозрительно уставился на дочь. – Неужели тебя и на десять минут оставить нельзя? – он кивком указал на свёрток в её руках.

– Па-а-а! – протянула дочь. Она хотела как обычно ударить его кулачком в плечо, но вовремя отказалась от своей затеи, подумав о том, что таким резким движением может разбудить ребёнка. – Вообще-то меня попросили подержать.

– Ага. Конечно. – отец рассмеялся. – Ладно. – его лицо снова приняло серьёзный вид. – Мне сейчас некогда с тобой шутки шутить. Как отдашь ребёнка, иди в дом культуры. – отец указал в направлении, куда шли все жители посёлка. Мы сейчас там устраиваем собрание всего посёлка. Явка обязательна. Никаких исключений. – он подмигнул дочери, после чего быстрым шагом ушёл прочь.

Таня ещё несколько минут покачала крошечный свёрток, пытаясь все это время понять чем ещё обеспокоен её отец, кроме того, что наступил конец света.

– Ой спасибо вам! – девушка ощутила лёгкое прикосновение к своей руке.

Обернувшись, она увидела ту самую женщину. Незнакомка за это время успела привести волосы в порядок и хоть как-то поправить одежду. Она оказалась не одна. Позади неё стоял бородатый мужчина, в такой же поношенной одежде, как и его супруга. Слева стояла перепуганная дочь, как две капли воды похожая на свою мать. Молодая девушка, лет пятнадцати, явно находилась в шоковом состоянии, она неотрывно пялилась в пол невидящим взглядом. А судя по тому, что её под руку вёл старший брат, девушка была явно дезориентирована.