Текст книги "Далекое сияние Звезд (СИ)"

Автор книги: Вячеслав Крекер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 24 страниц)

Глава 31

На дальней орбите, над поясом камней, пыли и прочих обитаемых и необитаемых булыжников висела станция Чужих. Туда доставлялся так востребованный в галактике Делитиум. И забирался прилетающими межзвездными кораблями хозяев этой автоматической станции-накопителя.

Подсвеченная с одной стороны местным светилом, подчеркивая ровные грани конструкции, она вызывала трепетные чувства своей громадностью и у меня, уже отвыкшего от архитектуры с не заглаженными углами также отметился восторг от правильности формы. Этакий брусок со стыковыми причалами с торцов. С одной стороны, значит, сырье доставлялось, с другой забиралось.

Близко не подлетали, все равно сканировать нечем, а наружное наблюдение ничего кроме впечатлений не дало. Это, какие надо корабли иметь, чтобы перетащить такую громадину меж звездами?

Но все равно, польза от вылазки была. Только сейчас наяву осознал техническое преимущество тех, с кем придется бодаться за право распоряжаться своей собственной жизнью.

После прибытия мотался по отсекам, пытался вникать в производственные тонкости, от чего голова уже шла кругом. И мои новые кибернетические вычислительные мощности не помогали. Что толку, если знаний нет! Приходится познавать, постоянно переспрашивать, делать умное выражение лица. Но хоть внес движение в сонное царство. А то после нашего полета на поверхность планеты застал станцию действительно в непонятном застое, в нерешительности начать что-то делать. Сейчас вроде зашевелились, даже ходить стали быстрей…. Или это только перед моими глазами? Не важно, главное хоть немного прониклись, что спуску не дам!

Постоянно находился под воздействием какого-то непонятного тягучего страха. Последствия осмотра станции Чужих. Что-то не успею сделать, чего-то важного и вот уже сейчас вспыхнут красные лампочки в коридорах и потом появятся какие-нибудь спецназовцы каких-нибудь звездных содружеств.

Вызов пришел от Старика с намеком обратить внимание на наши вооруженные силы.

Совсем замотался, а они ведь уже давно допросили своих безволосых соплеменников. И даже не соизволили доложить! Вот такая вот я властная величина!

В таком вот, немного накрученном состоянии, я и заявился к лиромам.

– Говори! – обратился я к Мартинату.

– Нам надо домой! – выдохнул он.

– Так все плохо?

– Да, им теперь тоже боги помогают…. Их ведь очень много. Так много, что моему народу не справиться, – в его взгляде появилась обреченность.

В помещении диспетчерской, остающейся все еще нашим штабом, повисла тишина, прерываемая лишь хрустом суставов сжимающихся кулаков.

А я в задумчивости стал наблюдать, как на одном из мониторов с внешних камер наблюдения строители в своих летательных аппаратах крепили к поверхности станции тела кровных врагов горных лиромов. Вывешивали их в ряд отдельно от серокожих. Нечего мешать. Будет у нас кладбище преступников и прочих подлецов упорядочен по происхождению. Почти как на Земле – там тоже еще умеют разделять мертвых, по каким либо признакам, типа вероисповедования или же кое-где цвета кожи. А так же по достатку. Богатые среди богатых и соответственно другие в том же духе.

Черт с ними, с этими безволосыми лиромами, сам их отдал моим воякам, а вот вылет строительной техники…. Почему не доложили? Так они начнут летать, кто куда захочет! Ладно, это потом, но волна недовольства, подталкиваемая разочарованием, прежде всего в своих качествах руководителя нарастала.

– В общем, так… – я подождал, когда они все поднимут свои взоры на меня, – Если… нет, не если, а как только у нас появиться возможность выбраться за пределы этой системы, первое что мы сделаем, то это отправимся к планете Лиром.

Они никак не отреагировали, на них всех сейчас лежал отпечаток прострации. Из коротких ознакомительных лекций от нашего умника Старика Валка лиромы уже многое познали и сейчас не очень-то представляли, откуда мы возьмем подходящую повозку для перелета меж звездами.

Помолчали.

Внутри же я кипел. Время утекает сквозь пальцы, а они здесь занимаются самобичеванием, из-за невозможности помочь своим. Сам не понимал себя, никогда ведь такой невыносимой несдержанности клокотавшей внутри за собой не наблюдал.

– Надо проводить ритуал воссоединения тела и души нашего погибшего брата, – это уже Ругат. Видимо что бы хоть как-то увести мучительные думы от судьбы их народа.

Здесь ведь тоже полная засада. Где я организую им солнце, голубое небо и кучу дров, чтобы спалить тело?

Опять помолчали. Лиромы начали коситься на меня едва сдерживающего истерику. Еще сдерживаемую.

Страх! Чертова станция Чужих!

– Третак уже в силах проститься с братьями, и желает провести крамгарду, – Мартинат обвел взглядом своих подчиненных, в этом случае братьев, дождавшись подтверждения своего согласия путем опускания головы от каждого. Последним его взгляд уперся в меня.

– И что такое эта ваша 'крамгарда'? – не замедлил я спросить его, уже догадываясь и борясь с наползающей потерей контроля.

И переводчик электронный, собака, совсем тупой, не захотел переводить это слово. Не знакомо оно ему видимо!

Мартинат мне разъяснил коротко, но доходчиво – Третак, оставшись без ноги, и чувствуя себя больше не в силах быть настоящим воином среди избранных, должен по традициям провести ритуал освобождения отряда от себя, не стать обузой и не мозолить глаза своим увечьем здоровым и сильным однополчанам. То есть инопланетная сипуха, мать ее!

Избранные, говоришь!

– Ты тоже избранный? – мой взгляд уперся в Мартината.

Видимо, произнесено было не так, как этого требует этикет лиромов и краем глаза отметил, что некоторые начали привставать.

– Сидеть! – раздался рык Ругата.

Вот спасибо, хоть кто-то дает нормальные команды, а не плещется в помоях своих эмоций!

Мартинат продолжал смотреть мне в глаза, впрочем, без агрессии, лишь появилась что-то вроде недоумения в смеси с любопытством.

– Да мы все здесь избранные, и нас с детства готовили для высшей цели!

– Если вы такие избранные, и вас с детства готовили, то почему я вижу перед собой только тупых вояк, не способных додуматься до простого осмысления ситуации? – я уже не видел ничего вокруг себя, видел только волосатую образину Мартината. – Никогда не будет третья сила помогать слабым, быть сильней их противников. И ваши лысые лиромы здесь в доказательство. Чтобы снимать хороший урожай надо поддерживать обе стороны. И не думаешь ли ты, избранный, что ваши руководители, или кто они там, воспитатели, не знают о том, что нет никакого бога Апрома, и вас просто сдают в обмен на некоторые ништяки от инопланетян, торговцев рабами? Не было бы так, давно бы уже договорились с лысыми о перемирии.

Теперь уже новоявленный министр обороны вытаращил на меня глаза и пребывал в некотором ступоре.

Я же, как заведенный уже не мог остановиться:

– И пускай, что это даже помощь твоему народу, но тебя СДАЛИ! – последнее слово у меня получилось выдавить с таким презрением, что и сам удивился вдруг появившейся тишине. – Ты получается такой же избранный, как тот же племенной скот в загоне вашего воспитателя.

Я огляделся, несмотря рыку Ругата все стояли на ногах, включая его самого. Вроде немного отлегло через все то, что высказал, но разгон я набрал все же нехилый. Не так-то было просто остановиться.

– И сейчас ты, так же сдаешь Третака! Хрен я его тебе отдам. И мне плевать на ваши обычаи, если я знаю что они сейчас предательство. Какой ты нафиг командир, если идешь на поводу у слабости подчиненных? – я подошел к Мартинату вплотную, – сейчас строишь подразделение и даешь команду, что каждый в ответе за жизнь моего побратима Третака перед тобой. Хоть спите с ним, хоть приковывайте, мне безразлично, но он не должен провести ритуал крамгарды. Ты же отвечаешь лично передо мной за выполнение этого приказа. Вы – я обвел взглядом присутствующих, – давали мне клятву. Все, выполнять!

Я развернулся и вышел. Дел и так было невпроворот!

Чертова станция Чужих!

Глава 32

Я смотрел на Труса, и он свой взгляд тоже не отводил. Как и несколько ранее при общем сборе. Сколько ему сил требуется, что бы ни опустить глаза, остается только гадать. Вспотел холодным потом, наверно. И, кажется, это его поиск нового себя!

В главном помещении диспетчерской кипела работа и спокойно поговорить, не представлялось возможным. Поэтому индивидуальные беседы перенес в комнату, где расположились наши регенерационные ячейки.

– Как тебя на самом деле зовут? – прервал я это молчаливое противостояние наших взглядов.

Трус, как ни старался, но все же немного смутился:

– Усева!

– Усева значит! Хорошо будем тебя так называть. Если твое имя у народа приживется, конечно! У тебя, Усева, как мне кажется, возникла необходимость высказаться, так давай выкладывай, а то ведь ко мне уже всякие подозрения подкрадываются. И подозрения мои без твоих объяснений могут стать не совсем положительного характера. Я сейчас здесь как раз именно та инстанция, кому надо все сомнения и пожелания высказывать, и желательно начистоту.

– Нас готовили к этой работе, читали лекции, и уже здесь на планете, на той базе… – здесь он окончательно смутился и вроде бы опять стал Трусом. Видимо от воспоминаний тех происшествий его эмоции начинают верховодить и это делает его крайне боязливым. – Нам показывали материалы, с некоторых добывающих баз о прямо сказать животном поведении инопланетян-рабов. Так нас готовили. Сомнения конечно были, и я не хочу сейчас оправдываться, но первое столкновение с тобой, подтвердили то, что нам пропагандировали. И потом твое поведение ничем лучшим не отличалось. Когда я ходил сопровождающим по отсекам, хоть при мне старались сильно не болтать, но все же кое-что услышал. Особенно от тех, кто имел возможность наблюдать за рабами. Это пилоты, строители и связисты. Их мнения очень сильно отличались от пропаганды. И еще некоторые высказывались, что нынешнее положение дел закономерно и все равно рано или поздно расплата бы пришла.

Он перевел дух, задумался, и я ему с наведением порядка в его мыслях не мешал. Похоже, изъясняется искренне. Если это не так, то я полнейший дебил, и мне надо срочно вылезать за пределы этой станции и самостоятельно привязывать себя на колышек в гирлянде рядом с другими идиотами и вообще плохими индивидами.

– На Алотаре я работал для одного института над составлением программы для симулирования политической и социальной жизни. Потом нам за хорошие гонорары предложили работать в одном секретном проекте. Я согласился, и попал на казарменное положение. С несколькими товарищами я обеспечивал группу ученых социологов и политэкономистов в программировании их наработок. Должна была появиться программа симулирования социальной и политической жизни, если вдруг случится контакт с инопланетянами. Потом нам выдали на разработку более детализованные данные об отсталых инопланетных варварах и колонизации планеты с помощью высших рас. Дальше база данных подавалась все более и более конкретная. Но потом из проекта исчезли несколько профессоров начавших задавать много неудобных вопросов командованию. Но для нас компьютерщиков было это тогда как-то безразлично. Мы программисты в свободное время из баз данных соорудили стратегическую игру. И я, чтобы сделать ее интересней, добавил возможность отделения колонии от метрополии и восстание инопланетных рабов. Ученые тоже заинтересовались, проанализировали и такую возможность развития ситуации. При этих новых раскладах наша программа политического симулирования прогнозировала с вероятностью на девяносто процентов порабощение алотарской цивилизации извне. И после этого мы все были в срочном порядке перемещены на Гингбар. Так нам открылась правда, которую не должны были узнать на Алотаре.

Он замолчал, уставившись в пустоту.

– Меня интересует один момент – почему ты вдруг так резко переменил свое, можно

сказать совсем пассивное отношение к окружающей действительности? – прервал я его отрешенное молчание.

– А потому что твоя речь после казни, – здесь он немного смутился, – повторяет то, что происходит в игре. В моей версии игры. Только там такой поворот делает один из вождей алотаров.

Он сделался слегка фиолетовым и, вконец, потерял самообладание. Сущность труса из него никуда не исчезла. Только усиленное внутреннее сопротивление сможет изжить эту падаль состояния его души.

Посмотрим, как он со своим пороком совладает!

– Ты оказался прав, а все умные дядьки начальники тебя не услышали и вообще заставили заткнуться. Да, обидно! У тебя есть семья?

Всполошил я его столь неожиданным переходом. Мне было действительно интересно узнать о личной жизни этого совсем еще сопляка алотара. Как они вообще живут? Женятся и делают детей или все у них происходит как-то иначе? Хотя из общения с Парамом и другими уже знал, что в принципе все несколько схоже с земным образом жизни. Физиология во вселенной правит одинаково. А все остальное – это уже налет своеобразия.

По молодости лет оказался он не женат. И так как в жизни был он очень односторонне заинтересован, не имел даже постоянную подругу. Ну, все как у людей, блин!

Семья же у него имелась. Родители и сестра с мужем и детьми.

Как и у меня, только родителей уже нет. Но я и старше на десяток с лишним лет.

– В общем, тебе новое задание. Составляешь списки всех серокожих и к ним координаты их близких. А также чем их родственники занимаются. У вас там есть навигационная спутниковая система? – и после его утвердительного ответа продолжил. – Будем эвакуировать сначала тех, кто принял наше гражданство и тем самым освобожден от вины ваших начальников. На Гингбар будем эвакуировать, только когда создадим подобающие условия для семейной жизни. Думаю, для начала с твоей и других товарищей помощью найдем укромный уголок и на вашей планете! Самостоятельно эту работу делать не надо, найдешь желающего потрудиться и поручишь ему. Спрашивать же буду с тебя. Начнёшь со списка твоих родственников и пожеланием, кого из них обезопасить в первую очередь.

– Дальше, ты готов дать мне личную клятву?

Здесь он совсем сник. Это ведь не игра, где можно вернуться к очередному ходу, здесь жизнь и каждое решение, подобное этому равнозначны жизни.

– Ведь ты не перестанешь уничтожать мой народ? – задал он, довольно смелый вопрос, но таким тоном, что сейчас вот-вот кинется в бега.

– Только тех, кто заслужил. Ну, еще и тех, кто по своему недоразумению встанет у меня на пути! А как там происходило в твоей симуляции?

– Там должна была пройти волна террора и потом, более высокоразвитые странны были объединены в своеобразную федерацию. Такое развитие на семьдесят пять процентов вероятности.

– Ну, вот видишь! И какая разница, будете вы резать друг дружку или же я стану зачищать ненужный серокожий балласт. Знаешь, какая война бывает самой страшной? – И не дожидаясь сам ответил: – Гражданская! Хотя у вас она будет не совсем гражданской. Вы ведь еще не осознали себя как народ одной планеты и делитесь на множество государств и идеологий. Так что с моим появлением, думаю, будет для вас серокожих много лучше. Появится общий внешний враг, что в свою очередь ускорит объединение и в умах исчезнут границы, останется только планета целиком. И тогда, надеюсь, к власти придут более адекватные руководители, нежели сейчас. В общем, ты думай насчет твоей личной клятвы, она несет ответственность, много ответственности, ну и, конечно же, некоторых благ и в том числе возможность повлиять на мои решения в отношении вашего народа.

Делать их заложниками, вроде бы плохо, но как их по-другому привязать ко мне, еще не придумал. Кризисные времена несут адекватные решения.

Потом Усева отчитался в проделанной работе, из-за которой, в общем-то, и был вызван.

Мы смотрели подборку о базах на планете. Также о некоторых наиболее примечательных товарищах и пока еще рабах. Оказалось наиболее распространены восемь рас. Видимо поставщики сильно не заморочивались и далеко не летали. Но встречались и другие, Старик некоторых даже распознал. К сожалению все из миров на периферии и это означало довольно отсталые, хоть уже и прошедшие рутину первого контакта. Нам сейчас и такие специалисты в пору. Не до жиру. Осталось только узнать специалисты ли они вообще!

Потом мы переместились к другим в диспетчерскую, и уже там потихоньку наметился план наших дальнейших телодвижений. Стал готовить обращение к народу на планете. За основу взял мою речь, провозглашенную на базе, где правили лысые лиромы. В принципе так почти все и оставил, лишь только косметическая правка.

Также вчерне начали составлять последовательность посещений баз. И вот тут на свет выскользнула информация о существующих графиках прилета инопланетного корабля забирающего материал. Но это оказалось не столь важным, поскольку корабль никогда не выходил на связь. Важным стало известие о скором прилете торговцев живым товаром. Вот с ними то, как раз и был контакт. Невольники сгружались напрямую на нашу станцию.

Подступившее и очень слабо контролируемое бешенство хотело, уже было развернуться и как минимум отпинать этого недоумка диспетчера, из-за только сейчас доставленной информации, как вдруг вся тяжесть ее важности придавила меня не позволяя двигаться.

Я переглянулся со Стариком. Ему, похоже, пришла такая же мысль – это будет проверка нашей состоятельности защищать завоеванное. Возможно, и нет, но вероятность большая. И времени нам оставалось чуть больше месяца.

– А почему вообще мы так уверенны в таком развитии ситуации? – спросил я Валка, немного успокоившись. – Почему они просто тупо не захватят ключевые базы и все, контроль снова у них?

– Кадры решают все. Их просто нет, особенно на краю обжитого пространства. Недоумков хватает, а вот других, которые делают дело очень мало. Самим им лезть в столь далекие края не очень то и надо. Ведь придется тогда сидеть здесь безвылазно. Нет, они будут обязательно пробовать тебя на вкус. Насколько ты лучше алотаров или тех же космических скитальцев, типа торговцев невольниками. Поведешь себя правильно, с теми ресурсами, что тебе достались, значит можно с тобой работать. Я почти уверен, это будет нападение.

Разговор со Стариком для других был неслышен, и только мимика выдавала наше общение.

Мартинат, дождавшись, когда я отвлек свое внимание от Валка, спросил:

– Я чего-то не знаю? – после нашего с ним разлада, держался он очень официально. Впрочем, неприязни или подобного ко мне отношения я в нем не увидел и не почувствовал.

– Да, нам дали срок подготовиться и возможно через месяц эти поставщики невольников произведут нападение на нашу станцию. Что они из себя представляют в военном плане, мы не знаем. Будем работать, готовиться к встрече.

Лиром никаких эмоций не показал, только сделал кивок, давая понять, что информацию принял. Вот так мы сейчас и общаемся!

Тупоносая болванка, плавно расходящаяся в крыльях, обозначая этим, где верх, а где низ. На картинках судно поставщиков живого товара выглядело каким-то… игрушечным что ли.

– Видел такие корабли, – сообщил нам Старик. – Производство Федерации. Из-за малой цены и своей модульной компоновки очень распространены на периферии. Гражданское судно, насколько я знаю, имеет только средства защиты. Кое-какое вооружение могли поставить и позже, конечно. Но не думаю, что оружие нападения, если оно и установлено, из современных арсеналов членов Совета Безопасности Четырех. На окраины оно попадает очень редко и, как правило, отслеживается Советом. Не заинтересованы они в усилении периферии в военном плане. Конечно, некоторые окраинные миры производят и свои разработки, не очень эффективные в сравнении с аналогами от членов Четверки, но нам с вами и этого должно хватить за глаза.

Собрались на совет. Из серокожих присутствовали только Парам, Гироа и Усева. С последним, решил посмотреть, как он себя проявит. А вдруг я угадал – у него есть кое-какой потенциал, и он еще раскроется как личность, принесет пользу!

Все молчали, погрузившись каждый в свои невеселые думы.

Чем больше я рассматривал корабль, тем тревожней мне становилось. Главное сейчас не поддаться чувствам! Надо срочно занять себя и других делом, чтобы и для сомнений времени вообще не оставалось.

– Мартинат! Со всеми свободными от вахты лиромами, по порядку, начиная с самых близких к нам баз, и наводишь там порядок. Приоритет имеют именно проблемные, типа той, что мы с вами уже очистили от креатур лысых лиромов. Виновных в беспределе расстреливайте на месте. Потом дашь остальным просмотреть мое обращение к народу. После отберёшь четырех наиболее приглянувшихся кандидатами в наши вооруженные силы. Главное обещание – месть, с последующими улучшениями жизни всех и в отдельности военнообязанных. Срок тебе трое суток набрать шестьдесят кандидатов. После отсева оставишь для дальнейшей подготовки, скажем, сорок рекрутов. Остальных будем использовать в других областях. Пилоты, например, или пополнение к строителям. Усева, – здесь я посмотрел на Труса, сделал небольшую паузу, обращая тем, внимание на его настоящее имя, – поможет тебе с подборкой баз. Есть очень тяжелые случаи, к счастью их немного, там надо наиболее жестко реагировать. Усева будет тебя сопровождать и документировать. Потом мы пустим по сети на общее обозрение видео с перечислением преступлений и последующего наведения порядка.

Я перевел дух, наблюдая за реакцией Мартината.

Ничего. Вояка он все же из элиты элит, можно сказать. Ни тени отрицательных эмоций. Служака, мля!

И стало даже обидно, почему-то. Очень хотелось, что бы именно этот персонаж числился в друзьях. Именно в друзьях, а не в так называемых побратимах. Было в нем что-то очень твердое, неразрушимое, такое часто в юношеском возрасте видишь в отце. Если он, конечно, заслуживает такого отношения! Но я ведь, получается, сейчас вожак стаи, и такие сентиментальности не должны допускаться. Как бы!

А ведь Мартинат является своего рода именно отцом для всех его подчинённых. Ведь он старше их всех и назначен над ними командиром еще в юношеском возрасте. А родителей они и не знали. Их отбирали в отряд еще совсем маленькими. Это, каким же надо быть сильным, твердым, что бы нести с собой эту ношу ответственности и отдавая одного побратима сохранить возможность на выживание другим. Остается все еще странным, почему именно такие вояки не взяли всю власть в горной местности Лирома? Или они взяли и Мартинат с побратимами только шлак, ненужный остаток? Вопросы, вопросы!

Пауза затянулась. Здесь столько проблем, а я удаляюсь в непонятные дебри размышлений.

Как ни странно, я во время всех этих раздумий, и даже не совсем осознано глядел на главного лирома. И он только к окончанию затянувшейся паузы скрестил свой взгляд с моим. И что-то там было….

Мы смотрели друг другу в глаза только короткий миг, а в мыслях пронеслись, кажется, столетия. И я вдруг вспомнил случай после нашего первого боя на станции киборгов. Он тогда меня одним прикосновением успокоил. Экстрасенс?

Он лишь легонько, почти незаметно кивнул. Читает мысли?

– Я не читаю мыслей! – прервал мои смятения Мартинат. – Я выучен много видеть, что бы соответственно своевременно реагировать на увиденное. И я могу чувствовать силу. И могу эту силу вернуть из хаоса в русло порядка. Не всегда. У тебя ее очень много и ты находишься в постоянном смущении от незнания, куда ее направить. Я тоже этого не знаю. Только время знает и дает на все ответы.

Я отметил облегченный, очень облегченный вздох Ругата. Видимо командир лиромов принял сейчас решение, и оно не противоречило ожиданию его заместителя.

Похоже, меня сейчас официально признали командиром среди побратимов. И если такого признания нет, все клятвы, получается, побоку. Или все же не совсем побоку, но только до определенной черты ответственности.

– Ругат, – перенес я внимание на другого лирома, – ты будешь заниматься первой сортировкой рекрутов, через физические и психологические нагрузки путем тренировок. Мы должны в крайние сроки выбрать костяк будущих вооруженных сил. Командирами отделений назначаете бойцов из лиромов.

Здесь я снова посмотрел на Мартината, и он согласно кивнул. Они уже все переняли этот мой земной знак согласия.

– Усева, ты работаешь с Мартинатом. На тебе техническое и организационное обеспечение рейсов в вопросе участия алотаров. Медика не забудь. Первое оказание медицинской помощи нуждающимся, очень важный пункт. И заодно сразу готовь замену. Бери одного, а лучше сразу двух, в последующие рейсы на планету они будут осуществлять твои функции. Бери кого хочешь из не занятых важным делом алотаров. Таких, я думаю, найдется немало. Мне на утверждение конечно. А то возьмешь еще кого из оружейников!

Здесь Парам очень так, недвусмысленно глянул на Усеву, что последний и не знал, как реагировать и за помощью посмотрел на меня.

Я лишь усмехнулся. Типа: 'сам думай!'

– Валк, ты курируешь оружейников и научников, из тех, что работают на разработках компьютеров, – здесь я непроизвольно соорудил гримасу неприязни. Но это личное, и я попытаюсь это чувство побороть. – Через три недели мы должны в состоянии осуществить одновременный залп из двадцати орудий. Я не требую невозможного, и знаю о количестве снарядов. Мне нужен только один залп. Одновременный.

– Гироа, на тебе установка орудий. Знаю, что обстановка на орбите после наших вылетов не совсем спокойная – согласуй свои действия с пилотами шаттлов, там есть радары. Пусть они твоих работяг сопровождают. Сашта я извещу! Дальше… ты лично в работах участия не принимаешь. Готовься к вылету на верфь. Через четыре дня будем захватывать эту базу. Срок для подготовки, думаю, достаточный.

– Валк, через неделю желаю видеть тебя подвижным. Мастери себе тележку, или что там придумаешь… материала и фантазии, надеюсь, достаточно!

Я оглядел всех собравшихся:

– Будет трудно, спать придется мало, а нам с Валком чередовать и укорачивать регенерационный период. Знаете, у меня есть четкое предвидение, что мы выстоим и завоюем наше место под звездами. А другого, нам и не дано. Так что за работу!