Текст книги "Черновик для Эффы 4 (СИ)"
Автор книги: Владимир Ильин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)
Глава 8
Никогда не считал себя мнительным, но к концу обеда уже всерьез маялся странной мыслью, будто что-то упустил.
Нет в воинской части утюгов, чтобы забыть их выключить, нет дверей, чтобы оставить их открытыми – а все равно неуютно…
Хотя вспомнил про дверь, и подсознание намекнуло, что направление верное.
Не отпускала меня ситуация с видеонаблюдением за железной дверью. Само по себе неприятно знать, что за тобой негласно следят – а уж зная заказчика…
Угроза устранена. Но царапает под черепом все равно – какая-то промашка, недопустимая небрежность. Но в чем именно?
Закрыл я дверь нормально. Вернее, мог бы лучше – где-то остались царапины, пока прилаживал штыри к петлям, но там и общий вид был не самый свежий – на фоне иных потертостей свежие отметины не особо выделялись. Тогда что меня беспокоит?
Майор Лоуд может зайти и обнаружить, что наблюдение не ведется? Так сварку вокруг двери не планировалось срезать вовсе – какой мотив ему что-то проверять? Вернее, даже так – если он бы захотел что-то проверить, то сделал бы это, когда мы были на завтраке.
Ладно, он вернется с ключами, когда нас нет, убедится, что все отключено и не включается – и что? Полезет в компьютер? Сильно сомневаюсь, что он разбирается в такой технике дальше интернет-браузера. Но даже если обнаружит, что жестких дисков нет – ну и что? Этот скандал ударит в обратном направлении так сильно, что про диски лучше не вспоминать.
Да и оправдал я майора внутри себя – есть у меня чуйка, что не его это уровня пакость. Не его характера, образа мышления и интересов – скорее даже так. Кто-то другой должен заниматься записями.
В общем, лучше закруглить обсуждение так – даже если любой проверяющий обнаружит пропажу дисков, то будет молчать. Диски искать – станет, но не более.
По уму, надо бы уничтожить диски сразу же, но это ж какой пласт будущего видео «Каникулы Аллиты в Империи» бесславно пропадет…
«Диски надо перепрятать», – уверенно заявил себе, посчитав, что именно поэтому беспокоюсь.
Не помогло.
Можно, конечно, гаркнуть на себя, чтобы внутреннее чутье заткнулось. Но зачем я его бережно растил всю свою жизнь, чтобы потом так с ним обращаться?..
Что-то все-таки есть. Что-то я упускаю. И крутится оно вокруг видеонаблюдения.
«На кого поставлено наблюдение?» – Задал я очевидный вопрос. – «На нас, конечно же».
«Какой мотив поставить скрытое наблюдение?» – Вновь проговаривал я то, что уже делал в той комнатке перед экранами. – «Мотив – Хенни вон Альтазар. Или накопление компромата, или способ ее защитить».
Стоп. Тут – провал в логике. Я даже выдохнул – настолько полегчало. Маята внутри меня отступила – как зубная боль пропала, честное слово.
Ну «не катит» вон Альтазар за причину! Собирать компромат на девчонку – глупость, не то место, не те люди вокруг. Многие в армии живы только по той причине, что ее папка в свое время создал «Титана». Поэтому вроде как силен мотив защитить – но тоже не подходит!
У Хенни такая фамилия, что в любом споре будет достаточно просто ее слова. Любую ее жалобу воспримут как чистую правду, и никакого расследования просто не нужно! Тем более – не нужны записи. Особенно такие, что прокурорские от таких ракурсов просто покрутят пальцем у виска и возбудят дело уже на тех, кто монтировал видеонаблюдение – от низовых монтажников до высшего руководства, которое это санкционировало.
Нельзя просто так следить за гражданскими. Должна быть серьезнейшая причина – и она наверняка есть, только надо ее найти.
– Ты кушать будешь? – Смотрела Аллита на мое жаркое.
Я, будучи в размышлениях, кое-как доедал суп.
– Буду, – буркнул ей, на всякий отодвигая тарелку подальше.
– Тогда добавку возьму, – щелкнув пальцами, потребовала она у Данеша придвинуть кастрюлю поближе.
Аппетит проснулся, надо же.
«Итак», – вернулся я к размышлениям. – «Какая может быть причина для негласного наблюдения за населением?»
Вернее даже, за широким кругом – в кадр попадут все, поэтому мотив должен быть серьезнейший.
Нет ничего серьезнее государственных интересов. И пресечение усилий по свержению власти – первейшее из них. Особенно, после грянувшего недавно теракта.
Но нас с Эффой подозревать никак не выйдет! У меня – высший уровень лояльности. У Эффы – аналогично. Государственные награды, допуски, все на свете – никак не развернуть государственную машину против нас.
«А кто сказал, что следят за нами?» – Даже замер я с ложкой в руках, так и не донеся ее до рта.
Отметил, что Аллита присматривается к ее наполнению, и завершил маршрут ложки, принявшись неспешно пережевывать.
«Что делать, если нельзя преследовать чистого перед законом человека? Надо сделать его грязнее. А как это сделать?»
Да уж известно как. Просто включить в число практикантов «крайне неблагонадежного» гражданина. Желательно – террориста, бомбиста, убийцу, участника революционного движения или подозреваемого в этом.
Подсадить к нам такую личность несложно – раз уж мы получили «случайное» назначение, то и он – тоже столь же случайно получит свое.
И вот за этим мерзавцем можно смело следить. Отслеживать его разговоры, анализировать подрывную деятельность, попытки вербовать. Естественно, интересы гражданских будут учтены – поэтому записи будут проанализированы «компетентными людьми», а не местными служаками. Ну а дальше варианта два – либо Канцлер рассчитывает услышать в разговоре, что таллиум у нас, и будет прижимать этим. Либо, если не услышит желаемого, просто состряпает обвинение в революционной деятельности – и уже в застенках будет вариант пообщаться с нами плотнее. Это из обычной полиции нас вытащат – люди мы честные, знакомых много. А вот обвинение в госизмене – такая неприятная штука, что можно исчезнуть навсегда.
Есть и третий вариант – когда группа захвата из Харрита вломится сюда, чтобы похитить нас, обвинить в этом можно будет мерзавца-изменника. Мол, это его харритские дружки прибыли, чтобы забрать его на ту сторону хребта – а остальных они прихватили из своих людоедских побуждений.
Доев жаркое, я попросил у капитана разрешения отбыть к полковнику. Следом такое же разрешение получила Эффа и направилась за мной следом.
– Что случилось?
– Почему должно что-то случиться? – Изобразил я удивление.
– Ты всю ложку искусал. Еду Мелли себе не забрал. Добавку проигнорировал. Компот не выпил, – привела она последний убойный довод.
– Может, я просто заболел. – Буркнул я.
– И пошел заражать нашего славного командира? Тан, что случилось? – Шла она за мной по коридору, затем по лестнице вниз.
– На улице скажу. – Снизил я тон.
Уж больно гулкое тут здание.
Как отошли от столовой подальше, начал излагать Эффе все, что увидел за железной дверью. Свои мысли – сначала ошибочные, потом те, что показались мне убедительными и достойными беспокойства.
Эффа некоторое время молчала, переваривая услышанное. Но главное – не спорила.
– И кто это может быть? – Задала она главный вопрос.
– Тоже ломаю голову. У нас прекрасный коллектив – инопланетянин, похищенная принцесса, участница заговора против Канцлера… А тут какой-то мерзавец портит наши ряды.
– Не паясничай, – была Эффа слегка бледноватой. – Ты понимаешь, что нам подсадили настоящего мятежника? Ты хоть раз сталкивался с ними?
– Эти – с пушкой и таллиумом – считаются?
– Значит, не сталкивался. Надо идти к полковнику.
– Какое совпадение. Я как раз туда иду.
– А? Извини, я задумалась. – Мотнула Эффа головой.
– Есть, конечно, вероятность, что наш революционер среди тех, кто не смог приехать. – Предположил я. – Или этот Сарел сломал себе руку и умотал по своим революционным делам.
– Или он все еще среди нас. Они практикуют захват заложников. Подрыв важных узлов связи и снабжения. Вербовку ключевых лиц в своих интересах. Что бы он ни планировал, это надо пресечь.
– И при этом он спокойно учится?
– Потом, – отметила мисс Сойер место обитания командования и ускорила шаг.
В этот раз вон Хемли пришлось подождать – он тут не для нас работает, дел и совещаний у него валом.
Обед у практикантов специально смещен, чтобы мы не пересекались с офицерами и солдатами, так что минут сорок ждали, пока у всех наконец-то настанет обед, после чего отправились портить аппетит командиру – он, наконец, распорядился нас пригласить.
Договорились, что говорить будет Эффа – ко мне полковник имел некоторое предубеждение, как и всякий мужик, которого что-то заставляют делать против его воли. С мисс Сойер же они дружили – и поверит он ей охотнее.
Только радости ему этот разговор точно не добавил.
– Где жесткие диски?
– Уничтожены, – не моргнул я и глазом. – Сэр, я хотел бы попросить ключ от железной двери в рабочей комнате.
– Ключ не нужен. Нужны досье на практикантов. – Вставила Эффа.
– Ключ очень нужен, чтобы все наши хорошенько наследили, и лично на меня не упало подозрение.
– Ключ не нужен. Вечером майор откроет дверь, и мы еще пару комнат себе отожмем. Нам нужно где-то гладить вещи, нужны шкафы, которые там уже есть.
– Я не упоминал, но пока я смотрел систему, в помещении бывшего командира находилась Келли. Она зашла туда с кружкой, чтобы полить цветы.
– Келли Шоун? – Нахмурился полковник, пытавшийся совместить две половинки сломанного карандаша обратно – сказанное Эффой ему не сильно понравилось.
– Первый курс училища, рыженькая, безобидная милашка, – прокомментировала мисс Сойер, глядя на меня. – И что?
– Угу. Девочка, которая с первого раза зарядила свой СЭП.
– Все зарядили. Кроме того придурка Сарела.
– Все – это кто? – Был я спокоен. – Я на третьем курсе, Мар на третьем, Данеш на втором.
– Я тоже на первом.
– Ты – пилот. Тебе привычно передавать заряд через проводник. Откуда навык у первокурсницы Шоун? Она нелегальный гонщик?
– Ключ-то тебе зачем?
– Да я вот вспомнил, что цветов в кабинете начальника было много, одной кружки мало. Но никак не могу припомнить, чтобы она возвращалась обратно в рабочую комнату, наполнить кружку.
– Нужен ключ, – повернулась Эффа к командиру.
– Да зачем? – Раздраженно спросил он, явно не понимая.
– Если земля у цветов сухая, то милая Келли смотрела бумаги, а не поливала цветочки. – Ответила мисс Сойер. – А это – улика.
– Да, господи, вы же сами сказали, что это безобидная милашка. – Откинул полковник половинки карандаша. – Ну и что, что умеет заряжать СЭПы. В техникумах напирают на практику. – Он не защищал ее, вон Хемли просто был раздосадован очередной проблемой на свою голову.
– Если она безобидная милашка – земля будет влажной, – мягко ответила Эффа. – А возраст – ну скажи, сколько вот ему лет, – ткнула она в меня пальцем.
– Я анкету читал, двадцать четыре.
– Вот то-то и оно, – хмыкнула та. – А ему – не двадцать четыре. Совсем нет.
– Она – вообще пенсионер, – шепнул я, ткнув в сторону Эффы большим пальцем.
– А ну! Не надо тут. Я досрочный пенсионер. Я к тому, что милашке Келли может быть сорокет, а документы – чужими.
– Ладно. Будет ключ. – Поднялся полковник и дошел до сейфа в углу, вбил код, прикрываясь спиной, и, чуть поискав, достал оттуда бумаги в пластиковом файле, на которых лежал серебристый плоский ключ обычного вида. – Тут и акты об отключении интернета, – бросил он бумаги на столешницу. – Второго ключа, как видите, нет. Я понятия не имел, что за железной дверью. Старого секретчика сменили вместе со всей командой – даже спросить не у кого. – Закрыв дверцу сейфа, занял вон Хемли свое место. – Но, скажу так, обычно командируют спецов из столицы, они требуют помещение, что-то там делают, а потом оставляют приказ – не лезть. На изъятие спецоборудования приезжает другая команда. Если так было, то приказ остался в архиве. Могу поинтересоваться.
– Надо узнать, – кивнула Эффа. – А личные дела курсантов можно?
– У меня только анкеты. Личные дела в ведении Министерства просвещения.
– Это осложняет дело.
– Слушайте, может, этот мятежник не приехал? – С надеждой спросил вон Хемли. – Троих ведь нет.
– Может быть. Я ключ возьму? – Спросила мисс Сойер.
– Да бери. – Поморщился тот. – Проверяйте свою почву. Только потом-то что делать?
– Выводить на чистую воду. – Уверенно кивнула Эффа.
– Да как? Если мятежника раньше взять не смогли и тут решили наблюдать?
Доказательная база в делах по госизмене – это важно. А вот сообщников потом пристегнуть к основному делу – сильно проще. В этом-то и наша проблема, в этом-то и основная угроза…
Возможно, впрочем, что доказательная база уже была – но в столице. Фактически, революционер дохаживал свои последние деньки на свободе – и в конце практики ловушка для него захлопнется. Задев, к сожалению, и нас.
Да, видеозаписей больше нет – но он ведь может дать и устные показания. Мол, да – вербовал, и Тан Савой и Эффа Сойер лично согласились убить Императора серебряной вилкой.
Поэтому крайне желательно, чтобы ренегат был выявлен. И если это будет сделано с нашим участием – обвинить нас потом будет невозможно.
– Просто у них не было такого гениального следователя, как Эффа Сойер! – С гордостью подняла подбородок девушка.
– Кто про почву подсказал? – Меланхолично отметил я.
– И ее помощника! – Схватила девушка ключ. – Ну, мы пойдем.
– Кстати, – поднялся я с места. – Горячая вода теперь у нас есть.
– Ну и отлично. Меньше расходов.
– И интернет тоже есть.
– А вот этого я не слышал, поэтому пользуйтесь.
– И капитан Навин трахается с Маром Дайни, – вставила слово Эффа.
– Но по согласию, и это их личное дело, – поднял я указательный палец.
– Да идите уже к черту!!! – Пожелали нам удачи.
Возможно, не совсем теми словами, но уж точно – искренне.
Глава 9
Половину обратного пути пришлось выслушивать лекцию, что никаких «революционеров» нет, а есть мятежники. Я и с первого раза согласился не спорить, но все равно минут семь мне объясняли существенную разницу – и почему нельзя их так называть.
– Полковник ведь не возражал, – заикнулся я.
– Полковнику мы платим. Он за наши деньги проявляет лояльность. Завтра придется подойти к нему и извиниться, сказать, что ты из глухой деревни. Или сам лучше подойди, меньше потом будет проблем.
– В моем мире преследовали одинаково всех.
– У нас нет революционеров, Тан. У нас есть скоты, которые за иностранные деньги вредят, устраивают поджоги, взрывают людей, похищают людей и веселятся от вседозволенности. – Строго говорила Эффа.
– А на самом деле?
– А так на самом деле, Тан. Революционеры – это мы, – понизила она голос. – Революционеры – это те, кто ограничил власть Императора, отнял права аристократов и сделал так, что ты можешь летать, а не всю жизнь работать с тяпкой на поле.
– Ладно, пусть мятежники. – Кивнул я. – А они про себя что говорят?
– На суде или до суда?
– Есть разница?
– Еще какая. На суде они все политические. – Фыркнула мисс Сойер пренебрежительно. – Защитники народа. Все доказательства сфабрикованы, вся иностранная пресса на дыбах – монархи нашему императору письма пишут с прошениями оправдать. Поэтому их не казнят, а из тюрьмы они потом сбегают.
– А есть шанс, что доказательства сфабрикованы?
– Тан, я тебе, как вернемся, подборку дел дам. Уговорю кого-нибудь совершить должностное преступление. Полистаешь материалы. Сам сделаешь выводы.
– Договорились, – кивнул я, принимая во внимание. – А почему «мятежники»?
– Как еще назвать тех, кто хочет свергнуть действующий строй? Только делают они это для себя, понимаешь? Им нравится, когда все вокруг горит, кричат люди. А их все равно вытащат из петли. Так что не там ты ищешь хороших людей.
– Я и не ищу. Мне для информации.
– Извинишься перед вон Хемли?
– Да у меня этих извинений столько, что девать некуда, – легко согласился я. – Но назвали бы их шпионами – было бы понятнее.
– Шпион служит какому-то государству. А эти берут деньги у всех, берутся за любую грязь.
– Учту, спасибо. Итак, вот такая вот прелесть проживает рядом с нами. – Вздохнул я невольно. – Его, видимо, опознали в столице и впихнули к нам.
– Тан, не так.
– Что именно? – Посмотрел на нее.
– Это ты живешь в одном образе и не хочешь его менять. Тебе ведь уютно быть студентом? Поэтому, когда от студента чего-то хотят, ты делаешь. – Констатировала Эффа.
– До определенных пределов. Но даже сюда поехал, – пришлось соглашаться.
– А они – нет. Есть затруднение – выкидывают паспорт, не раздумывая. Ищут похожих людей по комплекции, изучают их. Убивают и забирают себе лицо.
– Прости, что? – Переспросил я.
– Есть техники, которые позволяют изменить внешность. Не знаю, как – не спрашивай.
– Интересно…
– Ничего интересного, Тан. Вот такая мразь может зайти в чужую семью, жить там какое-то время. Натворить большую беду и исчезнуть. Потом привязать отдельный эпизод к таким, как они очень сложно.
– В общем, он тут добровольно.
– За деньги. Но денег им мало, Тан. Эту мразь чем-то заинтересовали, понимаешь? Сказали – вот тут есть такая вот ценность и веселье. Приди и забери, повеселись! А чтобы было удобнее – вот тебе личности тех, кто туда поедут. Выбирай любого. Тан, он уже убил, чтобы сюда попасть. Он или она.
– Миленько.
Вот и для ареста – за убитым наверняка следили. Факт преступления уже доказан. Осталось догрузить к нему попытку завладеть этим «чем-то ценным», чтобы подвести все под госизмену.
– Хорошо, давай перебирать, кто это может быть. – Прошли мы больше половины пути, поэтому замедлили шаг. – Итак, у нас есть Мар Дайни, Келли Шоун и Ластер Данеш.
– Еще капитан Табба Навин, – добавила мисс Сойер.
– Даже так?
– Даже так. Я тебе дам почитать одно дело… Много людей погибло, – вздохнула она грустно.
– Может, не мятежники, а террористы? – Вернулся я к терминологии.
– Мятежники, Тан. Просто им нужен мятеж размером в весь наш мир. Внутри него им будет хорошо и приятно. Давай, отрабатывай версии, стажер.
– Мар Дайни. Подозрительные черты – ему нравятся женщины в возрасте. Если он сам немолод, это зацепка.
– Мотив?
– Через капитана планирует добраться до той самой ценности. Только капитан сама к нему подошла…
– Ага, а до этого он ее полчаса глазами раздевал. Пойдет, на троечку. Давай дальше.
– Келли Шоун. Ловкость в работе с СЭП, интерес к документам в кабинете начальства. Цветы, которые она якобы поливала – но надо проверить землю в горшках.
– Мотив?
– Либо документы… Либо вербовка Мара Дайни. Сегодня она сильно расстроилась, когда он ее проигнорировал. Основное возражение – очень естественно краснеет.
– Ну уж, краснеть – это несложно. Смотри, как умею, – тронула Эффа меня за руку. – Параллелограмм, – смущенно шепнула она и зарделась маковым цветом.
– Коварство и женщины, женщины и коварство. – Прокомментировал я.
– Биоэнергетика. Ты, кстати, тоже так можешь. А нет, ноль шансов. Для этого надо иметь хоть какой-то стыд. – Махнула мисс Сойер на меня рукой. – Дальше давай.
– Ластер Данеш, – хмыкнул я, не став спорить. Вот зачем мне краснеть? Потому и не умею. – Зацепок маловато. Весь из себя средний. Вляпался в авантюру с пневмонией. Вовремя одумался. Речь и интересы соответствуют возрасту. Не очень умный.
– А вот тут – двойка, стажер Савой. – Строго прокомментировала «шеф». – Ты видишь только то, что показывают. Вляпался – а если знал, что вылечат? Теперь все смотрят на него сверху вниз. Даже принцесса использует вместо вибратора. Думай, Савой. Что в нем не так?
– Курит, – чтобы не сознаваться, что ничего не приходит на ум, сказал я.
– Многие курят. Еще вспоминай. Как спит, как дышит.
– Ты его подозреваешь?
– Я всех подозреваю, работа такая.
– Спит обычно, – пожал плечами. – На боку. Посапывает негромко. Сигареты… В первый день у него было полпачки днем. Не просто курит, а курит много. Да, точно – выходит часто.
– Много курит – уже неплохо.
– Но тоже – не показатель. – Хмыкнул я. – О, я понял.
– Да неужели?
– Его главное подозрение в том, что к нему нет подозрений. Даже к капитану больше вопросов – неуставные отношения, да еще с такой выслугой.
– Ну, это ты виноват.
– Дисциплина превыше эмоций. А она сорвалась.
– Сорвешься тут. Ты же ее омолодил, так?
– Улучшил качество жизни, – поправил я автоматически. – Проживет столько же. Просто очень бодро.
– Вот видишь. Но подозрения к ней все равно есть, так? И ходит она куда хочет, и развлекается, и нас может заставить сделать любую работу.
– Она не биоэнергет.
– Она так говорит, – уточнила Эффа.
– Да какой там. Я же когда чистил – видел оболочку. Она не может ее контролировать, поэтому и шлака всякого было много.
– Вот за это – пятерка тебе, Савой. Одного человека надежно исключили. Осталось трое. Двое подозрительных и один совсем не подозрительный. Что само по себе подозрительно, – пробормотала мисс Сойер.
– Ну, есть один способ его проверить. – Запустил я руку в волосы и почесал затылок.
– Какой?
– Давай сначала цветочки проверим. Вдруг не понадобится.
– Даже если почва сырая – это еще ничего не значит, понимаешь? Проверять надо всех.
К нашему приходу все сидели за рабочим столом – я еле удержался, чтобы не оглядеть каждого внимательно. Что там можно увидеть? Люди как люди. За четыре дня никто не изменился.
Пока Дайни включал сериал – все легонько спорили, надо ли проматывать на тот момент, когда он ушел, или так нормально – вернулся в комнату и проверил жесткие диски в своей сумке внутри тумбы.
Все на месте. В том числе инопланетные коробочки – но за них я не беспокоился, они без моей энергетики бесполезны, не откроются. Да и раз я не придумал, куда это все можно спрятать – то у других будут такие же проблемы.
Носители информации надо куда-то переложить. Почтой не отправить – цензура. Уничтожить – рука не поднимается.
«А ведь там могли быть зацепки – если описание Эффы верное, то этот человек запросто мог осмотреть чужие тумбы в первый же день. Или вести себя нетипично».
Но проверять – целая уйма времени, даже если подсоединить все обратно к компьютеру. Трое подозреваемых, даже на быстрой промотке – это десятки часов, да еще с шансом что-то упустить. Эх, был бы портал на Аликс…
В общем, для очистки совести завернул жесткие диски дополнительно в форму – положил внутрь рубашки и обернул штанами. Если просто засунуть руку – не наткнешься. Но надо куда-то их увозить, и срочно.
Оглядев тумбу еще раз и так ничего не придумав, я вернулся в рабочее помещение.
Железную дверь мы открывали при всех – буднично сказали, что полковник разрешил проверить, не протекают ли трубы.
Люди сунулись было за нами, но капитан Навин строго всех одернула и сказала, чтобы посмотрел Савой – раз он включал.
Я и прогулялся – сначала, правда, в дальнюю комнату с коммутатором. Выключил его из сети – пока что интернет отменяется. Слишком рискованно – еще неизвестно, какую информацию мятежник получит, если появится связь.
На обратном пути проверил водопровод – все нормально. Затем, с определенным волнением на душе, прощупал пальцами землю в цветках.
«Влажная», – выдохнул невольно.
Очень мне не хотелось, чтобы где-то лежала мертвая рыженькая девчонка, место которой заняла тварь.
Но, понятно, это не окончательное доказательство, и расслабляться не стоит.
– Все отлично. – Вернулся обратно, закрывая дверь. – Все в порядке, – вернул я ключ Эффе, вкладывая в эти слова дополнительный смысл.
К ключу тянулась рукой капитан Навин, но я сделал вид, что не заметил. Мы взяли – мы вернем, и точка.
Уселся на свое место – напротив смотревших сериал, и принялся краем глаза присматриваться к каждому. Все казались подозрительными, никто не вызывал доверия.
«Ладно, допустим, Данеш», – вздохнул я. – «Что я еще забыл упомянуть в разговоре с Эффой? Сегодняшний случай с СЭПом – когда он вызвал недовольство начальства. Было ли это спланированным действием?»
Да кто его разберет – вполне могло. Он же не знал, что капитан все равно выберет Дайни.
«Работает, к слову, хорошо – но мог бы и быстрее».
Но тоже не довод – за три дня все наловчились делать зарядку до «десятки» одним потоком. Очень, к слову, улучшает контроль – работаешь на интуиции, как и нужно. А сериал в качестве отвлекающего фактора идет плюсом к тренировке.
В общем, не мог я придраться к Данешу. А ведь хотел – чего скрывать. Не из-за личной неприязни, просто другие варианты мне были приятны гораздо меньше – и Келли с ее заботой о цветах, и Мар с его способностью делать правильные поступки.
«Но подозревать надо всех».
В итоге, утомившись, просто продолжил заряжать СЭПы, дожидаясь ужина.
Вариант, как проверить Данеша был – с него и начну. Но сам не справлюсь – понадобится помощь. О цене помощи, которую запросят, я тоже предпочитал не думать.
– Мелли, можно с тобой поговорить? – Окликнул я сытую и довольную после ужина принцессу.
– О чем?
– О важном. – Терпеливо произнес я, когда все выстраивались парами.
Наш великовозрастный детский сад собирался обратно.
– Ну, говори, – вздохнув, подошла она.
– Пойдем за всеми, но тихонько. Надо бы подотстать немного. – Тихонько шепнул, дожидаясь, пока все двинутся строем.
Данеш заозирался, но я успокаивающе махнул рукой.
– Будет спрашивать – скажи, что я говорил о важности контрацепции.
– О ней и будет разговор? – Иронично уточнила Аллита, сделав вместе со мной первый шаг. – Или ты внезапно взревновал, и мне надо немедленно прекратить?
– Я пришел к тебе с просьбой. – Был я серьезен.
– Если она касается моей личной жизни, то – нет.
– Не касается. Но сложилась не самая приятная ситуация, которая косвенно затрагивает и тебя, – не теряли мы из виду своих, но и не приближались к ним.
– Ура! Наконец-то у вас проблемы!
– Проблемы, увы, общие. – Заложил я руки за спину. – Нужно твое содействие.
– Это будет очень дорого. – Хмыкнула Аллита. – Мне на ваши, общие, любые проблемы – все равно.
– Можно отменить твой сольный концерт.
– Не-а. Я петь люблю. И что за торг без оглашения пунктов сделки? – Даже возмутилась она.
– У вас, в Харрите, знают, кто такие мятежники?
– Ну, по новостям бывают репортажи.
– А ты знаешь весь смысл, который вкладывают тут в это слово?
– Да уж не тупая. И не только новости смотрю.
Значит, будет легче.
– Есть подозрение, что твой новый любовник из их числа.
– Все-таки ревну-уешь. – Улыбнулась Аллита.
– Но это может быть любой из трех практикантов. Он тут есть, Аллита. Пришла вот такая информация. Сама знаешь откуда.
– Интернета же нет.
– Для кого-то нет. – Пожал я плечами. – Для кого-то есть. В жизни ведь всегда так.
Мы молча прошлись какое-то расстояние.
– И ты хочешь мне все душу изгадить, сказав, что вот это – касалось меня? – Поджала она губы. – Поиздеваться решил?
– Мне нужно убедиться, он это или нет. Для этого нужна твоя помощь. Уверенности, сама понимаешь, никакой. Это может быть и Келли. И Мар.
– Рыжая мне сразу подозрительной показалась. А этот пухлый вообще капитаншу в койку завалил. Ведь так?
– Почему так решила?
– У него из кармана открытым презервативом тянет. Клубничным.
Так как мне нужно было содействие, я повременил с шутками про экспертное мнение.
– А с Келли что не так?
– Она с паучком игралась, – даже сейчас передернуло принцессу. – Ватной палочкой ему дорогу загораживала. Рядом спит, я все видела.
– Не убила его?
– Нет.
– Еще что-нибудь?
– Спит отлично. Когда в окно смотрит, улыбается как дура.
– Будем подозревать ее во вторую очередь, – вновь не стал я спорить.
Я тоже иногда улыбаюсь, глядя на гравилеты в небе. Летать – это здорово. Но летать не одному – счастье.
Их часть здания выходила окнами на парк – для жителей бедных районов диковинка. Обычно им видно другие окна высотных домов. А пауков убивать нельзя – к беде.
– Ладно. Что я должна сделать?
Я кратко изложил требуемое.
– Ни за что. – Холодно ответила Аллита. – Ты что о себе возомнил? Ты хоть понимаешь, с кем говоришь?
– С Мелли Лаус. – Был я само терпение. – Это нужно. Это сработает.
– Нет.
– Других вариантов нет, – пожал я плечами. – Только сомневаться дальше. Но я хотя бы с ним не сплю.
– Ты это все придумал. – Вновь предположила Аллита.
– К сожалению, я это не придумал. Мне самому неуютно. Я бы очень хотел с этим побыстрее закончить.
– А по-другому никак?
– У тебя есть надежные варианты? У меня – нет.
Принцесса задумалась, кусая губы. Судя по всему, у нее вариантов тоже не было.
– Может, ты заметила какие-то татуировки? Шрамы? – Подсказал я.
Аллита зло глянула на меня, но вновь промолчала.
Значит, никаких характерных признаков, никаких отметок. А ведь с его характером – влепить себе тату обычное дело. Стерильное тело.
Что тоже ни о чем не говорит – уверен, такое же у Дайни и Келли.
– Это будет очень дорого тебе стоить. Нет. Очень, очень дорого. – Даже разозлилась Аллита легонько.
Скорее всего, на себя, что соглашается. Но ей-то, пожалуй, и в самом деле еще хуже. Спать с вот таким – это мерзко.
– Я не могу изменить ничего с твоим пленом. – Приступил я к торгу. – Но остальное обсуждается.
– Моя цена – год твоей службы.
– Не пойдет, – покачал головой.
– Хорошо. Давай так. Желание – если ты окажешься неправ. И еще одно желание – если прав. – Появился в ее взгляде азарт. – Или скажешь, что это для меня будет неопасно?
– Мелли. – Вздохнул я. – Какое именно желание? Рамки? Оно должно быть разумным, выполнимым, не вредить мне и моим близким ни прямо, ни косвенно. И не должно быть протянутым по времени – не более восьми часов.
– Финансовый вред?
– Я не буду сжигать депо со всеми гравилетами.
– Ладно. Все, как ты сказал. Я согласна.
– И я не отдам то, о чем еще не знаю. – На всякий, упомянул я об условии из сказок.
– Договорились. – Протянула Аллита руку.
Которую я пожал. Надеюсь, не на свою беду.
– Делаем завтра.
– Да уж тянуть не стоит. Нельзя тянуть, – даже облизнулась принцесса.
Что-то я куда-то не туда влез – даже покосился на нее настороженно. Вновь проговорил про себя условия – вроде ничего страшного.
Когда вернулись, обнаружили майора Лоуда в нашем рабочем кабинете, терпеливо перебирающего ключи из огромной связки к замку железной двери. Пока что ни один не подошел, что не снижало его энтузиазма – чертыхался, но пробовал все вновь и вновь.
– Какой-то ведь должен подойти, – бурчал он под нос, проворонив момент, когда мы вошли. – О, ребята! Сейчас мы эту дверь откроем!
На что Эффа открыла дверь перед ним своим ключом и тут же закрыла.
– А-а… – Как-то потерянно смотрел на все это майор.
– Полковник вон Хемли выдал, сэр. Горячую воду включить. Теперь горячая вода есть, сэр. – Отрапортовала Эффа.
– Да? То есть отлично! А интернет? – Снизил он тон, хотя капитан была тут же.
– Без шансов, сэр, паролей нет. – Ответил я вместо Эффы.
– Ну, пароли поищем, – хекнул Лоуд, найдя себе новое занятие. – Значит, пока что готовые браслеты заберу. Молодцы, ребята! – Оглядел он сложенные стопками коробки.
Даже с учетом того, что до обеда почти никто не работал, набралось десять коробок. Помогли перетаскать в грузовичок и помахали ему вслед.
