Текст книги "Черновик для Эффы 4 (СИ)"

Автор книги: Владимир Ильин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

Через «шлюзы» же чужая энергетика выводится – при той же «разморозке», например – чужая телу пациента биоэнергетика забирается и уничтожается вместе со своей. Выматывающее дело, если «стопал» не ты, и закачать «чужую» энергетику некуда. Если сам – то ерундовое и быстрое. И, разумеется, никакие «шлюзы» не подходят, чтобы гонять вот так чужую энергетику по кругу.

– Все через подслой шло, – скорее, для успокоения Эффы произнес я, встряхивая руками.

Затекли, пока держал у плеча.

– Какой еще подслой? Откуда у тебя подслой? – Ворчала Шоун.

– Создал только что. Эффа, не паникуй. Вот браслет – сама убедись.

Мисс Сойер, скорее, не паниковала – просто сидела вся покрасневшая, словно после крепкой пробежки.

Коротко кивнув, она взяла браслет и терпеливо зарядила за привычное ей уже время – она обычно тратит минут семь до «десятки». Мы тут все наловчились обгонять нормативы.

Через положенные семь минут Эффа уложила браслет в прибор для проверки – и вместе со всеми задумчиво смотрела на прилипшую от удара к потолку шайбочку.

– Ну, вроде не повреждено, – произнесла она.

– Ага, – кивнул я, глядя вверх.

– А ну еще заряди, – нависала над ней мэтр Шоун, подсовывая браслет. – Только минуту.

Зарядила – за это время Келли залезла на стол и сняла шайбочку, уложив ее обратно в прибор.

– Пробуй, – командовала она.

Поставили браслет, шайбочка стукнулась о потолок и упала.

– Пробуй десять секунд. – Новый браслет.

За десять секунд шайбочка подскочила до отметки чуть выше десяти.

– Еще!

Эффа исполняла – судя по лицу, с изрядным интересом для себя.

– Еще!

Новый браслет исправно показывал примерное соответствие десяти секунд – десяти уровням зарядки.

– Еще!

После пяти браслетов Келли Шоун остановила испытания ладонью и сказала, что ей надо подумать.

– Да что тут думать, – пожала плечами Аллита. – Если в что-то узкое засунуть что-то большое, оно растягивается.

– Спасибо, мисс ПТУ. – Отреагировала Келли.

– Так-то Мелли права, – почесал я затылок, тоже слегка удивленный произошедшим. – Если задуматься, тело продолжает генерировать биоэнергетику, и чем выше расход – тем сильнее подстегивает процесс. В какой-то момент в оболочке Эффы энергии стало больше номинального значения, и она либо уплотнилась, либо слегка потянула оболочку.

Что, в общем-то, все равно сказывается на плотности исходящего потока – работаешь-то со всем объемом, но через прежнюю площадь.

Очередная шайбочка подлетела почти к десятке.

– Снижается. – Озвучила мисс Сойер.

– Может быть погрешность. Продолжайте эксперимент, – строго произнесла Келли.

– Ага.

После двенадцатого браслета шайбочка стала лениться и замирала ниже девятки. После двадцатого – снизилась до семерки.

– Я и говорю. – С гордостью отметила Аллита. – Приходит в обратное положение. Надо чаще растягивать.

– Спасибо, мисс ПТУ – что бы наука делала без вашего сексуального опыта.

– Тан, она снова бесит.

– Эффа, покажи ногу, – попросил я.

Взял пятку в руку, продиагностировал.

– Есть эррозия. Самая ранняя стадия. Можно так оставить.

– Не-не. Добивай.

– Давай еще подождем. Хотя бы пусть браслеты продолжат заряжаться как раньше, – вдел я свой ботинок обратно, таллиум отправился в карман.

Хотя в подслое еще было немало ее энергии, но рисковать тоже не хотелось. Пусть все придет в обычное состояние, а контрольное время, когда точно ничего плохого не будет, нам известно – пятнадцать минут.

Занятная, кстати, штука. Не совсем понятно, уплотняем мы энергетику, или все-таки был рост оболочки – внешне это сложно оценить, оно ведь даже если на миллиметр изменится, то уже много. А миллиметр и не заметить.

«Получится ли переуплотнить энергетику себе?..»

Поразмыслив и припомнив всю свою практику, пришел к выводу, что раз нельзя вкачать себе двойной запас – а иногда потребность такая бывала – то самому это сделать невозможно. Надо, чтобы кто-то более сильный прокачивал таким же образом – преодолевая стандартное сопротивление, насыщая постепенно. Или надо создавать такой прибор – но, вон, СЭП передо мной вполне себе создает «поток под давлением». Только он ничего прокачивать не будет – он сразу в мышцы уйдет и согнет конечность в нештатную сторону. А значит, у потока должен быть доброжелательно настроенный разум… Что для прибора нереально.

– Тан, а тебе какие фильмы нравятся? – Спросила из-за ноутбука Келли.

– Я больше по кроссвордам, – задумчиво отозвался я, погруженный в свои мысли и рассуждения.

– Тоже хочет, чтобы ты ее растянул. – Озвучила Аллита, за что, в свою очередь, получила неласковый взгляд.

Через два часа браслеты заряжались до «десятки» за пять минут – и эта отметка уже не спадала. В общем-то, остальные тоже решились узнать, за сколько они могут делать норму, если выкладываться – У Аллиты выходило восемь минут, у мэтра Шоун четыре.

Благодаря этому мини-соревнованию, на столе и рядом уже громоздилась нехилое такое количество упаковок – норму мы вновь перевыполнили.

Ей и обрадовался в голос заявившийся раньше времени майор Лоуд – он обычно приходил поздно вечером, чтобы забрать сделанное. Сегодня что-то зачастил.

– А я чего пришел-то? Заявка отправлена. Карета подана, – подмигнул он. – Все есть на складе. Пока долетим до Танера наверное уже и скомплектуют. Так что мне нужно два крепких парня в помощь! – Обвел он стол веселым взглядом. – Один тоже пойдет, – остановил он взгляд на мне.

– Я бы тоже полетела. – Сказала Аллита.

– И я!

– А я старшая по отряду и не могу. Да и вы двое тоже не можете. – Посмотрела она на Келли и Аллиту.

– Почему⁈

– Потому что я не лечу, и никто не летит. – Хмуро сообщила она. – Работайте дальше. Савой – переходишь под руководство майора Лоуда. И мебель там не повреди, таскай аккуратно.

– Будет сделано. – Встал я с места. – Сэр, я готов.

На Эффу с одинаковым возмущением смотрели две другие девушки. Но да не обломится им – это ж если одна полетит, вторая от ярости все ногти себе сгрызет. А нам усугубления конфликтов не нужно. И без того уже увидел, как «чешуйки» отрабатывают. Кстати, занятно – одна оборонительная, а под ней сразу контратакующая. Надо все-таки в этом разобраться.

На улице нас с капитаном Лоудом ждал «Ацог» – копия того, что привозил нас из столицы на практику. Или, быть может, тот же самый.

– Небо открыли?

– Небо закрыто, но этот корабль есть в приказе. Просто не понадобился, с запасом бортовые номера писали, – взошел майор по трапу и уверенно прошагал через пустующие десантные отсеки в кабину пилота. – Правда, водить его придется самому. – Огладил он лысину. – Но летать я люблю.

Я невольно кивнул, поддерживая.

– Занимайте место, Савой, – уселся он в кресло пилота и щелкнул по тумблеру с пиктограммой трапа и светящейся лампочкой.

Приборы управления «Ацога» были аналоговыми – никаких сенсоров. Только переключатели, туго нажимаемые кнопки, тумблеры, крутилки – вот это все, от чего резко чешутся руки и очень хочется потрогать.

Зато сфера обзора вокруг нас протаяла как на современных машинах – и дополнилась дополнительной реальностью там, где обзора быть не могло в принципе из-за геометрии корабля. Остались только видны пульт, кресло, линия с датчиками и переключателями сверху и дорожка позади с участком стены за креслами.

Я быстренько пристегнулся и с удовольствием смотрел по сторонам – особенно, когда «Ацог» оттолкнулся от земли, и внизу показалась воинская часть сверху – сначала более-менее крупно, с плацом, зданиями и флагом, затем уменьшившись до диорамы среди вырубленного на большом протяжении леса.

– Ты не возражаешь, если по пути мы заглянем в одно местечко?

– Нет, сэр.

– Думаю, все равно придется ждать в мебельном – сегодня выходные, народу много. – Продолжил он. – А мы ненадолго.

– Как скажете, сэр, – не видел я причин возражать.

Обычное дело – слегка использовать служебный транспорт в своих целях. И без того нам сильно помогает.

Да и, откровенно говоря, мог бы даже не спрашивать – кто мы тут? Так, на птичьих правах.

– Это хорошо. – Кивнул майор Лоуд. – Ну а пока, чтобы просто так не сидеть, начни вот с этого. – Потянулся он от себя влево, подхватил пластиковый бокс за крепления по бокам и двумя руками передал мне.

Принял – масса имелась – и поставил себе на колени. Снял две застежки – замка не было – и уставился на тяжелые даже на вид серебристые браслеты, собранные из двух частей – вроде кандалов. Только крепились винтом с шестигранной гайкой.

На внутренней поверхности каждого имелась надпись – «БЭС», а еще «ТАЛЛИУМ, 1000 Гр». Всего – десять штук.

– Начинай заряжать. Двумя руками, осторожно – это тебе не скорлупки СЭПов. – Прокомментировал майор Лоуд. – Подлетное время до точки – двадцать минут.

Глава 14

Когда летишь в место, куда точно лететь запрещено вышестоящим командованием, невольно дорисовываешь к данному событию дополнительные печальные обстоятельства.

Например, что не может майор вот так просто взять с собой таллиума на десятки килограмм. А значит, он его позаимствовал, пока все руководство сидит в Сарги и руководит там спецоперацией. То есть украл.

И что план полета до Танера за этой клятой мебелью не утвержден, да и – скорее всего, вообще не существует. То есть «Ацог» майор, скорее всего, угнал.

А летим мы прямо к харритской границе, с кучей таллиума и биоэнергетом (мной), которого там очень хотят видеть связанным, а потом очень разговорчивым.

В таких условиях очень хочется верить, что майором движет именно долг и старая история с «точкой», из-за которых его переклинило настолько, что он наплевал на все возможные последствия. И что он не летит в один конец – торгануть таллиумом и родиной.

«Впрочем, если бы решил торгануть – настаивал бы, чтобы на борт поднялась Эффа. Да и остальных бы тоже забрал с собой – биоэнергет товар весьма ценный».

В конце концов, он бы загрузил все СЭПы в грузовой отсек с нашего склада – и это всерьез успокаивало. Когда человек идет на государственную измену, он думает об обеспеченной старости, а в таком вопросе надо тащить с собой все, что не привинчено.

Так что будем считать, что майор Лоуд летит именно на «точку» – завершать какую-то очень некрасивую историю возрастом в сорок лет. Бывают у людей в возрасте «пунктики» – вон, Гаус Хайни всех врагов Империи пытается уничтожить. По сравнению с ним краденный таллиум, угнанный гравилет и похищенный практикант – даже как-то не смотрятся. Мелочевка – так, разовая акция, чтобы душу успокоить. А тут и годы уже подходят, а застарелая мозоль ноет все сильнее – или как это у них ощущается?..

Важно другое – с учетом вышесказанного, как мне кажется, крайне вредно для здоровья начинать спорить с майором и указывать на незаконность его действий.

Легко можно получить по башке и делать то, что ему нужно, но уже под дулом пистолета. А я – не бронированный.

Да и вообще, с одержимыми идеей надо дружить – хотя бы до момента, когда появится шанс нейтрализовать, связать и доставить обратно в часть. Драться в воздухе, когда у человека под рукой джойстик ручного управления, я бы никому не рекомендовал. Особенно, когда под ногами – кирпично-черные холмы с мертвым кустарником, выветренные скальные обрывы и ни одной остановки общественного транспорта.

– Ну, раз коньяк выпил, надо отрабатывать, сэр, – добродушно произнес я, принимаясь заряжать необычного вида браслеты.

Надо показать, что я на его стороне, и ни о чем не догадываюсь. Целее буду.

– Вот это слова настоящего мужика, – хекнул довольно майор, слегка корректируя курс. – Как у вас там в коллективе складывается?

«Сегодня меня чуть не убила чем-то фиолетовым мэтр Шоун, Мар Дайни шпионит и спит с капитаном, похищенная принцесса потихоньку приручается, Эффу хотят повесить».

– Нормально, сэр, дружим. – Пожал я плечами. – Хорошие ребята и девчонки.

– С Данешом этим скверно вышло. Куда только разведка смотрит?

Разведка как раз таки его к нам сунула…

– По счастью, обошлось, сэр.

– Давай без чинов. Выходной, можно без «сэра».

– Хорошо. – Подавил я рефлекторное именование.

– Мне шепнули, это ты мятежника нахлобучил?

– Повезло. Он ведь в образе Данеша был. А из него боец так себе, даже руки у лица не держит. Потом Мелли подлетела и… В общем, двое нас было.

– Да, мне сказали. Жалко девчонку. Но отомстила, молодец.

– Она, как бить его начала, ну – по самому ценному – там весь облик поплыл. Ну и я тоже по голове добавил. Мисс Сойер сразу в штаб побежала, пока мы его держали. Если бы не облик…

– Простили бы и дальше жили бы рядом. – Продолжил за меня майор. – Эх. Очень повезло. Мятежников редко выявляют. Случай был, лет двадцать назад – приятель рассказывал. Прибыл к ним в часть офицер, в руках – бумаги на перемещение спецбоеприпасов. Солидные бумаги, все в красных печатях. В штаб позвонили – там тоже кивают, мол, все верно. Офицер такой-то такойтович – все как в удостоверении. Потом еще запоздалый факс приходит – мол, принять офицера, оказать содействие. Начали грузить. Мой приятель стоит с этим офицером, рядом тоже начальства немало – контролируют, значит, работу крана. А чужой сигаретку потянул из пачечки, прикурил. Курить так-то нельзя, но с его погонами – можно. И вот.

– Что? – Заинтересовался я.

– А то, что приятель мой зажигалочку-то в руках офицера опознал. Увлекался он зажигалочками. Золотая, Авиданская – и не просто золотая, а коллекционная, с камушками и историей. Стоит денег немеряно. Ну он бочком-бочком и к нашим секретчикам. Те общими силами мятежника – а это он и был – заломали. Машины же уже груженые стояли – два гудка, и ушли бы в рейс.

– По зажигалке?

– По ней. – Кивнул майор. – Мятежники – они роскошь любят. Все самое дорогое, все самое редкое, девочку – молодую и гладенькую. Ты это учти, пригодится. Внимательным всегда будь. Судьба – она такая. Кто-то никогда мятежника не повстречает, а кто-то… – Притих он.

– Учту, сэр. А штаб что? Как же так?

– А в штабе второй такой же сидел, распоряжался подтверждать и факсы отсылать под личиной командующего округом. Настоящий в сауне с девками грелся – прознали враги о такой его привычке. Но да с тех пор, наверное, на севере мерзнет…

– Понятно. – Отозвался я озадаченно.

Так-то командующий округом многое может… Но многого и не может – есть системы перепроверки, звонков свыше и обязательной бюрократии. Один звонок и один факс, в условиях дефицита времени, пожалуй что, нежадно – и имеет все шансы на успех.

– Как там с браслетами? Нормально зарядка идет? – Покосился майор взглядом на первую пару, которую я не выпускал из рук.

– Да.

– Работал с таким материалом?

– В университете была практика. – Спокойно закачивал я энергию в таллиум.

Он не сопротивлялся – идеальный проводник, все же. Просто в один момент будет чувство – что дальше уже предел, стена. Предел достаточно существенный, но достижимый.

Так-то, если бы не постепенное истечение энергии и цена – идеальный аккумулятор, если говорить о компактности. Но даже на сверхзвуковые ракеты не ставят – и дело даже не в «обстреле врага золотыми слитками», а пунктик у местных насчет таллиума. Он же в пыль уйдет.

Странно, что такое количество имеется в заштатной воинской части. Наверное, просто не поставили на баланс еще тогда, сорок лет назад – а потом за ними никто не приехал. Личные вещи погибших мэтров? Посчитали утерянными вместе с ними?

И за все это время у Лоуда не мелькнула мысль их продать…

Хотя, в общем-то, дело это не такое и простое. Я, вон, пробовал…

Основной источник таллиума, который можно продать скупщикам – это энерговоды с упавших военных гравилетов. Только к каждому, кто принесет такую редкую добычу, зададут вопросы, для всех без исключения одинаковые. Первый будет – откуда снял. Если с вражеского гравилета, ноль вопросов. Вот деньги – только покажи, где он лежит. У разведки всегда большой интерес – начиная от носителей информации, которые могут быть в гравилете, завершая уцелевшими документами павших офицеров.

Если снял энерговод с нашего истребителя – тоже покажи, где его нашел. Нам надо похоронить пилота. За возвращение таллиума в казну – денежка, тут никто нервы крутить не будет. Главное, оружие, личные вещи не бери – это уже восемь лет рудников за мародерку.

И расскажи еще, а чего ты его переплавил?.. Был же шнурок, а у тебя слиток?.. Так удобнее возить – ну, ладно. Если покажешь, где гравилеты – поверим…

В общем, можно сдать имперским скупщикам. Но придется до этого ехать в места боевых действий и искать упавший гравилет. Желательно – вражеский, желательно – гораздо больше, чем один. А так как поисковый бизнес – он под местными, будет очень неуютно там жить и работать. Могут и в спину выстрелить.

Если на вопросы отвечать не хочется, можно обратиться к скупщикам нелегальным. Им не интересно, свой там или чужой был корабль, и про внешний вид таллиума они промолчат. У них другая тема – «Есть еще? Покажи в карманах, мы не верим. Покажи место, где взял. У-у, брат, это наше место, ты у нас воровал, оказывается… Не там брал? А вот мы думаем, что никаких энерговодов ты не находил, а украл слиток с завода…» Слитками таллиум и перевозят – и иногда воруют. Захапать такого поставщика, пугнув, милое дело – слиток отнимут, пообещав заплатить позже, и потребуют украсть еще. Не получится у тебя – им уже плевать, они с трупом разговаривают. Получится – тогда неси новый. «А деньги будут вот-вот…»

Скверное это дело – когда думают, что у тебя есть слиток. Разум там совсем пропадает, уж очень большие это деньги.

Понятно, что не со всеми случается такая беда – от наглости скупщиков зависит, от твоих тылов, от того, насколько растерянным ты выглядишь и какая у тебя история. Но я вот влетел в свое время и зарекся повторять. Лучше уж скромная жизнь, чем куча трупов за спиной.

Думается мне, Лоуд влетел бы еще сильнее, если бы понес эти «кандалы» продавать. В общем-то, раз он тут, а не безымянным трупом в земле – и не богатеем на восточном побережье – то не связывался. Хранил и ждал.

– Первый готов, – отчитался я, не зная, куда положить.

Вышло на один – почти четыре минуты.

– Давай я сразу на себя нацеплю. – Забрал браслет Лоуд и принялся цеплять себе на предплечье.

Там стал понятен смысл такой конструкции – благодаря настраиваемому болтику скобы «кандалов» плотно обжимали руку. Такая себе эргономика, но поверх формы – пойдет.

– А то уже приборы в красных значениях, – мельком глянул он на телеметрию, выводимую системой дополненной реальности.

Там, вместе с высотой – мы жались к земле, не выше пятидесяти метров над поверхностью – отражался показатель излучения и счетчик поглощенной радиации. Судя по постепенному повышению параметров, перли мы прямо в эпицентр когда-то грянувшего удара.

– Ты пока мобильный свой отключи, – возился майор с гаечкой. – Тут связи нет, все забито помехами. А вот ближе к серой зоне у харритцев стоят вышки сотовой связи – как раз для пеленга забывчивых. Нам придется минут пять с той стороны огибать, чтобы наши посты не нервировать.

Где стоят имперцы, майор, разумеется, знал.

– Хорошо, – выключил я мобильный.

И без того носил с собой просто время посмотреть – он еще, зараза, ежедневно зарядки требовал. Базовых станций рядом нет, постоянно в поисках сети – повышенный расход аккумулятора.

«А вот, кстати, насчет сотового…»

– Сэр. То есть, майор Лоуд…

– Да можно просто майор, если удобно.

– Разрешите личный вопрос. – Помедлил я, словно набираясь духа. – Как в части смотрят на отношения внутри коллектива? Постельные?

– Девчонка какая-то нравится? – Улыбнулся он. – Я бы мог организовать вам дежурство денька на два в архиве, а?

– Спасибо, но речь не обо мне. Дело, в общем-то, нехорошее складывается. – Взял я следующий браслет в руки. – А посоветоваться не с кем.

– А ну, давай излагай.

– Я не стукач. – Изобразил я сомнения в голосе. – Мне бы просто понять, что делать. Речь о Маре Дайни и капитане Навин.

– О как… – Удивился майор. – Да быть такого не может.

– Да уже дня три как. Но я бы промолчал – капитан выглядит счастливой. Только вот Дайни…

– Страдает? – Хохотнул Лоуд.

– Если бы. Он мне сказал, что завалил ее в койку, чтобы не работать. Уже деньги из нее потягивает. Говорит, раскрутил ее на новый сотовый. Собирается через вас покупать.

– Так, а вот это нехорошо.

– Вот и я о чем. – Был я искренен. – Я капитана уважаю и желаю ей только добра. Если бы только… Ну, вы понимаете. Я бы молчал. Да у нас все знают и молчат. Но позавчера мне Дайни фотки начал показывать…

– Даже так… – Не выражал голос майора ничего хорошего.

– Сознаюсь, я ему телефон испортил. Но сделал только хуже. Теперь капитан купит ему новый.

– М-да, – поджал Лоуд губы.

– Говорить с капитаном, думаю, бесполезно.

– Если любит – это точно.

– Она без ума. Сегодня они снова сбежали. Диван искать, – хмыкнул я. – Но делать-то что?..

Лоуд задумался.

– Меня она тоже не послушает, – рубанул он. – Разозлится. Вас кошмарить начнет – догадается, кто подсказал. Не было печали, харритцы накачали…

– И просто так оставить – совесть не позволяет. – Завершил я со вторым браслетом и предложил майору. Тот стал цеплять его чуть ниже первого. – Еще непонятно, кому этот Дайни фотографии покажет, как в столицу вернется. Если старые восстановит или новые сделает…

– Этого допустить никак нельзя. – Согласился майор. – Вот же пар-ршивец. А выглядит приличным человеком.

В ответ я решил промолчать.

– Полковнику тоже говорить нельзя. Скандал выйдет, для части нехорошо. – Задумался Лоуд.

Полковнику наплевать – но это останется между мной, Эффой и вон Хемли. На интрижку он махнул начальственной рукой, не видя причин для беспокойства – еще до момента, когда о личности Мара мы не знали. Но а сейчас – пожалуй что, тоже промолчит. Конфликт со спецслужбами точно повредит его выходу на пенсию, а давить на него бумажкой, лежащей у нотариуса, пока рано. Да и незачем, наверное – у Эффы снова энерготравма, и никакие показания капитана Навин уже не страшны.

– Я бы и не стал. Только с вами решил обсудить.

– Я что-нибудь придумаю. – Кивнул Лоуд решительно. – Не дрейфь, спасем мы капитана, – хлопнул он меня по плечу. – Эх, был бы я помоложе, сам бы ее отбил.

Мысленно прокрутил этот вариант – обновить ему энергетику тоже… Только, чую, он на наших девчонок станет заглядываться – ну зачем ему капитан?.. Да и цель – не спасать капитана. Цель – нейтрализовать Дайни.

– Да какие ваши годы, – сделал я дежурный комплимент.

– Да уж совсем не те, что раньше, – нейтрально воспринял он.

– Разрешите еще один личный вопрос?

– Уже боязно. Но давай.

– У вас награды и выслуга достаточные для выхода на пенсию. А тут не курорт… – Исподволь начал я.

– Хочешь спросить, отчего я застрял тут? – Хмыкнул он, раздумывая. – А я, наверное, скажу. Неправильно это – промолчать. И тебе полезно будет, на будущее, о последствиях разных думать… Хотя ты опытный, а? Капитан в отставке, – улыбнулся он, как кот на солнышко.

Только глаза не улыбались. Можно было бы сказать, что внимательно следит за рельефом набегающего хребта – все более стремящегося ввысь, хотя до горных шапок еще далековато. Но я видел его искренним вот только что – пилотирование этому не мешало.

В общем-то, выглядело так, что и в самом деле рассказать решил, да передумал в последний момент.

– Капитана мне из-за опечатки дали.

– Да?

– В Савате мятеж был. Так получилось, что мы влезли на стороне победителей. Мы там отдыхали, вообще-то. Их король бумагу подписал, вот в ней ошибку и допустили. – Не стал я, впрочем, уточнять, насколько сильную. – Мне сказали, что короли не ошибаются. Ну и вот.

– А еще, говорят, у нас в званиях секретчики хорошо поднимаются. – Стало понятно, отчего он резко прервался.

Расслабился, истории начал рассказывать, да и проблему с капитаном близко к сердцу воспринял – поплыл, доверять начал. А тут всплыло в памяти, что сосед, который ему браслеты заряжает, может быть из тех, кто историю его в уголовное дело подошьет.

Хотя он тут начудил так, что ему проще меня просто пристрелить, а потом сказать – сбежал. Тоже вариант, тоже в уме вертится – с самого начала, как понял, куда летим. Но да я насчет майора тоже всякое разное планирую – чего уж тут обижаться.

Только мне Лоуд живым нужен. Никак нельзя мне назад без него. И без того придется отбиваться от встречного обвинения, что это я майора похитил, когда таллиум углядел – да решил харритцам сдаться. Но только запутался в навигации и обратно в часть прилетел. Тоже ведь версия? Тоже будут вынуждены рассматривать – и крови мне немало попьют. Да вот только мое отбытие девчонки видели, и лицензия пилота у меня со всеми возможными допусками. Поэтому даже «Ацог» я и без навигатора поведу уверенно и стороны света не перепутаю.

Конечно, есть ма-аленькая вероятность того, что мирно вернемся. Майор получит, чего хочет – явно такое, что ему все художества с угонами и кражами простят. Тогда и меня убивать нет нужды. Однако для этого – помалкивать ему надо, а не душу изливать. Чтобы образ героя потом трещинами старых грешков не покрылся.

Зря я спросил, наверное. О личном хорошо спрашивать, когда это чужое личное.

– Но в отставку, наверное, секретчики так рано не уходят? – Отбил я намек на работу в спецслужбе.

– Они вообще никогда не уходят, – согласился майор.

– Я не настаиваю, сэр. Если там тайна какая – мне и своих тайн хватает. Пальцы каждый раз болят, пока бумаги пишу.

– Сказал же – без чинов. – Раздраженно отозвался Лоуд.

– Хорошо. Вот еще браслет. – Взял я новый из коробки и в этот раз работал молча, разглядывая все вокруг через обзорные экраны.

За сорок лет после ядерного удара природа только-только приступила к латанию последствий. Все еще чернел обгорелый лес на многие километры вокруг. Все еще из всей зелени – только буроватый мох пятнами. Впереди, но сильно слева были видны очертания огромного кратера – как на картинках после падения метеорита. Горы вокруг подровняло ударной волной – все до хребта поднимается сильно плавнее, чем если смотреть вперед или направо. Много озер с неестественно синей водой.

Радиоактивные болота остались сильно правее и позади – минут пятнадцать как миновали. Туда радиацию перенесло ветрами и водой. Тут же – мертвое все. Птиц тоже нет – не селятся, есть тут нечего.

– Вот эти вот браслеты – часть причины, почему я тут сижу. – Закрепив новый на левом плече, все-таки заговорил майор. – Сорок лет назад все случилось. Сорок лет себе простить не могу и исправить хочу.

Я только глянул мельком, но ни слова не произнес. Снова летели в тишине.

– Мне было двадцать семь. Первые офицерские погоны. Сунули в эту часть – я подумал, все, закончилась карьера, не начавшись. Тут и тогда была дыра – не такая, как сейчас, правда. Сарги большой город, еще прииск рядом. Но много ли чинов наживешь, охраняя гору с камнями? Посты ставь, посты проверяй, с пьянками борись, солдатам морды бей, иначе не понимают ни черта. Излаялся я весь за год службы, злой стал, как та собака. А тут медсестричка новая. Втюрился, чего скрывать. Одно светлое пятно в жизни, человеком рядом с ней был, что-то светлое чувствовал. Потом оказалось, что мы не только гору сторожим. – Хмыкнул он задумчиво. – Подошел ко мне спецслужбист с моим личным делом – а оно пухлое такое, будто я заговором руковожу, не меньше. Оказалось – там вся жизнь моя от детского сада и проверка всей моей родни на два колена вокруг. И человек я надежный – можно со мной разговаривать, кое-что предложить в жизни поменять. Ну я и ухватился… Правда, внешне-то мало что поменялось. Разве что посты теперь раз в три дня проверял. А три дня сидел на «точке». Как оказалось, была у нас в этих горах лаборатория нулевого уровня. Сидят в ней светлые головы и думают, как бы нам быстрее с харритцами завершить. А при них, на верхотуре в центральном зале – я. Сижу с автоматом, передо мной пульт, рядом кнопка под колпачком. Когда кто-то выходит, подлежит мне с приказом ознакомиться, код на выход вбить, чтобы шлюзовые открылись, и колпачок над кнопкой снять. Если все нормально – то колпачок обратно закрыть. Если враг шлюз захватит и станет внутреннюю створку резать – жать кнопку. Смекнул уже, что за кнопка?

– Самоуничтожение?

– Она, родная. Задержка там есть – вдруг локтем тронул. Пароль вобьёшь – отменится тревога. Враг же не успеет добраться. Верхотура там, бронестекло и вход не из зала – долгонько идти надо в обход. Вот и вся служба, Савой. Сиди сиднем, жди, когда ученые на отдых соберутся. У них там проход к руднику, в комнату научников – чтобы ты понимал, горы взрывать тоже ум нужен. Вот с этими работниками они в Сарги или Танер отправлялись, под присмотром, понятно. Как придут обратно – тоже стой с рукой у кнопки. Входили уже по другому паролю, и шлюзы открывались в другом порядке. А все одно – бдить надо. Нехитрая служба, Савой. Но – день выслуги за три засчитывались, так мне обещали. Ускоренное повышение, награды к датам. Не спать тяжеловато, но да день сна потом, и нормально – молодой же. Два дня на воздухе, с Даррочкой моей, и снова под гору. Жалование тоже повысили – на подарки хорошие стало хватать. Да только, Савой, не понимают женщины службу. Внимания им хочется, да каждый день, а не два через четыре. Повадился к моей медсестричке старший офицер захаживать – погоны выше моих, лет на пять старше, уже и пузо появилось, а все туда же. Через годик у меня такие же погоны были бы, а через два – это он, а не я, честь при встрече отдавал бы… Но этот гад в части каждый день, и подарочки у него, не чета моим, но тоже – каждый день… – От досады прикусил Лоуд губу. – Тогда я и решил со сменщиком, с которым на «точке сижу», махнуться на один раз. Он шесть дней поскучает – покемарит час через четыре, не велика беда. Выдержать можно. Ну а я Дарре устрою пять дней внимания. Один раз, Савой – всего один раз я поменялся.

– Бомба в те дни упала?

Лоуд молча кивнул.

– И все. Ходы через рудник уничтожены. Все вокруг фонит так, что гравилет-разведчик потом проще в горах оказалось бросить. Связи нет – связь тоже от рудника была. Сначала подумал – уберегла меня любовь от беды. Секретчик наш косо смотрит, но молчит – я ему в ноги кланялся, чтобы смениться разрешил. Да и кто знал?.. Потом, две недели прошло, тягает он меня и говорит, что «точка» цела, внутри люди, но выйти не могут. Сменщик мой умер. Инсульт или еще что.

Я передал еще один браслет, и Лоуд прервался, пока крепил его на руку.

– Причину не говорят. Потом оказалось – и не знают. Видят, что реактор, который глубоко под «точкой», уцелел и показывает прежнее потребление. То есть, там свет горит, работает оборудование. Но люди не выходят. Потом запустили дроны с камерами – резервный ход цел, шлюзовые целы. А раз целы, то отчего не вышли?.. Вот и подумали, что сменщик мой – того…