Текст книги "Антони Иден"

Автор книги: Владимир Трухановский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 30 страниц)

Как ни странно, многие события на Ближнем Востоке явились неожиданностью для Лондона, несмотря на длительное пребывание в этом районе английских колониальных администраторов, дипломатов и разведчиков. Неожиданной оказалась и ситуация в Иордании, за которую на Даунинг-стрит были вполне спокойны. Страной управлял двадцатилетний король Хусейн, получивший воспитание и образование в Лондоне, его войсками командовали английские генералы и полковники, на территории Иордании находилась более чем 100-тысячная британская армия. Англия помогла правителям Иордании аннексировать в конце 40-х годов часть Палестины. Наконец, Иордания была связана с Англией союзными соглашениями, а ее король получал субсидии.

Несмотря на это, все попытки втянуть Иорданию в Багдадский пакт сорвались. Правящие круги страны готовы были исполнить волю Лондона, но народные массы выступили с категорическим протестом. Правительство Идена применило против них силу и... проиграло.

События развивались быстро. В конце ноября 1955 года на Ближний Восток прибыл Макмиллан, и началась реализация "плана Макмиллана", смысл которого сводился к тому, чтобы втянуть Иорданию в Багдадский пакт постепенно, вначале наладив заключение экономических соглашений между ней и членами пакта.

План не удался, и в Лондоне решили стукнуть кулаком по столу. В Иорданию прибыл начальник генерального штаба английской армии генерал Темплер. Ему удалось добиться отставки нейтралистски настроенного правительства и создания нового кабинета, состоящего из людей, готовых втянуть Иорданию в Багдадский пакт. Недолгой была радость в Лондоне. Возмущение народных масс через пять дней смело новое правительство. Генералу Темплеру пришлось убраться из Иордании. Казалось бы, теперь английские государственные деятели должны были понять, что время насильственных методов прошло. Но нет, подобные уроки усваиваются ими с трудом.

Английское правительство стало нажимать на правителя Иордании, запугивать и третировать его. Одновременно генерал Глабб (англичанин, командовавший армией Иордании – Арабским легионом) развернул кампанию террора против народных масс. На Кипр были двинуты воинские подкрепления с явным намерением использовать их в Иордании. В январе 1956 года газета "Дейли экспресс" писала: "Сохранение дружественного правительства в Иордании считается главным вопросом английской политики на Среднем Востоке... Иден и его министры убеждены, что Англия сможет сохранить свой уровень жизни, только обеспечив получение доли доходов от нефти в Персидском заливе. Из-за этого главным образом премьер-министр и решил увеличить силы главнокомандующего английской сухопутной армией на Среднем Востоке генерала Кейтли с тем, чтобы он мог справиться с любым положением". Английские газеты писали, что непосредственной причиной отправки войск являются антианглийские волнения в Иордании.

Одновременно печать занялась поисками "виновных". Конечно, газетчики не касались сути дела – того, что неудачи правительства на Ближнем Востоке объясняются порочностью его политики, что эта политика давно изжила себя и в современных условиях не может иметь успеха. Они искали только субъективные причины. Одни обвиняли Макмиллана, другие – генерала Темплера, а третьи – Антони Идена.

2 марта 1956 г. под давлением народных масс король Хусейн сместил Глабба с поста командующего Арабским легионом и распорядился, чтобы он в течение часа убрался из Иордании. Одновременно были смещены другие английские офицеры. В ответ на эти действия британская печать требовала применить силу, чтобы "восстановить престиж Англии" в Иордании и на Ближнем Востоке.

Один из наиболее реакционных консерваторов Юлиан Эмери писал в газете "Таймс" 5 марта, что события в Иордании – это результат отступления Англии из Палестины, Абадана, Судана и зоны Суэцкого канала. Он требовал прекратить это отступление и призывал правительство "предпринять военную операцию с целью спасти Англию от бедствия на Среднем Востоке". Такие настроения все больше и больше овладевали консервативными депутатами палаты общин.

7 марта в палате состоялись дебаты о положении на Ближнем Востоке. Уотерхауз, глава так называемой "Суэцкой группы", заявил: "Англия – все еще могучая держава, и при необходимости нам следует применить силу". Выступление Идена, по словам Рандольфа Черчилля, было "нерешительным и неопределенным". "Я должен прямо заявить палате, – сказал премьер-министр, – что не в состоянии определить сегодня политическую линию, которую следует проводить в Иордании". В качестве оправдания Иден сослался на недостаток информации.

Премьер-министр оказался в крайне затруднительном положении. Было ясно – консервативная партия ждет от него заявления о том, что Англия немедленно силой восстановит свои позиции в Иордании. Но Иден не был уверен, что такая операция даст положительные результаты. Да и генерал Глабб, прибывший уже в Лондон, считал, что применение жестких мер к Иордании на данном этапе привело бы к нежелательным последствиям.

Подводя итоги обсуждению в парламенте положения на Ближнем Востоке, Рандольф Черчилль писал: "Что касается сэра Антони, то эти дебаты знаменовали начало распада личности и характера, которыми, по мнению общественности, он обладал".

Поведение Идена во время дебатов не понравилось горячим головам из консервативной партии. Английская печать писала: "Престиж сэра Антони получил удар. Об этом ясно говорило молчание и угнетенное состояние депутатов на консервативных скамьях позади Идена. Подобные эпизоды неизбежно заставляют задать вопрос: "Как долго еще сможет протянуть Иден?" События могут спасти сэра Антони, но трудно избавиться от чувства, что если этот год будет продолжаться так, как он начался, то в 1957 году не сэр Антони Иден, а Гарольд Макмиллан будет распоряжаться на Даунинг-стрит". Пророческое предсказание! Оно сбылось с большой точностью.

Середина 50-х годов была отмечена двумя крупными агрессивными актами, которыми империалистические политики намеревались обеспечить сохранение колониализма, нанести удар делу свободы и независимости народов, подорвать единство стран социалистического лагеря и ослабить мировую социалистическую систему. Англия, Франция и Израиль, стремясь обеспечить свои империалистические интересы на Ближнем Востоке, развязали вооруженную агрессию против Египта. В то же время империалистические круги спровоцировали контрреволюционный мятеж в Венгрии. Это были звенья одной цепи...

Избавившись от английской оккупации, египетское правительство наметило к осуществлению ряд мер по ликвидации тяжких последствий колониального господства Англии, развитию национальной экономики и повышению жизненного уровня народа. Успех этой программы зависел прежде всего от строительства Асуанской плотины на реке Нил, которая должна была намного увеличить посевные площади и обеспечить электроэнергию для развития промышленности. Для строительства плотины требовались крупные капиталовложения, и Египет надеялся получить примерно 270 млн. долл. у Международного банка реконструкции и развития, у Англии и у США. Однако обе страны выразили готовность дать взаймы на неприемлемых для Египта политических условиях. Принципиально нового в этом ничего не было. На таких условиях империалистические страны обычно "помогают" развивающимся странам. Английский автор Хью отмечает, что это был случай, когда "Запад открыто использовал помощь развивающимся странам в качестве инструмента политики". Когда же Египет отклонил предложенные условия, правительства Англии и США взяли обратно свои предложения о предоставлении кредитов на строительство Асуанской плотины.

26 июля 1956 г. египетское правительство объявило о национализации англо-французской "Всеобщей компании Суэцкого морского канала", владевшей находящимся на египетской территории Суэцким каналом. Юридически это была совершенно законная акция, и осуществлялась она в интересах как народа Египта, так и всех арабских народов. Условия концессии, по которой действовала компания, предусматривали, что она является египетской, подлежит местной юрисдикции, должна управляться по законам и обычаям Египта и будет в вопросах эксплуатации Суэцкого канала выступать от имени египетского правительства.

Как известно, канал был построен потом и кровью египтян. Строительство началось в 1859 году и велось вручную. Рабочие набирались в принудительном порядке из египетских феллахов. Каждый месяц набирали по 60 тыс. рабочих, что было непомерной тяжестью для египетского народа, численность которого составляла тогда 4 млн. человек. Примерно 120 тыс. египтян погибло на строительстве от непосильного труда и болезней. Египет израсходовал на постройку канала 450 млн. франков. Эта сумма не включает трудовое участие и стоимость земли, отведенной под канал.

В 1875 году английское правительство купило у тогдашнего правителя Египта принадлежавшие ему акции компании Суэцкого канала. В конце концов Египет был полностью отстранен и от управления каналом, и от участия в прибылях, получаемых от его эксплуатации. Национальное достояние Египта оказалось захваченным колонизаторами.

В мемуарах Идена глава, посвященная национализации Суэцкого канала, называется "Кража". Было бы неправильно выбор автором такого заголовка относить к неудачной попытке беллетризации исторического события или счесть отражением его эмоционального состояния, порожденного неудачным личным участием в событиях. Это выражение убеждений Идена, его мировоззрения; более того, это выражение мировоззрения правящих кругов Англии. Именно это мировоззрение лежит в основе современного английского неоколониализма, и оно служило моральным "оправданием" для английского правительства, предпринявшего вооруженное нападение на Египет в 1956 году. Это сугубо классовая империалистическая концепция, гласящая, что все отнятое колонизаторами силой, хитростью, коварством у порабощенных ими народов на протяжении десятилетий и столетий является священной и неотъемлемой собственностью империалистов. То, что британские колонизаторы отняли у Египта в XIX веке его имущество и его независимость, английские политики и историки считают естественным й законным. Когда же народ Египта заявил о том, что он намерен восстановить свои права на отнятое у него когда– то достояние, из Лондона раздался крик: "Кража!" Таковы идеология и мораль империалистов, являющиеся существенным элементом в международных отношениях.

Английское правительство было застигнуто врасплох акцией Египта, хотя если бы оно внимательнее следило за выступлениями египетских государственных деятелей и лучше понимало процессы, происходящие в этой стране, то внезапности могло бы и не быть.

Иден получил известие о национализации Суэцкого канала в разгар официального обеда, который он давал 26 июля в честь прибывших в Лондон иракских деятелей – короля Фейсала и премьер-министра Нури Саида, усердного защитника английских интересов в Ираке. Нури тут же посоветовал Идену: "Ударьте по нему, ударьте тяжело, ударьте по нему сейчас". Имелся в виду Насер. Наспех избавившись от таких гостей, как лейбористы Гейтскелл и Шоукросс, Иден тут же созвал своих министров, начальников штабов, а также пригласил французского посла и советника посольства США. Как рассказывал впоследствии Нури, Иден был взбешен до предела. Вероятно, уже в тот момент он пришел к мысли о том, что египетское правительство должно быть устранено. Если удастся добиться этого средствами экономического и политического давления – хорошо, если нет – придется применить силу.

На следующий день Иден телеграфировал президенту Эйзенхауэру: "Сегодня утром я проанализировал всю ситуацию со своими коллегами по кабинету и с начальниками штабов. Мы единодушно согласились, что не можем допустить, чтобы Насер захватил контроль над каналом... Мы не должны допустить, чтобы нас втянули в юридические препирательства относительно права египетского правительства национализировать то, что технически является египетской компанией... (подчеркнуто мной. – В. Т.). Нам представляется, что вряд ли мы достигнем своей цели одним экономическим нажимом... Нам прежде всего следует подвергнуть Египет максимальному политическому давлению... Мои коллеги и я убеждены в том, что нам необходимо быть готовыми в качестве последнего средства применить силу с целью образумить Насера. Со своей стороны, мы готовы пойти на это. Сегодня утром я дал указания нашим начальникам штабов срочно подготовить соответствующий военный план".

Такая оперативность свидетельствует о существовании в тот момент полного единства и твердой решимости в английском правительстве. Все это выглядит так, будто в Лондоне ждали лишь предлога, чтобы обрушить на Египет всю экономическую, политическую и военную мощь с целью восстановить свои позиции в этой стране и во всем арабском мире.

Немедленно были введены экономические меры давления на Египет, а печать стала готовить английский народ к военному нападению на эту страну. Уже 28 июля "Таймс" требовала: "Время решать". "Захват канала представляет собой акт международного разбоя, – объявляла газета. – Если Насер докажет, что он может безнаказанно захватывать западную собственность, то другие, несомненно, последуют его примеру. Нефтяные поля Среднего Востока, от которых так сильно зависит уровень жизни в Англии, находятся преимущественно под властью дружественных правительств. Но в движущихся песках арабской политики экстремисты любой страны потребуют последовать за Египтом, если они увидят, что он действует успешно". Через несколько дней та же газета призывала: "Если наши американские союзники не могут или не хотят присоединиться, то Англия и Франция должны действовать без них".

Казалось, общественное мнение следует этим призывам пропагандистской машины, тем более, что в парламенте не только консерваторы, но и лейбористы высказались за применение решительных мер к Египту. Лидер лейбористов Гейтскелл 27 июля поддержал в палате общин правительство и резко осудил Египет, квалифицировав национализацию Суэцкого канала как "своевольный и ничем не оправданный шаг". Выступая 2 августа, Гейтскелл допускал применение вооруженной силы против Египта. Даже так называемые "левые" лейбористы солидаризировались с правительством Идена. Во всяком случае их признанный лидер Эньюрин Бивен заявил Эмери, крайнему стороннику военных мер: "Это доказывает, что вы были правы".

И здесь премьер-министр допустил один из многих своих промахов. Он был тогда уверен, что лейбористская оппозиция – на его стороне. А это очень важно. Английская история учит, что правительство не рискует вступать в войну, не располагая поддержкой оппозиции. Идену следовало бы учитывать, что в будущем позиция лейбористов может претерпеть изменения. И такое изменение произошло довольно быстро.

В международном плане сразу же наметились две принципиально противоположные линии. Советский Союз и другие социалистические страны решительно выступили на стороне Египта. Правительство СССР официально заявило, что оно "считает решение правительства Египта о национализации Суэцкого канала вполне законным действием, вытекающим из суверенных прав Египта". О поддержке действий Египта заявило большинство афро-азиатских государств. В защиту справедливого дела подняли свой голос многочисленные прогрессивные общественные силы.

Это не могло не сказаться на позиции английского народа. Очень скоро шовинистическая пропаганда в значительной степени утратила свою эффективность. Простые люди Англии начали понимать, что требуется проявить осторожность, иначе их страна может оказаться в затруднительном положении. Эти настроения охватили рядовые массы лейбористской партии. Под их воздействием заколебались боссы. Уже 13 августа так называемый "теневой кабинет" лейбористов решил, что национализация Суэцкого канала не дает оснований для применения силы в отношении Египта. Это была знаменательная метаморфоза, и, игнорируя ее, кабинет Идена совершил новую ошибку.

Другой линии следовали английские консерваторы, а также правительства Франции и США, осуществлявшие совместно с кабинетом Идена меры экономического нажима на Египет. Эти страны провели ряд международных конференций с целью оказать международно-политическое давление на непокорный Каир и заставить его согласиться на оставление Суэцкого канала в руках империалистических кругов. Второй целью этих маневров было выиграть время, необходимое для подготовки военного нападения на Египет.

По инициативе Англии, Франции и США в августе 1956 года в Лондоне собралась конференция 22 держав, которая должна была, по замыслу ее организаторов, установить так называемое международное управление Суэцким каналом. Чтобы склонить египетское правительство принять его и отказаться от национализации канала, в Каир направили австралийского премьер-министра Мензиса; однако его миссия не имела успеха.

В сентябре Даллес выступил с предложением о создании ассоциации пользователей Суэцким каналом, в которой приняли бы участие США, Англия и Франция. Ассоциация получила бы право координации судоходства по Суэцкому каналу и взимания сборов за проход судов через канал. Это был слабо замаскированный план захвата канала империалистическими державами. Новая конференция, в которой приняли участие 18 стран, с известными колебаниями приняла американский план, но Египет отверг его.

Лейбористские лидеры все настойчивее заявляли, что не смогут поддержать военные действия против Египта, если они не будут санкционированы Организацией Объединенных Наций. Поэтому английское правительство, не собиравшееся вначале привлекать ООН к проблеме Суэцкого канала, сочло необходимым обратиться туда. Такое обращение могло быть также использовано впоследствии для обоснования перед народными массами военной акции: можно было бы заявить, что, поскольку обращение в ООН не дало результатов, "справедливость" пришлось восстанавливать силой.

Англия и Франция подали в Совет Безопасности жалобу на Египет и предложили призвать его к сотрудничеству с ассоциацией пользователей. СССР не допустил принятия такой резолюции, применив свое право "вето".

Одновременно с официальными международными акциями в глубокой тайне формировался союз Англии с Францией и Израилем и энергично готовилось военное нападение на Египет. Французское правительство охотно шло на эту операцию и даже торопило ее подготовку. Отношения Парижа с арабскими народами все равно были испорчены, и ему нечего было терять. Политики с Ке д'Орсэ надеялись, что военная акция против Египта не только восстановит "права" Франции на Суэцкий канал, но и приведет к смене режима в Каире, а следовательно, к прекращению египетской помощи народу Алжира, ведшему тогда активную борьбу против французского колониального господства.

К этому времени правительство Ги Молле установило отношения тесного сотрудничества с Израилем, французское оружие потоком шло в эту страну, и Париж быстро достиг договоренности с Тель-Авивом о совместном нападении на египтян. В конфликте по поводу Суэцкого канала агрессивные лидеры Израиля усмотрели удачную возможность для расширения своей территориальной экспансии за счет Египта.

Кабинет Идена также стремился привлечь Израиль в качестве союзника, но в отличие от французского правительства должен был делать это в глубочайшей тайне. Дело в том, что его планы предусматривали замену правительства Насера проанглийской кликой, которая вместе с Нури Саидом объединила бы вокруг себя правительства других арабских стран, причем Англия направляла бы их деятельность в своих интересах. Поэтому нельзя было допустить, чтобы арабам стало известно о блокировании Лондона с Израилем, находившимся с ними в состоянии войны с 1948 года.

Сговор трех агрессоров налаживали в основном французы, но на самом последнем этапе и англичанам пришлось принять в этом участие. 16 октября Иден и Ллойд встретились с французскими руководителями Молле и Пино. Был подробно обсужден и принят план нападения на Египет под кодовым названием "Мушкетер II". А на следующий день, вернувшись в Лондон, Иден уверял, что Англия и Франция договорились создать ассоциацию пользователей. В то же время он подчеркивал свою непричастность к действиям Израиля: "Я не желаю ничего знать об Израиле". Английский премьер-министр не скупился на лживые заявления.

Через неделю, 24 октября, Сел вин Ллойд и Патрик Дин встретились с Молле и Пино и с руководителями Израиля – премьер-министром Бен-Гурионом и военным министром Моше Даяном. Эта встреча и завершила сговор трех агрессоров.

Упорное стремление правительства Идена сделать вид, что оно непричастно к нападению Израиля на Египет, побудило Пино заметить: "Я был тогда поражен тем, что Англия прежде всего ищет средства оправдать свои действия в глазах арабов и мировой общественности". Пино утверждал, что план нападения был оформлен специальным документом, который подписали от Франции – Пино, от Израиля – Бен-Гурион и от Англии – Патрик Дин. Это произошло на вилле в Севре.

Интересно, что споры по поводу того, о чем договорились английское и израильское правительства в октябре 1956 года, продолжались спустя 12 лет. Английская сторона упорно замалчивала наличие такого сговора. Из помещенного в английском журнале "Лисенер" интервью с Бен-Гурионом видно, что он был крайне недоволен попытками Идена и его коллег откреститься от сговора с Израилем. Бен-Гурион заявил, что, поскольку "Иден вел себя не как джентльмен", он не чувствует себя обязанным молчать; у него есть четыре тома материалов по этому вопросу, которые будут опубликованы, когда "Идена, Селвин Ллойда и других уже не будет в живых".

В результате переговоров между официальными представителями Англии, Франции и Израиля во второй половине октября 1956 года блок агрессоров был окончательно оформлен.

Одновременно продолжалась лихорадочная деятельность по военной линии. Была создана объединенная англо-французская группа планирования, которая работала под дном реки Темзы в секретном убежище, сохранившемся со времен второй мировой войны. Договорились, что верховное командование вторжением в Египет будет поручено генералу Кейтли, главнокомандующему английскими силами на Ближнем Востоке. Его заместителем был назначен француз – вице-адмирал Баржо.

Обеспечение военной стороны вторжения неожиданно оказалось трудным делом, несмотря на то что обе страны в рамках НАТО далеко продвинулись по пути гонки вооружений, истратив на нее огромные суммы. "Оборонные мероприятия Англии, – пишет Хыо Томас, – осуществлялись или с расчетом на всеобъемлющую ядерную войну против России, или с учетом необходимости подавления восстаний в колониях. И почти совершенно отсутствовала подготовка к ведению ограниченной, или традиционной, войны старого типа". Между тем нападение на Египет как раз и должно было стать такой "традиционной войной". Поэтому военным штабам пришлось многое импровизировать.

Подготовка к нападению затруднялась отсутствием вблизи Египта подходящих баз, на которых можно было бы сосредоточить войска для удара. Ближе всего находился Кипр, но расположенные на нем английские базы не могли удовлетворить потребности подготовляемой операции. Пришлось многие самолеты и суда базировать на Мальте.

Было условлено, что англичане обеспечат большую часть сил вторжения: средние и легкие бомбардировщики, истребители, 50 тыс. солдат и более 100 военных кораблей. Французы выставляли 30 кораблей и 30 тыс. солдат. Из семи авианосцев пять были английскими и два – французскими. Штаб операции разместился на Кипре.

В соответствии с принятым тремя правительствами планом Израиль начал военные действия против Египта в 21 час 29 октября 1956 г. Удар был нанесен в направлении Синайского полуострова и Суэцкого канала. Через 19 часов, 30 октября, в 16 час. 30 мин. правительства Англии и Франции предъявили Египту ультиматум, содержавший требование в течение 12 часов прекратить все действия военного характера на суше, море и в воздухе, отвести все вооруженные силы на десять миль от Суэцкого канала, согласиться на оккупацию английскими и французскими вооруженными силами ключевых позиций в Порт-Саиде, Исмаилии и Суэце. В случае отклонения этих требований правительства Англии и Франции угрожали египетскому правительству вооруженной интервенцией. Официально ультиматум был направлен и Израилю. Этот лицемерный ход должен был изобразить агрессоров в виде этаких беспристрастных третейских судей, одинаково относящихся и к Египту, и к Израилю, и выступающих лишь -т интересах восстановления мира".

Поскольку израильские войска уже продвинулись по египетской территории на 160 миль, то ультиматум узаконивал этот захват. Более того, требуя, чтобы войска воюющих сторон остановились в десяти милях от канала, Англия и Франция как бы приглашали израильтян продвинуться еще на 120 миль. Таким образом, абсурдность претензий правительств Идена и Молле на "беспристрастность" обнаруживалась сразу же при ознакомлении с текстом ультиматума. Не случайно канадский автор Т. Робертсон пишет об Идене этих дней: "Бедный, жалкий Иден производил впечатление как мошенника, так и дурака, когда он сгибался под бременем, которое сам на себя взвалил".

Английское правительство, несомненно, допустило крупную ошибку, сблокировавшись с Израилем. Несмотря на все попытки скрыть это, арабские государства прекрасно поняли, что на них напали два врага: один из них пытается восстановить свое прошлое колониальное господство, а второй посягает на арабскую территорию. Это укрепило единство в рядах арабов и стимулировало их борьбу против агрессоров.

30 октября египетское правительство отклонило англо-французский ультиматум и объявило всеобщую мобилизацию. На следующий день срок ультиматума истек, и правительство Идена приказало генералу Кейтли начать военные действия против Египта. Вечером 31 октября английские бомбардировщики с Кипра и Мальты нанесли удар по египетским аэродромам. Атаки с воздуха продолжались в течение пяти дней, а утром 5 ноября английские и французские десантные части высадились в Порт-Саиде.

Иден и его коллеги наивно полагали, что, как только на Египет упадут первые бомбы и высадятся первые десантники, египетский народ тут же свергнет свое правительство и покорно примет предложенный ему агрессорами марионеточный режим. Этими расчетами объясняется то внимание, которое было уделено подготовке психологической войны против Египта. Для этого на Кипре было создано специальное управление под руководством бригадного генерала Фергюсона. Оно предприняло "радионаступление" и засыпало египетские города миллионами листовок, содержавших призыв свергнуть "тирана Насера". Однако народ Египта, прекрасно понимая, что хотят навязать ему агрессоры, тесно сплотился вокруг своего правительства и поддержал его военные усилия. В распоряжении египетского командования была армия примерно в 100 тыс. человек. Четвертая ее часть находилась на Синае, и, опасаясь окружения, этих соединений, командование дало приказ об эвакуации их через канал.

6 ноября англо-французские части заняли Порт-Саид. В тот же день они двинулись на юг, в сторону Исмаилии и Суэца, и к вечеру продвинулись на 23 мили. Но в этот момент генерал Кейтли получил из Лондона приказ о прекращении огня. Советский историк А. М. Голдобин в интересном исследовании, посвященном суэцкому кризису, пишет: "Несомненно, Египет был к вечеру 6 ноября в очень трудном положении. Сражение в воздухе, бои на Синае и в Порт-Саиде были проиграны. Египтяне готовились в крайнем случае к всеобщей партизанской войне, сотни тысяч ружей были розданы населению. Но в этот момент рука агрессора была остановлена". Кто же остановил эту руку?

Английская, а в значительной степени и американская мемуаристика и историография упорно проводят мысль о том, что военная акция Англии и Франции не удалась потому, что против них выступили Соединенные Штаты. Эта версия широко распространяется, с одной стороны, потому, что в Лондоне не хотят признать решающий вклад Советского Союза в восстановление мира на Ближнем Востоке. Ведь признание истинной роли СССР в этот трудный для арабских стран момент свело бы на нет усиленно пропагандируемые на Западе концепции о "коварных замыслах" СССР в отношении арабов, о его "агрессивных намерениях" в этом районе и т. п. Тем самым оказалась бы подорванной позиция империализма в идеологической борьбе против СССР.

С другой стороны, версия о "благодетельной" роли США в период войны 1956 года устраивает американские правящие круги, ибо рисует их в качестве друзей арабов. А это полезно, учитывая нефтяные, стратегические и политические интересы Соединенных Штатов на Ближнем Востоке.

Факты говорят о другом. Советское правительство во время суэцкого конфликта активно и решительно встало на защиту боровшегося за свою независимость Египта. Оно предприняло ряд попыток использовать Организацию Объединенных Наций для противодействия агрессии. Сразу после нападения Израиля, еще до англо-французского вторжения, оно обратилось в Совет Безопасности ООН с предложением принять резолюцию, требующую прекращения военных действий и отвода израильских войск. При голосовании США воздержались. Англия и Франция применили "вето", и резолюция не прошла.

2 ноября чрезвычайная сессия Генеральной Ассамблеи ООН подавляющим большинством голосов потребовала от трех агрессоров прекращения военных действий и вывода их войск с египетской территории. Агрессоры игнорировали этот призыв.

Тогда Советское правительство предприняло решающий шаг. 5 ноября оно потребовало от Англии, Франции и Израиля немедленно прекратить войну против Египта и предупредило, что ее продолжение может привести к опасным последствиям. В послании главы Советского правительства Идену говорилось: "В каком положении оказалась бы сама Англия, если бы на нее напали более сильные государства, располагающие всеми видами современного истребительного оружия? А ведь такие страны могли бы в настоящее время и не посылать к берегам Англии военно-морского или военно-воздушного флотов, а использовать другие средства, например, ракетную технику... Глубоко озабоченные развитием событий на Ближнем и Среднем Востоке и руководствуясь интересами сохранения всеобщего мира, мы считаем, что правительство Англии должно внять голосу благоразумия и остановить войну в Египте. Мы обращаемся к Вам, к парламенту, к лейбористской партии, профсоюзам, ко всему народу Англии: прекратите вооруженную агрессию, остановите кровопролитие. Война в Египте может перекинуться на другие страны и перерасти в третью мировую войну". И чтобы не оставалось никаких сомнений в твердости намерений Советского Союза, послание заключало: "Мы полны решимости применением силы сокрушить агрессоров и восстановить мир на Ближнем Востоке".