Текст книги "Путешествие на край мира (СИ)"

Автор книги: Владимир Кубасов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 28 страниц)

   В это самое время Неотмирас вёл разговор с Клатабором, его интересовали эти существа, и он спросил у него:

   – Кто это? Ты можешь мне поведать, представляют ли опасность для нас эти существа или нет?

   Клатабор спросил:

   – Ты спрашиваешь не о тех ли?

   И показал в сторону, где под большим деревом сидели три существа. Он кивнул головой и снова спросил:

   – Ты видел их раньше?

   – Да, кто их не знает, это домовики, они есть и в наших лесах, странно, что ты спрашиваешь о них, если не знаешь, значит они тебе не показывались. Это, вообщем, маленькие безобидные существа, которые селятся в норах или в пещерах крупных животных, живя с ними по соседству, основной их особенностью является то, что они усиливают эмоции и чувства хозяев жилищ в несколько раз. Если, например, хозяева добры и счастливы, то они увеличивают чувства добра и счастья, если злы, то хозяева становятся не просто злыми, но даже жестокими и беспощадными. Они умеют искусно прятаться, и их практически не видит никто, но это не значит, что их нет. Иногда в знак особого расположения, они показываются своим хозяевам, но чаще привлекают к себе внимание тем, что прячут их вещи, еду, вкусные кости, либо продукты, а потом те неожиданно появляются, когда их уже перестают искать. Шалуны, одним словом. Ещё они очень сильно привязываются к своим хозяевам и всячески защищают, в этом им нет равных, и заботятся об их благополучии. У вас, людей, разве они не живут, если нет, то значит сильно побаиваются.

   – Да и я, когда жил у тебя, что-то не видал их.

   – Просто ты не обращал на них внимания, они у меня есть, ну, хорошо, давай так, у тебя вещи пропадали, а потом находились в самых неожиданных местах?

   – Да, что-то припоминаю, было иногда, но я думал, что просто от усталости, забросил их и не знал куда.

   – Это они присматривались и изучали тебя, и ты надо полагать пришёлся им по душе, если смог так долго у меня прожить, но всё равно тебе не доверяли, поэтому ты их не видел, или потому, что видел, однако, не обращал на них внимания. Для них это самое обидное, если их не замечают.

   Когда он вернулся, Сорванец тренировалась с Дорис стрельбой по мишеням, остальные, кто ухаживал за своим дракосом; чистил, протирал, расчёсывал волосы, и даже заплетал их в косички, после расплетения которых, гривы ложились волнами и кольцами, переливаясь и играя на солнце, всеми цветами радуги. Дракосам очень нравилась эта прцедура, и они готовы были целый день стоять, чтобы насладиться лаской и вниманием. После отдыха колонна вновь двинулась в путь, вдруг Дорис наклонила свою голову к Сорванцу и тихо сказала:

   – Сорванец за нами следят, уничтожить что ли соглядатаев, посмотри, -

   и качнула головой влево, Сорванец, как бы невзначай, повернула свою голову и заметила своих маленьких знакомцев. Они перебегали от дерева к дереву, следуя за ними, будучи в своих нарядных костюмчиках, выглядели умозрительно и плачевно, так как боялись отстать от них, а сил им явно не хватало. Тогда она сказала Дорис:

   – Не будем их обижать, это наши маленькие друзья, ты сможешь подвезти их на своём хвосте.

   – Да легко, но разве такие маленькие могут быть друзьями.

   – Могут Дорис, ещё как могут, ведь дружба ценится не по размеру, а потому, сколько ты своей души вкладываешь в неё. А если судить по ним, бросили своё племя и пошли вместе с нами, ведь это значит, что они боятся нас потерять.

   Дорис молча кивнула и едва заметно переместила свой хвост так, что его кончик оказался на пути маленьких странников, и мысленно предложила им:

   – А не подвезти ли вас, если нам по пути.

   Сначала ничего не произошло, но поняв, что им предлагают, мальчик в курточке, штанах и синей шапочке, ловко запрыгнул ей на хвост и тут же поймал свою подружку в платьице и красной шапочке с помпоном. Они уселись на конце хвоста, держась за острые шипы, Сорванец, довольная, похлопала Дорис по шее и прижалась к ней, благодаря за помощь, затем посмотрела на своих друзей, те шли за ними следом, но не видели никого, только Клатабор весело рассмеялся и помахал ей рукой. Она вздохнула свободно и продолжила свой путь в такой компании. Первые три дня, маленькие путешественники, сидели тихо, прижавшись друг к другу, изучая людей и коней, Клатабора с его комом, они явно не боялись, а вот люди их страшили. Вот, как раз на третий день похода, они попались на глаза Неотмирасу, у которого, когда он увидел их, округлились глаза. Два домовика, в разноцветных одеждах и шапочках, сидели на хвосте Дорис, и их озорные глазки светились радостью и задором. Он подошёл к Сорванцу и спросил, как бы между прочем:

   – Скажи ка мне Сорванец, что за незванные гости едут вместе с нами на хвосте Дорис, и откуда у них эти красивые наряды?

   Сорванец улыбаясь ответила:

   – Ну, наряды, это просто, я сшила для них и подарила им. А они приняли мои подарки за приглашение, мы с Дорис не возражали, посмотри сам, какие миленькие.

   Неотмирас невольно перевёл на них свой взгляд и рассмеялся:

   – Ладно, пусть едут, но знай, что ты теперь за них в ответе, -

   и пошёл к Клатабору. Клатабор, увидав его, улыбаясь, спросил:

   – В нашем отряде прибавление?

   – Да, Сорванец сказала, что они сами пошли с нами, что посоветуешь?

   – А что тут советовать, если домовики выбрали кого-то, то никогда его не бросят, они поверили вам.

   После этих слов Клатабор разлёгся на широкой спине Топтуна, заложив руки за голову, задремал.

   Он повернулся и пошёл к своим друзьям, Святадар шёл и расчёсывал своего дракоса, Неотмирас не знал, как того зовут, но не спрашивал, это ему было не надо, просто видел, что это один целый организм, так они были едины и буквально понимали друг друга. Огнесказ, напротив, сидел на спине своего дракоса и что-то писал в своих рукописях, временами закатывая глаза, глядел вверх на вершины деревьев. Он ничего не видел и не слышал, просто сочинял свой сказ о их походе. «Ну ладно, с этим всё понятно, а что волхв Велимудр». Волхв Велимудр тревожил его своим поведением, было видно, что что-то его гнетёт и беспокоит, и решил поговорить с ним по душам. Когда он подошёл к Велимудру, тот шёл и гладил своего Дракоса по гриве и что-то говорил ему. Он подошёл к нему и коснулся его плеча, тот вздрогнул, но не обернулся.

   – Что случилось Велимудр? Что тебя гложет, может тоска по дому или ещё что, ты говори, не стесняйся, мы же с тобой друзья.

   – Слушай, Неотмирас, уже прошло более трёх лет, как мы пустились в путь, а я до сих пор не выполняю своего предназначения.

   – В чём заключается твоё предназначение?

   – Я призван славить Вышних Богов наших и не знаю с чего начать.

   – Только и делов, мы с тобой уже почти четыре года, а ты ни разу не поговорил с нами о них. Вот что, на первом же привале начинай рассказывать нам, кто такие наши боги, откуда они пришли и как их славить. Ну, ты в этом больше моего понимаешь. Я думаю, что, когда мы вернёмся домой, тебе надо будет организовать школу Витязей и Богатырей из потомков Великой Расы, вспомни пророчество эльфов, в этом, я думаю, тебе поможет Богатырь Святадар.

   Тут он положил тому руку на плечо и пошёл вперёд к своему дракосу Буяну, который медленно и не спеша вёл колонну.

   Неотмирас перекинулся Соколом, взлетел вверх, чтобы с высоты птичьего полёта, оглядеть землю. Кружась над лесом, он видел своих друзей, которые медленно двигались по лесу, то останавливались, то собирались вместе, затем расходились в разные стороны, а в это время дракосы, Дорис и Топтун продолжали двигаться по маршруту. Наметив маршрут, он приземлился, ударившись оземь, снова перевоплотился в Неотмираса, и возглавил движение.

   Маленькие друзья Сорванца уже освоились и им было скучно сидеть на хвосте Дорис, они свободно гуляли по всему её туловищу, и довольно часто она находила их спящими в своём седле. Неотмирас как-то сказал ей, что им нужен дом, потому что они из племени домовиков, затем рассказал всё, что узнал от Клатабора. Сорванец освободила большую котомку, притороченную сбоку Дорис, в которой она хранила свои незамысловатые вещи, и показала её мальчику. Он так громко вскрикнул от радости, что его услышали её друзья, и быстро подбежали к Сорванец с оружием наготове, но домовики уже сидели в котомке.

   – Что случилось?

   Спросил Неотмирас,

   – кто кричал?

   – Да, я запнулась о камень и неожиданно вскрикнула от боли, -

   поглаживая ногу, виноватым голосом, соврала Сортис. Неотмирас уже знал истинную причину, он видел домовиков в сумке, отвернулся, и сказал ей грозно:

   – Смотреть надо под ноги и не считать ворон, а не то переломаешь их.

   Друзья переглянулись, услышав его грубость, но ничего не сказали, и ушли по своим местам. Теперь, когда у дововиков был свой дом, они расхрабрились и во всю гуляли по колонне, прыгая с одного дракоса на другого, вплоть до Топтуна. К Неотмирасу и Буяну они ещё боялись приближаться, но однажды Брико, так звали мальчика, как узнала Сорванец из их разговоров, забылся и потерял бдительность, и его заметила большая птица, которая вдруг набросилась на него, он истошно закричал и прыгнул прямо на Буяна, с него на Неотмираса, и быстро юркнул ему за пазуху. Неотмирас видел это, но не сделал попытки изгнать его оттуда, только прикрыл его ладонью, и тот быстро успокоился, и вскоре его головка показалась из рубахи, затем он вскарабкался на его плечо и уселся там, чувствуя себя в безопасности. Траска, так звали девочку, видя, что её Брико никто и ничто не угрожает, потихонечку присоединилась к своему другу. С этого времени Неотмирас стал потихонечку разговаривать со своими спутниками, которые стали почтальонами между ним и Сорванцом. Днём они либо лазали по дракосам и людям, либо гуляли по лесу, но больше всего Брико любил сидеть на плече Неотмираса, а Траска на плече Сорванца и только вечером возвращались в свой дом-большую котомку.

   На первом же привале, когда все сели перекусить и отдохнуть, волхв Велимудр объявил, что пора узнать свои корни – и правду о своих Вышних Богах. С этой поры началось духовное развитие Святадара, Огнесказа, Сорванца и Клатабора, да и сам Неотмирас был не прочь послушать сказы о создании Миров, системы Ярилы-Солнца, о своих Вышних Богах, о бунте Чернобога и Великой Ассе между Светлыми и Тёмными Мирами. Дни летели незаметно, сменяя ночи, а они всё продолжали свой путь на Запад. Древний волшебный народ по-прежнему на их пути не попадался, то ли он в здешних местах действительно не водился, либо избегал встречи с ними. Когда Неотмирас задал зтот вопрос Клатабору, тот пожал плечами:

   – Я их не чувствую, -

   только и ответил тот. Неотмирас тоже их не чувствовал, это было для него необычно, поэтому он решил встретиться со своими друзьями хищниками. Мысленно послал им посыл и назначил им встречу глубоко в древнем Урманском лесу, когда он подошёл к месту встречи, его уже ждали, даже Топтун сидел рядом с ними. Он поклонился им, получив ответные поклоны, спросил как их здоровье, затем задал им вопрос о древнем волшебном народе. Волк Нилс ответил:

   – Здесь когда-то было много селений древнего волшебного народа, но две битвы опустошили эти места и народы либо вымерли, либо ушли в другие края.

   Тогда Неомирас спросил орла Ахтара, не знает ли тот, где край Мира, а если знает, то как далеко до него. Ахтар взмахнул крыльями, подняв ветер, затем ответил:

   – Уже близко, думаю, что через месяц вы дойдёте до большой воды, конца и края ей нет. Я как-то пробовал перелететь её, но вернулся назад, потому что моих сил хватило только на то, чтобы вернуться. Поэтому, я думаю, что это и есть край Мира.

   Край Мира.

   Они вышли в степь, где кое-где виднелись остатки леса, здесь уже встречались огромные стада, невиданных огромных и совсем мелких животных, которые мирно паслись, не обращая на них внимания. В перелесках были видны селения, невиданных ими прежде разумных существ, которые с интересом их рассматривали, но к себе не подпускали. Одетые в шкуры, убитых животных, с орудиями из камня, их лица, хоть и одухотворённые, выражали явную тупость и враждебность. Посмотрев на них, они отворачивались и продолжали заниматься своими делами, увидев их мускулатуру, Святадар подумал, «что лучше этих чудиков не злить, а валить отсюда, по добру, по здорову, да как можно поскорее», что подобная мысль проскользнула и у других было заметно потому, что все прибавили ходу. Когда вышли в степь, где не было видно ни одного деревца, и высокая трава уходила за горизонт, и только необъятные, бесчисленные стада диких животных оживляли вид. Тучи насекомых носились над ними, не причиняя им вреда, чего не скажешь о животных, они махали хвостами, брыкались, носились, кувыркались, но всё было тщетно, им оставалось только смириться и терпеливо терпеть их укусы.

   Однажды утром Сорванец проснулась раньше всех, встала и покинула лагерь, с ней увязалась неразлучная парочка домовиков, которые сидели у неё на плечах, она прихватила с собой лук и стрелы, не потому, что чего-то боялась, а просто так, на всякий случай. Степь была мокрой от росы и вскоре вся её одежда промокла, и тело приятно холодило от холодной влаги, Ярило-Солнце только пыталось подняться из своего чертога и открыть миру свои заспаные глаза. Было тихо, ясно и чисто, все насекомые спали в густой и мокрой траве. Стояла такая тишина, что в ушах раздавался непрерывный гул с непривычки, Ярило-Солнце робко, слегка показало свой лик из-за горизонта, и вдруг на этом фоне она увидала абсолютно белое животное, похожее на дракоса, только с рогом посреди лба. Какая-то волшебная сила исходила от этого животного, она стояла и не могла отвести своих глаз от него, было видно, что её заметили, так как оно ударило о землю копытами. Страха у неё не было, только искренное любопытство и желание дотронуться до этого волшебного существа,

   – «это единорог», -

   услышала она голос в своей голове,

   – ты его не бойся, это такая удача, что он выбрал тебя".

   «Кто это говорит», -

   подумала она и оглянулась, никого рядом не было, и она поняла, что это ей говорил Брико.

   – Стой и смотри.

   Она стояла. Единорог встал на дыбы, повернулся к ней и наклонил голову, нацеливая рог на неё, но подбежав к ней, опустился на колени и склонился в поклоне. Она подошла и погладила его по голове, гриве, а тот положил свою голову ей на плечо. Домовик Траска уже была на единороге и заплетала его гриву в косички, а Сорванец, нарвав травы, обтёрла его мокрым от росы пучком, отчего лучи солнца скользнув по нему, вызвали дивное сияние исходящее от него. Попав в это сияние, Сорванец сама стала светиться, что-то волшебное и необъяснимое наполнило её душу чистотой, непорочностью и безграничным счастьем. Вдруг единорог топнул копытом, повернулся, прыгнул в сторону и исчез из виду, она забеспокоилась о Траске, однако, почувствовала, что та уже стоит на её плече и смотрит в даль. В этот момент к ней подошёл Неотмирас, она ещё продолжала светиться, он, боясь её напугать, осторожно дотронулся рукой плеча. Она оглянулась, увидев Неотмираса, повинуясь безотчётному порыву, обняла его. Сияние перелилось с неё на Неотмираса, окружило их сияющим куполом, это безграничное счастье, усиленное домовиками, переполнило их, они исчезли из этого мира в свой, где место было только для них обоих. Их вернули в этот мир голоса друзей, которые не найдя их в лагере, пошли искать, но увидев, как те стоят обнявшись, заулыбались, вернувшись назад, принялись готовить завтрак. Они вернулись в лагерь, затем подошли дракосы, те хорошо подкрепились травой, настоянной на медвянной росе, поэтому чувствовали себя превосходно, было видно, что силы переполняли их и требовали немедленного выхода. Тогда все вскочили на них в сёдла, а Сорванец на свою Дорис, взлетели в воздух, принялись летать и кувыркаться в небе, только Клатабор, сидя на Топтуне, смотрел на них, говоря про себя:

   – Эх, молодо-зелено, всё – то им игрушки, мне бы их годы.

   Они вернулись в лагерь, где Клатабор уже накрыл стол, позавтракав, решили, что сейчас лучше всего лететь по воздуху и сверху обозревать степь, чем тащиться по густой и высокой траве, но тут встал один вопрос:

   – Как быть с Клатабором и его Топтуном?

   Клатабор, видя их замешательство, сказал им:

   – Об нас не беспокойтесь, мы от вас не отстанем.

   Тогда они встали, дракосы и Дорис уже ждали седоков, они расселись по сёдлам, Брико уже сидел у Неотмираса на плече, а Траска была у Сорванца, благо, что их никто не видел, взлетели вверх. Ветер растрепал гривы у дракосов, которые полностью закрыли всадников, словно одеялом, если кто и видел их снизу, то отметил, что дракон с наездником преследуют четыре горы, летящие по небу. Они медленно плыли над степью, пролетая над огромными стадами животных, которым не видно было конца и края, среди них виднелись стада дингриков. Они наблюдали за их жизнью сверху, вот животные забеспокоились и побежали, это появилась стая хищников-завров, которые, отбив от стада слабое животное, убив которое, дружно поедали его. Животные успокаивались и паслись дальше, а они летели прямо на запад, было видно внизу, как огромными прыжками за ними следом бежит Топтун, неся на себе Клатабора с его неразлучным мешком. Только к вечеру, до восхода луны Лели, они опустились на землю около небольшой рощицы, вскоре к ним присоединились Клатабор с Топтуном. Дракосы отправились на пастбище, Дорис тоже ушла в степь, Топтун просто улёгся под деревом и уснул, а друзья, делясь своими впечатлениями, безлобно подрунивали друг над другом, готовя себе ужин. Несмотря на усталость, спать никому не хотелось, и все уселись в кружок, чтобы послушать волхва Велимудра. Неотмирас сел рядом с Сорванец, та сразу же прижалась к нему, он, приобняв её, привлёк к себе, так они сидели и находились в тех Мирах, о которых им рассказывал волхв Велимудр. Они перенеслись мысленным взором в Мир Богов и воотчую видели их жизнь и самих Богов. Больше всего сказы Велимудра пришлись по нраву сказителю Огнесказу, который черпал из них вдохновение на написание своего сказа о их походе на край Мира.

   Сейчас, когда не нужно было опасаться магов, они применяли магию для приготовления пищи, преодоления рек, озёр, болот и глубоких оврагов, их путешествие происходило без трудностей, оставалось больше времени на изучение мира. Клатабор вёз с собой на Топтуне уже три мешка трав и образцов, Огнесказ исписал кучу бумазеи и свои рукописи складывал в берестяную корзину. Волхв Велимудр записывал, как нравы и обычаи разумных существ, так описание и поведение всевозможных животных, которые он потом изложит в своём «Мудром слове», Неотмирас, благодаря феноменальной памяти, все свои новые знания по магии складывал в уголки своей памяти. Сорванец накапливала свои чувства, ощущения и восприятия нового в себе, становясь богаче духом, и быстро совершенствовалась в своём развитии. Святадар, будучи в душе воином, перенимал всё, что было связано с оружием, приёмами борьбы и тактике ведения битв, которые ему в скором будущем пригодятся, когда он станет обучать богатырей и витязей вместе с волхвом Велимудром. Месяц был на исходе, после того, как Неотмирас переговорил с орлом Ахтаром, а края Мира они всё ещё не достигли. Он подошёл к волхву Велимудру и сказал:

   – Давай слетаем Соколами налегке и осмотримся.

   День выдался жарким, зной, казалось, висел в воздухе, и только ветер, который в последнее время стал дуть сильнее, нёс с собой какие-то особые запахи, непонятные Неотмирасу. Перекинувшись Соколами, они взмыли вверх и растворились в знойном воздухе, и только Месяц, который светлым полумесяцем виднелся на небе, даже Ярило-Солнце не могло отправить того спать в свой чертог, с интересом наблюдал за ними. Они направились на встречу западному ветру, дурачась, неслись наперегонки, по ходу выполняя сложные пируэты в воздухе, поэтому не заметили, что под ними исчезла земля, и растилается водяная гладь. Они летели над ней, огромные волны вздымались к ним, пытаясь их поймать и поглотить, набрав высоту, стали кружить и, куда не бросали взгляды, бушевала и бурлила вода. Осмотревшись, они повернули обратно туда, где виднелась полоска земли, и вовремя, потому что начался шторм, словно океан не хотел их отпускать. Увёртываясь от огненных стрел молний и брызг, оглушённые расскатами грома, они достигли берега и спрятались в кустах, что росли по побережью. Переждав шторм, они переметнулись Соколами и полетели к своим друзьям, неся им весть, что край Мира уже близко. Известие об этом воодушевило всех и посыпались вопросы:

   – Что вы видели? На что это похоже?

   На что, Неотмирас сказал:

   – Придём, сами увидете, а то будет неинтересно.

   Теперь они шли, окрылённые верой в то, что цель близка, даже дракосы рвались вперёд, да и Дорис выказывала нетерпение, только Клатабор и Топтун сохраняли невозмутимость. Чем ближе подходили они к цели, тем сильнее дул ветер, пахло водой, перемешанной незнакомыми запахами, которые звали их и манили. Наконец, настал тот день, когда они вышли на высокий берег, который круто обрывался вниз, а там, куда не бросив взгляд, везде была вода. Ярило-Солнце стояло в зените и его лучи, отражённые водой слепили их глаза, что пришлось прикрывать их своей дланью, но сам океан, как сказал Клатабор, переливался и выглядел враждебно. Огромные волны неслись по нему и с шумом ударялись о берег, и с плеском и шипением откатывались назад в бессильной злобе, оставляя на берегу клочья пены. Цвет воды был бюрюзовый и таинственный, который манил их и пугал своим величием и бескрайностью. – «Так вот, он какой край Мира, а что за ним?» Неожиданно для себя подумал Неотмирас, поймав себя на мысли, что его тянет идти дальше. Они решили спуститься вниз к самой воде, но спускаться с обрыва никому не хотелось, а привлекать дракосов и Дорис было неловко, ведь у Клатабора был только Топтун. Клатабор, поняв их мысли, произнёс заклинание, и они увидели его вместе с комом далеко внизу, и тот махал им рукой. Тогда, долго не думая, они расселись по сёдлам и спланировали вниз прямо к воде. Их сразу же оглушил шум прибоя, который так был силён, что заглушал все слова и закладывал уши. Освоившись с этим, они спешились и подошли ближе к воде, за что были наказаны, первая же волна окатила их с ног до головы мокрым солёным душем и чуть не унесла в океан. Взвизгнув, они успели отпрыгнуть, и первым делом Неотмирас и Сорванец одновременно проверили, где домовики, к счастью, испугавшись шума прибоя, те схоронились в сумах. Увидя, как те прижались в углу, они рассмеялись, и всех охватило неудержимое веселье. Они бегали по берегу, бросали камешки в воду, кричали, стараясь перекричать шум прибоя, а Огнесказ даже снял сапоги и, осторожно ступая, вошёл в воду, предварительно пощупав её пальцами ноги. Волна накатила и, опрокинув, выбросила его на берег, что ещё больше развеселило компанию. Когда первое впечатление прошло, они уселись там, куда не доставали волны, на большой плоский камень, отполированный волнами, который был горячим от солнечных лучей, что чтобы сесть на него пришлость полить его водой. Дракосы зашли в воду и попытались попить воды, но громко сплёвывая и фыркая, отрыгнули её, она была солёная. Дорис вылетела в океан и, развернувшись, спланировала на высокий гребень волны, касаясь его брюхом, и волна с шумом и плеском вынесла её на берег. Ей это сильно понравилось, что она повторила этот манёвр, даже дракосы не удержались и, глядя на Дорис, решили сделать тоже самое, но их ноги были длинными, поэтому их просто перевернуло и выкинуло на берег вверх тормашками, после чего им явно не захотелось его повторить. Само купание, однако, им понравилось, они сразу же почувствовали прилив сил и расслабление. Они улеглись на песке и стали кувыркаться, люди, глядя на них, тоже решили искупаться, и первым воду бросился Святадар, прямо в накатившую волну, но он забыл про откат, или вообще не знал о нём, и его унесло в океан. Дорис взлетела, опустившись, схватила его за одежду и вынесла его на берег, поэтому остальные решили искупаться в брызгах волн, не заходя в воду. Искупавшись, они улеглись на камне, лежали и сохли. Отдохнув, решили пойти по берегу на солнце, чтобы посмотреть как далеко раскинулся океан, они шли и смотрели на воду, в ней плавало множество разнообразных видов рыб, животных и всякой живности, во многом не похожей на то, что видели в реках, озёрах и болотах. К их удивлению, океан был плотно заселён всякими видами животной жизни, даже больше, чем на суше. Кто только не плавал в этих водах, даже водяные дингрики высовывали из воды свои длинные шеи с маленькой головой, огромные рыбы, с большой зубастой пастью, смотрели на них и щёлкали зубами.

   – Больше в воду никому не соваться, -

   тоном беспрекословного подчинения, заявил Неотмирас,

   – всем всё понятно? Это касается и Дорис с дракосами.

   Все молча кивнули головами и пошли по берегу, бросая встревоженные взгляды в сторону океана. Под их ногами ползали крабы, черепахи, хрустели раковины, сплошняком устилая берег. Огромное количество разнообразных птиц носилось над водой, то ныряя, то хватая клювами рыб и уносили их в свои норы, выдолбленные в скалах. Иногда птицы сами становились добычей, более крупных птиц, а так же крупных рыб и дингриков. Но этого никто не замечал, так их было много, что своими криками они заглушали шум прибоя и совершенно оглушили друзей. Такой разноголосицы они не слыхали даже в лесу, а уж там-то всякой живности хоть отбавляй.

   Ярило-Солнце, окинув землю последним лучом, скрылось в своём чертоге, луны Леля и Фатта уже пристально разглядывали, что творится в океане, а Месяц только просыпался в чертоге, когда они наконец сделали остановку на ночь. Им как раз в скалах попалась промоина, где можно было разбить лагерь, куда немедленно отправился Топтун с осмотром, вскоре он вернулся, что означало, всё спокойно, никого нет. Они направились к промоине и увидали там пещеру, где над входом стекал небольшой водопад, закрывая его от посторонних глаз, её стены были облеплены мхом, а пол был сравнительно сухой.

   – Премиленькая пещерка, -

   воскликнула Сорванец, при свете свете лун, это действительно выглядело весьма прелестным местечком. Вот это-то и насторожило Неотмираса, столь удобное место может стать ловушкой, переговорив с Клатабором, решил поставить магический защитный купол и выставить дозорных. Клатабор постарался, защитный купол получился на славу, «такой выдержит самое сильное боевое заклинание, известное на земле», – подумал Неотмирас, затем подозвал Святадара и сказал:

   – Надо выставить дозорных на ночь, места незнакомые и, мы не знаем с чем нам придётся столкнуться.

   Святадар ответил:

   – Это разумно, ты когда хочешь отстоять свою смену.

   – Я думаю, что мне надо быть первым, хищники обычно нападают сразу после захода солнца и редко перед рассветом.

   – Тогда я буду последним, а сейчас пойду и поговорю с Огнесказом и Велимудром, Клатабора и Сорванца привлекать к этому, думаю, что не стоит пусть отдыхают.

   – Согласен, -

   сказал Неотмирас и вздохнул облегченно, «хороший у него друг, надёжный». Святадар отошёл, а Неотмирас вошёл в пещеру, там уже во всю командовала Сорванец, обустраивая её для сна. Дракосы и Дорис уже давно покинули их, паслись и охотились на высоком берегу. Поужинав, все, кроме Неотмираса, улеглись спать, а он остался сидеть у входа, и только Топтун устроился сзади за ним. Настала ночь, но тишина не наступила, так же шумел прибой, вместо криков птиц, раздавались незнакомые и громкие звуки и шлепки по воде. Неотмирас сидел в тени, свет от лун не падал на него, и он видел всё, что происходит, начиная от кромки воды до их пещеры, при этом сохранялся обзор справа и слева по берегу. Он прочитал заклинание видимости и теперь видел, слышал и чувствовал всё видимое и невидимое. Неотмирас увидал, как из воды на берег выползло огромное жуткое чудовище, напоминающее ящерицу с большой пастью и частоколом острых больших зубов в ней. Чудовище медленно повернуло голову, усеянную острыми роговыми наростами, втянуло в себя воздух и направилось к входу в пещеру, болтая при этом своим, длинным с острыми шипами, хвостом из стороны в сторону. Неотмирас знал, что чудовище не видит их, однако, нюх того не подвёл, и он учуял людей. Запах людей был тому не знаком, но запах плоти возбуждал аппетит и притягивал к себе. Он мысленно разбудил Клатабора, Сорванца и Велимудра, которые сразу же разбудили остальных, проснувшись, они приготовили оружие и ждали сигнала. Чудовище уже приблизилось к входу в пещеру, когда на его пути встала огромная фигура Топтуна, он стоял на задних лапах, выставив свои огромные передние лапы с большими острыми когтями, и громко ревел. Чудовище, не ожидая нападения, опешило и инстиктивно сдало назад, отчаянно хлестая хвостом по воде, создавая сильные шлепки и кучу брызг. В это время Неотмирас, из своей засады, прыгнул на чудовище и ударил его мечом. Меч был эльфийский, острый, скользнул по броне и рассёк тому лапу, почувствовав боль, оно резко повернуло свою голову в сторону Неотмираса, раскрыв свою зубастую пасть, но Топтун не дал ему цапнуть человека и, воспользовавшись этим, ударил чудовище по шее своими острыми, как лезвия когтями. Из располосованной его когтями шеи чудовища брызнула кровь, которая забила фонтаном, заливая всё вокруг, и тут в схватку вступили Святадар и Огнесказ. Выскочив из пещеры с мечом и палицей, они наносили страшные и кровавые раны, поэтому чудовище не выдержало натиска и стало ретироваться назад. Удары хвоста, шум и запах крови привлекли внимание более огромного хищника, который подплыл сзади и своей зубастой пастью ухватил чудовище за хвост и потащил его в воду. Топтун успел ещё пару раз применить свои когти, прежде чем туша чудовища исчезла под водой, вода забурлила и окрасилась в красный цвет, что было особенно заметно при свете трёх лун. Вскоре всё затихло, вода у берега успокоилась и закипела, было видно как стаи мелких хищников жадно пили кровь, поедая куски мяса, разорванного на части чудовища. Спать всем почему-то расхотелось, было понятно, что магическая защита не действует на здешних водных обитателей, обладая превосходным обонянием, те всегда найдут себе жертву. Поняв, что спать этой ночью не придётся и надо ждать ещё непрошенных гостей, они, вооружившись, сели вдоль стен пещеры, ожидая нападения. Время дежурства Неотмираса пришло к концу, и на стражу встал Огнесказ со своей палицей, он уселся там же, где раньше находился Неотмирас, не выпуская оружие из рук. Его не волновали красоты ночи и океана, хотя было на что посмотреть, в другое время он бы любовался природой, стараясь всё хорошенько запомнить, чтобы утром всё записать на бумазею, но сейчас его нервы были на пределе и чувства обострены. Остальные находились в пещере, Топтун занял своё место у входа, все лежали и прислушивались, стараясь сквозь шум прибоя, не пропустить опасность. Ночь тянулась медленно, пока всё было тихо, и напряжение начинало спадать, поэтому Сорванец позволили немного поспать, при этом мужи не теряли бдительности. Время шло. Велимудр уже отстоял свою смену, и его сменил Святадар, который сел под карнизом, положив около себя два меча, прислушиваясь и обводя своими зоркими глазами водную гладь океана, побережье и скалистые утёсы. Океан успокоился, и шум прибоя несколько стих, слышалось только мерное плескание волн, да прыжки хищных животных в воде, которые ловили рыбу. Вдруг он услышал какой-то шелест и осыпание мелких камней и песка, ему стало понятно, что со скалистого утёса спускается какая-то тварь. Он осторожно выглянул из своего укрытия и внимательно осмотрел скалистый утёс над своей головой. Святадар заметил, что какое-то длинное и толстое бревно, извиваясь между камнями, медленно ползёт в их сторону. Святадар легкими постукиваниями меча об меч дал знать своим друзьям, что надвигается новая опасность. Услышав постукивание Святадара, они встали со своих мест и разбудили Сорванца, которая сразу же схватила лук и стрелы, а Неотмирас осторожно выбрался из пещеры. Увидав Святадара, молча подполз к нему, тот рукой показал на утёс, изообразив извилистое движение. Он посмотрел в ту сторону и увидел два горящих глаза в свете лун, это была огромная змея, намерения которой не вызывали никакого сомнения. Неотмирас знал, что на гадов магия почти не действует и им не справиться с ней, надо было что-то придумать, он кивнул Святадару и скрылся в пещере. Там он рассказал об увиденном и спросил, что будем делать. Сорванец сразу сказала: