Текст книги "Путешествие на край мира (СИ)"

Автор книги: Владимир Кубасов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 28 страниц)

   – Пройдёт много лет после этой битвы.

   На Мидгард-Землю придёт огромное Зло,

   О его пришествии сообщит сама земля.

   Она вздрогнет и затресётся, камни посыплются

   с гор, реки изменят направления течений.

   Вершины гор будут выделять дым, огонь,

   ядовитые газы, и огненные реки спустятся в долины.

   Это придёт людской чёрный Бог из Тёмных Миров.

   Он приведёт с собой Кощеев из Пекла и сына Змея Горына,

   Трёхглавого Змея Горыныча, и развяжет

   кровавую сечу против людей.

   В результате этой сечи, луна Леля расколется

   на множество осколков, и огненным дождём

   прольётся на Мидгард-Землю, и спалит её.

   Воды луны Лели дождёт прольются на землю, и

   вызовут всемирное наводнение.

   Из вершин гор будет выброшено в небо много пыли, газов

   и пепла, которые закроют светлые очи Ярилы-Солнца.

   Не будет света и тепла, придёт холод, замёрзнут реки и моря. Погибнут многие племена древнего волшебного народа,

   деревья и животные. Грядёт конец Мира.

   Вот, что видела ясновидящая Акмая, -

   закончил король Рандовер.

   Все со страхом слушали страшное предсказание, если бы они услышали его от кого-нибудь другого, то только повеселились бы и не поверили, а тут сказал сам король эльфов, одно утешало, что это будет когда-то в будущем, и не с их народом, а с людьми, о которых только совсем недавно узнали, и только то, что те прибыли с неба. Таким образом, было положено начало рождению пророчества о конце Мира. Пока все были довольны, битва закончилась, нет больше драко Змея Горына и его трёхглавого сына Змея Горыныча, нет злых колдунов и магов, живи и радуйся. С этими настроениями все разошлись по своим селениям, надо было исполнять свои обязанности. Истамирос и Клатафил отпустили полонённых воинов и магов, которых лишили магической силы. Дракон Сортис с Сорванцом встретились с дингриками и драко нелетающими в лесу, где те, пока шла битва и решалась их судьба, стояли в лесу, привязанные к деревьям. Дракон Сортис обратился к ним, сказав, что драко Змей Горын мёртв, его сын Змей Горыныч исчез из нашего Мира, а его войско потерпело поражение, и они сами находятся в полоне, спросил их:

   – Как вы дальше желаете жить, в мире с другими народами или предпочтёте смерть во имя Змея Горына?

   Они, настоявшись в лесу, в один голос заявили,

   – Мир, будем жить в мире.

   Переговорив с ними, таким образом, он велел дриадам и ильменам развязать их и отпустить по домам, что те с радостью исполнили. Драко нелетающие, уходя, рассказали ему, что не весь его род истреблён, что удалось спасти от гибели шестерых дракончиков: один мальчик и пять девочек, про которых не узнал Змей Горыныч, и что их забрали саблезубые тигры, спрятав где-то в пещерах, чтобы мы не смогли их выдать под давлением Змея Горына. Дракон Сортис, услышав эту новость, мысленно связался с Родчевеком и попросил его вызвать саблезуба Мяута, чтобы тот отвёл в пещеру, где спрятаны шесть дракончиков. Когда он прилетел к Родчевеку, там его уже дожидался тигр Мяут, который объяснил ему, куда надо лететь, сказав напоследок, что тебя там встретят. Дракон Сортис вместе с Сорванцом вылетели в горы, пролетая над тем местом, которое указал ему Мяут, они увидели саблезубого тигра, который стоял на вершине горы и смотрел в их сторону. Тигр поняв, что его заметили, повернулся и стал спускаться с горы по склону прямо в ущелье, они полетели вслед за ним, стараясь не потерять зверя из виду. Где-то на середине горы, около груды валунов, он остановился и стал их ждать. Долго их ждать ему не пришлось, ибо, почти сразу, они совершили посадку рядом с ним. Сорванец быстро спустилась с шеи дракона и пошла за тигром, Сортис последовал за ними. Сразу за грудой валунов, в густо заросшей деревьями роще они увидали вход в пещеру и только потому, что туда зашёл тигр. Зайдя в пещеру, которая была высокой и достаточна просторной, они увидали сородичей Сортиса, это были молодые дракончики, которые прижавшись к друг к другу, сидели в углу. Увидав их, Сортис был несказанно рад и благодарен всем, кто спас этих малышей, они заметили его и сразу же поспешили к нему. Осмотрев их, он понял, что из шестерых только один был мал настолько, что еще не умел летать, тогда Сорванец, взяв его на руки, вынесла его из пещеры, а остальные вышли сами и расправили крылья. Сорванец вместе с малышом взобралась на Сортиса, крепко держа дракончика в руках, дракон склонил голову перед тигром, благодаря его, затем взмахнув крыльями, поднялся в воздух, остальные один за другим поднялись следом и полетели за ними. Дракон Сортис взял курс в родные места, где раньше жило их племя, обустроив их, он слетал на охоту, принёс им запас пищи, затем с Сорванцом вернулся обратно на опушку леса, где находились их друзья. Сорванец слезла с него на землю, сняла с него сидение, затем подошла к нему и обняла его за шею.

   – Прощай, мой друг, мой дракончик, лети домой, тебе надо заботиться о будущем своего племени. Придёт время мы с тобой ещё встретимся.

   – До свидания, Сорванец, благодарю тебя за то, что ты сделала для меня, я обязан тебе жизнью, поэтому если буду нужен, мысленно позови меня, и я сразу же прилечу, -

   и положил ей голову на плечо. Затем, взмахнув крыльями, взмыл ввысь и полетел в сторону гор. Она долго стояла и смотрела ему в след, не замечая, как слёзы текут из глаз и скатываются по её щекам, ей было грустно, но радость и счастье переполняли её душу. « Теперь её Сортис не одинок» – думала она, махая ему рукой, до тех пор, пока точка, показывающая, где дракон Сортис, не исчезла, тогда смахнув слёзы и вытерев лицо, пошла искать своих друзей. Она нашла своих друзей рядом со своими волшебными конями, они прощались с эльфами, которые забрав своих убитых и раненых воинов, уходили к себе домой. Родчевек по дружески обнялся с принцами Родосом и Артасом, чем закрепил с ними клятву о дружбе и мире, между их народами и людьми. Все уже разошлись, и с ними остались лишь кома Топтун и их волшебные кони, которые не захотели покидать своих друзей. Вождь Дракос не стал возражать, он уважал мнения и желания своих сыновей, только на прощание благославил своих детей и ушёл со своим таким буном в свои родные просторы. Теперь, когда их союзники звери, забрав с собой убитых и раненых, попрощавшись с ними, скрылись в лесу, с ними на поляне остались кома Топтун, тигр Мяут, волк Нилс и орёл Ахтар, они отпустили своих коней пастись, а сами сели на поляне и, наконец-то, развели костёр, не боясь, что их кто-то увидит. Родчевек, Клатабор и Велимудр своими заклинаниями накрыли на поляне скатерть, которая ломилась от избытка еды, так что всем хватило. Они сидели в кругу своих друзей и пировали до тех пор, пока не уснули там, где сидели. На следущее утро Неотмирас спросил своих друзей, не хотят ли они продолжить путешествие на край Мира. Все вдруг вспомнили, зачем и куда шли, пока война не достала их, и весело расмеялись, и утвердительно закивали головами. Волк Нилс сказал ему:

   – Хотя теперь вам ничего не угрожает, мы пойдём с вами и будем охранять вас.

   Тут звери поклонились им, и получив ответные поклоны, исчезли в лесу, орёл Ахтар, взлетев, покачал крыльями, и скрылся за кронами деревьев. Неотмирас сказал:

   – А теперь, друзья, пора в путь и нам, у нас есть кони, у Клатабора – Топтун, и вот только Сорванец осталась без своего дракона.

   На что она заявила:

   – Да, я и без коня от вас не отстану.

   Неотмирас погладил её по голове и сказал:

   – Я уже переговорил с Буяном, он повезёт нас обоих.

   Сорванец, услышав это, была настолько счастлива от такого предложения, что ей было страшно, не сон ли это, ведь ехать рядом с ним, о таком она даже мечтать не могла. Но не будь она Сорванцом, если бы не заявила:

   – Вот ещё, ехать без сидения – это не для меня.

   Она отошла в сторону к кустам и вытащила оттуда сидение, сделанное ею в свободное время для Неотмираса. Это было ещё не седло, но сидеть на нём было гораздо приятнее, чем на спине коня, хоть и волшебного. Неотмирас сразу оценил преимущества этого новшества и заявил своим друзьям, чтобы те под руководством Сорванца изготовили себе точно такие же сидения. Сорванец, польщённая его одобреннием, принялась командовать своими друзьями, и вскоре сидения были готовы и закреплены ремнями на конях, те вначале косились на них, но потом сами признали их необходимыми. Теперь всадник не ёрзал по спине своим задом, а сидел чинно, не причиняя им неудобств, только Клатабор не пожелал ездить на сидении, он заявил, что кома не конь и сам по себе мягкий и пушистый, на это все рассмеялись, уселись, кто на коней, а кто на кома, и взяли курс на запад.

   Продолжение похода.

   Теперь они ехали медленно, не торопясь, часто останавливались, осматривали и собирали неизвестные травы и растения, которые зарисовывали, давали им названия и складывали их в свои сумы. Когда Неотмирас с Клатабором занимались этим делом, с ними всегда присутствовала Сорванец, и Клатобор учил её, как распознавать и находить целебные травы, и какие из них можно готовить зелья, и от какого недуга они излечивают. Она была благодарным слушателем и с радостью училась всему, ей нравилось быть рядом с Неотмирасом, и поэтому старалась понравиться ему, боясь вызвать его недовольство. Неотмирас всегда был с ней строг, не позволяя никакой вольности, хотя и ехал с ней на одном коне. Это её обижало, она думала, что не нравитсмя ему, пыталась с ним поговорить, но он вежливо и тактично прерывал разговор. Он понимал, что так долго не может продолжаться, однако, в походе они друзья и все равны. Он так тщательно скрывал от неё свои чувства, что Сорванец поверила тому, будто тот не любит её и даже безразлична ему, так что решила не навязываться и несколько успокоилась. Всё внешне было спокойно, но каждое прикосновение друг к другу приносило им несравненные муки вожделения, в таком случае она делала вид, что уснула, а он бережно охватывал её руками, боясь, что та упадёт. Это были самые счастливые мгновения для них, они думали, что друзья не знают и не замечают этого. Друзья просто делали вид, что не замечают и никогда не позволяли никаких шуток над ними, оберегая их чувства. В искусстве травника Сорванец могла соревноваться с Неотмирасом, и её сумы со всевозможными травами свисали с Буяна со всех сторон. Их дракосы теперь, когда не было опасности, зачастую шли рядом со своими хозяевами, говорили с ними, обучаясь языку людей, Буян, кроме этого, мог мысленно свободно изъясняться с Неотмирасом и даже со Сорванцом, которую научил мысленно разговаривать дракон Сортис, и со своими собратьями. Для Последника, Велимудра и Огнесказа дело обстояло сложнее, они не понимали своих коней, и управляли ими голосом, либо руками, однако, чем дольше продолжалось их общение, тем сильнее происходило между ними взаимопонимание. Они постепенно становились одним целым друг с другом, и вскоре произошло то, что должно было случится, они увидали мир глазами своих коней. Мир для них изменился, наполнился дополнительными звуками, чувствами, эмоциями и способностями, переданные им от коней, которые тоже обогатились от своих наездников человеческими чувствами. Такое единение человека и коня в народе дракосов стало легендой, и все дракосы, от мала до велика, мечтали об этом. Теперь коней не надо было звать и управлять голосом, люди всегда знали, где те находятся в данный момент и могли их позвать мысленным посылом, и они приходили почти мгновенно, в зависимости от того, как далеко находились от них. Теперь кони были свободны и, когда в них не было нужды, они уходили в лес и паслись там на лесных полянах, между тем их друзья уходили далеко вперёд, занимаясь своими делами. Огнесказ постоянно что-то шептал и записывал свои и похождения своих друзей, сочиняя сказы. Он давно уже писал сказ о походе на край Мира, однако, первыми его сказами стали сказ о битве магов и о ассе между Родчевеком и драко Змеем Горыном. Он пока не рассказывал их своим друзьям, считая, что над ними надо ещё поработать, такое его отношение было не свойственно ему, но считал их самыми продвинутыми и одарёнными, и поэтому, что попало глаголить им негоже. Волхв Велимудр, так звали его друзья, занимался тем, что участвовал в рассмотрении и изучении трав, деревьев, животного мира вместе с группой Клатабора, но так же изучал мир древнего волшебного народа, который встречался им на пути, те встречали их с радостью, плясками и песнями и охотно делились своими знаниями. Велимудр изучал устои жизни, особенно уклад, сравнивая их жизнь с заветами Вышних Богов, и на этой основе уже начал сочинять «Слово Мудрости», наброски которого он записывал в своих рукописях. В данный момент он делал анализ и исследование, пропуская их через свои чувства, эмоции и сердце, теперь, когда не надо управлять конём, он сидел на своём сидении и, закрыв очи, размышлял об основах бытия, которые потом записывал в черновике. Только Последник считал такую беспечность, которую проявляли его друзья, главной опасностью для их отряда, ибо мир, где они находились, был им не знаком и не изучен, поэтому взял на свои плечи все заботы по охране, по приготовлению пищи, как он говорил, по обеспечению жизнеспособности. Они пересекли Альпийские горы и вышли на равнину, где везде, куда не бросишь взгляд, стояли дремучие леса, там они встречались с дриадами, и по их просьбе, те приводили их к Друдам, которые были волшебными живыми существами: Дубом, Берёзой и Ясенем. Разговаривая с ними, Неотмирас и Велимудр стали почитать эти деревья основой мироздания миров, считая их священными и волшебными, и стали поклоняться им, так была положена основа учения друидаизма, которое не перечила учению Инглии. Деревья наделяли их особенными свойствами, умению творить волшбу, не используя заклинания и зелья, и было достаточно для этого поднять посох и пожелать, и всё желаемое исполнялось. Если у Родчевека всё получалось довольно легко, то волхву Велимудру приходилось несколько сложнее, он не мог и не хотел терять свою веру в Вышних Богов, и его разум сопротивлялся. Друды, почувствовав его сопротивление, особенно не настаивали, так что тот воспринимал это по своему – через своих Богов. Клатабору в этом не было надобности, он считал, что – то, чем он обладает, для него хватит, будучи частью леса, чувствовал и знал его, и тот отвечал ему взаимностью. Сорванцу было достаточно близости Неотмираса и делала то, что тот говорил ей. Неотмирас, время от времени, включал своё заклинание и просматривал окрестности далеко от себя, намечая маршрут движения, враждебные древние народы, которые служили драко Змею Горыну им на пути не встречались, они обходили их отряд далеко стороной, боясь мести. Часто по пути им встречались дингрики, которые даже по человеческим меркам, были просто огромны, внушали уважение и интерес, они не обращали на них внимания и проходили мимо, не делая попытки напасть на отряд. Неотмирас, видя такую флегматичность, удивлялся, как смог драко Змей Горын подчинить их волю и заставить тех выступить в битве на своей стороне. Однажды, спускаясь с холма, они услышали леденящий душу вой волка Нилса, который предупреждал их о большой опасности, Последник запрыгнул на коня, вытащил сразу два меча из-за спины и приготовился к отражению нападения неизвестного ворога, который не заставил себя долго ждать. У них на пути появилось огромное существо, заросшее густой тёмной шерстью, сквозь которую просматривался могучий торс с длинными и толстыми, как брёвна руками, ноги были словно деревья, обросшие шерстью, как мхом. Его голова, словно огромная копна шерсти, качалась из стороны в сторону, выглядела довольно отвратительно: маленькие злобные глазки, огромный, как сук дерева, корявый, мясистый нос с широко раздуваемыми ноздрями, из огромного рта торчали жёлтые клыки, по которым стекала зловонная слюна.

   – Кто это?

   Спросил Неотмирас у Клатабора.

   – Троль, я не видал, а наслышан о нём от своих западных друзей. Очень странное существо, не поддаётся магическому влиянию, но тем не менее, обладает огромной силой, ничего и никого не боится, не признаёт над собой ни какой власти, имеет способности быстро двигаться и умеет находить внеземные проходы в другие ближние и дальные Миры, благодаря чему мгновенно появляется, и так же исчезает. Обладает слаборазвитым разумом, свиреп, кровожаден и практически неуязвим.

   – Да, зверюга, что надо, есть ли способы противостоять ему?

   – Об этом я не слышал, знаю, что он берёт всё, что ему понравится, и безпрепятственно уходит, даже драко – Змей Горын предпочитал не встречаться с ними.

   Пока они так разговаривали, троль обнаружил их, его огромные ноздри раздувались, как большие меха, и голова повернулась в сторону путников, осматривая и оценивая добычу, затем вскинул свою узловатую, с большими суками, дубину и обрушил её на Последника. В последнее мгновение конь успел увернуться, и удар пришёлся по толстому дереву, расщепив его на мелкие щепки. Последник подлетел к чудовищу, махая мечами, однако, троль просто отмахнулся от него рукой, и тот кубарем полетел в сторону. Неотмирас ссадил Сорванца с коня и, подняв посох, поехал к нему навстречу, припоминая самые сильные боевые заклинания, и ударил ими по тролю. У троля шерсть поднялась дыбом, полыхнула огнём, запахло палённой шерстью, но тот не обратил на это ни малейшего внимания. Его заитересовала Сорванец, которая достала лук и стрелы из-за спины и, прижавшись к дереву, прицелилась в него, стрела, сойдя с тетивы, свистнула и полетела в троля, следом ушли ещё две стрелы, которые попав в его тело, застряли в нём. Троль даже не покачнулся и, сделав прыжок, перепрыгнул через её друзей, оказался рядом с ней, схватил её, засунул к себе подмышку и бросился бежать в лес. Кони среагировали мгновенно и помчались за ним, следом рванул и кома Клатабора. Неотмирас на своём Буяне поднялся в воздух выше деревьев, чтобы видеть направление бега троля, и мысленно корректировал погоню своих друзей. Сорванец, находясь подмышкой троля, чуть не задохнулась от вони, которой смердило его тело, послала мысленный посыл дракону Сортису, прося его о помощи. Дракон Сортис мгновенно уловил её посыл, взмахнув крыльями, снялся со скалы и полетел, набирая скорость, в ту сторону, откуда пришёл сигнал. Следом за ним пошли два молодых дракона, остальные четверо спешно спрятались в пещере. Драконы успели вовремя, троль уже видел спасительный вход в пещеру, и Сортис, не раздумывая, камнем упал между ним и пещерой, загородив собой вход. Не ожидая препятствия, троль резко остановился и взмахнул руками, от чего Сорванец выскользнула из – подмышки, и упала на гранитную площадку, и покатилась по ней прямо к откосу пропасти. В это время Сортис ударил в троля пламенным зарядом, от которого тот загорелся, и запах палённой шерсти, развеенный ветром, разнёсся по окрестности. Сорванец докатилась до края и с криком полетела вниз в пропасть, отчаянно пытаясь по пути ухватиться за каменные выступы, но её руки лишь скользили по скале, и только благодаря малой гравитации она не разбилась сразу. В это время один из молодых драконов упал камнем за ней следом, в последний момент успел схватить её задними лапами. Троль, увидав это, схватил огромный кусок скалы и хотел бросить в них, второй дракон бросился на него и закрыл их собой, Сортис снова полыхнул огнём, поджаривая противника. Троль вздрогнул, качнулся, вспыхнул ярким пламенем, однако, успел бросить камень, который попал в дракона, но лишь скользнул по его броне, которая треснула, но выдержала этот страшный удар. Троль громко вереща от боли, свалился в пропасть и разбился на острых камнях, а раненый дракон, неуклюже махая крыльями, сумел приземлиться на площадке рядом с Сортисом. Из пропасти вылетел дракон со Сорванцом в лапах и аккуратно положил её на выступ перед Сортисом. Сортис склонил голову к ней, она, узнав его, с радостным воплем обняла эту шипастую, но такую родную шею, и прижалась к нему. Тут молодой раненный дракон издал стон и, положив свою голову на передние лапы, закрыл глаза. Сорванец оглянулась, и увидев, что тому плохо, выхватила из-за пояса кубышки с «мёртвой» и «живой» водой, оставила Сортиса и кинулась к нему. Похлопав того по шее и, мысленно разговаривая с ним, велела ему показать ей свою рану. Дракон открыл глаза и повернулся на бок, и замер с закрытыми глазами. Сорванец осмотрела рану и, открыв кубышку с «мёртвой» водой, смочила ею раненное место, затем налила в руку «живой» воды и поднесла её к его пасти, сказав ему, чтобы он выпил её. Боль в ране утихла, и дракон открыл глаза, увидав, что она поднесла руку к его пасти, понюхал, и поняв, что это вода, слизнул её языком. Глаза его закрылись, и дракон заснул в том положении, в котором находился. Сортис мысленно поблагодарил её за помощь в спасении его сородича и положил ей на плечо свою голову. Молодая дракониха, которая спасла и подняла из пропасти Сорванца, с удивлением и интересом рассматривала деву, она видела её только один раз, когда Сортис прилетал за ними. Таких существ она больше не видала, но еще больше её поразило то, как вёл себя с ней Сортис. Дракон Сортис, услышав её вопрос, ответил, что это моя спасительница, и я обязан ей жизнью, и ко всему, она мой лучший друг. Дракониха медленно вытянула шею и понюхала Сорванца, она странно пахла, но в ней не чувствовалось враждебности. В это время на площадке приземлились три дракоса с наездниками, они уже узнали дракона Сортиса и видели, что Сорванец жива и здорова, а внизу догорали останки троля. Неотмирас, Последник и Огнесказ спешились с коней и низко поклонились драконам, благодаря их за спасение Сорванца, Сортис и его соплеменница наклонили в ответ свои головы.

   – Как у тебя дела Сортис, всё в порядке?

   Спросил его Родчевек,

   – как поживают твои сородичи?

   – Благодарю тебя, Родчевек, за беспокойство, у нас всё в порядке, чего не скажешь о вас, всё – таки нашли себе приключение на одно место, -

   ответил дракон и, довольный встречей с ними, рассмеялся.

   – Да, лучше не скажешь, -

   смеясь, заявил Родчевек,

   – что ты всё время охраняешь, -

   и показал отверстие в скале.

   – Охраняю то место, куда хотела сбежать наша Сорванец от вас со своим напарником, жаль только, что он погиб.

   Тут уже все расхохотались, включая ржание коней и самой Сорванец. Молодая дракониха осматривала и обнюхивала прибывших, если запах людей она уже знала, то запах дракосов её явно заинтересовал. Он был сродни запаху её племени, но какой-то другой.

   – Это наши дальние родственники – дракосы, племя волшебных коней, они помогают людям в их походе, -

   услышала она посыл от Сортиса,

   – не волнуйся, это наши самые лучшие друзья, я вместе с ними сражался против драко Змея Горына, который уничтожил наше племя.

   Не успев к ним привыкнуть, как перед ними появились ещё два удивительных персонажа, заросший шерстью, внешне чем-то похожий на людей, странно одетый и с большой узловатой палкой в руке, и другой: огромный, лохматый и толстый увалень, больше похожий на зверя.

   – Знакомься – это тоже мои друзья по битве со Змеем Горыном, могущественный маг и волшебник Клатабор, Главный Старейшина Совета старейшин магов и колдунов и наш союзник кома Топтун.

   Это ей мысленно сказал Сортис и низко поклонился вновь прибывшим, она тоже склонила голову и, получив ответные поклоны, стала их рассматривать и изучать. Ей всё было в новинку и страшно интересно, так она познавала этот огромный сказочный мир, в который по велению судьбы попала. Она поняла, что эти существа ей не враги, а друзья и хотят помочь её сестре быстрее исцелиться. Сестра, между тем, мирно спала, рана на её теле, прямо на глазах, затянулась, броня срослась, остался только едва видимый розовый рубец. Пока она с удивлением смотрела на это чудо с исцелением своей сестры, собравшиеся так расшумелись, что разбудили её сестру, та открыла глаза и, вскочив, взмахнула крыльями, что чуть не смахнула всех с площадки в пропасть. Хорошо, что Сортис вовремя остановил её, прижав её крылом, сказал ей:

   – Успокойся, это наши друзья и просто познакомься с ними.

   Она оглянулась на сестру, видя, что та спокойно сидит и глядит на нею, тоже успокоилась и сложила крылья. Пока она знакомилась со всеми, к ней подошла Сорванец и дала ей выпить «живой» воды. Она с благодарностью выпила глоток живительной влаги и почувствовала, что совсем здорова, у неё ничего не болит, и при этом ощутила необыкновенный прилив могущественных сил. Сорванец также напоила её сестру Дорис, которая, выпив воды, почувствовала приток небывалых сил, взлетела вверх и выполнила немыслемый пируэт, высвобождая лишнюю энергию, в восторге сделала огненный залп по горе. Это был её первый огненный выстрел, раньше она не знала, что может делать подобное. Сестра Марса, глядя на неё, повторила её действия, теперь они были настоящими огнедышащими драконами. Дракон Сортис сидел и любовался ими, и был рад за них, теперь он был спокоен, его племя не пропадёт, и у огнедышащих драконов есть будущее. Клатабор с Неотмирасом, в сопровождении кома Топтуна, зашли внутрь пещеры, осмотрелись, в ней было пусто, и только в углу, крутилось туманное пятно, которое притягивало и звало их к себе. Они, не сговариваясь, отвернулись от него, и вышли из пещеры, и взмахнув своими посохами, завалили вход грудой огромных валунов, схоронив её на долгие годы, теперь ни один троль, не попадёт на Прекрасную Мидгард-Землю через этот проход. После этого, они все вместе вернулись на место, где встретились с тролем, по небосводу бежали две луны, в виде полумесяцев, и месяц, в виде светлого рало, ярко освещая лес и окрестности, и устроившись под густой кроной деревьев, за разговорами у костра, перекусили и легли спать. На следущее утро, дракон Сортис, позволил Сорванцу оседлать его, и они полетели над лесом, наслаждаясь совместным полётом, две сестры летели вслед за ними. Когда они вернулись в лагерь, то обнялись и простились, при этом Сортис сказал ей:

   – Я оставляю с вами свою соплеменицу по имени Дорис, чтобы та приглядывала за тобой и охраняла тебя, да и Сорванец будет не так скучно. Для Дорис будет полезно побыть с вами и познать окружающий мир, к тому же она сама попросила меня об этом, а мне пора, надо спешить к своим соплеменникам.

   После этого он что-то сказал Дорис, и та послушно, с большой радостью, закивала головой, затем они с её сестрой Марсой взлетели ввысь, сделав круг над ними, направились в горы к своей пещере. Теперь Сорванец не оставляла свою Дорис, учила её всему, что знала сама, вскоре та уже не боялась, когда она седлала и садилась на неё. Свой первый полёт они выполнили уже через несколько дней сначала медленно и осторожно, а потом, со свойственным всем молодым пофигизмом, быстро, стремительно, и с большим азартом, крутясь боком, вращаясь через голову, затем уходили в пике, сложив крылья, и только у самого леса резко взмывали вверх. Когда они приземлились, то получили нагоняй от Неотмираса, который высказал им своё неудовольствие за неоправданный риск с их стороны, но Сорванец видела его гордость за неё и не расстраивалась по этому поводу, ведь теперь с ней была Дорис.

   Общий сбор.

   Неотмираса мучил вопрос,

   – Почему он не почувствовал появление троля и позволил тому унести Сорванец?

   Только тогда он понял, как дорога ему эта безшабашняя девица, и не хотел её потерять снова. Он задал этот вопрос Клатабору, на что тот задумчиво покачал головой и смешно подёргал носом, затем ответил:

   – Ну, это как раз просто, ты спрашиваешь почему, да потому, что их мозг не развит, у него совершенно нет эмоций, а без эмоций нет магии, вот поэтому они не подвержены воздействию на них магии. У него одно желание поесть, для этого надо кого-нибудь убить, а это инстинкт животного уровня. Для защиты от тролей надо привлекать животных, они чувствуют этих тварей задолго до их появления и уходят в другие места. Наш волк Нилс – высоко развитое животное, поэтому поздно его заметил, если бы он не предупредил нас, хотя и поздновато, всё могло быть намного хуже. Надо поговорить с Нилсом, чтобы тот организовал надёжную защиту из самых тупых волков своей стаи.

   Неотмитрас вызвал волка Нилса и высказал ему предложение Клатабора, тот, молча, его выслушал и сказал:

   – Есть в нашей стае трое совсем никчёмных волков, которым бы только пожрать и подраться, но нюх и обоняние у них превосходные, мы используем их для обнаружения дичи, но если всё обстоит так, то задействую их на это дело.

   Волк Нилс исчез в лесу, а Неотмирас долго ещё сидел на валуне, смотря по сторонам, приближался очередной сезон дождей, деревья сбрасывали листья, насекомых стало значительно меньше, хотя они не докучали им и облетали их стороной, но всё равно составляли часть ихней жизни.

   – М...да, скоро наступит сезон дождей, а мы всё ещё не дошли до края Мира, -

   задумчиво, произнёс он вслух,

   – надо, на всякий случай, подготовиться к этому периоду года.

   Он вернулся в лагерь, где жизнь шла своим чередом, и взглядом ответил Клатабору на его не спрошенный вопрос. У Клатабора были свои проблемы: его Топтун становился вялым, часто засыпал на ходу. Было ясно, что тому пора ложиться в спячку. Клатабор, исподволь, подыскивал ему берлогу, однажды, идя по лесу, они набрели на бурелом, из наваленных деревьев, представляющий собой большой холм, тогда он слез с Топтуна и что-то сказал ему, затем погладил его по лохматой спине. Топтун посмотрел на него, перевёл взгляд на остальных спутников, молча кивнул своей лобастой головой, и направился к бурелому, работая всеми четырьмя лапами, сделал подкоп и скрылся внутри. Они подождали, пока тот не устроился в своей берлоге и не перестал ворчать и ворочаться. Прислушались, из норы не доносилось ни звука, только тогда двинулись дальше на запад. Клатабор шагал пешком, опираясь на свой посох, часто рядом с ним шла Сорванец, чтобы отвлечь его, расспрашивала о встречающихся растениях, тот рассказывал ей, увлёкшись хоть на немного, забывал о своём друге Топтуне, а в это время дракон Дорис летала одна над лесом и изучала мир по своему. Однажды Сорванец, сидя на драконе Дорис, летела над лесом, как вдруг откуда ни возьмись, на них сверху упал огромный дракон с небольшой головой на длинной шее, но со здоровенными клыками и длинным хвостом. Его крылья сравнительно с размерами тела были небольшими, поэтому быстро трепетали в воздухе, создавая жужащий звук, и в общем, он походил на огромную змею с крыльями. Спасаясь от его нападения, Дорис камнем упала вниз и только у самых крон деревьев расправила крылья, пролетела над деревьями и скрылась в лесу.