355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Владимир Ажажа » Иная жизнь » Текст книги (страница 7)
Иная жизнь
  • Текст добавлен: 9 сентября 2016, 18:30

Текст книги "Иная жизнь"


Автор книги: Владимир Ажажа



сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 55 страниц)

СОЦИУМ

А пока я неистово внедрял уфологический фактор в общество, исходя из так называемой инопланетной концепции.

Концепция, как известно, это система взглядов, то или иное понимание явлений, процессов. Тогда понимание сводилось к тому, что НЛО – это инопланетные корабли, посещающие нашу Землю. Пришельцы исследуют ее и проводят различные эксперименты. В качестве доказательства я приводил многочисленные свидетельские показания, описания очевидцев, фотографии и даже кинокадры. Инопланетная версия исходит из предположений, что на каких-то планетах нашей необъятной Вселенной в результате эволюции появляется разумная жизнь, в какой-то степени схожая с нашей. Внеземные цивилизации – или сокращенно ВЦ – значительно обогнали нас по уровню научного и технического прогресса и смогли создать технические средства, позволяющие им посещать Землю и другие небесные тела.

Их автоматические зонды-разведчики и корабли значительно совершеннее наших технических средств, но имеют с ними и много общего – также требуют определенного ухода и ремонта и, как наши самолеты или автомобили, могут терпеть аварии, разбиваться и гибнуть.

Судя по показаниям очевидцев, нашу планету посещают представители разных цивилизаций. Они разнятся своими размерами – от карликов до великанов, внешним видом, строением ряда органов и другими деталями, но все их разновидности человекоподобны.

Их одежда, говорят свидетели, напоминает наши скафандры и комбинезоны. При общении с землянами они пользуются либо жестами, либо передают информацию телепатическим путем. Некоторые люди утверждают, что при определенных обстоятельствах им пришлось побывать внутри кораблей инопланетян, и описывают их интерьер: кабины, пульты управления с множеством кнопок, тумблеров, лампочек.

Концепция посещения Земли инопланетными кораблями заманчива по многим причинам. Она легко воспринимается, ибо не противоречит нашему миропредставлению и объясняет природу многих загадочных явлений, которые мы относим к категории НЛО. Кроме того, она созвучна с нашими желаниями, стремлениями и соответствует нашим представлениям о будущих космических полетах. Тем более, что мы, человечество, уже сами вышли в Космос. Поэтому тяга многих людей к тому, чтобы узнать побольше о подобных проявлениях, вполне закономерна.

Возникает вопрос, почему при столь частых посещениях нашей планеты инопланетяне до сих пор не установили с нами тесных и открытых контактов, скажем, на уровне послов или торговых советников?

Некоторые уфологи считают, что такие контакты уже имели место с некоторыми представителями отдельных государств, но содержатся в строжайшей тайне. И вообще государственные институты всеми средствами стараются сохранить в тайне все, что в какой-то мере связано с проблемой НЛО.

В качестве иллюстративного материала приводил я и классификации разновидностей НЛО. Полезность такой работы тогда не вызывала сомнений. Она должна была помочь разделить разнородные явления на несколько однородных групп, каждая из которых могла затем исследоваться своими специфическими методами.

Низкий КПД такой классификации оказался в том, что она основывалась только на внешних характеристиках НЛО, а не на природе исследуемого объекта. Внешнее сходство таким критерием являться не может, иначе бы и Луну, и уличный фонарь отнесли бы к одной и той же категории – оба круглые и оба светятся.

Уважаемый читатель! Стань на минуту слушателем. Фактически я знакомлю тебя пойми, это не фамильярность, а обращение к другу – с моим уфологическим детством, с содержанием лекций, которые распространялись по нашей стране в тот же период, что и песни Владимира Высоцкого. Вот кого я боготворил, ни разу, к сожалению, не встретившись лично.

Своим неподражаемым баритоном он помогал мне чувствовать себя мужчиной: «Туда пятьсот, сюда шестьсот!» И, ступая по одной планете с такими парнями как Высоцкий, Окуджава, Урбанский, я чувствовал себя надежно, как в едином слаженном экипаже, который не подведет и не продаст.

Когда, пробившись сквозь шипение глушилок, радио принесло сообщение «Би-БиСи» о смерти Владимира, я попросту не поверил. Это же нелепо! Тем более, что слухи о его смерти муссировались не раз. Но когда тот же канал повторил это в полночь, в сообщении я уловил привкус безысходной уверенности. И побрел из своего дома отдыха на берег Финского залива, утыканный большими и малыми валунами. Стояла спокойная белая ночь, но душа клокотала.

Хоть о камень башкою, хоть кричи – не кричи. Я услышал такое в июльской ночи, Что в больничном загоне, не допев лучший стих, После долгих агоний Высоцкий затих. Смолкли хриплые трели, хоть кричи – не кричи. Что же вы просмотрели и друзья, и врачи? Я бреду как в тумане, вместо компаса злость. Отчего, россияне, так у нас повелось? Только явится парень неуемной души И сгорит, как Гагарин, и замрет, как Шукшин, Как Есенин повиснет, как Вампилов нырнет. Словно кто, поразмыслив, стреляет их влет.

Стихи, к удивлению, просто лились из меня, успевай только записывать. Хорошо, что в куртке всегда был блокнот и авторучка.

 
До свидания, тезка! Я пропитан тобой,
Твоей рифмою хлесткой и хлесткой судьбой.
 
 
Что там я… Миллионы, а точнее – народ
Твои песни-знамена по жизни несет.
 
 
Ты и совесть, и смелость, и лиричность, и злость.
Чтоб и там тебе пелось и, конечно, пилось!
 
 
В звоне струн, в ритме клавиш, ты бессмертен и чист.
До свиданья, товарищ, Народный артист!
 

Как и песни Высоцкого, мои лекции расходились и на магнитофонных пленках.

Неожиданно прозвучал однажды по телефону голос, принадлежащий «лицу кавказской национальности». «Дорогой Владимир Георгиевич! Вы мой спаситель. Вы меня вытащили из лап смерти. Я хочу Вас поблагодарить, сделать что-нибудь приятное». Это звонил заместитель председателя Совета Министров Абхазской автономной республики Шота Мамович Шакая. После операции на сердце, находясь в Кремлевской больнице, он мучительно долго приходил в себя. У него пропал интерес к жизни, к газетам и телевизору, он даже перестал есть. И вот кто-то дал ему прослушать четырехчасовую пленку с моей записью. Он попросил еще раз, потом еще, проявив жгучий интерес. Дело пошло на поправку, а кончилось тем, что по правительственной телеграмме я был командирован Министерством судостроения, в систему которого входил НИИ, где я работал, в Сухуми, где на три дня попал в супергостеприимные объятия возродившегося к жизни государственного человека. Но продолжим лекцию.

Выход в космос изменил мировоззрение человечества. Сегодня уже не кажется невероятной идея множественности обитаемых миров, за которую отправили на костер Джордано Бруно.

Вот как излагал свой взгляд астроном К. Фламмарион: «Обитаемость планет является единственным объяснением их существования, и ни строение планет, ни какие бы то ни было другие условия не могут помешать развитию на них жизни».

У мыслителей с широким кругозором никогда не возникало сомнений по поводу распространенности жизни во Вселенной. Ф. Энгельс полагал, что Разум, затухая на одном небесном теле, неизменно возрождается на другом. В этом постулате заложена не только идея перманентного существования и распространения Разума в Космосе, но и мысль о том, что Разум (сознание) всегда присутствовал во Вселенной наряду с Материей и неизвестно, что из них первично, а что вторично. Даже мы с вами, доморощенные философы несравнимо более низкого ранга, воспитанные на ленинской теории отражения, понимаем сегодня, что искра разума может привести в движение массив материи, а искусственно сконструированная в голове идея, не диктуемая бытием, природой, может изуродовать это самое бытие.

«И о каком «одиночестве» человечества перед «жерлом вечности» можно – со столь озабоченным видом! – рассуждать после того, как стали известны космологические взгляды Циолковского и Вернадского», – пишет доктор философии Г. И. Куницын.

Высочайшего звучания гипотеза множественности миров достигла у К. Э. Циолковского. Наша эпоха рекламирует Циолковского как родоначальника теории и практики ракетоплавания. Да, это так. Но это далеко не все. И, на мой взгляд, Циолковский-философ неизмеримо выше, чем Циолковский-изобретатель и расчетчик. «Для меня ракета не самоцель, а лишь средство для достижения иных миров».

В этой фразе весь Циолковский. Иные миры – вот куда устремлялся наш великий соотечественник и душой, и телом.

Мне, например, неизвестны другие мыслители подобного масштаба, способные спокойно оперировать категориями в миллионы и миллиарды лет. Циолковский понимал, что на своей планете человечество обречено экологически и демографически и его спасение – в переселении на другие небесные тела. Заботясь о нашем будущем, он всячески обосновывал эту грядущую эвакуацию, выбрав средством передвижения ракету и спрогнозировав условия перелета, обитания и даже общественного устройства в «иных мирах». Он рассчитал средний жизненный цикл цивилизаций в Космосе. От момента зарождения до момента затухания средний возраст цивилизации, по Циолковскому, составляет миллион миллионов лет, то есть десять в двенадцатой степени.

Циолковский выдвинул жизненную цель, объединяющую ныне разрозненное и, по сути, не имевшее до этого общего ориентира человечество: покинуть «колыбель», «расцвести» на других планетах.

Чем дальше время уносит от нас живого Циолковского, тем ярче высвечивается содеянное им. К нашему общему стыду почти не переиздано его философское наследие, которое логично было бы объединить единым названием «Космическая философия». В тощих брошюрах, изданных на грубой бумаге малыми тиражами за счет автора, гипотеза множественности миров представлена очень ярко. «Причина космоса», «Воля Вселенной», «Неизвестные разумные силы», «Монизм Вселенной», «Научная этика» – вот названия некоторых из них.

Кратко суть гипотезы можно изложить так. В бесконечной Вселенной существует бесконечное множество Галактик, включающих в себя бесконечное число небесных тел, на которых зарождается, развивается и затухает бесконечное число внеземных цивилизаций.

По той же гипотезе, некоторые небесные тела осваивались цивилизациями путем космической экспансии (грубая аналогия: примерно так, как мы осваивали целину). А на некоторых, по Циолковскому, жизнь возникла путем самозарождения. И эти самозародившиеся цивилизации на своем начальном этапе переживают муки этого самозарождения, как, например, земляне.

Поговорим чуть подробнее о Циолковском. Это необходимо. Лишь недавно в Москве вышла книга (тиражом всего в 4500 экземпляров), включившая в себя одиннадцать его философских произведений. Большинство же его работ хранится в архивах. Написанные от руки, напечатанные на машинке, они так и не дошли до российского читателя. Хотя сам Константин Эдуардович считал их главным делом своей жизни, а космические расчеты, технические изобретения и открытия – лишь подтверждением своих философских воззрений.

На чем основываются эти воззрения? На том, что Вселенная жива. Она населена существами иных миров, более высоким разумом. Что дает Циолковскому повод это утверждать? Впрочем, вот его собственные объяснения:

«Нам говорят: если бы они были, то посетили бы Землю. Мой ответ: может и посетят, но не настало еще для того время… Нам еще возражают: если бы они были, то какими-нибудь знаками могли бы нам дать понятие о своем бытии. Мой ответ: наши средства очень слабы, чтобы воспринять эти ЗНАКИ. Кроме того, низшим животным нет смысла давать знать об этой населенности планет, но и большинству человечества – также, ввиду низкой степени его развития. Не принесло ли бы даже это знание вред?. Мы, братья, убиваем друг друга, затеваем войны, жестоко обращаемся с животными. Как же мы отнесемся к совершенно чуждым существам? Не сочтем ли их за соперников по обладанию Землей и не погубим ли самих себя в неравной борьбе? Они этой борьбы и гибели желать не могут».

Почему же высшие миры не вмешиваются в жизнь землян, спрашивали его. Остановили бы, например, бессмысленные кровопролитные войны. Но человечество еще так грубо, отвечал он, что только эти страдания могли возбудить в них отвращение к войне. Но почему они тогда не уничтожат нас, не пресекут муки нашего развития, не заменят собой? «Видно, есть надежда, что из нас что-то выйдет, – отвечал Циолковский. – Им лучше знать: мы сомневаемся, но они знают. Мы можем дать новую, прекрасную струю жизни, подновляющую и дополняющую уже готовую совершенную жизнь».

А вообще во Вселенной, утверждает философ, есть только абсолютная воля Вселенной. Мы предполагаем, а Вселенная распоряжается. Если нам и удается исполнить свою волю, то только потому, что Вселенная нам это позволила. Но она всегда имеет множество способов и причин затормозить нашу действительность. Не потому ли наши стремления и желания, как бы прекрасны они ни были, частенько не осуществляются? В таком случае следует утешать себя тем, что не настало еще время для их исполнения, что желания наши могут быть ошибочны с высшей точки зрения и что надо их еще проверить.

С этих позиций – что Вселенная жива, что она разумна, высокоорганизованна и счастлива – Циолковский строит и свои представления о морали и нравственности, человеке и Боге, жизни и смерти. Нравственность и мораль основываются на том, что все несовершенное на Земле и в Космосе должно быть устранено и заменено более совершенным. За это его обзывали даже идеологом фашизма. Но это закон Вселенной, при чем же здесь извращенные, болезненные понятия, возникающие порой в том или ином человеческом обществе?

Ведь не скажете же вы садовнику, что он фашист, когда он выкапывает негодные деревья, заменяя их новыми, более плодородными сортами? Не надо путать небесное с земным, космическое с человеческим. Хотя роль человека на Земле именно и состоит в том, чтобы устранять всякие страдания, касаются они самого человека или других живых существ. В Космосе страдания нет, это удел лишь таких планет, как наша Земля, где разум находится в зачаточном состоянии. Удел этот нелегок, но почетен. Как металл, раскаляясь в горне, затем либо лопается, либо закаляется, так и человек, осуществляя себя на Земле, либо нисходит вниз, либо поднимается на иную ступень развития. В принципе человек бессмертен. Смерть сливается с новым рождением. Уничтожения нет, а есть только преобразование. Причина Вселенной есть Бог. Причина нуждается в благодарности и любви, потому что любовь – тоже ее дань.

Интересно отношение Циолковского к молитве. Каков в ней прок, если все совершается по заранее определенным законам и наши слова и желания не могут иметь влияния на события? Многие находят молитву бессмысленной, и потому излишней, соглашается он. Конечно, хорошо, что кто-то всю жизнь свою делает молитвой, исполняя великое. Тому можно и не молиться в обыденном смысле этого слова. Но молитва есть доброе желание, хорошая мысль, идея. Уже по одному тому она полезна. За доброй идеей могут последовать и хорошие поступки. Молитва есть также излияние, жалоба огорченной души высшему существу. Если не могут помочь люди, то как отказаться от высшей помощи?

А ведь он был почти необразован. В 9 лет оглох от скарлатины и учиться не мог. А в 23 года самоучкой экстерном сдал экзамены на звание учителя арифметики и геометрии. Многие склонны считать, что его философская мысль начала формироваться под влиянием другого крупного русского космиста Федорова. Однако другие связывают ее со смертью сына. Рано разочаровавшись в жизни, не видя ее смысла, он добровольно ушел из нее, несмотря на убеждения и уговоры своих близких. И вполне возможно, что все оставшиеся годы Циолковский искал ответы на вечные вопросы, которые мучают человечество и на которые не смог ответить его сын.

Позже этого полуглухого учителя занесут в советские энциклопедии как теоретика космоплавания, но не как философа. И взяв лишь прикладную часть его творчества, построят прикладную, практическую космонавтику, отсекая все, что выходило за рамки этой практичности.

Теперь нередко спорят, были ли «видения» у американских астронавтов, побывавших на Луне, имели ли наши космонавты контакты с неопознанными объектами. Споры эти конъюнктурны, а публикации сенсационны.

Но вот что известно. У космонавтов, долгое время работающих на орбите, могут проявиться элементы ясновидения. Человек невооруженным глазом способен вдруг увидеть крупным планом лицо другого человека, находящегося на Земле. У курсанта, проходившего испытания в барокамере, обнаружилось яснослышание. Он вдруг стал слышать, что говорят механики, находящиеся рядом с барокамерой, хотя теоретически это невозможно.

Явления эти расцениваются как побочные, нежелательные, ненормальные. Курсанта отчислили из отряда космонавтов.

Потом, правда, сопоставили то, что говорил он, с тем, что записывалось на магнитофонную ленту, и все совпало – время, содержание разговора, пересказ курсанта. Ведь невесомость есть не что иное как левитация. Только левитации человек достигает психической энергией, здесь же – с помощью механических средств. Она открывает перед человечеством неограниченные возможности, которые, к сожалению, не используются.

Для космонавтики настало время развиваться по другому пути – проявлять новые информационно-энергетические каналы. А для этого нужны новые люди, свободные от стереотипов и комплексов старшего поколения. Космонавтика, опирающаяся не только на национальные или социальные интересы, но ориентирующаяся прежде всего на философскую базу космизма, это и есть космонавтика будущего. Такую космонавтику и имел ввиду Циолковский, оставляя нам свои космические расчеты. Помочь человеку обрести иные способности, выведя его с помощью технических средств за пределы земного тяготения.

Месяца за три до смерти Константин Эдуардович сказал своей дочери, бывшей при нем секретарем, что у него имеется ряд статей, главным образом по космической философии, которые надо бы собрать в одну книжку. Напечатать он их и не надеялся, но решил прибегнуть к другому способу – стал рассылать по одной малознакомым людям, с кем переписывался и кто сочувствовал ему в то нелегкое время. В сопроводительном письме, которое было озаглавлено «Моим друзьям», он писал:

«… Издать их я не в силах, а в Академии наук они затеряются или будут забыты. Вы молоды и, может быть, сумеете и успеете передать их людям после моей смерти или еще при жизни. Так они не пропадут, а принесут добрые плоды… Поверьте мне потому, что мне 75 лет и ждать уже от жизни, кроме горечи, нечего… Я бы принял на себя все расходы по печатанию, но, во-первых, не хватает сил и средств, во-вторых, можно обмануться в друзьях, раз они не способны к маленьким жертвам».

… В мире существует много философских систем, космизм – одна из них. Ктото ею увлечется и остынет, кто-то посвятит себя. Но мы обязаны помнить о человеке, который отдал ей всю свою жизнь. Человеке, памятники которому украшают наши города, но о котором мы практически ничего не знаем.

Впрочем, caм Константин Эдуардович под конец жизни писал о себе так: «Допустим, что я мудрец. Но было множество мудрецов иных эпох. И все они заблуждались и не обладали полной истиной. То же я думаю и про себя на основании этой исторической истины. Я в одном уверен, что идеи мои не вредны для людей…»

Гипотеза множественности миров вполне вписывается в господствующую философию нашего общества. По законам диалектической повторяемости, если «это» (цивилизация) есть «здесь» (на Земле), то, значит, «это» должно быть и «там» (на других небесных телах).

Именно концепция множественности миров является основой (научной парадигмой) проблемы СЕТИ. Этой аббревиатурой обозначается сокращенное название международной проблемы поиска и связи с внеземными цивилизациями. В нашей стране ею занимаются научные коллективы, в основном, академические. Существует Научный совет по комплексной проблеме «Радиоастрономия», его комиссия по поиску внеземных цивилизаций, Специальная астрофизическая обсерватория в станице Зеленчукскойи т. п. У нас и за рубежом, главным образом в США, есть несколько групп, проводящих поиск радиосигналов из далекого космоса. Еще в Академии наук СССР разработана программа таких исследований. Выделены большие ассигнования, задействованы сложные технические средства.

Однако опубликованные результаты последних исследований «пока были негативными» – досадует наш известный астрофизик Н. С. Кардашев. Другой астрофизик В. С. Троицкий пишет: «Энергетический уровень космического чуда, то есть сигнала, который может быть реально создан, недостаточен для восприятия применяемыми нами средствами обнаружения. Реальное расстояние, с которого можно еще наблюдать «чудо» в мощнейшие современные радиотелескопы, по-видимому, не более 100-1000 световых лет».

Вот так. Пока никто ничего не услышал из космоса, потому что выступаем с негодными средствами.

Давайте зададимся вопросом: а почему мы вообще должны что-либо услышать? А может быть, внеземные цивилизации давно отправили радиосвязь на свалку истории, как мы – почтовые дилижансы? И используют для связи другие, еще неведомые энергии? По Циолковскому, средний возраст цивилизации миллион миллионов лет. Исходя из современных, идущих от Дарвина эволюционных представлений, человечеству около четырех миллионов. Выходит, что сегодня мы с вами – младенцы на фоне бесчисленного множества зрелых внеземных цивилизаций. Мы не знаем даже принципов, на которых передаются ими сообщения, но, подобно «раку с клешней» из известной поговорки, тщимся догнать «коня с копытом». Представляется, что высокоразвитая цивилизация обязана жить и работать по замкнутой безотходной технологии, не выделяя в окружающую среду ни света, ни запаха, ни другого излучения. На то она и высокоразвитая. И даже ее посланий нам заметить не дано, поскольку осуществляются они, конечно, не в радиодиапазоне, а с помощью других, более тонких физических полей, для нас сегодня неизвестных. Совершенно ясно, что выбранная нашей наукой стратегия поиска сигналов искусственного происхождения и связи с ВЦ – это акция несостоятельная и деньги выброшенные.

Но если вглядеться пристальнее, то не совсем. Потому что, во-первых, это все-таки стимул для научно-технического прогресса, особенно в области радиои приборостроения, и, во-вторых, это – зондирование, изучение космического пространства. Задачи, хоть и побочные, не решающие главной цели, но, в итоге, полезные.

Сегодня мы умозрительно и теоретически, кажется, пришли к тому, что внеземные цивилизации существуют. Но сегодня мы не знаем, существуют ли они на самом деле. И никогда этого не узнаем, если не перейдем от слов к делу, к практике – критерию истины. Иначе мы будем вместо истины иметь широкий спектр гипотез, начиная с гипотезы о полном их отсутствии.

В принятой практике поиска ВЦ реально обозначились два подхода: связной поиск ВЦ по ее позывным, опирающийся на общую для всех объективную реальность Вселенной, на обоюдное желание контакта и конвергенцию (сходимость) двух мышлений к этой объективной реальности; астрофизический поиск ВЦ по ее астрономическим характеристикам и, как считают некоторые, по технологическим отходам. Пожалуй, будет неправильным умолчать и о развивающемся третьем подходе – так называемой палеоуфологии, то есть выявлению следов инопланетных пришельцев, посещавших Землю в далеком прошлом. Это направление в России активно продвигает Владимир Авинский.

А пока Космос молчит. Для нас, по крайней мере. С философской (да и с естественнонаучной) точки зрения молчание пусть даже замкнувшейся в себе цивилизации вовсе не эквивалентно ее отсутствию. И если она может быть в принципе как-то обнаружена, с молчавшей ВЦ остается возможность прямого контакта методами космонавтики, с отсутствующей – нет.

Кстати, насчет методов космонавтики. Нам известны случаи, когда космические зонды, посланные с Земли, измеряли и передавали значения основных физических параметров на некоторых небесных телах. Например, советская станция «Венера-6» в 1969 году передала с высоты 20 километров над поверхностью последнюю информацию, что температура достигает 325С, а давление – 27 атмосфер. Впоследствии зонды «Венера-7, 8, 9, 10, 11, 12» измерили температуру на местах посадки (46 °C) и давление (90 атмосфер).

Такие условия являются серьезным препятствием для образования и развития сложных органических соединений, то есть жизни в нашем понимании.

Значит ли это, что экстремальные значения температуры, давления надежно свидетельствуют об отсутствии ВЦ?

А если представить себя на месте ВЦ, в жизненное пространство которой вдруг вторгается без предварительного согласования, без позывных, без пароля, без ответа на запрос «свой – чужой», без карантинной проверки с неизвестными целями чужеродное тело?

Не знаю, как другие, но я бы тут же принял меры для нейтрализации такого вторжения возможными средствами, в том числе и путем срочного воздействия температурой и давлением, начиная с высоты 20 и более километров.

А потом максимальные показатели среды не всегда препятствуют развитию жизни. Например, мы знаем о жизни на больших глубинах в земных океанах, и высокое давление ей не препятствует. Так что лучше не торопиться с выводами.

Космос молчит. Но мы верим, что он населен. И в значительной мере наша вера – это вера отчаявшихся людей, загнанных в угол возрастающими земными заботами. Мы верим, что должна где-то существовать светлая планета (или планеты), обитатели которой живут несравнимо более счастливо, и настанет момент, когда они в конце концов прилетят к нам на Землю, протянут братскую руку помощи, передадут опыт, подтянут до уровня передовых и все изменится в лучшую сторону. Это, пожалуй, вековая мечта человечества. Сегодня ее развивают фантасты, кинематографисты, начинающие уфологи. Их сюжеты – это «внеземные цивилизации», «инопланетяне», «звездные войны». Полеты человечества в Космос еще больше «космизировали» сознание людей.

В наше время даже президенты начинают шутить по этому поводу. Здесь я имею в виду известный каламбур, родившийся во время беседы Р. Рейгана с М. Горбачевым. Речь шла о сближении позиций наших стран, о поисках путей такого сближения. Шутка прозвучала так, что объединение усилий двух стран неминуемо, если вдруг придется отражать нападение инопланетян. Потом эту шутку стали выдавать за серьезный сговор между президентами.

Но сейчас не об этом. Итак, еще раз. Космос молчит. Космический фактор внедрился в общество. Социум ждет и ничего не слышит.

Услышать невозможно, если настроен не на ту волну, и не только из далекого сверхпространства, но и рядом. И я снова, простите мне эту слабость, вспоминаю Высоцкого, который кричал и которого власть предержащие не пожелали услышать.

Как ребенок тянется к соске, так и взрослый стремится к истине. Отчего так дорог Высоцкий? Он дарил нам, страждущим, милостыню.

 
Он стоял на Российской паперти
в свой во весь исполинский рост
И, как будто гостинцы на скатерти,
сыпал песни за горстью горсть.
 
 
Пел о том, что у всех наболело,
да не каждый может сказать,
Пел неистово, рьяно, смело
резал правду-матку в глаза.
 
 
Раздавая себя прохожим,
зажимая сердце в тиски,
уменьшался шагреневой кожей
под размер гробовой доски.
 
 
На Руси, знать, поэтов тыща.
Но беда, она тем и лиха,
Что такого нет голосища.
И другого такого стиха.
 
 
Он истаял. Но бьет набатом
зазывающий доброту,
Проникающий в каждый атом
крик, сорвавшийся в хрипоту.
 

Говорят, что юмор – показатель здоровья нации. Выходит, что нация здорова и вполне втягивается в новое миропонимание, если, кроме протокольного юмора президентов, демонстрирует, например, и такое.

Петька: «Василий Иванович, мотор нашел. Что будем делать?»

Василий Иванович: «А давай на ворота подвесим. Пущай открывает».

Петька: «Василий Иваныч, лезь сюда, подсоби». Запустили мотор. Ворота оторвались и полетели, а на них Василий Иванович и Петька. Радары американцев засекли в небе НЛО. Боевая тревога! Ракетный залп, ракета поражает цель, но НЛO летит. Второй залп, поражение, но НЛО летит. Третий залп.

Петька: «Василий Иванович, мне уже надоело. То открывай ворота, то закрывай, то открывай…»

Или другой анекдот. Прохожий задел девушку ладонью за бедро. Она: «Вы что не смотрите! С Луны, что ли, свалились?» Он: «Да». Она: «То есть как? Инопланетянин?» Он: «Да». Она: «Ой, как интересно! Я давно хотела встретиться с инопланетянами и узнать, как они там размножаются». Он: «А вот так!» И снова задел девушку ладонью за бедро.

Это уже фольклор. Такой же, как и частушка: В небесах фигня летала Неизвестного металла. Много стало в наши дни Неопознанной фигни.

Я и сам пытался шутить: «Каждый должен быть в своей тарелке». «Лучше быть пришельцем, чем проходимцем». Но не всем нравился мой юмор, моя раскованность и моя деятельность в условиях развитого социализма.

Жизнь миллионов людей в нашей стране десятилетиями шла иначе, чем должна идти. Целые поколения выросли в абсолютном бесправии. Не все знают, что когда 10 декабря 1948 года Генеральная Ассамблея ООН 48 голосами при 8 воздержавшихся приняла основополагающий статус человеческого достоинства Всеобщую Декларацию прав человека, Советский Союз при голосовании воздержался, укрепив свою репутацию «империи зла». Во времена партократии текст Декларации в советских средствах массовой информации не печатался и отдельно не тиражировался. Советские коммунисты, являющие собой ум, честь и совесть эпохи, уже с первой статьи, гласящей «Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах», не могли согласиться с тем, что и остальной род людской наделен такими же качествами.

А статья 18: «Каждый человек имеет право на свободу мысли, совести и религии» и статья 19: «Каждый человек имеет право на свободу убеждений и на свободное выражение их» в период тотальной партийной пропаганды звучали для советского человека совсем нелепо. Инакомыслящих тогда переводили в разряд диссидентов и изгоев. Крутой поворот России на демократический курс снял многие ограничения. Всеобщая Декларация прав человека увидела свет, она легла в основу нашей Конституции. Но традиции и инерция в ее реализации остаются.

А тогда мысль о том, что ты инициативен, всячески искоренялась. Исчез институт деятельности, его кастрировали. Любая деятельность регламентировалась, требовала разрешения или согласия, что в принципе означало одно и то же.

Середина 1977 года. «Что вы там за лекции читаете? Вы разве не знаете, что эта тематика не рекомендована?» Это секретарь парткома Московского инженерностроительного института, полнеющий блондин Любим Федорович Шубин. А я был только-только приглашен в МИСИ руководить проблемным сектором по применению подводных наблюдательных средств в интересах разработки морских нефтяных и газовых месторождений. Успел набрать специалистов, закупить оборудование. И вдруг проводится срочная реорганизация и сектор упраздняют. Партия быстро навела порядок «своей мозолистой рукой». Я и девять неповинных заложников оказались на улице.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю