Текст книги "Кровь Архов. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Владимир Поселягин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 52 (всего у книги 60 страниц)

Спать у речки, без магической защиты, ещё то «удовольствие», утром, когда рассвело, слепни заели, так что отряхнувшись, ещё раз искупавшись, одел чистую одежду, и поспешил к селу. Да, спал в той рубахе и драных штанах в которых уже какую неделю прожила, живя на крыше амбара. Сохранил их. Хорошую одежду прибрал. Правда, сейчас достал и надел, и вот выйдя на дорогу, поглядывая на деревенских, что выгоняли скот на луг, пастухи принимали, прошёл к сельской церкви. Не большой, но свой священник тут имелся. Пришлось на лавке у его избы подождать, пока откроют церковь. Единенный магазин, лавочник держал, тоже закрыт. А трактира в селе так и вовсе не было, тут нет тракта, был бы, поставили, а без него путников мало, разорились бы. Если путники были, к старосте бы шли. У него дом большой, пара свободных комнат всегда есть. Или к кому из сельских.

Принюхавшись, определил где пекли хлеб, обошёл и договорился о продаже. Священник довольно долго изучал лист вольной, и нехотя, подтвердил. Выписку из церковной книги он дать может. Это второй документ, что я собирался получить. Чуть высунув язык, тот написал, довольно аккуратно выписку, изучая из книги учёта всё по Ивану Сахарову. Там отмечено кто родители, и остальное. Ну и выдал. За это я пожертвовал один серебреный рубль. Считал, что так нормально, тем более я ношу крестик, да и Ивана тут крестили, хотя конечно веры у меня нет. Ещё один бог. После этого посетил лавочника. Тот уже открыл лавку. Продал тому три куска металла из серебра. Долго изучал, но выдал десять гривенников. Вот крохобор. Впрочем, на эти деньги и приобрёл, у него же, мешок риса, китайского, и мешочек гороха. Дорогой чай, давно хочу, а в имении нам его не давали, только для господ. Ну и крупу для супа и картошки полмешка. Вынесли и прибирал незаметно. Потом пробежался и выкупил шесть караваев хлеба, ещё горячих. Также одна хозяйка два кило солёного сала продала. Недавно засолила, недели нет. Только после этого я двинул к тракту, чтобы выйти на дорогу на Чистополь. До тракта тут было километров семь, а там ещё около двенадцати и сам уездный городишко. Оттуда я планировал рекой и до Казани. Вот там все покупки и буду совершать, а не тут где интересного нет. А если есть, то стоит очень дорого. Двигался я километр бежал, километр спокойно шёл, отдыхая. Всё же физическое состояние было низким после ранения, нужно побольше есть и двигаться. По пути сделал бутербродов, от варнака два крепких тесака осталось, очень острых. Сало с хлебом, отлично пошло. Так до тракта и добрался, пройдя мимо деревушки, где кстати и жил Иван с семьёй, пока мор не случился. Я постарался побыстрее её пройти, хотя деревня вполне жила, видно людей.

Понятно сканером работал постоянно. Да пока по лесу, как вещи свои забрал, бежал, насколько раз останавливался. Блок снова на серебро был поставлен. В первый раз это была ложка, очистить, можно использовать. Во второй раз явно спрятанный поднос, но давно, дерево вросло и измяло того, так что только на продажу как металл. Я извлёк из дерева поднос хранилищем, стараясь не навредить дереву. Ну и третья находка, кошель с монетами. Причём, от кожи ничего не осталось, монеты слиплись, да и слишком старые. Тут и золотые были. Им лет сто, тоже очищать надо. Хорошее находки. Вот и тут по деревенской дороге двигаясь ещё семнадцать таких же находок, но уже золотых, в двух были камушки. И только один годился для накопителя. Его и превратил в камень. Ну и на тракте находки пошли куда чаще. В разы. Каждые сто метров останавливался. В одном месте полчаса возился, доставал из земли находки, шесть штук было. Тут потери шли куда больше. Так и добывал, пока амулет‑сканера не осыпался. Остался боевой, ночного зрения ночью в песок превратился. Что‑то камни ещё меньше продержались, как я думал. Ну сканер понятно, постоянно использовал, вот и не выражал, а остальные что? Впрочем, я даже рад, теперь иду к городу не морщась, что что‑то под ногами остаётся. Время к вечеру уже было, но меня это не обеспокоило, спокойно себе добрался. Рынок уже не работал, поздновато прибыл, всё из‑за находок. Зато поел в харчевне, щей со сметаной, каши с рыбой, что‑то как‑то привык я к ней, даже с собой купил готового, пирогов шесть штук, щей в котелок до полного. Тот самый котелок, от бандита, его помыли. Дальше на пристань побежал, к берегу Камы. А вот тут повезло, из двенадцати судов, есть одно попутное. Стояла ладья, на погрузке, скоро отходят. Как раз на Казань и идут. Колёсные паровые пароходы пока редки, но есть, на них как на чудо сбегаются посмотреть, но очень мало. Так что, когда темнело, грузовое судно как раз отошло от берега, и поставив парус, а ветер попутный, мы потянули к фарватеру, а там и вниз по реке, в сторону Волги.

Само плаванье занимало пять дней, хотя тут километров сто пятьдесят, и дважды попутный ветер был. Приставали к пристаням городков или сёл, там ночами стояли, или разгружались. Я в основному на палубе находился. Да за перевозку на палубе и оплатил, мне выдавали тюфяк и одеяло вечером, как и матросы на палубе спал. Основное время сидел у борта, медитировал, качал источник, сливая ману в накопители, а то вон уже сколько набрал, а все пустые. Ну и любовался красотами, а посмотреть было на что. А то всё в имении да в имении, только виды с крыши амбара и наблюдал. Пока плыли, я очистил все находки. Причём маной, всё налипшее просто отлетало и те сверкали как новые. Ложкой той из серебра теперь пользовался. Щи почти все съел и половину пирогов. Не смотря на то что везли с оплатой питания, и кормили неплохо, мне не хватало. А пользовался возможностью, полностью приводил тело в порядок. Только следы ранений не убирал, даже родинки стирал, тем более Анатолий Сергеевич их вносить в вольную не стал, только внешний вид и приметы по ранениям. Кстати, капитан ладьи и не взял бы, им запрещено, мало ли беглый, но я вольную показал, а потом служащему порта, и проблем нет, как свободному мне любые дороги открыты. Кстати, среди товара купца, что вёз на ладье свой груз, были и металлические чушки, с разрешения изучив что у того есть, купил два слитка бронзы, половину слитка латуни, они рублены, слиток меди и слиток железа. Это на второй день было. А ночью, используя магию, по сути создал магический горн, и стал варить металл, создавая основы для серьёзных амулетов, заготовки пока, но есть такое. Все запасы маны ушли, затратное дело, но сделал. Рунная магия восхитительна, захотел горн, представил себе нужные рунные цепочки, активировал и из воздуха появилось жаркое ядро, на него положишь слитки и те тая, снизу, как я разрешал, капали вниз, воздухе принимая ту форму будущих амулетов, что я хотел. Медальоны с ушками, с креплениями в виде болтов или застёжек. Хватило сделать шестьдесят семь основ, решив проблему по ним на ближайшие несколько лет.

А с утра следующего дня начал работать. То, что мы движемся, мне не мешало, также сидел у борта, чтобы матросам не мешать, и занимался амулетами. Будущими, используя основы, создавал их. Наконец сделал нормальный амулет сканера, дальность два километра, с десятью блоками распознавания. Внедрил слепки серебра, золота, рубинов, изумрудов и алмазов, среди находок был один такой камешек. Жаль для накопителя не годился. В принципе всё, амулет работал, давая сигнал если сканер что засекал. А звенело постоянно, дно руки усыпано ценностями. Тут работать можно годами, чистя реку. А я создавал амулет личной защиты. Как раз к вечеру создал, шесть часов потратил, тестировал, десятка три ружейных выстрелов выдержит, но не более. Добыл бечёвку и амулет на шею. Тот в виде медальона, а когда на новый писк амулета‑сканера отвлёкся, то застыл в шоке. Абалдеть. На дне золото. Слитками. Видно, что самодельное, отлито коряво. Было с полтонны. Похоже груз какого‑то судна. А мы уже как раз в воды Волги вошли, по ней шли. Я место запомнил, и дальше работал, но не амулет климата собрался делать, как хотел. Нет, подводного дыхания. Работы часов на шесть. А мы ещё километров десять прошли, и встали к пристани крупного села на берегу. Вот тут я решил сойти, о чём и сообщил. Кормчий пожал плечами, вернул часть денег, я же не до конца маршрута дошёл, но раз решил сойти, то сошёл, это моё дело. И поспешил по берегу обратно. А тут берег такой, не особо ровный, и высокий, но ничего, отмахал обратно, как и хотел. Там на берегу устроился, навес сделал, парусину купил у кормчего, три на два метра, для навеса или самодельной палатки, то что надо. Ещё и одеяло взял, тёплое. Так что искупался, и спать. А с утра, поев остатки щей, отмыл котелок, ну и закончил с амулетом. Правда, продолжил работы. Создал амулет ночного и дальнего виденья. Потом климата.

Это всё что за световое время успел, так что оставшись голышом, все амулеты на бечёвке на шее висят, и ступив в воду, поплыл к месту затопления судна. Сканер показал останки деревянных обломков. Да наполовину засыпанных илом и песком. Давно затонуло, лет тридцать, а то и больше. Но не сто, иначе бы на пару метров под ил ушло, как другие интересные находки. Ничего доплыл, нырнув, амулет подводного дыхания штатно работал, а сканер и амулет ночного виденья помогали подплыть к обломкам. И банально кусок грунта с частью обломков, внутри которого были слитки, убрал в хранилище. Тонн пять будет. Тут же всё мутью закрыло, но я всплыл, река пустой была, большая часть тех что тут грузы или пассажиров возил, приставали к берегу. И правильно, вся река в утопленных судах. Ну и направился обратно. А на берегу достал добычу. Дождался пока стечёт вода и стал доставать слитки, маной очищал, те аж блестели, и прибирал, так пока все и не прибрал. Ну а дальше собравшись, свернул лагерь, добежал по полю до тракта, и на Казань. Три часа потратил, ночью бежать прямо удовольствие, километров пятнадцать точно отмахал, кстати, постепенно выносливость возрастает. Правда, сошёл с дороги, из парусины сделал ложе, одной стороной накрывшись. И так вот уснул.

Проснулся с трудом, караван телег по тракту шёл, шумел. Позавтракав пирогом, рыбный, и выйдя на дорогу, поспешил в сторону Казани. Тут уже по суше до неё доберусь, километров пятьдесят осталось до окраин, как верстовые столбы сообщали. Да и попутный люд тоже. Думаю, к вечеру буду на месте. И действительно все силы на дорогу бросил, но окраины увидел уже когда часа два как стемнело. Ну не хватает мне выносливости. Хм, знаете, а, пожалуй, я двину на Москву, потом и до Питера, пешком. Это здорово мне повысит выносливость. Хорошая мысль, но сколько времени потеряю. Стоит подумать. И ночью лучше идти, я уже оценил разницу. Ночью проще и легче, пустой тракт.

Да, пока я занимался амулетами, сидя у края высокого берега, до того, как золото добыл, то разделал там одного подсвинка, отварил супу, картошка и крупа были, так что котелок не пустой. Ну сейчас подъел хорошо, пока до Казани добирался. Жаль чаю заварить негде, надеюсь на Казань, приобрести там всё что мне нужно. А на ночёвку встал на окраине, подобрав тихое спокойное место. Ночь прошла безопасно, хотя я уже стоит задуматься об амулете охраны лагеря. Хорошо никто не наткнулся и не решил ограбить. Про такие случаи только и слышал разговоры. Бывает и убивают, обобранные тела находят. Утром, позавтракав, пирог был, воды пресной, чая не хватает, и вот выйдя на дорогу, направился в город. Первым делом на рынок. А нанял пролётку с возничим, тот и возил. Дела были. Как не берёг, одежда немного в дороге потрепалась, да и не новой была, однако ничего, заехали в магазин готовой одежды братьев Митиных. Так на вывеске было написано. Там подобрали мне хороший костюм. В соседнем взял туфли и походные ботинки. Точно по ноге. Запас носков. Посетил цирюльника. Вроде и выгляжу прилично, но эта копна волос типа горшок, уже бесила. Мне не конечно подравняли в имении один раз, но это не то. Цирюльник работал долго, ножницы только и щёлкали, целые копны падали на пол, а голова ставилась всё легче и легче. По сути мне обрили виски и затылок. Короткая причёска сверху, вот что попросил, сделали, и даже голову помыли, я оплатил. Дальше в той же походной одежде дальше. Возница снаружи ждал. Там в торговый квартал, ходил по лавкам и магазинам. Купил крепкую одежду для похода, сапоги моего размера, портянки, ну и приметив шатёр, полноценных палаток я что‑то не видел, взял, малый он, а для меня самое то. Также утварь, вроде сковороды, потом пару котелков, походный чайник, заварочный чайник, тарелки, поднос, много разных припасов и инструментов для дороги. Даже походные стол и стулья. Приметил жаровню чугунную, с трубой, не знал что их уже делают, но купил, её и внутри шатра поставить можно. Трубу выведя наружу, теплее будет в холодные ночи. И готовить можно, сверху площадка. Взял, без сомнений нужно.

Возница помог у лошадников, где я выбрал крепкого верхового гнедого коня, с уздечкой и седлом. Попоны взял две. Одна запасная. Торбу кормить коня, ведро и два мешка овса. В общем, первичные покупки совершил, хотя наличности осталось мало. Почти вся ушла. Так я к менялам ушёл, еврейское племя. Но весь найденный металл, кроме стоящей ювелирки и золотых слитков, взяли, выплатив мне девятьсот двенадцать рублей. А солидно, хорошо. Впрочем, я всё же решил пешком двинуть в Москву. Налегке, всё в хранилище, как и конь, тот на всякий случай, я всё равно верхом ездить не умел, и вот расплатившись с возницей, в трактире сделал запасы припасов, и выбравшись на дорогу, до наступления ночи ещё три часа, побежал по обочине в нужную сторону. Да час пробежал, потом вышел к высокому берегу реки, разбил лагерь, шатёр поставил, и сел. Стал создавать амулет охраны лагеря, вплетал туда и боевые рунные цепочки. Не скажу, что сложная работа, но закончил только к полуночи, приписаны все амулеты к моей ауре. Вот и этот также сделал, протестировал, дальше поставил на боевое дежурство, и вот вскоре спал. В этот раз амулет не пригодился, отлично выспался. Позавтракал блинами с чаем, его уже сам заварил, свернул всё, и побежал дальше. А завтракал, сидя за столом, отрабатывая правильно поведение за столом. Кстати, купил маникюрный набор, приведя в порядок ногти, вычищал грязь, пилочкой работал. Дорогой набор, из Франции, но купил. А был в простой одежде, на рынке купленной, оба костюма, новый и второй пользованный, пока не трогал, на бегущего деревенского мальчишку не обращают внимания, вот на то и уповал. Кстати, в середине сентября, двадцатого числа, Ивану бы исполнилось тринадцать лет. А теперь уже я праздновать буду.

Надо сказать, что я не зря всё же решил пешком дорогу пройти, действительно серьёзно прокачал выносливость. Например, в один день, без остановок, я пробежал сто шестьдесят километров. Остальные дни, восемьдесят или сто. Последние километры, и вот как раз окраины Москвы появились, но тело я амулетом улучшил, и вот выносливость поднял. Правда, перешёл на ночной образ жизни, ночами бежать по тракту, действительно одно сплошное удовольствие. Отлично. Всего дважды меня ограбить решили, к лагерю выходили, но пугач, инфразвук, их отпугивал, улепётывали только так. По оружию, огнестрельное не использовал. Но разрядив, хорошо почистил, а то варнаки насчёт этого особо не озаботились, и снова зарядил. Проверил ремни и амуниции. Нужно пороху докупить, а то мало осталось, для ружей по десятку выстрелов, а для пистолетов по пять. Причём, пистолеты вроде новые, а кремневые. Видимо купили с какого армейского склада хранения. Им лет по сорок, дата выбита на корпусах, тринадцатый год. А вот ружья вполне себе капсульные, сорок пятого года выпуска. То есть, современные. Надо глянуть что в продаже есть и приобрести что получше. Или эти доработать, сделав нарезы. Для мага‑руннолога работа плёвая, на пару часов. В дороге я этим не занимался. По сути постоянно бежал, поддерживая себя лекарским амулетом, и заканчивал наконец лечить, да днём отсыпался, отдыхая. Ноги ныли, лёгкие горели, но выносливость я поднял. Разве что два амулета сделал всё же, за время пути. Нормальный целительский амулет с опцией диагноста, а не та поделка из имения, её распылил. Второй амулет, защита от насекомых. Поверьте, в походе без него никуда. В остальном только дорога, поесть и поспать, всё.

Было двадцать шестое августа, когда я вошёл в улочки города. Одет в костюм, но тот что потрёпанный. Отловив извозчика велел везти на рынок. Закупиться хочу, а то потратился, и сделал это за час. Потом в трактире из того что было покупал.

А теперь мне нужен тот, кто ответит на вопросы. У трактирщика, где и закончил завтракать, время девять утра было, в город я вошёл в шесть, всю ночь бежал, усталость амулетом снял, и получил информацию, к кому обратится. Городской писарь Дворянского Собрания Сорокин, тот может всё про всех рассказать, но не бесплатно. Адрес дали, контакт, так что на пролётке доехал до Дворянского Собрания, и швейцара, видно, что отставной солдат, попросил позвать нужного человека, сунув гривенник. Прогуливаясь недалеко от входа, пролётку не отпускал, решил до вечера её нанять, аванс уже выдал, ждал нужного чела. Только через десять минут вышел человек, вот к нему и подошёл, вежливо поздоровался, и предложил прогуляться. Это и был Сорокин. Да, я переоделся, на мне новый костюм и обувь. По ним меня за сына дворянина можно принять. Ну и пока шёл, объяснял:

– Понимаете, я крестьянский сын, вольную недавно получил. Тринадцать лет скоро будет. Помог барину отбить нападение татей на имение. Многих они там побили, но я выжил. Я решил стать дворянином, путём усыновления. У меня есть деньги, а у вас есть та информация, что мне нужна. К кому вы посоветуете обратиться, чтобы все были довольны?

– Пятьдесят рублей, – подумав, изучив мои документы, сообщил писарь, а тот пусть и не дворянского происхождения, купеческого, всё же был не прост, похоже и не одна гимназия за плечами.

Я легко расстался с пятью червонцами банкнотами. Тот убрал их за ворот сюртука и сообщил:

– Есть три кандидата, к кому стоит обратится. Все трое в крайней нужде находятся и думаю согласятся поспособствовать вашим желаниям. Ждите, напишу их адреса.

Тот ушёл, я почти полчаса ожидал, пока писарь не вернулся, его Варфоломеем звали, и не протянул лист, поясняя:

– Первая, графиня Волконская, крайней неприятная женщина, склочная, но уже находить на краю бедности, распродаёт всё что может. Даже дом дважды заложила. Тут неизвестно, может и погнать, дворянская честь для той превыше всего. Вторая, столбовая дворянка Стоцкая, вынуждена работать гувернанткой у нашего губернатора. И дворянка Краснова, ей спалили имение, и дом, явно чая‑то месть, бросили на край нищеты, даже земли заложила. Сейчас живёт у подруги. Адрес есть. Все трое, согласно родовой книги, вполне могут вас усыновить и прописать в роду, ведя в благородное сословие, пусть и приёмным сыном. У нас такое неохотно регистрируют, но нужные знакомые у них есть, помогут. К мужчинам дворянам лучше не обращаться, отберут плату и ничего не сделают. Разные люди.

Глава 16

Мы ещё немного пообщались, тот описал какие кадры среди мужчин, картёжники, алкоголики и наркоманы. Дворяне, разные люди, тот прав. И им приходиться некоторым помогать. Хотя бы сборы устраивать. А те пропивают или закладывают, чем убивают желание помочь напрочь. Этим трём женщинам нужна помощь, сами они не просят, гордые, и лучше начать с них, с чем я был полностью согласен, так что мы распрощались с Сорокиным, и на пролётке я покатил по первому адресу. Да графини, пошлёт понятно, но хотя бы попробую. Дом уже ветшать начал, хмурая дворня, очень мало, видимо самые преданные, остальные разбежались. Платить за работу графине было нечем. Как я понял, её разорил управляющий, всё продал, и сбежал шельма. Следы уходят в САШ. Хотя может и ложный след. Ну не знаю, я лично после Крымской войны туда же подамся, отдыхать, буду изучать Дикий Запад, револьверы куплю. Помню, что такое вестерны и хочу пожить там, впитать местный колорит, как говориться. Пока прислуга сообщала обо мне, графиня согласилась принять, только на подготовку ушло сорок минут, я трепливо ожидал у входа. В дом меня не приглашали. Просто сказал по очень важному делу прибыл. Так что прогуливался, размышляя о ковбоях и тех метких стрелках, что здорово с револьверами управлялись. Надо вспомнить как их называли. Нет, не могу, видимо стёрлось. И у копии на ауре нет, проверил, ранее стёрлось. При это я поглядывал, с помощью сканера, как женщины готовились встретить меня. Оказалось, у графини дочь была, довольно молодая. Ну если те разорены, то может и помолвка разорванной быть. Тогда не удивительно что та с матерью живёт. Наконец слуга, приняв у меня шляпу, сопроводил в зал приёма, всё чистенько, но уже видно увядание. Самой графине лет сорок пять, не сказал бы что старуха. Но портили её тонкая полоска губ, что та сжимала. Явно из тех людей что против всего. Да и с такими событиями не удивительно, что характер испортился.

Скрывать я не стал, прямо сообщил, отслеживая реакцию графини, её дочери и видимо компаньонки, что с ними была:

– Иван Андреевич Сахаров, крестьянский сын, недавно жалован вольной грамотой. Не признанный сын помещика. У меня к вам предложение, что спасёт обе стороны. У меня есть деньги, много денег, я занимаюсь поиском кладов, и надо сказать мне на это везёт. Даже нашёл самородные золотые слитки, на разбившемся судне затонули. Я решил стать дворянином. Сам обучен грамоте, неплохо развит, почему бы и нет? Отец отказался, поигрался с дворовой девкой, но я не в обиде, поэтому узнал адреса дворянок, с которыми можно поговорить об этом. Вы первые к кому я заехал. Я предлагаю вам усыновить меня, можно с неполным признанием, в смысле, чтобы я не претендовал на наследство, но получить дворянский патент. За это я передам вам двести килограмм золота, слитками. А если с титулом графа, то четыреста килограмм. Вот такое предложение я и хотел вам сделать. Ну и пока расту, быть опекуном. Готов жить отдельно. Для меня это даже желательно.

– Кто другие дворяне?

– Дворянки Стоцкая и Краснова.

– Да, я знаю о тех бедах, что их постигли, – на удивление без негатива сказала графиня.

Та была сильно задумчивой, дочь с интересом меня изучая, кидала на ту вопросительные взгляды. А компаньонка просто молчала, явно превратившись в одно большое ухо. Графиня взяла время подумать, сразу отвечать это нарушение всех традиций и правил. Так что мне сообщили, где лучше снять номер. Там для крестьян сдают, вот туда и покатил. Жаль два дня терять, но делом займусь. Пока графиня не ответит, посещать других дворян я не могу. А вдруг та согласиться, а я согласие уже у других получу? Некрасиво выйдет ситуация. Отдельный номер, для беспечных граждан, не только крестьян, я снял, отпустив возницу. Устроившись в номере, просто лёг спать. Мне нужно поспать, сутки на ногах. Да, в трактире где я заселился, баньку как раз затопили, первым посетил, уже горячая была, и только потом спать.

Графиня выдерживала паузу. Причём, все двое суток. За это время я сделал комплект амулетов для снятия памяти, плюс обучающий амулет. Мне знания языков потребны, дворяне ими владеют. Так я не только сделал комплект, но и испытал. У дорогой гостиницы подкараулил иностранца, убрав в хранилище. Потом ещё двоих. В номере трактира доставал по очереди и вырубал. Комплект поработал, и я получил три языка, родных им. Это английский, французский и испанский. Ну вот попались такие, я же наугад брал. Иностранцев сразу же выкинул в проулке, очнутся, сами выберутся. Первым изучил английский. Собственно, и проснулся от громкого стука в дверь, видимо давно долбятся, голова болела после обучения. В голове каша, это нормально, так что шатаясь подошёл к двери и открыл, обнаружив хозяина. Сам вид имел сонный, в одних штанах, вот тот и буркнул:

– К вам приехали.

Оказалось, слуга графини. Ополоснувшись, оделся, ну и покатил на пролётке, кстати, наёмной, графиня свои экипажи продала, к дому. А там пообщался с хозяйкой. Дочери уже не было. В общем, та согласна, причём запросила пятьсот килограмм, и тогда та и на титул согласна. Вот чуйка у той, назвала точный размер клада. Это не передача, титул только мой, по сути из вежливости. По наследству он не передаётся, если конечно будущая супруга не будет титульной дворянкой. Вот так и ударили по рукам. Триста килограмм золота я привёз на пролётке уже вскоре, это аванс, и та начала работать. Мне пришлось переехать к ней на время. Кстати, говорил я на почти чистом английском языке. А следующей ночью изучал и французский. Та серьёзно занята была, многочисленные долги закрывала, золото пристраивала в банке, потом посетила нужных людей. Мои документы забрала, и вообще серьёзно развернулась. Слуги появились, свой экипаж, дом оживал. А мной занимались дочка графини, Наталья, обучая всему. Чуть позже я и испанский изучил, как и два других языка перенеся на ауру. Нечего память захламлять. Так что обучали меня. Более того, устроили в классическую гимназию, причём, проведя проверку, сразу в пятый класс. Ну я и попросил директора за два года помочь закончить гимназию. Экстерном. А графиню, чтобы помогла устроится в морское училище в столице, где выпускали офицеров морского корпуса. Да, после долгих раздумий я решил идти по морской военной службе. Были причины. Я учился в гимназии, возили на пролётке. Одели хорошо, домашняя одежда. Наталья обучал меня поведению дворян, как вести себя, на балы водила, знакомила, давала практику, и только восьмого декабря сорок девятого года, я вошёл в списки дворян Московской губернии. Нет, не добилась та, титула графа мне не видать. А вот патент дворянина, получу по исполнению шестнадцати лет, сейчас только выписку из дворянского совета. Так что изменили данные мои. Теперь я дворянин Иван Волконский‑Сахаров. Поговаривали, сам император Николай Павлович, изучив прошение, решил оставить фамилию двойную, отказав от титула. Удивило, не знал, что до него дойдёт.

Графиня слово сдержала, там не её вина по поводу титула, впрочем, я давно оставшиеся двести кило слитков отдал той, опустошив свои запасы. Хотя продолжал поиски и немало кладов нашёл, так что я богат, по‑другому и не скажешь. Графиня, как опекун, купила мне неплохой дом, прислугу наняла, теперь я жил отдельно, та иногда навещала и проверяла. Также наняла учителей. После гимназии у меня новые уроки. Впрочем, я находил время и создавал нужное. Тем более действительно нужно поднапрячься и закончить гимназию к пятьдесят первому. Чтобы поступить в Морской кадетский корпус. Два года и выпуск будет в звании мичмана, мне там исполнится семнадцать лет. Осенью. Надеюсь война не начнётся раньше. Тут вот не помню совершенно. Дата, это помню, сын курсовую писал, да и интересна ему эта война была. Солдатики, бои устраивал, но месяц точно нет. Война три неполных года шла и закончилась проигрышем России. Сомневаюсь, что тут смогут победить, но нанести противнику потерь, тем более основное снабжение группировки, что высадили Крыму, шла морем, это смогу, уж постараюсь. Почему и нет? Мне интересно, потому и рвусь вперёд, чтобы всё вышло. Графиня кстати обещала похлопотать. Вот так время и шло, я нанял старого казака, специально приехал из донской станицы ко мне, и тот полгода учил меня бою на шашках. Сначала одной, потом и двумя. А я снял у него память, создал базу по бою на шашках и изучил. А там только практику и личный опыт нарабатывал. То‑то так удивлялся, как быстро я прогрессирую. Также и в гимназии. За полгода в следующий класс перешёл. Графине стыдится нечего, а в принципе довольна была, хотя и сторонилась, всё же с каким трудом та согласилась сделать меня, крестьянского паренька, приёмным сыном, не передать. Пошла на это, ради дочери, близких людей. А сейчас не жалела. Дочь замуж выдала, уже первенца ждут. Та вложила деньги. Купила два завода, неплохих, и три имения, совместив их в одно, там и развернулась, и ещё средства остались на жизнь. Быстро тратила деньги. Если та транжира такая, не удивительно что я нашёл ту в таком бедственном положении. И управляющий тут не один виноват.

Да, по графине, я платил ей зарплату, пять тысяч рублей в месяц, и та всё делала, чтобы меня не беспокоили и жизнь была легка и проста. А я серьёзно приналёг на магические искусства. Например, вызвал демона, оплатил душами восьми татей, пылись убить меня на ночной улице, я там пробежки совершал. А днём не совершишь, все удивлённо смотрят. Ещё и останавливают, спрашивают, куда я это так спешу? Получил я на руки Камень Архов. А что? Я так и собираюсь использовать достижения мира космических технологий. Чуть позже ещё несколько раз призывал, души к тому моменту были накоплены. Душегубов в Москве было немало. Тот доставил мне мобильный реактор Древних, медкапсулу, виртуальный тренажёр для магов, планшет управления, установщик дворянских симбионтов и комплект баз знаний артефактора Древних. Пока всё. Боевые системы не заказывал, ха, я сейчас их создавал. Где‑то через год, как в Москве обустроился, когда первые планы закрыл, скоро уже четырнадцать лет наступит, начал в амбаре, позади дома, там моя мастерская, создавать первого голема. Не просто человекоподобного, а от людей его не отличить. А это куда сложнее, но я старался. Мне нужно своё войско, полностью мне преданное. А так как делать первого голема с нуля, долго, это потом по копиям его цепочек рун начну печатать следующие десятками, но сначала первый. Получился крепкий мужчина, лет тридцати пяти на вид, усатый, в форме военного моряка российского флота. Я долго думал какой вид придать. Идеально на суше, это казаки. Их везде применяют, на охране важных лиц, помогают полиции и или жандармам. То есть, если видишь казаков, значит дело серьёзное. Однако казаки, это кентавры, на четырёх копытах, пешком они не перемещаются. Нанятый мной казак ещё и на коне учил ездить и скакать.

Я не знаю, что получиться с военным морским училищем, стану офицером или нет, но вот решил делать вид именно моряков. Будущая команда, хотя бы три десятка. Впрочем, и казаков сделаю, с десяток. Корпус големов сделать не сложно, для первого все рунные цепочки я сделал за два месяца. Материал, морёное дерево. Самое важное, это ИИ внутри. Мой учитель магии рун, делал их не самыми умными, но они считались лучшими, поэтому големы у него были нарасхват, они хотя бы полные команды понимали и всё делали от и до. А с моими мощностями и расчётами создать магический ИИ, в то время, когда я был учеником, в принципе не так и сложно. Тот вручную расчёты делал, что занимало немало времени, мне же кластеры решали их очень быстро. А вот тут пришлось всё делать самому. Расчёты и остальное. Так что големом я занялся, но на один ИИ, ушло восемь месяцев. И то чрез демона заказал инженерный искин Древних, он здорово помог и ускорил дело. Ладно расчёты делаю раз и навсегда, просто копирую полный блок рунных цепочек, внедрённую в големов. Установочные программы, заливаю разные знания и умения, их искин создавал, и голем готов, дальше тот сам совершенствуется. Плохо ли? Как видите, я был плотно занят. Правда, нашёл время разобраться с оружием. Ружья я не менял, а докупил ещё сорок таких же. В принципе они и сейчас стояли на вооружении. А вот пистоли я продал, дёшево ушли. Сейчас с кремниевыми замками не котируются. Купил с капсульными, около сотни. Еле нашёл поставщика. Ну и запас пороха, капсюлей, пыжей и свинца. Пули големы сам отливать будут. Причём не круглые, а конусные, я доработал ружья и пистоли, увеличив их дальность в три раза, те стали нарезными. Плохо ли? Вот так время и шло, пока не пролетело два года и к лету пятьдесят первого я сдал весь курс гимназии, получи диплом об окончании. Вот только мне было всего четырнадцать лет, пятнадцать в сентябре только исполнится.