Текст книги "Мы здесь случайно...(СИ)"

Автор книги: Владимир Кротов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 44 страниц)

   Стучу костяшкой пальца в дверь сестричек – Вика, Лера, выходите!

   Слышится щелчок замка ( молодцы девки, закрываются ) в коридор выглядывает довольная мордашка Вики. Я теперь их научился различать, у нее над левой бровью тонюсенький, почти незаметный шрамик, вблизи видно хорошо. Лена накануне поулыбалась и открыла мне невеликую тайну сестричек.

   – Заходите к девочкам – киваю на соседнюю дверь – будет важное объявление, все соберутся, расскажу.

   – Пять секунд! – радостно улыбается Вика и захлопывает дверь.

   Тут же из соседнего номера появляется Кристина. – Что случилось Андрей?

   – Сейчас все соберутся, все объясню – спокойно повторяю нетерпеливой девице.

   По лестнице поднимается Татьяна, за ней семейство Гольцев в полном составе, но без детей.

   – Что, идем на войну? – Это Лера и Вика, интересуются чуть ли не хором. Сестренки дважды молодцы, одеты в спортивные костюмы, в руках винтовки.

   – Вы почти угадали, вернее война идет к нам.

   Но обо всем по порядку. Разместившись кто где в большой комнате, вываливаю на изумленных слушателей последние новости. Татьяна быстро переводит мою речь взволнованным немцам. Все присутствующие находятся в легком ахуе и просто сидят молча, переваривая последнюю инфу.

   – И как к тебе теперь обращаться? Господин барон или Ваша Милость?– наконец выдавливает из себя Кристина.

   Остальные настороженно замерли.

   Сначала хотел похохмить, типа. – И кланяться пониже не забывайте, а то плетьми попотчую. Но потом решил – не время, люди и так на взводе, такие потрясения пережили, никаких нервов не хватит.

   – Для нас всех ничего не изменилось, общаемся как и раньше. Мы все, одна дружная семья, Пауль и Магда для нас как приемные родители, ведь мы живем в их доме и едим их хлеб, остальные как братья и сестры. Нас слишком мало чтобы как то обособлятся, разбиваться на группы, разводить интриги. Я сделаю все возможное, и невозможное тоже, чтобы выйти из схватки победителем и избежать потерь.

   Напоследок сообщил о подкреплении из четырех профессиональных воинов, что прибудут завтра. От такого известия все приободрились, особенно семейство Гольцев.

   – А они будут за нас сражаться? – неожиданно выдает Маша.

   – А как же, здесь находится их командор Гельмут, да и я их наниматель, как барон Кригс. Все будет отлично, у нас 8 винтовок, пистолет, ракетница, куча арбалетов. Мы их одолеем! А сейчас расходимся, я к себе, вздремну, как окончательно стемнеет, будите, заступлю на ночное дежурство. Татьяна, а где ночуют Гельмут с Конрадом?

   – На первом этаже, в соседней комнате с лазаретом. А что?

   – Надо им оружие вернуть, пусть забирают, оно за стойкой ресепшена свалено в одну кучу вместе со всеми трофеями. Пусть идут, забирают свое.

   – Сейчас пойду, скажу, они теперь тоже наши люди, пусть ходят вооруженными. Только Гельмуту нельзя воевать, он очень слаб, швы на ранах могут закровить, а то и вовсе разойтись.

   – Это верно, но решать мы за него не можем, он не поймет, хотя предупредить стоит...

   И еще. Рассказ Гельмута о способе заселения этой планеты заставил нас надолго задуматься. Что за высшие силы проводят такой странный эксперимент, или это пресловутые инопланетяне так развлекаются? Если да, то какие цели преследуют? Кому все это нужно? Просто невозможно представить технические возможности цивилизации, которая вот так запросто в один момент перекидывает с одной планеты на другую целый город вместе с постройками и немалым куском земли, которая затем легко встраивается в местную реальность. И самое главное, для чего все это делается? Или это божественный промысел, понять который человеку не суждено? Тогда почему церковников сюда не берут. Не достойны? Или бог другой?

   – Пауль – обратился я к погруженному в свои мысли немцу – ты что нибудь слышал, что в Средневековой Европе исчезали с лица земли целые города, замки, деревни и поля с урожаем?

   – Нет, никогда – не раздумывая ответил он – умолчать об этом нельзя, обязательно бы остались свидетельства, рассказы очевидцев, записи в исторических документах, летописях, церковных архивах. Да и зачем такое скрывать, не вижу смысла, ведь сюда же и французы попали, и соседи с юга тоже не местные.

  Магда молча кивала головой, полностью поддерживая мужа.

   – Вот и я тоже никогда про такое не читал и не слыхал. Получается, что все перемещенные сюда из 11 века там тоже остались? Вроде как они скопировались на гигантском 3Д принтере и перенеслись на другую местность?

  – Да, похоже на то...

   – Выходит, что и мы скопировались и появились здесь, – продолжила за меня Маша – ведь механизм переброса такой, как и раньше?

   – Получается там в Германии остались наши двойники и спокойно живут, тренируются и выступают на соревнованиях, а про нас ничего не знают? – изумилась Алина.

   – Тогда уж это мы двойники – поправила ее Лена, – это мы копии, раз оказались здесь, а на Земле остались оригиналы. Хотя какая разница кто есть кто, нам от такого наименования не легче.

   Все присутствующие были ошарашены. Осознавать себя клоном самого себя было как-то некомфортно.

   Татьяна подвела итог. – Никто о пропажах людей и городов на Земле не знает, потому что их как бы и не было. Копирование без ведома индивидуума. Возможно начался новый виток колонизации Другой Земли и мы первые ласточки в этом ксерокопировании, может же такое быть?

   – Почему бы и нет – согласился я с ней – если услышим про такое или сами встретим людей из нашего времени, значит твоя теория верна. Но специально заниматься поиском не будем, у нас своих дел по горло.

   Все собравшиеся дружно кивали, соглашаясь со мной и обдумывали наше положение в свете вновь открывшихся фактов.

  Интерлюдия.

  – Вот он уже и барон! Благородный человек, голубая кровь. Что я говорила? Как быстро все вокруг меняется, не успеваешь въехать в реальность. В следующий раз он уже наверное герцогом и архимагом станет. Надо булками живее шевелить, пока подруги не обошли на вираже!

   – И как ты ими собралась шевелить?

   – Как-как... Каком!

   – В каком смысле?

   – В прямом! – Вика крутнувшись перед зеркалом, выразительно похлопала себя по крепкой заднице, торжествующе глядя на сестру.

  Та округлила от удивления глаза. – Что ты задумала?

   – Ночью пойду к нему, он опять будет караулить на ресепшене, а там как масть ляжет. Надеюсь ляжет как надо, благо козыри всегда при мне – и она снова похлопала себя по попе и повела грудью.

   – Ну ты Вика и оторва! Нельзя же так сразу.

   – Чего это нельзя, очень даже можно, и даже нужно. Надо ловить момент, а то не станешь ты Лера сестрой баронессы, и я вместе с тобой просижу всю жизнь в ожидании королевича!..

   Посмеявшись, Лера присела, неумело изобразив книксен и сделала виноватое лицо.

   – Ах Ваша Милость, простите меня, я так неловка, я нечаянно сожгла утюгом ваши кружевные панталончики. Не наказывайте меня слишком строго, я еще не научилась как следует обходиться с бельем такой знатной дамы. Но я исправлюсь!...

   Сестры долго ухахатывались, показывая пальцем друг на друга. Сквозь смех, Вика пучив глаза, грозила сестре.

   – Ха-ха– ха, прикажу пороть за нерадение, ха-ха-ха, на конюшне, ха-ха-ха, плетьми по голой попе!

  Ночное дежурство.

  Ну вот, дошил кобуру. Для такого мастера-кожевника, как я, довольно неплохо получилось. Но с фабричным качеством конечно никакого сравнения, на моей кожа мягкая, замшевая, а на настоящей гладкая и толстая, практически негнущаяся. Остается лишь приделать шпенек-фиксатор верхнего клапана, но его еще надо выточить на станке, а станочник я аховый, поэтому дождусь выздоровления Коли. А пока так похожу.

   Даже сделал кармашек под запасную обойму, как у ПМ. Ее пока нет, но со временем надеюсь устранить этот недостаток. На родной люгеровской интересно такое было? Без понятия, да и не особо важно, здесь карманов на одежде нет, а вот поясные сумки и кошельки в почете. Вот и будем соответствовать местным канонам моды. Носить пистолет буду сзади, на правом боку. Слева у меня меч глав бандита и кинжал в ножнах, прицепленный к поясу. Перебрал все трофеи, наиболее ухватистый, по руке, теперь мой. Вид у него конечно так себе, простецкий, но пока сойдет. По сравнению с ножом кинжал выглядит посерьезней, длина побольше и он обоюдоострый.

   Вторая кольчуга оказалась Гельмута и меч тоже его. Про ношение никаких прямых ограничений нет, но априори, человек с мечом, что человек с ружьем, носишь меч, значит имеешь высокий статус. И всегда сможешь это продемонстрировать. Простой серв вряд ли наденет на себя железяку ценой в 6 коров, да и лишнюю тяжесть с собой таскать желающих нет. Вес его вместе с ножнами примерно 2 – 2,5 кг., хорошо что он носится на перевязи через правое плечо, хоть поясной ремень не оттягивает.

   Отвлек меня от милитаристских мыслей легкий шум – по лестнице, подсвечивая ступени телефоном кто-то спускался...

   – Вика!

   Улыбается смущенно, подходит ближе. На мой стандартный вопрос. – Что не спится? отвечает зеркально.

   – Что-то не спится. Я посижу с тобой? – полувопросительно произнесла она.

   – Конечно, присаживайся.

   На девушке коротенькие трикотажные шортики, белая маечка, сквозь которую отчетливо проступают соски грудей, волосы до плеч распущены, на лице легкий макияж. Видно, что ночная гостья заметно волнуется. Окатив меня сильным запахом духов, села слева, прижимаясь плечом и голым бедром. Немного помолчала оглядываясь.

   – Ой, что это такое – воскликнула она каким то неестественно-манерным тоном, чуть привстала и потянулась рукой и всем телом к новенькой кобуре с пистолетом. И конечно мельком коснулась грудью моего плеча и лица.

   Меня аж проняло от такого момента. Ночь, тишина, мягкий свет ночника на стойке портье, рядом соблазнительная девушка.

   Как говорили раньше, при царе-батюшке – " Ах, какой романтИк! " ( с ударением на последней гласной). Мысли и желания понеслись вскачь бешенными мустангами, рисуя в моем воображении волнительные картины. Сердце заколотилось как ненормальное, дыхание участилось.

   Повернул голову, уставился в упор на Вику. Она тоже не мигая смотрела на меня. Придвинулся вплотную, глядя в глаза. Дыхание Вики тоже неровное, учащенное.

   В последний миг она поняла, что сейчас я ее поцелую, и не отстранилась. Взял ее за плечи, притянул, несильно прижался губами к мягким нежным губам.

   Брякнула о стол кобура с пистолетом, которую до сих пор она держала в руках, затем она выдохнула, обняла меня и стала быстро покрывать короткими поцелуями все лицо...

  Дальнейшее помню какими то урывками....

   Вот сидим на диванчике и целуемся, я легонько поглаживаю раздвинутые ноги девушки, проводя ладонью по внутренней поверхности бедер и как будто нечаянно касаясь промежности, скрытой тонкой тканью невесомых шортиков.

   Вот она двумя руками, одним движением, моментально стягивает с себя маечку и мои руки и губы тут же переключаются на напряженно торчащие соски грудей, перескакивая с одного на другой.

   – Все, больше не могу – каким то хриплым голосом произносит Вика, поднимается на ноги и взяв меня за руку, ведет в комнатку, расположенную сразу за стойкой портье. По дороге тоже сдергиваю с себя футболку и едва войдя в полутемное помещение снова прилипаем друг к другу...

   Вот сбросив остатки одежды, лежим на кушетке, целуемся как безумные, я ласкаю ее грудь, животик, мокренькую писю. У меня член стоит колом, как деревянный, но на все мои попытки уложить девушку на спину она отнекивается, типа чуть попозже, не сразу, не торопись.

   Вдруг, словно решившись, шепчет. – Я сама!

   Понуждая меня перевернутся на спину, взбирается сверху и садится на живот, широко раздвинув ноги. Перед моими глазами красуется побритый лобок подруги и нежные тонкие складочки половых губ. Она слегка краснеет, заметив, куда я смотрю, но не останавливается и не прекращает своих действий. В этот момент я согласен на что угодно.

   Упираясь руками мне в грудь, Вика опускается на мой вздыбленный агрегат, некоторое время елозит мокрой щелочкой по нему, не пуская во внутрь. Затем наклонившись и касаясь меня грудями еле слышно произносит.

   – Только не спеши и не толкайся! Обещаешь?

   – Да!

   Обхватив одной рукой у основания задубевший член, понемногу направляет его в свое лоно. Медленно, покряхтывая, с напряженным лицом, совершая легкие фрикции, наконец усаживается на него полностью.

   Я лежу чуть дыша, боюсь даже охнуть, девушка сидит на мне с широко разведенными ногами, не шевелясь, постепенно привыкая к чужеродному органу в своем теле. Немного освоясь, начинает понемногу двигаться.

   О-о, какое наслаждение! Уже скоро месяц, как не занимался сексом, а тут уже не секс, а что то другое, наверное страсть, или бери выше – любовь! Ощущения сочные, яркие, как будто в первый раз.

   Вика продолжает свои движения, сначала медленно, затем все больше расходясь и ускоряясь. А моя задача – не кончить раньше времени, уж больно девочка узенькая. Надо как-то отвлечься, а то финиширую раньше ее, для первого раза это очень плохо. Второго может и не быть, допустить такого никак нельзя. А как отвлечься, когда перед глазами все время трясутся кругленькие титечки подруги с бледно розовыми сосками и возбуждают меня еще сильнее.

   А я не просветленный старец – аскет, свои страсти сдерживать не умею. Смотреть в сторону неприлично, обидится как пить дать, закрыть глаза еще хуже, может посчитать что мне на нее глядеть неинтересно.

   Смотрю на животик, пупок у моей подруги проколот, в нем маленькая бусинка. Вот ее и разглядываю, пытаясь абстрагироваться от прочих ощущений. Сначала получалось не очень, затем понемногу стало даже интересно. Бусинка в моем воображении увеличивается до размеров витаминки-драже и начинает поблескивать, испуская коротенькие лучики, которые чуть отделившись от нее мгновенно гаснут. Необычное зрелище завораживает, привлекая своей странной природой, необъяснимой а потому притягательной. Непонятный предмет имеет металлический оттенок и слегка мерцает. Зрелище завораживает своей фантастичностью и какой то иномирностью...

   Бл%ть, и привидится же всякая хрень, что за дикие фантазии мной овладевают? Да это не фантазии и не бусинка! Я реально вижу, как под кожей чуть выше пупка, и ниже солнечного сплетения блестит какой то маленький комочек, излучая свет.

   Заморгал глазами, пытаясь избавится от наваждения, даже помотал головой.

   Уф, наконец то прошло! Вот отвлекся так отвлекся, на мне тут девушка чуть ли не кончает, а я думаю о всякой херне.

   Вика, действительно сменивший быстрый темп на очень быстрый, вдруг стала замедляться и начала довольно громко постанывать. Все, можно себя не сдерживать, ловлю руками упругие груди, слегка сжимаю их, поглаживаю, тереблю сосочки и растворяюсь в ярчайшем оргазме, заканчиваю с рыком и судорожными рывками, выплескиваю сперму внутрь, не думая ни о чем. Вика постепенно уменьшила движения и вскоре вовсе остановилась, замерла с легким вздохом, прижалась ко мне грудью и животом.

   Немного полежав без движения, приподняла попу, снимая себя с моего сдувшегося бойца...

   Потом обнявшись, просто лежали молча, мне было так хорошо, как никогда в этой жизни. Вот оно и проявилось счастье, чистое и незамутненное. Надо было переместиться в другой мир, для того чтобы найти здесь девушку, рядом с которой я просто улетаю от кайфа. А ведь были у меня разные подруги и одна почти что жена. Но с тем что произошло сейчас, никакого сравнения. Говорить не хочется, хочется остаться в таком состоянии навсегда или хотя бы на долгое время. Но такое конечно же невозможно. Остановить мгновенье не под силу человеческой природе. Даже в этом необыкновенном магическом мире.

   Вика легонько поглаживает меня по плечам, затылку, взъерошивая волосы, прижимается сильнее. Снова начинаем целоваться. Во мне опять начинает просыпаться желание.

   – Все, на сегодня хватит! – смеясь отодвигается от меня искусительница, закрывая мне рот ладошкой. Дурашливым голосом произношу.

   – Я не согласен, требую продолжения банкета!

  – Ишь ты какой хитренький! требует он. А может я не согласная?

   – А ты согласись.

   – С кем?

   – Со мной и с банкетом.

   – Мне надо подумать.

   – Подумай и немедленно соглашайся!..

   Так шутливо препираясь, Вика наконец сдается и говорит.

   – Банкет и все остальное будем продолжать завтра, а сейчас я иду к себе спать, а ты охраняй нас, а то, у ты какой, банкет ему подавай! Мне так часто пока нельзя, у меня внутри немного побаливает. Твое устройство для меня слегка великовато. Но я скоро привыкну и тогда мы с тобой, ух как отожжем! Ладно?

   – Ладно – легко соглашаюсь с ней – завтра так завтра, хотя у нас завтра вроде как война намечается.

   – Ой точно, забыла совсем, а может они не нападут?

   – Лучше бы напали – отвечаю серьезно – когда мы их ждем и готовы к встрече. Встретим как положено, во всеоружии, плотным ружейным огнем. Разом закроем эту проблему и займемся мирными делами.

   – Хорошо, я к себе, а ты Ваша Милость бди! – игриво произносит подруга.

  Чмокнув в губы, натягивает свои тряпочки и покачивая бедрами, удаляется через холл к лестнице. Уже в дверном проеме оборачивается и игриво хихикнув, помахала мне ладошкой.

   Я тоже нашаривая в полутьме разбросанные шмотки, быстро одеваюсь и осматриваю кушетку, приютившую нас, на предмет повреждений, несовместимых с товарным видом.

   Место грехопадения Вики ( или моего ) выглядит без изменений, вполне прилично.

   Тяжело вздыхая, иду на место дежурства. Нет слов, одни чувства, и те возвышенные. Сижу и вновь вспоминаю приятные моменты нашей неожиданной ( для меня ) встречи. До рассвета еле досидел, спать хотелось неимоверно.

   Лишь только небо посерело и стало видно метров на 100, пошел будить Вику. Еще вечером Лена предупредила, что с утра ее очередь караулить. Лена у девочек за главную, в том мире она была капитаном команды .

   Тихонько отпираю дверь заведомо доверенным ключом, осторожно захожу в комнату, стараясь не шуметь.

   Так, а кто из них Вика? Спят обе на боку, еще темновато, волосы разбросаны по лицу, закрывая единственно известную мне примету. В ихней комнате я впервые, где кто спит, не знаю.

   Бл%ть, герой-любовник, как определить, кого будить, не орать же басом. – Вика подъем, марш на службу!

   По одежде! Точно, по ней. Верная примета, как вовремя закралась мне в голову умная мысль. Догадливый я мужчина.

   Начал осматриваться, но знакомой маечки и шортиков нигде не видно. Ошибиться мне никак нельзя, девочки очень обидчивы на такие вещи, такое себе понапридумывают, в страшном сне не приснится.

   О-О! Духи, от нее пахло парфюмом! Надеюсь сестры хоть тут имеют разные вкусы.

   Осторожно подкравшись к левой койке, пригнулся к спящей и глубоко вдохнул носом воздух возле ее головы. Только б не проснулась! А то визгов будет, печально прославишься на весь гребанный Готенланд.

   Что-то не пахнет ничем, неужели вымыла голову? А говорила, спать хочу. Вот и верь после этого красивым девушкам.

   Теперь проводим эксперимент номер два.

   Оу, бинго! от другой сестры доносится легкий запах тех самых духов, от которых меня так вштырило в самом начале.

   Аж от сердца отлегло, слегка потряхивая плечо девушки, шепчу в ушко. – Вика вставай, тебе на пост пора.

   Никакой реакции в ответ. Снова повторяю попытку. – Вика подъем, труба зовет.

   – Какая труба? – ужасно сонным голосом отзывается моя Победа.

   – Сигнальная! которая сигналы подает, проснулась моя красавица?

   – Проснулась – таким же голосом, уже с открытыми глазами подтверждает она улыбаясь мне – я уже встаю, через 10 минут буду на крыше. Можешь идти отдыхать, или как там надо – Пост сдал, пост принял?

   Мои губы растягиваются в ответной улыбке...

   Как она хороша! И почему я раньше не замечал этого? напряженно размышлял, стоя в коридоре. Уйти спать и не поцеловать свою девушку утром? Я конечно дурак, что раньше не обращал внимания на такую красотку – няшу, но далеко не безнадежный. Упускать возможность обнять свою девушку и еще раз вдохнуть запах ее волос я не собираюсь.

  Странно все таки устроены люди. Еще и месяц не прошел, как я разорвал связь, устав от стервозных закидонов своей подруги, на которой вполне искренне собирался жениться.

   С той самой, которую почитал Светочем Мира и земным воплощением богини Венеры всего лишь полгода назад.

   Но понемногу, по маленькой ложечке она выскребла весь мой мозг в утопической попытке переделать меня на свой манер. Вместо первоначальной любви и нежности он стал заполнятся разочарованием и горечью. А после и вовсе, какой то чернотой и злобой, в которой я начинал тонуть и терять самоконтроль. Как-то потихоньку, большое светлое чувство к ней потускнело, поуменьшилось и превратилось в навязчивое желание махнуть крюком справа в полную силу, остановив навеки нескончаемый поток глупых упреков, никчемных обид и истеричных визгов.

   Понимая что ничем хорошим для меня это не кончится ( для нее тем более), я кое как терпел, дожидаясь звонка Прокопенко. Манной небесной явилась СМСка от него.

  – Завтра в 8-00 у меня с вещами и доками, как договаривались.

   Какая радость охватила меня! Наверное даже посильнее того светлого чувства, которое испытал, впервые поцеловав свою избранницу. Как я клялся самому себе! Как зарекался!

   – Да чтоб я замутил всерьез с какой нибудь куклой! Да ни в жизнь! Чтоб я сдох! – И так далее и тому подобное...

   И вот опять, снова здорова. Надеюсь на этот раз мне повезет больше и моя избранница окажется нежной и ласковой подругой. И не превратится со временем в стервозную психованную суку...

   Минут через пятнадцать в коридор проскользнула Вика и сходу впилась в меня губами. Мы стояли и целовались, непонятно сколько времени, не желая расставаться даже на несколько часов...

  Интерлюдия.

  – Ну давай рассказывай, не тяни!

   – Ох Лера, словами не передать – Вика сильно потянулась всем телом, вытягиваясь струной, мечтательно глядя в пустоту. – Словно в раю побывала и вернулась на землю. И вскоре снова там окажусь.

   – Что так хорош? Посмотри в глаза. Да ты сестрица словно под кайфом! Ты что влюбилась? Как можно так быстро?

   Вика не отвечала и лишь загадочно улыбалась.

   – Ну расскажи хоть что нибудь, что говорил, что делал?

   – Ничего не говорил, а делал... делал все так нежно, ласково трогал, целовал.

  – Лучше чем Виталик?

  – Да Виталик просто чертила. Сунул, вынул, снова сунул. Больно, противно, глазки бегают, руки холодные, бр-р. А этот спокойный, ласковый, неторопливый, а тело... будто не шофер а спортсмен или стриптизер.

  – Хи-хи, ты точно влюбилась Викуся, как быстро то, кто бы мог подумать. С первого раза сразу втюрилась! Как говорится, пошла по шерсть а вернулась стриженной. Но может быть это даже к лучшему, с любимым гораздо приятнее шпилится, чем с нелюбимым. Тут тебе удалось прямо в цвет попасть. Повезло-о! Хотя он и есть спортсмен. Бывший конечно, борец какой то.

   – Да откуда ты можешь знать такое, выдумываешь поди?

   – Нет не выдумываю, зачем это мне? Я видела как он в кафе этого здорового бандита заборол. С того места где я лежала, почти все было видно. Они на полу возились, после Андрей его зажал и на болевой прием взял. Другой бы стал кулаками бить или ножом резать, а наш, хлоп, айн момент и у клиента рука сломана. Да так ловко и быстро все получилось. Рефлексы! В такой ситуации инстинктивно проявляются отработанные навыки и приемы. Борьбой он занимался, это точно!

   – Где ты слово такое выкопала, болевой какой то?

   – Я по ТВ видела, там мужики пинаются ногами, дерутся и борются. По правилам если сдаешься, то надо ладошкой по канвасу или противнику похлопать, тогда бой останавливается.

   – Надо было тому гаду тоже ТВ смотреть, может быть и прожил бы чуть подольше, на пару часиков... – А чего ты мне сразу не рассказала про это?

   – Да как-то не самое приятное зрелище, Андрей ему после этого сразу голову топором разбил, махал как мясник на рынке. Как будто рубщик свиную тушу разваливает на колоде. Брызги крови во все стороны разлетались, звуки такие жуткие, чмокающие, страшное дело. Ужас просто! Тот день лучше сразу забыть, такой кошмар!

   – Не надо ничего забывать, а то расслабишься и попадешь... ногами в жир.

  Четвертый день.

  С утра, первым делом отправился в душ. Вода бежит чуть тепленькая, но это ерунда, главное что она вообще есть. Зато бодрит немеренно. Вот бодрости мне сегодня понадобится много, нужно будет еще днем вздремнуть, а то ночью буду носом клевать. Два дня не высыпаюсь. К обеду должны подтянутся бойцы с рудника, необходимо на них произвести благоприятное впечатление. Получается что-то вроде первого экзамена на соответствие баронскому званию. Поэтому одеваю синие джинсы, кирзовые коротыши, вместо непросохшего поддоспешника толстовку с капюшоном. Влезаю в кольчугу, да мой размерчик, сейчас великовата немного, а когда одену на что положено, то будет в самый раз. Вот рукава коротковаты, как и ожидалось. Придется наручи заказывать, или самому сделать. Затягиваю широкий кожаный ремень с кобурой, слева кинжал в ножнах на коротких кожаных ремешках, через плечо перевязь с мечом.

   Глянул на себя в зеркало. Ух– ты, видок, прям как тот киргизский батыр. Так велик, что при беге земля трясется, насрет, ту кучу собака хрен перепрыгнет. Цепуру бы мне какую на грудь поблескучей, для антуража, но пока не заслужил, так похожу. Грозно насупил брови, но можно и не хмурится, вид на самом деле очень внушительный.

   От того что не выспался, взгляд становится еще более тяжелым и недобрым. И вдобавок легкая небритость добавляет тяжелой брутальности. Как бы с ней не переборщить, вчера Йохана так напугал, что весь вечер на глаза не попадался. Где шхерился не ясно, не сбежал бы часом...

   Кулон на шею, Толмач в ухо, винтовку на плечо и на выход. Первым делом раненые.

   Отлично! Васильич пришел в себя, полулежит на подсунутых под плечи подушках, по сторонам глазами водит. Рядом сидят Татьяна с Ирмой. Ирма с милосердной улыбкой сует в рот тренеру ложку с какой то размазней. Танечка радостно толкует о том, что все будет хорошо, двоих она уже вылечила и третий тоже скоро станет здоровеньким, заскачет молоденьким козликом на лужочке. В общем, небезуспешно заговаривает зубы пациенту всякими врачебными благоглупостями.

   Увидев меня в таком прикиде, дядька сильно удивился. Но говорить ему еще не разрешают, поэтому быстро сворачиваю визит.

   – Выздоравливай Васильич скорее, нам бойцы нужны, а то мне баронствовать без тренера тяжело, поддержка нужна.

   Похлопал легонько по плечу, пошел на улицу. На крыше сидит Лена, смотрит в бинокль вдаль. Но меня тотчас заметила.

   – Оу, Зер Гут!, классно выглядишь! Какой прикольный свитерок, дашь померить?

   – Для вас стараюсь! А насчет броников ты правильно думаешь и в нужном направлении, ход твоих мыслей мне нравится. Со временем всех заставлю на службе носить.

  Идея, таскать на себе несколько лишних килограммов, дозорную никак не вдохновила. Но комментировать ситуацию Лена не стала, лишь вздохнула тяжело и снова приложила к глазам бинокль, обозревая окрестности.

   Разворачиваюсь, иду в кафе. Девчонки, сидевшие кучкой, оторвались от смартфонов, загалдели.

   – Какой серьезный дядечка. Ну вот теперь ты настоящий барон! Тебе еще шлем с пером надо, для полноты картины.

   Отшучиваюсь. – Я и был настоящий, только в изгнании, скрывался от клевретов темных сил, а сейчас я на Фатерлянде, здесь бояться некого. Так что принял свой привычный облик.

   Близняшек в кафе не было, секретничают очевидно где-то. Сидевший за соседним столиком Гельмут одобрительно кивает и говорит.

   – Хорошо смотритесь, господин барон.

   Рядом с ним стоит костыль, похожий на швабру. Подсел к нему за столик, начал интересоваться.

   – Как одеваются и что положено носить при себе благородному сословию? Например длинные волосы, бороду, усы?

   – Как угодно, никаких ограничений нет, но на людях обязательно надо находиться в шапке, берете, шляпе или шлеме. В своем доме, походе, за столом не обязательно, можно ходить как угодно, а перед своим сюзереном непременно надо снимать.

   – Мой сюзерен граф Тангельм?

   – Да, граф Михаэль Тангельм, он живет в своем одноименном замке недалеко от города. В городе у него резиденция.

   – Ты узнал у Йохана сколько вообще людей в Кригсе, и где он сам? И вообще, давай перейдем на ты, я не любитель этих лишних титулований.

   Гельмут чуть заметно улыбнулся.

  -Хорошо. Для дела так будет полезней. Ты вчера сильно напугал беднягу, как только он тебя заметил на улице, то скрылся из виду, ему потребуется время чтобы привыкнуть. А по замку слушай. В нем 15 наемников и 4 раненых. Наших дружинников в живых осталось 8 человек, из них раненых двое, но не тяжело, их всех содержат в камере, в подвале донжона. Еще в соседней камере сидит кузнец и его сын, а так же плотник и ключарь. Голодом никого не морят, очевидно хотят завербовать к себе в отряд. Руководит всеми брат Карла. Зовут его Рольф, он очень умный и жесткий человек.

   Я слышал о них, это наемники, пришли в наши края с Севера, еще зимой. В последнее время их видели несколько раз в харчевне в Долинной ( это наша деревня на дороге в Тангельм ). Они искали наем на службу или сопровождение каравана. Но в наших краях такой работы немного, купцы предпочитают работать с проверенными людьми. Вот они и решились на такой отчаянный шаг.

   – Как ты думаешь, они придут сюда все?

   – Вряд ли, они хотят осесть в замке, набрать дружину из таких же отбросов и хорошо жить ничего не делая. Скорее всего к нам придет большая часть, несколько человек обязательно останется в замке, иначе они потеряют его. Оставшиеся слуги тут же сломают решетки и выпустят дружинников и власть снова сменится. Ты и твои люди здорово расстроили их расчеты, когда перебили отряд Карла, теперь им просто не хватает бойцов для осуществления задуманных планов, и им приходится брать к себе людей навроде Йохана. Нападут скорее всего ночью или рано утром, я бы на их месте так и поступил.

   – А если они не решатся напасть и останутся в замке?

   – Не думаю что так случится, неизвестный отряд под боком постоянно будет нервировать, не давать расслабиться. Кроме того они надеются освободить своих пленных, среди которых их главарь. Так что придут они обязательно. Да кстати, среди пленных есть Мольт-Лучник, он знает Андриса с рождения. Но вряд ли сможет вспомнить досконально его внешность. Так что нечего беспокоиться, все обойдется.