Текст книги "Феникс (СИ)"

Автор книги: Витта Линберг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Глава 29

Меньше всего я ожидала увидеть столь личный подарок от Дерека Морелло. Внутри коробки на пухлой бархатной подушечке лежит золотой кулон в виде сердечка. Он раскрыт, а внутри одной половинки вставлена фотография. Крошечное изображение, на котором я с братиком и родителями. Мы сделали это фото незадолго до трагедии, когда вместе ходили в кафе. Я не могу сдержать слёз от того, как ценно мне это воспоминание и как дорог этот подарок. Руки начинают мелко дрожать, от этого цепочка негромко звенит. Незаметно для себя я уже начинаю захлёбываться слезами. Сколько потерь я пережила за последний год. Сколько страданий. И у меня нет никакого плана на будущее. Нет понимания, что делать.

– Мамочка, папочка… Я скучаю…

Только через полчаса я беру себя в руки, закрываю кулон и вешаю его на шею. Иду в ванную, умываюсь холодной водой. Но, конечно, это не спасает от покрасневшего носа и век. В зеркале рассматриваю кулон, который ложиться чуть выше ложбинки груди. Идеально отполированное украшение отражает свет.

Переодевшись в спортивное платье, я иду в кабинет к Дереку, чтобы отблагодарить его за этот подарок. Наверное, впервые за всё время моего пребывания в этом доме, я захожу в эту дверь без страха, вызова или злости.

– Привет, – я здороваюсь первой. Дерек при виде меня встаёт из-за стола. На нём белая рубашка с закатанными рукавами и строгие брюки. Я не могу прочитать его взгляд или настроение.

– Привет, кукла.

Он подходит ко мне почти вплотную, проводит пальцем по овалу лица.

– Спасибо за подарок. Это было неожиданно.

– Пожалуйста. Но предупреждаю. Это максимум моей романтичности.

– Это уже большой шаг. Но у меня есть вопрос.

– Слушаю.

– Почему?

– Что именно?

– Почему ты стал таким? Почему решил подарить эмоции, хотя всегда пытался меня купить за деньги.

Дерек внимательно разглядывает моё лицо.

– Потому что ты не назначила цену. Присядь, – Дерек кивает на диван.

Пока я устраиваюсь на кожаном диване, он наливает себе виски и делает глоток.

– Я в нетерпении, Дерек.

– Алиса, я не собираюсь признаваться в любви. Я не буду обещать тебе безоблачное совместное будущее. Но тот момент, когда мне сообщили, что ты беременна… – его кадык дёргается, а брови сходятся у переносицы, – в тот момент я почувствовал. Не знаю что. Просто почувствовал. Это было странно.

– Странно чувствовать?

– Мы это уже обсуждали. Я привык отключать лишние эмоции. Я узнал о ребёнке, а через минуту о его смерти. Это слишком большая гамма чувств для меня. Что-то изменилось в ту минуту.

– Ты стал будущим папой и перестал им быть за довольно короткий промежуток времени? Тебе не рассказали раньше? Я удивлена. Похоже твои люди лентяи. Или я мастер скрываться.

Судя по ухмылке Морелло, в мои суперспособности он не верит.

– На самом деле, я подозреваю, что Джей спасал тебя. Мы с ним словно сводные братья, понимаешь? Он прекрасно знал, что я бы вернул тебя силой, но не позволил бы шляться по миру с моим сыном… или дочкой внутри.

– Громкое заявление.

– Алиса. Я бесконечно восхищаюсь твоей стойкостью, но не борзей.

Неожиданное предостережение вызывает у меня смешок.

– И что дальше?

Дерек ставит стакан на стол, медленно подходит ко мне глядя в глаза. От этого пронзительного взгляда внутри всё содрогается. Он садится на корточки у моих ног, обхватывает их и ведёт вверх от босых щиколоток к коленям и выше. Эти прикосновения вызывают волнение, которое сосредотачивается и пульсирует между ног.

– А дальше мы попытаемся изобразить нормальных людей. Не будем заглядывать далеко, – его большие пальцы сползают на внутреннюю сторону моих бёдер, – но в свою спальню ты не вернёшься. И не заморачивайся с одеждой.

Он резко разводит мои ноги в стороны и протяжно стонет, глядя между ними.

– Дерек?

– Не отвлекай, я занят, – он дёргает меня на себя, и я сползаю по дивану на самый край, – ты мне должна несколько месяцев секса!

Очень провокационная поза: моя голова упирается в спинку, ноги широко разведены по бокам от Дерека. Подол платья задрался до самой талии. Дерек оттягивает трусики и облизывается словно кот.

– Ничего я тебе не до… – я замолкаю, не договорив, потому что его язык оказывается на моём клиторе слишком быстро. Несмотря на то, что сдвинутые в сторону трусики доставляют неудобства, Дерек вполне компенсирует это дразнящими движениями.

Я невольно выгибаю спину и закрываю глаза, отдаваясь возрастающему возбуждению. Его твёрдый кончик языка ходит вверх вниз, заставляя меня сильнее увлажняться. Я не открываю глаза даже когда слышу, как он расстёгивает молнию, а язык сменяется головкой члена.

– Готова?

Я активно киваю в ответ. Дерек входит в меня до упора.

– Ааа… – вырывается из моего горла. Во рту пересыхает.

– Да, девочка моя…

Дерек двигается не спеша, давая мне прочувствовать каждый сантиметр его длины. Он задирает мои ноги и кладёшь к себе на плечи, слегка наклоняясь надо мной. Когда он касается моих губ пальцем, я открываю глаза и сталкиваюсь с его одурманенным взглядом.

– Возьми палец в рот, – я обхватываю его большой палец губами и прижимаю его языком, слегка посасываю. Зрачки Дерека немного расширяются. На контрасте с голубой радужкой это выглядит сумасшедше.

– Хватит сантиментов, – он кладёт руку на мою шею и неожиданно движения его бёдер ускоряются.

– Дерек, – я еле произношу на выдохе. Моя киска начинает пошло хлюпать. А его это заводит ещё сильнее. Кожаный диван ритмично скрипит подо мной, – Глубже…

Он прижимается ко мне плотнее при каждом проникновении. Мышцы живота начинают сокращаться, ещё чуть-чуть и я кончу. И за секунду до оргазма дверь в кабинет распахивается.

– Босс!

– Выйди! – в эту же секунду реагирует Дерек на Джея. Тот сразу же захлопывает дверь.

Но мой момент упущен. Возбуждение смешивается со злостью от облома. Морелло это замечает и останавливается.

– Мне плевать насколько у тебя там срочные дела, Морелло. Перетрахивай сначала!

Дерек начинает хохотать так громко и открыто, что я даже любуюсь им.

– Да, моя госпожа.

Из кабинета Дерека я выползаю только через час. И да. Перетрахал он как надо. Но на обед идти мне было уже стыдно, боялась встретиться с Джеем. Анна меня выручила, принеся мне поесть в спальню.

Но судя по тому, что этой ночью Дерек ночевать не пришёл, повод визита Джея был серьёзным. Отчасти я порадовалась этому, потому что хотелось бы не забыть, как сводить ноги. На следующий день один из охранников передаёт мне записку.

«Были дела. Сегодня ужинаем в ресторане в 19. Надень что-нибудь сексуальное. Это свидание»

Воу, и он мне будет говорить, что он не будет романтичным? Мог бы, конечно, не в приказном тоне, но это же Морелло. Я закатываю глаза от собственных мыслей.

Я принимаю душ, наношу макияж, достаю красное платье с высоким разрезом сбоку. Да, ткань целомудренно прикрывает грудь, но вот голая спина… Лифчик под него не надеть, поэтому при каждом моём шаге грудь провокационно покачивается. Довольная своим внешним видом, обуваюсь и спускаюсь вниз к назначенному времени.

Меня встречает охрана у выхода. Двое уже знакомых мне мужчин в чёрных костюмах и с наушником в ухе.

– Мисс Реброва, Мистер Морелло будет ждать вас в ресторане. Мы вас будем сопровождать

Один из них подставляет мне локоть, и мы выходим из дома. По пути я разглядываю дорогущие особняки за окном.

– Как далеко ресторан? – спрашиваю двух парней на переднем сиденье.

– Минут двадцать-двадцать пять, если без пробок.

Через десять минут я замечаю, что мужчины переглядываются между собой.

– Ребят, что-то не так?

В груди появляется тревожное чувство.

– Всё в порядке, Мисс Реброва.

Но невозможно не заметить его обеспокоенный взгляд в зеркала. Интуиция во всю кричит: «СОС».

– Нет, не в порядке. Я же вижу. Что происходит?

Пару минут они молчат. Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть через заднее стекло, что они увидели, но не понимаю, что не так.

– Алиса, возможно, нас ведут. Возьмите под сиденьем пистолет. Вы умеете из него стрелять?

Я наклоняюсь и нащупываю глок.

– Не особо. Но я так понимаю, сейчас не время учиться.

– Алиса, у него нет внешнего предохранителя. Поэтому палец на курок, только если готовы к выстрелу. Магазин заряжен, – охранник, который едет на пассажирском сиденье меня инструктирует, глядя на меня в пол оборота.

Я беру в руку пистолет. Его тяжесть непривычна. Но не успеваю я выпрямиться, как нашу машину таранят сзади. От удара я сползаю с сиденья и падаю на колени.

– Держитесь!

Я пытаюсь удержать оружие, а левой рукой цепляюсь за сиденье. На каблуках и в платье это делать совершенно неудобно. Я скидываю туфли, чтобы хоть как-то держать равновесие.

– На нас напали. Мы уходим от погони, – раздаётся спереди, – движемся на север по шестой авеню. Чёрный трак без номеров.

Ладошки потеют, я перекладываю пистолет из одной руки в другую, чтобы вытереть их. Сердце бьётся так сильно, что начинает тошнить.

– Нас спасут?!

– Подмога уже едет, главное не останавливаться. Алиса, будьте готовы стрелять. Вы их цель.

Нас снова бьют в багажник, но в этот раз наш джип разворачивает. Меня прижимает к переднему сиденью. Я хватаю рукоять пистолета так крепко, что костяшки белеют. И тут раздаётся слишком громкий выстрел, а наша машина останавливается. Я успеваю услышать звон стекла, а потом в ушах появляется только звон.

Знакомый запах гари бьёт в нос. Я приподнимаюсь и вижу, что оба моих охранника мертвы, а из-под капота валит дым. Ко мне бегут мужчины в балаклавах и военной форме.

Я прицеливаюсь как могу трясущимися руками и отстреливаюсь прямо через лобовое стекло. Я не попадаю ни разу из пяти выстрелов, тогда за моей спиной открывается дверь и меня тянут за ногу назад. Я падаю на живот, тут же переворачиваюсь и делаю выстрел в сторону двери почти не глядя. Рука на моей ноге ослабевает. Не знаю сколько у меня пуль, но я нажимаю курок сколько могу пока не раздаются пустые щелчки. Я путаюсь в длинном подоле платья, пытаюсь отбиться, хватаюсь руками за сиденья. Страх вселяет очень много сил для борьбы. Но меня всё-таки вытягивают из машины. Я ударяюсь головой о порог и наступает темнота.

Глава 30

Нос щекочет отвратительный запах: смесь гари, сырости и мочи. Затылок реагирует адской болью. Такое чувство, что мой череп раскололи напополам и только кожа его сдерживает. Мне приходится приложить усилия, чтобы приоткрыть один глаз, но в него тут же бьёт яркий луч фонарика. Зажмуриваюсь мгновенно, но и без того сильная боль в голове становится просто невыносимой. Я еле разлепляю сухие губы.

– Больно… свет, – всё что я могу выговорить осипшим голосом.

– О, жива. Всё пошли, – раздаются насмешливые мужские голоса рядом со мной. И тут же шаги начинают отдаляться от меня.

Щелчок замка и наступает тишина. Я предпринимаю ещё одну попытку открыть глаза, но вокруг абсолютная чернота. Может я ослепла? У меня нет сил пошевелиться, хотя плечо, локоть и бедро упираются в каменный пол довольно неудобно. Я закрываю глаза и снова проваливаюсь в спасительный сон.

Следующее пробуждение случается он резкого приступа боли. Кто-то дёргает меня за волосы и приподнимает словно Мюнхгаузена.

– Давай сначала так.

Я не понимаю, что происходит. Меня держат над полом так, что я не могу упереться руками, чтобы хоть как-то облегчить нагрузку на кожу головы. Передо мной появляется ещё один мужчина в балаклаве, достаёт телефон и направляет камеру со вспышкой на меня.

– Давай, – он даёт команду тому, что держит меня.

И тут мою щёку обжигает мужская ладонь. От удара голову откидывает, я чувствую, как отрывается несколько волосков.

– Готово? – довольным голосом спрашивает один из них.

– Не, давай ещё. Мне понравилось снимать кино.

Ещё?!

– Н-н-не надо, пожалуйста… – я умоляю еле слышно.

Но в ответ слышу только мерзкий смех. И снова удар. Но на это раз он задевает скулу и бровь чем-то металлическим. Скорее всего на его пальце надет перстень, которым он рассёк мою кожу. От боли я коротко вскрикиваю, а из глаз прорываются слёзы.

– На сегодня достаточно. Пошли. Надо отправить запись этому сукиному сыну.

Мои волосы резко освобождают, и я падаю локтями на пол. От головной боли и запаха меня тошнит, но в темноте я даже не вижу, есть здесь раковина или унитаз. Пытаюсь привстать, но как только оказываюсь на коленях, не могу сдержать рвотных позывов. Каждый вдох этой вони только усиливает спазмы. Меня выворачивает, хотя желудок и без того пустой. Обессиленная я отодвигаюсь буквально на полметра по холодному полу и снова теряю сознание.

Дерек Морелло

Я смотрю на своих людей, которых собрал в доме: все ключевые бойцы, отбитые головорезы и тихие стратеги стоят в моей гостиной.

– Эти твари перешли границу. Полная готовность всех отрядов. Первостепенная задача – найти Алису. Только живой. Копаем землю до победного. А после… – поворачиваюсь к брату, – Роберт, после уничтожаем всех, кто причастен. Мы потеряли двух отличных спецов, не позволим им навредить ещё больше. В подвале дополнительный склад оружия. Томас, проверь, чтобы все были снабжены до зубов. Это война.

Я чувствую, как ледяная корка покрывает каждый моё нерв. Мою речь прерывает сигнал телефона. При виде незнакомого номера, тревога расшатывает меня изнутри. Я открываю видеосообщение от неизвестного, и кровь мгновенно вскипает.

На экране в луче вспышки моя Алиса. Урод посмел ударить её красивое личико. А затем новый удар и от её брови стекает капля крови. ОТ злости я сжимаю телефон так сильно, что трескается экран.

– Джей, в мой кабинет. Остальные, работаем. Найдите её мне до утра!

Я захожу в кабинет и не сдерживая себя, начинаю крушить всё, что может разбиться. Бутылки алкоголя, дорогие стаканы, пепельницы, настольная лампа летят в стены под мой звериный рёв.

– Дерек, что они прислали? – Джей стоит в дверях.

Я разблокирую телефон и кидаю ему.

– Твари! Она не причём! Она не из наших!

Он просматривает запись и отвечает хладнокровно, чем выводит меня из себя ещё больше.

– Из наших. Ты прекрасно знаешь, что как только ты привёл её в этот дом, она стала мишенью. Я предупреждал.

Я подлетаю к нему и сжимаю шею.

– Хочешь сказать, что это из-за меня она там? Из-за меня?! Ты видел её зрачки? Либо они её накачали, либо избили так, что у неё сотрясение. У слабой девчонки!

Джей смотрит на меня спокойно, будто мои пальцы не надавливают на его гортань и сонную артерию. Его лицо краснеет.

– Надо её искать, а не виноватых, – хрипло говорит Джей.

Я отпускаю его и начинаю метаться по кабинету.

– Как они вообще узнали их маршрут?

– Может вели от дома?

– Они не могли знать, что в машине будет Алиса. Твою мать! Фак! ФАК!ФАК!

Мне недостаточно разбитой посуды, хочется сломать кости. И этих тварей. И свои за то, что не уберёг.

– Что делать будем?

Я упираюсь ладонями в стол, чтобы хоть немного взять под контроль себя.

– Пойдём в гости. Проверить все возможные точки испанцев. А мы с тобой навестим Коломбо. Алиса долго не протянет в таком режиме. Мы должны вытащить её пока не стало поздно.

Глава 31

Алиса Реброва

– Девушка, слышите меня? Девушка? Элис?

Скрипучий голос будит меня. Я хочу ответить, но из горла вырывается только сип.

– Я доктор. Я сейчас сделаю укол, станет по легче. Приподними голову, я дам попить.

Он подкладывает руку мне под голову и помогает немного приподняться. Губ касается пластиковое горлышко и тут же проливается вода. Я обхватываю губами бутылку, ловя каждую каплю.

– Вот и хорошо. А теперь укольчик.

Во всём теле такая слабость, что я не могу сопротивляться, когда он протирает ваткой мою руку и втыкает иглу. Может мне и правда станет легче?

Но когда меня оставляют одну, вместо облегчения всё тело обдаёт жаром. Я мгновенно покрываюсь потом. Узкий ворот платья душит. Пытаюсь оттянуть его от шеи, но ничего не выходит. Жарко. Слишком жарко. Почему не хватает воздуха? Я начинаю истерически дёргать горловину пока не срываю пуговицу сзади и делаю глубокий вдох. Но воздух спёртый, не могу надышаться. А ещё эта отвратительная вонь.

И тут я слышу недалеко шевеление. Замираю в испуге. Пульс и без того зашкаливает, а сейчас кажется, что все мои сосуды просто лопнут от перенапряжения.

– Кто здесь?

Мне кажется кто-то совсем рядом. Я отползаю пока не упираюсь голой спиной в ледяную стену.

– Здесь есть кто-то?

И тут из темноты выходит мой брат. Я еле могу различать его, но он в светлой одежде, ворот которой окрашен красным.

– Ты не можешь быть здесь! – сердце заходиться от испуга, пульсируя в горле, – ты умер!

И тут за ним появляются языки пламени, а тишину разрывает лязг металла и детский плач. Я оглядываюсь, пытаясь найти источник звука, но он будто повсюду. Не могу выдержать этого! Не могу. Я зажмуриваюсь и закрываю уши руками.

Что мне вкололи? Это галлюцинации! Всё это ненастоящее! Это просто мой мозг. Этого не существует!

Братик же садится напротив меня и протягивает к моему лицу свою детскую ручку. Мне кажется, я чувствую его прикосновение. Но когда я открываю глаза и смотрю в его, то они словно стеклянные. Ужас проникает в каждую клетку моего тела.

– Тебя здесь нет! Нет!

Почему мой мозг выдал именно это! Если меня и накачали, то всё это вылезает из моей головы. Я должна бороться. Надо думать о другом. Давай, Алиса!

Я сжимаюсь всем телом, зажмуриваюсь и думаю о Дереке. Он меня спасёт. У нас будет свидание. Он подарил мне танцевальный зал и кулон. Он спасёт. Спасёт. Спасёт. Я изо всех сил пытаюсь перепрограммировать свой мозг на новые картинки. И вдруг наступает тишина. Исчезает этот ужасный металлический звук, и ребёнок замолкает. Приоткрываю один глаз. Брата рядом нет. Вместо него недалеко стоят родители. Они смотрят на меня с таким сочувствием и болью в глазах. Они слишком реалистичны.

Может быть, мне приснилось, что они разбились?

– Мам, пап… – я зову их в надежде.

– Держись, девочка, ты справишься.

Я не могу сдержать рыдания, когда слышу их голос. Они так реальны! Мама подходит, садится рядом и обнимает меня. Я не знаю, сколько мы так сидим, но со временем сердце успокаивается.

Дерек Морелло

Уже больше суток нет никаких новостей об Алисе. И единственное в чём я уверен, что среди нас есть предатель. Но я не представляю как его вычислить. Кому я могу доверять? Только Джею, Томасу и Робу.

Времени на сон нет, поэтому я принимаю холодный душ и вызываю Томаса. Когда захожу в гардеробную замечаю пижаму Алисы, небрежно брошенную на полку. Подношу её к лицу и вдыхаю её уже родной аромат. Держись, моя маленькая. Ты должна меня дождаться. Ты же сильная.

– Кхм, Босс?

Я прячу пижаму за стопку своих футболок, чтобы прислуга не забрала стираться и выхожу к Тому.

– Надо поговорить. Среди нас крыса.

Меня прерывает сообщение. Давно забытая боль в груди с новой силой сжимает сердце. Я разворачиваю экран, чтобы Томас тоже видел это.

Моя девочка безвольным мешком лежит на каменном полу. Один её глаз заплыл, на скуле огромный синяк. Платье, которое раньше крепилось на шее, болтается на груди. И тут появляется рука в перчатке и срывает кулон, который я ей подарил, оставляя на шее кроваво-красную полоску. Она так радовалась этому подарку. Невыносимо больно после той счастливой улыбки видеть её столь сломанной.

– Не тронь её, – я ору в экран телефона, будто меня могут услышать на том конце. И тут кто-то тянется к её груди. Видео обрывается. Меня так трясёт от злости.

– Если они её… Если…

Томас кладёт руку мне на плечо.

– Мы найдём её.

Но может быть поздно...

– Ту запись проверили? Какие-то метки? Хоть что-то?

Он лишь покачивает головой из стороны в сторону.

– Прогнать это видео через все возможные программы. Ищем любые зацепки. Трещину на стене, шорох, отблеск. Хоть что-то! Никто не отдыхает больше двух часов пока Алиса не будет дома!

Алиса Реброва

– Эй, русская, просыпайся! Пора снимать кино!

Кто-то похлопывает меня по лицу. Впервые я прихожу в себя без головной боли. Хотя горло саднит, а тело ломит. А ещё безумно замёрзли ноги и руки.

– Давай, подъём тебя велено перевести в другую комнату.

Очередной мужик в маске поднимает меня за руку. Я придерживаю платье, чтобы не оголить грудь.

– Шевелись, давай.

Он подталкивает меня к двери, которую подсвечивает фонариком. Со скрипом дверь открывается и меня выводят в светлый коридор.

– Прямо иди.

Мне приходится щуриться после длительного времени в темноте. Глаза режет от слишком яркого света. Я спотыкаюсь и чуть не падаю. Мы проходим несколько дверей. Одна из них приоткрыта и в узкой щелке я успеваю увидеть знакомую фигуру. В момент с меня будто слили всю кровь. Неужели меня нашли? Всё закончилось? Поэтому же меня увели?

Но тут он оборачивается и наши взгляды сталкиваются на долю секунды. Я понимаю, что я ошиблась. За долю секунды меня облили презрением, злостью и отвращением.

Предатель!