Текст книги "Любовь не с первого взгляда (СИ)"

Автор книги: Виолетта Иванова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

Глава 4

Пять минут она пробыла в тишине, потом раздался стук в дверь.

– Войдите, – крикнула Мария.

Дверь открылась и вошел старец.

– Не помешаю? – спросил мужчина.

– Нет, рада вновь видеть, – устало ответила она. – Кофе хотите?

– Кофе? А что это?

Мария открыла свою сумку, достала из нее термос и пакет с бутербродами. Открыв крышку, она налила в нее кофе, который все еще был горячим.

– Вот это называется кофе. Очень бодрит по утрам и когда нет сил. Давайте перекусим, а то не известно, когда в вашем заведении меня будут кормить.

Она протянула кофе Егерону. Он принял из ее рук крышку термоса с напитком, втянул носом ароматный запах.

– М-м-м-м, вкусно, – проговорил он с закрытыми глазами и сделал первый осторожный глоток.

Мария поднялась, прошла в чайную комнату, взяла там две чашки, вернулась к старцу.

– Прошу прощения, что не сразу о них вспомнила. Давайте налью в чашку?

– Не надо. И так все замечательно.

Она налила себе кофе в чашку.

– Будете бутерброд? Я с утра не ела. Если захотите – берите.

Она взяла один бутерброд себе, отпила кофе. Мужчина тоже взял себе бутерброд. Какое-то время они молча ели и пили кофе.

– Егерон, скажите, есть ли хоть какая-то надежда, что я могу вернуться к себе домой? – спросила Мария.

Он отрицательно покачал головой.

– Нет, Мария Васильевна…

– Можно называть меня Марией, просто Марией, – перебила его женщина, но Егерон не обиделся, кивнул головой и улыбнулся.

– Мария, – продолжил он, – Вам придется смириться и принять свою Судьбу. Боги просто так ничего не делают.

– Неужели из стольких женщин в вашем мире не нашлось той, кто достойна стать женой императора? Ну не хочу я замуж, не хочу.

– Не нашлось, – он покачал головой. – А Вы уже были замужем?

– Считайте, что была и мне там не понравилось.

Егерон усмехнулся.

– Поверьте, это выбор богов. И от него отказаться нельзя, боги накажут, жестоко накажут.

– Расскажите мне об этом мире, – попросила Мария.

Из рассказа Егерона получалось, что все здесь, в том числе первых людей на этой планете создали Светлые боги, муж и жена. Они наделили самых достойных магией, которая стала передаваться по мужской линии из поколения в поколение. Очень редко женщины наследовали родовую магию. Вообще женщины здесь практически не имели никаких прав. Со временем на этой планете первые рода, наделенные магией, образовали семнадцать государств, которые со временем вошли в единую империю. Бывшие королевства, царства, княжества стали провинциями со своими правителями. Магия была разной, самая сильная была в императорской семье. В настоящее время управляет империей Император Вадимирис Олгерий Суровый вместе с Имперским Советом, в который вошли по одному представителю от каждой провинции плюс пять представителей от самых древних родов. Марганис Пленирский как раз был такой представитель одного из древних родов, входил в Имперский Совет.

Императору в этом году исполнилось сорок два года, он не был женат, так как до этого года Императорский Оракул молчал. Многие мечтали женить его на себе, шли на всяческие ухищрения. Но Оракул не признавал ни одну из них, как будущую жену Императора. Однако женщины не оставляли надежду стать императрицей и возле Вадимириса всегда вился «хоровод» претенденток. Иногда он приводил к Оракулу какую-нибудь девушку, которая понравилась ему, но боги не одобряли его выбор. Около пяти месяцев назад на празднике в честь Светлых богов Император открыл бал первым танцем с дочерью Марганиса – Лузирандой, которую отец впервые вывел в большой свет. Тут же по дворцу поползли слухи, что Император признал девушку своей фавориткой. Ее отец упорно поддерживал эти слухи, рассказывая всем о том, что уже решен вопрос о предстоящей свадьбе Лузиранды и Императора. Но неожиданно три дня назад прозвучал колокол богов, после чего Императорский Оракул объявил, что женой Вадимириса станет та, которая первой войдет в указанный день в тронный зал после удара колокола на главной башне дворца.

– Я знаю, что Марганис сделал все, чтобы его дочь оказалась первой. Обманом его люди завели остальных претенденток в ловушки, дав тем самым Лузиранде шанс. Но вмешалась Судьба, и первой появились Вы, – сказал Егерон с улыбкой.

Он явно не любил этого советника и его дочь.

– Так я не поняла, между Императором и этой девицей что-то было? – не удержалась от вопроса Мария.

– Ну как сказать? – задумался старец. – Лузиранда всячески старалась оказаться возле императора, показывая всем, что между ними есть какая-то связь, а он позволял быть рядом с собой. Но могу Вас заверить – до постели у них дело не дошло.

Они оба усмехнулись.

– Егерон, а что это за Оракул?

– Оракул – это глас Богов. Всего существует восемнадцать оракулов – по одному в каждой провинции, которые входят в Империю, и один Императорский. Я являюсь хранителем Главного Императорского Оракула, – скромно ответил мужчина. В каждом случае он проявляется по-разному. Где-то это большое зеркало, где-то говорящий орел, где-то драгоценный камень. У нас Божественный свет.

– А что за свечение было там в церкви, которое окутывало меня?

– Вы его видели? – Егерон посмотрел на Марию широко раскрытыми глазами.

– Да, а что такого? – она пожала плечами. – Золотистый яркий свет словно впитался в меня.

– Боги одарили Вас божественной защитой, – торжественно произнес старец. – А это значит, что теперь никто не сможет Вам навредить. Любой, кто замыслит зло, получит такое же зло в ответ.

– Не плохо бы, – проговорила Мария, прекрасно понимая, что с этого дня она стала мишенью для всех, кому помешала добраться до руки Императора.

– А Вы не расскажете мне о себе и своем мире? – попросил Егерон.

– Да что там рассказывать…, – Мария, как могла, рассказала все, что интересовало старца. – Теперь понимаете, что я переживаю. Через три дня моей фирме надо сдать объект, а я оказалась здесь.

– Вы руководили такой большой фирмой? – удивился старец. – Наши женщины никогда не работали.

Мария на это только пожала плечами и развела руками. Потом Егерон долго рассматривал фотографии на смартфоне Марии и удивленно качал головой.

– Я не поверю, что в мире, где нет магии, созданы такие дворцы.

– Это не дворцы, – Мария рассмеялась. – Это дома, которые построила моя фирма для богатых и очень богатых людей.

Сейчас она жалела, что не любила фотографировать все подряд, как это стало модно в последнее время. Она бы могла показать этому старцу кусочек своего мира. В ее смартфоне были только фото объектов, которые построены ее фирмой, фото, которые присылали ей родители, да еще плейлист с ее любимыми песнями.

Они говорили долго, пока Егерон не спохватился.

– Нам пора на аудиенцию к Императору. Не возражаете, если мы после нее еще поговорим о вашем мире?

– С удовольствием, – улыбнулась Мария, поднимаясь с дивана.

– Почему Вы не надели платье? Разве Вам ничего не принесли? – вдруг спохватился мужчина.

– Принесли, – она хмыкнула. – Но знаете, я такое носить не буду, тем более что его кто-то носил до меня.

– Почему не будете?

– А Вы попробуйте надеть на себя четыре или пять слоев всяческой одежды, а сверху еще тяжелое платье. Это выйдет килограмм на десять-двадцать. Я не хочу сломать спину под такой тяжестью, да и ходить во всем этом невозможно.

– Император будет недоволен, – покачал головой мужчина.

– Знаете, Егерон, мне совершенно наплевать, будет он доволен или нет. Я буду носить то, что мне нравится, в чем мне удобно. Лучше скажите, у вас здесь есть швеи?

– Конечно. У нас есть придворная швея.

– Вы проводите меня после аудиенции к ней? – спросила Мария.

– Провожу. Но сейчас давайте поторопимся. Мы уже опаздываем.

Мария оставила пуховик в «своих» покоях, но сумку взяла с собой. Не известно, что с ней будет дальше, но все необходимое будет при ней. А в сумке было все, что так необходимо любой женщине: косметичка с таблетками; большой новый еженедельник с набором ручек; рулетка на десять метров; мультитул охотника; полностью заряженный пауэрбанк, без которого Мария даже не выходила из дому; термос с горячим кофе; кошелек с дисконтными картами; двухлитровая пластиковая бутылка с водой; запасные колготы; флакончик любимых духов; щетка для волос… да много чего. Главное, что там были документы и ключи от квартиры.

Они снова долго шли по коридорам, пока не дошли до большой двери с резными узорами. Стоящие перед дверью стражи открыли ее, старец сделал приглашающий жест. Помещение было довольно большим, но почти пустым. Только слева от входа стоял длинный стол со стульями, напротив входа на возвышении стоял трон. В отличие от того, который уже видела Мария, этот трон был меньше и вырезан из дерева. Императора она увидела сидящим с торцевой стороны длинного стола. «Президиум», – усмехнулась Мария. За этим же столом по обе его стороны сидели какие-то мужчины, около двадцати человек.

– Это члены Имперского Совета, – шепнул ей Егерон, когда они подходили к столу.

При приближении Марии никто из мужчин даже не подумал подняться и предложить ей сесть. Чем ближе они со старцем подходили, тем больше хмурился Вадимирис. Мария остановилась в трех шагах от Императора. Она молчала, молчал и Император, глядя на нее злым взглядом. Молчание затягивалось. Марии это надоело, она осмотрелась, заметила свободный стул по правую руку от Вадимириса, подошла к нему, повесила свою сумку на спинку и села, сложила руки перед собой. Егерон остался стоять.

– Я слушаю Вас, – сказала она, обращаясь к Императору. – Вы хотели меня видеть.

Присутствующие за столом мужчины зашумели, а глаза Вадимириса заметали молнии.

– Почему ты не в платье? – его голос звенел от гнева.

– То платье, что мне принесли, мне не понравилось. К тому же, его уже кто-то носил и носил довольно долго. А я не привыкла носить обноски с чужого плеча. Еще вопросы будут или перейдем к обсуждению главной проблемы?

Мария с улыбкой наблюдала, как по лицу мужчины ходят волны гнева. Если бы они здесь были одни, он точно задушил бы ее своими руками.

«Что, не привык, чтобы с тобой так разговаривали?» – ехидно подумала Мария.

– В следующий раз Вы придете в платье, – наконец проговорил Вадимирис.

– Как скажете, – Мария пожала плечами. Пора было брать разговор в свои руки, чтобы поскорее разрешить все вопросы и уйти к себе. Не мешало бы еще узнать – ее будут кормить или нет. Она начала говорить: – Ваше величество…

– Ваше императорское величество, – пожилой мужчина, который сидел напротив Марии, гневно перебил ее. – Надо говорить – «Ваше императорское величество».

– Да какая разница, – махнула она рукой. – Так короче, но раз вы настаиваете…. Итак, Ваше императорское величество, – она сделала ударение на слове, – как Вы поняли, я попала сюда не по своей воле, не горю желанием выходить за Вас замуж, но раз боги решили, что нашему союзу быть, то нам стоит решить, как мы будем с вами сосуществовать.

– Женщина, что ты себе позволяешь? – казалось, что еще немного и Вадимирис закипит.

Мария закатила глаза и тяжело вздохнула. А что он думал, что она будет сидеть и смотреть ему в рот, кивать, как болванчик и выполнять все его капризы? Ну уж нет. Давать ему спуску она не собирается. Опыт в переговорах, когда надо было наехать на собеседника у Марии был.

– Я уже говорила – я могу позволить себе многое. А сейчас я хочу узнать, как нам разойтись бортами в этой ситуации. Жить с Вами я не собираюсь. И я не желаю устраивать пышную свадьбу. Кстати, как тут у вас заключаются браки?

Она обвела взглядом сидящих за столом мужчин, которые смотрели на нее ошеломленными глазами, словно с ними заговорила табуретка. Из всех только Егерон с улыбкой смотрел на нее. Он же и ответил:

– Брак заключаю я в Святом месте.

– Ну вот и замечательно, – она хлопнула ладонью по столу и заговорила хорошо поставленным голосом, каким обычно раздавала задания своим бригадирам. – Значит так. Через пять дней мы с Его императорским величеством сходим в церковь, то есть в Святое место, старец Егерон Всевидящий заключит наш брак, после чего мы быстро выпьем по бокалу шампанского и разойдемся по своим комнатам. Будет совсем хорошо, если я смогла бы куда-нибудь уехать – подальше от этого дворца. Не буду возражать, если это будет небольшой дом на берегу теплого моря. Даю слово, что приезжать каждую неделю сюда, чтобы уличить супруга в неверности не собираюсь. Но буду возражать, если Вы, Ваше императорское величество, будете наезжать ко мне со своими любовницами и мешать моим занятиям. При этом клянусь, что изменять Вам не собираюсь, это не в моих правилах, имея мужа заводить любовника.

– Да что ты себе позволяешь? Как ты со мной разговариваешь? – наконец вспыхнул Вадимирис. Голос Императора гремел на всю комнату.

– Ты повторяешься, – Мария не стала больше «Выкать». Сам Император тоже никак не мог определиться, как к ней обращаться, на «ты» или на «Вы». – Я уже говорила – я позволяю себе все. А разговариваю так, потому что хочу быстрее решить все вопросы и отправиться на кухню. Есть очень хочется. Я у вас тут уже почти пол дня, а меня никто так и не покормил. Придется позаботиться о себе самой.

– Я прикажу тебя казнить! – закричал Император.

– Ну и ладно, – она пожала плечами. – Прикажи. Это лучше, чем жить с таким самодуром.

Члены Имперского Совета сидели с открытыми ртами, не в силах понять, что тут происходит. Какая-то пришлая из чужого мира так посмела говорить с самим Императором!

– Позвольте напомнить, – подал голос Егерон, – боги не ободрят Ваше решение казнить избранницу. Они накажут Вас, Ваше императорское величество. Вы же помните слова Оракула? Только эта женщина родит Вам истинных наследников.

– Вон отсюда, – Вадемирис подскочил со своего места. – Пусть она убирается в свои покои и не выходит оттуда до нашей свадьбы.

В это время распахнулась дверь и в зал ворвался растрепанный старейший советник Марганис.

– Ваше императорское величество, почему Вы начали Совет без меня? – почти кричал он с порога. Когда подошел ближе и увидел, что Мария заняла его место, схватился за сердце. – Почему эта девка сидит на моем месте? Что Вы себе позволяете?

– О! – улыбнулась Мария. – А тебя уже выпустили?

– Да как ты смеешь со мной так говорить? – советник кричал, брызжа слюной.

Мария стряхнула с рукава долетевшую до нее слюну.

– Я попросила бы не плеваться, – проговорила она ледяным тоном. – А кто ты такой, чтобы я говорила с тобой каким-то особым тоном?

Мужчина перешел на ультразвук, от чего все присутствующие поморщились. Мария обратилась к Императору.

– На этом наше рандеву закончено. Не переживай, дорогой, я позабочусь о себе сама. До встречи в Святом месте.

Она поднялась, подошла к Егерону.

– Святой отец, надеюсь, Вы проводите меня? – получив его кивок, обратилась к Марганису. – А Вам посоветую поменьше нервничать, иначе Вас разобьет инсульт, а Вам еще дочь замуж выдавать.

– С удовольствием, – старец улыбнулся девушке. – Но ко мне лучше обращаться «хранитель».

Она взяла мужчину под руку и пошла на выход из зала.

Глава 5

Когда за Марией и хранителем закрылась дверь, она подмигнула Егерону и усмехнулась.

– Дорогой мой, я бы не отказалась от обеда. Вы проводите меня в туда, где я смогу поесть? И если не трудно, не могли бы Вы стать на какое-то время моим гидом? Конечно, если это Вас не затруднит.

Мужчина улыбнулся.

– Я с удовольствием все Вам покажу. Поверьте, у меня не так много дел в этом дворце. Мне будет только в радость общаться с Вами.

Они неспеша шли по бесконечным коридорам и переходам дворца, Егерон по пути показывал и рассказывал Марии, где что находится.

– Я все равно не запомню сразу, – махнула она рукой. – Вам бы посетителям выдавать клубки путеводные или карту с компасом.

Старец рассмеялся.

– Согласен, дворец большой, начал строится еще первыми императорами. Каждый последующий император пристраивал новый корпус или башню, чтобы увековечить память о себе.

– А Вы где обитаете, если не секрет?

– Да какой секрет. Мои комнаты в башне, где находится Святое место. Это самое старое строение дворца, можно сказать – его сердце. Эта башня построена самым первым Императором на месте, указанном богами.

За разговорами они спустились на первый этаж и подошли к комнате, в которой стоял большой стол, с десяток стульев вокруг него. В углу притулился еще небольшой столик, на котором громоздились пустые тарелки, чашки, лежали столовые приборы.

– Это наша малая столовая, так сказать, для придворных. Большой обеденный зал на втором этаже.

Мария обошла комнату, подошла к окну. Обеденная комната находилась на первом этаже, окна выходили в сад, деревья в котором начали сменять свой зеленый наряд на яркие осенние краски. Ухоженные дорожки, небольшие скамеечки, вазоны с цветами. Мария улыбнулась.

– Здесь красиво. Меня вполне устроит здесь поесть. Конечно, если кто-нибудь не решит отравить меня.

– За это можете не беспокоится. Даже если нам сейчас принесут отравленную еду, я смогу увидеть.

– Магия? – спросила Мария.

– Магия, – кивнул отец Егерон.

– А какая у Вас магия? И можно еще не скромный вопрос? – получив кивок, спросила. – Хранитель, сколько Вам лет и почему на Вас такие одежды?

– У меня Божественная Магия истинного света, именно она делает мои волосы и одежды белоснежными, что символизирует чистоту помыслов и слов. Мне всего триста сорок шесть лет. Я еще слишком молод. По Вашим меркам мне не больше сорока.

– Сколько? – лицо Марии вытянулось в удивлении.

Егерон развел руками и с улыбкой пожал плечами.

– Магия. Я хранитель Императорского Оракула, мы можем жить вечно, если захотим, бессмертие нам дает магия. Двести восемьдесят шесть лет назад я сменил на этом посту предыдущего хранителя, который решил посвятить свою жизнь путешествиям.

Наконец к ним вышел слуга, худой мужчина с желчным лицом, который с неприязнью посмотрел на Марию.

– Прошу накормить нас, – сказал ему Егерон. – И советую ничего лишнего в еду не класть. Вы же знаете, что вас может ожидать?

Слуга кивнул и вышел. Через пять минут в комнате появились слуги, которые несли подносы, заставленные блюдами с кушаньями. Молодая девушка с милыми ямочками на румяных щечках быстро накрыла на стол и поклонилась. Егерон подошел к столу, какое-то время смотрел на все пристальным взглядом, потом кивнул головой.

– Прошу, Мария. За свою безопасность можете не переживать.

Еда оказалась довольно вкусной, хотя Марии не хватало приправ. За столом они продолжали свой разговор. Марии было интересно все, хотелось узнать о мире, куда она попала и что ей ожидать. А Егерон в свою очередь увлеченно расспрашивал Марию о ее мире. Разговор увлек их обоих, незаметно пролетело почти два часа.

– Егерон, предлагаю продолжить нашу беседу в моих комнатах. Мы можем взять с собой еду на ужин, чтобы потом не отвлекаться на поход через весь дворец.

Мужчина кивнул головой, поручил служанке с ямочками собрать им корзинку с едой. Та присела в книксене и умчалась, вернулась минут через десять с полной корзинкой. Здесь были сыр, вареное мясо, лепешки, кувшин с каким-то напитком, овощи, фрукты.

– Отнеси все это в покои элиры Марии и подожди нас там, – приказал Егерон. – Мария, предлагаю зайти к нашей швее. Все равно Вам понадобится какая-нибудь одежда.

Когда служанка ушла с корзинкой, Мария и старец вышли из обеденной комнаты.

– Хорошая девушка, – сказал Егерон, когда они отошли уже достаточно далеко. – Присмотритесь к ней, у нее чистая душа, без злобы и зависти. Если возьмете ее к себе в услужение, она будет Вам верной.

Он тяжело вздохнул.

– Не легко Вам придется, почти все настроены против Вас. Следует ожидать любой подлости. И старейший советник никогда не смириться с тем, что его любимая доченька не станет женой Императора. Если не против, я пока буду рядом с Вами?

– Да я только двумя руками «За». А может перейдем на «ты»? Так у нас общаются люди, у которых сложились хорошие отношения. И мне что-то подсказывает, что мы сможем стать хорошими приятелями.

Они снова долго плутали по дворцовым коридорам, переходам, пока не пришли в комнаты, в которой находилось царство швеи Рестаны, полной женщины пятидесяти с лишним лет, с бледным лицом и почти прозрачными глазами. На ее фигуре трудно было отыскать талию, но зато она могла похвастаться тремя подбородками. Швея встретила Марию в своем «кабинете» снисходительным взглядом и презрительно поджатыми губами, сцепив свои пухлые пальчики в замок на столе, заваленном какими-то бумагами, журналами, лоскутами ткани.

– Боги, во что ты одета, – проговорила Рестана, осматривая Марию. – У нас такое носить недопустимо, я сошью тебе платье, какое подобает носить при дворе.

Мария подняла бровь, удивляясь такому панибратству швеи.

– Милочка, ты ничего не попутала? – спросила ее Мария. – Я будущая жена Императора, а не дворовая девка, которой ты можешь «тыкать» и решать за меня, что я буду носить.

– Но…, – начала возмущаться швея, которая успела узнать о том, что произошло в тронном зале, однако была уверена, что женой Императора станет ее любимица Лузиранда, но Мария ее перебила.

– Никаких «но». Ты пошьешь мне то, что я тебе скажу.

Рестана еще плотнее сжала губы, показывая всем своим видом, как она оскорблена ее словами.

– Дай мне бумагу и карандаш, – сказала Мария. – Я сама нарисую, что хотела бы носить здесь.

Через десять минут швея рассматривала листы с набросками, потом кинула их на стол.

– Я никогда не позволю сшить такое непотребство! Я швея Императорского дворца, а не какая-то модистка.

Мария посмотрела на эту напыщенную даму, кивнула.

– Хорошо. С тобой я поговорю позже. Пойдем, Егерон, – обратилась она мужчине.

Они вышли из владений императорской швеи и направились в комнаты Марии.

– Элира, постойте, – раздался позади них мужской голос.

Мария и Егерон остановились и обернулись. Их догонял молодой мужчина лет тридцати, довольно приятный на вид. Он был невысок ростом, не выше Марии, болезненно худой, с невероятно выразительным добрым открытым лицом.

– Прошу простить мою дерзость, – он подошел ближе и низко поклонился. Мария заметила, что он сжимает в руке листы с ее набросками. – Меня зовут Валерис, я племянник Рестаны. Это я своей магией шью все наряды нашим дамам.

– И что ты хочешь предложить, Валерис? – спросила Мария, разглядывая мужчину. Приятное лицо, прямой открытый взгляд без лишнего подобострастия. Он нравился ей все больше. Его бы накормить, чтобы он немного поправился, и его можно было бы назвать красавцем.

– Я увидел Ваши наброски и понял, что хочу сшить что-то подобное. Прошу, позвольте мне это сделать!

– А твоя тетушка не будет ругаться?

– Мне все равно, что она будет делать. Я давно хочу уйти от нее. Она почти ничего не платит мне за мой труд, выдавая мои наряды за пошитые ее руками. И она еще ни разу не позволила мне сшить то, что действительно красиво. «Ты будешь шить то, что носили мои мать, бабушка, прабабушка, и что будут носить мои дочь, внуки и правнуки», – явно передразнил Рестану мужчина. – А я больше не могу так, не могу шить всю эту безвкусицу! Мне хочется украшать женщину, а не заковывать ее в эти ткани. Прошу, дайте мне шанс.

Он смотрел на Марию умоляющим взглядом. Мария посмотрела на Егерона, тот кивнул, давая понять, что следует задуматься о предложении мужчины.

– Элира Мария, – сказал старец, – думаю, что в моей башне я смог бы найти для Валериса несколько комнат, где он сможет пошить для Вас пару платьев. Моя башня совершенно пуста. Я занимаю всего пару комнат, еще одну комнату занимает мой верный слуга. А вот третий или четвертый этаж башни может занять Валерис, – потом хранитель обратился к мужчине: – Скажи, ты готов уйти от этой Рестаны прямо сейчас?

– Да! – его лицо просветлело.

– Тогда иди в мою башню и скажи Жулису, чтобы он разместил тебя, дал все, что необходимо. А завтра мы обо всем поговорим.

– Это же замечательно! – улыбнулась Мария. – Давайте встретимся утром и обо всем договоримся.

– Валерис, ты же знаешь, где находится моя башня? – спросил Егерон у мужчины.

– Конечно, хранитель. Я благодарю Вас, – он низко поклонился. – Поверьте, Вы никогда не пожалеете об этом.

Они разошлись.

– Егерон, скажи, а каким образом эта дама стала придворной швеей? – спросила Мария, когда они отошли достаточно далеко.

– Все очень просто, – он усмехнулся. – Она давняя подруга старейшего советника Марганиса. Именно он выделил ей эти комнаты во дворце и заставляет всех придворных шить у нее наряды.

– И почему Вадимирис допустил это?

– У Императора есть более важные задачи, чем разбираться со швеей и дамскими нарядами.

Они вернулись в покои Марии. Служанка ожидала их в будуаре, сидя на краешке дивана, прижимая к себе корзинку с провизией.

– Вот черт, я и забыла о ней, – тихо проговорила Мария, обращаясь к Егерону.

Служанка подскочила со своего места, низко поклонилась.

– Как зовут тебя? – спросила Мария.

– Данирия, элира, – девушка присела в книксене.

– Скажи, Данирия, ты хочешь служить мне? – Мария внимательно смотрела на лицо девушки.

– Да, элира! Я бы с радостью служила Вам!

«Егерон прав, – подумала Мария, – девушка открыта и совершенно искренна со мной».

– Тогда сделаем так. Сейчас найди мне какую-нибудь одежду, чтобы я могла в нее переодеться на ночь, потом можешь быть свободной. А утром приходи ко мне, мы решим, что ты будешь делать.

– Слушаюсь, элира, – девушка широко улыбнулась и поспешила выйти.

– Хорошая девушка, – кивнул ей вслед Егерон. – Еще ее мать и бабка служили при дворе. Нет у нее зла в душе.

Мария и старец расположились на удобном диване в будуаре и продолжили свои разговоры. Данирия через минут двадцать принесла белую длинную сорочку из плотной ткани с длинными рукавами. Мария улыбнулась, увидев эту «ночнушку»-антисекс и отпустила девушку. Разговор продолжился. Они и не заметили, как наступила ночь, Егерон зажег над их головами небольшой светлячок, создавая уютную атмосферу.

Вокруг стояла тишина, дворец засыпал. Но вдруг Мария услышала со стороны спальни тихий скрип двери, ведущей из коридора. Привыкшая к любим ситуациям и находясь в ожидании любой подлости, Мария насторожилась и сделала знак Егерону потушить светлячка. Он кивнул и будуар погрузился в темноту. Она осторожно скинула обувь и на цыпочках подошла к приоткрытой двери спальни, прислушалась. Егерон также с предосторожностями подошел к ней. Мария вновь подала ему знак вести себя тихо. Через пару мгновений ожидания она резко распахнула дверь, быстро сделала несколько шагов вглубь спальни и нанесла резкий удар по шее здоровому мужику, который яростно бил ножом куда-то в постель. Мужчина упал и скатился без сознания на пол, Мария быстро повернула его лицом вниз, выбила ногой из его руки нож и закрутила ему руки за спину.

– Егерон, сделай свет, – приказала Мария.

Старец щелкнул пальцами и в комнате стало светло. Егерон увидел, как Мария коленом прижала мужика к полу, а рукой схватила несостоявшегося убийцу за волосы.

– Оторви пару лоскутов, – Мария кивнула Егерону на разрезанную постель.

Он быстро оторвал несколько кусков ткани, протянул Марии. Она ловко связала мужику руки и ноги.

– Позови стражей, – вновь приказала Мария Егерону, – а я пока поговорю с ним.

Мужчина начал приходить в себя, пытался крутить головой, которую Мария жестко фиксировала за волосы.

Когда старец вышел, Мария со всей души ударила мужика кулаком по почкам, продолжая прижимать его коленом к полу.

– Я хочу услышать – кто послал тебя убить меня.

Мужик задергался, пытаясь освободиться от пут. Но Мария связала его крепко. Мужик попытался перевернуться на спину, скинуть женщину с себя.

– Не дергайся, – приказала ему Мария, подняла его голову за волосы и стукнула его лицом о пол. – Спрашиваю еще раз – кто приказал убить меня?

– Да пошла ты, – огрызнулся мужик.

Она еще раз ударила его лицом о пол.

– Сука! Да я тебя, – прорычал мужик, вновь пытаясь скинуть ее.

– Не старайся, у тебя ничего не получится, – она еще сильнее надавила ему коленом на спину, мужик зарычал.

В это время открылась дверь и в комнате появился страж, а следом за ним сам Император.

– Что здесь происходит? – в его голосе звучало раздражение.

– Да ничего особенного, – ответила Мария, поднимаясь с мужика. – Меня тут кто-то хотел убить.

Она пнула ногой мужика в бок, и он скорчился от боли. Император удивленно уставился на девушку, потом обвел взглядом комнату, увидел разрезанную постель, валяющийся на полу здоровый нож.

– Кто это его так? – в лице Императора что-то изменилось, когда он увидел всю картину целиком.

– Я, – спокойно ответила Мария. – Уберите эту падаль иначе я просто прибью его.

– Поднимите его, – приказал Император.

Страж подошел к мужику, схватил за шкирку и резким движением поднял на ноги. В комнате появилось еще два стража, которые помогли первому держать убийцу, который стал вырываться.

– Кто тебя послал? – спросил у мужика Император.

Мужик молчал. Из его носа текла кровь, заливая одежду. Император покосился на Марию, которая стояла рядом, скрестив руки на груди.

– Я спрашиваю – кто тебя послал? – в голосе Императора зазвучала сталь.

– Старейший советник Марганис, – буркнул мужик. – Приказал избавиться от самозванки.

– Этого в темницу, советника ко мне в кабинет, – приказал Император.

Он окинул взглядом Марию, которая спокойно стояла чуть в стороне, и быстрым шагом вышел из комнаты. Стражи тоже вышли и увели с собой мужика.

– Мда, – усмехнулась Мария, – не прошло и суток.

Егерон стоял со сосредоточенным лицом и о чем-то думал.

– Мария, здесь тебе оставаться опасно. Предлагаю пойти ко мне в башню.

– Не возражаю. Да и спать на разрезанном матрасе не слишком удобно. Ты лучше скажи, почему не сработала эта ваша магия?

Хранитель задумчиво молчал.

– Скажи, где ты научилась так драться? – наконец спросил он, не найдя ответа на ее вопрос.

– У нас говорят – жизнь такая, всему научит.

– Ты не испугалась?

– Испугалась? Какого-то мужика с ножом? – она вновь усмехнулась. Если бы он знал, что в свое время ей и пострелять пришлось. – Не испугалась. А вот мужика с пистолетом испугалась бы.

– Пистолетом? – не понял ее старец.

– Расскажу потом, – отмахнулась она. – Ну что, предложение перейти в твою башню еще в силе?

– Да, конечно.

Мария вернулась в будуар, забрала свою сумку, пуховик, взяла «ночнушку», вернулась к Егерону.

– Я готова, веди.