Текст книги "Невеста проклятого короля (СИ)"

Автор книги: Виктория Рейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 7 страниц)

Глава 14

Бал закончился в полночь. Гостей разогнали по покоям, слуги заливали вином пятна крови на мраморном полу. Тело девушки в золотой маске так и не нашли – исчезло, будто его никогда не было. Только золотая маска осталась лежать у колонны, и стража унесла её в неизвестном направлении. Кайран привёл меня в свои покои. Не в те, где я спала – в его личные, куда я не заходила ни разу с тех пор, как он лежал там раненым. Здесь было темно и холодно. Камин не горел. Только луна светила в высокое окно, выходящее на горы. – Садись, – сказал он, указав на кресло у окна. Я села. Шкатулку с записями матери поставила рядом, на пол. Кайран опустился напротив – на подоконник, поджав одну ногу под себя. В лунном свете его лицо казалось вырезанным из кости – белым, острым, с тенями под глазами. – Ты должна знать правду, – сказал он. – Всю. Сначала. Без недомолвок. – Я слушаю. Он посмотрел на свои руки. Когти блеснули в лунном свете. – Семьсот двадцать три года назад я был человеком. Молодым. Глупым. И безумно влюблённым. Я молчала. Он говорил тихо, словно рассказывал сказку – не свою, чужую. – Её звали Моргана. Моргана Ашворт. Красивая, умная, опасная. Она была жрицей древнего культа, поклонялась силам, которых я не понимал. Мы встретились на ярмарке в столице. Я был простым рыцарем без земель и титула. Она – дочерью могущественного лорда. Но она выбрала меня. Или я выбрал её. – Вы любили её? – До безумия. До готовности отдать жизнь. – Он усмехнулся горько. – И отдал. Только не так, как планировал. Он замолчал. Я ждала. – Однажды она пришла ко мне и сказала: «Кайран, я могу сделать тебя бессмертным. Сильным. Непобедимым. Ты станешь королём, драконом, легендой. Но за это придётся заплатить». Я спросил – чем. Она ответила: «Своей человечностью и своей свободой». – И вы согласились? – Я был молод и глуп. – Он поднял на меня глаза. – Я согласился. Она провела ритуал. Влила мне в кровь драконью сущность, связала с древним зверем, который спал в горах. Я стал драконом. Первым из людей, кто смог обращаться. Но ритуал был неполным. Или Моргана обманула меня. Вместо дара она наложила проклятие. – Какое? – Я не могу умереть, пока жив хотя бы один из её потомков. А её род бессмертен. Они передают проклятие по крови. Каждое поколение Ашворт продлевает мою жизнь – и мои страдания. – Поэтому вы женитесь на Ашворт? – спросила я. – Чтобы приблизиться к ним? – Чтобы попытаться снять проклятие. – Он провёл рукой по лицу. – Я думал, что если свяжу себя браком с потомком проклинающей, то проклятие ослабнет. Или я смогу его контролировать. Но каждый раз… каждый раз моя жена умирала. И я не знал почему. – А теперь знаете? – Теперь – да. – Он посмотрел на меня пронзительно. – Проклятие не выносит близости с кровью Ашворт. Оно пожирает её. Медленно. Болезненно. Но не сразу. Элинор прожила семь месяцев. Рейна – четыре. Лианна – шесть. Серена – два года. Мирелла – три года. Чем дольше жена рядом – тем больше она страдает. И тем быстрее растёт проклятие во мне. – То есть вы убили их? – Нет. – Он сжал кулаки так, что когти впились в ладони. – Их убила моя кровь. Моё проклятие. Оно не даёт мне любить. Оно отравляет всех, кто ко мне приближается. Я смотрела на него. На его искажённое болью лицо. На чёрные вены, пульсирующие на шее. – А я? – спросила я. – Я тоже умру? Он молчал так долго, что я уже знала ответ. – Да, – сказал он наконец. – Если мы не найдём способ снять проклятие. Или если ты не уйдёшь. – Ты отпустишь меня? – Если ты захочешь – да. – Он поднял голову. – Я найму корабль, отправлю тебя на юг, в земли, где никогда не было драконов. Там проклятие не достанет тебя. Ты будешь жить долго. Счастливо. Свободно. – А ты? – Я останусь здесь. Буду искать дальше. Или умру в горах один. Я встала. – Нет, – сказала я. – Что? – Я не уйду. Он смотрел на меня, не веря. – Ты не понимаешь, Ариана. Если ты останешься – проклятие убьёт тебя. Как убило всех до тебя. Я не хочу ещё одной смерти. – А я не хочу бежать, – ответила я. – Всю жизнь я убегала. От Харгрейва, от его сына, от его жены. От правды. Я устала. – Это не игра. Это жизнь. – Это моя жизнь. – Я подошла к нему. – И я выбираю остаться. Он покачал головой, но не отстранился, когда я села рядом на подоконник. – Ты сумасшедшая, – сказал он. – Возможно. Но я также та, кто нашла дневник Элинор. Та, кто получила письма матери. Та, кто знает теперь, что проклятие связано с моей кровью. – Да. – Он взял мою руку, осторожно, когтями вверх, чтобы не порезать. – Твоя кровь – ключ. И замок. Она может усилить проклятие – если ты останешься со мной. Или снять его – если пройдёшь древний ритуал. – Какой ритуал? – Тот, что убил Элинор. – Он посмотрел мне в глаза. – Ритуал крови. В полнолуние. В святилище драконов, в горах. Если ты отдашь свою кровь добровольно, с чистым сердцем, любя – проклятие падёт. Если в тебе будет страх или ненависть – ты умрёшь. – Элинор боялась? – Она боялась. И ненавидела. Но она также любила. И этого оказалось недостаточно. – А если любовь сильнее страха? Кайран не ответил. Только сжал мою руку. – Твоя мать знала об этом ритуале. Она готовилась к нему. Но кто-то убил её до того, как она успела. – Дамиан говорит, что это сделал герцог Норвудский. – Дамиан много говорит. – Голос Кайрана стал холодным. – Я не доверяю ему. – А я не знаю, кому доверять. – Я высвободила руку. – Но я знаю одно: проклятие связано с моей кровью. Это мой долг – снять его. – Нет. – Он встал. – Это мой долг – защитить тебя. Я не позволю тебе идти на ритуал. – Ты не можешь меня остановить. – Я король. Могу. – Ты мой муж. И должен уважать мой выбор. Он замер. Чешуя на его скулах проступила ярче. – Ты действительно хочешь этого? – Я хочу свободы. – Я посмотрела ему в глаза. – Не от тебя. От проклятия. От страха. От того, что мы оба умрём, если ничего не сделаем. Он молчал долго. Луна скрылась за тучей. В комнате стало темно. – Хорошо, – сказал он наконец. – Но сначала ты должна узнать всё. Всю правду о себе. О своей матери. О том, почему твоя кровь такая ценная. – Я слушаю. – Твоя мать не просто Ашворт. Она была Верховной жрицей ордена. Того самого, что хранит тайну проклятия. Она знала способ снять его, но не успела записать. Она передала знания только одному человеку – Дамиану. Если он говорит правду – значит, у него есть ключ. – А если он лжёт? – Если он лжёт – мы найдём правду в архивах. Там, где твоя мать работала. В библиотеке, под запретным крылом. – Ты покажешь мне? – Да. – Он взял свечу с камина. – Идём. Сейчас. Пока луна высоко и стража сменилась. Мы вышли в коридор. Библиотека ночью была страшной. Тени прыгали по стенам, свечи мигали, будто кто-то дул на них из-за угла. Кайран шёл впереди, уверенно, будто знал каждый шаг. Я следовала за ним, сжимая в руке кинжал – старый, затупленный, но привычный. – Здесь, – сказал он, останавливаясь у неприметной двери в конце зала. Дверь была железной, с массивным замком. Кайран коснулся его рукой – замок щёлкнул и открылся. Магия. – Запретное крыло, – пояснил он. – Здесь хранятся книги о проклятиях, ритуалах, крови. Твоя мать проводила здесь дни напролёт. Мы вошли. Комната оказалась небольшой, заставленной стеллажами. Пахло пылью, плесенью и чем-то сладковатым – как в склепе. Кайран подошёл к дальнему стеллажу, снял книгу в чёрном переплёте. – Это дневник твоей матери, – сказал он. – Она оставила его здесь. Для тебя. Я взяла книгу дрожащими руками. Открыла первую страницу. Почерк – мамин. Ровный, аккуратный. Я узнала бы его из тысячи. «Моя дорогая Ариана. Если ты читаешь это – значит, меня уже нет. И значит, ты стала женой короля драконов. Не бойся. Он не чудовище. Чудовище – то, что внутри него. И внутри тебя.» Я перевернула страницу. «Проклятие передаётся по крови. Ты носишь его в себе. Как и я. Как и все женщины нашего рода. Оно спит, пока мы далеко от дракона. Но когда мы рядом – оно просыпается. И требует жертв.» «Чтобы снять проклятие, нужно не отдать кровь – а принять её. Принять дракона не как врага, а как часть себя. Соединиться с ним не телом, но душой. Тогда проклятие исчезнет. Или превратится в дар.» Я подняла глаза на Кайрана. – Ты знал об этом? Он покачал головой. – Я знал, что нужна кровь. Но не знал, что соединение душ. – Что это значит? – Не знаю. – Он провёл рукой по лицу. – Возможно, это значит, что мы должны… стать одним целым. Не только в браке. Глубже. – Как? – Может, это любовь. – Он посмотрел на меня. – Настоящая. Искренняя. Та, что побеждает страх и проклятие. Я вспомнила мамину надпись на перстне: «Проклятие снимается только любовью. Не кровью. Любовью.» – Твоя мать знала, – сказал Кайран. – Она хотела провести ритуал соединения. Но её убили. – Кто? – Те, кто не хочет, чтобы проклятие пало. Герцог Норвудский. Его люди. И, возможно… – Он запнулся. – Дамиан. – Я не верю, что Дамиан убийца. – А я не верю ему. – Кайран взял меня за плечи. – Но сейчас неважно, кто из нас прав. Важно то, что у нас есть дневник твоей матери. И у нас есть время до следующего полнолуния. – Сколько? – Три недели. – Он посмотрел в окно, на луну. – Через три недели – полнолуние. Тогда проклятие сильнее всего. И тогда же его можно снять. – Или умереть. – Или умереть, – согласился он. Я закрыла дневник, прижала его к груди. – Я не умру, – сказала я. – Я не позволю себе умереть. Кайран посмотрел на меня долгим взглядом. Потом наклонился и поцеловал – не в губы, в лоб. Легко, почти невесомо. – Я тоже не позволю, – сказал он. Мы вернулись в его покои под утро. Я сидела в кресле, перечитывая мамин дневник. Кайран стоял у окна, глядя на светлеющее небо. – Знаешь, – сказал он, не оборачиваясь, – моя мать тоже была Ашворт. Я подняла голову. – Что? – Ты не знала. – Он усмехнулся. – Проклятие неразрывно связано с кровью. Моя мать – сестра твоей прапрабабки. Мы с тобой дальние родственники. – Это… неправильно. – Это проклятие. – Он повернулся. – Оно запутывает всё. Родство. Любовь. Судьбу. Но оно же и даёт шанс. Потому что только родная кровь может снять проклятие. Я встала, подошла к нему. – Ты боишься? – спросила я. – Да, – ответил он. – Боюсь потерять тебя. Как потерял всех остальных. – Не потеряешь. – Откуда ты знаешь? Я взяла его руку, прижала к своей груди – туда, где билось сердце. – Потому что здесь, – сказала я, – проклятие пульсирует в такт с твоим. Мы связаны. Если я умру – умрёшь ты. Значит, ты сделаешь всё, чтобы я выжила. А я сделаю всё, чтобы выжить сама. – Ариана… – начал он. – Тише. – Я приложила палец к его губам. – Не надо слов. Просто будь рядом. И верь. Он закрыл глаза. Я чувствовала его дыхание – горячее, неровное. – Верю, – сказал он. И в этот момент я поняла: проклятие действительно связано с моей кровью. Но не только. Оно связано с нашими сердцами. И если одно из них перестанет биться – умрут оба. Мы стояли так до рассвета, держась за руки, и слушали, как за стенами замолкают крики призраков. Впервые за много ночей во дворце было тихо. На заре я вернулась в свои покои. Положила мамин дневник под подушку, рядом с перстнем отца. И только тогда позволила себе заплакать. Тихо. Чтобы никто не слышал. Слёзы капали на бумагу, расплываясь чернилами. Но мамины слова оставались чёткими. «Любовь снимает проклятие». Я любила ли? Я не знала. Я знала только, что боюсь потерять. Боюсь так сильно, что это похоже на любовь. Или любовь всегда похожа на страх? Я уснула под утро, сжимая в руке кольцо Кайрана – чёрное, с драконом и рубином. И мне приснился дракон. Огромный, золотой, с глазами цвета расплавленного металла. Он летел надо мной, закрывая небо крыльями. Потом опустился рядом, свернулся кольцом и положил голову мне на колени. – Ты не боишься? – спросил он голосом Кайрана. – Нет, – ответила я. – А должна. – Знаю. – Я погладила его по тёплой чешуе. – Но не могу. Дракон вздохнул, и от его дыхания зацвели цветы. Я проснулась. На подоконнике, в горшке, который был пуст ещё вчера, распустилась белая лилия. Такая же, как те, что стояли в моей комнате в первую ночь. Только теперь она не пахла смертью. Она пахла надеждой.

Глава 15

Следующие три дня я почти не спала. Я читала мамин дневник – страницу за страницей, строчку за строчкой. В нём было всё: история проклятия, описание ритуалов, имена жён Кайрана, имена тех, кто их убил. Имена, которые заставляли кровь стыть в жилах. Герцог Норвудский. Лорд Харгрейв – мой опекун. И Дамиан. Мама не была уверена в его вине. Она писала: «Дамиан то ли союзник, то ли враг. Я не могу понять. Он помогает, но в его помощи всегда есть что-то… лишнее. Будто он играет в свою игру». Я закрыла дневник и спрятала его под матрас – туда, где раньше лежал дневник Элинор. Теперь он был в безопасности. Или нет? Если Дамиан украл один дневник, что мешает ему украсть второй? Но Кайран поставил охрану у моей двери. Двух стражников. Начальник стражи лично проверял коридоры. Я была под защитой. Или под надзором. Я не знала. На четвёртый день после бала я проснулась от того, что не могла дышать. Лёгкие горели, будто я вдохнула пламя. Сердце колотилось где-то в горле, пульс был неровным, скачущим. Я села на кровати, схватившись за грудь, и поняла: это не моя боль. Это боль Кайрана. Я накинула халат и побежала в его покои, не чувствуя ног. Стража у моей двери крикнула что-то вслед, но я не слышала. Я слышала только сердце – чужое, больное, умирающее. Кайран лежал на кровати, скрючившись, прижимая руки к груди. Его лицо было белым, на губах – кровь. Чешуя покрыла всё тело, глаза горели золотым огнём, но в них не было силы – только боль. – Что с ним? – спросила я у лекаря, который уже был там. – Проклятие, – ответил старик, не поднимая головы. – Оно активизировалось. Я не знаю почему. Возможно, из-за близости полнолуния. – Он умрёт? – Если мы не остановим приступ – да. Я оттолкнула лекаря и села на край кровати. Взяла руку Кайрана – горячую, почти обжигающую. Пульс был таким же неровным, как у меня. – Ты слышишь меня? – спросила я. – Ты не умрёшь. Слышишь? Он открыл глаза. Золотые, мутные. – Ариана… – прошептал он. – Уходи… Опасно… – Мне плевать. Я легла рядом с ним, прижалась к его груди – туда, где под чешуёй и шрамами билось его сердце. Моё сердце билось в такт. – Что ты делаешь? – спросил он слабо. – Делю боль, – ответила я. – Если проклятие убивает нас обоих, пусть убивает вместе. Я закрыла глаза и представила, что наша кровь течёт в одном русле. Что наши сердца бьются как одно. Что наши души сплетены в узел, который нельзя разорвать. И произошло чудо. Боль начала уходить. Сначала моя, потом – его. Я чувствовала, как пульс выравнивается, как жар спадает, как чешуя медленно исчезает с его тела. Кайран открыл глаза – уже человеческие, серые, полные изумления. – Что ты сделала? – спросил он. – Не знаю, – честно ответила я. – Я просто… не хотела тебя терять. Он поднял руку и коснулся моей щеки. Когти исчезли – пальцы были обычными, тёплыми. – Связь, – сказал он. – Ты её усилила. Теперь наши жизни переплетены ещё крепче. – Это плохо? – Это опасно. – Он сел, опираясь на подушки. – Если один из нас умрёт – второй умрёт мгновенно. Не через минуту, не через час. Мгновенно. Сердце остановится у обоих в один миг. Я посмотрела на него. – Значит, нам нельзя умирать. – Нельзя, – согласился он. Лекарь, который всё это время стоял в углу, бледный как полотно, шагнул вперёд. – Ваше величество, – сказал он Кайрану, – я никогда не видел ничего подобного. Обычно проклятие не терпит чужого присутствия. Но королева… она буквально впитала часть вашей боли. – Это кровь Ашворт, – ответил Кайран. – Она не чужая проклятию. Она его часть. – Тогда вам нужно быть осторожными, – сказал лекарь. – Любая рана, любая болезнь одного из вас немедленно отразится на втором. Вы теперь не муж и жена. Вы – одно существо, разделённое на два тела. Он поклонился и вышел. Мы остались вдвоём. Я всё ещё лежала рядом с Кайраном, его рука всё ещё касалась моей щеки. – Теперь ты понимаешь? – спросил он. – Почему я не хотел, чтобы ты приближалась? – Понимаю. – Я повернула голову и поцеловала его ладонь. – Но я всё равно здесь. – Глупая, – сказал он, но в голосе была нежность. – Умная, – поправила я. – Я сделала свой выбор. Я не хочу быть свободной – я хочу быть с тобой. Даже если это убьёт меня. – Не убьёт, – сказал он твёрдо. – Я не позволю. – Ты не можешь контролировать проклятие. – Зато могу контролировать себя. – Он сел прямо, посмотрел мне в глаза. – С сегодняшнего дня я буду спать в твоей комнате. Не в кресле – в постели. Рядом с тобой. – Зачем? – Чтобы, если проклятие нападёт ночью, я был рядом. Чтобы делить боль. Как ты сейчас. Я покраснела. – Это… неприлично. – Мы муж и жена, – напомнил он. – Или ты забыла? – Я не забыла. Просто… – Просто ты боишься, – закончил он. – Не меня. Себя. – Да, – призналась я. – Я боюсь, что если мы станем слишком близки – я не смогу уйти. Даже если нужно будет. – А зачем тебе уходить? – Чтобы спасти тебя. Если проклятие начнёт убивать меня – я уйду. Чтобы ты не умер следом. Он сжал мою руку. – Не уйдёшь. Я не отпущу. – Ты не сможешь меня остановить. – Смогу. – Он притянул меня к себе и поцеловал – в губы, долго, глубоко, так, что у меня закружилась голова. – Я привяжу тебя к себе. Не верёвками – душой. Я не ответила. Я просто прижалась к нему и чувствовала, как наши сердца бьются в унисон. Одно сердце на двоих. Одна жизнь. Одна смерть. В ту ночь Кайран перебрался в мою комнату. Он принёс свои вещи – немного, только самое нужное. Слуги переглядывались, но молчали. Эльза, помогавшая мне разобрать платья, спросила только: – Всё хорошо, ваше величество? – Да, – ответила я. – Всё хорошо. Она не поверила, но не стала спрашивать дальше. Мы легли в постель – впервые рядом. Я чувствовала его тепло, слышала его дыхание. Он лежал на спине, глядя в потолок, и не двигался. – Ты спишь? – спросила я. – Нет. – Я тоже. Повисла тишина. Потом он сказал: – Расскажи о своей матери. Какой она была? Я удивилась – он никогда не спрашивал о прошлом. Только говорил о своём. – Она была тёплой, – начала я. – Всегда пахла яблоками и корицей. Пекла пироги по утрам. Расчёсывала мои волосы перед сном и пела песни на старом языке, которого я не понимала. – Она любила тебя. – Да. – Голос дрогнул. – И я любила её. Когда она умерла, я думала, что мир рухнул. И он рухнул. На три года. – Пока ты не попала в мой дворец. – Пока я не попала в твой дворец, – согласилась я. – Здесь другой ад. Но хотя бы я знаю, за что сражаюсь. – За что? – За тебя. За нас. За жизнь. Он повернулся ко мне. В темноте я видела только его глаза – золотые, горящие. – Ты сильная, Ариана. – Нет, – ответила я. – Я просто не умею сдаваться. Он обнял меня – впервые по-настоящему, крепко, прижимая к себе. Я уткнулась носом в его грудь, вдыхая запах дыма и драконьего огня. – Спи, – сказал он. – Завтра будет трудный день. – Почему? – Потому что завтра мы начнём искать того, кто стоит за покушениями. И того, кто украл дневник. – Ты знаешь, кто? – Догадываюсь. – Его голос стал жёстким. – Но нужны доказательства. – Мы их найдём. – Мы их найдём, – повторил он. Я закрыла глаза и провалилась в сон – без снов, без криков, без призраков. Впервые за много ночей. Утром я проснулась от того, что Кайран смотрел на меня. Он лежал на боку, подперев голову рукой, и просто смотрел. В его глазах не было золота – только серая нежность. – Что? – спросила я хрипло. – Ничего, – ответил он. – Смотрю на тебя. Ты красивая, когда спишь. – Я красивая всегда, – пробормотала я, натягивая одеяло на лицо. Он рассмеялся – впервые за всё время. Смех был низким, грудным, и от него что-то перевернулось у меня в груди. – Пойдём, – сказал он, вставая. – Нас ждут дела. – Какие? – Начнём с архива. Там, где твоя мать работала. Там могут быть подсказки. Я встала, накинула халат. Мы вышли в коридор – рука об руку. Стража у дверей вытянулась, глядя на нас с изумлением. Король и королева, идущие вместе. Неожиданно. Мы спустились в архив – в ту самую комнату, где были прошлой ночью. Но теперь она выглядела иначе. Стеллажи были сдвинуты, книги лежали на полу, а на стене красовалась надпись, выжженная огнём: «НЕ ИЩИТЕ ПРАВДУ. ОНА УБЬЁТ ВАС». Кайран побледнел. – Кто-то был здесь. Этой ночью. Пока мы спали. – Зачем? – спросила я. – Чтобы уничтожить улики. – Он подошёл к стеллажу, где вчера лежал мамин дневник. Дневник исчез. – Они забрали его. – Но мы вчера читали его. Я запомнила почти всё. – Запомнила? – Почти всё. Имена. Факты. Даты. Кайран повернулся ко мне. В его глазах горела надежда. – Ты – моё сокровище, – сказал он. – Ты даже не представляешь, насколько. – Я просто имею хорошую память. – Нет. – Он подошёл и взял меня за руки. – Ты – та, кто спасёт нас. Я знаю это. Я хотела ответить, но в этот момент дверь распахнулась. На пороге стоял Дамиан. Бледный. Взволнованный. – Ваше величество, – сказал он, обращаясь к Кайрану. – В городе мятеж. Герцог Норвудский собрал войска. Они идут к дворцу. – Когда? – Через два дня. Может быть, раньше. Кайран отпустил мои руки и шагнул к Дамиану. – Откуда ты знаешь? – Мой шпион передал. – Дамиан протянул смятое письмо. – Читайте. Кайран прочитал. Его лицо стало каменным. – Они требуют моей головы. И головы королевы. – Да. – Дамиан перевёл взгляд на меня. – Им нужна её кровь. Для ритуала, который сделает дракона бессмертным. – Какого ритуала? – спросила я. – Того, что убьёт вас обоих, – ответил Дамиан. – Если они захватят дворец – вы умрёте. Но если вы сбежите сейчас – сможете вернуться с армией. – Нет, – сказала я. – Я не побегу. Я буду сражаться. – Ариана… – начал Кайран. – Нет, – повторила я. – Ты сказал, что мы одно целое. Если ты сражаешься – сражаюсь и я. Он посмотрел на меня долгим взглядом. Потом кивнул. – Хорошо. Тогда готовимся к осаде. Дамиан склонил голову. – Я с вами, – сказал он. Кайран посмотрел на него с подозрением. – Докажи, – ответил он. – Докажу, – сказал Дамиан. – Я открою вам тайну, которую хранил двадцать лет. Тайну вашего проклятия. И тайну крови Арианы. Он шагнул в комнату, закрыл за собой дверь и начал говорить. Он говорил час. Мы слушали, не перебивая. И к концу его рассказа я знала, что наша связь – не просто магия. Это судьба. Потому что моя кровь была не просто кровью потомка. Я была той, кто должна была родиться. Через семьсот лет после проклятия. В день, когда звёзды сойдутся. В час, когда луна станет красной. Я была последней. Последней Ашворт. Последней надеждой. И если я умру – проклятие станет вечным. А Кайран останется драконом навсегда.