444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Виктория Крафт » Кошкин дом для попаданки (СИ) » Текст книги (страница 6)
Кошкин дом для попаданки (СИ)
  • Текст добавлен: 31 октября 2026, 05:33

Текст книги "Кошкин дом для попаданки (СИ)"


Автор книги: Виктория Крафт



сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 11 страниц)

Глава 20. Операция «Командировка», кошачьи няньки и прораб-перфекционист

Утро после «электрического поцелуя» началось с того, что я поняла: если я не загружу себя работой до состояния клинической усталости, я начну выть на луну. А выть я не собиралась. У меня был имидж.

Я села за свой дубовый стол, включила Камень Бури на полную мощность (чтобы аура детей и моя собственная статика не фонили на весь квартал) и хлопнула в ладоши.

– Арчибальд! Риска! Ко мне! Сюда же всех управляющих!

Следующие три дня я была не беременной кошкой, брошенной принцем, а безжалостным генеральным директором.

Мой кабинет превратился в центр управления полетами.

– Госпожа Лена! – Риска влетала в комнату, ее хвост дергался. – Чрезвычайная ситуация! Бобры опять перегородили реку, и нижние пастбища начинает подтапливать!

– Звоните... то есть, бегите к старейшине бобров, – не отрываясь от свитков, бросала я. – Предложите им контракт на строительство новой плотины с оплатой процентом от спасенного урожая. Если откажутся – пригрозите, что мы перекроем поставки их любимого красного дерева.

– Леди Лена! – в дверях появлялся управляющий-олень. – Лисы из южного клана требуют пересмотра квот на зимнее мыло! Они ссылаются на форс-мажор!

– Форс-мажор – это когда река меняет русло, а не когда у них закончились жиры, – огрызалась я. – Скажите им, что скидка не превышает трех процентов, и только при условии предоплаты золотом. Иначе пусть моются в речной грязи.

Я решала проблемы, подписывала контракты, отчитывала вороватых кладовщиков и оптимизировала логистические маршруты. Работа была лучшим анестетиком. Но стоило мне остаться в тишине, как рука сама собой ложилась на живот.

Пока он был плоским. Но через месяц, через два... В Посаде слишком много чутких носов. Волки учуют изменения в моем гормональном фоне. Лисы поймут, что я избегаю определенных продуктов. А если они узнают, что советница Альфы ждет метисов...

Я посмотрела на свое отражение в начищенном медном тазу. Золотые глаза с вертикальными зрачками смотрели строго.

– Так, – прошептала я. – Мы не паникуем. Мы планируем.

Я открыла нижний ящик, достала карту региона и ткнула пальцем в небольшой, уютный городок в трех днях пути от Посада. Тихие Ключи. Известен своими целебными источниками, тихими улочками и отсутствием политического шума. Идеальное место для санатория. Или для секретного роддома.

– Арчибальд, – позвала я. – Мы открываем филиал Торгового Дома «Черный Коготь» в Тихих Ключах. Я лично еду туда налаживать связи и закупать недвижимость. Это будет... расширенная командировка. На полгода. Минимум.

– А как же Посад? – пискнула мышь.

– Риска остается за старшую по производству. Кайл обеспечивает охрану складов. А ты, Арчибальд, ведешь бухгалтерию. Если кто-то спросит, почему я так надолго – скажете, что я захватываю рынок лечебных трав и минеральных вод. Это звучит солидно. Никто не усомнится.

Через неделю я уже въезжала в Тихие Ключи.

Городок был именно таким, как я любила: чистым, спокойным, пахнущим хвоей и горячими камнями. Я не стала мелочиться. Выкупила у разорившегося оленьего лорда двухэтажный каменный особняк с закрытым внутренним двором, садом и, что самое главное, с уже готовой, огромной каменной баней.

Но дом нуждался в ремонте, а я – в персонале.

С местными кошками я договорилась быстро. Кошачьи зверолюди в этом мире ценились как отличные специалисты, но они были ужасно независимы. Я не стала их нанимать в прислуги – я наняла их как «менеджеров по работе с премиальными клиентами».

Матрона по имени Марта, пожилая, толстая черная кошка с шрамом на ухе и невероятно мудрым взглядом, осмотрела дом, понюхала меня и кивнула.

– Ты пахнешь озоном и молоком, девочка, – пророкотала она. – И в тебе бьются три сердца.

Я напряглась, но она лишь усмехнулась, обнажив острые клыки.

– Не бойся. Камень на твоей шее глушит запах. Для других ты просто нервная торговка. Но мы, старые кошки, видим суть. Я приведу трех девочек. Они чистокровные, спокойные и умеют варить травяные чаи от тошноты. Мы проследим, чтобы ты и твои котята были в безопасности. А ты будешь платить нам золотом и кормить свежей рыбой.

– Договорились, – выдохнула я.

С няньками вопрос был закрыт. Но дом нужно было перестраивать. Нужны были теплые полы в детском крыле, усиленные стены, скрытая система вентиляции и отдельный, хорошо охраняемый флигель для меня.

Для этого мне нужен был прораб. И я отправилась на местную биржу мастеров.

Биржа представляла собой шумный двор, где медведи предлагали свои услуги по валке леса, а барсуки торговали камнем. Я прошла в крытое помещение, где сидели архитекторы и строители.

Мой взгляд зацепился за угловой стол. За ним сидел барсук. Он был не таким старым и ворчливым, как Грим из таверны. Этот был в расцвете сил: широкие плечи, густая серо-серебристая шерсть, аккуратная бородка. На носу у него сидело пенсне, а перед ним были разложены чертежи. Он что-то яростно доказывал тощему еноту, тыча лапой в план.

– Это несущая стена, идиот! – рычал барсук, его голос был глубоким и бархатистым, как звук работающего двигателя. – Если ты уберешь этот выступ, крыша рухнет при первом же снегопаде! Я не буду строить то, что развалится через зиму!

Енот пискнул что-то про экономию и удрал. Барсук фыркнул, снял пенсне и протер его полой жилета.

Я подошла к столу и выложила свои чертежи.

– Мне нужно перестроить внутреннее пространство вот этого особняка, – сказала я, не тратя времени на приветствия. – Нужны теплые полы на водной основе, усиление фундамента в восточном крыле, скрытая система вентиляции и изоляция стен от посторонних звуков.

Барсук поднял глаза. У него были карие, очень умные и внимательные глаза. Он скользнул взглядом по моему знаку Альфы (я его не снимала, он все еще давал статус), потом по моему лицу, затем перевел взгляд на чертежи.

Он не стал задавать глупых вопросов вроде «зачем вам скрытая вентиляция». Он просто достал уголек и начал быстро вносить правки в мой план.

Глава 21. Три маленьких актива, геотермальный комфорт и внимание, полезное для здоровья

Зима в Тихих Ключах выдалась снежной, но в моем новом доме было тепло настолько, что я могла ходить в легкой шелковой рубахе. Геотермальный контур, который спроектировал и воплотил барсук Бальтазар, работал как швейцарские часы. Медные трубы под полом гудели тихо и равномерно, отдавая камням приятное, живое тепло.

Именно на этом теплом полу, застеленном мягкими шкурами, через восемь месяцев у меня начались схватки.

Кошачья физиология штука быстрая, но магия Молнии, бурлящая в крови, добавила процессу изрядную долю драматизма. Когда потуги начались, по комнате буквально пошли круговые разряды. Арчибальд, выполнявший роль ассистента, визжал и прятался за медным тазом, каждый раз, когда я выдыхала, а от моих пальцев к дверным ручкам перескакивали синие искры.

– Дыши, молодая особа! Дыши! – суетилась Марта, ее лапы были быстрыми и уверенными. – Первый идет!

Первый родился с тихим, но невероятно мощным треском, словно в комнате лопнул крошечный шар молнии.

Я упала на подушки, тяжело дыша, и Марта протянула мне сверток.

Это был он. Метис.

Его шерстка была темно-серой, с серебристыми кончиками, но самое поразительное было в глазах. Когда он открыл их, я увидела не кошачьи и не волчьи зрачки, а вертикальные щели, пылающие электрическим золотом. Он не заплакал. Он издал тихое, вибрирующее рычание, от которого у меня на коже поднялись дыбом волосы, а Камень Бури на моей шее раскался докрасна.

В его крошечном теле пульсировала аура Альфы. Чистая, доминантная, пахнущая грозой и озоном.

– Боги Луны... – прошептала Марта, перерезая пуповину. – Он... он искрит.

– Это нормально, – выдохнула я, прижимая его к груди. Он тут же успокоился, его крошечные лапки с острыми, как иглы, коготками уперлись мне в ключицу. – Второй. Давай.

Второй родился тихо.

Я посмотрела на него и замерла. Это был не метис. Чудеса генетики или магии, но передо мной лежал абсолютно чистокровный волчонок. Его шерстка была идеально ровного, благородного серебристо-стального цвета, мордочка – воплощение аристократичной волчьей красоты. Никаких искр, никакой статики. Просто невероятно красивый, здоровый щенок с голубыми, как зимнее небо, глазами.

– Чистая кровь, – удивленно протянула Марта. – Редкость для смешанных союзов. Он будет красавцем.

– А это, – улыбнулась я, принимая третий сверток, – моя девочка.

Крошечная, угольно-черная кошечка. Точь-в-точь как я, только с крошечными розовыми подушечками на лапках и большими, изумрудными глазами. Она тут же начала громко, требовательно мурлыкать, и это было самое приятное звучание в мире.

Волк, кошка и Альфа-молния.

Мои три главных проекта. Мои три самых дорогих актива.

Через неделю, когда я уже немного пришла в себя, Марта пришла ко мне с пергаментом и гусиным пером.

– Госпожа Лена, нужно заполнить реестр для Гильдии Магов. Для каждого ребенка нужно указать имя... Обычно дают имена в честь предков или доблестей. Шторм, Клык, Тень, Серебро...

Я сидела в кресле-качалке, глядя на троих малышей, спящих в большой корзине.

Шторм? Клык? Нет. Я могла бы назвать их так, чтобы вписаться в этот мир. Но где-то глубоко внутри жила та самая Лена. Девушка из другого мира, которая сводила дебет с кредитом. Эти дети были моей связью с той, настоящей жизнью.

– Записывай так, – твердо сказала я. – Метиса – Матвей.

Марта замерла.

– Мат... Матвей? Но это же звучит как...

– Как имя древнего мага из-за Семи Морей, – невозмутимо перебила я. – Очень редкое, сакральное имя. Волчонка – Владимир. Но в быту мы будем использовать сокращенную, древнюю форму – Вова.

– Во... ва? – Марта выглядела так, будто пыталась представить, как двухметровый волк-альфа рычит на врагов именем «Вова». – Госпожа, это звучит... очень компактно.

– В этом и есть его сила, – отрезала я. – А девочку – Екатерина. Домашнее – Катя.

Марта молча вывела закорючки.

– Матвей, Владимир, Екатерина, – пробормотала она. – Странные имена, госпожа. Но... в них есть какая-то тяжелая, заземленная сила.

Я осталась в Тихих Ключах еще на два месяца. Кошачья физиология и магия Молнии творили чудеса – фигура вернулась в норму уже через месяц, а тошнота прошла бесследно.

Мой распорядок дня был идеален. Утром я кормила детей (к моему удивлению, Вова охотно пил молоко, а Матвей иногда случайно бил током соску, если слишком голоден). Днем я занималась документами. А вечером Марта и ее три помощницы нянчились с малышами.

Когда пришло время возвращаться, я стояла у двери детской. Малыши спали. Вова свернулся клубком, Катя обняла его, а Матвей лежал чуть поодаль, но его крошечная лапка касалась их обоих.

– Я еду закрывать сделки, Марта, – тихо сказала я. – Чтобы обеспечить их будущее. Здесь они в безопасности. А в Посаде мне нужно вернуть то, что принадлежит мне по праву. Скажешь всем, что я уехала в командировку, налаживать связи в филиале.

– Мы проследим, чтобы Матвей, Вова и Катя были сыты и здоровы, – кивнула старая кошка. – Возвращайся скорее, Лена.

Я кивнула, сжимая кулаки.

Прежде чем вернуться в Посад, мне нужно было привести себя в порядок. Я не могла появиться там в виде уставшей матери. Я должна была появиться в виде владелицы огромного состояния, которая только что провернула гениальную сделку и прекрасно отдохнула.

Я устроила себе шоппинг. Местные портные, почуяв мои золотые и статус советницы Альфы, готовы были шить на мне хоть из золотых нитей. Я выбрала несколько комплектов одежды из темного, дорогого бархата и плотного шелка. Высокие воротники, приталенные силуэты, подчеркивающие, что я стройна и подтянута, и тяжелые, расшитые серебряной нитью плащи.

Я смотрела в зеркало. На меня смотрела Королева. Холодная, красивая, невероятно богатая.

Выходя из магазина тканей с тяжелыми свертками, я чуть не столкнулась с массивной, надежной фигурой.

– Осторожнее, леди, – раздался глубокий, спокойный голос.

Я подняла глаза. Бальтазар. Тот самый барсук-прораб. Он был в чистом темно-синем камзоле, его густая серо-серебристая шерсть была аккуратно расчесана, а на носу сидело привычное пенсне.

Глава 22. Дебет с кредитом, чистокровная радость и пепел на ветру

Дебет с кредитом в третьем квартале сходились идеально.

Я сидела в своем кабинете в Посаде, наслаждаясь тихим шелестом пергамента и запахом дорогих чернил. Передо мной лежали новые предложения: от барсука Бальтазара – чертежи на строительство крытого рынка из стекла и металла; от кроличьего клана – запрос на закупку удобрений для их новых полей; и от Гильдии Магов – очень вежливое, но настойчивое приглашение на закрытый аукцион редких артефактов.

– Если мы заложим в цену стекла тридцать процентов маржи, а удобрения будем продавать по подписке, то к зиме наш капитал вырастет еще на сорок процентов, – пробормотала я, делая пометки на полях. – Арчибальд, занеси это в реестр.

– Уже заношу, госпожа, – пискнула мышь, быстро строча лапкой. – Но... у меня есть еще один доклад. От наших информаторов из волчьей крепости.

Я даже не подняла глаз, подписывая очередной контракт.

– Говори. Варг мертв, старейшины смирились, налоги собираются исправно. Что еще?

– Леди Бланш... – Арчибальд замялся. – Она прошла обряд у целительниц. Она беременна. Ожидается в конце весны. Совет Старейшин уже объявил о скором рождении наследника.

Мое перо остановилось. Чернильная капля упала на пергамент, расплывшись черным, уродливым пятном.

Беременна.

Я медленно отложила перо и посмотрела в окно. Там, за высокими стенами волчьей крепости, принц Торн, который клялся, что будет спать на полу, делал то, что от него требовала стая. Он не терял времени. Он обеспечил свою «чистокровную» линию. Он играл по их правилам.

Ну что ж. Поздравляю, Ваше Высочество. Ты получил свой трон, свою невесту и своего идеального щенка. А я получила свободу действий.

Я должна была чувствовать горечь. Или обиду. Но вместо этого я почувствовала лишь холодное, кристально ясное облегчение. Теперь, когда у Альфы будет чистокровный наследник, клану больше не понадобится искать «дефектных» метисов или копаться в моем прошлом. Мои дети были в безопасности. Никто не станет свергать Альфу ради какой-то там черной кошки.

И тут произошло то, чего я не ожидала.

Камень Бури, висевший на моей шее, вдруг стал ледяным.

Не просто прохладным. Ледяным до такой степени, что я ахнула и схватилась за него рукой. Он пульсировал. Ритмично, резко, как испуганное сердце. И эта пульсация отдавалась острой болью в моей собственной груди, прямо там, где когда-то росли мои дети.

– Госпожа? – Арчибальд испуганно посмотрел на меня. – С вами все в порядке? От вас... от вас искрит.

Я посмотрела на свои руки. По кончикам пальцев бежали не синие, а ослепительно-белые молнии. Мой внутренний голос, голос матери, который я так старательно глушила в себе голосом генерального директора, внезапно завыл в полную силу.

Опасность. Им больно. Они в опасности.

– Риска! – мой голос прозвучал так резко, что мышь подпрыгнула под потолок.

Белка мгновенно материализовалась в дверях.

– Я здесь, госпожа!

– Ты остаешься за старшую в Посаде. Заморозь все новые проекты. Никаких трат, никаких рисков. Если придет кто-то из Гильдии или от кланов – скажи, что я уехала с инспекцией на северные рудники. Арчибальд, ты при ней. Он будет вести бухгалтерию.

– Но... а как же вы? – пискнула мышь.

– Я еду к детям, – я рывком встала из-за стола, сбив кресло. Камень на шее жег кожу, но я не чувствовала этого. – Седлайте мне «Бурю». И пусть конюх подготовит сменную лошадь на полпути. Мне нужна скорость.

– Госпожа, но до Тихих Ключей три дня пути, одна лошадь не выдержит такого темпа, вам нужна охрана...

– Кайл вернулся в клан, у меня нет времени собирать новый отряд! – рявкнула я. Воздух в кабинете затрещал. От моих волос во все стороны разлетелись электрические разряды, попавшие в медную люстру, от чего та громко звякнула. – Если я не выеду через пять минут, я сожгу этот кабинет к чертям собачьим!

Мы скакали как одержимые.

Я не чувствовала усталости. Я не чувствовала холода. Камень Бури на моей шее бился как бешеный, каждый удар отзывался в моей голове тошнотой и страхом. Я гнала лошадь, заставляя ее идти на пределе возможностей, меняя животных на станциях, и ехала одна, потому что никто не мог угнаться за моим безумием.

Держитесь, малыши, мысленно молилась я, вживляя когти в луку седла. Матвей, Вова, Катя... мама едет. Мама уже близко.

На третий день, когда солнце начало клониться к закату, я въехала в долину Тихих Ключей.

Обычно этот городок пах хвоей и минеральной водой. Но сегодня ветер нес совсем другой запах.

Гарь. Паленое дерево. Расплавленный камень.

Мое сердце ухнуло в пятки. Я свернула на улицу, где стоял мой особняк, и натянула поводья так резко, что «Буря» взвилась на дыбы.

Особняка не было.

На его месте зиял черный, дымящийся остов. Каменные стены потрескались от жара, крыша обрушилась внутрь, а роскошные геотермальные полы, которыми я так гордилась, теперь представляли собой груду расплавленных медных труб и обугленных балок.

Я соскочила с лошади, даже не привязав ее, и побрела к руинам. Жар еще исходил от углей, обжигая лицо, но мне было все равно.

– Марта! – закричала я. Мой голос сорвался на визг. – Марта! Девочки!

Тишина. Только треск догорающих балок и свист ветра. Никто не вышел из дыма. Никто не отозвался.

Я ворвалась в то, что осталось от детской. Пол провалился подо мной, я упала на колени в горячую золу.

– Матвей! Вова! Катя! – я кричала до хрипоты, разгребая обугленные доски голыми руками. Когти ломались, пальцы обжигались, но я не чувствовала боли. – Матвей!!!

Ничего.

Ни тел. Ни крови. Ни косточек.

Я остановилась, тяжело дыша, глядя на свои обожженные, черные от сажи руки. Камень Бури на шее перестал биться. Он стал просто горячим, тяжелым камнем.

Их здесь не было. Когда дом загорелся, их здесь уже не было.

Кто-то знал, где они. Кто-то знал, что я уехала. Кто-то подождал, пока дом опустеет, и только тогда нанес удар.

Я медленно поднялась на ноги.

Глава 23. Старый бландхаунд, архивы клана и обгоревшая птица

Городская стража была бесполезна. Они бы месяцами писали отчеты, пили эль и искали козлов отпущения среди местных бродяг. Мне не нужны были отчеты. Мне нужны были результаты. И у меня были деньги, чтобы эти результаты купить.

Поэтому я направилась не в ратушу, а в нижний квартал, где пахло сырой кирпичной кладкой, дешевым табаком и чужими секретами.

Контора сыскного агентства «Острый нюх» находилась в полуподвале. Внутри пахло мокрой шерстью, старым пергаментом и крепким кофе. За массивным дубовым столом, заваленным папками, сидел Мастер Ролф – старый, шрамированный бландхаунд-зверолюд. Его длинные уши волочились по полу, а мутные глаза, казалось, видели тебя насквозь, оценивая, сколько на тебе золота и насколько легко его отнять.

В приемной, на потертом кожаном диване, сидел он.

Альтаир. Снежный барс.

Он выглядел так, словно попал в этот подвал по ошибке, но решил проявить вежливость. Его серебристо-белая шерсть с темными розетками безупречно блестела, на нем был строгий камзол из темного сукна, а длинные пальцы с аккуратными когтями элегантно держали свежий выпуск «Торгового вестника». При моем появлении он поднял глаза. В его ледяном, пронзительном взгляде не было удивления, только легкий, оценивающий интерес.

– Леди Лена, – его голос был тихим, бархатистым. – Не ожидал увидеть вас в таких... мрачных местах.

– Дела, мастер Альтаир, – сухо бросила я, проходя мимо него и толкая дверь в кабинет сыщика. – У меня всегда дела.

Ролф поднял свою тяжелую, морщинистую голову.

– Кошка, – пророкотал он. – Если ты ищешь пропавшего мужа, то это не ко мне. Это к лисам, они любят такие драмы.

– Мне не нужен муж, – я села напротив, не дожидаясь приглашения. – Мне нужно знать, кто сжег мой особняк в Тихих Ключах три дня назад. И мне нужно найти персонал. Семерых кошек-нянек и троих детей.

Ролф дернул длинным ухом. Его ноздри раздулись, улавливая мой запах. Он почувствовал озон, гарь и ту самую, звенящую ярость, которая не давала мне уснуть.

– Это будет стоить дорого, леди, – медленно произнес он. – Тихие Ключи – тихое место. А поджог такого уровня... это работа профессионалов. Мне придется напрячь всю сеть. Две тысячи золотых. Предоплата.

– Три тысячи, – не моргнув глазом, сказала я, выкладывая на стол тяжелый, звенящий мешок. – Но вы начинаете прямо сейчас. И вы не спите, пока не найдете хотя бы одну из моих нянек. Живую или мертвую.

Ролф усмехнулся, обнажая ряд желтоватых клыков. Его лапа легла на мешок.

– С такой оплатой я не буду спать неделю. Подождите в приемной, я сейчас прикажу своим щенкам собрать информацию на трактах...

Я вышла в приемную. Альтаир даже не шелохнулся, но я чувствовала на себе его взгляд. Он сложил «Торговый вестник» и откинулся на спинку дивана.

– Три тысячи золотых за одну ночь, – тихо произнес он. – Вы щедры, леди Лена. Или отчаянны.

– Я прагматична, – отрезала я, собираясь уйти, но он вдруг встал. Его движения были бесшумными, как у хищника, крадущегося к водопою.

– Вы ищете выживших, – сказал он, и в его голосе больше не было светской вежливости. – Служанку. Молодую девочку, кажется, ее звали Пиппа? Я слышал ваш разговор с Ролфом. Стены здесь тонкие, а у меня отличный слух.

Я замерла. Сердце пропустило удар.

– Откуда вы знаете о ней? – мой голос упал до опасного шепота. Мои пальцы начали искрить, но я сжала их в кулаки. – И какой помощи вы сами ищете у сыщика, мастер Альтаир? Вы выглядите как человек, у которого есть всё.

Он тяжело вздохнул, и на миг его аристократичная маска треснула, обнажив досаду.

– Наследство, – буркнул он. – Мой дальний родственник по материнской линии умер бездетным. Он оставил мне поместье и рудники. Но для вступления в права мне нужно подтвердить свое родство. Нужна бумага о моем титуле и происхождении.

– И что, сыщик не может ее найти?

– Ролф ищет в городских архивах, – Альтаир поморщился. – Я сам искал. Но я никогда не пользовался этим титулом. Я жил своим умом и своим капиталом. Поэтому я даже не знал, что эта бумага вообще существует, пока не пришло письмо от нотариуса. А теперь, чтобы вступить во владение, мне нужно доказать, что я – законный наследник клана моей матери. Я перерыл городской архив, но там нет ничего, кроме налоговых ведомостей.

Я закрыла глаза на секунду, перебирая в голове всю информацию, которую я накопила за последние месяцы, скупая активы и изучая кланы. Мать Альтаира... Снежные барсы редки, но ее девичья фамилия...

– Городской архив – это место для простолюдинов и налогов, – открыла я глаза, глядя ему прямо в лицо. – Клан Горностаев не хранит регистры крови в ратуше. Их «Книга Рода» находится в сейфах их собственного кланового совета, у старейшин. Идите туда. Назовите имя вашей матери. Потребуйте открыть регистр. Они не могут отказать прямому наследнику, тем более такому, кто пришел не с пустыми руками. Ролф будет искать ее еще месяц. Вы найдете ее за час.

Альтаир смотрел на меня. Долго. В его глазах плескалось нечто новое. Не просто интерес. Это было глубокое, хищное уважение.

– Вы... великолепны, – тихо произнес он. – Вы видите этот мир насквозь, леди Лена. Вы знаете их законы лучше, чем они сами.

– Я знаю их слабые места, – поправила я. – Так мы поможем друг другу? Где Пиппа?

Его ледяные глаза потеплели.

– Никаких контрабандистов и похитителей, леди Лена. Мои люди в Тихих Ключах – а у меня там есть пара надежных торговцев пушниной – выяснили, что девушку нашли на дороге, в полулиге от пепелища. Она обгорела, но смогла доползти до леса. Ее подобрала старая травница, ведьма Ива. Она живет на отшибе, у Черного озера. Девушка жива, но она в бреду и сильно обожжена. Ива лечит ее своими отварами.

Я выдохнула. Воздух в легких обжег, но это был воздух облегчения. Она жива. Пиппа жива. А значит, она видела лица тех, кто пришел в дом. Она видела, кто поджег геотермальные трубы.

– Веди меня к ней, – рявкнула я, и по полу пробежала синяя молния.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю