Текст книги "Перерождение (СИ)"

Автор книги: Вик Романов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

Глава 21

Рана на моём плече не заживала. Регенерация не работала. Кровь стекала по руке, на полу образовалась красная лужица. Вскользь я отметил, что при таком глубоком ранении кровь должна течь едва ли не ручьём, а не такой тонкой струйкой. Значит, регенерация не отключилась – просто сильно ослабла. Зубастые твари, которых выплюнул Демон-шар, бешено завизжали и бросились в погоню за людьми. Штук десять метнулись к нам, но Женя активировал заклинание – Защитную Сферу. Вокруг нас образовался багровый полупрозрачный шар – тварюшки пролетели сквозь него, но через секунду взорвались кровавыми бомбами.

«Демон-дуал с заклинанием контролирующего и трансформирующего действий. Он выращивает мелких хищников из собственной плоти и управляет ими телепатически, – проговорил Гидра-помощник. – Второй Демон, судя по всему, обладает заклинанием, которое запрещает регенерацию. Любое ранение, которое он нанесёт обычному человеку или магу-нулёвке, будет смертельным. Кроме вас, разумеется. Вы медленно истекаете кровью и сможете провести в бою максимум пять минут. По истечении этого времени потеряете сознание, но не умрёте».

Демон-шар выплюнул ещё порцию мерзких монстриков, но больше ничего не успел сделать – к нему подскочил охранник. Он активировал заклинание, и в воздухе материализовался огромный мыльный пузырь. Ещё и переливался весело, словно радуга. Пузырь накрыл Демона-шар и начал очень быстро уменьшаться. Демон трепыхался, пытаясь выбраться, но бесполезно – его раздавило и расплющило, превратив в маленький мясной шарик. Но радоваться было рано – второй Демон не только замедлял регенерацию, но и был весьма ловким и быстрым. Стремительным рывком он навалился на охранника и разодрал ему горло.

Невероятно быстрый. Нужно срочно эвакуировать моих друзей – заклинания Димы и Аделины бесполезны, а Женя может активировать своё всего один раз, и он его уже использовал.

– Убегайте! – я сгрёб в охапку ребят и подтолкнул к лестнице.

Повезло – никто из них не горел желанием геройствовать. Очнувшись от ступора, они помчались на второй этаж. На площадке между этажами Аделина увидела, что я отстал, и притормозила. В её глазах вспыхнуло возмущение – она не желала меня бросать. Вопросительно на меня посмотрела и судорожно огляделась – видимо, искала лёд или огонь. Её заклинание трансформирует определённые материи и без них оно бесполезно. Дима и Женя заметили её заминку и вернулись назад.

Я поймал взгляд Аделины и произнёс:

– Уведи их отсюда.

Ну давай же, девочка, прими правильное решение. Мне совсем не нужно, чтобы вы путались под ногами. Она кивнула, схватила Диму и Женю за руки и потянула вверх по лестнице. Демон почуял, что добыча убегает, и прыгнул вслед за ними. Я поднял здоровенный горшок с фикусом и метнул его в Демона. Его внимание переключилось на меня. Чудище оскалилось, яростно завыло и молниеносно атаковало. Я поднырнул под него, проскользив по гладкой плитке. Острые когти проехались по моей спине. С меня слетела разорванная футболка. Демон пригнулся к земле и зарычал.

Существует огромное многообразие заклинаний. Некоторые неописуемо мощные, некоторые – смехотворные. Логично, что среди них найдутся те, которые друг друга контрят. Этот Демон почти идеально обезвреживал мою способность – нейтрализовывал регенерацию, да ещё и был достаточно быстрым, чтобы меня цепануть. Тут два варианта – либо выжидать, когда Демон ошибётся, либо использовать заклинания. Которые я вообще-то скрываю.

Демон нападал на меня без остановки. Я парировал и уклонялся, но не мог схватить тварь. Демон словно понимал, что, если я его поймаю, то всё – ему кранты. Мы кружились в смертельном танце посреди разрушенного холла Академии.

«Я проанализировал его технику боя», – сообщил Гидра-помощник.

– Ну и чего? – пропыхтел я, кувыркнувшись вперёд.

« Он использует одинаковые связки движений. Как только вы адаптируетесь, он их меняет. Вот сейчас… Четыре шага вправо, два шага влево. Ложный выпад, прыжок, длинный удар в живот. Вероятно, он повторит эту связку ещё два раза».

Перед глазами потемнело – я потерял много крови. Надо срочно заканчивать. Я отступил, и Демон повёлся – протанцевал связку ударов, словно по нотам. Но он так увлёкся, что не заметил глубокой трещины, которая пересекала холл. Длинный удар в живот… и его задняя лапа проваливается в расщелину и выворачивается под неестественным углом. Я воспользовался этой заминкой – прыгнул и врезался ему в грудь, раздробив кости. Демон разрезал левую штанину и вонзил когти в колено, однако он уже проиграл – в следующую секунду я разорвал его пополам. Голова закружилась, и я рухнул на колени. На улице завывали сирены – подъехала полиция и скорая. Хорошо. Помощь мне понадобится. На краю зрения мелькнули рыжие волосы. Мама? На этой мысли я потерял сознание.

– Да что же у вас за охрана-то⁈ – словно сквозь вату я услышал мамин голос. Она с кем-то ругалась громким шёпотом. – Не Академия, а праздничный стол для Демонов!

– Мы не можем предугадать появление Демонов. В Империи уже тысячи демоноборцев, но их всё равно не хватает, – возразил Алексей Анатольевич. Директор Академии говорил настолько понимающим и соболезнующим голосом, что хотелось поморщиться от приторности. – И не забывайте, что обычные школы и университеты требуют куда большей охраны, нежели Академия. Наши студенты владеют магией, в отличие от обычных школьников и студентов.

– То есть пусть сами защищаются? – воскликнула мама. – Что за безалаберное отношение к собственным студентам⁈

– Рациональное, – поправил Алексей Анатольевич. – В нынешней ситуации приходится идти на компромиссы.

– Моему сыну всего двенадцать лет!

– И у него удивительные способности. Уверен, он принесёт огромную пользу Империи. Как и другие маги, которые охотятся на Демонов.

– Почему вы говорите так, будто он пойдёт охотиться уже завтра? – я не видел маму, но очень ясно представил, как она с подозрением морщится и сжимает кулаки.

– Мы уже составили примерный график, по которому студенты будут ходить в патрули, – сказал Алексей Анатольевич ласково. – Не переживайте, конечно же, несовершеннолетние студенты будут патрулировать самые безопасные районы. И, разумеется, в сопровождении вооружённых военных.

– Что⁈ – мама захлебнулась воздухом. – Когда я отдавала своего сына в Академию, вы не упоминали никаких патрулей! Об этом и речи не было! Вы что, не слышали меня⁈ Моему сыну двенадцать лет! Он ещё ребёнок! Нет… – раздался хлопок. – Никуда Руслан не пойдёт. Я забираю документы и…

– Вы не смотрите телевизор? – невпопад поинтересовался Алексей Анатольевич.

– Когда бы? Я днями напролёт торчу в Академии.

– Император выпустил указ, согласно которому все маги обязаны поступить в специализированные школы и университеты. А те маги, которые учатся в специализированных школах и университетах, обязаны по мере сил и возможностей бороться с Демонами. Сожалею, но…

– Ни о чём вы не сожалеете, – устало бросила мама.

– Сожалею, – повторил Алексей Анатольевич, – но теперь по закону Руслан должен учиться в Академии. Либо в другом подобном учебном заведении. И вы понимаете, что не везде порядки настолько кхм… щадящие, как у нас. Но я могу заверить, что не в моих интересах терять студентов. Сейчас только и делают, что говорят о демонических сферах. О том, что после открытия карборановой кислоты они стали самым ценным товаром. По-моему, они ошибаются. Самый ценный товар – это маги.

– Я привлеку журналистов.

– И над вами посмеются, если не обвинят в ереси. Император выпустил этот указ, потому что Империя требовала надзора над магами. По всей стране поднялись волнения. А всё отчего? Потому что кретины есть среди любой группы людей. В том числе среди магов. Какие-то несчастные идиоты решили использовать заклинания, чтобы обогатиться или просто повеселиться. Вандализм, воровство, насилие – люди боятся магов. Император помогает магам влиться в общество. Показать, что они – герои, которые спасут нас от Демонов.

– Красивые слова не изменят сути.

– Я надеюсь, что вы пересмотрите своё мнение, – ответил Алексей Анатольевич. – Жду Руслана в Академии, когда у него закончится больничный.

Дверь хлопнула, и я открыл глаза. Мама с беспокойством склонилась надо мной:

– Как ты себя чувствуешь? Позвать доктора?

– Всё хорошо, – я улыбнулся и пошевелил плечом. – Кажется, всё зажило.

Мама присела на край кровати и осторожно меня обняла:

– Ты лежишь в больнице третий день. Раны долго не желали затягиваться. Ну, долго, учитывая твои способности. Если бы не магия… – она вытерла слёзы. – Только ты не переживай, Василий Иванович сказал, что шрамы тоже уйдут, они просто страшно выглядят.

Переживать о шрамах? Ха! Какая чушь. А Василий Иванович уже стал моим личным врачом – постоянно попадаю к нему после разных передряг. Повязки сняли, и я заглянул под больничную сорочку. Ладно, понимаю мамину тревогу. Демон оставил мне на память широкие выпуклые шрамы – ярко-розовые и уродливые. Ребёнок от такого зрелища и правда мог бы впасть в истерику.

«Шрамы исчезнут через неделю», – вставил Гидра-помощник.

Меня продержали под присмотром ещё сутки, а потом Василий Иванович нехотя разрешил выписку – нехотя, потому что до сих пор надеялся на небольшое исследование. Мой отказ быть лабораторной крысой его очень расстроил. Пока мы ехали с мамой на такси домой, я опять ощутил, словно чей-то взгляд прожигает мне затылок. Да чтоб меня Преисподняя укусила! Я надеялся, что они ограничатся «присмотром» в Академии, но, видимо, бой с Демоном их впечатлил. Неудачно получилось – я-то планировал в ближайшие дни организовать встречу с Императором. Пора договориться о сотрудничестве и объяснить миру, что Красный Демон вообще-то не Демон и играет на стороне человечества.

Мы проехали мимо сквера, в котором толпились люди с плакатами. Я рассмотрел две надписи: «Защитим наших детей от магии» и «Обычные люди не отбросы!» Но они меня не интересовали – такого я насмотрелся в прошлой жизни. А вот слежка… Я наклонился, чтобы взглянуть в зеркало дальнего вида. За нами пристроилась серая «девятка», которая держалась на небольшом расстоянии. Она сопроводила нас до самого дома и остановилась на соседней улице.

Придётся какое-то время не высовываться и притворяться беспечным мальчишкой, у которого из забот только обучение в Академии и казаки-разбойники. Под это дело я размечтался, как буду лентяйничать целую неделю… Ага, конечно. Пришлось доставать губозакаточную машинку. Больничный мне закрыли на следующий день, потому что я полностью выздоровел.

На смартфоне было несколько сообщений – Клочко написал, что команда благополучно добралась в Африку и внедряется на базы Окоча. Хорошо, что я успел отправить отряд в Африку до начала слежки за мной.

– О тебе вся Академия говорит! – возвестил Дима, когда зашёл за мной утром. – Там приезжали демоноборцы, камеры смотрели… Кто-то подслушал их разговор. Так они говорили, что Демон, которого ты убил, очень-очень опасный! Он одного человека слегка царапнул, и тот от кровотечения умер! Три дня умирал! Если бы не ты, вся Академия бы откисла!

И действительно в Академии меня провожали уважительными взглядами. Кроме Артемьева и Куликова. Эти двое сдружились и точили на меня зубы. Я проигнорировал их – не думал, что они предпримут что-то сегодня. Однако они меня удивили.

Мы с ребятами сидели в столовой и уплетали пюрешку с котлетками за обе щёки. На занятии по Боевым заклинаниям Реликтов из нас все души вытряс. Заставлял снова и снова активировать заклинания – проверял пределы возможностей. По тому, как напряглась Аделина, я понял, что к нам приближается сладкая парочка.

– Слышал, ты победил мощного Демона, – насмешливо протянул Куликов.

– Если бы не Русланчик, нас бы уже сожрали, – поддакнул Артемьев.

Куликов рассмеялся и повысил голос, чтобы его было слышно во всей столовой:

– А ещё я слышал, что ты прикрылся охранником. Прикрыл свою шкуру. Его вдова приходила, рыдала белугой на проходной.

– Руслан – герой! – подскочил Дима. – Он всех спас!

– Этот доходяга? – Куликов издевательски подцепил рукав моей футболки пальцем. – Да он использовал бедолагу-охранника как живой щит! Охранник перед смертью Демона добил, как Руслан присвоил его заслуги себе!

– Немедленно извинись! – вспылил Дима и плеснул ему в лицо какао.

– Ох, прошу прощения, что твой друг – трусливое ничтожество, – Куликов отвесил шутовской поклон.

Я положил ладонь на плечо Димы и попросил:

– Успокойся. Не ведись на провокацию.

– А я знаю, как доказать, что Руслан прятался за чужой спиной, – вставил Артемьев. – Его дружки болтали, что у него страшные шрамы остались. После такого-то Демона точно шрамы должны быть, – он ухмыльнулся, и я понял его задумку. Болван был в курсе о моей феноменальной регенерации и считал, что шрамов у меня нет. Его цель не просто опозорить меня, а зародить сомнение в умах людей. Чтобы они, сами того не осознавая, заподозрили во мне предателя и негодяя.

– Так это легко проверить, – фыркнул Куликов и активировал заклинание – Воздушную Руку.

Передо мной задрожал воздух и пространство пошло рябью – из ниоткуда вынырнула прозрачная рука. Я не защищался и не дёргался, когда она схватила меня за правую лодыжку и вздёрнула чуть ли не к потолку. Просторная футболка закатилась и упала мне на лицо, обнажая страшные шрамы. В столовой воцарилась тишина.

– Отпусти его! – закричали Дима и Женя одновременно. Вокруг меня образовалась красная сфера, и воздушная рука с тихим шипением развеялась. Я сгруппировался, приготовившись к падению, но подо мной вырос ледяной столб. Дима тоже активировал заклинание, и вся столовая, словно зомби, поплелась к ядовито-жёлтому рожку мороженого.

– Немедленно прекратите! – гаркнул Реликтов, шандарахнув дверью. – Что вы устроили⁈ – к моему удивлению, он набросился не на хулиганов, а на меня. Проследив, как я соскользнул с ледяной глыбы, он со злостью прошипел: – Наслаждались представлением? Ни дня без карнавала⁈ – он прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, ткнув пальцем в лёд. – Уберите за собой. Я побеседую с директором, чтобы вам сделали дисциплинарный выговор. Всем четверым!

– Почему вы кричите на детей? – возмутился мужчина средних лет, который сидел за соседним столом. – Они никого не трогали. Все вопросы к этим двоим, – он кивнул на Артемьева и Куликова. – Где справедливость? Если вы обидите детвору, я тоже поговорю с директором. О том, чтобы выговор влепили вам!

– Какая некомпетентность, – согласился кто-то, и через секунду вся столовая возмущённо гудела. Реликтов удалился с позором. Артемьев и Куликов также поспешили свалить.

Аппетит поубавился, но мы продолжили есть – не выкидывать же пюрешку с котлетой.

– Вы видели? Оказывается, я могу создавать Защитную Сферу не только рядом с собой, – с придыханием произнёс Женя.

– Это было круто! Высший класс! – Дима ударил кулаком воздух.

– Аделина, а как ты создала лёд? – я склонил голову набок. – Тебе же требуется огонь?

– После нападения Демона на Академию я чувствовал себя такой дурой, – призналась Аделина. – В тот момент, когда ты там остался… Я искала огонь или лёд, но ничего поблизости не было и я была такой беспомощной! Я не хочу, чтобы это повторилось. Поэтому теперь я ношу с собой несколько коробков спичек и термос с ледышкой. Правда, ледышки хватает всего на шесть часов, но я купила несколько термосов, у меня всегда есть запасной!

Я вполуха слушал разговор ребят и нервно стучал пальцами по колену – в это время где-то в Африке моя команда должна нанести первый удар по базам Окочи.

Глава 22

Африканское Содружество, окрестности Луанды.

Прокажённые сидели в хлипкой хибаре – разместились за криво сбитым деревянным столом, на котором были расставлены тарелки и кружки. Поздний ужин закончился, но никто не хотел мыть посуду. Мысли Прокажённых были заняты приближающейся схваткой. Так они начали себя называть, когда услышали, что Красный Демон называет их командира Прокажённым. Клочко потом объяснил, что это значит. Ну, ничего приятного. Напротив – какую-то страшную-ужасную магическую болезнь. Но всем это словечко понравилось. В каком-то смысле каждый из них ощущал себя отбросом, и назвать команду оскорбительным прозвищем было отчасти бравадой и вызовом миру. Хотя мир ещё даже не подозревал об их существовании.

– Ничего, заподозрит… – пробормотал Денис Орлов. Он был человеком жадным до удовольствий, и ему не было чуждо тщеславие. К несчастью, он не обладал хоть каким-то значимым талантом и не отличался трудолюбием. И до появления Красного Демона он собирался отбирать удовольствия у богачей.

– Что ты сказал? – встрепенулся Лёня Довлатов, клюющий носом. Он был невероятно труслив и постоянно дёргался от малейшего шума. Страх сильно его выматывал, отчего он всё время хотел спать.

– Говорю: командира долго нет, – ответил Орлов. Его пробрала дрожь предвкушения. На предложение Красного Демона он согласился не только из-за угрозы смерти. Это было его единственным шансом стать действительно кем-то… стоящим.

– Время не закончилось, – вставил Морской. Мрачный суровый мужик самую малость пугал всю команду. От него старались держаться подальше. Поэтому стулья рядом с ним пустовали. – Ещё десять минут.

– Ничего с ним не случится, – хмыкнула Анастасия, закинув длинные стройные ноги на стол. Как и всегда, она была одета чрезвычайно откровенно. Грудь прикрывал лифчик купальника, а на бёдрах низко висели короткие шорты.

Орлов покосился на неё и попытался устроиться поудобнее – штаны стали тесными. Девчонка так и напрашивалась… Но он не последний кретин, чтобы к ней подкатывать – яйца-то у него не железные и в единственном экземпляре. Хватит, один разок попытался, и потом всю ночь его одолевали дохлые тараканы и стрёмные африканские грызуны. Кошмар наяву.

Аркадий Левин налил в кружку чай, заваренный из местных травок, вытащил электронную книжку и зажёг сигарету – старик очень любил читать и курить. Но не успел он расправиться и с первой страницей, как дверь в хибару отворилась и вошёл темнокожий высокий мужчина в военной форме и с автоматом наперевес. Все подскочили. Анастасия вызвала армию дохлых зверюшек.

– Спокойно, – каркнул незнакомец и с лёгким акцентом произнёс секретный пароль: – В семье – не без урода, в войне – не без урона.

– Командир! – воскликнул Лёня, и его губы растянулись в глупой улыбке. – У вас получилось!

– Да, захватил их капитана. Повезло, что вместе с внешностью получаю все знания человека. Теперь могу на их тарабарском говорить, – сказал Клочко и подцепил с тарелки кусочек жареного мяса. Прожевав, он добавил: – Всё без изменений. Мы с Орловым пройдём по дозорным, Левин ликвидирует казармы. Настины питомцы будут следить за пленными. Довлатов – усиляешь всех по мере необходимости.

Прокажённые покинули хижину и направились к базе Бомани Окоча – она была продовольственным узлом, плюс через неё перевозили оружие, покупаемое за границей. Первыми ступили на базу Клочко и Орлов. Если бойцы Окоча и удивились, что их капитан якшается с каким-то белокожим, то промолчали. Дозорные спокойно смотрели, как Клочко подводит к ним незнакомца и пространно представляет:

– Гость с соседнего материка.

Дозорные кивают и отворачиваются. Орлов пользуется моментом и незаметно прикасается к их запястьям. Тела дозорных дрожат, из их глоток вырываются жалкие хрипы. Заклинание Орлова меняет сознания людей местами – из одного тела в другое. С печальными последствиями – люди оказываются заперты в клетке. Они не могут управлять чужими телами. Дозорные оседают на землю, дико вращая глазами. Их взгляды осознанны, но они не могут шевельнуть пальцем.

Таким образом Клочко и Орлов обходят всех бойцов, которые бодрствуют и защищают базу. Среди них было несколько магов, но никто не заподозрил, что их капитана кто-то поработил. Закончив, Клочко свистит, и к ним присоединяется Левин. Старик критично осматривает казармы и хлопает в ладоши, в то же мгновение над двумя одноэтажными зданиями образуется горы песка. Изнутри раздаются испуганные крики, и спустя несколько минут наружу начинают вылезать растерянные и безоружные бойцы – они плохо видят и кашляют, потому что песок забился во все отверстия. Выживет едва ли половина, большинство останется навечно погребено в песчаной могиле.

Клочко оборачивается через плечо и делает галантный жест: мол, дама – вперёд. Анастасия фыркает и вызывает свою мёртвую армию. Там есть даже парочка гиен.

– Не двигаться! – гаркает Клочко. – Все, кто будет сопротивляться, умрут!

А дальше начинается самая нудная часть – Прокажённые достают верёвки и принимаются всех связывать. Потребовалось очень много верёвок, чтобы обездвижить всех пленных.

– Ты выяснил, кто главный? – поинтересовался Морской.

– Он, – Клочко ткнул себе в грудь. – Пришлось им пожертвовать ради того, чтобы всё прошло гладко.

– Но где-то здесь его правая рука… – Морской прищурился. – Надеюсь, не осталась в казарме. Скажи им, что я буду пытать каждого, пока кто-то не покажет на помощника капитана.

Клочко пожал плечами и перевёл его слова. Желающих сотрудничать не нашлось. Морской подошёл к бойцу, который валялся неподалёку на животе, с ног до головы опутанный верёвками, и положил ему ладонь на лоб. Парень заорал и задёргался, словно агонизирующая гусеница.

– Ну, кто-нибудь что-нибудь вспомнил? – спросил Клочко.

Бойцы упрямо молчали. Они не смотрели на своего соратника, корчащегося в муках. Судя по всему, их больше пугали полуразложившиеся зверюшки, которые бродили по лагерю и издавали хрюкающие звуки – голосовые связки сгнили и почти не работали. Клочко тяжко вздохнул и содрал с своё лицо – в прямом смысле слова. Его заклинание позволяло вселяться в других людей, но это было весьма… кроваво. Он буквально залезал в их тела, словно в мясные мешки. Ну и само собой – это заклинание можно было использовать на человеке единственный раз. Клочко ненавидел этот процесс – он срывал чужую плоть, и его собственное тело, сжатое заклинанием, как бы расправлялось и увеличивалось.

– Оборотень! Оборотень! – закричали бойцы Окоча.

На пытки Морского им было абсолютно наплевать – они пялились только на Клочко, словно на мерзкого, но могущественного бога. Из группы пленников вывалился молодой паренёк и пополз к Клочко:

– Я расскажу! Пощадите! Всё расскажу!

Клочко выразительно посмотрел на Морского и указал подбородком на скулящего парня. Тот выдал всех мало-мальски важных военных на этой базе, из которых целых двое были живы и здоровы. В течение нескольких часов Морской плодотворно с ними беседовал.

– В карте Красного Демона незначительные ошибки, – сообщил он, занырнув в палатку Клочко. – Я её немного дополнил. Наши друзья по секрету шепнули мне на ушко, где находится крупный оружейный склад. В конце недели Окоча заключит сделку на поставку оружия, которое временно осядет там. Если уничтожим склад, лишим его и оружия, и денег.

– Прекрасно, – Клочко задумчиво постучал пальцами о стол. – Анастасия уже отправила почтового голубя к Ньянгу. Нам стоит обсудить партнёрство. Красный Демон хочет кхм… подружиться с будущим правителем Африканского Содружества. И эта база станет чем-то вроде приветственного подарка.

– Как бы Ньянг не посчитал нас конкурентами… – с досадой поморщился Морской. – Политические игры, чтоб их! Если б не устроенное тобой представление… То, как ты вылезаешь из чужой шкуры, – они бы вообще не заговорили. Фанатики хреновы. Если с той стороны такие же – договориться будет сложно.

– Договоримся, – оскалился Клочко.

* * *

Миссия в Африке продвигалась по плану – моя команда вот уже девять дней зачищала базы Окоча и уже связалась с Ньянгом. Мне нужно было получить свой кусок власти – не всегда же действовать исподволь и руками своих наёмников. Ньянг понимал, что без помощи ему не победить Окоча. В основном потому, что Демоны уже нанесли несколько беспощадных ударов по войску Ньянга. Он стремительно терял преимущество. Владыка Демонов повторял кампанию из прошлой жизни – возвести Окоча на престол, спровоцировать массовые возмущения и как итог – втянуть в раздел Африки Бельгийское Королевство. Так что Ньянг был вынужден заключить с Красным Демоном взаимовыгодную сделку.

– Звягинцев, может, вы соизволите вынырнуть из своих мечтаний? – прозвучал у меня над ухом голос Реликтова.

– Может, и соизволю, – пробурчал я. Какой же мерзкий характер у человека! У него настроение поднимается, когда он его другим портит, что ли? На меня обрушилась стена воды. Зачесав волосы, которые, будто водоросли, облепили лицо, я посмотрел на Реликтова: – В Министерство образования пожалуюсь.

– Обязательно, – скривился Реликтов. – Но сперва – небольшой учебный бой

Первым моим порывом было – нагрубить ему и спровоцировать на конфликт. Чтобы появился уважительный повод вмазать по его задранному в потолок подбородку. Но когда он сказал про учебный бой, у меня возникла идея получше. Я поправил мокрую рубашку и вышел на специальную площадку – в этой аудитории освободили место для отработки заклинаний. Реликтов обвёл студентов взглядом и позвал:

– Куликов! – когда мы с долговязым хулиганом стали друг напротив друга, Реликтов произнёс: – Победа достанется тому, кто уложит противника на лопатки.

Куликов активировал заклинание, и Воздушная Рука попыталась провернуть фокус из столовой – схватить меня за лодыжку. Я отпрыгнул, приставил пальцы к носу и показал язык. По-детски? Да, зато Куликов поддался ярости и начал беспорядочно хлопать Воздушной Рукой, словно пытался прихлопнуть меня как муху. Хлоп! Хлоп! Хлоп! Каждый раз уворачиваясь, я отвешивал шутовские поклоны или отпускал издевательские подколки.

Но не увлекался – отсчитывал секунды. Время активации заклинания ограничено, и мне нужно реализовать идею до того, как Воздушная Рука исчезнет. Куликов совершенно потерял самообладание, и, наконец, выдался удачный момент. Воздушная Рука замахнулась справа налево – прямо в сторону «зрительного зала». В этот раз я не стал уклоняться, а прыгнул прямо по траектории её движения – на Реликтова. Куликов, которому ярость застила глаза, на автомате продолжил движение Рукой.

Я приземлился перед Рекликтовым и весело пропел:

– Сюрприз!

А в следующую секунду я подпрыгнул до потолка. Воздушная Рука с бешеной скоростью пронеслась подо мной и сшибла Реликтова. Его впечатало в стену. На мгновение он потерял сознание. Неудивительно – хорошо так долбанулся виском. Очнувшись, он прохрипел:

– К директору, Звягинцев!

Дима вскочил со своего места и подтолкнул Женю локтем:

– Руслан ушибся, мы поможем ему добраться!

Женя понятливо кивнул, они подбежали ко мне, взяли под руки и потащили из аудитории.

– Стоять! – Реликтов, пошатываясь, медленно поднялся.

Но под его остроносыми туфлями внезапно образовалась тончайшая ледяная корочка. Он поскользнулся и шлёпнулся. Дима и Женя притворились, что не услышали его.

– Войдите, – разрешил директор, когда мы постучали в его кабинет. Мы вошли внутрь, и он, приподняв брови, поинтересовался: – Что произошло?

– Учебный бой, – я пожал плечами. Меня выставили против Куликова Андрея. У него Воздушная Рука, я не мог к нему подобраться, просто уворачивался… Ну и в один момент я подлетел вверх, а Рука врезалась в Реликтова… То есть в Михаила… кхм-кхм-новича.

– И почему вы здесь? – директор нахмурился. – Что с преподавателем?

– Ушибся. И рассердился, – сказал я. – Почему на меня? Ударил-то его Куликов!

– Разберёмся, – Алексей Анатольевич поднялся и велел: – Вызовите медсестру, а я пообщаюсь с Михаилом.

По дороге в больничку при Академии Дима с восторженным видом вывернул карманы и отсыпал нам с Женей по несколько конфет.

– У директора взял! – похвастался он.

– Воровать – плохо, – хмыкнул я и закинул в рот чернослив в шоколаде.

– Алексей Анатольевич всегда сам предлагает, – обиделся Дима. – Просто я стесняюсь брать много, когда он смотрит.

Реликтова назначили виновным – мол, учебные бои должны проходить под неусыпным контролем преподавателя. А если этот самый преподаватель получает в лоб, то и контроль, очевидно, на такой уж неусыпный. К тому же все студенты подтвердили версию, озвученную Димой. Ни одного обвинения в мою сторону. Реликтову сделали устный выговор и отправили на больничный. Сотрясение мозга – не шутки. Аделину, правда, провести было сложно. Ей было сложно побороть робость, и она всегда старалась держаться на втором плане, но внимательности ей было не занимать.

Когда мы шли в столовую, она прошептала:

– А если бы ты его убил?

– Куликов ослаб, его заклинание было на последнем издыхании, – негромко ответил я. – Ну и Реликтов почему-то не подумал, что Куликов может нечаянно прибить меня.

– Не копай другому могилу – сам в неё ляжешь! – глубокомысленно произнёс Дима и, когда на него все обернулись, добавил: – Что? Моя бабушка так всегда говорит!

Из столовой раздались вопли, двери открылись, ударившись о стены, и наружу, толкаясь, вывалился народ. Студенты, повара и раздатчицы – толпа помчалась по коридору к выходу из Академии. Мы прижались к стене, чтобы нас не сбили и не затоптали. Я замер, не понимая, откуда исходит опасность. Воцарилась тишина. В столовой кто-то тарахтел крышками и копался в кастрюлях с едой. Явно не демоническая атака – едва ли Демон променял бы человечину на говяжий гуляш. Я выглянул из-за угла и выругался:

– Да чтоб меня Преисподняя сожрала! Белка!

Здоровенная кошатина оторвалась от поедания котлет и посмотрела на меня:

– Мяу?

– Что ты здесь делаешь?

– За нами пришла, – ответил Дима за Белку. – Пока ты в больнице лежал, Белка чуть с ума не сошла. Сначала котят искала, потом – тебя. На второй день только чуть-чуть успокоилась. И повсюду за мной таскалась. Бабушка её по утрам запирала в подвале, чтобы в Академию не увязалась. Прости, забыл рассказать.

– В зоопарк сдам, – пригрозил я.

– Мяу, – Белка дёрнула ухом и вернулась к аннигиляции вкусняшек.

– Никаких мяу! – повысил голос я. Выглядело, наверное, странно, что я беседовал с кошкой как с человеком, но магия повышает интеллект животных. Я не сомневался, что Белка меня великолепно понимает. Я подошёл к раздаче, схватил кошатину за шкирку и стянул на пол. Она зашипела и упёрлась лапами, пытаясь вырваться. Поняв, что это бесполезно, она упала на спину, замурчала и лизнула мою руку. Я хмыкнул: – Если у тебя достаточно мозгов на уловки, то ты понимаешь, что корячиться бессмысленно. Никто тебе не позволит разгуливать без поводка и пугать честной народ.

Белка зыркнула меня, совсем по-человечески вздохнула и встала.

Около часа заняло объяснение с директором. Мы отделались малой кровью. Я написал объяснительную, на этом всё. Алексей Анатольевич даже не потребовал оплатить испорченную еду. Мне не понравилось, как он смотрел на Белку – его взгляд не отлипал от кошатины. Под конец разговора директор спросил: