Текст книги "Наследство Камола Эската"

Автор книги: Вероника Кузнецова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 7 страниц)

18. Конец истории

Воцарилось тяжёлое молчание, которое никто не решался нарушить. И в этой давящей тишине послышались приближающиеся шаги. Дверь открылась, и на пороге появился господин Рамон. Его взгляд сразу упёрся в Амию, и он замер.

– Здравствуй, Марк Рамон. Рада тебя видеть, – насмешливо приветствовала его женщина. – Познакомься с наследником. Ты, конечно, сообщишь нам сейчас какую-то важную весть? Или долгожданный момент ещё не наступил?

Лицо Пата сразу осунулось и помертвело. Господин Рамон посмотрел на него, на нотариуса, задержал взгляд на мне, перевёл его на Тида и, как видно, всё понял.

– Значит, ты ждёшь поздравлений, Амия? – спросил он.

– Если у тебя хватит на это сил. Тебе же я приношу свои глубокие соболезнования. Прими также мою благодарность за остроумную выдумку с Кай. Бедняге Камолу и в голову не могло придти, что ты способен на подмену. Я тоже этого от тебя не ожидала, Марк. Ты всегда был таким положительным, безупречно честным, и вдруг…

– Что с Камолом, Марк? – хрипло спросил Пат.

Господин Рамон промолчал и ещё раз рассеянно обвёл глазами всех нас. Галей стоял к нему спиной и этим привлёк к себе внимание.

– Очевидно, твой муж?

– Он так думал, но несколько минут назад узнал, что ошибался. У меня другой муж.

Господин Рамон вновь оглядел собравшихся. Мне было так стыдно, словно я сама пыталась всех обмануть и была разоблачена. Я чувствовала себя чужой в этом обществе, связанном если не симпатией, то хотя бы родством. Очень хотелось выскользнуть отсюда и бежать куда-нибудь, неважно куда. Но я боялась даже шевельнуться и тихо сидела рядом с измученным Патом, переживающим за Камола.

Нотариус кашлянул.

– Я уже сказал господину Эскату, что в память о дружбе, которая связывала нас долгие годы, я закрою глаза на появление здесь этой девочки. Когда будут представлены доказательства происхождения присутствующего здесь мальчика Тида, наследство перейдёт к нему.

– Для этого нужно дождаться смерти завещателя, – возразил господин Рамон, – а я думаю, что ждать придётся очень долго.

Пат вскинул голову и быстро спросил:

– Он не умирает?

– Нет, не умирает. Сиделка – очень нервная женщина и склонна к преувеличениям, но жизнь его, безусловно, вне опасности. Я думаю, нам следует уйти, Пат. Пойдём, Кай.

Пат встал и, взяв меня за руку, повёл за собой. За нами остались гробовая тишина и неподвижность. В полном молчании мы прошли через весь дом к выходу и сели в проезжавший мимо экипаж. Господин Рамон сказал название улицы и номер дома, оглянулся на покинутый нами особняк и захохотал. Пат судорожно вздохнул и засмеялся вслед за ним.

– Но ты вполне уверен, что его жизнь вне опасности? – спросил он, успокоившись.

– Вполне. Если бы Камол не был так предубежден против вмешательства других докторов, кроме его собственного, и дал бы себя осмотреть раньше, я уверился бы в этом уже давно. Но честно тебе скажу, Пат, если бы я не вызвал специалиста, этот коновал в конце концов доконал бы его на счастье Амии. Не хочется её порочить, но не убедила ли она и врача в том, что он её муж и обязан ей помогать? К счастью, теперь Камол почувствовал доверие к другому врачу, так что планам Амии, если таковые были, пришёл конец.

____________________

Господин Рамон имел небольшие деньги и нашёл возможность отдать меня в платный пансион, где регулярно навещал меня и откуда брал на каникулы. Моя жизнь приятно изменилась и впервые я почувствовала, что она может приносить не только огорчения, но и радость.

Пат переехал поближе к брату, потому что оставаться в замке, принадлежащем Камолу Эскату, после всего случившегося он счёл невозможным. Мы с ним стали большими друзьями, и, может быть, именно благодаря мне он прибавил к своему таланту художника ещё и открытый случайно литературный дар. Таинственные истории, вышедшие из-под его пера, завораживали мальчишек и девчонок и обеспечили ему громкую славу.

Когда господин Рамон в первый раз приехал за мной в конце семестра, он предупредил, что дома меня ждёт одна женщина. Предчувствуя встречу с тёткой и возвращение к ней, я, успевшая привыкнуть к другой жизни и другому обществу, преисполнилась самых мрачных мыслей, хотя мой спутник и старался развлечь меня увлекательной беседой. Каково же было моё изумление и радость, когда я увидела милую добрую Киру, которая оставила замок и переехала к господину Рамону, не лишив своих забот и Пата.

Через два года после описанных событий господин Рамон женился на хорошенькой гувернантке из дома напротив. Я проплакала всю ночь перед свадьбой, но к утру моё горе само собой развеялось, и я больше думала о чудесном шёлковом платье, которое мне подарили специально к этому дню, чем о своих тайных бедах. А когда нарядная невеста сама уложила мне волосы, а потом подвела к зеркалу, от моей печали не осталось даже самого лёгкого следа. Мы с ней стали добрыми подругами, а к восемнадцати годам, когда моё пребывание в пансионе заканчивалось, я была "тётушкой" двух весёлых детей.

Вынуждена признаться, что после женитьбы господин Рамон стал навещать меня реже, но зато Пат приезжал всё чаще, а в последний год он проводил со мной каждую субботу. В один из таких дней, когда мы с ним гуляли по парку, Пат вдруг сказал:

– А я рад, что ты не оказалась моей племянницей!

Мне было излишним спрашивать, почему он пришёл к такому выводу.

Эта история записана с согласия моего

мужа Пата Эската.

Кай Эскат.