Текст книги "Драконья оспа (СИ)"

Автор книги: Вера Вкуфь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Холод, проникающий туда, где открыли дверь с застоялым за ней воздухом.

– Она права, – Димины очки в конце концов прохладно отразили неровный свет. – Пора начинать действовать.

Глава 6. О пользе утюгов и паяльников

Юра несколько раз перевернул в руках телефон. Будто бы лицезрение задней крышки и пустого чёрного экрана хоть как-то могли повлиять на большой и бездушный гаджет. Кажется, у старых мобильных была такая особенность – если поднести аппарат к музыкальной колонке, то за несколько секунд до входящего звонка она начинала противно пищать. Но новые технологии, более хорошие и более лучшие, напрочь изжили возможность узнать грядущее чуть раньше. Так что приходилось просто гипнотизировать молчащий экран и вертеть в руках смартфон. К тому же у Ольги на кухне всё равно не было никакой музыкальной колонки. И места для неё тоже. Даже не столько в пространственном смысле, сколько в концептуальном. Как-то не вяжется музыкальная колонка там, где бал правит в общем-то светлый и ненавязчивый уют. Наверное, поэтому Олю, а вслед за ней и Юру сюда постоянно тянет. Да и просто грех разбавлять кухню искусственной музыкой или голосовыми помощниками. Так что Юра чисто машинально поднёс к губам тонкую и очень удобную чашку, в которой Оля навела ему чай. Пусть она уже опустела и начала остывать, а Оля не спешила предлагать ему новый. Не потому, что была негостеприимной. Просто не замечала, погружённая в свои мысли.

О том разе ни она, ни Юра не обмолвились ни словом, ни жестом. И вообще парень вёл себя так, будто ничего и не было. И это немного раздражало. Но что теперь поделать…

Юра экраном вниз положил телефон на стол. И поднял на Олю голубые глаза с замершим вопросом.

– Ты мне веришь? Что я действительно просто хочу вам помочь? – неожиданно произнёс Юра, и взгляд его изменился – приобрёл прохладный и красивый оттенок стали.

Ольга моргнула. Потом ещё. Как если бы у неё вдруг спросили столицу Зимбабве. Потом на лице её выползла кривоватая усмешка. А в голове уже промелькнул обидный ответ вроде: «сам-то как думаешь?». Но Олю что-то остановило.

Юрка выглядел очень подозрительным. Но драконье чутьё – молчало. Что, конечно, не является гарантией безопасности.

Она так долго смотрела на парня, что тот уже был готов разочарованно отвести взгляд. Но Оля всё-таки ответила:

– Я – верю. Правда, моя вера может не иметь реальных оснований. И вообще оказаться ошибочной. Так что вряд ли тебе с неё будет какая-то польза.

Юра улыбнулся:

– А мне от тебя не нужна никакая польза.

Оля не уточнять, что ему от неё нужно. А Юра тактично не стал развивать.

Она знала, что затягивает в историю со всеми этими вакцинами тех, кто вообще-то не хочет. Кто не участвовал в их программах. Но теперь подписан на это всё из-за неё. Потому что она вроде как своя для них. Пока. Такая себе ситуация…

Нет, в том злосчастном подвале они, конечно, сели в кружок, словно на каком-нибудь психологическом тренинге. Не хватало только музыки, а Кириллу, возможно, каких-нибудь перьев в голову, как главному индейцу. И если со стороны это и могло смотреться чем-то вроде дружеского заседания, то по сути было советом не самых сильных мира сего. Которых (большинства) вообще на нём не было на нём физически. Драконы обычно владеют умением создавать тульпу – физический образ в одном месте, в то время, как сами находятся в другом. Разве что Оля не умеет. Наверное, из-за ранних экспериментов с драконьим организмом.

Елена тогда со спокойствием и уверенностью сообщила, что попробует разыскать подробную информацию об этом драконьем проекте.

– И как ты это сделаешь? – не сдержала усмешки Ольга, которая не то, чтобы относилась к её идее скептически… Просто было немного обидно, что сама Оля, участник эксперимента, не смогла ничего толком поведать. Как и Юра, который под холодным взглядом Димы, умеренно искаженным очками, сообщил ещё меньше, чем было известно Оле. Но Юра при этом получил одобрительный Димин вердикт – не врёт. Хотя и стопроцентных навыков распознавать ложь у него не было. Разве что они были намного лучше, чем у людей. И чуть лучше, чем у других драконов. Но, отвечая Ольге вместо Елены, он не использовал никакого чутья – лишь голый ум:

– У меня есть некоторые каналы. Плюс в открытой мировой сети много информации. Надо просто уметь с нею работать.

Прозвучало ремного обидно, будто это только Оля не умеет работать с информацией. Так что она раздражённо ответила:

– Прямо на третьей странице гугла и лежит вся информация от том, как из драконов делать лекарства. И вообще – что в мире есть драконы, которые выглядят как обычные люди, и это не фантазии всяких шизиков.

– Кстати, действительно есть субкультура, которая называет себя драконами. Правда, они не драконы, – втиснулся Юра и в который раз перевёл на себя недоумённые взгляды остальных. Он уже начал привыкать быть в центре внимания.

Олин накал сдулся.

– Есть всякий интернет-тусовки несогласных со всем и ищущих везде теории заговора, – спокойно продолжила Елена (кажется, сегодня она решала взять на себя роль первой скрипки). – Там в основном всякий мусор и идиоты. Но бывают и варианты, когда кто-то находит жемчужину истины. Она тонет в потоке мусора, пачкаясь всякой ерундой. Так что велика вероятность, что всё найденное и ценное до сих пор лежит в открытом доступе.

– Остаётся только очистить эти Авгиевы конюшни, – подытожил Дима. – Я тоже займусь этим. Кстати, к тебе ещё не наведывались люди в белых халатах? – он почти участливо посмотрел на Ольгу, и та гордо помотала головой:

– Я немножко напряглась и замела следы.

Кое-какие драконьи способности у неё ещё оставались.

– Сильно не расслабляйся, – посоветовал Дима. – У них в штате могут быть свои драконы, распознающие такие трюки.

– Это всё, конечно, круто, – голос Кирилла прозвучал громче, чем остальные. – Но все уверены, что обсуждать это всё надо в его присутствии?

Ему даже не пришлось кивать на Юру – все и так поняли.

– А может мы ему тупо и нагло врём? – пожала плечами Ольга.

– Спасибо за оказанное доверие, – тихо улыбнулся Юра, поудобнее усаживаясь в своей позе по-турецки. – Но я правда хочу вам помочь. Просто считаю, что все эти эксперименты бесчеловечны. – На последнем слове остальные хмыкнули. – Ну, в смысле, вы поняли…

Кирилл ему не поверил, так как был слишком взрослым и слишком циничным. Оля же была склонна принять Юрин юношеский гуманизм как причину – сама была такой же. Но всё-таки терять бдительность окончательно не спешила.

Так что вся пришла в тонус, когда парень начал вертеть в руках телефон. Какого звонка он ждёт? С другой стороны, не полный же он дурак, чтобы ждать особого звонка прямо при ней…

Не важно. Надо будет испортить его телефон. Как никто раньше до этого не додумался?

– Каково это – быть драконом? – Юра вдруг вперил в неё внимательный взгляд.

Хороший, конечно, вопрос. И крайне провокационный. Тем, что не очень-то Оля хочет осознавать себя отличной от людей…

– А каково быть человеком? – в свою очередь спросила она.

Юра хмыкнул, не ответив.

– Не слишком, конечно, вежливо – отвечать вопросом на вопрос, – продолжила Оля. – Но ты уже в курсе: я не вежливая. Так что продолжу, – Оля сложила перед собой руки, как если бы оказалась вдруг за школьной партой. – Что и откуда ты узнал о проекте d-502? И помни – ты не сможешь мне соврать.

Последнее – блеф. Но может парень поверит.

Юру угроза не слишком напугала. Да и остальные драконы его уже допытывали. Поняли, что по большому счёту он ничего не знает, а про драконов – что-то где-то слышал в этих сетевых сообществах. Но может в расслабленной обстановке и наедине с Ольгой он скажет что-нибудь другое? Хотя про наедине – это вряд ли. Соблазнение ведь уже не помогло.

Юрин взгляд не поменялся. И ответил он безо всяких намёков и ёрничания:

– Если честно, то практически ничего. По крайней мере ничего, что имело бы какую-то достоверность. Елена с этим лектором говорили о форумах – вот примерно оттуда. И да, я немного тусовался с теми, кто в сети называет себя драконами. Они стрёмные, – Юра сделал выразительную гримасу.

– И что заинтересовало тебя в этих драконах? – прищурилась Ольга, подаваясь вперёд и будто нащупывая тонкую путеводную нить.

Юра моргнул, и лицо его стало серьёзным. А потом уголки губ снова привычно поднялись вверх, придавая ему привычной благожелательности:

– Не отвечать на вопросы – тоже не вежливо. И я, как и ты – невежливый.

«Козлёнок», – про себя заключила Ольга. И прекратила вопросы.

***

Елена неудачно махнула пальцем, и на экране всплыла преувеличенно бодрая реклама, требующая что-то купить и надёжно скрывающая и без того небольшой крестик закрытия. Глядя на позеленевший экран и уже не понимая, чего ему от неё нужно, Елена глубоко вздохнула.

Целенаправленный поиск информации оказался куда ресурсозатратнее, чем ей казалось. Хорошо ещё Дима согласился к ней присоединиться. Что поначалу её не порадовало – казалось, что она вполне справится с этим без посторонней помощи. Просто Елене всегда было важно делать всё без посторонней помощи. Справляться самой и быть самостоятельной. Это давало ей ощущение неуязвимости и комфортной безопасности.

Но запасы её ресурсов не безграничны, даже если тратить их на такую ерунду, как чтение форума. Необходимость выцепить нужный пучок информации утомляла. Голова делалась большой и тяжёлой. А информации было чуть.

Елена отложила телефон, приподняла оправу очков и сжала пальцами закрытые глаза. Деятельный запал, настигший её на сборе, успел пропасть и оставил вместо себя место для разных мыслей.

Если разобраться, то Ольга сама знала, с чем играет. Постоянно напрягать иммунную систему – это вряд ли хорошая идея. Если проводить аналогии с человеческим телом, то тренировки, конечно, его укрепляют. До определённого момента. После которого следует перегруз, травмы и разрушение. Весь вопрос в том, когда именно настанет такой момент. А Ольга, видимо, считала себя бессмертной. Или крайне важной для этого мира. Так кто ей виноват, когда мир потребовал от неё того, что она и так всегда давала? Если уж согласилась – то делай…

Или нет?

Елена с тенью стыда снова надела очки, отчего пространство обрело чёткие очертания. Вернув их заодно и мыслям.

Думать подобным образом – определённо нехорошо и подло. Каждый имеет право выбирать. И делать то, что считает нужным. И рассчитывать на то, что тебя не обманывают. Правда, последнее обычно достаточно неразумно.

Елена заметила, что уже не сидит за столом, а опирается локтями на холодный подоконник. Эта ночь выдалась ветренной – наверное, будет дождь. Улица уже опустела и осталась без души. И Елена почувствовала себя очень одинокой. В этой до чёртиков привычной комнате, которая совсем не подходила для поиска крайне важной и нужной информации. Да и вообще ей во многом всё это казалось каким-то ненастоящим. Не может же она, в самом деле, вскрыть какую-нибудь особенно важную тайну через какой-то там обычный интернет. Но и сидеть, пялясь в пустоту, тоже не может. Тем более, когда обещала что-то сделать.

Свои обещания Елена выполняла. Именно поэтому не так часто их раздавала.

Поэтому и сейчас, потерев затёкшую шею, Елена снова взяла телефон и попыталась ухватить мысль экранного повествования. И очень скоро усталость её начала сходить на нет. Потому что, когда начинаешь хоть и отдалённо, но подбираться к сути вопроса, гормональная система начинает работать на результат.

***

Юра всё никак не мог разобраться с краном – он из того поколения, что не застало металлических барашков, выкрашенных в красный и синий цвет. Хорошо, если в соответствии с «горячим» и «холодным», а не наоборот. Так что в Олиной кухне парню пришлось сражаться с двуруким злодеем, который то угрожающе шипел, то брызгал в него кипятком, то вообще стремился оторваться. Помощи Юра не просил, но и битвы с водопроводом заканчивать не спешил. А может и спешил, просто поток воды никак не поддавался.

Решив, что с него хватит, Оля шагнула ближе и протянула руки прямо через Юрину спину, непроизвольно беря в кольцо его крепкое тело. Странное ощущение. Хватая металлические барашки прямо между чужими пальцами, она машинально выкрутила их и на комфортную температуру, и на нормальную по толщине струю. И Юрины ладони поспешили накрыть их сверху. Так резко и почему-то были такими горячими, что Оля отпрянула. А потом постаралась сделать вид, что этого не было.

– Спасибо, – без тени смущения или уязвлённости поблагодарил её парень. – А то ещё немного, и я устроил бы тебе потоп.

– Скорее обанкротил бы – ты вообще видел счета за воду? – Оля поспешила сделать шаг назад, дав Юре возможность нормально вымыть руки.

Юра мотнул головой и, запомнив Олино движение, разом закрутил обе рукоятки. Взялся за полотенце, вытираясь

Он не слишком аккуратный – за время сражения с водой успел вымочить футболку на пузе, и теперь ткань облепила тело, расползаясь тёмным, даже по виду холодным пятном. Которое Юра заметил только под Олиным пристальным взглядом. Хмыкнув, он весело перевёл взгляд на неё, будто спрашивая о чём-то совета. А потом, не дождавшись, закинул руки за спину, так что на Олю стали указывать его локти. Рубашка собралась по Юриным бокам гармошкой, а потом и вовсе соскользила с живота, оголяя его.

Оля успела только моргнуть, а Юра уже полностью избавился от футболки, отчего его белобрысые волосы поднялись у голых плеч пушистым одуванчиком. И она поняла, что больше не фиксирует нижнюю челюсть. Хорошо, хоть губы не успела разомкнуть и стоит с хотя бы закрытыми ртом.

Нет, в мужском торсе, конечно, нет ничего особенного. Но как-то его всё-таки чаще оголяют в пространстве пляжа. Или в ином – более интимном – пространстве. А Юру это вроде бы совершенно и не смущало. Вообще странно – будто отсутствующее сексуальное напряжение в располагающей вроде обстановке. Он просто, как ни в чём не бывало, тряс мокрой футболкой, и микроскопические капельки попадали Оле на предплечье. Пока она, не поняв, что надо бы что-то сделать, не забрала у него хлопающую в кухонном воздухе футболку. И не решила, что надо бы прогладить – сохнуть сама будет долго, а скоро уже надо идти на сбор с драконами. А так как другой одежды у Юры нет, то лучше привести в порядок эту. Хотя на улице и не холодно – не замёрз бы.

Не сказать, что она прямо заботливый человек. Просто немножко совестливый. А рыться в чужих вещах, заглядывать в чужие документы – это явно не то, что её совесть в состоянии одобрить. К тому же, подглядывать в мужской паспорт – это что-то из репертуара ревнивой любовницы. Но что поделать: нестандартные ситуации требуют стандартных решений. Зато теперь, если что, у Оли есть Юрины имена, пароли и явки.

И она смело дёрнула с полки утюг. Тяжёлая вилка бухнулась на линолеум, заставив его насмешливо чвакнуть. Пришлось лезть под стол и почти наощупь засовывать её в далёкую и неудобную розетку. Отодвинуть мешающую табуретку Оля не догадалось, и прошлось протискиваться боками прямо между её угольчатых ножек. Естественно, неудобно застряв, стукнувшись затылком и почти позабыв в процессе, зачем она вообще лезет.

Едва сдержав чертыхание, Оля всё-таки вставила вилку куда надо и, по-червячьи изогнувшись, вынырнула. Машинально поправляя и футболку, и джинсы.

– Тебе помочь? – запоздало поинтересовался Юрка, всё это время внимательно следящий за её телодвижениями едким взглядом.

– Спасибо, сама разберусь, – пробурчала она

– А ты что, гладишь бельё? – вдруг с некоторым скепсисом спросил её Юра, подозрительно поглядывая на самый обычный утюг.

– Ну да, – протянула она, припоминая, где могла слышать, что среди молодёжи уже вроде как не принято гладить.

– А я думал, что тебе хватает огнедышащего дыхания.

Оля не сразу поняла шутки юмора. А потом поняла.

И недобро сообщила:

– Кому-то сейчас хватит утюга на груди.

– Тогда лучше паяльник, – усмехнулся Юра, и Оля снова вспомнила, что он стоит с ней по пояс голый. Поспешила сосредоточиться на как раз щёлкнувшим готовностью утюгом. Кстати, откуда он знает шутку про паяльник?

Но всё равно забавно.

Футболка высохла буквально под пальцами, дыша на Олю прогретой чистотой. И Оля красивым парусом послала её Юре. Тот ловко ухватился за тёплую ткань, на ходу влезая в рукава.

Пора была уже входить, и Оля наскоро дёрнула за витой провод и поспешила в коридор. Юра нагнал её уже там.

– Оль, серьёзно, чем всё-таки драконы отличаются от людей? – спросил он неподдельной надеждой в голосе. Наверное, решил, что оглаживание чужого белья – это жест к сближению. Гораздо больший, чем секс.

Оля стало обидно. Будто её всё время пытаются подловить и выпытать что-то. Ответила она с грустью в голосе:

– Если ты и шпион, Юр, то очень плохой.

Глава 7. Планирование одного конкретного убивства и небо в алмазах

Не сговариваясь, они снова уселись в круг. Не хватало только костра посередине.

Елена, чувствуя себя в главной, опустилась на чистый скрипнувший пол первой, красиво сложив ноги в обтягивающих джинсах и держа спину очень ровной. Во всём её образе скользила такая мягкая сила, что можно было подумать: одно движение её руки может изменить чью-то жизнь. Наверное, Еленина сверх-аккуратность слишком напрягла Кирилла, который нарочно её задел локтем, усаживаясь очень близко. А когда Елена не только не шелохнулась от его касания, но и не удостоила его даже взглядом, Кирилл подтолкнул её бедром. Но и это не помогло парню привлечь Елениного внимания.

Дима, изображая вальяжность и вполголоса сравнивая всё с лесными ночёвками, устроился чуть дальше от остальных. Хотя и весело поблёскивал жуковыми глазами из-за своих уменьшающих стёклышек. Выдерживая равное расстояние что от Оли, что от Юры. И даже горный огонь, не так давно попытавшийся последнего обжечь, теперь отстранённо светил и наполнял помещение узким светом.

Последним, с грохотом, откуда-то ввалился Виталя. Снова в своём лаборантском белом халате он сдёрнул с носа медицинскую маску. Бухнулся между Димой и Юрой, между которыми оставалось для него маловато места – но Виталя химик, и не математик, чтобы оценивать пространство. Он предпочёл неловко навалиться на Юру, вынуждая того двигаться. И совсем не задеть кажущегося совершенно расслабленным и дружелюбным Диму.

– Не знаю, можно ли этому верить, – без обиняков начала Елена, когда все уселись нормально, а Кир перестал чем-то вполголоса подзуживать Олю. – Но всё сходится к району Берёзинок. Многие в сети отмечают, что там что-то вроде секты – закрытые территории, странные звуки и другое подозрительное. При этом никакой вербовки населения, что в условиях секты невозможно. Больше похоже на какую-то лабораторию.

– Или вообще на что угодно, – хмыкнул Кирилл.

– А ты что-нибудь нашёл? – проигнорировала его Елена, обращаясь к Диме.

Но тот только пространно развёл руками и сказал, что уступает аналитическим способностям дамы.

– Думаете, надо постараться выяснить, что там? – с готовностью спросила Оля, окидывая взглядом сосредоточенные лица.

– Других зацепок пока что нет, – ответил за всех Дима. – Кстати, с тобой ещё не выходили на связь эти, белые?

Оля мотнула головой и задумалась. Она, конечно, наложила некоторые чары, чтобы медики её не нашли. Но вряд ли такие уж сильные, чтобы никто в этом мире не смог этого сделать. А выяснить, что же там случилось с донором Викторовой они должны ведь были? Что-то тут не склеивалось.

И тут умеренную тишину прервал тот, от кого уже меньше всего ожидали.

Юра.

– Это не Берёзинки, – негромко, но чеканя не то, что каждое слово, а каждую букву, проговорил он. – В Берёзинках просто промышленные склад, а местные от скуки выдумывают про него всякие легенды. А на самом деле… – он сделал неуверенную паузу, будто на середине фразы силы начали его покидать. – На самом деле нужно искать в Лунатехе.

Юра твёрдо взглянул поверх голов, и в комнате, кажется, стало на несколько градусов холоднее. А сидящие в круге ненадолго превратились в каменные изваяния. Переваривая то, что мальчик, которого уже почти скинули со счетов, знает больше, чем они.

Неприятную тишину как ножом разрезала Елена, говоря таким холодным голосом, что даже драконья кровь могла застынуть:

– Говори сейчас же и всё, что знаешь. Иначе я прямо здесь тебя убью.

Ни один её мускул не дрогнул, даже прямой и умный взгляд не особенно изменился. И от этого всем и каждому стало ясно – она не шутит и не лукавит. А Юре ещё и стало ясно, что останавливать её никто не будет.

И он с готовностью кивнул, будто смиряясь с неизбежным. И заговорил:

– Не знаю, слышали вы или нет, – он коротко глянул на Ольгу. – Но один из участников проекта d-502 – Владимир Ильин. – Оля машинально моргнула. Она слышала. А парень продолжил: – Так вот он – мой отец.

Воздух в помещении будто собрался тугим клубком и, не спрашивая, бухнул по затылкам. Они проштрафились. Подпустили к себе шпиона.

– Чё ты врёшь?! – с откровенной злобой прошипела Ольга. – Я твой паспорт видела – у тебя фамилия Решетов.

– Я записан под маминой, – чуть виновато поглядывая ей в глаза, отозвался Юра.

– Так вот чего ты всё до драконов доскрёбываешься… – буркнула Оля, переводя глаза на спокойное пламя за стеклянной преградой. Которое будто ей назло претворялось обычным каминным костерком.

– И чего ты тогда сразу всё не сказал? – с недоброй насмешкой блеснул зрачками Кирилл, и губы его очертились плотоядным оскалом.

– Вы бы мне не поверили.

– Чего это ты за нас решаешь? – начал ещё больше кипятиться Кирилл.

– Мы тебе и сейчас не верим, – остудила накипающую атмосферу Елена. – Ты же понимаешь, как это всё выглядит?

Она прошила его своим непереносимо-проникновенным взглядом, отчего Юре очень захотелось провалиться сквозь землю. Потому что он всё больше и больше напоминал засланного казачка, которого сюда направил его отец. Но для чего ему тогда сейчас нужно было упоминать эту родственную связь?..

– Давайте так, – голосом разума вмешался молчавший до этого Дима, и от спонтанного изгиба горного огня лицо его очертилось пугающими, предающими какой-то обречённости, тенями. – Проверим то, что говорит мальчик. Если там ничего нет, то будем считать его вруном и… прогоним.

Вместо последнего слова Дима явно хотел сказать что-то другое, но в последний момент проявил непонятный гуманизм. Который никто не собирался разделять.

– А если есть? – Ольга неудобно подпёрла подбородок кулаком, отчего голос её прозвучал особенно отстранённо и глухо.

– А если есть – то всё равно кокнем, – в упор гипнотизируя Юру, отозвался ей Кирилл.

– Подожди, – вдруг отмахнулся от него Виталя. – Зачем его убивать? Если что, драконью оспу можно будет проверить на нём. Ведь известно, что инфицирование человека не несёт полных фатальных последствий. Можно будет посмотреть, как на самом деле ведёт себя вирус в человечьей крови. Насколько действует на мозг, каково влияние на геном, качество жизни. В конце концов, не только же на драконах эксперименты ставить… Чего вы на меня так смотрите?

Он непонимающим взглядом окинул всю сидящую компанию. Кроме Юры все едва сдерживали нервные смешки, даже серьёзная и суровая Елена.

– Да ты, Виталь, прям настоящий гуманист, – прокашляла сквозь смех Оля, представляя, как парень будет исследовать Юру в какой-нибудь подпольной лаборатории, демонически хохоча как Франкенштейн.

Хотя его идея, в общем-то, всем пришлась по душе. Возможно, кроме самого Юры, но его мнение оказалось в меньшинстве. Да и доказательств вины парня пока не было. Плюс драконы обычно считают себя выше людей. Поэтому каждый из них считал, что «обезвредить» Юру они всегда успеют. Может, кроме Оли. Но тут и она оказалась в меньшинстве.

– Значит, пока расходимся, – подытожил Кирилл нарочито бодро и почти беззаботно. – А завтра утром, – он глянул на циферблат наручных часов, – часов в девять, встречаемся тут же. Не, давайте в десять – сюда ещё добраться надо будет.

Воздух там, где он стоял, щёлкнул, и парень поспешно исчез.

– Не раньше одиннадцати, – насмешливо обернулся к остальным Дима. – Он всё равно в такую рань не встанет после своих тусовок.

И тоже исчез. Виталя как-то незаметно и неизвестно когда ретировался раньше, и оставшаяся Елена, бросив очередной пронизывающий взгляд на Юру, кивнула Оле. А потом, шагнув в дверной проём, мягко растворилась в нём. Оставив их одних. И едва пространство за ней выровнялось, в Юру полетела Олина джинсовка, до этого безмятежно покоившаяся на её локте. Тот едва успел её перехватить, чтобы недобрая ткань не накрыла его с головой.

Иного контакта он от Оли больше не удостоился, даже когда они выбирались из подвала. И только плёлся за ней, рассекающей пыльное летнее пространство, словно ледокол.

Глядя на её ходящие злостью плечи, Юра сам не заметил, когда отстал. А потом не стал нагонять и замер перед потёртым пешеходным переходом. Оля уже улетела далеко вперёд, но её уверенная и высокая фигура никак не хотела сливаться с прохожей толпой и так и торчала светлой свечкой, стремительно прорезающей пасмурную и душноватую пустоту. Так и притягивающей к себе Юрин взгляд.

Заметила Оля, что осталась в одиночестве, только метров через сто. Вздрогнула, слово наткнулась на невидимую стену и испуганно глянула через плечо. Те секунды, что она шарила взглядом по равнодушной улице, очень напомнили Юре тех актрис, что отыгрывают в кино пропажу ребёнка. А потом большие испуганные глаза вперились точно в него. И на Олино лицо, насколько Юра мог видеть, поторопилась наползти серьёзность.

Мимо него проезжала вишнёвая машина, дохнув пылью и переработанным бензином. Уставшая, видимо, ждать, когда парень соизволит перейти дорогу. Оля, всё ещё вполоборота, и дальше смотрела на него.

Мир вокруг стал Юры начал неприятно плыть красными и зелёными пятнами, и в фокусе оставалась только Олина вытянутая фигура. И Юра старался моргать как можно реже. Старается ли то же самое сделать Оля – уже не разглядеть. Да и в голове почему-то начинало звенеть.

А Оля дёрнулась, будто она игрушка на крутящемся подиуме. В одно мгновение как-то по-балетному развернулась к далёкому Юре всем телом. Ветер заколыхал её длинные волосы и широкий подол футболки. А потом длинные, как по линейке очерченные ноги, словно по канату двинулись в его сторону. Вышагивая легко и аккуратно с мыска.

Когда Ольга оказалась перед своей разделяющей их переходом полосой, между ними с грохотом прокатился грузовик с помятым брезентовым кузовом. И у обоих синхронно возникло ощущение, что сейчас, как в кино, когда машина проедет, а на другой стороне никого не окажется.

Но жизнь – не кино, так что Ольга всё-таки подошла через дорогу к Юре. И тот не спеша протянул ей до сих пор висящую на его локте джинсовку с неловко вывернутыми карманами.

Оля не обратила на неё внимания. Только дальше буравила парня взглядом.

– Извини, – глядя ей в глаза, произнёс Юра. – Надо было тебе сразу сказать. Просто не хотелось… ну… переваливать на тебя. Если бы ты узнала первой, начала бы думать, что с этим делать и как говорить остальным. Извелась бы. А так ты осталась на ровне с другими.

Юра улыбнулся. И Оля дёрнула с его руки свою джинсовку.

– Да ты прям психолог, – хмыкнула она. – Больно умный. Для своего возраста, конечно.

Олины зрачки неуловимо сузились в попытке прошить парня насквозь.

– Возраст – это всего лишь цифра, – ответил Юра, не отводя от неё взгляда и даже не моргая.

– Ладно, пошли, – Оля, чуть расслабившись, кивнула в сторону дома. – Всё равно ты сейчас походу знаешь больше, чем любой из нас.

Это Юре не понравилось – это же как подачка для собачки. Поэтому он остался на месте.

– Если хочешь, чтобы я ушёл – скажи, – неожиданно легко предложил Юра. – Я уйду.

Оля с насмешкой развернулась к нему, но неожиданно наткнулась на серьёзный взгляд. Который ждал ответа. И Оле, почему-то смущаясь, пришлось его дать:

– Не хочу…

Она почувствовала на щеках жар. И торопливо перескочила на другую сторону улицы. Ничего не ответив. Но больше не ускоряя шага и периодически косясь, чтобы Юра больше не отставал.

***

Наступило тревожное ожидание. Которое просто рождало в сердце необходимость показать, что всё нормально.

На фоне привычной жизни, немного скрашенной необычными деталями последних дней, завтрашний день ожидался очень непривычным. Ещё бы – поиски настоящей лаборатории с драконами.

Оля уже немного предвкушала, специально не давая мыслям об опасности выбраться наружу.

– Смотри-смотри! – она тыкнула в экран телевизора пальцем, словно опасалась, что Юра вдруг посмотрит в другую сторону. – Она сейчас за провод запнулась, и чуть-чуть не кувыркнулась. И поёт явно под фонограмму – по губам видно: не «Прованс» сказала, а другое слово.

Ей очень нравился этот концерт, хоть в нём не было ничего особенного. А вот Юре не очень.

Он всё прошляпил и теперь бегал глазами по экрану. Драконы явно внимательнее людей. По крайней мере, если говорить конкретно о нём. Хотя может это всё от того, что Юры не кстати начала разбаливаться и одновременно каменеть голова. И он опустился на мягкую спинку дивана и прикрыл глаза, давая им, сухим, отдых.

Мельтешащая весельем картинка не радовала. Лучше перевести взгляд на Олю, подобравшую ноги и то и дело ёрзающую в такт мелодии. Она то и дело улыбалась, отчего её скулы «подпирали» круглые глаза, почти пряча их в тени ресниц. А из самых уголков глаз кверху уползали весёлые лучики. Недлинные передние зубы при усмешке упирались в нижнюю губу цвета холодного кварца. И по-спортивному ровная спина, прикрытая плотной футболкой, то уходила вперёд, то снова откидывалась на подлокотник. У Оли вообще очень спортивная и атлетичная фигура. И пропорциями тела она походила на модель (уж Юра-то знает). Если бы не странноватый момент их знакомства, Юра предположил бы вслух, не занимается ли она бегом.

Чувствовал он себя странно. И не только потому, что внутри к телу подбирается простуда, но и из-за случившегося между ними. Из-за секса. Юре всегда было легко устанавливать с девушками контакт, причём достаточно быстро – физический. Наверное, сила обаяния. А вот дальше дело обычно не шло. Вернее как – девушки становились навязчивыми, ревнивыми и липкими. Совершенно лишаясь в его глазах шарма и интереса. Сразу требовали чего-то серьёзного и норовили на каждом углу демонстрировать, что они – пара. Чем рождали в парне желание бежать от них на край земли. Но только не Оля. Которая старательно делала вид, что ничего не было. И этим то ли немного раздражала, то ли будила что-то вроде любопытства.

Ещё у Оли ловкие и выверенные движения. Как будто каждую секунду своей жизни она знает, что делать и что будет потом. И эта прямая спина как по линейке, готовая встретить любую неприятность, только подтверждает теорию. Улыбается Оля чаще всего кривовато – так чтобы, левый уголок приподнимался выше правого. Но это почему-то не придаёт лицу ехидства. Словно в нём столько доброты, что никакой неровностью её не скрыть. Пусть Оля и пытается казаться резче, чем есть на самом деле. И вроде как пытается относиться к Юре сверху. Но Юра знает, что такое отношение сверху, да ещё с оттенком презрительности. Так что Оля тут и рядом не стояла.