355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Вера Окишева » Петли времени — узор судьбы (СИ) » Текст книги (страница 1)
Петли времени — узор судьбы (СИ)
  • Текст добавлен: 8 декабря 2018, 13:00

Текст книги "Петли времени — узор судьбы (СИ)"


Автор книги: Вера Окишева



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)

Петли времени – узор судьбы
Вера Окишева

ПРОЛОГ

– Отпусти меня. Слышишь? Отпусти, кому говорят.

Мне нравилось то, как она кричала и ерзала на моем плече. Улыбка растягивала губы, а на душе расцветал огненный цветок желания. Девчонка была легкая, как перышко, ничего практически не весила. Ее аура окутывала меня, словно весеннее солнце, пробивающееся сквозь молодую листву, и я млел от радужного сияния ее магии.

Юная магичка, светлая душа, отличная добыча, которую я нес в свое логово. Чем я не Темный Властелин? Он самый и есть. Я могу быть кем угодно, и не стоило меня злить и выводить из себя, обзываться. В конце концов, она первая на меня напала, а я всего лишь защищался.

ГЛАВА 1

Корион

Я уже привык к тому, что мои родственники пытались завоевать этот мир. Каждый питал надежду стать императором. Но не только им грезился трон и вечная жизнь, но и другим амбициозным магам. Я так устал от вечных завываний, что просто обязан стать императором, однако не видел смысла править недостойными. Я уже привык со стороны наблюдать за вечной борьбой за этот кусок золота. Трон – как гордо и амбициозно звучало, а на самом деле обычное кресло, причем ужасно неудобное. В нем не было ничего привлекательного для меня. Да, красивый, не спорю. Ювелирная работа великого мастера Али. Но только какая разница кто садился на этот трон? Ведь суть правителя не в том, куда опустить свою пятую точку, а в том, какую голову венчает корона. Дело в уме, в душе, в сердце.

Каждый мнил себя достойным, но ни у кого из них нет права восседать на троне, кроме меня. Какая ирония судьбы. Я родился истинным драконом. Именно они создали этот мир, отдали свои жизни и магию на поддержание жизни в нем. Драконы – Властелины Эмаргата. Но я не хотел такого бремени, так как не чувствовал ответственности за тот сброд, что копошился на центральной улочке деревни, где расположился рынок. Алагерия была наводнена ими, скудоумными людишками, предателями, ворами, бандитами. Ни одного достойного, кому хотелось бы открыться, довериться, дружить.

Сегодня была особенная ночь. Новый император взойдет на трон Алагерии. Мой двоюродный брат сумел-таки убить своего отца, чтобы заполучить долгожданную корону. Мог ли я ему это позволить?

Размышляя над непростым выбором, я прогуливался между лотками со всякой мелочью. Югани был мудрым, хитрым и жестоким – настоящий темный властелин, такой, каким их обычно описывали хроники. Летописцы вдохновенно слагали небылицы о моем отце, Ватионе Первом. Реки крови, жертвоприношения младенцев, страсть к девственницам. Все очень ярко и красочно, даже картинки прилагались. Но мой отец не был настолько уж кровожадным и жестоким, хоть в нем и текла добрая часть древней крови драконов. Я жил при дворе и ни разу не видел ничего из тех ужасов, описанных в летописях.

А единственным младенцем во дворце в свое время был именно я, пока не вырос. Но мой отец не видел смысла в том, чтобы развеивать мифы, как и я в коронации. Зачем править предателями, которые отравили моего отца, пока я путешествовал по миру, вдали от границ Алагерии. Если бы я был во дворце, то, возможно, сумел бы его спасти. Я практически всемогущий, а дара предвидения у меня нет. Многое бы отдал за него.

Вдруг мой взгляд привлек браслет из магензия, очень редкое украшение и совершенно бесценное. Приподняв бровь, я в изумлении смотрел на него, как вдруг почувствовал всплеск магии. Пространственный переход? Здесь, в деревенской глуши, на окраине границы государства? Кто бы это мог быть? Кто опять вздумал меня потревожить?

Я бросил золотой на лоток продавца и взял браслет. Такую ценную вещь не стоило оставлять простолюдинам. Это могло привести к ненужным смертям и преступлениям. Продавец, грязный деревенщина, заискивающе улыбающийся мне, даже не знал, какое сокровище было у него в руках. В поисках таких вот диковин я и путешествовал по миру, развеивал свою скуку.

Направившись к месту произведенного перехода, где-то за высоким частоколом деревни, я увидел ее издали. Странная девочка, скрывающая свое лицо под капюшоном плаща, шла и озиралась по сторонам. Дорогая одежда, нелепая в таких местах, как этот грязный рынок, бросалась в глаза, и если незнакомка хотела оставаться никем не замеченной, то ей следовало одеться более скромно. Да и кто в деревенской глуши выбрал бы нежно-зеленый шелк наряда? Здесь все привыкли к холщовым темным одеждам, местная знать и то предпочитала приглушенные тона. А у незнакомки даже плащ был из дорогой парчи, искрящийся в лучах солнца.

Я усмехнулся и стал наблюдать за ней. Молодая совсем, белоснежная кожа, холеные руки с интересными кольцами, нанизанными на пальцы. Она искренне думала, что не привлекала внимание? Уже несколько карманников шли по ее следу. А невысокая девчонка продолжала идти вдоль улицы мне навстречу и с любопытством рассматривала все вокруг. Ее задорный курносый носик нет-нет да вылезал из-под защиты капюшона. А когда незнакомка добралась до лотков с украшениями, то выдала себя с головой. Она точно была из родовитых. Я почувствовал родственную магию и сильный потенциал. Нет, она не была мне ровней, но и маг не слабый. Драконья кровь, очень сильная и юная. Так вот почему она столь безрассудно вела себя, уверенная в своей безопасности – надеялась на свою магию.

Но женщины всегда оставались женщинами в любой ситуации. Гостья не была исключением. Она перебирала длинными ухоженными пальчиками украшения из серебра, явно интересуясь камнями. Меня тоже привлекали местные ювелиры, но им не сравниться с мастерами Игарда, города подле Высокой горы. Те вливали в драгоценный металл свою магию и украшения оживали, становились настоящими артефактами, защитниками своих хозяев и оружием против врагов.

Вдруг девушка выпрямилась и оглянулась на меня. Ее глаза цвета малахита радостно заискрились, и она бросилась ко мне. По инерции поймал ее в объятия и замер, когда ласковые и нежные губы накрыли мой рот, запечатав его, не дав и словом остановить, возмутиться. Яркий порыв чужой теплой энергии окутал меня в бережный кокон. Я словно выпал из реальности, угодил в астрал. Сердце сбилось от неожиданной атаки любвеобильной драконицы. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя и отстраниться. Девушка улыбалась мне так искренне и открыто, словно мы с ней давно знакомы, хотя я ее определенно впервые видел, да и не водилось у меня в родственниках столь яркой личности.

– Я так и знала, что ты меня найдешь, любимый. В этот раз ты быстрее, я даже в неприятности попасть не успела.

Я онемел от такой наглости. В изумлении смотрел в лицо бесстыднице, которая продолжала обнимать меня за талию. Меня. Истинного дракона.

Радалия

Мглу гробницы пронзил яркий луч света моего фонарика, аккумуляторные батареи которого подпитывались магией. Микроскопические частицы пыли танцевали в беззвучном вальсе. Я шла и прислушивалась к себе. Мой дар вел меня по лабиринтам запутанных коридоров, а я в свою очередь вела Тимиола, моего друга и, можно сказать, брата. Мы вместе учились на последнем курсе небольшого провинциального, но весьма элитного университета исторических наук для магов на кафедре Древнейшей истории. Мы исследовали эпоху Мерлад в рамках темы нашей дипломной работы. В то время правили самые таинственные существа всего Эмаргата. Наследники Драконов. Теперь это лишь легенды. Драконов уже не существовало, но интерес к этим таинственным созданиям не иссякал. Их культурное наследие и гробницы привлекали к себе пытливые умы исследователей разных областей. Вот и нас с Тимом привлекли. Мы с напарником были любителями Древнейшей истории и чуточку археологами. Правда, нам не раз доставалось от нашего декана за несанкционированные исследования. Он даже порывался перевести нас на факультет археологии, декан которого категорически противился этому. Так что мы все еще историки, хотя тяга к археологии была присуща нам обоим.

Вот и эта вылазка была весьма опасной и, конечно же, несанкционированной, то есть тайной. Ведь очередной выговор, и мы с Тимиолом могли вылететь из университета. Да только разве это могло нас остановить, когда на кону стояла сенсация.

Мы с ним не так давно чисто случайно, совершенно неожиданно (а никто и не доказал обратного) нашли очень древний манускрипт. Ну как нашли – украли у вора, похитившего его из хранилища императорского дворца. По логике это не было преступлением, хотя и гордиться нам особо нечем. Сами того не ведая как (происки Судьбы, не иначе), мы нашли объявление о продаже листка из древней летописи. И тут же захотели на него посмотреть, а увидев, не смогли уйти с пустыми руками. Денег на то, чтобы купить это сокровище, у нас, бедных студентов, естественно не нашлось, зато была магия.

Тимиол отличный иллюзионист, и мороки его держались достаточно долго, чтобы успеть сбежать под защиту стен магического университета. Там-то мы в спокойной и безопасной обстановке (под кроватью в комнате Агашета) и расшифровали древние письмена.

У нас ушла на это одна треть сезона, так как ни я, ни Тимиол не могли поверить в подлинность документа. Не мог настолько хорошо сохранившийся лист датироваться двумя тысячами лет до эпохи Грачити, нынешнего императора Алагерии. Вот мы поначалу и использовали более раннюю азбуку эпохи Тмех, потом Жим. Когда же нам удалось прочитать текст, то мы просто не могли себе позволить отдать свои лавры кому бы то ни было. И уж тем более ректору нашего университета, который считал наш дуэт ошибкой природы и грозился отчислить. Да и вообще он вечно к нам придирался, словно мы бельмо у него на глазу.

Однако мы с Тимиолом никогда не унывали, даже когда получили предпоследнее предупреждение, и это на выпускном-то курсе.

Поэтому и хотели доказать всем и вся на что мы способны. И вот теперь мы шли к своей славе. Я чувствовала, что мы на пороге невероятного открытия. Ведь это была гробница самого Югани Мерлада, того, кто убил собственного отца ради трона, на который он так и не взошел. Его смерть стала возмездием за пролитую родовую кровь, проклятием и позором, легшим на его имя. После смерти Югани трон занял Вейгар Жим, и началась новая эпоха.

Ух, как все это было захватывающе. И я хотела приоткрыть тайну смерти несостоявшегося императора, в чьих венах, как писалось в летописях, текла кровь драконов.

– Стой, – скомандовал Тимиол, дернув меня за плечо назад.

Пол, куда я только что чуть не ступила, провалился, и я от неожиданности выронила фонарик. Он покатился и, как нарочно, упал в образовавшуюся дыру. Мы с другом переглянулись, прижавшись друг к дружке в ожидании очередной ловушки. Гробница хоть и была бедная, но так как в ней упокоился проклятый, то и расставили капканы, чтобы неповадно было фанатикам-некромантам, питающим страсть к воскрешению кого ни попадя. Три уже обезвредили. Секунды просто текли, растягивались, как расплавленная пастила… Два-три-четыре-пять… На восьмой секунде я перевела дыхание и отстранилась от Тима. Друг был выше меня на полголовы, но худой и поэтому частенько прятался за моей спиной. Я, конечно же, делала вид, что не замечала его порывов защититься моим телом. И достоверно радовалась сомнительной защите в виде прозрачного пузыря, готового в любой момент лопнуть, которую каждый раз выставлял напарник, свято веря, что это нас спасет от чего угодно. Но должна же я сберечь его тонкую душевную организацию.

Факт оставался фактом, из нас двоих бесстрашной была я, а он просто умным и богатым. Многие думали, что мы с ним любовники. Язык бы оторвать тому, кто первый подобное высказал. Придумали тоже. Тимиол, конечно же, был привлекательным брюнетом с буйной копной кудрей на голове, веселыми карими глазами, доброжелательным открытым лицом, вот только он меня как мужчина не привлекал. Да и рано мне еще влюбляться. Всего-то девятнадцать лет, вся жизнь впереди. Поэтому я твердо для себя решила, что Тимиол был и навсегда останется для меня другом, сподвижником, партнером. Он, между прочим, наследник богатого клана. Поэтому мы без страха влезали в очередную авантюру. Семья Агашета весьма влиятельна, особенно на ректора нашего университета, хотя тот всячески это и отрицал.

– Откуда здесь доски? – тихо прошептал Тим мне над ухом, а я пожала плечами.

– Ловушку, наверное, закрывали, а она не сработала, – сделала логическое умозаключение, хотя доски вообще что-то новенькое. Совсем бедное захоронение, даже на ловушках сэкономили.

Я приблизилась к образовавшейся дыре и протянула руку с раскрытой ладонью. Немного магии и фонарик сам прилетел мне в руки (он так и не погас, светил себе, родной мой), а вместе с ним и браслет из черных блестящих камней.

– Что это? – шепнул мне на ухо Агашет, а я пожала плечами, направив луч фонарика на браслет, чтобы его получше рассмотреть.

– Магензий, – выдохнула я в шоке, почувствовав теплый отклик от камней. – Наполненный магией.

– Драконий камень? – изумился Тимиол, встав напротив меня, чтобы лучше рассмотреть находку.

– Это же целое состояние, – прошептал он, воззрившись на меня глазами, полными восторга.

– Ага, – согласилась я с ним. Вот она сенсация, у меня в руках, – Пойдем дальше? – тихо спросила у друга, так как цели мы так и не достигли, хотя уже наткнулись на настоящее сокровище.

– Конечно, – поддержал мою мысль Тим.

Что же мы можем найти в самой усыпальнице проклятого? Клан Мерлад славился своими сокровищницами, ведь они потомки драконов, а те всегда питали слабость к богатству. Прям как я.

"Алчность тебя погубит" – так приговаривала моя покойная бабуля, когда я у нее денег просила на учебу. Лично я не считала себя алчной. Да, имела слабость к драгоценностям, особенно раритетным. Но разве это алчность? Вовсе нет. Это здоровое любопытство историка.

Убрав браслет в карман жилетки, застегнула его на молнию под подозрительным взглядом лучшего друга. Ответила ему кривой ухмылкой. Ему бы я точно находку не доверила. Демонстративно посветила на пол перед нами, дав понять, что не хотела даже обсуждать, кто понесет браслет. Вечно он начинал ныть по этому поводу. Но я все еще помнила, как он посеял три золотые монеты эпохи Жим. Чуть не убила тогда его за рассеянность. Как можно было дырку в кармане не заметить? Бытовые заклинания на что?

Услышала расстроенное фырканье Тимиола. То-то же. Я продолжила освещать коридор перед нами, особенно стены и пол. Ловушек вроде не было. Просто прогнили доски. Больше в дыре под полом ничего интересного не нашлось и, использовав чуть-чуть магии, я создала ледяной настил, чтобы можно было спокойно идти дальше, не опасавшись провалиться.

Гробница проклятого располагалась на окраине нашего города Тамира. Мы с Тимиолом добрались до небольшого грота за пару часов на квадроциклах. Я стихийник и с легкостью как подзаряжала подобные магические аппараты, так и управляла ими. Тимиолу подобное удавалось с трудом. Магии в нем в разы меньше и та исключительно иллюзионная. Игры разума – вот его спецификация.

Но все же это нас не спасет, если мы не успеем вернуться в общежитие до рассвета. Агашет в наших комнатах поставил датчик движения, и ему на телефон должно упасть предупреждение от системы, если вдруг кто-то заглянет нас проведать. Единственное, что меня беспокоило, это то, что мы находились глубоко под землей, и связь могла подвести. Хотелось бы, чтобы никто не заметил нашего отсутствия.

Коридор плавно сужался, потолок стал слишком низким, и Тим шагал ссутулившись. Я тихо посмеивалась над ним, подглядывала через плечо на то, как другу приходилось идти на полусогнутых ногах, чтобы сберечь свою светлую голову от ушибов.

– Может, останешься здесь? Дальше я сама? – предложила ему, когда и мне пришлось согнуться, а впереди появилось нечто, напоминающее замурованный вход.

– Нет. Я не могу тебя бросить, – отозвался Агашет, и я опять прыснула от смеха. Нет, ну насколько он забавен, когда пытался выглядеть настоящим мужчиной. А сам пауков боялся и крыс. Именно поэтому впереди шла я, а не мой герой.

Нет, я на самом деле любила Тимиола, но как младшего братишку, хоть он и младше меня всего на шестьдесят деньков. Но подтрунивать над его смелостью всегда для меня было веселым развлечением.

– Спасибо, что не оставил одну, – с жаром шепнула и даже хотела послать ему воздушный поцелуй, но передумала. Еще догадается, что я пошутила. Мы с ним знакомы уже практически пять лет, а он все не мог раскусить меня. Искренне верил, что я не догадывалась о его фобиях. Но стоило отдать ему должное, даже с таким количеством страхов он никогда не упускал возможности сорваться в увлекательное путешествие. Может, конечно, надеялся, что я его спасу? А что? Интересная идея, нужно подумать над ней как-нибудь вечером.

Итак, мы добрались до каменной преграды, исписанной древними иероглифами эпохи Мерлад. Я мысленно переводила слова и тихо читала вслух для Тима:

– Бла-бла-бла… Опасность… Уходите прочь… Опять неинтересно.

– А может, все же прочитаешь, что случится, если открыть дверь?

Жалобный голос друга слегка дрожал, а я закатила глаза, но снизошла до его просьбы.

– Всяк, ступивший в чертоги смерти проклятого, знай, что покарает тебя истинный дракон за своеволие. Он придет за тобой и заберет твое сердце.

– Ужас какой, – пробормотал Тимиол, а я расстроенно вздохнула. Какой он мнительный.

– Никто за нами не придет. Драконов больше нет. Вымерли.

Друг кивнул мне, но я видела, что не поверил.

– Да и вообще тут написано, что открыть дверь может лишь невинная дева, прекрасная ликом.

– А где мы найдем девственницу? – шепотом спросил у меня друг, а я в изумлении приподняла брови. Нет, ну надо же какой вопрос.

– А при чем тут девственница? Тут же четко написано – невинная дева, а не девственница. Этот иероглиф расшифровывается как невинным перед законом, а не девственность, – повторила я для непонятливых. – Это совершенно разные иероглифы. Только в эпоху Тмех их упразднили.

– Это так, но все же драконы все были помешаны на девственницах.

Ну так-то правда. Жутко смущали подобные легенды, а читать их приходилось – университетская программа. Еще и на экзаменах краснеть перед педагогами, рассказывая о том, скольких и какой дракон себе в пещеру заманил. Темные властелины такие ненасытные.

– Как оказывается, не все. Этому вот невинную деву подавай.

– Ну и где мы ее найдем? – опять ляпнул глупость мой лучший друг, а у меня очередной приступ изумления приключился.

– А я на что? – указала на себя пальцем в ожидании очевидного ответа.

Правда, Тимиол так скептически на меня воззрился, а затем, жутко смутившись, выдал:

– Ну ты же не прекрасна ликом.

А вот это он зря сказал. Я обиделась.

– Повтори. Что сказал? – набычившись, сделала шаг к нему и боднула лбом. – Кто тут не прекрасная ликом? Да за мной весь курс бегает.

Тим отвел взгляд, но все не побоялся ответить, смертник:

– Потому что ты отличница и даешь списать.

– О, спасибо, глаза раскрыл, – зашипела я, еще больше взъевшись. Ну надо же какой у меня друг, оказывается. А я-то переживала, что он мне как мужчина не нравился, а дело-то во мне. Я недостаточно красива для благородного Агашета.

– Рада, ну не обижайся. Но ты сама виновата. За собой не следишь, не красишься, хамишь всем и мне тоже.

– И чего теперь, не прекрасная ликом стала?

– Я, если честно, и в твоей невинности сомневаюсь.

– Чего сказал? – грозно наступила я на друга, схватив его за грудки. – Я невинная.

– А кто булки в столовой воровал на первом курсе? – надменно спросил у меня Тимиол, ехидно ухмыльнувшись.

Я поджала губы и чуть не лопнула от злости. Да, воровала, и что тут такого? Булочка не золотой, и их все равно вечером собакам выбрасывали, а так все пошло на благо моего растущего организма. А как только стипендию стала получать, так и встала на путь праведный.

– Кто старое помянет, тому глаз вон. Слышал о такой присказке? – предупредила я слишком правильного богатого наследника и вернулась к каменной двери.

Итак, я снова обратила свое внимание на дверь. Ну его, этого Тима, еще обижаться на него. В итоге мне потребовалась пара минут на то, чтобы найти выемку для ладони и, не задумавшись, приложить свою. Секунды две стояла полная тишина, Тим даже успел фыркнуть, как вдруг каменная глыба дернулась и отошла в сторону. Я самодовольно усмехнулась своему напарнику, сложив руки под грудью. Ну и кто тут не невинная дева? Будет знать, как во мне сомневаться. А потом приглашающим жестом позволила Тимиолу войти первым в усыпальницу проклятого. Друг включил камеру, начал снимать и тихо комментировал то, что видел.

А я все еще пребывала в приподнятом настроении, так как сама, если честно, не до конца была уверена достаточно ли я невинная для того, чтобы открылся проход. И теперь я со спокойной душой перевела дыхание. Счастью моему не было предела. Приятно, когда узнаешь о себе что-то хорошее. Ведь получалось, что не просто невинная, но и прекрасная ликом. Драконий зуб, как здорово.

– Захоронение относится к концу эпохи Мерлад, – хорошо поставленным голосом вещал Тим, снимавший все вокруг. – Глиняный саркофаг, без украшений. Серебряная табличка с надписью о том, кто упокоен здесь. Рада, прочти, – приказал мне друг, и я, конечно же, согласилась. Из нас двоих мертвый язык на отлично знала только я.

Склонившись над саркофагом, стерла рукой пыль с единственной ценной вещи в усыпальнице. Одно расстройство. Кроме глиняного гроба, здесь не было ничего достойного внимания как историков, так и расхитителей гробниц. На полках вдоль стен стояли глиняные кувшины с маслом (по четыре золотых можно будет продать коллекционерам) и тарелки, видимо с подношениями (повезет, если за золотой кто возьмет по незнанию) и все. Как так-то? Неужели он настолько обидел всех своих родственников, что никто не подумал положить покойному плату Проводнику душ при переходе в мир мертвых? Видимо, его отца шибко любили при жизни и сильно расстроились, когда сыночек его отравил.

На серебряной табличке было выгравировано имя Югани Мерлада, а также годы его жизни с двадцатого дня лета 9060 года от сотворения мира по восемьдесят шестой день лета 9087 года. Зачитав на камеру вслух цифры, поразилась тому, каким молодым он умер. Всего двадцать семь лет. Это же совсем еще юнец, а амбиций было. И к чему они его привели? К смерти, забвению и проклятию. Недальновидный. Нет бы сначала найти себе сообщников преданных, подкупить, кого следовало, прежде чем отца травить. И вообще, неужели нельзя было дождаться, когда он трон сам добровольно передаст по наследству? Вот права была моя бабушка, которая по папиной линии, что терпение залог благосостояния. Она пережила всех своих родственников и стала самой богатой в роду. И я могла бы быть такой же знатной и состоятельной, как мой напарник Агашет, если бы мой отец не разбазарил свое наследство.

Неприятности меня просто преследовали по жизни. Я особо не разочаровалась в том, что гробница не порадовала нас несметными богатствами. Но успокаивал мою душеньку браслет из магензия, который можно продать за тысячу золотых на аукционе коллекционеров, а деньги поделить по совести (мне семьдесят процентов, а Тимиолу тридцать) и зажить припеваючи.

Тимиол снимал полки, тихо комментировал то, что видел, я подсказывала ему значение тех или иных предметов. Например, друг нашел костяной нож, которым потрошили труп, чтобы не вздумал ожить. Не удивилась бы, если у Югани нет внутренних органов вообще, и в кувшинах лежали именно они. Я решила проверить идею и стала более детально читать иероглифы, которыми были увиты покатые глиняные бока. Ну точно.

– Ух ты, – обрадовалась я и обернулась к напарнику. – Они его выпотрошили, а органы в кувшинах.

– Да ты что, – поддержал мою радость Тим.

Это же сколько золотых можно заработать. Заплачу студенческий кредит и буду свободна от банковской кабалы.

– Мы станем знаменитостями, – воскликнул парень и снял рюкзак с плеч.

Я аккуратно помогла ему укутать драгоценные кувшины в специальную пленку, усиленную магией воздуха, чтобы не разбить находку, пока доберемся до университета. Теперь у нас было чем утереть нос ректору и декану.

– Рада, я тебя люблю, – с жаром шепнул друг, встал и притянул меня к себе так близко, что я уткнулась носом в его куртку, уловив аромат морского бриза. – Если бы не ты… Теперь отец будет мной гордиться.

– Он и так тобой гордится, – заверила я друга, осторожно выбравшись из его крепких объятий. – Просто ты упорно не желаешь это признавать и выдумываешь себе, что недостоин.

– Но теперь он точно будет мной гордиться, – упрямо возразил Тим, а я махнула на него рукой. Ну его, разбираться с чужими тараканами и семейными заморочками себе дороже. У самой все сложно, чтобы к другим ползти с советами.

Тим даже прослезился, а я не видела смысла продолжать разговор. Напарник порой становился очень трогательным и милым. Я даже замечала за собой, что слишком долго на него смотрела, выпав из реальности. Неправильно долго. Это смущало. Но у Агашета не отнять его породистой красоты. Порой это мешало, а порой наоборот помогало нам в наших нелегких изысканиях.

Отмахнувшись от очередной глупости в моей голове, напомнила себе, что Тим – это Тим, и навсегда останется Тимом, моим лучшим другом и точка. Мне нужен настоящий мужчина, волевой, решительный, чтобы ух. А Агашет, он слишком для меня… маленький, что ли. Сама себе толком объяснить не могла, что не так с Тимом, но вот не мое и все тут. И тем страннее были мои мысли в последнее время. Неужели любовная лихорадка, которая настигла всех этой весной, передалась и мне? У нас на курсе мало девчонок, но все они в один голос вздыхали кто по ректору, кто по декану, а кто и по Тимиолу. Но я не хотела становиться такой же сумасшедшей, млеть от одного взгляда, потеть, трястись, терять дар речи.

Нет, мне нужно держать голову холодной и думать о будущем. Больше-то мне не на кого положиться. Бабушек больше нет, дедушек еще раньше не стало, отец в бегах от кредиторов, мама далеко в деревне, и помочь она мне точно не могла, самой бы концы с концами свести. А у меня студенческий кредит.

Мы с напарником вышли из усыпальницы и встали перед дилеммой: закрывать гробницу или нет. Если закрывать, то смогла бы я вновь ее открыть? Сомнения, что вдруг я второй раз окажусь недостаточно невинной, бродили во мне, а корыстные мысли уже терзали. Но и оставлять вход свободным для любого желающего я не хотела. Тим был со мной согласен, и я с тяжелым сердцем приложила ладонь к выемке на камне. Дверь встала на место, а мы неуверенно переглянулись с другом. Я вновь приложила ладонь – дверь открылась. Я улыбнулась и уже более спокойно закрыла дверь. Потом Тим решил проверить, но каменная преграда осталась неподвижной, пока я снова не прижала свою ладонь.

– Ну что, еще побалуемся или уже пойдем? – весело улыбнувшись уточнил напарник, когда дверь в очередной раз преградила путь в усыпальницу.

– А давай домой, – бодро предложила я, уверенная теперь, что если уж и вернемся, то точно попадем внутрь.

В своей комнате, переодевшись в пижаму после душа, я сидела на кровати, вертела браслет в руках, внимательно его рассматривала. Магензий был весьма дорогим камнем. Настолько, что простым смертным его не только купить, но и потрогать не по карману, и вот я не просто держала украшение из него, а даже примерила.

Согласно легендам, из магензия, который драконы принесли с собой из своего родного мира, они создали наш Эмаргат. Магензий питал его, наполнял магией. Из него делали очень сильные амулеты. В таких камнях хранилась только магия драконов, не простых магов, как я, а истинных властелинов этого мира. И я чувствовала тепло, исходящее от камней. Приятное уютное тепло. Улыбнулась украшению, представив, какой ажиотаж вызовет новость о гробнице Югани, а за браслет нас могут на куски порвать. Оставить себе мы его не сможем, а вот продать втридорога – да.

Внимательно приглядевшись, увидела, что в абсолютно черных камнях мелькали серебристые искры. Крупные и гладкие бусины приятно перекатывались под пальцами. Я поглаживала украшение, которое прекрасно смотрелось на моей руке. Еще бы платье пособлазнительнее и можно в свет, а лучше во дворец к самому императору.

Да уж, ну и мечты у меня. Где я, а где сам император Дэтор. Выключив свет, опустилась на подушку и перевернулась на бок так, чтобы свет из окна касался браслета. Улыбнулась, ласково погладила теплые бусины. Жаль расставаться с такой прелестью. Как же жаль. Может, сказать завтра Тиму, что я потеряла браслет? Ну а что, он же посеял три золотых, и я его за это не убила, хотя и была близка к этому.

Прикрыв глаза, пообещала себе, что настанет день, когда я смогу купить себе что-то столько же прекрасное и ценное.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю