Текст книги "Отличница для хулигана (СИ)"

Автор книги: Веледара Виленская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 8 страниц)

12 глава

Утро началось… со странных мыслей о вчерашнем дне и с неожиданной новости.

– Внимание, – куратор группы, пришедшая к самому началу первой пары, громко постучала ручкой по столу, заставляя тем самым всех студентов посмотреть на нее. – Через месяц у нашего университета запланировал межфакультетский проект, в котором участвовать будут студенты из разных курсов, все желающие будут объединены в команды.

По аудитории сразу же прокатился недовольный гул.

– Опять?! Мы сюда учиться пришли, а не участвовать постоянно в каких-то мероприятиях.

– Вот только этого мне не хватало, я вообще-то хотел спокойно прожить октябрь. – громко сказал Киреев.

И куратор, и преподаватель сделали вид, что ничего не услышали. Особенно последнее, выплюнутое из уст Богдана.

– Составы команд уже были утверждены ректором нашего университета, после занятий вы можете посмотреть списки в холле на первом этаже. Также студенты, которые будут принимать в этом участие, будут уведомлены в течении данного дня об этом.

Я застыла. Куратор не сказал, кто именно из нашей группы будет принимать участие в этом межфакультетском проекте, но я точно была уверена, что я есть в этом списке. Не могла не быть в нем.

Настя, словно спустя пару прошедших дней позабывшая о моих словах не приближаться ко мне и вновь усевшаяся с самого утра со мной за одну парту, тихонько тыкнула в меня пальцем.

– Готова поспорить, что тебя добавили в этот список.

– Дополнительные оценки лишними не бывают, – я косо глянула на нее.

И тоже была готова поспорить с кем-либо, что я есть в этом списке. Но спорить со мной, конечно, никто на эту тему не стал бы – потому что по итогу вышла бы ничья.

– Я знала, что ты скажешь именно так. – Настя ехидно сощурила глаза.

Я ничего ей не ответила, просто молча проводила уходящего из кабинета куратора взглядом, после чего открыла тетрадь и принялась записывать конспект.

После всех пар я подошла к информационному стенду, на котором уже висели несколько больших листов, на которых были записаны группа, курс и список участников в предстоящем межфакультетском проекте.

К концу учебного дня большая часть студентов уже просмотрела списки.

Их было очень много, из-за чего на протяжении целого учебного дня, на переменах между парами, подступиться к информационному стенду было попросту невозможно.

Некоторые, как и я, просто ждали, пока эта толпа со временем разойдется, поредеет и станет куда меньше, чем сейчас, но ситуация… Честно говоря, не сильно менялась на протяжении ближайших двух перемен.

А некоторые, переговариваясь и ругаясь, пытались протиснуться к информационному стенду как можно ближе.

Даже при том, что это не давало никакой гарантии, что даже с этого “близкого” расстояния они вообще сумеют разглядеть хотя бы одну фамилию на одном из листов, и не факт, что эта фамилия будет их собственная.

В общем-то, именно из-за всех этих людей, которые толпились, толкались и ругались друг на друга, эта же самая ситуация нисколько и не менялась.

И только сейчас, когда после всех занятий я подошла посмотреть, остался ли там еще кто-то, возле информационного стенда стояли только несколько человек – их было не больше десяти.

Остальные, судя по всему, решили не заморачиваться и после всех занятий как можно быстрее сбежали из университетского учебного здания куда подальше, лишь бы не оставаться тут еще на лишние пять минут.

Никого не расталкивая, я подошла к информационному стенду и пробежалась глазами по всем листам в попытках найти свою фамилию.

Отыскать ее мне удалось не сразу, но она все-таки там была – меня зачислили в команду №7, в которую помимо меня также добавили и Елену Жукову, Илью Самойлова и… Артема Воронцова.

Я застыла и безотрывно вчитывалась в его имя и фамили, которые были написаны сразу после меня.

Остальных двух, увы, я не знала – в моей группе не было Елены Жуковой и Ильт Самойлова, так что я не имела никакого представления о том, кто это такие, на какие профессии они обучаются, на каком они курсе и какими людьми они являются.

А работать с теми, с кем прежде никогда не пересекался, было труднее всего – неизвестно, какой подход к ним нужен и что у них на уме.

– Что случилось? – Лера, судя по всему, обеспокоилась тем, что я чересчур долго стою и пялюсь в одну и ту же точку, так что она подошла ко мне сама. Не стала ждать, пока я сама вернусь к ней, как и обещала.

Я ничего ей не ответила на этот вопрос, а просто взяла и молча тыкнула в строчку “Артем Воронцов”.

– О-о… – Лера удивленно протянула букву. – Поздравляю.

– С чем именно? – я повернулась в ее сторону.

– Кажется, вселенной очень нравятся ваши споры и перепалки.

Я не рассказывала Лере о наших с ним недавних разговорах, один из которых случился вечером.

С одной стороны, надо было ей рассказать, потому что я пока что так и не дала Артему никакого ответа касаемо того места, в которое он меня пригласил. Лера могла, в идеале, высказать насчет всего этого своего мнение, быть может – даже дать какой-либо нужный, важный и ценный для меня совет, который помог бы принять мне верное решение.

Но с другой – она и сама ничего не стала мне рассказывать про то, что начала с кем-то встречаться.

Наверное, встречаться – я до сих пор не понимала, кем именно Лера и Сережа друг для друга являются. За один месяц, как по мне, было невозможно полностью узнать человека, начать с ним встречаться и назвать его своей истинной любовью, но эти мысли я держала при себе и никакую из них ни разу не высказывала вслух, чтобы не обидеть своими словами подругу.

В любом случае, если бы я не увидела их тогда, когда решила пойти в книжный магазин, то и сейчас бы ни о чем не догадывалась и ничего бы об этом не знала. Ну, наверное бы не догадывалась и ничего бы об этом не знала.

– Очень смешно, – это было единственное, что я ей ответила, не желая и дальше ничего рассказывать. Пусть она остается в неведении, пока сама, как и я, однажды не увидит все собственными глазами. – Надеюсь, это какая-то ошибка, или простое совпадение.

13 глава

Все было как в тумане. Хотелось забыть весь вчерашний день: и встречу с Воронцовым возле библиотеки, и мое согласие, сорвавшееся с уст из-за чистого упрямства.

И работу над межфакультетским проектом, о котором нам рассказали вчера, забыть хотелось тоже. А он, тем временем, начался уже на следующий день, с самого раннего утра.

Я узнала об этом именно тогда, когда пришла в университет и узнала, что несколько раз в неделю нас будут отстранять от занятий для того, чтобы мы занимались данным проектом – и за последние два или три дня это был очередной сюрприз от самой жизни.

Ну, и от университета тоже, потому что уже второй раз за последний день-два ни куратор, ни администрация, ни другие преподаватели не удосужились даже предупредить меня об этом. И судя по всему, не предупреждена об этом была не только я – у некоторых других студентов были такие же ошарашенные лица, что и у меня.

Вдобавок, я не выспалась – провела большую часть, раздумывая обо всем случившимся, и из-за этого заснула очень поздно. Как итог: немного проспала и едва не опоздала.

Если верить организаторам межфакультетского проекта, собрание моей группы было назначено в одном из никому не нужных старых кабинетов. С трудом запомнив номер данного кабинета, я поплелась туда.

И, кажется, пришла самой первой, как и обычно – стоило мне открыть дверь кабинета, как я тут же увидела, что там никого нет. Внутри было пусто. Не было даже ни единого намека на то, что сюда кто-то заходил, а потом ненадолго отлучился и скоро вернется.

Я заняла парту у самого окна, на которой тут же разложила ноутбук, тетради и одну книгу с ежедневником.

Я была без понятия, когда придут остальные – и придут ли вообще, – и просто прикрыла глаза, не способная бороться со сном.

Не знаю, сколько я так по итогу просидела, сколько спала сидя, но рядом раздался какой-то звук, будто что-то поставили, и я нехотя, быстро разлепила глаза.

Потерев их, сперва я уставилась на стаканчик, в котором явно было кофе, а потом медленно подняла голову и взглянула на Воронцова заспанными глазами.

– Выпей кофе, станешь бодрее, – некоторое время он продолжал стоять, но вскоре сел рядом со мной, на соседний стул. – Ты не передумала насчет своей поездки?

– Нет, – резко и четко сказала я.

Я подцепила стаканчик с кофе и отпила его немного. На языке осел горячий, приятный привкус, от которого я и правда немного взбодрилась.

Артем больше мне ничего не сказал и ничего не спрашивал. Около четырех-пяти минут, судя по настенным часам в этом кабинете, мы сидели в тишине.

Артем уставился на парту, о чем-то задумавшись, а я мелкими глотками пила кофе и косо на него поглядывала.

После этого в кабинет-таки ввалились еще два человека из нашей новоиспеченной команды – Елена и Илья.

– Привет! – кинув взгляд, полный опаски, на Артема, Елена тут же перевела взор на меня и радостно улыбнулась. Ее рыжие длинные кудри слегка покачнулись.

– Доброго утра, – я отставила недопитый кофе в сторону и кивнула.

– Ворон уже здесь… – тихо пробурчал Илья.

– Здесь, – вынырнув из своих мыслей, Артем повернул голову и уставился на Самойлова.

Испугавшись, Илья поспешно опустил голову вниз. В его руках находилась папка с какими-то распечатками.

– Простите, мне пришлось немного задержаться…

– Ничего, мы никуда не торопимся, – спокойно ответил Воронцов, скрестив руки на груди. – Можем начинать, если вы готовы.

Спохватившись, Илья с неким напряжением сел за парту впереди, после чего вытащил из папки бумаги и положил их на стол.

– Здесь некоторые статьи, которые могут нам пригодиться. Я их выписывал весь месяц и не думал, что они мне когда-либо пригодятся во время учебы.

Я взяла первую страницу и быстро, беглым взглядом, ее прочитала. Затем прочитала вторую. И третью. И только тогда подняла голову и вновь взглянула на Самойлова:

– Ты искал все это самостоятельно?

– Да, – он коротко кивнул и уставился на пол.

Это явно будет первый раз, когда мне не придется перепроверять чужую работу – источники, из которых он все это выписал, были отличными. Но в плане работы нам явно будет трудно с ним сработаться: разговаривал с нами он нормально, но точно был тихим и застенчивым.

* * *

– Предлагаю распределить оставшиеся задачи, – резко подняв голову, Лена проговорила это веселым, радостным голосом.

Уже несколько часов подряд мы занимались данным проектом, лишь изредка прерываясь на передышку и недолгий отдых.

Каждый и так занимался своей частью, но у нас и правда оставались еще некоторые, небольшие, задачи, которые мы пока не трогали. Мы пока попросту не знали, что с ними делать.

В кабинете после ее предложения повисла тишина.

– Давайте лучше сделаем перерыв, – словно пытаясь разрядить обстановку, Илья устало потер глаза.

Лена тут же поумерила свой пыл и грустным, недовольным взглядом посмотрела на Самойлова.

Мы с Артемом выразили свою поддержку о предложении сделать перерыв, и вчетвером договорились, что закончится этот самый перерыв через 10-20 минут.

Илья и Лена тут же ушли куда-то, и через несколько секунд в кабинете остались только мы с Артемом.

Тяжко вздохнув, я вернулась к ноутбуку и продолжила печатать на нем текст.

Коротко глянув на меня, Артем взял в руки записи, принесенные сюда в самом начале Самойловым, и окинул их ленивым, незаинтересованным взглядом.

Несколько минут после этого прошли в полнейшей темноте, прежде чем Артем положил записи обратно.

– Белова, – он обратился ко мне, заставляя оторвать взгляд от экрана. – У нас перерыв, не забыла? Когда ты последний раз отдыхала?

– Не помню, – задумавшись на мгновение, я тут же ответила и пожала плечами.

– Я так и думал, – он понимающе кивнул, а я качнула головой и собиралась вернуться обратно к работе за ноутбуком, когда Воронцов поднялся, протянул руку вперед и аккуратно закрыл ноутбук. – Тогда мы поедем в то место прямо сейчас. Иначе ты никогда не отдохнешь.

14 глава

К вечеру я уже несколько раз успела вновь пожалеть и о своем согласии, и о том, что сбежала из университета.

Я очень надеялась, что об этом никто не узнает – особенно родители, – но шансы на это, честно говоря, были не сильно велики и куда больше стремились к нулю.

Я прокручивала в голове эти беспокойные, тревожащие меня, мысли.

Целых двадцать раз за столь недолгое время я передумала ехать куда-либо с Воронцовым. Собиралась, – хотела, – вернуться к тихой и мирной университетской жизни, которую мне удавалось сохранять на протяжении месяца.

Целых двадцать раз я также передумывала о своем передумывании и была… Немного воодушевлена, что ли – это я точно могла сказать про нынешнюю себя.

И только на двадцать первый раз, когда времени на размышления и сомнения уже толком не оставалось, я окончательно решила, что поеду.

Не для того, чтобы веселиться. И не для того, чтобы как-то “исправить” свою жизнь в угоду другому человеку, как это было два-три года тому назад. Я туда поеду исключительно для того, чтобы понять, правдивы ли чужие слухи и слова Егора про Артема Воронцова.

Понять его по итогу для меня оказалось гораздо сложнее, чем подготовиться к конференции, которая уже прошла.

Сложнее, чем распределение разнообразных источников во время выполнения межфакультетского задания – надеюсь, что ни Лена, ни Илья не обиделись на наш внезапный и незаметный побег. Они же ушли, когда мы еще находились в кабинете, а пришли уже наверняка тогда, когда нас с Воронцовым там уже не оказалось.

Но при этом это было не намного легче, чем мои тщетные попытки убедить Леру, что со мной все нормально и что я нахожусь в своем уме, что меня никто и ни к чему не принуждает насильно:

– С тобой точно не все нормально, – она не преминула сообщить мне об этом.

При этом она продолжала сидеть на своей кровати и наблюдала с нее за тем, как уже третий раз подряд я меняю одежду, не способная подобрать хороший наряд, который меня устроит.

– Ты добровольно собираешься куда-то с Воронцовым. Он тебя заставляет?

– Нет, – слегка рассердившись, я громко захлопнула дверцу шкафа.

На улице было холодно – как и вчера, и позавчера, и около недели назад.

И я, конечно же, знала об этом, поскольку каждое утром едва ли не сразу залезаю в телефон и смотрю прогноз погоды на день.

И несмотря на это, по итогу я остановила свой выбор на коротком облегающем платье глубокого синего цвета – его я купила еще в прошлом году, но с тех пор у меня ни разу так и не было толковой возможности куда-либо его надеть. Благо, эта самая “толковая возможность” появилась у меня сейчас.

Но платье все же пришло спрятать под теплым свитером и плотным пальто.

– Ты уверена, что не замерзнешь? – Лера глянула с беспокойством на мои ноги.

– Я в колготках.

Я и правда в них была – на ноги я натянула утепленные колготки телесного цвета. Они были очень удобными и мягкими.

– Соня, они тебя не защитят…

– Все будет хорошо, Лер, – я обернулась и взглянула на подругу. – Не ты ли говорила мне про Артема и Сережу то, что они хорошие люди?

– Я говорила такое, это да… – ненадолго задумаавшись, она вскоре ответила, – Но я переживаю, что рядом с ним и в том непонятном месте ты можешь сделать что-то, чего не позволяла себе целый месяц с момента нашего знакомства.

От ее слов внутри неприятно кольнуло. Перед глазами тут же пронеслись воспоминания, события которых, казалось бы, случились вот совсем недавно, а на деле прошел уже целый год после них.

– Это уже будут мои проблемы, – я тряхнула головой, отгоняя от себя эти дурные мысли.

Лера некоторое время поглядела на меня еще более обеспокоенным взглядом, после чего вздохнула и произнесла напоследок:

– Главное напиши мне, когда доберешься до туда, и когда будешь оттуда уезжать, хорошо?

– Хорошо, – я коротко кивнула своей подруге.

Втиснув ноги в кеды, – именно их мне сказал надеть Воронцов, – я вышла из комнаты.

В коридоре было шумно – из одной комнаты доносилась музыка. Не обратив на нее никакого внимания, я поспешно спустилась на первый этаж, вышла наружу под цепким и подозрительным взором пожилой женщины, и увидела Артема.

Воронцов стоял рядом со своим мотоциклом и держал в руках два шлема – мне было непонятно, когда и где он успел достать второй шлем, но никаких вопросов задавать по поводу этого не собиралась.

Заметив меня, Воронцов тут же выпрямился. Его внимательный взгля скользнул по моему пальто и очень быстро остановился на лице.

– Ты еще не передумала? – спросил он.

– Нет, – я скрестила руки на груди.

– У тебя сейчас такое выражение лица, будто я тебя повезу на казнь.

– Я просто сама пытаюсь понять причину того, почему согласилась на данную поездку.

– Ты согласился на нее из чистого внутреннего упрямства, – он протянул мне один из шлемов.

Подойдя ближе, я тут же забрала его из чужих рук, надела и… Поняла, что не имею никакого понятия о том, каак застегивать ремешок на таких шлемах. Так что дернула и попыталась его застегнуть то в первый раз, то во второй, но ничего не получилось.

Артем не предпринимал никаких попыток мне помочь с ремешком и просто молча за всем этим наблюдал со стороны.

Я уже хотела этому возмутиться, когда он все-таки соизволил сдвинуться с места и подойти ко мне ближе для того, чтобы понять в, казалось бы со стороны, настолько простом деле.

Его пальцы коснулись моего подбородка, когда Воронцов поправил ремешок на шлеме и затянул, после чего проверил, не давит ли он.

– Так нормально?

– Да.

– Если тебе резко станет страшно – скажи об этом, хорошо? – отвернувшись от меня, Артем уселся на мотоцикл и завел мотор. На всю улицу тут же раздался характерный, привычный звук.

– Мне не станет страшно, – но страшно мне уже стало, честно говоря.

Я не сразу уселась на мотоцикл – сперва пришлось ради этого переселить и себя, и свой небольшой страх, засевший глубоко в душе и нынче в очередной раз говорящий о том, что это очень и очень дурная затея, что у меня еще есть тот крохотный шанс развернуться и сбежать обратно в общежитие, что есть возможность быстро, перескакивая лестничные ступени, добраться до четвертого этажа и запереться…

15 глава

Внутри заброшенное здание не оказалось похожим на то, что я себе представляла, пока не зашла внутрь.

Я думала, что увижу повсюду грязь и людей, которые только и ждут малейшей возможности для того, чтобы втянуть кого-нибудь в неприятности и аморальные поступки.

Грязь, конечно, здесь была, но люди оказались вполне себе обычными. По крайней мере, большая часть из них. И по крайней мере, мне хотелось в это верить.

В огромном трехэтажном здании заброшенного промышленного предприятия стояли старые, местами рваные, диваны и кресла, а вместо столов здесь использовали большие деревянные ящики.

Стены были украшены различными граффити – старыми и новыми, – различными гирляндами и лампами, которые неясно благодаря чему работали.

Кто-то сидел и играл на гитаре – несмотря на то, что никто их не слушал и не слышал из-за гремящей музыки, о которой спорили другие люди, но все же большая часть людей, которых я видела на первом этаже, сидели и пили из пластиковых красно-белых стаканов.

– Ворон пришел, – некоторые зашептались при виде него.

– Ворон! – несколько парней, завидев его, подскочили со своих мест.

Бросив в их сторону взгляд, Артем поднял руку в коротком жесте.

Среди этих парней, которые тут же после этого подошли к нам, я узнала очень многих – они были около нашего общежития некоторое время назад, в прошлом месяце, поэтому не запомнить их было не сложно.

Эти парни сперва здоровались с ним, а потом уже либо смотрели на меня открыто, с любопытством, либо и вовсе делали вид, что не замечают.

– Судя по всему, ты здесь местная знаменитость, – тихо сказала я.

«Как и в университете», – добавила мысленно, про себя.

Артем ничего мне на это не ответил, как и своим друзьям про меня.

Он просто оставил своих друзей позади, коротко им кивнув напоследок, и провел меня дальше, к менее шумной части помещения.

Там я заметила Настю, сидящую на железном большом ящике с поступлением сверху плотным одеялом. Рядом с ней сидела девушка с нежно-голубыми крашеными волосами.

Настя сперва увидела Артема и улыбнулась ему, а потом ее взгляд переместился на меня – и улыбка тут же исчезла с ее лица.

– Белова? – спросила Настя, будто не верила своим собственным глазам.

– Привет, – я обхватила себя руками, все еще чувствуя странное беспокойство, охватившее меня с самого приезда сюда.

Я знала, что в школьные годы Артем притащил в это место именно Настю – догадаться о том было не сложно, на самом деле, – но повстречать здесь кого-то из нашего университета все равно было непривычно.

– Ты… приехала сюда? – она склонила голову набок, из-за чего конский хвост, в который были собраны ее волосы, покачнулся, и слабо прищурилась, окинула меня цепким взором с головы до ног. А потом повернулась к Артёму, – Почему она здесь?

– Я ее привез, – невозмутимо ответил ей Артем.

– Это я уже поняла, – в голосе Насти прозвучало что-то, что мне очень сильно не понравилось.

Не ревность – скорее, едва заметное беспокойство. Вот только, за кого – за меня, Артема или же за себя саму?

Артем, судя по всему, тоже это заметил.

– Где сейчас Киреевы?

– Богдан ушел наверх, на второй этаж, а Дани здесь нет.

– Хорошо, – после этого подумав о чем-то, Артем кивнул своим собственным мыслям, которыми явно не собирался делиться со мной. – Я отойду ненадолго, а вы приглядите за ней.

С этими словами он тут же попытался как можно быстрее исчезнуть среди бетонных колонн и толпившихся повсюду людей.

Я проводила его недовольным, хмурым взором.

Он привел меня в это странное, беспокоящее душу, место, а потом бросил с незнакомыми людьми, – ладно, Настя не была незнакомым для меня человеком, но ее присутствие меня нисколько не успокаивало.

Но именно ее Воронцов попросил приглядеть за мной, словно я была маленьким и несмышленым ребенком, который был способен потеряться в трех шагах от своего родителя.

– Не обращай внимание, он всегда такой, – Настя махнула рукой, – Постоянно любит решать все за других людей, а потом берет и просто ставит человека перед фактом.

– Очень утешает, – я хмуро посмотрела на Настю.

Соколова усмехнулась и протянула мне один из пластиковых стаканчиков, которые стояли на железном ящике около нее, но я покачала головой и встала рядом с ней, не желающая нарываться на потенциальные неприятности. Уверена, что в этом месте их может быть очень много.

Время в заброшенном здании тянулось очень и очень медленно, а Артем все не возвращался обратно.

За долгое время ожидания я успела мысленно еще несколько раз пожалеть, что и правда согласилась приехать сюда и выслушала пару совершенно неинтересных и скучных лично для меня разговоров – один из этих разговоров принадлежал Насте и девушке с крашеными волосами.

И даже несколько раз пыталась сдвинуться со своего места, поскольку намеревалась пойти на поиски Воронцова, но каждый раз этот мой порыв замечала Настя и окликала, цеплялась сильной, мертвой хваткой и тянула назад. Приходилось оставаться – все-таки, разум все еще был при мне.

Через некоторое время после очередного такого цикла наших с ней жизней у входа внезапно послышался шум.

Кто-то громко поздоровался с прибывшим сюда человеком. Большая часть людей разом повернули в ту сторону головы, включая меня, Настю и девушку с крашеными волосами, чьего имени я до сих пор так и не знала – хотя несколько раз она порывалась со мной заговорить.

Внутри – почти, – заброшенного здания оказался незнакомый мне мужчина. Он был заметно старше большей части собравшихся здесь, и из-за этого, казалось, чувствовал себя уверенно.

Он был высоким, с пшеничного цвета волосами. На его запястье поблескивали дорогие часы.

Судя по шепотам вокруг меня, это был Даниил – тот самый брат Богдана, с которым он хотел меня свести.

Даниил неторопливо отвечал на приветствия, будто прекрасно знал здесь каждого и никуда не спешил.