Текст книги "Эпоха Опустошителя. Том XII – Часть I (СИ)"

Автор книги: Вел Павлов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 19 страниц)

Глава 15
Череда препятствий…

Альбарра.

Аронтир. Внутренние земли.

Край Соприкосновения.

Храм Соприкосновения.

Общий чертог.

Первыми пределы зала покинул наследник с бывшей валькирией и архидемоны, следом за ним последовали Лазаревы, а замыкали всё иномирное шествие хранители. На секунду у границы выхода остановился лишь хранитель Земли и бросил задумчивый взор на Фрею, но вскоре и он исчез за дымчатой пеленой чертога.

– Что за… ВЗДОР⁈ – свирепствовал бог Войны, вырывая из руки стихийное копьё Лазарева, которое на глазах у оберегов распалось на несколько сгустков стрекочущей багровой молнии. – ВЫ С УМА ВСЕ ПОСХОДИЛИ⁈ КАК ВЫ МОГЛИ СОГЛАСИТЬСЯ НА ТАКОЕ⁈

– Не ори! – с издёвкой отрезал Хеймдалль, ковырнув мизинцем в ухе. – Я так и оглохнуть могу.

– ОТ ВАС ЖЕ ЗА ВЕРСТУ РАЗИТ СТРАХОМ И СЛАБОСТЬЮ! – не унимался аххес, а его бас звучал всё громче. – ВЫ И ВПРАВДУ РЕШИЛИ ПОЙТИ НА ПОВОДУ У СРАНЫХ ИНОМИРЦЕВ И КАКОГО-ТО ВОНЮЧЕГО ЩЕНКА? БУДЬ У ВАС ХОТЬ НЕМНОГО ХРАБРОСТИ И ЕСЛИ БЫ МЫ БЫ АТАКОВАЛИ ВСЕ РАЗОМ, ТО…

– … то, что? – вышла из себя Темида, жестко перебивая брата. – ЧТО, АРЕС⁈ Взгляни на Танатоса! – указала она рукой на бога, который сейчас едва ли мог сидеть. – До такого состояния его довёл так называемый мальчишка! Ты и вправду думаешь, что мы одолели бы их? Неужели твой мозг абсолютно отказывается думать? Три хранителя! ЦЕЛЫХ ТРИ! Причем один из них убийца странников Астрала, вторая поглотительница странников Астрала, а последний и вовсе Убийца Богов! Шесть архидемонов Вечного Ристалища, два иномирных – итого уже ВОСЕМЬ! Плюс свита, что явилась с Зеантаром, а ведь их возможности нам до конца неизвестны. А самое главное – мальчишка с Руной Истребления. И как ты думаешь, чем бы окончился бой?

– Хранители слабы… на… на нашей территории, – отрывисто-ослабленным тоном прошелестел Танатос, поднимая разъярённый взор на Темиду. – А владык Инферно я за противника… не считаю. Вы… вы все… испугались одного мелкого… выродка.

– От ущербного калеки слышать нечто подобное смешно, – колко отметил бог Света. – Сам не верю, что говорю такое, но я согласен с Темидой – мы были в невыгодном положении. Кстати, Арес, а чего ты так разошелся? Неужели правда стала в глаза колоть? Не хочется признавать, но пацан прав – он вправе требовать расплаты. Я не горжусь тем, что мы сделали с Пятой Династией и признаю это. Но, судя по всему, кто-то из здесь присутствующих боится платить по счетам, не так ли?

– Ты на что намекаешь? – прорычал озлобленно Анубис, а обстановка разом стала гнетущей.

– Намекаю? – приподнял удивленно бровь Хеймдалль. – Вовсе нет. Я говорю вам это в лицо. Ты, Анубис, Гор, Арес, Нергал и Танатос испугались смертного мальца, который без году неделя обладает Руной Древних. Вы трусы, которые боятся принять последствия своего прошлого. Да, парень убил парочку моих эйнхериев, но честно признаться я не питаю к нему вражды или ненависти…

Один за другим упомянутые обереги вскакивали с тронов, испепеляя бога Света яростными глазами.

– СЕВЕРНАЯ ТВАРЬ!

– ЗАКРОЙ ПАСТЬ!

– ТЕБЕ ЖИТЬ НАДОЕЛО⁈

Однако Хеймдалль лишь ответил им златозубой улыбкой, а прежде чем исчезнуть во вспышке света, тихо рассмеялся:

– Наверное, следующий год будет самым долгим для меня. И не забывайте о том, что сказал Зеантар. Если всё пройдет честно, то Земля вернется к сотрудничеству с Вечным Ристалищем.

– Когда такое было видано, чтобы бог сражался со смертным! – сплюнул презрительно Нергал.

– Он уже не просто смертный, – задумчиво отчеканила Темида. – Тебе уже пора принять жестокую правду.

– А мальчишка весьма… интересен, – с коварной улыбкой заметила Бастет, поднимаясь неторопливо с трона с намерением уйти.

– Ты восхваляешь его? – недовольно прошипел Гор. – Баст, а ты не забыла, что мне и Анубису теперь сражаться с ним? Ты хоть понимаешь, какой это будет позор для нас! Бог и человек сойдутся в поединке!

– Во-первых, мой дорогой брат, у смертных есть поговорка: «Что посеешь, то и пожнешь». Вы сами во всём виноваты. В войну с Пятой Династии я, как и многие другие вступили, чтобы сберечь право на собственное существование, но вот саму войну разожгла горстка недальновидных глупцов, – тепло усмехнулась богиня Красоты. – Во-вторых же, ваш бой состоится только через год. А за год может случится многое. Очень многое. Смерть, внезапное исчезновение, нарушение договора… К тому же если он обнажит глиф, то сделке придёт конец. Забавно, не так ли? Главное, не повторяйте прошлых ошибок, – предвкушающе заключила женщина, исчезнув из зала.

После слов Бастет не только Гор и Анубис переглянулись между собой, но и Арес с Нергалом. И даже Танатос исподлобья взглянул на окружающих, а затем он почти в одно мгновение исчез из чертога прямо на пару с богом Войны, который, прежде чем уйти, испепелил окружающих негодующим взором.

Ряды оберегов стремительно редели и вскоре в чертоге осталась лишь четверо – Тиамат, Нергал, Темида и Фрея.

– Тот, кого вы считали помехой, превратился в огромную проблему, – вслух загадочно молвила Тиамат, глядя на брата, а затем искоса посмотрела на золотую кровь, что расплескалась у трона Танатоса. – Смертный, уподобившийся богу. Маленький мальчик на глазах стал могучим воином. Эхо прошлого настигло тебя, Нергал. А от прошло не скрыться, – однако через мгновение она устремила взор на богиню Справедливости. – Как понимаю, ты и я мыслим в одном ключе, Темида? Так что предлагаю нам с тобой кое-что обсудить. Заодно и решим кого приставить к нему в роли сопровождающего.

– Ты права, нам и вправду стоит побеседовать, – сдержано кивнула женщина. – Да и к тому же у меня есть замечательная кандидатура, которую ты вполне можешь одобрить.

Вскоре исчезла и Темида с Тиамат, а в общем чертоге остались лишь двое. На миг Нергалу почудилось, что Фрея абсолютно его не замечает, потому как уже долгое время не сводила глаз с пелены за которой скрылся наследник Пятой Династии.

– Довольна, сука-еретичка⁈ – угрюмо пробормотал бог Мёртвых. – Всех обставила, да? Долго же ты вынашивала свой план и на твоё счастье, подвернулся идеальный кандидат. Сопляк пляшет под твою дудку и даже не подозревает об этом. Но можешь быть уверена, что я не позволю твоему плану осуществиться! – рявкнул с ненавистью бог, со всей силы приложившись по подлокотнику кресла, отчего образовалась ударная волна, что слегка подняла подол платья Фреи в воздух. – Я приложу все свои возможности, чтобы избавиться от выродка как можно скорее.

– Попробуй, – тепло усмехнулась Ванадис, медленно поднимаясь с престола. – Ведь времени у тебя осталось не так уж много…

* * *

Храм Соприкосновения.

Несколько минут назад…

Не знаю на что именно рассчитывали предводители отмеченных, но когда я на пару с Фьётрой покинул общий чертог, на лицах у некоторых их них образовалась нарастающая озадаченность. Однако пока большинство из служителей смотрели хмуро на меня, светлая альва не сводила шокированных глаз с Фьётры.

– Как ты…

– Здравствуй, Арнлейв, – холодно отчеканила Фи. – Рада тебя видеть.

Неуловимым образом валькирия копья света дёрнулась вперед и крепко сжала челюсть, но на её пути очутился мой силуэт.

– Посмеешь взглянуть так на неё еще раз, и я выколю тебе глаза, пернатая дрянь!

Но словно всего этого было мало за нами из-за пелены пожаловали владыки Инферно, а до моих ушей практически моментально донесся галантный щебет Ас-Ннай, который аки молодой козлик почти вприпрыжку шагал за Марагной и Нахемой.

– Милые дамы, вы обязаны побывать у меня в маноре. Видели бы вы местные пейзажи! Мои лавовые просторы! Охотничьи угодья! А сады по производству бесов-посыльных? Скажу вам по секрету, мои золотые руки взрастили не одну жизнь. Да вы только посмотрите на моих племянников! – вдруг указал тот на Лазаревых, что выскользнули следом за инферийцами. – Один краше другого! Воины! Как говорят на Земле – богатыри! Думаете, это всё их отец хранитель? Да шиш там! Это же всё я! – не затыкался Зиул, браво ударяя себя в грудь. – Это же я их воспитал. С пеленок и….

Марриуз, Тар и Рас переглянулись и понимающе заулыбались, но вот их отец не разделял веселья сыновей.

– Зиул, уймись! – грубо осёк архидемона Зеантар, а затем через мгновение встал слева от меня и с вопросом уставился на ошеломлённых отмеченных. – У вас какие-то проблемы?

К данному моменту предводители служителей уже не знали куда себя деть, но весьма спешно друг за дружкой начали раскланиваться в церемониальных поклонах перед троицей могущественных хранителей, абсолютно позабыв о нас с Фьётрой.

– Приветствуем чтимых хранителей… – вразнобой выпалили те.

Не знаю, о чем именно сейчас те размышляли, но практически все отмеченные неуловимым образом косились с тотальным непониманием на вход в общий чертог.

– Да, у вас много вопросов и я не сомневаюсь, что сейчас ваши покровители о многом спорят, но более чем уверен, что через пару минут вы будете в подробностях знать обо всём произошедшем. Как-никак у вас с ними есть прямая связь. Так что если никто не против, то мы дождёмся их решения на площади. А теперь… – голос Лазарева стал на порядок суровее. – Освободите дорогу!

Если честно, то сейчас я едва держался в относительной норме. После действия третьего эшелона сознание находилось в пугающем раздрае, а под напором мерзкого шепота Опустошителя любой косой взгляд отмеченного мог вывести меня из себя. Наверное, только присутствие Фьётры являлось тем самым сдерживающим фактором. Поэтому чтобы не наделать глупостей я лишь крепче сжал ладонь ваны и будто ледокол ринулся вперед, плечами расталкивая в стороны служителей. Главное, что дело было сделано. Сделка заключена. Так что теперь нужно как можно быстрее покинуть данное место, чтобы не натворить ненужных глупостей.

Уже через несколько минут мы находились у подножия Храма Соприкосновения. На миг показалось, что количество храмовников на площади увеличилось, но вместо того чтобы разглядывать весь образовавшийся сброд, я резко обернулся к владыкам Инферно, что шли за мной по пятам и быстро накинул на всех нас полог тишины.

– Вам нужно уходить, – бросил я архидемонам. – Зархон, разлом придётся пробивать тебе.

Между делом приходилось искоса наблюдать за всем раскладом неподалёку. В нескольких метрах толпились Лазаревы и хранители, а еще чуть поодаль предводители отмеченных. Остальные же служители разбивались на отдельные группы. Как понимаю, хрупкое перемирие между оберегами и их свитой отныне не действовало. Теперь каждый будет поступать так, как ему вздумается.

Вот только криолит после моих слов не сдвинулся с места, а судя по задумчивым минам инферийцев те хотели получить кое-какие объяснения. Но, как и всегда, Марагна спешила впереди планеты всей.

– Поединки с оберегами? – процедила сквозь зубы гиара, а после покрутила пальцем у виска. – Что за дурость ты учудил⁈ Совсем из ума выжил⁈ Ты хоть…

– Будь тише, Марагна. Ты всего-навсего сопровождение. Я не просила вас следовать за мной сюда, – грубо осёк я женщину. – Да, я знаю, что вы все хотите получить ответы на свои вопросы. И как только я прибуду в Инферно, то мы обязательно всё обсудим.

– Вынужден признать, что ты не из робкого десятки, – хмыкнул с толикой задумчивости Баал. – И будь я проклят, что говорю такое, но оберегов я ненавижу больше, чем тебя. Гатаг, Астарот, вы видели рожу Танатоса? – злорадно пробасил Буревестник, глядя на товарищей.

– Вечное Ристалище вскоре содрогнется, – вполне серьёзно произнес Великий, глядя на меня. – Ты понимаешь, что рушишь устоявшийся тысячелетиями миропорядок?

– Мне плевать на миропорядок, Зархон. Сейчас мною движет нечто иное. Пробивай разлом! – повысил я голос, оглядываясь по сторонам и между делом косясь в небеса. – Тучи сгущаются. Вам нужно вернуться домой.

– Ты разве не пойдешь с нами? – удивилась такому исходу Марагна.

– А ты считаешь я просто так запросил присутствие на Альбарре? При иных обстоятельствах я бы спокойно проводил время в Инферно, но тут, на Альбарре, у меня остались кое-какие важные дела и есть те, кто дорог нам с Фьётрой…

Через секунду я осознал, что вана хоть и слушала нас внимательно, но свой взор периодически бросала в сторону. Лишь после полного осознания я понял, куда именно она смотрела – на валькирий. А те, в свою очередь, порой косились на неё.

Так вот в чем проблема!

– Я понимаю, что тебе тяжело, Фи, – мягко обратился я к северянке, чуть крепче сжав её ладонь. – Но они не заслуживают твоего уважения и жалости. К тому же ты совершила ужасную глупость, когда пришла сюда и сейчас тебе нужно уходить.

– Всё в порядке. Просто… ностальгия, – попыталась успокоить меня Фьётра, а затем мягко провела ладонью по моей щеке, но в глазах у неё поселилась жуткая тревога. – Твоим родителям я уже всё объяснила, хоть они и пытались меня отговорить. Я никуда не уйду от тебя и не оставлю одного. По крайней мере не теперь и не после того, что случилось в Храме.

Ирззу распутницу мне в жены!

– Во-первых, они не мои родители, во-вторых…

– … во-вторых, я хочу увидится с Искридой, – ошеломила меня таким признанием северянка, отчего оцепенели даже владыки Инферно, а-в-третьих, если ты так желаешь, то я подчинюсь тебе, но перед этим я хотела бы увидеть родителей. Я обязана выяснить, что с ними.

Фьётра зашла с козырей. Все мои причитания об опасности разбились о суровую правду бытия.

– Почему-то мне кажется, дитя, – вдруг взяла слово Опаляющая с интересом взглянув на бывшую валькирию, – что ты найдешь общий язык с моей дочерью.

Теперь пришла пора ваны выпадать в осадок, и та с лёгким изумлением посмотрела на гиару.

– Неужели вы…

– Марагна Опаляющая. Архидемон Пылающей Стали. Мать Искриды Опаляющей, – спокойно представилась женщина, но затем в её глазах заплясало озорство. – А знаешь что, деточка, как только ты отыщешь свою семью, приводи её в Инферно для знакомства. Думаю, твой избранник сумеет всех вас доставить в Лавалар.

Мою собачью жизнь! Какого причиндала тут происходит?

– Подожди-ка, Марагна, – вдруг вклинилась в беседу Нахема, а миг погодя её таинственный взор устремился в сторону Лазаревых. – Это получается, что если твоя Искрида станет женой Ранкара, то ты в какой-то степени породнишься с…

Ну всё! Достали!

– Попробуй довершить свои слова до конца, Нахема, – прошептал мрачно я с нарастающим раздражением. – И обещаю, что тебе не поздоровится.

– Я пошутила, наследник! – с натянутой улыбкой пробурчала Соблазнительница, веером прикрывая губы и предчувствуя опасность. – Просто безобидная шутка. Не обращай внимания.

– Зархон, вам пора! – чуть повысил я голос.

– Похоже, нам и вправду пора, – хмыкнул загадочно криолит, покосившись в сторону. – Судя по всему, обереги закончили собачиться. Ладно, я начинаю.

Зархон смотрел в противоположном направлении не просто так. Нам навстречу, отделившись от отряда служительниц богини Справедливости, как ни в чем не бывало, шагала первая после Темиды – Вивиан Кальн-Сариан. И уже этот факт твердил о многом.

На секунду Кристальная Ведьма бросила невозмутимый взор на Зархона, который на глазах у храмовников и служителей формировал разлом обратного вторжения. Женщина остановилась на безопасном расстоянии от владык Инферно и просто наблюдала за всем происходящим.

Всё-таки Калипсе необходимо отдать должное – Шепчущая формировала разлом гораздо быстрее Зархона. Однако путь назад для владык Инферно был недолог. Уже через минуту пространственная трещина красовалась посреди площади, а архидемоны одни за другим покидали Край Соприкосновения.

– Милые дамы, не забудьте мне написать, – с хитрой улыбкой пробормотал Ас-Ннай, отправляя им вдогонку прощальный поцелуй.

Через несколько секунд разлом схлопнулся и шестеро могущественных инферийцев полностью покинули пределы Альбарры. Так что рядом с нестабильным пространством остались стоять лишь я и Фьётра.

– Дай угадаю, – расплылся я в холодной усмешке, глядя на Вивиан. – Ты моя сопровождающая, не так ли?

– Ты полностью прав, Ранкар, – с наигранным спокойствием кивнула Кристальная Ведьма.

– Что ж, тогда жди, – сухо бросил я ей, а после с неохотой обернулся к Лазаревым и под руку с ваной зашагал в их сторону, – у меня тут разговор имеется кое к кому.

Однако, увы, до семейства Лазаревых дойти я не успел, потому как недовольный возглас из-за спины заставил замереть, а где-то глубоко внутри я ощутил, что вскоре испытаю огромное облегчение:

– Эй, мелкий выродок, ты там вроде говорил, что готов сразиться с любым из отмеченных? Что ж, тогда я бросаю тебе вызов.

Занятно. Очень занятно. Так вот, значит, как обереги вздумали действовать…

Глава 16
Я лишь орудие…

– Эй, мелкий выродок, ты там говорил, что готов сразиться с любым из отмеченных? Что ж, тогда я бросаю тебе вызов.

Занятно. Очень занятно. Так вот, значит, как обереги вздумали действовать.

Я вспомнил хозяина голоса, ведь слышал его ранее. Прозвучавшие слова заставили всю площадь умолкнуть. И пока я стоял на месте и спокойно улыбался заметно удивлённой ване, Лазаревы практически мгновенно обернулись в сторону бравого отмеченного. Вивиан же такому исходу изумилась даже гораздо больше Фьётры и с непониманием уставилась на виновника бунта.

– Ступай к Лазаревым, милая, – тихо отозвался я, озорно подмигивая девушке и лишь проводив её взглядом до группы иномирцев, неторопливо повернулся к черноголовому, который неспешно шагал мне навстречу. – Неужели случай с Кассандрой ничему тебя не научил… Меркар из Грозового Удела? Или тебе лучше величать… Укротителем-ста-Молний?

– Рас, – вдруг донеслось до меня приглушенное шипение Тара, который обращался к брату, – а не тот ли это хмырь, который должен был стать оппонентом Лики на Сотне?

– Да, похоже тот самый, – согласно прошептал полуальв; судя по голосу, тот довольно ухмылялся. – Давай ставку сделаем?

– Что ставишь? – заговорщицки прокряхтел второй.

Но в следующий момент к двум голосам прибавился третий, который принадлежал Ас-Ннаю:

– Племянники, что за наглость? Как можно так себя вести? Как можно участвовать в таких каверзах без меня и…

– А ну угомонись, шулер недоразвитый! – рыкнула на Зиула Мелисандра, но прилетело не только ему. – Тар, Рас, вы тоже уймитесь. Нашли время. Не позорьте отца!

Краткий монолог позабавил, отчего я в душе усмехнулся, но к этому моменту номад находился от меня уже в нескольких шагах.

– Хочешь напугать слугу Нергала какой-то безмозглой идиоткой? – с явным равнодушием заметил он. – Ту тупую пустышку даже не возвели в ранг полноценной отмеченной. Всего лишь жалкая послушница при храме госпожи Тиамат.

– Значит, безмозглая идиотка и тупая пустышка, – весело ухмыльнулся я, а после с наигранной усталостью потёр глаза. – Понимаешь, в чем тут дело… Мне в целом наплевать как на тебя, так и на всех, кто здесь находится. Хоть скопом нападите – я даже не почешусь. Но, думаю, всем вам уже известно, что через год я буду резать на куски ваших покровителей. И, конечно же, я согласен сдержать слово, но если ты настаиваешь… Что скажешь, Вивиан? Позволишь маленькому номаду подохнуть? – как можно громче вопросил я у женщины. – Или же поместье Грозовой Удел лишится сегодня своего наследника? Как мне стоит расценивать его слова о вызове?

Громкий и быстрый цокот каблуков по мощёному камню твердил о том, что первая после Темиды была недовольна, а через пяток мгновений её фигура очутилась между нами.

– Меркар, отступи и не губи себя. Ты же слышал, что от его рук уже пали служители, которые были гораздо сильнее тебя. Бездушный, Горевестник и даже Волчий Король! – выпалила громогласно Кристальная Ведьма, угрюмо глядя на молодого мужчину. – Ты лишь шестой в своей иерархии. Сейчас не до детских выходок. Магнус, Гвиана, Файос! – громко обратилась та к трём предводителям отмеченных Востока. – Уймите его. Пусть одумается.

– Прости, Вивиан, но Меркар не мой подчиненный, – спокойно повинилась первая после Тиамат, отрицательно качнув головой. – Сомневаюсь, что он будет слушать меня.

– К сожалению, на его выходки я тоже никак не могу повлиять, – невозмутимо проговорил первый после Иштар, пожимая плечами. – Уж извини, аххеса.

А между делом шоу только-только начиналось.

– Лучше прикрой пасть! – ледяным тоном обратился Костлявый Хрен к Вивиан, а заслышав его речь Гвиана и Файос тотчас закатили глаза от раздражения. – Не смей указывать номадам, что делать! Это не твоего крошечного ума дело. Тем более что этот сопляк без своего клинка ни на что не годен.

А-а-а-а! Так вот в чем дело! Вот на что они надеются, придурки.

«Идиоты».

Согласен, малышка.

– Не моего крошечного ума дела, значит? – мрачно повторила Кристальная ведьма с потаённой обидой, а после демонстративно посмотрела на меня. – Ты в своём праве, Ранкар. Делай, что хочешь. Вызов брошен – это засвидетельствовали все.

Как я и думал, шаткое перемирие между оберегами и отмеченными закончилось сразу же после переговоров. И как понимаю, один высокосидящий ублюдок прямо сейчас хочет кое в чем удостовериться. Что ж, как пожелаешь, Нергал. Мне и самому необходимо выпустить пар, а то я едва себя контролирую.

– Ты в курсе, что тебя послали на убой? – сухо поинтересовался я, но внутри уже предвкушал выплеск негативных эмоций. – Чего тебе посулил Нергал, раз ты отважился отдать свою жизнь за него?

– Умрёшь сегодня ты! – расплылся в холодной усмешке Меркар, донельзя довольный собой и явственно играя на толпу. – Я верный воин своего бога! Мне ничего не нужно от него.

– Ну и дурак, – развёл я руками, протяжно выдыхая. – Надо было что-нибудь требовать перед смертью, а не то повторишь судьбу Кассандры. Ты слышала его, Уллуса⁈ – вдруг поддел я насупившуюся иерихонку, что стояла недалеко от остальных. – Всего лишь шестой в иерархии и не боится меня. Храбрый малый. Прямо, как и… Юннар.

– Проклятый сукин сын и выродок! – донеслось до меня тихой рычание зверородной. – Тебе не долго осталось радоваться, приставучая тварь. Господин Гор и господин Анубис разорвут тебя на части.

Вот только пока та сыпала оскорблениями в мой адрес, угрожающая атмосфера медленно возвышалась над всеми Лазаревыми разом. Только после пары секунд анализа я понял в чем проблема: Бээаллинарэ и Зеантар здесь. А они вроде как считаются теми, кто произвёл меня на свет.

– Влад, – вдруг окликнул меня Рас, отчего всё внимание площади переключилось целиком на Лазаревых, а я нехотя покосился на полуальва: впервые на своей памяти я слышал в его голосе столько кровожадности. – Проучи урода! Пусть знает, что с Лазаревыми связываться нельзя. Всякие насекомые не вправе оскорблять нашу кровь.

Лазаревы, да? Красиво говоришь, альв, вот только я не отношу себя к Лазаревым.

Правда, под напором эмоционального раздрая я напряженно кивнул Фларасу и с наигранным спокойствием посмотрел на Вивиан:

– Побудь судьей и дай команду. Возводить защитный массив необязательно – долго бой всё равно не продлится. Условия для меня тоже не важны. Пусть задействует всё, что захочет и пожелает.

Практически моментально женщина кивнула, а её голос эхом разнесся над площадью:

– Сейчас состоится бой насмерть между Меркаром Укротителем-ста-Молний и Ранкаром Последователем Проклятых. Вызывающая сторона – Меркар шестой отмеченный бога Мёртвых! Пусть все присутствующие станут свидетелями справедливости данного поединка. Старт по моему приказу!

– Вроде бы твоя родная стихия молния? – с улыбкой добавил я, встречаясь взглядом с Меркаром. – Что ж, так и быть. Я тоже буду пользоваться лишь молнией.

– Без своего клинка ты полное ничтожество, – осклабился злорадно номад, обнажая зубы. – Думаешь, я не знаю правды?

Как же красиво ему нассал в уши Нергал.

– К БОЮ…

Я не знаю, что именно сподвигло моего противника к такому шагу: может приказ, может вечная слава, а может и вовсе какая-нибудь награда от покровителя. Но бросать свою жизнь в горнило войны, не понимая всей правды, очень и очень глупо.

Как по мне дураки имелись двух разновидностей. Первая разновидность – те дураки, кому везет и вторая разновидность – те, кто умирают из-за собственной дурости.

Глядя на движения Меркара, на его разгорающуюся ауру и на яростную голубую молнию, что заполняла площадь, я размышлял каким именно глупцом был мой противник. И чем дольше я смотрел на него, тем отчетливее вырисовывалась разновидность – вторая. И об этом явственно твердил шепот Опустошителя, которому я невольно поддался.

Прик ончи… уж е… хо ть… кого -нибудь… Уб ей… Уб ей… Уб ей!..

Низший Арбитр…

Жажда Опустошителя. Первый эшелон…

Черная Молния…

Глейпнир, яви свою суть…

* * *

Рас наряду с братьями стоял в первых рядах среди Лазаревых. На долю мгновения парню почудилось, что ярость голубой молнии вот-вот и совсем скоро сравнится в силе с молнией Марриуза. Свирепая стихия могла разом заполнить всю площадь и уничтожить любого, но того ожидаемого « вот-вот» Фларас так и не увидел. Номад лишь на первый взгляд показался сильным. Только и всего.

Полуальв и сам знал, что был слабейшим среди детей хранителя, но он не никогда не завидовал родным, потому как сила полукровки лежала абсолютно в ином русле. Каждый из его братьев и сестёр шел своим путем. До некоторых пор самым могущественным из наследников являлся именно Марриуз. Именно старший сын хранителя Земли носил титул сильнейшего отпрыска. Рас знал, что на плечи брата водрузили невероятную ответственность и он стойко держался под таким грузом. Но теперь в лоно семьи вернулся утраченный ребенок. Ребенок, о потере которого говорили шепотом. Ребенок, о страданиях которого многие даже не смели догадываться. Ребенок, предел сил которого не знала даже его собственная семья, включая мать и отца.

С каждым днём к своему брату Рас испытывал неподдельный интерес и нарастающее родство. Полуальв всеми правдами и неправдами хотел сблизиться с младшим, но, увы, Влад никого не подпускал к себе. Всегда держал дистанцию и очерчивал рамки. Был независимым и самостоятельным, а единственным, кого он умудрился подпустить к себе ближе чем остальных оказался Марриуз.

– Матвей, ты же знаешь Влада лучше всех из нас, да? – тихо осведомился полуальв, с мрачным видом глядя на противника младшего брата.

– Прости, но ты преувеличил мои достижения в этой области, – с грустью усмехнулся тот.

– Но ты же сражался с ним! Ты сильнейший в семье после отца.

Грустная улыбка в очередной раз озарила лицо старшего сына хранителя.

– Я сильнейший после отца в семье, но никак не сильнейший после отца на Земле.

– Лжешь, собака, – схохмил Тар, прислушиваясь к беседе братьев, но неотрывно наблюдая за стартом боя.

– Тар прав, – стоял на своём полуальв. – Ты давно переплюнул всех остальных и оставил их позади. К тому же твоё имя порой звучит даже в соседних мирах.

– К чему ты клонишь, маленький мозговитый мерзавец? – весело хмыкнул Марриуз.

– Тот патлатый урод оскорбил мать и отца. И теперь Рас просто хочет узнать за сколько времени младшенький одолеет противника без Руны Истребления, – вновь вклинился в беседу Зеантар-младший, прекрасно понимая, о чем именно думал Фларас. – Насколько он силен без своего оружия?

– Вы задали брату очень глупый вопрос, мои любимые проказники, – подал голос Ас-Ннай, задорно подмигивая племянникам. – Ведь прямо сейчас вы воочию отыщите ответ.

Архидемон Жестокости как нельзя вовремя вмешался в беседу. Свирепая голубая молния отобразилась в глазах у всех, кто находился на площади. Некоторые и самые слабые храмовники против воли отступили прочь не в силах терпеть такое давление, но многие остальные продолжили оставаться на местах, очерчивая квадрат своеобразной арены.

Лавинообразная ревущая сила будто свирепое чудовище рванула в сторону Влада – не только по земле, но и спикировала с неба. Из-за обезумевшей голубой молнии днём стало еще светлее, а иначе, как смертельным капканом первую атаку черноголового нельзя было назвать. Меркар хотел покончить с противником моментально, быстро и в подавляющей манере. Всего на миг Рас выпал из реальности, но выпал он из неё до того момента, пока не раздался тихий звон цепей.

Как и у всех остальных, взор полуальва зацепился за тонкие золотые цепи, что материализовались на руках у младшего брата, а затем тот самый ясный день, что был освещен голубым заревом стал напоминать сумерки из-за сгущающейся мрачной стихии.

Броня Тёмной Гидры в прямом смысле поглотила невиданный доселе мрак и миг спустя по доспеху пробежало несколько неуловимых разрядов иссиня-черной молнии, далее молния перекинулись на руки Влада, а затем и на цепи. Однако стоило первым звеньям цепи тихо удариться о брусчатку площади, как младший сын хранителя Земли двинулся вперед словно таран.

Блик Черной Молнии. Именно так Фларас назвал то, что увидел. За долю секунды его брат сам стал черной молнией и растворился в воздухе будто призрак. Его силуэт словно тёмный луч света рассек голубую лавину, а затем звук цепей с новой силой оглушил площадь.

Укротитель-ста-Молний проиграл именно тогда, когда Влад сделал невидимый шажок вперед. Сейчас же шокированная публика наблюдала за тем, как так называемый Последователь Проклятых в безжалостной и жестокой манере забивал номада будто бешенного пса.

От увиденного Рас сам подался вперед, а сердце его учащенно забилось. В этот самый момент полуальву почудилось, что впереди сражается… батя. Движения, шаги, техника, мимика, взгляд и даже боевой арсенал. Со спины Влад являлся точной копией отца. Лишь через пару секунд Фларас понял, что вперед подался не только он, но и Тар с Марриузом и даже дядя Зиул. Они были удивлены увиденным ничуть не меньше, однако прямо сейчас взгляд мамы Инарэ наполнился тревогой и печалью, отчего полуальв приуныл. Стойко наблюдал за боем лишь хранитель Земли.

– Безумие какое-то… он… он же как… батя, – очаровано сглотнул Тар. – Жаль Лика не видит.

– Со мной Влад сражался иначе, – с тёплой улыбкой отозвался Матвей. – Сдерживался, значит, дуралей.

Барьеры Меркара не справлялись с враждебным натиском, а множественные атаки не достигали цели – Последователь Проклятых блокировал и с лёгкостью ускользал от любых выпадов. Ранкар бился без какой-либо обороны и щитов, а каждый удар кулаков сопровождался не только вспышками тёмной молнии, но и приглушенными звуками лязгающих цепей. Именно звук оков и вспышки пугали окружающих больше, чем что бы то ни было.

Избиение защитных массивов номада затянулось секунд на десять, но в конце концов вся выставленная оборона пала и кулаки, обвитые золотыми цепями, наконец-то, добрались до человеческого тела. Не прошло и пары секунд, а к вспышкам и звону Пут Фенрира прибавился мерзкий отзвук разрываемой плоти и треск разрушающихся костей.

Крики боли Меркар сдерживал лишь в первые несколько мгновений, но вскоре над площадью разнесся надрывный вой, наполненный пугающей агонией и нарастающим ужасом. Демон Великой Сотни не желал останавливаться. Кровь обагрила не только площадь, но и ступени, что вели прямиком к главному святилищу Альбарры. Черноволосый мужчина вколачивал своего врага в брусчатку будто гвозди в крышку гроба покойного. Золотые цепи к этому моменту приняли багровый оттенок, а от их блеска остались лишь воспоминания и неутихающий ни на миг могильный металлический лязг.