Текст книги "Последняя война (СИ)"

Автор книги: Василий Осипов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 18 страниц)

– Я чувствую кровь на твоих руках…

– Протри глаза, у меня и рук то нет. – Сказал Император, сбив весь пафос небожителя, и сплюнув ему под ноги комком черного пламени. В исполнении здоровенной птицы состоящей из языков огня это выглядело довольно комично. Лон остался невозмутим и продолжал гнать по накатанной колее.

– Жалкая игрушка! Что возомнила ты, поднимаю руку на своего создателя?!

– Я не могу добраться до главного кукловода, но тебя я уничтожу. – Лон открыл было рот чтобы ответить, но феникс его перебил гаркнув: «Леня давай!» И я дал! Реактор на максимум. Всю энергию в лучеметы встроенный в руки. Прицельная сетка легла на затылок Лона. Залп! Златокудрая голова разлетается кровавыми ошметками. Феникс с гортанным клекотом подминает под себя обезглавленное тело. В небо бьет столб яростного черного пламени – это феникс поглощает силу поверженного врага. Вот и вся эпическая битва. Все, как и было рассчитано: обладая невообразимой божественной силой и миллионы лет противостоя Порядку Лон, начисто забыл о физической защите. Хоть лучемет работает на магии, но стреляет он пучками обычного когерентного света.

– Дэймон возьми! Это была аватара Лона! – Воскликнул Феникс. – Надеюсь, силы хватит… Айра, Хранительница Равновесия, я призываю тебя! Явись на мой зов, пришло время исполнить то, что должно!

Рядом с Черным фениксом появилась колонна чистейшего белого пламени, в самой середине которого угадывался прекрасный женский силуэт. Между Айрой и Раймоном проскочила искра, и все в который раз потонуло в ярчайшей вспышке ослепившей мои сенсоры. Когда зрение вернулось ко мне, я увидел только оплавленный кратер и неподвижное тело Раймона.

«Все кончилось? Что это было?» – Мысли в голове метались как тараканы. Затем пришло знание…

Всю исполинскую Цепь Миров терзали страшные судороги. Планеты сходили со своих орбит и сгорали в кострах солнц. Людей охватывало небывалое безумие и они устраивали начинали убивать друг друга. Магия сошла с ума. Сбывались самые темные и мрачные пророчества. Демоны захватили сразу сотню миров. В муках рождался новый лорд, лорд Равновесия. И имя ему было – Эквитас! Впитав в себя всю всю боль и скорбь смертных и бесммертных, всю силу Айры и Черного Феникса новый лорд отправился к барьеру Хаоса, где Лон и Ург вели свое извечное противостояние. С появление третье силы битва замерла, Цепь Миров прекратила расширятся, установилось хрупкое равновесие.

Из состояния прострации меня вывел стон Раймона. Я бросился к нему и помог встать.

– Проклятье! Я первый раз изменил жене. – Вымолвил он и уставился в одну точку.

Эпилог

Так он и стоял у затухающей воронки портала, величайший преступник и величайший герой Цепи Миров. Осталось до конца исполнить свой долг и, наконец, обрести покой. Колодец хаоса – сквозной портал от сотворенного первым мира до последнего. Путь великих богов – Лона и сынов его. Любой другой неизбежно теряет память, если вообще выживает. Империя уничтожена. Императорские регалии сгорели от переполнившей их силы. Раймон Дважды Феникс отрекся от трона за себя и своих потомков. Его жена – убита, а дети скорей всего мертвы – шансы уцелеть, при взрыве целой планеты, куда они были пормещены, крайне малы. Раймону больше незачем жить. Но он для меня по-прежнему Император, и мой долг спасти его. Это, оказалось, очень просто подойти к застывшему в странном оцепенении господину и толкнуть его в воронку портала. Жизнь закончена, долг исполнен. Вечный сон, покой, небытие. Ведь Deus ex Machina – attero и я никогда не увижу сверкающий фрактал Абсолюта. Да и не верил я во всю эту религиозную муть. Заглушить магореактор оказалось проще простого. Прежде чем погасло сознание, вдруг вспомнились две строчки из старинной баллады:

 
Я спою вам о темном герое, что сражался за свет,
Как у самой кромки прибоя он встречал свой последний рассвет…
 

Глаза имперского кадавра класса «Феникс» потухли, и еще одним мертвым объектом стало больше. Все так же стояли стелы с выбитыми на них именами павших героев. Все также ветер заносил их жирным черным пеплом сожженного мира.