Текст книги "И пришёл Лесник! 27 (СИ)"

Автор книги: Василий Лазарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

Глава 26
Эв

Крышка медицинской капсулы пошла вверх, выпуская знахаря. Он открыл глаза и радостно улыбнулся. Маша уже держала фляжку с чем-то забористым, но Изя отказался выпить! Я глазам своим не мог поверить, папаша Кац не стал пить. Это заметили все. Он присел в капсуле и победоносно взглянул на нас.

– Убедились? Шестьдесят пар хромосом то, что имели изначально Инженеры доступы теперь и нам! – проскрипел папаша Кац. – И это сделает нас суперлюдьми.

– Ой ли? – недоверчиво поглядела на него Лиана.

– Почему нет? В Улье всё возможно. Не знаю где нолды растеряли свои пары, но факт остаётся фактом. Все мы произошли от Инженеров. Кто сотворил их, я не знаю. Для меня это не так уж и важно. Дополнительные пары, а точнее утраченные, дадут нам новые возможности. Когда я впервые понял, что может саркофаг, очень испугался. Ведь за это мы наверняка должны будем заплатить и потерям свои основные дары. Поэтому я боялся вам говорить правду и решил сперва проверить всё на себе. Прошло уже почти две недели и мой дар всё ещё при мне, также, как и новая цепочка ДНК. Оказывается, она не стирает всё что мы имели, а только дополняет. Так что, Лесник ты по-прежнему сможешь открывать замки, а ты, Лиана стрелять без промаха.

– И как же это получить? – спросила она.

– Наверное для начала не называть меня мохнатым клещом. Я почти обиделся! – папаша Кац надулся как насосавшийся крови клещ.

– Ты чем-то на него похож, Изя. Ладно, сорри, лохматый. Так чего делать надо? – Лиана погладила Изю по лысине.

– Для начала лечь в саркофаг. Мне придётся уговорить его поработать над вами. Вот, собственно, и всё. Маша смогла, – пожал плечами знахарь. – А пока…

Что он задумал дальше и что смогла Маша мы не узнали. Лагерь внезапно взорвался сиреной. Наша всё же приятнее, отметил я про себя. Роднее, что ли. Надо Лиану попросить озвучить события, типа на горизонте появилась Оранжевая Королева!

– Ты откуда знаешь? – уставилась на меня рыжая.

– Предположил, – нашёлся я. Может после процедур в хрустальном гробу пройдёт эта зараза и я перестану озвучивать свои мысли.

– Надо проверить, – Кислый глянул на меня с опаской и вышел из шатра. Поймав первого встречного, он сразу узнал по какому поводу поднялся шухер. Мои прогнозы подтвердились, Афродита начала атаку. Вместе с последней своей дочерью, Эв, кажется. Она назвала их одним словом ЭвРиКа, разбив на три слога. Два крайних слога мы уже уничтожили. Вряд ли Афродита собирается нападать только с дочерью. Кто ещё выступал на их стороне мы не видели, но помня их прошлые наскоки, наверняка они прибыли не одни. Группа поддержки вскоре покажется, а пока они совершали небезопасные манёвры с западной стороны, как раз обращённой к Пеклу.

Две Оранжевых Королевы поднимались километра на два, за границу уверенного поражения нашими системами ПВО, а потом резко падали почти на ноль и на бреющем полёте шли над самой поверхностью вплоть до стены. Метрах в двадцати они выдыхали мощный поток кислоты и сделав разворот на девяносто градусов уходили всё также почти над самой землёй в сторону. Отлетев на приличное расстояние, они снова поднимались выше. После каждого их захода у стены исчезало несколько метров в ширину. Причём Афродита и Эв били в глубину, пытаясь растворить и внутреннюю стену заодно. Сделав пять таких заходов, они расширили свободное от камней пространство на ширину в пятьдесят метров. Проделав такие солидные ворота, они окончательно выдохлись и исчезли.

– Вот же сука! – сплюнул папаша Кац. – Сюда сейчас кто хочешь пройдёт.

– Женя, предлагаю поставить здесь последнего ликвидатора, – тихо сказала Лиана.

– И пару треног на прямую наводку. Похоже на этот раз Афродита будет бить в лоб, – добавил Кислый.

– Не поверю, – покачал я головой. – Должно быть что-то ещё. Мне кажется, я даже уверен, что направление главного удара произойдёт с другой стороны. С какой угодно, но не с запада.

– Опять червяк? – с ужасом вспомнила Лиана.

– Подкоп? Банально, тем более у нас стоят сейсмические датчики, – усомнился папаша Кац.

– Тогда что? – Маша по-прежнему не отходила от него ни на шаг стараясь исполнять любую его прихоть. Кстати, она опять набрала вес и выглядела весьма аппетитно.

– Кислый, как быстро шагающие танки смогут дойти до этой бреши?

– Минуту три, ближайшие находятся в ста метрах, – он показал на патрулирующие внутреннюю стену машины с операторами внутри.

– Оставь ликвидатора в центре, он понадобится в месте основного прорыва. Изя, в случае чего взорвёшь его в самой гуще. Дополнительного приказа не будет, смотри сам по обстоятельствам.

– Треноги хотя бы поставим? – спросил Кислый.

– Ставь. Треноги ставь, – кивнул я и прислушался. Земля под нами дрожала. Часовые тут же связались с Кислым как с ответственным за оборону крепости. Мы также выслушали их доклад находясь на офицерском канале.

– Со стороны пекла видна большая туча пыли, кто-то движется к нам из города. Размеры уточняются, но не менее ста метров по фронту, – спокойно доложил часовой.

– Вот, вот оно! – подскочил папаша Кац. – Я их сейчас взорву ликвидатором.

– Изя, а я тебя. Слушай мой приказ ещё раз, в третий раз я прострелю тебе голову. Ликвидатор вместе с тобой стоит в центре и ждёт Афродиту. То, что несётся к нам со стороны Пекла – отвлекающий манёвр. Вроде умный с виду, а такой наивный. Пора бы уже начать соображать.

– Ладно, ладно, – махнул рукой знахарь. – Пойдём, Маша, здесь одни гениальные мыслители собрались. Куда нам до них.

– Треноги на месте, Жень, – крикнула Таня, отцепляя треногу от шагающего танка.

– Танкам приготовится! Треноги стреляют по очереди. Всё, больше пока ничего. Когда прилетит эта сучка, будем решать, а пока отражаем атаку.

На этот раз нимфа собрала какой-то сброд. Видимо негде было их держать под контролем, да и некогда. Фактически она подчинила себе огромного двухголового крысо-медведя со сверкающей шкурой. Он обладал огромной свитой из обычной элиты и руберов. Все они так или и иначе были похожи на него. Не знаю с чем это связано, но все они передвигались на четырёх лапах и имели острые зубы. Вариации, конечно, присутствовали, но не кардинальные. У кого-то хвост имел на конце ядовитые шипы, кто-то имел больше зубов, но суть была одна. Огромный, размером с коттедж медведь и куча всякой мохнатой черни, путающейся у него под ногами. Шагающие танки начали отстреливать свиту ещё с двухсот метров. Охранные роботы также заливали свиту лазерными лучами.

Главный медведь заревел, и вся группа ускорилась, взрывая лапами землю. За пятьдесят метров до стены они развили максимальную скорость, но тут заработали треноги, поставленные на прямую наводку. Первый залп пришёлся точно в лоб большому медведю и слегка оглушил его, однако, не пробив лобную кость. Медведь как будто наткнулся на стену и вспахал лапами землю. Внезапно оказавшись на пятой точке, он замотал огромной головой приходя в себя, а стая тем временем проскочила дальше, лишившись основного тарана. Второй выстрел из соседней треноги последовал через десять секунд и отбросил медведя ещё дальше. Суперэлита заревела, заслоняясь от треноги лапой из-под которой показалась кровь. И снова первая тренога нанесла очередной удар пробив лапу вместе с глазом. Медведь завертелся на одном месте и завыл от обиды и боли. Подставив слабо бронированный бок, он тут же получил от второй треноги. На этот раз выстрел вырвал килограмм сто плоти на рёбрах между передними и задними лапами. Мы увидели, как в боку появилась глубокая рана с хлещущей из неё кровью. Такую дыру даже суперэлита не зарастит в бою.

И снова жуткий вой главного медведя. Его свита, оставшаяся без вожака, заметно поредела под шквалом огня от охранных роботов и шагающих танков. Медведь, собрав все силы, бросился на выручку попавшим в огневой мешок братьям меньшим. Но не добежал, попав сразу под сдвоенный выстрел из обеих треног. Оба пришлись ему в бочину и фактически разорвали вожака на две части. Лиана стояла и ждала медведя, когда он выйдет на уверенную дистанцию поражения её мобильного дезинтегратора, но стрелять в итоге не пришлось. Со стаей вскоре покончили. Афродита плохо рассчитала момент и появилось после того, как мы смогли перевести дух. Вероятно, она рассчитывала свалиться к нам на голову в самый ответственный момент, когда стая завязнет в проделанной ей дыре в стене. В итоге мы увидели, как две стремительные тени пикируют точно в центр крепости с небес.

Но что-то в них было необычное. Они показались мне крупнее обычных. Впрочем, это вскоре прояснилось само собой. Стоило Оранжевым Королевым коснуться земли, как с них кубарем скатились Смотрители. До этого момента они летели на спине Афродиты и Эв вцепившись друг в друга и в самих Королев. В среднем получается по двадцать-двадцать пять особей на Королеву. Пятьдесят Смотрителей, каждый из которых почти не уступает Фельдшеру… ну ладно уступает, но ненамного. Всё равно это до хрена как ни крути. Всё это воинство миновав защитные барьеры приземлилось прямо на ликвидатора. Папаша Кац и Маша стояли метрах в тридцати в стороне, но Смотрителям до них было меньше секунды. К тому же Афродита и её долбанная дочурка сразу окатили вокруг всё зелёной кислотой. Шатры, запасная техника, продовольственные склады, всё это в одно мгновение перестало существовать. Смотрители бросились в рассыпную и моментально исчезли среди построек. Везде, где они пробегали, появлялись трупы людей. Организованное сопротивление было невозможным, так как Смотрители имели такую же скорость, как и я под даром и шныряли по одиночке по крепости вырезая всё живое на своём пути.

Несколько из них бросились к папаше Кацу и Маше. И тут произошло нечто! Маша подняла руки, и молочная пелена накрыла почти всю крепость. До меня дошло чем они занимались всю ночь! Папаша Кац уложил в саркофаг Машу и теперь мы все видели, что он с ней сделал. Маша откатила площадь в квадратный километр назад на минуту. Тотчас всё исчезло, и мы опять стояли над бездыханными трупами свиты медведя. Но на этот раз мы уже понимали, что сейчас произойдёт. Даже те, кто не был знаком с даром Маши внимательно вглядывались вверх. Шагающие танки развернулись по направлению к центру. Операторы экзоскелетов также направили свои пушки на место предполагаемой посадки драконов. Даже успели развернуть одну треногу. Папаша Кац и Маша бежали к нам, подальше от места приземления. И тут они показались!

Две оранжевые тени рухнули с небес из-за облаков. Изя и Маша ещё не успели добежать и были в данный момент где-то на середине между ими и нами. Со всех сторон ударили орудия несколько изменив сценарий высадки. Нам всё же удалось спутать карты Афродите, и Смотрители вынуждены были защищать своих Королев, а не бросились врассыпную. Они сгрудились вокруг них отражая выстрелы своими чёрными баклажанами бронированных корпусов. От треноги правда это мало помогало, но лазеры они отражали. Афродита встала на задние лапы и раскинула крылья в стороны. Увидев бегущую парочку и нас, она послала следом за знахарем мощную струю зелёной кислоты. В этот момент Изя Кац вынужден был привести самоподрыв ликвидатора, находившегося в самой гуще кучи ксеноморфов. Взрыв даже со стороны выглядел страшным. Нас отбросило взрывной волной. Улетая спиной вперёд, я заметил, как Изя исчезает в струе кислоты растворяясь на моих глазах. Каким-то чудом Машу струя задела только краем, отрезав ей ноги по колени. Она падает и летит подгоняемая взрывной волной. Через секунду она начинает ворочаться на земле, до неё мне бежать метров пятьдесят. Она, прокусив губу от боли, ещё раз задействует свой дар. Тут же мы опять покрываемся молочным туманом, и картинка меняется.

С небес падают две Оранжевых Королевы. Их уже ждут и даже успели развернуть вторую треногу. Папаша Кац и Маша бегут что есть сил к нам. Афродита увидела опять их, но сейчас расстояние уже больше и если она и достанет, то на излёте. Однако тут же следует струя кислоты. Я как в замедленном кино вижу изрыгаемый Афродитой поток зелёной жижи, растворяющей всё на своём пути. Изя бежит последним растопырив руки. Таким образом он решил спасти Машу закрывая её от струи, но она убьёт десять таких знахарей и не заметит. В этот момент сбоку мелькает тень в белом халате и перехватывает знахаря унося его с направления удара. Изя не теряет времени и активирует подрыв ликвидатора. Следует взрыв, Маша летит в наши объятия, оглушённая и потерянная. Фельдшер успевает вынести папашу Каца, но сам получает страшную рану. Оранжевая Королева успевает задеть его и сжигает ему ногу и весь бок. В итоге к нам прилетает уже половина Фельдшера с накрепко зажатым лапами папашей Кацем.

Ликвидатор ухнул знатно. Две Королевы и все Смотрители окутаны плазменным облаком. Нестерпимый жар поджигает шатры и вообще всё, что горит. Люди бросаются тушить. На месте ликвидатора возникает воронка и множество жареных до углей скрюченных существ. Во главе всей этой композиции лежит хорошо прожаренная Эв. Ликвидатор стоял к ней ближе и у неё не оставалось никаких шансов на выживание. Жутко обгоревшая, с дырами в крыльях и теле вверх взмывает Афродита и медленно отворачивает к лесу. Следом за ней устремляются две ракеты с турелей. Афродита из последних сил разгоняется и уходит от одной ракеты, но вторая взрывается почти рядом с её головой. Афродиту шатает, она проваливается метров на сто вниз едва не касаясь земли, но находит в себе силы и летит дальше над самой поверхностью.

– Здец… – прошептал Фельдшер. Он уже не двигается и лишь ослабляет хватку выпуская папашу Каца из своих объятий. Маша визжит от ужаса, но успокаивается увидев, что Изя не задет.

– Нож! Дай скорее нож! Режь мне воротник, – приказывает ей знахарь. Папаша Кац трясущимися руками достает радужную жемчужину из распоротого воротника и тут же вкладывает её в рот Фельдшеру с острыми зубами и клыками. На него страшно смотреть. Вся правая половина тела ниже талии отсутствует покрытая чёрной коркой. Фельдшер мёртв. Мы все ждём, когда начнёт действовать радужная. Проходит минута, но ничего не происходит.

– Поддельная что ли? – спрашивает Лиана. – Вроде они не врали, что скреббера убили.

– Нет, настоящая. Нолды не врали, – уверенно заявляет папаша Кац. – Ждём.

– Изя, она на него также действует, как и на нас? – с опасением спросила Маша.

– Жемчуг, тем более радужный действует одинаков на всех. Я убеждён.

Корка, покрывавшая тело Фельдшера, внезапно отваливается, и мы увидели розовую плоть, стремительно увеличивающуюся в размерах. Он набрал необходимый объём меньше чем за минуту. Лиана, стоявшая рядом со мной, бросилась к развороченному взрывом холодильнику и принесла баранью ногу. Тем временем Фельдшер, всё также не открывая глаза отрастил свою собственную ногу. Страшная рана на боку затянулась, и он наконец-то открыл глаза и сел.

– Здец! – он обвёл нас взглядом и остановился на Лиане. Та с улыбкой передала ему баранью ногу. Фельдшер впился в неё зубами и начал с урчанием рвать её. Кислый принёс ему новый халат. Инцидент был исчерпан.

– Я что-то устал сегодня, – вырвалось у папаши Каца. – Сумасшедший денёк.

– Афродита ушла. Её хорошо приложили, но всё же она свалила, сучка! – мстительно прищурилась Маша.

– Похоже, мы победили, – произнёс Кислый.

– Не совсем! – позади нас раздался раскатистый смех, и мы увидели Боцмана. Того мужика в морских наколках, что пришёл в стаб вместе с извергами. Или он их сам привёл? Великий? Позади него сиял большой портал, из которого уже показались фигуры в чёрных плащах. Вот их ещё не хватало! «Одер»!. Я погрузился в знакомую тишину, но меня сразу выдернуло назад без всяких предупреждений и мерцания красной ауры. Раз и я как будто не включал свой дар. Маша в третий раз применила свой дар. Теперь он откатится у неё только через сутки. Но сейчас он пришёлся как нельзя вовремя.

Боцман ещё только собирался рассмеяться, а мы уже уставились на него. Я потянулся за кинжалом собираясь метнуть его в Боцмана, но меня опередила Лиана. Она резко обернулась и выстрелила из своего кольца. У неё получилось выбить сразу два луча. Первый ушёл точно в портал и нейтрализовал его. Он попросту исчез вместе с показавшимися чёрными плащами, как будто и не существовал. Второй луч отрезал руку Боцману. Он упал и заорал не в силах терпеть боль, что не совсем характерно для извергов. Я подскочил к нему и без всяких даров начал выбивать из него пыль. По-моему, я сломал ему несколько рёбер и руку. Но меня это вообще не интересовало, наконец я смог его выключить, и Боцман потерял сознание.

– Дай-ка я попробую, – проскрипел папаша Кац и положил ему руку на голову. Через секунду знахарь улыбнулся. – Попался, Великий!

Глава 27
Великий

– Так он оказывается всё это время торчал у нас под носом! – воскликнула Таня. – Вот же мразь. Великий, а лежишь бревном. Женя, ты же не хочешь от него сюрпризов? Давай я его обездвижу, хотя бы кусаться не будет.

– Сделай милость, – кивнул я. Великий приходил в себя и уже был в сознании.

– Ты уж с гарантией, а то придётся делать прививку от столбняка. Это же форменное животное. Как вспомню во что в итоге превратилась Моргана, оторопь берёт, – Изя передёрнул плечами.

Тане не надо было до него дотрагиваться, достаточно посмотреть, что она и сделала. Боцман тут же расслабился и вытянулся на земле не чувствуя конечностей. Его ноги больше не слушались мозг, впрочем, как и руки. Единственное, что мог делать Великий, так это говорить. Чтобы сам Великий не покинул носителя, Кислый раздобыл простой деревянный ящик из-под ракет. Аккуратно вырезав напротив головы отверстие, он закрыл его сеткой. Затем мы уложили в ящик Боцмана-Великого и успокоились. Я склонился над зарешечёнными отверстием и разглядывал Боцмана как будто увидел его впервые. Внешне он себя никак не выдавал, с виду обычный человек. Потрёпанный жизнью и морем с фиксами из жёлтого металла. Однако он очень боялся, что его начнут пытать. И ещё один нюанс, Великий совершенно не переносил боли. Почему? Обычные изверги могли использовать тело даже если его разрывало пополам. Надо бы разговорить Великого. Но как? Пытать?

– Разговорить его просто, – рядом со мной над Великим склонилась Лиана. Она с фирменной улыбочкой вытащила зашитую в воротник длинную острую иглу, которая сразу выпрямилась. Зачем она там её хранила, я уже не стал спрашивать. Просунув иглу сквозь щель между досками, она с садистским выражением лица проткнула Боцману бок. Он тут же «ожил» и пытаясь приподняться ударился лбом о доски ящика. Его лицо исказила гримаса боли, а глаза яростно сверкали.

– Вы кто? – властно пробормотал он, не узнавая нас.

– Здрасьте. Не узнаёшь, глист? – к нам присоединился папаша Кац. – Твои старые знакомые, Боцман. Всех твоих «коллег» мы уничтожили, остался ты один.

– Не важно. Я их могу восстановить за сутки. Вы вообще понимаете с кем связались? – прорычал Боцман, сверкая глазами и сжал кулаки. – Быстро открыли ящик, иначе я вас убью!

– Конечно знаем с кем связались, с почти дохлым куском говна, – Лиана ещё раз воткнула иглу в его тело. Он заорал как резаный. – Ты совсем не переносишь боли? Что с тобой не так?

– Я Великий! – как будто это все нам объясняло.

– Привет, а я, Лесник. Но я же не ору как будто тебя четвертуют. Разок всего укололи мальчика.

– Вы не понимаете, – чуть не плача сказал он. – Каста приближённых к королевской семье теряет одни свойства и приобретает другие. Мы как матки в улье, мы сами ничего не делаем, только приказываем! За это мы расплачиваемся защитой.

– Какая жалость, хорошо, что признался, – проскрипел папаша Кац и гадко потёр руки. – Приказывать то некому! Кончились подчинённые. Мы бы и тебя за ними отправили, но говорят, что ты умеешь ставить порталы.

– Враньё, – брякнул Великий, не подумав или полностью забыв, как его поймали. – Не умею.

– Изя, ты ему баклажан не отбил? Чудак вообще не понимает, что говорит. Слышь, глист, а кто, по-твоему, портал ставил час назад? – Лиана поднесла иглу к его глазам. – Я тебе сейчас глаз выколю. Который выбираешь?

– Ах, вы про ту безделицу, – напряжённо улыбнулся Боцман. – Разве это портал, так нора какая-то. Я думал вы про ПОРТАЛ!

– Он издевается над нами, Изя, – прошептала ему на ухо Маша. – Что, если на него покапать расплавленным свинцом? Я видела в одном фильме как там пытали!

– Тогда уже лучше вставить ему воронку и вылить свинец прямо в горло. Великому глист сразу придёт пиздец! – предложил папаша Кац. Боцман внимательно прислушивался к разговору и когда услышал о воронке сразу побледнел как простыня.

– Но… что вам нужно? – плаксиво спросил Великий. – Я же вам ничего не делал, зачем вы со мной так.

– Уже лучше, – кивнул я. – Ты же должен понимать, как мне трудно сдерживать этих садистов? Вот, например Кислый предложил кинуть тебе в ящик заражённого свежака. Представляешь, как он тебя обглодает? Не сразу, конечно, у них ещё не сформировались зубы, он будет отрывать от тебя куски своим ещё беззубым ртом. Затем, через пару дней они у него отрастут, и он уже сможет дробить тебе кости. Да, Кислый?

– Так точно, шеф. Мне сгонять за ним? – подыграл Кислый.

– Я могу тебе остановить сердце, дружок. На выбор любой из желудочков, – «призналась» Таня.

– Это всё детские забавы! Я могу его зациклить своим даром, и он только и будет делать, что страдать! – Маша показала Боцману язык. Изя, как и обещал, поставил её на ноги. А она платила ему той же монетой и не отходила, ни на шаг исполняя все прихоти старого извращенца. Мечта идиота, а не жена. – Лет через пять вытащим тебя из ящика, если ты к тому времени ещё не сойдёшь с ума.

– Короче, Великий, я задам тебе один вопрос и если ты не в силах помочь мне или не захочешь, то эти садисты устроят тебе весёленькую Вечность, – я с «трудом» оттащил от него разошедшегося папашу Каца.

– Я готов, сделаю всё, только не уходи! – по щекам Боцмана текли крупные капли слёз. По-моему, натуральные.

– Мне нужен портал в моё время. Сто лет тому вперёд. Туда, откуда вы за нами отправились. Мне и моим друзьям.

– И всё? – шумно выдохнул Боцман.

– И всё. На этот раз мы не будем искать твоего работодателя Т’вара. Мы даже тебя отпустим на все четыре стороны.

– Врёшь? – Боцман очень хотел обратного, но вынужден был спросить.

– Зачем? Переправишь нас в будущее. Разумеется, поедешь вместе с нами, мало ли что. Вдруг ты ошибёшься с годом. Как только мы убедимся, что прибыли по назначению, ты свободен. В ту же самую секунду.

– Я не верю вам, – в отчаянии забился в ящике Великий. – Вы обманете меня!

– Папаша Кац поставил тебе блок. Ты не сможешь причинить нам вред, а таскать тебя с собой нам не с руки, – привёл я ещё один аргумент, хотя, по-моему, слабый.

– Допустим я поставлю портал, но потом вы же сможете снять блок? – заискивающе улыбнулся Боцман своими золотыми фиксами.

– Он исчезнет через неделю сам. Но сперва мы уберёмся от тебя подальше, – пообещал папаша Кац. – Не хочу делать сорок уколов в живот. Ты зубы чистил когда-нибудь?

– Где-то вы всё же врёте, – задумчиво пробормотал Боцман.

– У тебя только один выход. Сделать так, как я хочу, – я повысил голос. – Других предложений не будет. Да, нет? Не будем терять времени, решим прямо здесь и сейчас.

– Но, что я скажу Т’вару, когда он меня спросит? – по его щекам потекли крупные слёзы.

– Скажешь, что покончил с нами. И переместился в будущее. Чего проще? – сказала Таня.

– Ему нужны будут доказательства! Он не верит на слово и никогда не верил. Это самый жестокий изверг кого я знаю! Он и вас нашёл через сто лет. Если он поймёт, что я с вами в сговоре, мне не жить. Он поймает меня хоть на дне морском, хоть в жерле вулкана. И тогда уж точно устроит весёлую Вечность. Он в этом профи, – лицо некогда самоуверенного Боцмана превратилось в сморщенный лимон.

– Какие именно? – хриплым голосом спросил папаша Кац.

– Ваши головы! – чуть не плача ответил Великий. – Самое лучшее доказательство.

– И всё? – хохотнула Лиана. – Больше ничего не надо?

– Погоди, рыжая. Т’вар видел нас? – я оттащил её от ящика.

– Нет, но ему описывала вас Моргана. Весьма отдалённо. Я и то не сразу понял, что вы, это вы.

– Вот и ответ. Наловим муров, отрежем им головы и пойдёшь докладывать своего принцу. Так пойдёт? – предложил Кислый.

– Как вариант, – неохотно согласился Великий. – Но я прямо сейчас не могу поставить портал. Мне нужно набраться сил. Двое суток!

– Хорошо, полежишь пока в штабном шатре. И чтобы не квакать! Мы будем следить за тобой, – погрозил я ему кулаком. И вышел на воздух из штабного шатра. За мной вышли остальные.

– Думаешь поставит портал? – с дрожью в голосе спросила Лиана. – Неужели через два дня мы будем дома?

– Какая тебе разница? Улей наш дом. Сто лет вперёд или назад, какая разница? – спросил я.

– Не скажи. Там нет драконов и извергов. Зато есть Вавилон и тёплое море, – мечтательно сказала Лиана.

– Изя, ты рассказывал о вашей вилле, помнишь? – напомнила ему Маша. – Она на самом деле существует?

– Да, детка. Так и есть, если Горец её опять никому не загнал. Два этажа над поверхностью и два вниз, бассейн, первая линия, до моря пятьдесят метров… – Изя Кац, прикрыв глаза мечтал.

– Строго вниз по отвесной скале, – напомнила ему Лиана.

– Ничего страшного, ступени прорубим, – парировала Таня. – Нас с Кислым пустите?

– О чём речь, конечно, – кивнул я. – Там и больше жило народу.

– И всё же мне неспокойно, – вздохнула Лиана. – Как бы Афродита не захотела вместе с нами посетить Вавилон.

– Ещё чего не хватало. Она сейчас раны зализывает, – Маша посмотрела в безоблачное небо и улыбнулась.

– За двое суток ей не собрать новую стаю, – с уверенностью сообщил Кислый. – Мне так кажется.

– Эта безмозглая сучка может и в одиночку на нас дёрнуться, – я давно не видел Лиану такой обеспокоенной. Её нервозность передалась и мне.

– Что предлагаешь? – коротко спросил я.

– Надо вызывать Тимоху! Чую грядёт что-то плохое. Сердце не на месте, Жень. Надо поторопиться.

– Вызывай, раз так. Думаешь получится?

– Получится, – вмешался папаша Кац. – Но после саркофага! Вы совсем забыли о нём. Я в какой раз радуюсь, что Афродита не допёрла на что он способен! Вы только представьте себе Оранжевую Королеву после саркофага?

– Такого сам Улей вряд ли представит, – согласился я с ним. – Двое суток, говоришь?

– Времени хватит, Лесник. Вы же видели на что стала способна Маша поле двух часов в саркофаге, – он погладил по руке свою воспитанницу.

– Так ты всё же сумел с ним «договориться»? – изумилась Таня. – Чего молчал, старче?

– И вы договоритесь, саркофаг идёт всем навстречу. Инженеры изначально добрые, хотя легко быть добрыми, когда у тебя шестьдесят пар хромосом. Короче там всё дело в желании. Ты ложишься в саркофаг, и он воспринимает тебя как своего, но получившего критическую травму. Можно немного поныть как тебе больно и как несправедлива к тебе жизнь. Хорошо, что Афродита не додумалась туда лечь!

– Ты уверен? – спросил Кислый.

– Да, иначе бы она не поймала меня. Просто уложила бы в саркофаг Майора и дело с концом. Саркофаг сам себе знахарь и получше меня будет.

– Может быть, – вынужден был согласиться стронг. – Так даже лучше. То есть просто ложишься и всё?

– Ложишься и представляешь как ты хочешь стать здоровым. Только очень сильно представляешь. Саркофаг автоматически исправляет весь тот негатив, что внесла так называемая эволюция. Оттуда ты уже встанешь как новенький олимпийский рубль.

– Надо будет забрать его с собой! – предложила Таня. – А что? Вдруг с кем-то случится… он же круче белой жемчужины.

– Немного разные принципы и насчёт его способности оживить и поднять из мёртвых, я не уверен, но ты права. Надо его будет забрать. Погрузим на тележку и вкатим в портал, – радостно потёр руки знахарь. – С таким аппаратом можно такого наворотить!

– Кто первый? – я обвёл взглядом свой отряд. Лиана молча вышла вперёд и направилась назад в шатёр.

– Очень сильно представлять надо? – не оборачиваясь спросила она.

– Да, только сапоги сними сначала, – кинул ей вдогонку папаша Кац. Я не удержался и последовал за Лианой. Рыжая ничуть не комплексовала и по пути стянула куртку оставшись в одном лифчике и подошла к саркофагу. На какое-то мгновение мне показалось что над ним мелькнуло простодушное лицо Румы. Как бы она не отомстила Лиане за то, что она издевалась над ней. Мало ли саркофаг запоминает. Створки беззвучно разошлись и Лиана, опирая на мою руку залезла в хрустальный гроб. Он тотчас помутнел и стал непроницаем. Я постучал по крышке гроба. Камень или кристалл, но что-то очень плотное.

– С тобой также было? – я спросил папашу Каца.

– Про себя не скажу, я же был внутри. Машу он также закрыл. Я поначалу страшно испугался, но через два часа он её выпустил. Я думаю, всё строго индивидуально. Может и больше двух часов или наоборот. Но что она выйдет оттуда Инженером, точно, – успокоил меня Изя.

– Лично я не понял, что нам дают шестьдесят пар? – спросил Кислый. – Лишние чувство?

– Это тоже. Предчувствие. Или я бы назвал эту способность возможностью заглянуть в будущее на короткие расстояния. Но я пока не понял точно механизма как можно вызвать его. Метаболизм отрегулирован настолько, что я перестал нуждаться в живчике и алкоголе. Почти, – признался папаша Кац. – Теперь мне не нужен физический контакт с пациентом. В случае с Боцманом я не стал рисковать. Могу залезть в голову удалённо, просто стоя под дверью.

– Да ты опасен, Кац! – изумился Кислый.

– Особо опасен. Лайт-спек мне тоже больше не нужен, я могу пациента вылечить на расстоянии без обезболивания. Задел там ого-го какой, но я пока только пытаюсь понять на что способен. Ведь Инженеров нет и подсказать некому.

– Второй дар останется? – спросил я.

– Не могу сказать. Но то, что первый станет просто волшебным, знаю точно. Лесник, у тебя остались шрамы, с которыми не справился Улей или не захотел? – спросил знахарь.

– На левом бедре есть, меня собака в детстве покусала.

– Так вот откуда ты такой нервный! – оживился знахарь. – Покажи!

– Мне штаны надо снимать, – невесело сообщил я.

– Всё свои, не дрейфь, – рассеялась Маша. Раз назвался груздем, то пришлось снять штаны. Шрам длиной сантиметра в четыре понравился Улью, и он оставил его мне как напоминание. Папаша Кац увидел его и уже больше не отводил взгляда, пока он не исчез. На всё, про всё ушла одна минута.

– Видел? Вот как я теперь могу. Хотел без белой жемчужины попробовать оживить. Есть желающие? – спросил папаша Каца обведя нас взглядом. Желающих не нашлось. – Ну ладно, представиться ещё возможность. Не вы, так кого-нибудь другого найду.